Судья Лекомцева Л.В.

Дело № 22-2908-2021

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Пермь 13 мая 2021 года

Судебная коллегия по уголовным дела Пермского краевого суда в составе: председательствующего судьи Симбиревой О.В.,

судей Горшковой О.В., Доденкиной Н.Н.,

при секретаре Селеткове П.С.,

с участием прокурора Орловой Э.А.,

адвоката Шарифова А.Н.,

осужденной ФИО1

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Гордеева И.С. на приговор Лысьвенского городского суда Пермского края от 27 июля 2020 года, которым

ФИО1, родившаяся дата в ****, судимая:

21 мая 2009 года Чусовским городским судом Пермского края (с учетом постановления Кизеловского городского суда Пермского края от 27 сентября 2012 года) по п. «г» ч. 2 ст.161 УК РФ к 2 годам лишения свободы, в силу ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком на 2 года, 

15 июля 2009 года Чусовским городским судом Пермского края (с учетом постановления Кизеловского городского суда Пермского края от 27 сентября 2012 года) по п. «а» ч. 2 ст. 166 УК РФ к 2 годам лишения свободы, в силу ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком на 2 года, приговор Чусовского городского суда Пермского края от 21 мая 2009 года в силу ч. 5 ст. 69 УК РФ постановлено исполнять самостоятельно; освобожденная 2 сентября 2010 года по постановлению Березниковского городского суда Пермского края от 23 августа 2010 года условно-досрочно на неотбытый срок 10 месяцев 17 дней, наказание в виде лишения свободы, с учетом приговоров Чусовского городского суда Пермского края от 10 февраля 2012 года и от 2 августа 2012 года отбыто 26 мая 2015 года,

8 июня 2016 года мировым судьей судебного участка № 3 Чусовского судебного района Пермского края по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ к 1 году лишения свободы; освобожденная 28 марта 2017 года по постановлению Дзержинского районного суда г. Перми от 17 марта 2017 года условно-досрочно на неотбытый срок 2 месяца 21 день,

осуждена по ч. 1 ст. 118 УК РФ к 1 году 10 месяцам исправительных работ с удержанием 10 % заработной платы.

Разрешены вопросы о мере пресечения, зачете и вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Симбиревой О.В., выступления прокурора Орловой Э.А. по доводам представления, осужденной ФИО1, адвоката Шарифова А.Н., возражавших против удовлетворения апелляционного представления, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признана виновной в причинении по неосторожности тяжкого вреда здоровью Н.

Преступление совершено при следующих, изложенных в приговоре, обстоятельствах: 22 марта 2020 года в вечернее время ФИО2, находясь в квартире, расположенной по адресу ****, в ходе ссоры со Н. при помощи ножа по неосторожности причинила Н. колото-резанную рану брюшной стенки, проникающую в брюшную полость, с повреждением тонкой кишки и ее брыжейки, с кровотечением в брюшную полость, что квалифицируется, как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Гордеев И.С. ставит вопрос об отмене приговора ввиду существенного нарушения норм ст. 307 УПК РФ, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в судебном заседании. В обоснование своих доводов указывает о том, что описательная часть приговора не содержит описания преступного деяния, признанного судом доказанным, считает, что при наличии в действиях ФИО1 преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, суд неверно оценил совокупность представленных сторонами доказательств, что повлекло вынесение незаконного, необоснованного и несправедливого приговора. Обращает внимание на то, что позиция осужденной, занятая в ходе судебного заседания, является способом защиты, поскольку убедительных причин для изменения показаний на следствии ФИО1 не привела, а ее вина подтверждается доказательствами, собранными в ходе предварительного расследования, такими, как показания потерпевшего Н., данные им в ходе досудебного производства и необоснованно отвергнутыми судом, показаниями свидетелей Х. и Ю., сведениями, содержащимися в протоколе осмотра места происшествия. Допустил суд, по мнению автора апелляционного представления, и противоречие в своих выводах, поскольку каждое из исследованных доказательств расценил относимыми, допустимыми и достоверными, однако при их оценке отверг показания осужденной и потерпевшего, данные в ходе предварительного следствия, указав об их недостоверности. Кроме того, при назначении наказания суд формально учел наличие судимостей у ФИО1, назначив наказание в виде исправительных работ, в нарушение ч. 3 ст. 50 УК РФ, не указал об удержании 10% заработной платы в доход государства. 

