Дело № 2-167/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Карпогоры 04 сентября 2020 года

Пинежский районный суд Архангельской области в составе председательствующего судьи Жук О.Ю., 

при секретаре Немировой Н.Н.,

с участием истца ФИО5,

представителя ответчика ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к Государственному бюджетному стационарному учреждению социального обслуживания системы социальной защиты населения Архангельской области «Сийский психоневрологический интернат» о признании незаконным приказа о дисциплинарном взыскании, взыскании недоначисленных премиальных выплат, признании незаконными действий по несвоевременному предоставлению документов, связанных с начислением заработной платы, взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО5 обратилась в суд с иском к Государственному бюджетному стационарному учреждению социального обслуживания системы социальной защиты населения Архангельской области «Сийский психоневрологический интернат» (далее ГБСУ СО ССЗН АО «Сийский психоневрологический интернат») о признании незаконным приказа о дисциплинарном взыскании, взыскании недоначисленных премиальных выплат, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указала, что с ДД.ММ.ГГГГ года состоит в трудовых отношениях с ГБСУ СО ССЗН АО «Сийский психоневрологический интернат», с 01 сентября 2017 года работает в должности санитарки палатной и выполняет работу по уходу за лежачими больными, влажную уборку помещений и другую согласно должностной инструкции, утвержденной 20 февраля 2015 года и условиям дополнительного соглашения от 20 апреля 2018 года №***. Приказом №*** от 30 марта 2020 года на нее наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания, а при расчете заработной платы были сняты 20 баллов, вследствие чего недоначислена заработная плата в части премиальной выплаты за март 2020 года. Согласно приказу о дисциплинарном взыскании, основанием для наказания явилось нарушение п. 12 Инструкции по охране труда при работе с обеспечиваемыми психоневрологического интерната. С указанной инструкцией она не знакомилась, на посту медперсонала таковая отсутствует. Наказали ее за то, что между ней и другой санитаркой произошел спор по объему трудовых обязанностей, во время которого, по мнению работодателя, они громко разговаривали. Наложение дисциплинарного взыскания и недочисление заработной платы, а именно премиальной выплаты, считает неправомерным, так как срок ознакомления с приказом, составляющий 3 рабочих дня, работодателем был нарушен (с приказом она была ознакомлена только 10 апреля 2020 года). Нарушений внутреннего трудового распорядка она не допускала, свои должностные обязанности выполняет в полном объеме, факт виновного неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на нее обязанностей в ее действиях отсутствует. 

Также указала, что старшая медсестра ФИО1, составившая докладную записку, руководствовалась видеозаписью без звука. Комиссия по трудовым спорам в организации не создана. Просила признать незаконным приказ №*** от 20 марта 2020 года о применении дисциплинарного взыскания в виде замечания, обязать ответчика доначислить и выплатить недоначисленную заработную плату за март 2020 года и взыскать с ответчика компенсацию морального вреда (с учетом заявления от 14 августа 2020 года об увеличении суммы компенсации морального вреда – л.д.108) в сумме 10000 руб. 

В ходе рассмотрения дела истец увеличила исковые требования, направив в суд дополнение к исковому заявлению, в котором просит признать незаконными действия ГБСУ СО ССЗН АО «Сийский психоневрологический интернат» по непредоставлению ей в установленный статьей 62 Трудового кодекса Российской Федерации письменного объяснения по факту недоначисленной заработной платы, а именно премиальных выплат за март 2020 года, и взыскать денежную компенсацию морального вреда в размере 2000 руб. В обоснование указала, что обратилась к работодателю с указанным заявлением 16 апреля 2020 года, однако в трехдневный срок, установленный статьей 62 Трудового кодекса Российской Федерации, ответ представлен не был. При ее устном обращении по факту отсутствия письменного ответа было пояснено, что ответ будет представлен в месячный срок согласно законодательству о порядке рассмотрения обращений граждан. Ответ на заявление был предоставлен работодателем лишь 18 мая 2020 года, то есть с нарушением установленного срока, что является нарушением ее трудовых прав и основанием для взыскания с ответчика компенсации морального вреда (л.д.92). 

Определением суда от 14 августа 2020 года увеличение исковых требований принято к производству (л.д.110-111).

