Гр. дело № 2-723/2019 Мотивированное 

решение

 изготовлено 23 сентября 2019 года 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

19 сентября 2019 года город Апатиты

Апатитский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Тычинской Т.Ю.

при секретаре Головиной А. А.

с участием истца ФИО1 и его представителя ФИО2

представителя ответчика ФИО3, действующего на основании доверенности от 01 ноября 2018 года № 591/02-АП, 

старшего помощника прокурора г. Апатиты Мурманской области Пучковой А. Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Апатит» (далее – АО «Апатит») о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием. В обоснование заявленных требований указал, что состоял в трудовых отношениях с ответчиком в период с 2003 года по 2018 год, работая в должностях подземного электрогазосварщика и машиниста подземной самоходной машины. Трудовой договор с ним расторгнут 09 января 2019 года в связи с сокращением штата работников организации. В соответствии с решением врачебной комиссии от 23 ноября 2018 года 

<

№> ему впервые установлено профессиональное заболевание, непосредственной причиной возникновения которого послужил длительный стаж работы в условиях воздействия на организм вредных производственных факторов. По результатам освидетельствования федеральным казенным учреждением «Бюро медико-социальной экспертизы», ему установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30%. С учетом заявления от 16 августа 2019 года об увеличении исковых требований просит суд взыскать с АО «Апатит» компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 600 000 рублей. 

В судебном заседании истец ФИО1, настаивая на удовлетворении иска, пояснил, что полученное профессиональное заболевание препятствует ему вести привычный активный образ жизни, он регулярно испытывает болевые ощущения в пояснице, онемение в ноге, в связи с чем вынужден постоянно принимать лекарства. 

Представитель истца в судебном заседании поддержал уточненные требования, обращает внимание, что 23 мая 2019 года истец обращался к ответчику с заявлением о выплате ему компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, которое было оставлено без удовлетворения без законных на то оснований. Обосновывая заявленную ко взысканию денежную сумму, ссылается на положения Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016 - 2018 годы. 

Представитель ответчика в судебном заседании уточненные требования не признал, пояснив, что истец был осведомлен о характере условий труда. За работу во вредных условиях труда он получал дополнительные гарантии в виде предоставления дополнительных дней к ежегодному отпуску и соответствующие надбавки, санаторно-профилактическое лечение и обеспечение профилактическим питанием. Кроме того, отработав на работах с вредными условиями, истец имеет право на досрочное назначение трудовой пенсии. Истец добровольно на протяжении длительного времени выполнял работу в условиях воздействия вредных производственных факторов, поэтому считает, что сами действия работника повлекли причинение ему вреда, поскольку работодатель не имеет права отстранять от работы и переводить работника, полностью выработавшего стаж для предоставления льготной пенсии, на иные должности на том основании, что дальнейшая работа на этом рабочем месте вредна для его здоровья. Просит у удовлетворении иска отказать.

Выслушав пояснения представителей сторон, заключение прокурора г. Апатиты, полагавшего исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, а размер компенсации морального вреда подлежащим определению судом на основании положений пункта 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016 - 2018 годы, с учетом принятого Объединением работодателей «Российский Союз химиков» решения о приостановлении действия отдельных положений данного соглашения, исследовав материалы дела, суд считает уточненные исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает, в том числе, возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». 

В соответствии со статьей 3 данного Федерального закона профессиональное заболевание – хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, и профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с пунктом 30 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, установленного Постановлением Правительства Российской Федерации № 967 от 15 декабря 2000 года, акт о случае профзаболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве. В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах) (пункт 32 Положения). 

Согласно пункту 14 данного Положения заключительный диагноз хронического профессионального заболевания устанавливает Центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов (в том числе возникшее спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами).

На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, ФИО1 длительное время (с июня 2003 года по 09 января 2018 года) работал в 

<

.....>) во вредных производственных условиях на 

<

.....> в профессиях электрогазосварщика (2003-2007 год), машиниста подземных самоходных машин горностроительного участка (2007-2014 год), машиниста подземных самоходных машин участка подземной самоходной техники (2014-2016 год), машиниста подземных самоходных машин участка доставки оборудования и материалов (2016 год), машиниста подземных самоходных машин участка внутрирудничного транспорта (2016-2019 год).

09 января 2019 года ФИО1 был уволен в связи с сокращением штата работников организации (пункт 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации).

Общий стаж работы истца составил 15 лет 04 месяца, из них во вредных производственных условиях – 15 лет 04 месяца. 

