АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кызыл 5 октября 2021 года 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Тыва в составе:

председательствующего Осмоловского И.Л.

при секретаре Ондаре Н.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные представление государственного обвинителя Д. и жалобу защитника Николаевой А.И. на приговор Кызылского городского суда Республики Тыва от 24 июня 2021 года, которым 

Оттук Х,Ч., **, судимый:

- 19 февраля 2013 года Тандинским районным судом Республики Тыва по п.«а» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года;

- 17 июля 2013 года Кызылским городским судом Республики Тыва по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к 3 годам лишения свободы, освободившийся условно-досрочно на неотбытый срок 4 месяца 2 дня по постановлению Улуг-Хемского районного суда Республики Тыва от 17 ноября 2015 года;

- 17 мая 2018 года Эрзинским районным судом Республики Тыва по п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ к 2 годам 4 месяцам лишения свободы с ограничением свободы сроком 1 год с установлением ограничений, предусмотренных ч. 1 ст. 53 УК РФ; 

- 22 июня 2018 года Тандинским районным судом Республики Тыва по ч. 3 ст. 162, ч. 1 ст. 226 УК РФ на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений к 8 годам 6 месяцам лишения со штрафом в размере 20000 рублей с ограничением свободы на 1 год с установлением ограничений, предусмотренных ч.1 ст. 53 УК РФ;

- постановлением судьи Кызылского городского суда Республики Тыва от 4 марта 2019 года на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, назначенных приговором Тандинского районого суда Республики Тыва от 22 июня 2018 года и приговором Эрзинского районного суда Республики Тыва от 17 мая 2018 года, по совокупности преступлений окончательно назначено 9 лет 6 месяцев лишения свободы со штрафом в размере 20 000 рублей с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев, 

осужден по ч. 2 ст. 160 УК РФ к 1 году 9 месяцам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного присоединения неотбытого наказания по приговорам от 17 мая 2018 года и от 22 июня 2018 года (с учетом постановления судьи от 4 марта 2019 года) окончательно назначено 10 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима со штрафом в размере 20000 рублей с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев с установлением ограничений, предусмотренных ч. 1 ст. 531 УК РФ.

Заслушав доклад судьи Осмоловского И.Л., выступления прокурора Саая А.А., поддержавшего апелляционное представление и полагавшего приговор изменить, защитника Николаевой А.И., поддержавшей апелляционную жалобу и просившей приговор отменить, суд 

УСТАНОВИЛ:

Оттук Х.Ч. признан виновным и осужден за присвоение вверенного ему А. сотового телефона **, с причинением последнему значительного ущерба, совершенное 20 февраля 2017 года около 23 часов возле дома ** при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденный Оттук Х.Ч. вину в предъявленном обвинении не признал и показал, что телефон попросил у А., чтобы позвонить. Когда он хотел вернуть телефон, А на месте не оказалось. Сотовый телефон он не похищал, лишь оставил его залог за ** рублей, так как нуждался в деньгах, чтобы оплатить за такси. А. всю ситуацию он объяснил и, так как у них были хорошие отношения, последний сказал, что подождет, когда он сможет вернуть деньги. Однако возместить А. стоимость телефона он так и не смог. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Д.., выражая несогласие с приговором, указывает, что при назначении Оттуку Х.Ч. наказания с применением положений ч. 5 ст. 69 УК РФ, в резолютивной части суд ошибочно указал о частичном присоединении к назначенному наказанию неотбытого наказания по приговорам от 17 мая 2018 года и от 22 июня 2018 года, тогда как окончательное наказание по совокупности преступлений подлежало назначению путем частичного сложения назначенного наказания с неотбытым наказанием по предыдущим приговорам. В этой связи просит приговор изменить.

