Мотивированное 

апелляционное постановление

 изготовлено «22» сентября2025года

Председательствующий Лимонова И.Н. Дело № 22-6271/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

17 сентября2025 года г.Екатеринбург

Свердловский областной суд в составе председательствующего ОрловойН.Н., 

при ведении протокола помощником судьи Будько А.А.,

с участием осужденного ФИО1,

адвоката Артамоновой Н.А. в защиту интересов осужденного по назначению суда,

потерпевшей БАО

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Пылинкиной Н.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению старшего помощника прокурора Артинского района Скрынник Н.В., апелляционным жалобам потерпевшей БАО и осужденного ФИО1 на приговор Артинского районного суда Свердловской области от 06июня2025 года, которым

ФИО1, 

<

дата> года рождения

ранее судимый:

- 23 августа 2021 года мировым судьей судебного участка № 2 Артинского судебного района Свердловской области по ч. 1 ст. 159.2 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 160 час. 28 февраля 2022 года снят с учета Артинского филиала ФКУ УИИ ГУФСИН России по Свердловской области в связи с отбытием срока наказания,

- 26 января 2022 года Артинским районным судом Свердловской области по п.п. «а,б,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 260 час. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ присоединено наказание по приговору от 23 августа 2021 года, окончательно назначено наказание в виде обязательных работ на срок 280 час. 30 декабря 2022 года снят с учета Артинского филиала ФКУ УИИ ГУФСИН России по Свердловской области в связи с отбытием срока наказания,

- 29 мая 2023 года Первоуральским городским судом Свердловской области по ч. 5 ст. 33 ч. 1 ст. 228 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 260 час. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ присоединено наказание по приговору от 26 января 2022 года, окончательно назначено наказание в виде обязательных работ на срок 400 час. 28 февраля 2024 года снят с учета Артинского филиала ФКУ УИИ ГУФСИН России по Свердловской области в связи с отбытием срока наказания,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 1 году лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2года 6 месяцев.

На основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ назначенное наказание в виде 1 года лишения свободы заменено принудительными работами на тот же срок с удержанием в доход государства 5 % из заработной платы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев 

Срок отбытия принудительных работ постановлено исчислять со дня прибытия осужденного ФИО2 в исправительный центр, куда ему надлежит следовать самостоятельно.

Осужденному ФИО1 разъяснены последствия нарушения отбывания наказания в виде принудительных работ.

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу ПАВ компенсацию морального вреда в размере 250000 рублей.

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу ПМЕ компенсацию морального вреда в размере 549985 рублей.

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу ПЗЕ компенсацию морального вреда в размере 549985 рублей.

Мера процессуального принуждения в отношении ФИО1 в виде обязательства о явке оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу. 

Постановлено взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 10 568 руб. 86 коп.

Разрешена судьба вещественных доказательств по делу.

Заслушав доклад судьи Орловой Н.Н., выступление осужденного С.И.ДБ., его защитника-адвоката Парамоновой Н.А., потерпевшей БАО, просивших приговор изменить, прокурора Пылинкиной Н.А., поддержавшей доводы апелляционного представления, возражавшей по доводам апелляционной жалобы осужденного, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в том,, что, управляя автомобилем, нарушил правила дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть ПЕВ

Преступление совершено 8 сентября 2024 года в д. Березовка Артинского района Свердловской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении старший помощник прокурора Артинского района Скрынник Н.В. просит приговор изменить, исключить из резолютивной части приговора решение о назначении к лишению свободы дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев, в остальной части оставить приговор без изменения. В обосновании своих требований указывает, что в соответствии с Постановлением Пленума ВС РФ № 58 от 22 декабря 2015 года при постановлении обвинительного приговора суд обязан разрешить вопрос о том, имеются ли основания для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в случаях и порядке, установленных ст. 53.1 УК РФ. При наличии таких оснований суду необходимо в резолютивной части приговора указывать на назначение наказания в виде лишения свободы на определенный срок, а затем – на замену лишения свободы принудительными работами. При замене лишения свободы принудительными работами дополнительное наказание, предусмотренное к лишению свободы, в том числе и в качестве обязательного не назначается. Суд, заменив лишение свободы принудительными работами должен решить вопрос о назначении дополнительного наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статья Особенной части УК РФ к принудительным работам. Обращает внимание на то, что суд первой инстанции назначил дополнительное наказание ФИО1 к лишению свободы на определенный срок. Считает, что допущенные нарушения уголовного закона являются существенными, повлиявшими на исход дела при назначении наказания. 