В судебном заседании истец ФИО5 исковые требования поддержала по изложенным основаниям. Дополнительно пояснила, что на нее наложено дисциплинарное взыскание за нарушение п. 12 инструкции по охране труда, однако такого пункта в ее инструкции по охране труда нет. В ходе спора с санитаркой ФИО2 она разговаривала в обычном тоне, голос не повышала, на поведение обеспечиваемых негативно их спор не повлиял. В результате наложения на нее дисциплинарного взыскания и снижения премиальных выплат она переживала, не смогла в полной мере обеспечить своего ребенка-

<

...>. При этом считает, что система оплаты труда в учреждении в целом не соответствует действующему законодательству, ее заработная плата за март 2020 года должна быть более 

<

...> руб. С Положением о новой оплате труда работников ее не знакомили, приказа о снижении баллов она не видела. Написав заявление работодателю от 16 апреля 2020 года, она хотела получить объяснения, на каком основании с нее были сняты премиальные выплаты за март 2020 года и сколько. Ответ на заявление был получен спустя более одного месяца со дня подачи заявления, что причинило ей моральный вред, так как она длительное время не знала, за что и в каком размере ей уменьшена премия. 

Представитель ГБСУ СО ССЗН АО «Сийский психоневрологический интернат» ФИО6 в судебном заседании с иском не согласился. Пояснил, что громкие переговоры персонала в присутствии получателей социальных услуг в интернате могут привести к нервному возбуждению психически больных и нанесению ими травм себе или другим лицам. Факт громкого разговора истца с санитаркой ФИО2 подтвержден в ходе проверки, проведенной работодателем, самой ФИО5 этот факт не отрицался. При составлении приказа №*** от 30 марта 2020 года о дисциплинарном взыскании ошибочно было вписано о нарушении ФИО5 п. 12 инструкции по охране труда при работе с обеспечиваемыми психоневрологического интерната, утвержденной 02 ноября 2012 года. Данная инструкция не действует. Фактически ФИО5 нарушила п. 12 инструкции по технике безопасности при работе с психическими больными психоневрологического интерната, утвержденной 09 января 2018 года. Приказом №*** от 06 апреля 2020 года в приказ от 30 марта 2020 года внесены соответствующие изменения. С указанным приказом истца действительно не ознакомили. Пояснил, что максимальное количество баллов по критерию «интенсивность и высокие результаты работы» составляет 100, из которых за март 2020 года с ФИО5 было снято 20 баллов в связи с совершением ею дисциплинарного проступка. 16 апреля 2020 года ФИО5 обратилась с заявлением о предоставлении письменного объяснения, которое не относится к документам, содержащихся в перечне части 1 статьи 62 Трудового кодекса Российской Федерации. Ответ на данное обращение дан с соблюдением месячного срока, установленного законодательством о порядке рассмотрения обращений граждан. Поскольку последний день срока приходился на выходной день, ответ на обращение направлен на следующий рабочий день, то есть 18 мая 2020 года. Дополнительно пояснил, что ознакомление работника с протоколом заседания комиссии по распределению баллов ничем не предусмотрено, основанием лишения истца премиальных выплат в марте 2020 года являлся оспариваемый приказ №*** от 30 марта 2020 года, с которым она была ознакомлена 10 апреля 2020 года. Согласно служебной записке секретаря, в день издания приказа, 30 марта 2020 года, ФИО5 по телефону было предложено явиться на работу и ознакомиться с приказом, но она отказалась до выхода с больничного.

Суд, заслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, пришел к следующему.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ года между истцом и ответчиком заключен трудовой договор, согласно которому истец принята на работу по должности 

<

...>, приказом от ДД.ММ.ГГГГ года переведена в отделение престарелых на должность санитарки палатной. 

Согласно ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям. 

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Статьей 193 ТК РФ предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение (ч. 1).

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (ч. 6).

Исходя из общих начал юридической ответственности, в приказе (распоряжении) указывается основание применения взыскания и его вид.

Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Приказом и.о.директора ГБСУ СО ССЗН АО «Сийский психоневрологический интернат» ФИО3 от 30 марта 2020 года №*** ФИО5 подвергнута дисциплинарному взысканию в виде замечания. 