В апелляционной жалобе и в дополнении к ней защитник Николаева А.И. выражает несогласие с приговором и указывает, что умысла на присвоение телефона у Оттука Х.Ч. не было, поскольку он забыл вернуть его А., который приходится ему другом, а после, не дозвонившись до А., посчитал, что последний разрешит временно сдать его телефон в ломбард. Считает, что судом не дана надлежащая оценка показаниям потерпевшего А. о том, что претензий к Оттуку Х.Ч. он не имеет и не считает, что последний совершил хищение, а также показаниям свидетеля С., который показал, что Оттук Х.Ч., не имея умысла на хищение, лишь забыл вернуть сотовый телефон А., после чего, предупредив последнего, временно заложил данный телефон в магазин, но не успел его обратно выкупить. Оспаривает допустимость положенного в основу приговора заключения товароведческой экспертизы, поскольку у эксперта отсутствовали соответствующая лицензия на проведение данного вида экспертиз, в судебном заседании эксперт не смогла пояснить методику расчета стоимости сотового телефона. Несмотря на удовлетворение судом ходатайств об истребовании документов, подтверждающих образование, квалификацию и полномочия эксперта, данные документы суду представлены не были; в судебном заседании эксперт свои полномочия также подтвердить не смогла. В нарушение положений уголовно-процессуального закона с постановлением о назначении товароведческой экспертизы осужденного Оттука Х.Ч. и его защитника ознакомили уже после фактического ее проведения, что лишило сторону защиты возможности поставить перед экспертом свои вопросы, завить отводы, ознакомиться с документами об образовании и квалификации эксперта. Несмотря на заявленное стороной защиты ходатайство о признании экспертного заключения недопустимым и исключении его из числа доказательств, в ходе судебного разбирательства оно судом не разрешено, как и не разрешено было также ходатайство о назначении повторной товароведческой экспертизы. Суд незаконно положил в основу приговора оглашенные показания свидетеля А., данные в ходе предварительного следствия, поскольку ходатайство стороны защиты о вызове в суд и допросе данного свидетеля разрешено не было, с оглашенными показаниями Оттук Х.Ч. был не согласен и возражал против их оглашения в судебном заседании, в связи с чем нарушено право осужденного допрашивать показывающих против него лиц. В ходе судебного разбирательства суд нарушил право Оттука Х.Ч. на защиту, а также закрепленный в ст. 15 УПК РФ принцип состязательности сторон, возложив на себя несвойственные суду функции уголовного преследования, не предоставил стороне защиты достаточно времени для вызова в судебное заседание свидетеля К., содействия по извещению последнего стороне защиты не оказывал. Выводы о квалификации действий Оттука Х.Ч. суд в приговоре не мотивировал, при назначении наказания в нарушение требований ст. 72 УК РФ не зачел в срок лишения свободы время его под стражей в следственном изоляторе с 2019 по 2021 год. В этой связи просит приговор в отношении Оттука Х.Ч. отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, выводы суда о виновности Оттука Х.Ч. в присвоении вверенного ему имущества с причинением значительного ущерба основаны на совокупности доказательств, полученных в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании, которым в приговоре дана надлежащая оценка.

Так, согласно показаниям потерпевшего А., когда он, С. и Оттук Х.Ч. распивали спиртное возле дома **, последний попросил у него телефон марки **, чтобы позвонить подруге. Распоряжаться своим телефоном Оттуку Х.Ч. он не разрешал, дал только позвонить. Когда Оттук Х.Ч., он ждал его около двух часов, потом пошел искать, но, не найдя, ушел домой. Утром он позвонил на свой телефон, который был недоступен. Ближе к вечеру его телефон появился в сети, он позвонил, трубку взял Оттук Х.Ч., которому он сказал вернуть телефон, на что последний сказал, что вернет. Потом его телефон снова стал недоступен и он не мог дозвониться. Через телефон сестры установили, что его телефон находится по адресу **. Так как телефон ему возвращать не хотели, знакомый посоветовал написать заявление в полицию. На тот момент у него собственного дохода не было, для него ущерб является значительным. 