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда № 09-02-03/55 от 30 августа 2018 года следует, что условия труда ФИО1 в профессии машинист подземных самоходных машин АО «Апатит» не соответствуют СН 2.2.4/2.1.8.562-96, СН 2.2.4/2.1.8.566-96, ГН 2.2.5.3532-18, СанПиН 2.2.2776-10; профессии электрогазосварщик подземный - СанПиН 2.2.2776-10 (по тяжести трудового процесса). Общие условия труда электрогазосварщика характеризуются воздействием вредного производственного фактора – тяжесть трудового процесса; машиниста подземных самоходных машин - шум, вибрация, инфразвук, физическое напряжение, вредные вещества химической этиологии, запыленность (по СОУТ № 117 от 2014 года, СОУТ № 191, № 190А от 2017 года).

По результатам обследования в клинике профзаболеваний НИЛ ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» решением врачебной комиссии № 152 от 23 ноября 2018 года ФИО1 установлен диагноз: 

<

.....>. По профзаболеванию противопоказана работа в контакте с физическими перегрузками, в неудобной рабочей позе с наклонами и поворотами корпуса. Рекомендовано рациональное трудоустройство, направление на МСЭ – согласно действующего законодательства. «Д» наблюдение и профилактическое лечение профзаболеваний у невролога 2 раза в год по месту жительства, ежегодно санаторно-курортное лечение. «Д» наблюдение и лечение у терапевта, хирурга, эндокринолога по месту жительства, ежегодное обследование в клинике профзаболеваний. 

Согласно акту о случае профессионального заболевания 

<

№> от 19 декабря 2018 года, профессиональное заболевание у истца возникло в результате длительной работы во вредных производственных условиях 

<

.....> в профессиях: электрогазосварщика подземного и машиниста ПСМ, когда ФИО1 из-за несовершенства, с гигиенической точки зрения, технологического процесса и горного оборудования подвергался сочетанному воздействию вредных производственных фактов, в том числе, тяжести трудового процесса. Работодатель определил стаж работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в 15 лет 04 месяца. Ранее профессиональнеое заболевание не устанавливалось, вины работника в возникновении профзаболеваний не усматривается.

Согласно справки серии МСЭ-2013 

<

№> от 28 января 2019 года, выданной ФКУ «Главное Бюро медико-социальной экспертизы по Мурманской области» Бюро медико - социальной экспертизы № 4 смешанного профиля, на основании акта о профессиональном заболевании № 91 от 19 декабря 2018 года ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30%, на срок до 01 февраля 2020 года. Дата очередного освидетельствования 11 января 2020 года.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что полученное истцом профессиональное заболевание находится в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда (длительного воздействия на его организм вредных неблагоприятных производственных факторов), в которых истец работал у ответчика.

Необходимость прохождения истцом лечения, обследований в связи с имеющимися у него профессиональными заболеваниями, получение такого лечения и обследований подтверждается данными исследованной в судебном заседании карты обследования ФИО1, представленных НИЛ ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья», согласно которой истцу рекомендовано «Д» наблюдение и профилактическое лечение профзаболевания у невролога 2 раза в год по месту жительства, ежегодно санаторно-курортное лечение, «Д» наблюдение и лечение у терапевта, хирурга, эндокринолога по месту жительства. Ежегодное обследование в клинике профзаболеваний. 

Таким образом, поскольку профзаболевание развивается по причине длительного воздействия вредных факторов, вина ответчика в причинении истцу профессионального заболевания в период его работы у вышеуказанного работодателя является доказанной, и на ответчике лежит безусловная обязанность произвести работнику выплату в счет денежной компенсации морального вреда. 

Потерпевший в связи с причинением вреда здоровью во всех случаях испытывает нравственные и физические страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Факт предоставления работнику на период его трудовой деятельности в 

<

.....> особых условий труда, таких как дополнительная оплата труда, дополнительный оплачиваемый отпуск, обеспечение средствами индивидуальной защиты и т. п., не является доказательством отсутствия вины ответчика в причинении вреда здоровью, а свидетельствует лишь о предоставлении работникам Общества специальных гарантий, обязательных, в силу действующего трудового законодательства, для предоставления лицам, работающим во вредных производственных условиях.

При этом, суд считает необходимым учесть, что повреждение здоровья истца не связано с умышленными противоправными действиями ответчика, который, в силу объективных причин, не имел возможности полностью устранить наличие вредных факторов на рабочих местах. Напротив, истец добровольно в течение длительного времени (15 лет 04 месяца) осуществлял трудовую деятельность в тяжелых условиях труда, наличие которых компенсировалось обеспечением определенного режима труда и отдыха, предоставлением соответствующих гарантий и льгот, выдачей средств индивидуальной защиты (СИЗ), спецодежды и спецобуви в соответствии с нормами, что следует из акта о случае профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника 

<

№> от 30 августа 2018 года.

Вместе с тем, добровольное осуществление истцом трудовой деятельности во вредных условиях, получение им за свою работу определенных гарантий, льгот и компенсаций не влияют на право работника на получение возмещения морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья.

Согласно части 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Как следует из материалов дела и пояснений представителя истца, 23 мая 2019 года ФИО1 обратился к ответчику с заявлением о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в результате профессиональных заболеваний в размере 500 000 рублей, которое было оставлено ответчиком без внимания.

Обращаясь в суд, истец ссылается на Отраслевое тарифное соглашение по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы, пунктом 6.1.2 которого предусмотрено, что работодатели осуществляют возмещение вреда (сверх размеров, предусмотренных законодательством Российской Федерации) работникам в связи с профессиональным заболеванием, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей. Под возмещением вреда понимается компенсация в денежной форме потерпевшему работнику морального вреда, нравственных и физических страданий. 

Порядок, правила, процедуры и сроки осуществления выплат с целью возмещения вреда при обстоятельствах, определенных в пункте 6.1.2, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами, принимаемыми с учетом мнения выборного органа первичной (объединенной) профсоюзной организации предприятий, либо дополнительными (добровольными) страховыми программами, финансируемыми работодателями (пункт 6.1.3 Соглашения).

В соответствии с частью 1 статьи 45 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение – правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции.

Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства (часть 8 статьи 45 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 46 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в соглашение могут включаться взаимные обязательства сторон, в том числе по вопросам гарантий, компенсаций и льгот работникам.

В соответствии с абзацем 7 статьи 12 Трудового кодекса Российской Федерации, локальный нормативный акт вступает в силу со дня его принятия работодателем либо со дня, указанного в этом локальном нормативном акте, и применяется к отношениям, возникшим после введения его в действие. В отношениях, возникших до введения в действие локального нормативного акта, указанный акт применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие.

Согласно пунктам 1.1, 1.3 названного Отраслевого соглашения сторонами Соглашения являются работники в лице их представителя - Российского профессионального союза работников химических отраслей промышленности (далее - Росхимпрофсоюз) и работодатели в лице их представителя - Общероссийского отраслевого объединения работодателей «Российский Союз предприятий и организаций химического комплекса» (далее - Союз). Указанное соглашение заключено на 2016 - 2018 годы, вступает в силу с 1 января 2016 года и действует по 31 декабря 2018 года включительно. Соглашение распространяется на работодателей химического комплекса Российской Федерации любых организационно-правовых форм и форм собственности, являющихся членами Союза. Прекращение членства организации в Союзе не освобождает работодателя от выполнения соглашения, заключенного в период его членства. Работодатель, вступивший в Союз в период действия настоящего Соглашения, обязан выполнять предусмотренные в нем обязательства; на работодателей, не являющихся членами Союза, заключившего данное Соглашение, которые уполномочили Союз от их имени участвовать в коллективных переговорах и заключить Соглашение либо присоединились к Соглашению после его заключения.

Соглашение действует в отношении всех работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателями, указанными в настоящем пункте. 

Соглашение считается распространенным на работодателей, не являющихся членами Союза, если указанные работодатели в течение 30 календарных дней со дня официального опубликования предложения о присоединении к Соглашению не представили в федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, мотивированный письменный отказ от присоединения. К данному отказу должен быть приложен протокол консультаций работодателя с выборным органом первичной профсоюзной организации Росхимпрофсоюза, объединяющей работников данного работодателя.

Исходя из приведенных положений законодательства, в отраслевых соглашениях и коллективных договорах могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли, подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении и коллективном договоре.

Учитывая, что решение врачебной комиссии 

<

№> от 23 ноября 2018 года в отношении истца об установлении ему профессионального заболевания было вынесено в период трудовых отношений и действия Отраслевого тарифного соглашения на 2016 - 2018 годы, суд приходит к выводу, что положения данного ОТС распространяются на правоотношения сторон. 

Разделом 6 Отраслевого тарифного соглашения установлены социальные гарантии, льготы и компенсации.

Пунктом 6.1.2 Отраслевого тарифного соглашения предусмотрено, что работодатели осуществляют возмещение вреда (сверх размеров, предусмотренных законодательством РФ) работникам в связи с их трудовым увечьями или профессиональными заболеваниями, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей, а также семьям работников в связи с гибелью работников в результате несчастных случаев на производстве, связь с производственной деятельностью которых подтверждена материалами Актов специального расследования. Под возмещением вреда понимается компенсация в денежной форме потерпевшему работнику или его семье морального вреда, нравственных и физических страданий, связанных со смертью или стойкой (не менее 1 года) потерей трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве.

Пункт 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения предусматривает гарантированную минимальную сумму выплат потерпевшему работнику при получении профессионального заболевания - 30% от заработка работника за два года. 

В силу пункта 6.1.3 Отраслевого тарифного соглашения Порядок, правила, процедуры и сроки осуществления выплат с целью возмещения вреда при обстоятельствах, определенных в пункте 6.1.2, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами, принимаемыми с учетом мнения выборного органа первичной (объединенной) профсоюзной организации предприятий, либо дополнительными (добровольными) страховыми программами, финансируемыми Работодателями. 

Материалами дела подтверждено, что коллективным договором КФ АО «Апатит» на 2017-2020 годы, иными локальными нормативными актами работодателя такой порядок осуществления выплат с целью возмещения работнику морального вреда, связанного со стойкой (не менее 1 года) потерей трудоспособности, не установлен, дополнительных (добровольных) страховых программ осуществления выплат с целью возмещения вреда, финансируемых работодателем, не имеется.

В данном случае порядок выплаты работникам компенсации морального вреда в связи с выявлением у них профессионального заболевания и ее конкретный размер определены в Отраслевом тарифном соглашении по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016 - 2018 годы, а право работников АО «Апатит» на выплату единовременного пособия именно в качестве компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты работником профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, предусмотрено пунктом 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения. Таким образом, стороны трудовых отношений пришли к соглашению о конкретном размере компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве, что не противоречит закону.

Реализация права на компенсацию морального вреда носит заявительный характер, поэтому встречная обязанность у работодателя по соответствующей выплате возникает с момента обращения работника.

Так, согласно пункту 6.1.8 «Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016 - 2018 годы» основанием для выплаты компенсации морального вреда является, в том числе, заявление работника.

Вместе с тем, по решению сторон «Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016 - 2018 годы» в отношении АО «Апатит» от 23 октября 2015 года было приостановлено действие положения подпункта 2 пункта 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения, устанавливающего порядок и размеры возмещения вреда, связанного с несчастными случаями на производстве и профзаболеваниями, на срок с 01 января 2016 года до 31 декабря 2018 года. Пунктом 1 решения от 23 октября 2015 года размер компенсации морального вреда определен пропорционального одному годовому заработку работника, в том числе: при получении профессионального заболевания - 30% заработка работника за один год. 

Таким образом, на ответчике лежит обязанность произвести истцу выплату в счет компенсации морального вреда по условиям действовавшего на момент возникновения обязательств «Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016 - 2018 годы» в размере 30% заработка работника за один год. 

Размер компенсации морального вреда, исходя из 30% годового заработка истца за период с декабря 2017 года по ноябрь 2018 года, предшествующего установлению истцу профзаболеваний, по расчету суда составил 199 956 рублей 86 копеек (1826,09х365 x 30% = 199956,86), который и подлежит взысканию в пользу истца. 

Указанная сумма, по мнению суда, соразмерна понесенным истцом физическим и нравственным страданиям и отвечает требованиям разумности и справедливости.

При этом, суд не принимает за основу расчет, представленный ответчиком на основании «Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016 - 2018 годы», согласно которому размер компенсации, исходя из 30% годового заработка истца, определен им в размере 199 956 рублей 50 копеек, поскольку он содержит арифметическую ошибку в подсчете годового заработка истца.

В соответствии с пунктом 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 8 части 1 статьи 333.20 части второй Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. На основании пункта 3 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации сумма подлежащей взысканию с ответчика государственной пошлины в доход местного бюджета составляет 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Апатит» (ИНН: 

<

***>) в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 199 956 (сто девяносто девять тысяч девятьсот пятьдесят шесть) рублей 86 копеек.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит» о взыскании денежной компенсации морального вреда в сумме 400043 (четыреста тысяч сорок три) рубля 14 копеек отказать. 

Взыскать с Акционерного общества «Апатит» (ИНН: 

<

***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Апатитский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Судья: Т. Ю. Тычинская