Приказ о применении дисциплинарного взыскания объявлен истцу по истечении трех рабочих дней со дня издания приказа -10 апреля 2020 года, то есть с нарушением требований ч. 6 ст. 193 ТК РФ о сроках ознакомления работника с приказом о наложении дисциплинарного взыскания. Данные о нахождении истца на больничном в период с 30 марта до 10 апреля 2020 года опровергаются расчетным листком за март 2020 года, иных данных об отсутствии работника на работе в течение указанного периода материалы дела не содержат и суду не представлены. Акт об отказе в ознакомлении с приказом работодателем не составлен, докладная секретаря ФИО4 таковым не является. 

Применение дисциплинарного взыскания в приказе от 30 марта 2020 года №*** обосновано нарушением со стороны работника требований пункта 12 инструкции по охране труда при работе с обеспечиваемыми психоневрологического интерната, утвержденной 02 ноября 2012 года, которое состоит в том, что санитарка палатная ФИО5 и санитарка сопровождения ФИО2 в присутствии получателей социальных выплат недопустимо громко ругались, ссорились.

Как установлено в судебном заседании, указанная в оспариваемом приказе инструкция по охране труда при работе с обеспечиваемыми психоневрологического интерната, утвержденная 02 ноября 2012 года (далее – инструкция от 02 ноября 2012 года), на момент привлечения ФИО5 к дисциплинарной ответственности не действовала. 

Текст инструкции от 02 ноября 2012 года работодателем не представлен, как и данных о том, что истец с ней была ознакомлена.

Привлечение к дисциплинарной ответственности за нарушение положений недействующего локального акта, с которым работник не ознакомлен, нельзя признать обоснованным.

Вместе с тем, представитель ответчика в судебном заседании пояснил, что фактически ФИО5 своими действиями нарушила п. 12 инструкции по технике безопасности при работе с психическими больными психоневрологического интерната, утвержденной 09 января 2018 года, тем самым основания для ее привлечения к дисциплинарной ответственности имелись.

Из материалов дела следует, что предписание персоналу учреждения о проявлении должного терпения и самообладания, осторожности, вдумчивости и мягкости в общении с обеспечиваемыми, о налаживании контакта с обеспечиваемыми и ровного, спокойного, чуткого и в то же время справедливого отношения ко всем обеспечиваемым, содержится в пункте 12 инструкции по технике безопасности при работе с психическими больными психоневрологического интерната, утвержденной директором учреждения 09 января 2018 года. Там же содержится запрет на сухое официальное отношение, нецензурные выражения в адрес больных или их слишком близкое приближение к себе, оповещение о делах интерната, грубость и резкость в их адрес, повышение голоса, грубые окрики или запугивание обеспечиваемых. Недопустимы громкие переговоры на все отделение, ссоры между персоналом в присутствии больных.

Инструкция по технике безопасности при работе с психическими больными психоневрологического интерната, утвержденная директором учреждения 09 января 2018 года, не отменяет и не изменяет инструкцию от 02 ноября 2012 года, является самостоятельным локальным нормативным актом. 

В судебном заседании представитель ответчика представил приказ №*** от 06 апреля 2020 года, которым в оспариваемый приказ №*** от 30 марта 2020 года внесены изменения: указано на нарушение ФИО5 и ФИО2 п. 12 инструкции по технике безопасности при работе с психическими больными психоневрологического интерната, утвержденной директором учреждения 09 января 2018 года (л.д.47-49).

Учитывая действия работодателя, который ранее, как при направлении документов на запрос суда о предоставлении всех материалов по дисциплинарному производству (получено ответчиком 04 июня 2020 года – л.д.28,30), так и в ходе судебных заседаний, не ссылался на издание приказа №*** от 06 апреля 2020 года о внесении изменений в первоначальный приказ о дисциплинарном взыскании и впервые представил приказ №*** от 06 апреля 2020 года после вынесения в судебном заседании на обсуждение вопроса о предоставлении инструкции от 02 ноября 2012 года, принимая во внимание то обстоятельство, что данный приказ выпадает из сплошной нумерации изданных приказов, в книге приказов данный приказ не зарегистрирован и не имеет отметки об ознакомлении с ним упомянутых в приказе работников, суд относится к нему критически, оценивая действия работодателя по его изданию как недобросовестные. 

При этом ответчиком не оспаривается, что с приказом №*** от 06 апреля 2020 года истец не была ознакомлена и объяснений по нему не давала. 