В возражениях адвокат Кириллова С.А. просит приговор оставить без изменения, а доводы апелляционного представления – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав участников процесса, судебная коллегия считает, что обвинительный приговор суда первой инстанции в отношении ФИО1 подлежит отмене на основании ст.ст. 389.15, 398.16 УПК РФ в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в судебном заседании.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

Судом первой инстанции эти требования закона не были выполнены. 

Органом предварительного расследования ФИО1 обвинялась в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, а именно в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Признав виновной ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного по ч. 1 ст. 118 УК РФ, то есть в причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего по неосторожности, суд указал, что не установлен умысел на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему.

В основу приговора суд положил, признав допустимыми и достоверными, показания осужденной ФИО1 о том, что она причинила вред здоровью Н. не умышленно, а в результате того, что он, толкая ее, сам наткнулся на нож, который упирался в ее живот, когда ей некуда было отступать, показания допрошенного в судебном заседании судебно-медицинского эксперта Н., не исключившего, что зафиксированные у потерпевшего телесные повреждения могли быть причинены при обстоятельствах, указанных осужденной, отвергая при этом показания потерпевшего, данные в ходе предварительного расследования и оглашенные в судебном заседании о том, что в ходе ссоры в коридоре, он оттолкнул жену, когда завязывал ботинки, почувствовал боль в области живота и увидел кровь (т. 1 л.д. 33-34,153-154), указывая о том, что свидетели Х. и Ч. очевидцами произошедшего не были.

Вместе с тем, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании.

В нарушение требований ст. 87 УПК РФ, суд не проверил каждое из доказательств путем сопоставления с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также не дал оценки всей совокупности доказательств по делу. 

Согласно ст. 26 УК РФ преступлением, совершенным по неосторожности, признается деяние, совершенное по легкомыслию или небрежности (ч. 1); преступление признается совершенным по легкомыслию, если лицо предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий (ч. 2); преступление признается совершенным по небрежности, если лицо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть эти последствия (ч. 3).

Таких обстоятельств по делу не установлено.

Судом при оценке показаний осужденной, данных в ходе предварительного расследования, не учтено, что кроме показаний ФИО1, данных ею 23 марта 2020 года, когда участие ее в следственных действиях было нежелательно, она с участием защитника давала показания 25 марта и 20 апреля 2020 года, где признавала вину в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Н. с использованием ножа.

Отвергая показания потерпевшего, данные в ходе предварительного расследования, суд не принял во внимание, что он допрошен дважды, причем после того, как выписался из больницы, он не пояснял о том, что ножевое ранение получено им в результате неосторожности, не учел показания свидетеля Ю. о том, что допрос Н. произведен ею без нарушения норм закона.

Не учтено, что показания потерпевшего, данные им в ходе предварительного следствия, согласуются с показаниями свидетеля Х., протоколом осмотра места происшествия.

В совокупности с другими доказательствами по делу, не дана оценка заключению эксперта, сделавшего вывод о том, что исходя из характера, телесное повреждение образовалось в результате однократного ударного воздействия орудия, обладающего колюще-режущими свойствами.

При изложенных обстоятельствах, соглашаясь с доводами апелляционного представления, судебная коллегия приходит к выводу, что допущенные судом первой инстанции нарушения повлияли на правильность применения уголовного закона, в связи с чем такой приговор нельзя признать законным, и он подлежит отмене.

