РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

18 января 2019 года Промышленный районный суд г. Самары в составе:

председательствующего судьи Османовой Н.С.,

при секретаре Волковой В.А.,

с участием прокурора Облиной Е.О., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Самара посредством видеоконференц-связи гражданское дело № по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском к ответчику ФИО2, ссылаясь на следующие обстоятельства. 

31.07.2015г. ответчик ФИО2, являясь организатором устойчивой, вооруженной, преступной группы (банды), совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, по найму, с применением оружия, совершенное организованной группой в отношении истца ФИО1, что подтверждается приговором Самарского областного суда от 21.10.2016г.

Данным приговором установлено, что гр. Т. и К., подошли к автомобилю ФИО1, после чего К., постучал в стекло передней пассажирской двери автомобиля, отвлекая на себя внимание ФИО1, чем облегчил совершение Т. преступления. Т., в это время приблизился к автомобилю ФИО1 со стороны водительской двери, напал на ФИО1 и применяя огнестрельное оружие – пистолет «Макарова» (ПМ) № калибра 9 мм., умышленно, прицельно, с близкого расстояния, произвел не менее трех выстрелов последнему в ногу, через открытое окно водительской двери.

Согласно заключению эксперта № «Б» от 07.07.2016г., сквозные ранения левого бедра (2), взаимно отягчавшие друг друга, вызвали развитие угрожающего состояния в виде массивной кровопотери, следовательно, по признаку опасности для жизни, в соответствии с п. 6.2.3 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (утверждены Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. №н), причинили тяжкий вред здоровью ФИО1

Преступление, совершенное в отношении истца, было исполнено непосредственно членами устойчивой вооруженной преступной группы (банды) ответчика ФИО2 и являлось заказным. Преступление было совершено на профессиональной основе за деньги (по найму) и дерзким по характеру исполнения – днем и в оживленном месте. Преступление было заранее хорошо спланировано: были приняты меры конспирации, распределены роли между непосредственными исполнителями, продуманы возможные варианты подавления сопротивления жертвы, а также пути отступления. Несмотря на значительную кровопотерю после выстрелов, истец чудом остался жив, благодаря своевременно оказанной медицинской помощи.

Понимая, что некоторые члены банды, а также заказчик и посредник находятся на свободе, истец и его близкие, чтобы спасти свою жизнь, практически сразу же после случившегося уехали из г. Самары далеко за пределы региона. Истец и его супруга вынуждены были уволиться с работы, а дети прекратить посещение школы и детского сада соответственно. Семья истца вынуждена была оставить просторную благоустроенную квартиру в центре города Самара, друзей и знакомых. Мать истца продала квартиру и также переехала в другой регион, подальше от г. Самара. Истец и его семья лишились заработка и жилья. Возвращаться в г. Самару они бояться по настоящее время. 

Преступление полностью перевернуло жизнь истца и его близких, он потерял здоровье, покой, материальную стабильность, благоустроенный быт, его семья живет в постоянном страхе. По новому месту жительства, которое истец никому не называет в целях безопасности, он и его супруга не могут трудоустроиться, живут в неблагоустроенной квартире, дети постоянно болеют. Истец также болеет по причине полученных огнестрельных ранений и переливания крови, у него снизился иммунитет, болят ноги, сосуды. В том числе на фоне постоянных эмоциональных переживаний болезненное состояние усугубляется, обострились болезни сердца, нервной системы, эмоциональное расстройство. При всем при этом в другом регионе истец не может пройти полноценное лечение и реабилитацию из-за отсутствия денег. 

После совершенного преступления ответчик ФИО2 никак не компенсировал истцу причиненный моральный вред. Между тем, роль ФИО2 в совершенном преступлении истец считает значительной, поскольку он являлся руководителем банды. Причиненный моральный вред, истец оценивает в 1 000 000 руб. 

В связи с этим, истец просит суд взыскать с ответчика ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен судом надлежащим образом, просил дело рассмотреть в его отсутствие.

Ответчик ФИО2, находящийся ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми в судебном заседании, проведенном с использование видеоконференц-связи, исковые требования не признал, просил в удовлетворении иска отказать.

Суд, выслушав пояснения ответчика, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. ч. 2 и 4 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Из материалов гражданского дела следует, что приговором Самарского областного суда от 21.10.2016г., вступившим в законную силу 08.11.2016г., установлено, что в неустановленное следствием время, но не позднее 31 июля 2015 года, у лица М.Т., проживающей в квартире № дома № по улицам 

<

адрес>, сложились личные неприязненные отношения с ее соседом ФИО1, проживающим в квартире № того же дома.