Согласно показаниям свидетеля С, в тот день Оттук Х.Ч. попросил у А его телефон, чтобы позвонить, после чего, взяв телефон, Оттук Х.Ч. вышел поговорить и не вернулся. Когда она находился дома пришел Оттук Х.Ч. и они пошли в магазин №, где Оттук Х.Ч. заложил телефон А. в ломбард за ** рублей, при этом девушка, которая работает в ломбарде, сфотографировала Оттука Х.Ч. Оттук Х.Ч. хотел предупредить А., что выкупит его телефон завтра, но так как телефон последнего был у него, сделать этого не смог. На следующий день они с Оттуком Х.Ч. встретились, последний хотели выкупить телефон А., но не успел, так как ему кто-то позвонил и он уехал.

Согласно показаниям свидетеля О., данным в ходе предварительного следствия, 20 февраля 2017 года, когда она работала продавцом в киоске около магазина **, парень предложил ей приобрести сотовый телефон марки **, сказав, что он принадлежит ему. Сфотографировав Оттука Х.Ч., она отдала ему ** рублей, после чего он ушел. 27 февраля 2017 года на телефон пришло сообщение, что приобретенный ею сотовый телефон краденый. Созвонившись с собственником телефона, они вместе пришли в УМВД России по г. Кызылу для разбирательства, после чего договорились, что телефон останется у нее до выяснения всех обстоятельств.

Кроме показаний вышеуказанных участников уголовного судопроизводства, виновность Оттука Х.Ч. подтверждается также следующими исследованными в судебном заседании доказательствами: 

протоколом осмотра места происшествия - участка местности, расположенного **;

протоколом осмотра места происшествия - киоска **;

постановлением о производстве выемки и протоколом выемки у свидетеля О. сотового телефона марки **;

протоколом осмотра предметов - сотового телефона марки «** **;

протоколом опознания, согласно которому свидетель О.. по фотографии опознала ФИО1, как лицо, продавшее ей сотовый телефон;

заключением судебно-товароведческой экспертизы от 16 октября 2017 года №, согласно которому средняя рыночная стоимость сотового телефона марки ** на февраль 2017 года составляет ** рублей. 

Проанализировав вышеперечисленные доказательства, оценив их надлежащим образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об их достаточности для признания ФИО1 виновным в совершении инкриминируемого ему преступления. 

Из материалов дела видно, что предварительное следствие по делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, доказательства по делу были проверены в ходе судебного разбирательства и обоснованно признаны относимыми и допустимыми.

В обоснование вывода о виновности ФИО1 суд правомерно сослался на показания потерпевшего А. о том, что ФИО1 попросил у него сотовый телефон, чтобы позвонить, при этом распоряжаться сотовым телефоном ФИО1 он не разрешал, после чего последний вышел с его телефоном и не вернулся, а его телефон впоследствии был обнаружен в ломбарде. 

Оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшего А. судебная коллегия не усматривает, поскольку они подтверждаются совокупностью исследованных доказательств, в числе которых показания свидетеля С. о том, что ФИО1, взяв у А. его телефон, чтобы позвонить, вышел и не вернулся, а позже ФИО1 данный телефон заложил в ломбарде; с показаниями свидетеля А. о том, что ФИО1 предложил ей приобрести сотовый телефон марки **, сказав, что он принадлежит ему, на что она согласилась, отдала ФИО1 деньги за телефон, после чего тот ушел. 