Вместе с тем, согласно ст. 389.23 УПК РФ в случае, если допущенное судом первой инстанции нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, то суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

Поскольку судом первой инстанции всесторонне и полно установлены фактические обстоятельства дела, судебная коллегия полагает, что допущенные судом нарушения закона могут быть устранены при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке и считает возможным постановить новый обвинительный приговор в отношении ФИО1 на доказательствах, исследованных и проверенных судом первой инстанции и изложенных в приговоре.

Судебная коллегия установила, что ФИО1 22 марта 2020 года в вечернее время, находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире, расположенной по адресу ****, в ходе ссоры со Н., на почве личных неприязненных отношений, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, умышлено нанесла один удар клинком ножа в живот Н., причинив последнему, колото-резаную рану брюшной стенки, проникающую в брюшную полость, с повреждением тонкой кишки и ее брыжейки, с кровотечением в брюшную полость, повлекшее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Вина осужденной подтверждается ее показаниями, оглашенными на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, данными ею в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемой 25 марта 2020 года о том, что она в ходе ссоры с мужем, находясь в состоянии алкогольного опьянения, нанесла ему удар ножом в живот (т. 1 л.д. 57-59), свою вину в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ при предъявлении обвинения 23 апреля 2020 года признала в полном объеме (т.1 л.д. 161-162).

Эти показания подтверждаются и показаниями потерпевшего Н., оглашенными на основании ч. 4 ст. 281 УПК РФ, данными им в ходе предварительного следствия 22 апреля 2020 года о том, что после распития спиртных напитков, у него со ФИО1 возникла ссора, он пытался уйти из квартиры, она препятствовала ему, он оттолкнул ее в плечо, когда обувался, наклонившись, почувствовал удар в живот, разогнувшись, увидел кровь, ФИО1 в этот момент рядом с ним не было (т.1 л.д. 153-154).

Показания потерпевшего согласуются и с показаниями свидетеля Х. о том, что в марте 2020 года в ходе распития спиртных напитков между С-выми произошла ссора, она была в комнате, увидела, как потерпевший, находясь в прихожей, стал опускаться на пол, ему стало плохо, подняв футболку, она увидела на его животе ножевое ранение. ФИО1 в это время находилась на кухне, в ее руках был нож.

Свидетель Ч. пояснил, что распивал спиртное со С-выми и Х., после чего он уснул, а когда проснулся, увидел Н. с раной на животе. Со слов знает, что причинила ножевое ранение потерпевшему его дочь, ФИО1 

Вина осужденной подтверждается следующими находящимися в материалах уголовного дела письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании:

протоколом осмотра места происшествия от 22 марта 2020 года из которого следует, что в ходе осмотра на кухне обнаружен и изъят нож с пятнами красно-бурого цвета, пятна красно-бурого цвета обнаружены в прихожей и комнате – на полу и постельных принадлежностях (т.1 л.д.9-17); 

протоколом осмотра предметов, в ходе которого осмотрены кофта с отверстием и пятнами бурого цвета, штаны с пятнами бурого цвета, нож с рукояткой желтого и черного цвета (т. 1 л.д.143-145);

согласно заключения эксперта № 331 м/д от 7 апреля 2020 года, у Н. обнаружена колото-резаная рана брюшной стенки, проникающая в брюшную полость, с повреждением тонкой кишки и ее брыжейки, с кровотечением в брюшную полость. Повреждение, судя по характеру, образовалось в результате однократного ударного воздействия орудия, обладающего колюще-режущими свойствами и квалифицируется, как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (т.1 л.д.138-139). 

Оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности судебная коллегия приходит к выводу о доказанности вины ФИО1 в инкриминированном ей органами предварительного расследования преступном деянии по следующим основаниям. 

Показания осужденной и потерпевшего, которые судебная коллегия взяла за основу, согласуются между собой и подтверждаются иными доказательствами, оснований для самооговора и оговора осужденной потерпевшим и свидетелями не установлено.