Из письменных объяснений ФИО5 от 30 марта 2020 года (л.д.54), видно, что по существу они даны о причинах произошедшего между ней и санитаркой ФИО2 конфликта, а не применительно к нарушению ею требований п. 12 инструкции по технике безопасности при работе с психическими больными психоневрологического интерната, утвержденной директором учреждения 09 января 2018 года. Между тем, такие возражения у ФИО5 имелись: в судебных заседаниях она поясняла, что разговаривала с ФИО2 обычным тоном, какого-либо беспокойства обеспечиваемым не причиняла, положения п. 12 инструкции по технике безопасности при работе с психическими больными психоневрологического интерната, утвержденной директором учреждения 09 января 2018 года, не нарушала. 

Принимая во внимание вышеуказанное обстоятельство, а также то, что объяснения даны ФИО5 по факту конфликта с ФИО2, произошедшего 27 марта 2020 года, тогда как сам приказ №*** от 30 марта 2020 года даты совершения дисциплинарного проступка не содержит, соотносимость изданного приказа (в том числе с учетом внесенных в него изменений) с письменными объяснениями ФИО5 суду не доказана.

Учитывая, что приказ от 30 марта 2020 года №*** не содержит даты совершения дисциплинарного проступка, объяснения по факту нарушения п. 12 инструкции по технике безопасности при работе с психическими больными психоневрологического интерната, утвержденной директором учреждения 09 января 2018 года, у работника истребованы не были и с приказом о наложении дисциплинарного взыскания по факту нарушения п. 12 указанной инструкции истец ознакомлена, суд приходит к выводу о существенном нарушении работодателем процедуры наложения дисциплинарного взыскания, повлекшем нарушение права работника на защиту. 

Кроме того, убедительных доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО5 в присутствии больных осуществляла громкие конфликтные переговоры в той мере, в какой это запрещено пунктом 12 инструкции по технике безопасности при работе с психическими больными психоневрологического интерната, утвержденной директором учреждения 09 января 2018 года, ответчиком не представлено. Докладная старшей медицинской сестры ФИО1 является ее субъективным мнением, содержащими выводы о наличии в действиях ФИО5 нарушений установленных требований, которое ничем не подкреплено.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что дисциплинарное взыскание наложено на ФИО5 незаконно и необоснованно.

Истцом заявлено требование о взыскании недоначисленных премиальных выплат за март 2020 года, которой она была лишена в связи с незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности в виде замечания.

Судом установлено, что среди выплат стимулирующего характера трудовым договором ФИО5 предусмотрена премия за интенсивность и высокие результаты работы.

Основаниями начисления премии является достижение показателей и критериев эффективности деятельности работника. Данные показатели определяются в баллах согласно приложениям к Положению о новой оплате труда работников (утв. 27 сентября 2019 года). Размеры премии определяются исходя из количества баллов, полученных каждым работником в расчетном периоде. Эквивалент одного балла в рублях утверждается приказом руководителя учреждения (л.д.6-13,20, 59-84).

Стоимость одного балла при начислении премии за интенсивность и высокие результаты в расчетном периоде с 01 января 2020 года по 31 марта 2020 года утверждена приказом и.о. директора ГБСУ СО ССЗН АО «Сийский психоневрологический интернат» №*** от 30 января 2020 года и составляет 10 руб. (л.д.86).

Как следует из материалов дела и подтверждено самим работодателем в сообщении от 18 мая 2020 года, в отзыве на исковое заявление, объяснениями представителя ответчика в судебном заседании, комиссия по распределению баллов между категориями работников основного персонала сняла с истца 20 баллов (протокол №*** от 02 апреля 2020 года) в связи с тем, что в марте 2020 года к ФИО5 было применено дисциплинарное взыскание в виде замечания по приказу №*** от 30 марта 2020 года. В результате премиальная выплата за интенсивность и высокие результаты работы за месяц у истца составила 739,20 руб. (л.д.38-39,94, 87). 

Учитывая, что наложение дисциплинарного взыскания судом признано незаконным, основания для указанного снижения истцу премиальной выплаты за март 2020 года отсутствуют. 

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству судом направлен запрос работодателю о предоставлении подробного расчета заработной платы истца за спорный месяц без учета снятия баллов в связи с совершенным ФИО5 дисциплинарным проступком (л.д.28,30).

Согласно представленному расчету, премия за интенсивность за март 2020 года (из расчета 80 баллов, фактически начисленных ФИО5) составила 739,20 руб. Из расчета 100 баллов премия составила бы 923, 90 руб. 