Оснований для оговора ФИО1 потерпевшим А., свидетелями С. и О., а также ставить под сомнение достоверность выводов судебно-товароведческой экспертизы, допустимость протоколов осмотра места происшествия, выемки и осмотра предметов, а также опознания осужденного свидетелем судебная коллегия не усматривает, поскольку данные доказательства получены с соблюдением установленной уголовно-процессуальным законом процедуры.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, из протокола судебного заседания видно, что показания свидетеля обвинения О., данные в ходе предварительного следствия, были оглашены в судебном заседании с соблюдением требований ч. 1 ст. 281 УПК РФ при обоюдном на то согласии сторон. По поступившему после оглашения показаний данного свидетеля ходатайству стороны защиты о вызове О в судебное заседание судом были предприняты все меры к ее извещению, однако обеспечить явку свидетеля в судебное заседание не представилось возможным по объективным не зависящим от суда причинам. При этом возражений об окончании судебного следствия без допроса в судебном заседании свидетеля ФИО2 у стороны защиты не имелось, в связи с чем нарушений прав осужденного суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Довод апелляционной жалобы о том, что судом не было предоставлено времени для обеспечения стороной защиты явки в суд дополнительного свидетеля К., суд апелляционной инстанции находит необоснованным, поскольку, как видно из протокола судебного заседания, сторона обвинения закончила представлять доказательства 15 марта 2021 года, в связи с чем до окончания 24 июня 2021 года судебного следствия у стороны защиты было достаточно времени обеспечения своего свидетеля в судебное заседание. При этом ходатайств об оказании судом содействия по вызову К. в судебное заседание стороной защиты не заявлялось, полных данных указанного свидетеля не предоставлялось.

Приведенное в приговоре заключение судебно-товароведческой экспертизы соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ и Федеральному закону «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», содержит ответы на поставленные в постановлении следователя вопросы в пределах полномочий эксперта, оснований сомневаться в компетентности которого у судебной коллегии не имеется. 

Из показаний свидетеля А., проводившей судебно-товароведческую экспертизу по установлению стоимости сотового телефона марки **, следует, что она имеет дипломы о переквалификации на оценщика движимого и недвижимого имущества, товароведческого эксперта, сертификат об оценке промышленных товаров, состоит в реестре государственных судебных экспертов. При даче экспертного заключения ею использовался сравнительный метод, при этом наличие на телефоне царапин и потертостей на ее выводы не влияет. 

Полномочия А на проведение товароведческих экспертиз и ее квалификация, которые оспариваются защитником, подтверждены экспертом в судебном заседании апелляционной инстанции путем предоставления соответствующих официальных документов.

Тот факт, что ФИО1 и его защитник в ходе предварительного следствия были ознакомлены с постановлением о назначении судебно-товароведческой экспертизы и с экспертным заключением после фактического окончания производства экспертизы, о чем указывает защитник Николаева А.И. в своей апелляционной жалобе, не повлекло нарушения права ФИО1 на защиту, поскольку последнему и его защитнику разъяснялись предусмотренные ч. 1 ст. 198 и ч. 1 ст. 206 УПК РФ процессуальные права, в том числе о возможности постановки дополнительных вопросов эксперту, о назначении дополнительной и повторной экспертизы.

Как следует из протоколов об ознакомлении ФИО1 и его защитника с постановлением о назначении судебно-товароведческой экспертизы и с экспертным заключением, дополнительных вопросов к эксперту и ходатайств о назначении дополнительной либо повторной экспертизы у них не имелось (т. 1 л.д. 140, 145).

Как видно из протокола судебного заседания, в ходе судебного разбирательства исследованы все существенные для дела доказательства, представленные сторонами. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется. Нарушений принципа состязательности и равноправия сторон, необоснованных отказов подсудимому и его защитникам в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников судопроизводства, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено. Из протокола судебного заседания не видно, чтобы со стороны председательствующего судьи проявлялась предвзятость либо заинтересованность по делу.

При правильности выводов об отсутствии сомнений в допустимости заключения судебно-товароведческой экспертизы от 16 октября 2017 года № и достоверности изложенных в нем выводов, неразрешение в судебном заседании ходатайства о назначении повторной экспертизы, о чем защитник указывает в апелляционной жалобе, не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, не влечет отмену приговора, поскольку на доказанность виновности ФИО1 не влияет.

Доводы апелляционной жалобы о том, что у ФИО1 не было умысла на хищение сотового телефона, который он хотел вернуть, суд апелляционной инстанции находит необоснованными, поскольку из показаний потерпевшего А., свидетелей С. и О. следует, что права распоряжаться чужим телефоном осужденный не имел, однако, попросив у А. телефон, чтобы позвонить, впоследствии распорядился им, как собственным, в результате чего причинил потерпевшему имущественный вред. При этом, исходя из установленных судом фактически совершенных осужденным действий, намерения ФИО1 возвратить похищенное имущество в будущем, а также отсутствие к нему претензий у потерпевшего, на правильность выводов суда о преступности и наказуемости деяния не влияет. 