При оценке показаний потерпевшего следует отметить, что данные им показания 22 апреля 2020 года соответствуют требованиям достоверности и допустимости, поскольку получены без нарушения норм уголовно-процессуального закона и согласуются с иными собранными по делу доказательствами. Право, предусмотренное ст. 51 Конституции Российской Федерации, ему разъяснялось, он был предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, от дачи показаний не отказывался.

В судебном заседании потерпевший пояснил, что события он не помнит, а показания в ходе предварительного следствия 22 апреля 2020 года давал в состоянии алкогольного опьянения, эти утверждения судебная коллегия оценивает критически, поскольку они опровергаются собранными и исследованными в судебном заседании доказательствами, даны с целью облегчения участи своей супруги ФИО1, с которой он помирился и планирует совместное проживание.

Доводы о том, что показания им даны в состоянии алкогольного опьянения, не подтверждаются материалами уголовного дела и опровергаются показаниями свидетеля Ю., которая утверждала, что в таком состоянии она его не допрашивала, все нормы уголовно-процессуального закона при этом были соблюдены.

То обстоятельство, что с апреля 2020 года по настоящее время потерпевший находится в реабилитационном центре, где проходит лечение от алкоголизма, не свидетельствует о недостоверности его показаний, которые взяты судебной коллегией за основу, поскольку они согласуются с иными собранными по делу доказательствами.

Судебная коллегия считает, что показания потерпевшего об обстоятельствах получения травмы и локализация телесного повреждения, зафиксированного в заключении судебно-медицинского эксперта, показания потерпевшего и свидетеля Х. о наличии крови, не содержат существенных противоречий, позволяющих сделать вывод об их недостоверности.

Они объясняются скоротечностью событий и индивидуальным восприятием их разными лицами, добросовестным заблуждением, кроме того, из заключения судебно-медицинского эксперта следует, что ранение сопровождалось внутренним кровотечением, из протокола осмотра места происшествия и осмотра вещей потерпевшего явствует, что кровь содержится в малом количестве.

Существенных противоречий, которые бы поставили под сомнение достоверность показаний потерпевшего, которые судебная коллегия взяла за основу, не имеется. 

Вместе с тем, показания, данные потерпевшим 23 марта 2020 года (т.1 л.д. 33-34), через несколько часов после оперативного вмешательства 22 марта 2020 года, проведенного под общим наркозом, следует признать не отвечающим требованиям допустимости, поскольку они получены с нарушением требований закона в связи с тем, что имеются сомнения в том, что он в полной мере мог оценивать смысл и значение поставленных перед ним вопросов и ответов на них, таким образом, судебная коллегия не принимает их в качестве доказательства, подтверждающего виновность осужденной.

При оценке показаний ФИО1, данных ею 25 марта и 23 апреля 2020 года следует отметить, что они получены без нарушения норм уголовно-процессуального закона и недопустимыми не являются, поскольку она их давала в присутствии защитника, являющегося гарантом соблюдения ее прав.

Согласно ответу, поступившему из филиала «Лысьвенский» ГБУ здравоохранения Пермского края «Краевая клиническая психиатрическая больница» 23 марта 2020 года в 16 часов 25 минут осужденная доставлялась в указанную больницу, ей была оказана медицинская помощь, однократно введен препарат феназипам, участие в следственных действиях после приема которого нежелательно на протяжении одних суток (т.2 л.д.9,18).

Поскольку с участием защитника она допрошена 25 марта и 23 апреля 2020 года, то есть по истечении времени, когда ее допрос был нежелателен, никаких заявлений ни от нее, ни от ее защитника о невозможности участия в следственных действиях, необоснованности предъявленного обвинения и не согласия с ним, не поступало, то эти ее показания являются допустимыми и достоверными доказательствами.