В июле 2015 года, более точное время следствием не установлено, у лица М.Т. возник преступный умысел на причинение ФИО1 телесных повреждений, при этом, это лицо решило найти лиц, способных совершить указанное преступление по найму, то есть за денежное вознаграждение.

Реализуя задуманное, лицо М.Т. в июле 2015 года, более точное время следствием не установлено, находясь на летней веранде ресторана «Макдональдс», расположенного в 

<

адрес>, обратилась к своему знакомому лицу К.В. с просьбой найти лиц, которые смогут по найму, то есть за денежное вознаграждение в сумме 50000 рублей, нанести телесные повреждения ФИО1 При этом, для того, чтобы лицо К.В. согласился ей помочь, лицо М.Т., в качестве мотива совершения преступления, сообщила ему заведомо недостоверные сведения о том, что ФИО1 ранее нанес телесные повреждения ее малолетнему ребенку.

Лицо К.В., будучи введенным лицом М.Т. в заблуждения, действуя из мотива сострадания, на предложение последней согласился, при этом, он решил себе какую-либо часть денежных средств за совершение данного преступления не оставлять, а передать всю сумму непосредственным исполнителям преступления. Таким образом, лицо М.Т. склонила лицо К.В. к совершению преступления в отношении ФИО1 путем уговора.

Затем, лицо К.В., реализуя задуманное, осознавая общественную опасность, противоправность и фактический характер своих действий, относясь к возможности наступления общественно-опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1, безразлично, в июле 2015 года, находясь в помещении спортивного зала «Крылья Советов», расположенного в 

<

адрес>, обратился к своему знакомому лицу Ш.И., являющемуся членом созданной ФИО2 ранее устойчивой, вооруженной, преступной группы (банды), предложением нанести телесные повреждения ФИО1 по найму, т.е. за денежное вознаграждение в сумме 50 000 руб., с чем лицо Ш.И. согласился, при этом сообщив, лицу К.В. о необходимости ему согласовать этот вопрос с ФИО2 – руководителем их преступной группы.

После этого, в июле же 2015 года, член банды лицо Ш.И., находясь в неустановленном следствием месте в г. Самара, действуя в интересах банды, предложил организатору и руководителю вышеуказанной преступной группы ФИО2, совершить нападение на ФИО1 и нанести ему телесные повреждения по найму, то есть за денежное вознаграждение в сумме 50 000 руб. ФИО2, также действуя в интересах банды, с предложением лица Ш. согласился и принял решение о совершении членами банды нападения на ФИО1 по найму, то есть за денежное вознаграждение в сумме 50 000 руб. При этом, ФИО2 поручил подготовить совершение нападения на ФИО1 членам преступной группы лицам Т.Д. и Ш.И.

Лицо К.В., в начале августа 2015 года, находясь на летней веранде указанного ресторана «Макдональдс», сообщил о том, что он нашел людей, готовых за денежное вознаграждение причинить телесные повреждения ФИО1 лицу М.Т., которая предоставила в свою очередь лицу К.В. информацию, необходимую для совершения нападения, а именно сообщила анкетные данные ФИО1, адрес дома, в котором он проживает, марку, модель и государственные номерные знаки автомобиля, на котором он передвигается. Указанную информацию, лицо К.В. в то же время, но не позднее 16 августа 2015 года, находясь в помещении указанного выше спортивного зала «Крылья Советов», передал члену банды лицу Ш.И.

Далее, ФИО2, в то же время, но не позднее 16 августа 2015 года, находясь в кафе «Чистые пруды», расположенном по адресу: 

<

адрес>, являясь руководителем банды, дал членам банды лицам Т.Д. и Ш.И. указание совершить нападение на ФИО1, для чего указал им предварительно собрать дополнительную информацию об объекте нападения, а именно установить маршрут передвижения ФИО1, определить наиболее удобное место, время и способ совершения нападения, а также пути беспрепятственного отхода членов банды с места преступления.

После этого, лица Т.Д. и Ш.И., выполняя указание ФИО2, на протяжении нескольких дней августа 2015 года, более точное время следствием не установлено, вели скрытое наблюдение за ФИО1, на автомобиле «

<

данные изъяты>», с государственными номерными знаками № регион, под управлением лица Ш.И., установили маршрут его передвижения и приняли решение о совершении нападения на ФИО1 возле жилого 

<

адрес>, в котором тот проживал.

Далее, ФИО2, получив от членов банды лиц Т.Д. и Ш.И. информацию, необходимую для подготовки и совершения преступления, принял решение о совершении нападения на ФИО1 и причинения ему телесных повреждений с применением огнестрельного оружия во дворе дома, где проживал потерпевший, при этом ФИО2, лица Т.Д. и Ш.И. решили согласовать возможность применения огнестрельного оружия с представителем заказчика преступления. С этой целью лицо Ш.И., действуя в интересах банды, в тот же период времени, но не позднее 16 августа 2015 года, находясь на пересечении 

<

адрес> встретился с лицом К.В., с которым согласовал возможность применения огнестрельного оружия при совершении нападения на ФИО1 Лицо К.В., относясь к возможности наступления общественно-опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1 безразлично, согласился с предложением лица Ш.И. использовать огнестрельное оружие.

Затем, в августе, но не позднее 16 августа 2015 года, член банды лицо Т.Д., находясь в неустановленном следствием месте в г. Самара, предложил своему знакомому лицу К.Е., не являющемуся членом организованной группы, банды принять участие в совершении нападения на ФИО1 по найму, то есть за денежное вознаграждение, предварительно согласовав возможность привлечения этого лица с организатором и руководителем банды ФИО2, на что лицо К.Е., действуя из корыстных побуждений, ответил согласием. 

После этого, руководителем преступной группы, банды ФИО2, при участии ее членов лиц Т.Д. и Ш.И. был разработан план совершения нападения на ФИО1, согласно которого были распределены роли и обговорены действия всех членов банды лиц Т.Д. и Ш.И., а также привлеченного не члена банды лица К.Е., определен для использования автомобиль «

<

данные изъяты>» под управлением лица Ш.И. с установлением на машине в целях конспирации государственными номерными знаками № регион, не соответствующими паспорту указанного технического средства; определено оружие, которое должно использоваться при нападении и место совершения преступления - двор 

<

адрес>.

Реализуя задуманное, действуя по разработанному ФИО2 плану, 17 августа 2015 года, в утреннее время, члены банды лица Т.Д., Ш.И. и привлеченный для совершения указанного преступления, не являющийся членом банды лицо К.Е., незаконно перевезли пистолет модели «Макарова» (ПМ) № калибра 9 мм, с не менее чем тремя пистолетными патронами калибра 9 мм к нему из гаража, находившегося в пользовании лица Ш.И. и расположенного возле здания 

<

адрес> на автомобиле «

<

данные изъяты>» с установленными на автомобиле в целях конспирации государственными номерными знаками № регион, не соответствующими паспорту указанного технического средства, прибыли на пересечение 

<

адрес> и 

<

адрес>, где стали ожидать появление автомобиля «

<

данные изъяты>, с государственными номерными знаками № регион, под управлением ФИО1

Примерно в 13 часов этого же дня, мимо автомобиля под управлением лица Ш.И. проследовал вышеуказанный автомобиль под управлением ФИО1, после чего лица Т.Д., Ш.И., К.Е. проехали за ним, а затем остановились неподалеку от указанного автомобиля под управлением ФИО1, припарковавшегося вдоль обочины 

<

адрес>, по ходу движения в сторону 

<

адрес>, напротив здания 

<

адрес>.

Примерно в 13 часов 15 минут, этого же дня, лицо Ш.И., действуя в составе банды по заранее разработанному плану, передал лицу Т.Д. пистолет ПМ № калибра 9 мм., с не менее чем тремя пистолетными патронами калибра 9 мм. К нему, а лицу К.Е. пистолет ограниченного поражения МР-9ТМ № калибра 9 мм., после чего лица Т.Д. и К.Е. вышли из автомобиля, а лицо Ш.И. продолжил за рулем автомобиля наблюдать за окружающей обстановкой, чтобы в случае опасности предупредить лиц, совершавших в это время вооруженное нападение и обеспечить безопасный отход членов преступной группы по окончанию вооруженного нападения. 