Причинение действиями ФИО1 значительного ущерба А. сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает, учитывая положения п. 2 Примечания к ст. 158 УК РФ, а также материальное положения потерпевшего, показавшего в суде, что на дату совершенного преступления он не имел постоянного источника дохода и ущерб в сумме ** рублей являлся для него значительным. 

С учетом вышеизложенного судебная коллегия приходит к выводу, что суд, правильно установив фактические обстоятельства дела, верно квалифицировал действия ФИО3 по ч. 2 ст. 160 УК РФ, как присвоение вверенного ему имущества с причинением значительного ущерба.

Наказание в виде реального лишения свободы назначено ФИО3 с соблюдением общих начал, закрепленных в ст. 60 УК РФ, принципов справедливости и гуманизма, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осужденного, а также приведенных в приговоре смягчающих и отягчающего обстоятельств, влияния наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, а также степень общественной опасности совершенного преступления, судебная коллегия соглашается с выводами суда об отсутствии оснований для применения при назначении ФИО1 наказания положений стст. 64, 73 УК РФ, а также ч. 6 ст.15 УК РФ об изменении категории преступления на менее тяжкую.

Назначая ФИО1 наказание с учетом правил ч. 2 ст. 68 УК РФ, оснований для применения положений ч. 3 ст. 68 УК РФ суд обоснованно не усмотрел.

Отбывание наказания ФИО1 в исправительной колонии особого режима судом назначено правильно, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Обстоятельств, препятствующих отбыванию ФИО1 наказания в виде лишения свободы, в том числе по состоянию здоровья, по делу не имеется.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим изменению на основании пп. 2 и 3 ст. 38915 УПК РФ ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона.

Так, назначая ФИО1 окончательное наказания со ссылкой на ч. 5 ст. 69 УК РФ, суд указал о применении принципа частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытого наказания по приговорам Эрзинского районного Республики Тыва от 17 мая 2018 года и Тандинского районного суда Республики Тыва от 22 июня 20218 года (с учетом постановления судьи Кызылского городского суда Республики Тыва от 4 марта 2019 года), то есть фактически применил положения ст. 70 УК РФ, предусматривающей назначение наказания по совокупности приговоров, чем ухудшил положение осужденного и данное нарушение подлежит устранению судом апелляционной инстанции.

Кроме того, назначая осужденному окончательное наказание в виде основного лишения свободы и дополнительного ограничения свободы, суд необоснованно указал об установлении ФИО1 ограничений в соответствии с ч. 1 ст. 531 УК РФ, тогда как данная норма уголовного закона регулирует вопросы назначения наказания в виде принудительных работ.

В соответствии со ст. 53 УК РФ ограничение свободы заключается в установлении осужденному ограничений и обязанностей, которые он должен отбывать в определенный судом срок.

В силу ч. 1 ст. 308 УПК РФ в резолютивной части обвинительного приговора должны быть указаны вид и размер наказания, назначенного подсудимому за каждое преступление, в совершении которого он признан виновным, включая ограничения и обязанности, которое устанавливаются для осужденного к наказанию в виде ограничения свободы.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пп. 17, 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», исходя из тех же положений ст. 53 УК РФ, в приговоре осужденному к наказанию в виде ограничения свободы должны быть обязательно установлены ограничения, предусмотренные частью 1 указанной статьи.

Вместе с тем, суд, назначив ФИО1 дополнительное наказание в виде ограничения свободы, не установил конкретные ограничения и обязанности, подлежащие возложению на осужденного, которые являются обязательными.