Разница составляет 184, 70 руб. (без начисления районного коэффициента и северной надбавки).

Проверив представленный работодателем расчет, суд берет его за основу, поскольку он согласуется с фактическими обстоятельствами дела, требованиями закона и локальных нормативно-правовых актов. При расчете учтена норма рабочего времени при 36 часовой рабочей неделе и фактически отработанное истцом время, стоимость одного балла (10 руб.)

В Пинежском районе Архангельской области установлены районный коэффициент 40% и процентная надбавка 80%, всего 120%.

С учетом районного коэффициента и северной надбавки сумма недоначисленной истцу премии в связи с применением к ней дисциплинарного взыскания составляет 406,34 руб. (184,70 руб. х 2,2), которая подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Также истцом заявлено требование о признании незаконными действий ответчика по несвоевременному предоставлению документов, связанных с начислением ей заработной платы.

Судом установлено, что 16 апреля 2020 года истцом в адрес ответчика был направлен запрос о предоставлении пояснений относительно снижения заработной платы за март 2020 г. (л.д. 93).

Данный запрос был получен ответчиком 16 апреля 2020 года.

18 мая 2020 года на данный запрос ответчиком было дано разъяснение о том, что снижению размера заработной платы за март 2020 года способствовало уменьшение премиальной выплаты за интенсивность и высокие результаты работы за месяц, основанием для которого стало наложение на истца дисциплинарного взыскания с указанием рассчета премиальной выплаты (л.д. 94).

Таким образом, ответ на запрос истца был дан работодателем по истечении месяца с момента его поступления.

Вместе с тем, как следует из положений ст. 62 ТК РФ, по письменному заявлению работника работодатель обязан не позднее трех рабочих дней со дня подачи этого заявления выдать работнику копии документов, связанных с работой (копии приказа о приеме на работу, приказов о переводах на другую работу, приказа об увольнении с работы; выписки из трудовой книжки; справки о заработной плате, о начисленных и фактически уплаченных страховых взносах на обязательное пенсионное страхование, о периоде работы у данного работодателя и другое). Копии документов, связанных с работой, должны быть заверены надлежащим образом и предоставляться работнику безвозмездно.

Перечень документов (копий документов), перечисленных в ч. 1 ст. 62 ТК РФ, не является исчерпывающим. Помимо названных работодатель обязан по письменному требованию работника выдать ему и другие документы, если они необходимы ему для реализации тех или иных прав. При этом, работодатель не имеет права требовать от работника подтверждения необходимости получения этих документов, а также требовать оплаты за их подготовку и выдачу.

Таким образом, названные положения действующего законодательства во взаимосвязи со ст. 62 ТК РФ возлагают на работодателя безусловную обязанность в трехдневный срок выдать лицу документы, связанные с его работой. 

Конституция Российской Федерации, провозглашая Россию правовым социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, закрепляет, что в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, каждый имеет право на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда (ст. 1, ч. 1; ст. 7; ст. 37, ч. 3).

Частью 1 ст. 135 ТК РФ определено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (ч. 2 ст. 135 ТК РФ).

Статья 129 ТК РФ определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) (ч. 1).

Из изложенного видно, что обращение ФИО5 к ГБСУ СО ССЗН АО «Сийский психоневрологический интернат» с просьбой о даче пояснений относительно снижения размера заработной платы за март 2020 года было обусловлено ее стремлением к защите своего конституционного права на справедливое вознаграждение за труд.

Таким образом, у суда отсутствуют сомнения в том, что запрашиваемый истцом документ относятся к документом, указанным в ст. 62 ТК РФ.

При этом довод стороны ответчика о том, что рассмотрение заявление истца должно было осуществляться в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 02.05.2006 № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» не может быть принят судом во внимание, поскольку законодатель, осознавая особую значимость трудовых правоотношений, предусмотрел сокращенный срок предоставления запрашиваемых работником документов.

Не может быть принят во внимание также довод ответчика об отсутствии в положении о комиссии по назначению баллов ГБСУ АО «Сийский психоневрологический интернат» от 26 февраля 2016 года нормы, обязывающей работодателя ознакомить работника с протоколом заседания комиссии по распределению баллов, поскольку отсутствие у работодателя обязанности по ознакомлению работника с указанным протоколом не свидетельствует об отсутствии у него обязанности по предоставлению работнику сведений относительно влияния решений комиссии на размер начисленной работнику заработной платы.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о нарушении ГБСУ СО ССЗН АО «Сийский психоневрологический интернат» установленного статьей 62 ТК РФ права ФИО5 на своевременное получение документов, связанных с ее трудовой деятельностью.

В связи с незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности, недоначислением премии за март 2020 года, незаконными действиями ответчика по несвоевременному предоставлению документов, связанных с начислением заработной платы, ФИО5 просит возложить на работодателя компенсацию причиненного ей морального вреда.

В силу статьи 237 ТК РФ подлежит компенсации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями (бездействиями) работодателя, который возмещается в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. 

Суду не представлено доказательств того, что между сторонами заключено такое соглашение. 

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 63 постановления от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснил, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При рассмотрении дела судом установлены неправомерные действия работодателя в отношении истца, выразившиеся в необоснованном привлечении к дисциплинарной ответственности, недочислении в связи с этим заработной платы в части премиальных выплат за март 2020 года, несвоевременном предоставлении документов, связанных с их начислением.

Данных об ухудшении самочувствия истца в спорный период в материалах дела не имеется.

У суда не вызывает сомнений то, что ФИО5 действительно испытывала моральные и нравственные страдания, переживала в связи с нарушением ее трудовых прав, которое носило длящийся характер. В связи с невыплатой причитающихся сумм было нарушено право на справедливое вознаграждение за труд, ущемлены материальные возможности истца, которая была лишена в достаточной мере обеспечивать себя, свою семью, она длительное время не знала, за что и в каком размере ей уменьшена премия, была необоснованно привлечена к дисциплинарной ответственности. 

Поэтому имеются все предусмотренные законом основания для компенсации причиненного истцу морального вреда.

Истец ФИО5 просит взыскать компенсацию морального вреда в сумме по 12 000 рублей. Сторона ответчика заявила о своем несогласии с указанной суммой.

На основании изложенного, суд, учитывая фактические обстоятельства, при которых ФИО5 причинены нравственные переживания, считает необходимым в соответствии со ст. 237 ТК РФ с учетом обстоятельств дела, характера причиненных истцу нравственных страданий и переживаний, степени вины ответчика, требований разумности и справедливости определить к взысканию денежную компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобождён, подлежит взысканию с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Таким образом, с ответчика подлежит к взысканию государственная пошлина в общей сумме 1300 рублей, в том числе 400 рублей по требованию имущественного характера, подлежащего оценке (о взыскании недоначисленных премиальных выплат), и 900 рублей – по трем требованиям неимущественного характера (о признании незаконным увольнения, о признании незаконными действий работодателя по несвоевременному предоставлению документов, связанных с начислением заработной платы, и о взыскании компенсации морального вреда).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО5 к Государственному бюджетному стационарному учреждению социального обслуживания системы социальной защиты населения Архангельской области «Сийский психоневрологический интернат» о признании незаконным приказа о дисциплинарном взыскании, взыскании недоначисленных премиальных выплат, признании незаконными действий по несвоевременному предоставлению документов, связанных с начислением заработной платы, взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить.

Признать незаконным приказ исполняющего обязанности директора Государственного бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания системы социальной защиты населения Архангельской области «Сийский психоневрологический интернат» от 30 марта 2020 года №*** в части наложения дисциплинарного взыскания в виде замечания на ФИО5.

Взыскать с Государственного бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания системы социальной защиты населения Архангельской области «Сийский психоневрологический интернат» в пользу ФИО5 недоначисленные премиальные выплаты за март 2020 года в сумме 406 (Четыреста шесть) рублей 34 копейки.

Признать незаконными действия Государственного бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания системы социальной защиты населения Архангельской области «Сийский психоневрологический интернат» по несвоевременному предоставлению ФИО5 документов, связанных с начислением заработной платы.

Взыскать с Государственного бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания системы социальной защиты населения Архангельской области «Сийский психоневрологический интернат» в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 5000 (Пять тысяч) рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного стационарного учреждения социального обслуживания системы социальной защиты населения Архангельской области «Сийский психоневрологический интернат» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 1300 (Одна тысяча триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение месяца со дня изготовления судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Пинежский районный суд.

Мотивированное решение изготовлено судом 09 сентября 2020 года.

Судья Жук О.Ю.