Далее, лица Т.Д. и К.Е., действуя совместно и согласовано по плану подошли к автомобилю под управлением ФИО1, где лицо К.Е. постучал в стекло передней пассажирской двери автомобиля и таким образом отвлек себя внимание ФИО1, а лицо Т.Д. в это время напал на ФИО1 со стороны водительской двери, и применяя огнестрельное оружие – пистолет «Макарова» (ПМ) № калибра 9 мм., умышленно, прицельно, с близкого расстояния, произвел не менее трех выстрелов последнему в ногу, через открытое окно водительской двери. В свою очередь, лицо К.Е. в это время, находился рядом с автомобилем ФИО1, чтобы в случае появления опасности предупредить лицо Т.Д. обеспечить безопасный отход членов преступной группы по окончанию вооруженного нападения, применив в случае необходимости находящийся при нем пистолет ограниченного поражения 

<

данные изъяты> № калибра 9 мм.

О перевозке, переноске оружия и использовании его при совершении нападения на ФИО1 были осведомлены как организатор и руководитель банды ФИО2, так и участники банды лица Т.Д. и Ш.И., которым ФИО2 было поручено совершение данного преступления, а также привлеченный для совершения указанного преступления, не являющийся членом банды лицо К.Е.

В результате умышленных преступных действий лиц Т.Д., Ш.И. и К.Е. потерпевшему ФИО1 были причинены два сквозных ранения левого бедра, сопровождающиеся обильным кровотечением и развитием анемии средней степени, которые взаимно отягчавшие друг друга, вызвали развитие угрожающего состояния в виде массивной кровопотери, по признаку опасности для жизни, причинили тяжкий вред здоровью ФИО1

После совершения нападения, лица Т.Д., Ш.И., К.Е., убедившись, что их единый с ФИО2 преступный умысел, на причинение телесных повреждений ФИО1 доведен до конца, скрылись с места совершения преступления на автомобиле «

<

данные изъяты>» под управлением лица Ш.И., при этом лица Т. Д., Ш.И. и К.Е. незаконно перевезли пистолет ПМ на вышеуказанном автомобиле под управлением лица Ш.И. в гараж, расположенный возле здания 

<

адрес>, где лицо Ш.И. продолжил его хранить до 18.08.2015 года.

За совершение указанного преступления, лицо М.Т., убедившись, что ее «заказ» выполнен и ФИО1 получил телесные повреждения, в период с 18 по 31 августа 2015 года, более точное время следствием не установлено, находясь на летней веранде указанного выше ресторана «Макдональдс», в качестве вознаграждения передала лицу К.В. денежные средства в сумме 50000 рублей, которые он в этот же день, находясь на пересечении 

<

адрес> и 

<

адрес> передал лицу Ш.И., а тот ФИО2, который и распределил денежные средства между участниками банды и лицом, не входящим в состав банды.

Данным приговором суда, ответчик ФИО2 по данному эпизоду признан виновным в совершении преступления предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ и ему назначено наказание по п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 6 лет без ограничения свободы. 

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ – по совокупности преступлений – путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО2 наказание в виде лишения свободы сроком на 9 лет, с ограничением свободы сроком на 1 год, без штрафа.

Таким образом, суд считает установленным, в соответствии с положениями ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, что ФИО2 являясь руководителем преступной группы, организовал нападение на истца ФИО1, в результате которого ему был причинен тяжкий вред здоровью.

При таких обстоятельствах, ответственность по возмещению морального вреда, в результате причинения вреда здоровью истца, должна быть возложена на ответчика ФИО2

Определяя размер компенсации морального вреда истцу, в связи с причинением вреда здоровью, суд принимает во внимание, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ. (Данная позиция нашла свое подтверждение в определении Верховного суда РФ от 12.10.2012 г. № 51-КГ12-1). 

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 26.01.2010 г. "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из того, что истцу полученным повреждением здоровья причинены не только тяжелые физические, но и нравственные страдания, поскольку он не мог не переживать и не испытывать чувство страха за свою жизнь и здоровье из-за полученной травмы. 

Также судом принимается во внимание, что в результате преступления, совершенного ответчиком, истцу был причинен тяжкий вред здоровью, в связи с чем, он длительное время находился на стационарном и амбулаторном лечении, нуждался в посторонней помощи и уходе, испытывал физические и нравственные страдания, которые заключались в сильной физической боли, невозможности вести привычный, активный образ жизни. В настоящее время истец испытывает неблагоприятные последствия от полученных огнестрельных ранений и дальнейшего переливания крови, в виде снижения иммунитета, болей в ногах и сосудах.

С учетом требований разумности и справедливости, положения п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" суд находит разумной и справедливой сумму денежной компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца в размере 170 000 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход государства подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 170 000 (сто семьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО2 в доход государства государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Промышленный районный суд г. Самара в течение одного месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 25.01.2019г. 

Председательствующий: Османова Н.С.