Не были назначены ФИО1 конкретные ограничения и обязанности также ранее вынесенным и вступившим в законную силу постановлением судьи Кызылского городского суда Республики Тыва от 4 марта 2019 года, которым на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ частично были сложены наказания по приговорам Эрзинского районного Республики Тыва от 17 мая 2018 года и Тандинского районного суда Республики Тыва от 22 июня 2018 и которое следует учитывать при назначении осужденному наказания по совокупности преступлений по настоящему делу.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить дополнительное наказание в виде ограничения свободы и установление ограничений, предусмотренных ч. 1 ст. 531 УК РФ, из окончательно назначенного ФИО1 наказания.

Также суд апелляционной инстанции находит неверным и подлежащим исключению из приговора произведенный судом на основании п. «а» ч. 31 ст. 72 УК РФ зачет в срок отбывания лишения свободы времени содержания ФИО1 под стражей по приговорам от 17 мая 2018 года и 22 июня 2018 года с 10 июля 2017 года по 8 октября 2017 года, с 21 февраля 2018 года по 18 сентября 2018 года, поскольку по настоящему делу осужденный находился под подпиской о невыезде и надлежащем поведении, которая была изменена ему на заключение под стражу приговором для обеспечения его исполнения. 

В то же время, в нарушение положений ч. 5 ст. 69 УК РФ отбытое ФИО1 наказание по приговору Эрзинского районного суда Республики Тыва от 17 мая 2018 года и по приговору Тандинского районного суда Республики Тыва от 22 июня 2018 года - с 10 июля 2017 года по 8 октября 2017 года, с 21 февраля 2018 года по 23 июня 2021 года в окончательное наказание судом не зачтено. Допущенные нарушения в данной части подлежат устранению путем внесения соответствующих изменений в приговор.

На основании изложенного, руководствуясь стст. 38920, 38926, 38928, 38933 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Кызылского городского суда Республики Тыва от 24 июня 2021 года в отношении ФИО1 изменить:

- из резолютивной части исключить указание о назначении ФИО1 окончательного наказания путем частичного присоединения к назначенному по ч. 2 ст.160 УК РФ наказанию неотбытого наказания по приговорам Эрзинского районного Республики Тыва от 17 мая 2018 года и Тандинского районного суда Республики Тыва от 22 июня 20218 года (с учетом постановления судьи Кызылского городского суда Республики Тыва от 4 марта 2019 года);

- на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенного по ч. 2 ст. 160 УК РФ наказания с наказанием, назначенным приговорами Эрзинского районного Республики Тыва от 17 мая 2018 года и Тандинского районного суда Республики Тыва от 22 июня 2018 года (с учетом постановления судьи Кызылского городского суда Республики Тыва от 4 марта 2019 года), окончательное назначить ФИО1 по совокупности преступлений 9 лет 10 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима со штрафом в размере 20 000 рублей;

- исключить назначенное ФИО1 дополнительное наказание в виде ограничения свободы и установление ограничений, предусмотренных ч. 1 ст. 531 УК РФ;

- из описательно-мотивировочной и резолютивной частей исключить указание о зачете на основании п. «а» ч. 31 ст. 72 УК РФ в срок отбывания лишения свободы времени содержания ФИО1 под стражей по приговорам от 17 мая 2018 года и 22 июня 2018 года с 10 июля 2017 года по 8 октября 2017 года, с 21 февраля 2018 года по 18 сентября 2018 года;

- на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ в окончательное наказание зачесть наказание, отбытое ФИО1 по приговору Эрзинского районного суда Республики Тыва от 17 мая 2018 года и по приговору Тандинского районного суда Республики Тыва от 22 июня 2018 года - с 10 июля 2017 года по 8 октября 2017 года, с 21 февраля 2018 года по 23 июня 2021 года из расчета один день за один день. 

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя удовлетворить, апелляционную жалобу защитника оставить без удовлетворения.

Настоящее апелляционное решение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном гл. 471 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через Кызылский городского суд Республики Тыва в течение 6 месяцев со дня вступления его в законную силу, то есть с 5 октября 2021 года, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения его копии. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий