Судья Гуськов В.П. Дело № 22-4007

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Кемерово 21 октября 2021 года

Кемеровский областной суд в составе председательствующего судьи Федусовой Е.А.

при секретаре Дорожкиной О.П.

с участием прокурора Санчай А.М.,

осуждённого ФИО31, участвующего в судебном заседании посредством видеоконференц-связи,

адвоката Кочетковой Е.Л.

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы осуждённого ФИО31 на постановление Топкинского городского суда Кемеровской области от 13 апреля 2021 года о взыскании процессуальных издержек в виде вознаграждения адвоката, участвующего в судебном заседании по назначению, а также на приговор Топкинского городского суда Кемеровской области от 13 апреля 2021 года, которым

ФИО31, 

<

данные изъяты>, судимый:

17 августа 2011 года приговором Новокузнецкого районного суда Кемеровской области по п. «а» ч. 3 ст. 158УК РФ (2 преступления), на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, освобождён 29 ноября 2013 года по отбытии наказания;

14 мая 2014 года приговором Заводского районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области по ч. 1 ст. 166 (2 преступления), п. «а» ч. 2 ст. 166 УК РФ. на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 3 годам 8 месяцам лишения свободы в исправительной колонии особого режима;

11 декабря 2014 года приговором Кузнецкого районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области по ч. 2 ст. 159 УК РФ, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 14 мая 2014 года) к 4 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима, освобождён 15 декабря 2017 года на основании постановления Заводского районного суда г. Кемерово от 4 декабря 2017 года в связи с заменой лишения свободы на ограничение свободы на срок 4 месяца 19 суток;

18 апреля 2019 года приговором Топкинского городского суда Кемеровской области по ч. 1 ст. 159, ч. 2 ст. 159 УК РФ (8 преступлений), на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ к 4 годам лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ с испытательным сроком 3 года 6 месяцев;

13 февраля 2020 года приговором Топкинского городского суда Кемеровской области по п. п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158, ч. 4 ст. 74, ст. 70 УК РФ (приговор от 18 апреля 2019 года) к 4 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

23 декабря 2020 года приговором Топкинского городского суда Кемеровской области по ч. 2 ст. 159, ст. 70 УК РФ (приговор от 13 февраля 2020 года) к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

осуждён по ч. 1 ст.159 УК РФ (по преступлению от 5 октября 2019 года) к 1 году 6 месяцам лишения свободы, 

ч. 2 ст. 159 УК РФ (по преступлению от 31 октября 2019 года) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, 

ч. 2 ст. 159 УК РФ (по преступлению от 1 ноября 2019 года) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, 

ч. 2 ст. 159 УК РФ (по преступлению от 3 ноября 2019 года) к 3 годам лишения свободы,

ч. 2 ст. 159 УК РФ (по преступлению от 5 ноября 2019 года) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения наказаний назначено 5 лет лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения наказания, назначенного по ч. 2 ст. 69 УК РФ, и наказания по приговору Топкинского городского суда Кемеровской области от 23 декабря 2020 года, окончательное к отбытию назначено наказание в виде 7 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. 

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. 

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу изменена с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.

В соответствии с п. «а» ч. 31 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей в качестве меры пресечения с 13 ноября 2019 года по 12 мая 2020 года включительно, а также с 13 апреля 2021 года до даты вступления приговора в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В срок отбытия наказания зачтено отбытое наказание по приговору Топкинского городского суда Кемеровской области от 23 декабря 2020 года (с учётом нахождения под стражей также и по приговору Топкинского городского суда Кемеровской области от 13 февраля 2020 года, учтённого указанным приговором от 23 декабря 2020 года) с 5 мая 2018 года по 18 апреля 2019 года включительно и с 13 мая 2020 года по 12 апреля 2021 года включительно. 

Разрешены гражданские иски: с осуждённого ФИО31 в счёт возмещения ущерба, причинённого преступлениями, взыскано в пользу потерпевшей ФИО1 5 550 руб., потерпевшей ФИО2 - 13 000 руб., потерпевшей ФИО3 - 6 000 руб., потерпевшей ФИО4 -28 000 руб., потерпевшего ФИО5 - 17 516 руб. 25 коп. 

Приговором с осуждённого ФИО31 в доход федерального бюджета взысканы процессуальные издержки в сумме 40 696 руб. (за защиту осуждённого в период предварительного следствия адвокатами по назначению).

Разрешена судьба вещественных доказательств. 

Постановлением Топкинского городского суда Кемеровской области от 13 апреля 2021 года с осуждённого ФИО31 в доход федерального бюджета взысканы процессуальные издержки за оказание правовой помощи в суде адвокатом по назначению в сумме 51 623 руб.

Заслушав доклад судьи Федусовой Е.А., изложившей содержание приговора, постановления, существо апелляционных жалоб, возражения прокурора, выслушав осуждённого ФИО31 и адвоката Кочеткову Е.Л., поддержавших доводы апелляционных жалоб, заслушав прокурора Санчай А.М., полагавшую необходимым приговор суда и постановление как законные и обоснованные оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

приговором ФИО31 осуждён за мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, а также за мошенничество путём обмана, с причинением значительного ущерба гражданину (4 преступления).

В апелляционной жалобе (основной и дополнительных) осуждённый ФИО31 считает приговор незаконным, необоснованным, несправедливым, вынесенным с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона и несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Указывает, что суд в нарушение ст. 196 УПК РФ отказал ему в удовлетворении ходатайства о назначении судебной 

<

данные изъяты> экспертизы, сославшись на отсутствие постановления о назначении такой экспертизы в период предварительного следствия, хотя он заявлял суду, что его 

<

данные изъяты>. Кроме того, ранее он продолжительное время употреблял наркотические средства, хотя и не состоял на учёте у врача-нарколога. Считает, что назначение экспертизы в данном случае было обязательным. Поскольку судом не выяснен вопрос о его вменяемости, вынесение обвинительного приговора с назначением уголовного наказания является незаконным. 

Указывает, что в суде он не подтвердил явки с повинной в связи с непричастностью к преступлениям, эти явки он писал под давлением оперативных сотрудников и в отсутствие адвоката, без разъяснения ему процессуальных прав, однако государственный обвинитель в судебных прениях сослался на них как на доказательство его виновности.

Суд в нарушение требований ст. 144 УПК РФ принял данную позицию прокурора, признал явки с повинной доказательствами его вины и учёл их в качестве обстоятельств, смягчающих наказание по преступлениям в отношении потерпевших ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО5.

Считает, что в судебном заседании был нарушен установленный порядок исследования доказательств.

Так, суд по предложению государственного обвинителя без заявления соответствующего ходатайства и обсуждения со сторонами огласил письменные материалы дела до допроса потерпевшей ФИО1, что явилось прямым нарушением норм УПК РФ, в том числе ст. ст. 15 и 16 УПК РФ. 

По мнению осуждённого, весь судебный процесс проведён с нарушениями УПК РФ.

Указывает, что им неоднократно заявлялось ходатайство об отводе защитника Арышева В.В., поскольку помощи от адвоката он не получал, суд проигнорировал требования ст. 50 УПК РФ и его конституционное право на защиту, оставил адвоката Арышева В.В. участвовать в деле, отказал в удовлетворении его ходатайств, полностью лишив его права защищаться любыми способами, не противоречащими закону. 

Считает, что уголовное дело рассмотрено с обвинительным уклоном, поскольку все его ходатайства оставлены судом без удовлетворения, напротив, ходатайства государственного обвинителя удовлетворены в полном объёме. 

Находит необоснованным отказ суда в удовлетворении ходатайства о вызове и допросе дополнительных свидетелей, которые могли бы подтвердить его непричастность к преступлениям: ФИО28, ФИО29, ФИО6, ФИО7, которые не были заявлены на предварительном следствии, в настоящее время содержатся под стражей.

Считает ущемлением предусмотренных ст. 47 УПК РФ прав указание суда о том, что он может обращаться с ходатайствами только через своего защитника. 

Кроме того, в жалобе указывает на отсутствие доказательств того, что именно он звонил потерпевшим, сим-карты у ФИО22 и ФИО10 он действительно брал и передавал ФИО30, сам ими не пользовался, принимал участие только в снятии денежных средств, но в то время он употреблял наркотики и не спрашивал, кому принадлежат денежные средства.

По делу была произведена выемка в присутствии ФИО22, но он в это время у неё не жил, с кем она жила, ему неизвестно.

Также было произведено две выемки по адресу: 

<

адрес> у ФИО22 13 и 14 ноября 2019 года, но оформили её как одну выемку от 13 ноября 2019 года, что является существенным нарушением УПК РФ; в обвинительном заключении указано, что банковская карта № выдана дважды, сначала добровольно была выдана ФИО10 по адресу: 

<

адрес>, а также указано, что сотрудники полиции произвели выемку по 

<

адрес>, где изъяли сотовые телефон и указанную банковскую карту. В вызове в качестве свидетелей понятых суд ему необоснованно отказал, приняв решение, что в протоколе выемки допущена опечатка. 

Приводит в жалобе свою оценку показаниям свидетелей, считает, что свидетель ФИО8 дал заведомо ложные показания об обстоятельствах дела; свидетель ФИО9 оговорил его под давлением сотрудников полиции, а в повторном допросе ему суд отказал; свидетель ФИО10 была допрошена в судебном заседании, находясь в наркотическом опьянении, он и защитник были против её допроса, но суд мнение стороны защиты проигнорировал, привёл её показания в приговоре. Показания следователя ФИО26, оперуполномоченного ФИО16 и оперативника ФИО27 о том, что никакого давления при допросах на него не оказывалось, считает неправдивыми, поскольку данные лица заинтересованы в исходе дела. 

Указывает, что в судебном заседании 3 февраля 2021 года состояние его здоровья ухудшилось, в связи с чем он просил суд предоставить ему время, чтобы подготовиться к даче показаний, однако суд необоснованно расценил это как отказ от дачи показаний, чем спровоцировал его на необдуманные действия, публичные оскорбления, о чём он сожалеет. Позже он заявил отвод судье Гуськову В.П., поскольку между ними возникла конфликтная ситуация и это могло повлиять на наказание, но суд отвод не принял, принял сторону обвинения, что прямо следует из текста приговора. 

Считает, что аудиозаписью судебного заседания подтверждается, что судья Гуськовым В.П. оставил без рассмотрения важные факты, несправедливо рассмотрел уголовное дело. 

Ссылаясь на положения ст. 294 УПК РФ, указывает, что он в прениях заявлял о необходимости исследования новых доказательств – просил о вызове свидетелей со стороны защиты, содержащихся в СИЗО-1, а также свидетеля ФИО22, поскольку обвинение построено только на её показаниях, а в суде её показания были оглашены с нарушением ст. 281 УПК РФ, поскольку такое решение было принято судом без его мнения и мнения защитника.

Указывает на препятствия со стороны сотрудников суда первой инстанции в полном ознакомлении с материалами уголовного дела, судья Гуськов В.П. необоснованно ограничил срок ознакомления пятью рабочими днями, чем нарушил его право на защиту, его просьба об ознакомлении с аудиозаписью судебного заседания совместно с защитником не выполнена, с материалами дела в полном объёме он не ознакомлен. С детализацией звонков и вещественными доказательствами его также не ознакомили. 

Также указывает, что суд необоснованно возвратил ему протест, поданный им на возражения прокурора на его апелляционные жалобы, чем нарушил принцип состязательности и равноправия сторон, в том числе и при апелляционном обжаловании приговора. 

Оспаривает возражения прокурора, считает их несостоятельными, противоречащими материалам уголовного дела и протоколу судебного заседания. 

Считает, что 

<

данные изъяты> в качестве смягчающего обстоятельства судом учтено формально, поскольку в приговоре отсутствуют сведения о применении п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, что повлекло назначение чрезмерно сурового наказания по каждому преступлению, а также по ч. 2 и ч. 5 ст. 69 УК РФ. 

Отмечает, что в судебном заседании государственный обвинитель просил назначить наказание за преступления от 2 лет 6 месяцев до 3 лет 6 месяцев, по ч. 2 ст. 69 УК РФ в виде 5 лет 6 месяцев лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ в виде 7 лет лишения свободы. Суд, переквалифицировав его действия по одному из преступлений на менее тяжкий состав, назначив меньшие, чем просил прокурор, наказание по другим преступлениям и по ч. 2 ст. 69 УК РФ, по неизвестным причинам назначил по ч. 5 ст. 69 УК РФ 7 лет лишения свободы, которые и предлагал прокурор.

Считает назначенное судом наказание чрезмерно суровым.

Просит приговор суда отменить, уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции.

В апелляционной жалобе на постановление от 13 апреля 2021 года о взыскании процессуальных издержек осуждённый ФИО31 указывает, что он неоднократно отказывался от адвоката Арышева В.В. ввиду неоказание надлежащей правовой помощи, однако суд его отказ проигнорировал, не предоставил время для приглашения другого защитника, существенно нарушив положения ч. 3 ст. 50, ст. 15 УПК РФ и право на защиту. 

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Волков В.А. предлагает апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, приговор и постановление суда-без изменения. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Доводы апелляционных жалоб осуждённого об отсутствии доказательств, подтверждающих его виновность в совершении указанных в приговоре преступлений, являются аналогичными суждениями, заявленными осуждённым и стороной защиты в суде первой инстанции. Эти доводы были тщательно проверены судом и обоснованно признаны несостоятельными. Данный вывод суда, как того требует закон, основан на исследованных в судебном заседании с участием сторон доказательствах, которые приведены в приговоре и получили надлежащую оценку суда. 

Постановленный в отношении ФИО31 приговор соответствует требованиям ст. ст. 304, 307 - 309 УПК РФ, во исполнение которых в приговоре дана надлежащая правовая оценка исследованным по делу доказательствам, как в отдельности, так и в совокупности, при этом в описательно-мотивировочной части приговора в соответствии с положениями п. 2 ст. 307 УПК РФ и правовой позиции, изложенной в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 55 от 29 ноября 2016 года «О судебном приговоре», изложены доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осуждённого и приведены мотивы, по которым суд отверг другие доказательства, приведены убедительные мотивы принятых решений по всем возникающим в ходе судебного разбирательства вопросам, с которыми суд апелляционной инстанции считает необходимым согласиться.

В судебном заседании осуждённый ФИО31, отрицая причастность к преступлениям, указал, что признательные показания на стадии предварительного расследования давал в результате оказанного на него психологического и физического давления со стороны правоохранительных органов, однако данных преступлений он не совершал, сим-карты на имя ФИО22, ФИО8, ФИО10 у него были, но он передавал их иному лицу, по просьбе которого также получал и передавал ему деньги.

Эти доводы проверены судом и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку они опровергаются установленными судом обстоятельствами содеянного ФИО31, а его виновность в совершении указанных в приговоре преступлений подтверждена совокупностью доказательств, в том числе показаниями потерпевших ФИО1 ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, свидетелей ФИО25, ФИО24, ФИО11, ФИО18, ФИО19, ФИО12, ФИО21, ФИО9, ФИО13, ФИО14. ФИО15 ФИО23, ФИО22, ФИО8, ФИО10, данными в ходе предварительного расследования и в судебном заседании, и другими приведёнными в приговоре доказательствами.

Так, из показаний осуждённого ФИО31, данных в ходе предварительного расследования и оглашённых в судебном заседании следует, что с апреля 2019 года он сожительствовал с ФИО22, на имя которой зарегистрирована сим-карта с абонентским номером №. С целью хищения денежных средств путем случайного набора телефонных номеров он звонил незнакомым гражданам, подтверждая им, что является их родственником, имя которого они называли сами, при этом просил от имени этого родственника денежные средства в долг. Таким образом он осуществил 5 октября 2019 года общение по телефону с ранее незнакомой ФИО1, проживающей в 

<

адрес>, и похитил у неё 5 500 руб.

Аналогичным образом 31 октября 2019 года, используя сим-карту с абонентским номером №, у незнакомой женщины, назвавшись её родственником, попросил перевести ему 13 000 руб. на номер телефона, женщина перевела деньги; 

- 3 ноября 2019 года похитил у незнакомой женщины 28000 руб.; 

- 5 ноября 2019 года позвонил с номера телефона №, таким же образом похитил у незнакомого мужчины сначала 6 300 руб., а затем в тот же день еще 11 000 руб. Похищенные у потерпевших денежные средства тратил на собственные нужды (т.4 л.д.79-91, 150-160).

Приведённые показания судом обоснованно признаны достоверными, допустимыми доказательствами, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, изложенными в приговоре и получившими надлежащую оценку суда. 

При этом в судебном заседании установлено, что допросы ФИО31 проводились в присутствии адвоката после разъяснения прав, в том числе закреплённого ст. 51 Конституции РФ права не свидетельствовать против себя, он был предупреждён о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний, что подтверждается подписанными осуждённым и адвокатом протоколами. Никаких замечаний по поводу проведения допросов и следственного действия, а также правильности отражения изложенных в протоколах показаний осуждённого, в протоколах не содержится. Само по себе участие адвоката при проведении следственных действий исключает возможность оказания какого-либо давления на допрашиваемое лицо.

Из материалов уголовного дела видно, что ФИО31 был обеспечен защитником своевременно, требования ст. 51 Конституции РФ и процессуальные права ему были разъяснены. 

На предварительном следствии ФИО31 не отказался от услуг адвоката Никулиной О.П., осуществляющей защиту ФИО31 по назначению следователя в период предварительного расследования, и никаких замечаний о разногласии в их позициях либо о замене адвоката не заявлял. В судебном заседании ФИО31 был назначен адвокат Санников Ю.А., о замене которого осуждённый заявил 5 августа 2020 года (т.6 л.д.23), ходатайство осуждённого судом было удовлетворено и защиту осуждённого в судебном заседании осуществлял адвокат Арышев В.В. (т.6 л.д.113).

Вопреки доводам апелляционных жалоб судом приняты достаточные и эффективные меры по проверке заявления осуждённого о применении к нему недозволенных методов ведения расследования, оказании психологического и физического воздействия, которые не нашли своего подтверждения.

Согласно протоколу, в судебном заседании была допрошена следователь ФИО26, пояснившая обстоятельства проведения допросов ФИО31 в качестве подозреваемого и обвиняемого. Также допрошен оперуполномоченный ФИО16, категорически отрицавшей оказание на ФИО31 какого-либо давления. При этом следователь пояснила, что ФИО31 после консультации с защитником самостоятельно давал подробные показания об обстоятельствах совершённых преступлений, в болезненном состоянии не находился, в случае плохого самочувствия следственные действия отменялись. 

Исходя из показаний допрошенных должностных лиц следует, что никакого давления на ФИО31 при производстве следственных действий не оказывалось (т.7 л.д.124-124оборот, 133оборот-134, 134-134оборот).

Кроме того, осуждённый о недозволенных методах ведения следствия с заявлением в правоохранительные органы не обращался.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно отверг утверждения ФИО31 о применении недозволенных методов ведения расследования и правильно признал показания осуждённого, данные при производстве предварительного расследования, допустимыми и достоверными доказательствами.

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что показания ФИО31 на предварительном следствии согласуются с другими приведёнными в приговоре доказательствами:

- показаниями потерпевших ФИО2, ФИО3, ФИО4 в ходе предварительного следствия, потерпевшей ФИО1 в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, потерпевшего ФИО5 в судебном заседании, пояснивших обстоятельства, при которых по сотовому телефону с ними связывался человек, представляющийся родственником, сообщал недостоверные сведения о необходимости перечисления ему денег, на что они, будучи обманутыми, переводили свои денежные средства со своих банковских карт на банковские карты по номерам телефонов, указанных данным человеком, за исключением потерпевшей ФИО2, которая перевела денежные средства через платёжный терминал 

<

данные изъяты> на указанный ей номер телефона, и ФИО4, передавшей осуждённому денежные средства через третьих лиц. Причинённый им ущерб (за исключением ФИО1 в размере 5 500 руб.) в размере 13 000 руб., 6 000 руб., 28 000 руб., 17 300 руб. является для них значительным;

-показаниями свидетеля ФИО22, пояснившей на предварительном следствии, что она являлась сожительницей ФИО31, осенью 2019 года ФИО31 пользовался её сим-картой с номером №, также ему были известны реквизиты её банковской карты, в её присутствии ФИО31 неоднократно звонил различным людям, представляясь их родственниками, просил перевести деньги, называя её номер, для тех же целей он также брал сим-карту у ФИО10;

- показаниями свидетеля ФИО10, пояснившей как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании, что осенью 2019 года передавала ФИО31 свою сим-карту с номером 

<

данные изъяты>, а 3 ноября 2019 года по его просьбе ездила в 

<

адрес>, где незнакомая женщина передала ей денежные средства, которые она передала ФИО31 Также 5 ноября 2019 года по просьбе ФИО31 она снимала денежные средства с находящейся в её пользовании банковской карты, принадлежащей ФИО23, и передавала их ФИО31;

- показаниями свидетеля ФИО8, пояснившего на предварительном следствии и в судебном заседании обстоятельства, при которых после того, как у него в квартире переночевал ФИО31, у него пропал сотовый телефон с сим-картой с номером №, которую он позже восстановил, ему неоднократно звонили незнакомые лица и просили прекратить обманывать людей; 

- показаниями свидетеля ФИО25 - родственника потерпевшей ФИО1; свидетелей ФИО24, ФИО11 - родственников потерпевшей ФИО2; свидетелей ФИО18, ФИО19 - родственников потерпевшей ФИО3; свидетеля ФИО20 - родственника потерпевшей ФИО4; свидетелей ФИО14, ФИО15 - родственников потерпевшего ФИО5 о том, что потерпевшим звонил мужчина, представлялся родственником, просил дать ему денег в долг, при этом сами родственники денег у потерпевших не просили и не получали; 

- показаниями свидетеля ФИО17 о том, что 3 ноября 2019 года по просьбе потерпевшей ФИО4 передавала денежные средства сначала мужчине, потом женщине, приезжавших к ним в 

<

адрес>, якобы для сына ФИО4;

-показаниями свидетеля ФИО9, пояснившего на предварительном следствии и в судебном заседании обстоятельства, при которых 3 ноября 2019 года ФИО31 просил съездить с ним в 

<

адрес>, где у незнакомой женщины попросил взять деньги и передать их ему, ФИО31, при этом ФИО31 не хотел, чтобы эта женщина его видела; 

- показаниями свидетеля ФИО13, который 3 ноября 2019 года возил ФИО31 в 

<

адрес> сначала с мужчиной, потом с женщиной, оба раза ФИО31 были переданы деньги;

- показаниями свидетеля ФИО23 в ходе предварительного следствия о том, что он передавал свою банковскую карту своей знакомой ФИО10, которая эту карту ему не вернула; 

- протоколами осмотра мест происшествий, в ходе которых осмотрены места расположения банкомата, где потерпевшая ФИО1 переводила денежные средства; платёжного терминала, с помощью которого потерпевшая ФИО2 перевела денежные средства; жилище потерпевшей ФИО3, откуда изъят сотовый телефон, по которому при помощи мобильного приложения ФИО3 перевела денежные средства; участок местности в 

<

адрес>, где ФИО21 передавала денежные средства ФИО10 и ФИО9 для ФИО31 (т.1 л.д. 40-42, 220-222, т.2 л.д. 146-148, 254-248);

- протоколами выемки, согласно которым у потерпевших изъяты банковские карты, выписки о движении денежных средств, детализации телефонных соединений, чеки о переводах денежных средств, мобильные телефоны (т.1 л.д. 66-67, 116-118, 153-154, 156, 172-176, 207-209, т.2 л.д. 13-15, 32-34, 85-87, 239-243, 244-249, т.3 л.д. 8-11);

- протоколами осмотра предметов и документов, изъятых у потерпевших (т.1 л.д. 43-52, 76-77, 119-122, 177-179, 207-209, 210-212, т. 2 л.д.16-18, 32-34, 35-37, 244-249, т.3. л.д.12-15, 67-91, 100-102, 107-112, 148-162);

- протоколом обыска в жилище ФИО22 в 

<

адрес>, в ходе которого обнаружены и изъяты договор с оператором связи 

<

данные изъяты>, часть упаковки (корпус) сим-карты (т. 2, л.д. 105-115); 

- протоколом опознания, в ходе которого свидетель ФИО21 опознала ФИО10 и ФИО9 как лиц, которым 3 ноября 2019 года она передавала денежные средства от ФИО4 в сумме 16 000 и 12 000 руб. (т. 2, л.д. 152-153, л.д. 157-158);

- детализациями телефонных соединений, согласно которым между абонентскими номерами, находящими в пользовании ФИО22 и ФИО1, совершались соединения 5 октября 2019 года; между абонентскими номерами, находящими в пользовании ФИО8 и ФИО2, совершались соединения 31 октября 2019 года; между абонентскими номерами, находящими в пользовании ФИО10 и ФИО3 совершались соединения 1 ноября 2019 года; между абонентскими номерами, находящими в пользовании ФИО10 и ФИО4 совершались соединения 3 ноября 2019 года; между абонентскими номерами, находящими в пользовании ФИО10 и ФИО14 совершались соединения 5 ноября 2019 года; вещественными и другими доказательствами, исследованными судом с участием сторон.

В приговоре суд проанализировал показания осуждённого, данные как на предварительном следствии, так и в судебном заседании, сопоставил их с другими исследованными в судебном заседании доказательствами и обоснованно пришёл к выводу о том, что мошенничества в отношении всех потерпевших, а в отношении потерпевших ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 с причинением значительного ущерба, совершил именно осуждённый ФИО31

Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО31 в совершении указанных в приговоре преступлений не вызывают сомнений, оценка доказательств дана судом в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ, каждое доказательство оценено с точки зрения допустимости и достоверности, а все собранные доказательства в совокупности-достаточности для разрешения данного уголовного дела, что позволило суду правильно установить фактические обстоятельства уголовного дела и квалифицировать действия осуждённого по ч. 1 ст. 159 УК РФ по преступлению с потерпевшей ФИО1, по ч. 2 ст. 159 УК РФ по преступлениям с потерпевшими ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5.

Положенные в основу приговора доказательства являются допустимыми.

Несостоятельными находит суд апелляционной инстанции доводы осуждённого о том, что судом в качестве доказательств его виновности необоснованно учтены явки с повинной, от которых он отказался. 

Согласно приговору, суд в обоснование вывода о виновности осуждённого не сослался в приговоре на явки с повинной, а учёл данные обстоятельства при назначении наказания, признав их смягчающими в силу п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб осуждённого суд правильно в качестве доказательства виновности осуждённого сослался в приговоре на показания свидетеля ФИО22, данные 13 ноября 2019 года, 20 ноября 2019 года и 19 марта 2020 года при производстве предварительного расследования и оглашённые в судебном заседании в соответствии с положениями п. 5 ч. 2, ч. 21 ст. 281 УПК РФ (т.2 л.д. 88-90, 134-135, т.3 л.д. 176-179).

При этом из материалов уголовного дела следует, что суд принял все предусмотренные законом исчерпывающие меры для обеспечения участия свидетеля в судебном заседании (т.6 л.д.25, 110, 154, 179), однако установить её место нахождение не представилось возможным. 

Показания данного свидетеля были оглашены в суде первой инстанции по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 2.1 ст. 281 УПК РФ, то есть с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, так как в ходе предварительного следствия обвиняемому ФИО31 была предоставлена возможность оспорить её показания на очной ставке, проведённой 25 марта 2020 года (т.4 л.д.106-115).

Требования, предусмотренные ч. 2.1 ст.281 УПК РФ, а также правовая позиция, изложенная в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 55 от 29 ноября 2016 года «О судебном приговоре» судом не нарушены.

При указанных обстоятельствах суд обоснованно огласил показания свидетеля ФИО22, данные при производстве предварительного расследования, без согласия осуждённого и стороны защиты.

Показания свидетеля ФИО22 на предварительном следствии обоснованно признаны судом допустимым доказательством и наряду с другими доказательствами положены в основу приговора в обоснование вывода о виновности осуждённого.

Следует также отметить, что все доказательства, приведённые в приговоре, в том числе протоколы очных ставок между осуждённым ФИО31 и свидетелями ФИО22 (т.4 л.д.106-115), ФИО10 (т.2 л.д.196-204), ФИО8 (т.4 л.д.125-133), ФИО9 (т.3 л.д.185-190) были непосредственно исследованы в судебном заседании, что прямо следует из протокола судебного заседания (т.7 л.д. 122). 

Положения ст.240 УПК РФ судом соблюдены.

Доводы апелляционных жалоб о недопустимости в качестве доказательств показаний свидетеля ФИО10, поскольку в судебном заседании она находилась в наркотическом опьянении, несостоятельны. 

Как видно из материалов уголовного дела, свидетель ФИО10 в судебном заседании сообщила о своём послеоперационном состоянии, которое не повлияло на дачу ею показаний, у суда сомнений в её адекватности не возникло, свидетель на протяжении всего предварительного следствия и в судебном заседании давала последовательные показания, отвечала на поставленные вопросы, возникшие противоречия были устранены путём оглашения её показаний, данных на предварительном следствии (т.2 л.д.79-81, 132-133, т.3 л.д.168-170), которые ФИО10 полностью подтвердила, её показания согласуются в совокупности с другими доказательствами по делу (т.7 л.д.87-89оборот).

Доводы жалоб осуждённого о его оговоре свидетелем ФИО9 под давлением сотрудников полиции, о недостоверности показания свидетеля ФИО8 являются несостоятельными.

Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности указанных лиц в исходе дела и в оговоре осужденного, из материалов уголовного дела не усматривается и в ходе судебного разбирательства не установлено. С данными выводами соглашается и суд апелляционной инстанции.

Несостоятельны утверждения осуждённого ФИО31 о нарушении требований УПК РФ при изъятии банковской карты № на имя ФИО10. 

Так, согласно протоколу обыска от 13 ноября 2019 года, из жилища ФИО22 в 

<

адрес>, банковская карта № не изымалась (т.2 л.д.105-115), согласно протоколу выемки от 13 ноября 2019 года, в помещении Отдела МВД 

<

данные изъяты> у свидетеля ФИО10 изъята банковская карта с номером № (т.2 л.д.85-87). 

Оснований считать, что указанные следственные действия произведены в иное время, чем указано в соответствующих протоколах, не имеется. Никаких замечаний относительно обстоятельств проведения обыска, выемки от участвующих лиц не поступило. Таким образом, приведённые доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и являются допустимыми.

Указание в обвинительном заключении о том, что по адресу: 

<

адрес> из квартиры ФИО22 была изъята банковская карта № (т.5 л.д.110), является явной технической ошибкой при составлении обвинительного заключения следователем, данная информация материалами дела не подтверждена и на существо предъявленного обвинения, а также на выводы суда об обоснованности осуждения ФИО31 не влияет. 

Сомнений в виновности осуждённого, требующего истолкования в его пользу, не установлено.

Несогласие осуждённого с оценкой доказательств, данной судом первой инстанции, не может являться основанием для отмены приговора. Выводы суда первой инстанции не вызывают сомнений, оценка доказательств дана судом в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ.

Несостоятельными являются доводы апелляционных жалоб осуждённого о ненадлежащем выполнении адвокатом Арышевым В.В. своих профессиональных обязанностей по данному уголовному делу. Сведений об этом материалы дела не содержат. Напротив, из материалов дела усматривается, что адвокат активно выражал позицию осуждённого ФИО31 на протяжении судебного следствия при рассмотрении уголовного дела по существу, поддерживал заявленные им ходатайства, возражал против действий и решений суда, которые, по его мнению, не отвечали интересам осуждённого, активно участвовал в допросе свидетелей обвинения, оказывал юридическую помощь осуждённому вне судебного разбирательства, выступил с развёрнутой и мотивированной речью в прениях.

Помимо этого, осуждённому была предоставлена возможность заключить соглашение с адвокатом по своему выбору. Однако осуждённый ФИО31 предоставленным правом не воспользовался (т.7 л.д.125оборот-126).

Поскольку заявления осуждённого ФИО31 о ненадлежащем осуществлении защиты адвокатом Арышевым В.В. не подтвердились, как такового отказа от адвоката осуждённым не заявлялось, адвокат Арышев В.В. участвовал в судебном заседании в качестве защитника ФИО31 (т.6 л.д.235, т.7 л.д.23, 34), а, кроме того, сам осуждённый ФИО31 отказывался от своего ходатайства об отказе от адвоката Арышева В.В. (т.7 л.д.108оборот), доводы апелляционных жалоб осуждённого о нарушении его права на защиту являются несостоятельными. 

Вопреки утверждениям осуждённого, исходя из положений ст. ст. 15, 244 и 274 УПК РФ, обязанность по представлению доказательств возложена на стороны. Именно она определяет очередность исследования своих доказательств и это не зависит от решения суда. По делу стороной обвинения было предложено начать исследование доказательств с допроса явившихся свидетелей, потерпевших, исследовать письменные материалы дела, допросить подсудимого (т.7 л.д.84оборот-85), далее по мере рассмотрения дела и исследования доказательств государственный обвинитель предложил исследовать письменные материалы дела до момента начала допроса потерпевшей ФИО1, с чем согласился суд при отсутствии возражений стороны защиты (т.7 л.д.102оборот). Наличие в данном случае отдельного судебного решения по допросу потерпевшей не является обязательным и не свидетельствует о нарушении принципов судопроизводства. Более того, допрос ФИО31 был произведён в соответствии с принятым судом решением, то есть после исследования доказательств, представленных стороной обвинения. 

Судебное разбирательство по делу проведено объективно и всесторонне, с соблюдением требований УПК РФ о состязательности и равноправии сторон и выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а сторонам были созданы необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, в том числе права осуждённого на защиту, которыми они реально воспользовались.

Вопреки доводам жалоб осуждённого, данных о том, что предварительное следствие и судебное разбирательство проводились предвзято либо с обвинительным уклоном и что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается.

Председательствующий, руководствуясь ст. ст. 15, 243 УПК РФ, обеспечил состязательность и равноправие сторон в ходе судебного заседания, отклонял наводящие, повторные, предположительные и не относящиеся к предмету доказывания либо выходящие за пределы судебного разбирательства вопросы, осуществлял иные полномочия для всестороннего и объективного рассмотрения уголовного дела.

Доводы жалоб осуждённого ФИО31 о нарушении права на справедливое судебное разбирательство, о необоснованном отказе в вызове дополнительных свидетелей ФИО28, ФИО29, ФИО6, ФИО7, о повторном допросе свидетеля ФИО9 и другие тщательным образом проверялись судом первой инстанции и были обоснованно отвергнуты с приведением мотивов принятых решений, не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Из протокола судебного заседания следует, что все заявленные сторонами ходатайства разрешены после выяснения мнений участников судебного разбирательства и фактических обстоятельств дела, относящихся к данным вопросам. Решения суда по этим ходатайствам сомнений в своей законности и обоснованности не вызывают. Поэтому доводы жалобы об ущемлении прав стороны защиты в судебном заседании суд апелляционной инстанции находит необоснованными.

Многочисленные ходатайства осуждённого об отводе председательствующего судьи разрешены в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона и обоснованно отклонены как несостоятельные.

Нарушения права на защиту в связи с удалением осуждённого из зала судебного заседания судом не допущено.

<

данные изъяты> осуждённого, на которое имеется ссылка в его апелляционных жалобах, сомнений не вызывает.

Доводы жалоб о невыполнении судом требований закона об изучении личности ФИО31 в связи с отказом в удовлетворении ходатайства о назначении судебной 

<

данные изъяты> экспертизы, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Разрешая данное ходатайство, суд надлежащим образом дал оценку тому, что никаких медицинских документов, подтверждающих наличие у ФИО31 

<

данные изъяты>, не имеется, заявления ФИО31 об этом ничем не подтверждены, учёл сведения о том, что ФИО31 на учёте 

<

данные изъяты> не состоит (т.5 л.д.9, 13, 15), и с учётом поведения осуждённого в судебном заседании обоснованно отказал в удовлетворении заявленного осуждённым ходатайства (т.6 л.д.63, 180).

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции находит обоснованными выводы суда о доказанности виновности ФИО31 в совершении указанных в приговоре преступлений, а доводы апелляционных жалоб об обратном подлежат отклонению ввиду их несостоятельности.

Доводы жалоб осуждённого о суровости назначенного наказания суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Согласно ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать указание на обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению наказания (п. п. 3, 4 ст. 307 УПК РФ). 

Приведённые требования закона судом не нарушены.

Наказание осуждённому ФИО31 назначено в соответствии с требованиями закона (ст. ст. 6, 60 УК РФ), с учётом характера и степени общественной опасности совершённых преступлений, личности осуждённого, обстоятельств, смягчающих и отягчающего наказание, влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Как видно из приговора, все сведения, характеризующие личность осужденного, представленные суду, включая характеристики ФИО31, данные о составе его семьи и состоянии здоровья, подробно проанализированы и учтены при назначении наказания, поэтому доводы осужденного о том, что суд оставил без внимания сведения о его личности, не соответствуют действительности.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд признал по всем преступлениям молодой возраст ФИО31, состояние его здоровья, 

<

данные изъяты>; по преступлениям в отношении потерпевших ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО5 явки с повинной, расценив таковыми как соответствующие протоколы, так и объяснения осуждённого; по преступлениям в отношении потерпевших ФИО1, ФИО2, ФИО4, ФИО5 - активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, выразившееся в показаниях на предварительном следствии.

Обстоятельством, отягчающим наказание, судом обоснованно признан рецидив преступлений.

Учитывая наличие обстоятельства, отягчающего наказание, суд обоснованно не нашёл оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Тщательно проанализировав совокупность сведений о личности осуждённого, суд, не усмотрев достаточных оснований для применения положений ст. 73 УК РФ, с учетом обстоятельств совершенных преступлений сделал вывод о том, что исправление ФИО31 возможно только в условиях изоляции от общества, при назначении наказания в виде лишения свободы с учетом требований ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Оснований для применения к осуждённому положений ч. 3 ст. 68, ст. 64 УК РФ суд не усмотрел, как не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции считает, что вид и размер назначенного осуждённому ФИО31 наказания, как за каждое из совершённых преступлений, так и наказания, назначенного по правилам ч. 2 и ч. 5 ст. 69 УК РФ, в полной мере соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного, личности осуждённого, требованиям закона, целям наказания, предусмотренным ст. 43 УК РФ, и является справедливым. 

Доводы жалоб осуждённого о несоответствии наказания, предложенного государственным обвинителем, фактически назначенному судом (при меньшем наказании за каждое преступление итоговое наказание назначено в том же размере, что и было предложено государственным обвинителем), на справедливость приговора не влияют.

В соответствии п. 1 ч. 1 ст. 29 УПК РФ вопрос о наказании лица, признанного виновным в совершении преступления, относится к исключительной компетенции суда. Таким образом, при назначении виновному наказания суд не связан с мнением сторон при решении данного вопроса. 

Доводы апелляционной жалобы осуждённого ФИО31 о том, что ему недостаточно было предоставлено времени для ознакомления с материалами уголовного дела после постановления приговора, суд апелляционной инстанции находит неубедительными.

Как следует из материалов дела, осуждённому совместно с адвокатом Никулиной О.П. в порядке ст. 217 УПК РФ были предоставлены в полном объеме материалы уголовного дела, сформированные на стадии досудебного производства в пяти томах, а также вещественные доказательства (т.5 л.д.81-84). 

Суд удовлетворил ходатайство, заявленное осуждённым после постановления приговора, о дополнительном ознакомлении с материалами дела, ему вновь были предоставлены материалы уголовного дела, а также протокол судебного заседания (т.7 л.д.196-204, 223-224, 226-228).

При этом следует отметить, что после окончания судебного следствия материалы уголовного дела составили 5 томов, судебное следствие содержится в 6 и 7 томах (приговор с листа 138), содержащих заявки, извещения, ходатайства, приобщённые материалы, которые оглашались в судебном заседании, а также протокол судебного заседания, в 7 томе (с листа 230) и в 8 томе содержатся апелляционные жалобы осуждённого.

Согласно материалам дела, осуждённый ФИО31 в присутствии адвоката Арышева В.В. ознакомился с материалами дела с 1 по 7 том включительно, отказался от подписи в расписке (ознакомление 27 апреля 2021 года, с 12 по 13 мая 2021 года, справка по ознакомлению т.7 л.д.196), с аудиопротоколом ознакомился полностью без присутствия защитника (ознакомление с 24 по 25 мая 2021 года, с 15 по 16 июня 2021 года, расписка т.7 л.д.228).

Суд отказал в удовлетворении заявлений осуждённого ФИО31, поданных 9 июня 2021 года, 21 июня 2021 года об очередном ознакомлении с томами 3, 4, 6, 7, детализацией звонков, видеозаписью допроса свидетеля ФИО22. 

Принятое судом решение мотивировано тем, что осуждённый был ознакомлен с материалами уголовного дела в полном объёме в присутствии защитника, отказ от подписи в расписке не является основанием для повторного ознакомления с материалами дела, детализация звонков осуждённым не конкретизирована, видеозаписи допроса свидетеля не имеется. (т.7 л.д.226, 227, т.8 л.д.77). 

С учётом указанных обстоятельств, объёма материалов уголовного дела и в соответствии с п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 года № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве» суд правомерно отказал в удовлетворении заявленных ходатайств осуждённого, при этом права осуждённого на ознакомление с материалами уголовного дела были полностью реализованы.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что в своих апелляционных жалобах осуждённый, оспаривая конкретные доказательства, представленные органами предварительного расследования, ссылается на листы дела, на которых эти доказательства отражены, что свидетельствует о том, что с материалами уголовного дела ФИО31 ознакомлен в полном объёме.

Что касается доводов апелляционной жалобы осуждённого о том, что он не был ознакомлен с вещественными доказательствами, детализацией звонков, то в материалах дела имеются протоколы осмотра предметов (документов), содержащие распечатку сведений о детализациях как с бумажных носителей, так и с оптического диска (т.3 л.д.67-91,100-102), с которыми осуждённый также был ознакомлен, в том числе при дополнительном ознакомлении с материалами уголовного дела (т.7 л.д.196). 

В связи с изложенным доводы апелляционной жалобы о нарушениях требований уголовно-процессуального закона при ознакомлении с материалами уголовного дела суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Между тем приговор подлежит изменению по основанию, предусмотренному п.3 ст.389.15 УПК РФ, в связи с необходимостью исключения из приговора указания на хищение ФИО31 у потерпевшего ФИО5 суммы в размере 216 рублей 25 копеек, являющейся комиссией банка за проведённые операции.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 1 и 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29 (в редакции от 16 мая 2017 года) «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. При определении размера похищенного имущества, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления.

Как установлено судом, потерпевший ФИО5, обманутый ФИО31, безналичным платежом со своего счета в банке 

<

данные изъяты> перевёл денежные средства в сумме 6 300 руб. и 11 000 руб. на банковский счёт банковской карты, находящейся в пользовании осуждённого, то есть ФИО31 в две операции совершил хищение денежных средств на общую сумму 17 300 руб.

Учитывая, что в сумму денежных средств, похищенных осуждённым у потерпевшего ФИО5, органами предварительного следствия включена комиссия банка за произведённые банковские операции в размере 78 руб. 75 коп. и 137 руб. 50 коп., на общую сумму 216 руб. 25 коп., которая умыслом осуждённого на хищение чужого имущества не охватывалась, данная сумма подлежит исключению из приговора, поскольку она не была похищена осуждённым и не является прямым реальным ущербом от преступления.

При таких обстоятельствах размер похищенных денежных средств у потерпевшего ФИО5 составляет 17 300 руб., а приговор в этой части подлежит изменению с исключением по данному преступлению из ущерба комиссии в указанном размере со снижением суммы ущерба с 17 516 руб. 25 коп. до 17 300 руб.

Изменение по указанным основаниям размера причинённого ущерба потерпевшему ФИО5 не влияет на квалификацию и размер назначенного осуждённому ФИО31 наказания по данному преступлению, однако влечет уменьшение денежной суммы, подлежащей взысканию по гражданскому иску ФИО5 с осуждённого ФИО31 в счёт возмещения материального вреда, причинённого указанным преступлением.

Иных оснований для изменения приговора не имеется.

Что касается доводов апелляционной жалобы осуждённого ФИО31 об оспаривания постановления суда о взыскании процессуальных издержек, то суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с п. 5 ч. 12 ст. 131 УПК РФ к процессуальным издержкам относятся, в том числе суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката по назначению.

Федеральным законом, а именно ст. 132 УПК РФ, установлено общее правило, согласно которому процессуальные издержки взыскиваются с осуждённых.

Процессуальные издержки возмещаются за счёт средств федерального бюджета в установленных законом случаях, в частности, если лицо заявило об отказе от защитника, но отказ не был удовлетворён и защитник участвовал в уголовном деле по назначению (ч. ч. 2, 4 ст.132 УПК РФ), а также в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы.

По смыслу положений ч. 1 ст. 131, ч. ч. 1, 2, 4, 6 ст.132 УПК РФ, в их взаимосвязи, суд принимает решение о возмещении процессуальных издержек за счёт средств федерального бюджета, если в судебном заседании будут установлены имущественная несостоятельность лица, с которого они должны быть взысканы, либо основания для освобождения осуждённого от их уплаты.

При этом следует иметь в виду, что отсутствие на момент решения данного вопроса у лица денежных средств само по себе не является достаточным условием для признания его имущественно несостоятельным.

Вывод суда о взыскании с осуждённого процессуальных издержек в доход федерального бюджета судебная коллегия находит правильным, соответствующим требованиям закона.

Так, согласно материалам уголовного дела, защиту осуждённого ФИО31 в судебном заседании по назначению суда осуществлял адвокат Арышев В.В. 

Адвокат представил в суд заявление о вознаграждении в размере 51 623 руб.: 28 августа 2020 года – изучение уголовного дела в суде; 20 августа 2020 года, 27 августа 2020 года, 3 сентября 2020 года, 10 сентября 2020 года, 23 сентября 2020 года, 1 октября 2020 года, 15 октября 2020 года, 28 октября 2020 года, 12 ноября 2020 года, 17 декабря 2020 года – участие в судебных заседаниях в 2020 году (11 дней); 20 января 2021 года, 27 января 2021 года, 3 февраля 2021 года, 10 февраля 2021 года, 16 февраля 2021 года, 25 февраля 2021 года, 26 февраля 2021 года, 4 марта 2021 года, 23 марта 2021 года, 2 апреля 2021 года, 13 апреля 2021 года – участие в судебных заседаниях в 2021 году (11 дней) (т.7 л.д. 77). 

Постановлением суда от 13 апреля 2021 года произведена оплата вознаграждения адвокату Арышеву В.В. в размере 51 623 руб. за оказание им юридической помощи ФИО31 в ходе судебного разбирательства (т.7 л.д. 155). 

Суд признал заявленные требования обоснованными и постановил произвести оплату вознаграждения адвокатам в указанном размере за счёт средств федерального бюджета.

Судом также принято решение о взыскании с осуждённого указанной суммы в доход федерального бюджета.

При этом в судебном заседании осуждённому была предоставлена возможность высказать свою позицию относительно данного вопроса (согласно аудиозаписи судебного заседания, после выступления государственного обвинителя в прениях сторон было оглашено заявление адвоката и ФИО31 предложено высказать свою позицию относительно данного вопроса).

Согласно протоколу судебного заседания (т.7 л.д. 137) ФИО31 возражал против взыскания с него процессуальных издержек, указав при этом, что в настоящее время он не имеет денежных средств.

Таким образом, процедура разрешения данного вопроса судом не нарушена.

Оснований для освобождения осуждённого от взыскания процессуальных издержек, предусмотренных ч. 6 ст. 132 УПК РФ, судом обоснованно не установлено. Суд правильно принял во внимание и отразил в постановлении, что осуждённый молод, является трудоспособным. Взыскание процессуальных издержек может быть отсрочено и обращено на будущие доходы осуждённого, в том числе заработок во время отбывания наказания либо после его отбытия.

Кроме того, вопреки доводам апелляционной жалобы, не имелось оснований и для применения положений ч. 4 ст. 132 УПК РФ, поскольку судом установлено, что как такового отказа от адвоката осуждённым не заявлялось, адвокат Арышев В.В. участвовал в судебном заседании в качестве защитника ФИО31 (т.6 л.д.235, т.7 л.д.23, 34), сам осуждённый ФИО31 отказывался от своего ходатайства об отказе от адвоката Арышева В.В. (т.7 л.д.108оборот), доводы апелляционной жалобы осуждённого о нарушении его права на защиту признаны несостоятельными.

Указанные обстоятельства, а также отсутствие у осуждённого денежных средств, не исключают возможности погасить задолженность перед государством, а имущественная несостоятельность осуждённого имеет место лишь в настоящее время, так как он находится в местах лишения свободы.

Определяя размер вознаграждения, суд обоснованно исходил из объёма уголовного дела (7 томов на момент постановления приговора), предъявленного обвинения (по 3 и более преступления), требований, изложенных в подп. «б» п. 22.1 Положения о возмещении процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу,…, утверждённого Постановлением Правительства РФ № 634 от 21 мая 2019 года.

Порядок принятия решения судом также не нарушен: осуждённому ФИО31 была предоставлена возможность довести до суда свою позицию по поводу суммы взыскиваемых издержек и своего имущественного положения (т.7 л.д. 137).

Таким образом, порядок принятия судебного решения в данном случае соответствует критериям справедливого судебного разбирательства. 

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора и постановления суда, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 38913, 38915, 38918, 38920, 38926, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Топкинского городского суда Кемеровской области от 13 апреля 2021 года в отношении ФИО31 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание суда на хищение ФИО31 у потерпевшего ФИО5 216 руб. 25 коп.- комиссии банка за проведённые операции и снизить размер ущерба до 17 300 руб.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы-без удовлетворения.

Постановление Топкинского городского суда Кемеровской области от 13 апреля 2021 года о взыскании с осуждённого ФИО31 процессуальных издержек в виде вознаграждения адвоката оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а для осуждённого, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого решения, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.7, 401.8 УПК РФ. 

Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной 

Судья Е.А. Федусова