То обстоятельство, что она фактически не давала показания 23 апреля 2020 года и доводы о том, что она была согласна с обвинением, поскольку не отрицала, что ножевое ранение причинила она, не убедительны, поскольку оба раза ей было предъявлено одно и то же обвинение, сущность которого ей была разъяснена и понятна. 

Вместе с тем, следует признать, что в соответствии со ст. 75 УПК РФ показания, данные ФИО1 в качестве подозреваемого 23 марта 2020 года (т. 1 л.д. 49-50) являются недопустимыми и не могут служить подтверждением ее вины, поскольку получены с нарушением уголовно-процессуального закона, когда ее допрос согласно справке медицинского учреждения (т. 2 л.д. 9, 18) был нежелателен, поэтому имеются сомнения в том, что она в полной мере могла оценивать существо своих показаний, которые впоследствии не были подтверждены ею.

Выдвинутая осужденной в судебном заседании версия о том, что ее вина является неосторожной, судебная коллегия оценивает, как способ защиты от предъявленного обвинения, которая опровергается совокупностью собранных по делу доказательств, добытых в ходе предварительного следствия и исследованных в судебном заседании. 

Из показаний осужденной, данных ею в ходе предварительного следствия и взятых судебной коллегией за основу, следует, что она последовательно признавала свою вину в совершении преступления, предусмотренного по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, говоря о том, что причинила потерпевшему телесные повреждения, ударив его ножом в живот, потерпевший в своих показаниях также пояснял именно об ударе в живот, говоря о таком механизме получения им ранения при поступлении в Лысьвенскую городскую больницу, что нашло отражение в заключении судебно-медицинского эксперта, который установил, что тяжкий вред здоровью ФИО1 причинен в результате однократного ударного воздействия орудия, обладающего колюще-режущими свойствами.

Из показаний эксперта Н., данных им в суде первой и апелляционной инстанции следует, что он, подтверждая свое первоначальное заключение, не исключил возможность причинения телесных повреждений, обнаруженных у потерпевшего Н. при обстоятельствах, указанных ФИО1 в судебном заседании, а именно, держа нож на уровне живота, оперевшись рукоятью в живот, отступая назад и уперевшись спиной в подоконник, при движении наступающего вперед, уточнив, что механизм причинения в таком случае ударным не является.

Оценивая оба заключения эксперта, судебная коллегия считает, что они не противоречат друг другу, поскольку выводы строятся на основе разных исходных данных.

Судебная коллегия основывает свои выводы на заключении от 7 апреля 2020 года № 331 м/д, полученном в ходе предварительного расследования, поскольку оно согласуется с показаниями осужденной и потерпевшего, данными в ходе предварительного следствия об ударном воздействии ножа, в результате которого причинен тяжкий вред здоровью и иными доказательствами по делу.

Версия осужденной о том, что события происходили на кухне, опровергается результатами осмотра места происшествия, согласно которому были обнаружены пятна бурого цвета похожие на кровь на полу в прихожей и в комнате, куда после был перемещен потерпевший, пятен бурого цвета, похожих на кровь на кухне обнаружено не было. 

Свидетель Х. пояснила о том, что видела как потерпевший, находясь в прихожей квартиры, стал опускаться на пол, она увидела на его животе ножевое ранение, осужденная в это время была на кухне, Н. рассказывал о том, что почувствовал удар ножом, находясь в прихожей, поэтому то обстоятельство, что орудие преступление обнаружено на кухне не свидетельствует о том, что события произошли именно там.

Об умышленном характере действий ФИО1, направленном на причинение тяжкого вреда здоровью Н. указывают ее действия по нанесению удара в живот потерпевшего с использованием ножа, с применением значительной силы, о чем свидетельствует характер и механизм причинения телесного повреждения – проникающего колото-резаного ранения, полученного в результате ударного воздействия, локализация ранения и степень его тяжести.

При этом она не могла не осознавать общественную опасность своих действий и не предвидеть возможность наступления тяжких последствий. 

Действия ФИО1 судебная коллегия квалифицирует по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

При назначении наказания судебная коллегия руководствуется правилами ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, влияние наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи, состояние ее здоровья, данные о личности, согласно которым она привлекалась к административной ответственности, находится под наблюдением врача психиатра-нарколога, по месту регистрации участковым характеризуется как лицо, употребляющее наркотические средства, злоупотребляющее спиртными напитками, президентом Благотворительного фонда социальной и правовой поддержки граждан «Независимость» характеризуется положительно, выполняет обязанности социального работника.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 судебная коллегия признает в соответствии со ст. 61 УК РФ: наличие малолетнего ребенка, поскольку с мужем и его ребенком она проживала совместно, противоправное поведение потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, оказание медицинской помощи потерпевшему, выразившиеся в вызове «Скорой помощи» непосредственно после совершения преступления, признание вины, раскаяние в содеянном.

ФИО1 совершила тяжкое преступление, имея судимость за тяжкие преступление к реальному лишению свободы в соответствии с приговорами от 21 мая и 15 июня 2009 года, которая на момент совершения преступления снята или погашена не была, поэтому обстоятельством, отягчающим наказание осужденной, судебная коллегия признает рецидив преступлений, который в силу п. «б» ч.2 ст.18 УК РФ является опасным.

Учитывая, что ФИО1 совершено тяжкое преступление, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, данные о личности виновной, судебная коллегия считает, что цели восстановления социальной справедливости, исправления осужденной, предупреждения совершения ею новых преступлений могут быть достигнуты с назначением ей наказания только в виде лишения свободы, учитывая и то, что лишение свободы предусмотрено санкцией ч. 2 ст. 111 УК РФ в качестве единственно возможного наказания. 

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, дающих основания для применения положений ст. 64 УК РФ и назначении ФИО1 более мягкого вида наказания, судебная коллегия не находит.

Наличие отягчающего наказание обстоятельства исключает возможность применения положений ч.1 ст. 62 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, а вид рецидива – применение положений ст. 73 УК РФ.

Вместе с тем, принимая во внимание наличие смягчающих наказание обстоятельств, судебная коллегия приходит к выводу о возможности назначения наказания с применением положений ч. 3 ст. 68 УК РФ, то есть без учета рецидива, без дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ч. 2 ст. 111 УК РФ.

Согласно п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, отбывание наказания в виде лишения свободы следует назначить в исправительной колонии общего режима.

При разрешении вопроса о судьбе вещественных доказательств судебная коллегия руководствуется положениями пп. 6, 3 ч.3 ст. 81 УПК РФ, и считает необходимым одеяло с пододеяльником, куртку, кофту, штаны, трусы передать Н., нож с рукояткой желтого цвета, нож с рукояткой черного цвета, конверт со смывом вещества – уничтожить.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13-15, 389.16, 389.18, 389.20, 389.28, 389.33 и 389.35 УПК РФ, судебная коллегия 

ПРИГОВОРИЛА:

приговор Лысьвенского городского суда Пермского края от 27 июля 2020 года в отношении ФИО1 отменить.

Признать виновной ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, и назначить наказание в виде лишения свободы на срок 2 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания исчислять с 13 мая 2021 года. 

Меру пресечения ФИО1 изменить на заключение под стражу, взять под стражу в зале суда.

Зачесть в срок лишения свободы период отбывания наказания с 13 октября 2020 года по 13 апреля 2021 года; в силу п. «б» ч.3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с 23 марта 2020 года по 27 июля 2020 года из расчета 1 день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Вещественные доказательства: одеяло с пододеяльником, куртку, кофту, штаны, трусы передать Н., нож с рукояткой желтого цвета, нож с рукояткой черного цвета, конверт со смывом вещества – уничтожить.

Судебное решение может быть обжаловано в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу через Лысьвенский городской суд Пермского края, осужденной, содержащейся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора, вступившего в законную силу, а по истечении этого срока непосредственно в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ. Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись 

Судьи подпись