В апелляционной жалобе потерпевшая БАО просит приговор изменить, назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы, исключить из приговора указание на наличие смягчающих обстоятельств, а именно активное способствование раскрытию и расследованию преступления, а также поведение потерпевшего П. Просит также признать невозможным замену наказания в виде лишения свободы на принудительные работы, а также удовлетворить ее исковые требования, действующей в интересах ПМЕ и ПЗЕ в полном объеме. Считает приговор незаконным и подлежащим изменению в связи с неправильным применением уголовного закона и несправедливостью назначенного наказания. Отражает, что назначенное наказание ФИО1 является чрезмерно мягким и не соответствует закону, а также отношению осужденного к рассматриваемым событиям. Обращает внимание на то, что в ходе предварительного расследования в результате умышленных действий ФИО3 пешеход ПЕВ получил тяжкие телесные повреждения, повлекшие его смерть, однако в приговоре указано, что ФИО1 совершил преступную небрежность нарушил правила дорожного движения, повлекшие по неосторожности причинение тяжких телесных повреждений, которые явились причиной смерти ПЕВ Отражает, что в заключении эксперта № 5157 от 23 сентября 2024 года и в собранных доказательствах по делу указано, что ФИО3 располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода ПЕВ, в ходе осмотра места происшествия было установлено, что следов экстренного торможения не имеется, а автомобиль эксплуатировался с неисправной стояночной тормозной системой и отсутствием ближнего света фар. Указывает, что ранее ФИО1 неоднократно был судим за умышленные преступления к наказаниям, не связанным с лишением свободы, но должных выводов для себя не сделал и совершил новое преступление. Считает, что назначенное наказание в виде 1 года принудительных работ за смерть человека не соответствует требованиям закона. Обращает внимание на то, что суд не правильно отнес к смягчающему обстоятельству поведение потерпевшего, который находился в состоянии алкогольного опьянения на проезжей части дороги. Считает, что суд необоснованно указал в качестве смягчающего обстоятельства поведение и состояние потерпевшего, потому что его действия не были противоправны. Указывает, что извинения ФИО1 принес лишь в суде и по ее мнению носили вынужденный характер для снижения наказания. Отмечает, что подсудимый не раскаивался, а признание вины в отсутствии явки с повинной не может учитываться в качестве активного способствования раскрытию и расследованию преступления. Считает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в связи, с чем приговор необходимо изменить. Кроме того, указывает, что снижение размера компенсации морального вреда, в пользу малолетних детей погибшего ПЕВ более чем в 4 раза необоснованно занижена, в связи с чем нарушены права малолетних ПМЕ и ПЗЕ В обоснование своего довода указывает, что в соответствии с нормами ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда не предусматривается учитывать материальное положение лица, обязанного возместить вред. С учетом положений закона суд должен оценивать характер и степень физических и нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств, индивидуальных особенностей потерпевшего, разумности и соразмерности, но суд данные положения закона не учел. Также необоснованно суд сослался на положения ст. 1083 ГК РФ в соответствии с которой, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, то размер возмещения должен быть уменьшен и учтено материальное положение лица, обязанного возместить вред. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор изменить, смягчить назначенное наказание, применить положения ст. 64 и ст. 73 УК РФ, а также уменьшить размер компенсации морального вреда, взысканного в пользу малолетних ПМЕ и ПЗЕ до 300000 рублей каждому, а в удовлетворении исковых требований ПАВ – отказать. В обоснование доводов указывает, что при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции допущены нарушения уголовного закона, в связи с чем, приговор является незаконным, необоснованным и несправедливым в части назначенного наказания, а также в части заявленных гражданских исков, поскольку суммы компенсации морального вреда являются завышенными. Обращает внимание на то, что суд установил, что после наезда на потерпевшего он незамедлительно направился к потерпевшему, оценил его состояние, вызвал службу скорой помощи, по номеру 112 службы спасения, для оказания квалифицированной медицинской помощи, до приезда которой находился рядом с потерпевшим, чтоб не допустить причинения ему дополнительных повреждений, в том числе, иными участниками дорожного движения, что в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ необходимо было учесть в качестве оказания иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления. Отмечает, что суд не принял во внимание правовую позицию, отраженную в п. 40 Постановления Пленума ВС РФ № 58 от 22 декабря 2015 года о том, что суд вправе признать исключительными обстоятельствами, дающими дающие основание для применения ст. 64 УК РФ, как отдельные смягчающие обстоятельства, так и их совокупность, указав в приговоре основания принятого решения. Считает, что при назначении наказания суд мог применить ст. 64 УК РФ, а также имелась возможность назначить наказание в виде лишения свободы, но с применением ст. 73 УК РФ, признав совокупность смягчающих ответственность обстоятельств исключительными. Просит учесть то, что со стороны потерпевшего был грубая неосторожность, поскольку он лежал в состоянии алкогольного опьянения на проезжей части дороги в темное время суток без светоотражающих элементов. Ссылаясь на нормы уголовного законодательства, обращает внимание на то, что при разрешении вопроса о взыскании с него компенсации морального вреда и ее размера в пользу ПАВ нельзя исходить из того, что потерпевший по отношению к ПАВ являлся близким родственником. Считает, что членами одной семьи они не являлись, проживали в разных муниципальных образованиях, не вели совместное хозяйство, не являлись иждивенцами или кормильцами по отношению друг к другу. На основании этого, полагает, что суд не должен взыскивать компенсацию морального вреда в пользу этого ПАВ При разрешении вопроса о взыскании морального вреда в пользу малолетних детей потерпевшего, считает, что суд не учел того, что вред причинен при неосторожной форме вины и материальное положение того, кто причинил вред. Полагает, что компенсация морального вреда должна быть не более 300000 рублей на каждого ребенка. 

Проверив представленные материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, и апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вина ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, установлена совокупностью изложенных в приговоре доказательств:

показаниями самого ФИО1, данными в ходе судебного разбирательства, об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, наезда управляемого им транспортного средства автомобиля «ВАЗ 2109», переданного ему в пользование собственником автомобиля СИП, на пешехода ПЕВ, находившегося в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, на проезжей части дороги, ФИО3 утверждал, что он двигался на автомобиле включив дальний свет фар, со скоростью 30-40 км/час; показаниями свидетеля СИА в суде о том, что в в сентябре 2024 года в ночное время, стал очевидцем дорожно-транспортного происшествия, участниками которого стал осужденный ФИО1 и потерпевший ПЕВ Он следовал за автомобилем ФИО4 на своем автомобиле, на спуске горы увидел силуэт на проезжей части дороги, ФИО3 затормозил и ушел вправо, затем остановился, они тоже остановились, увидели, что на проезжей части лежит человек, которым оказался ПЕВ, он умер после наезда на него автомобилем под управлением ФИО4, вызвали скорую помощь, ГАИ; свидетель АНА, фельдшер ГАУЗ СО «Артинская ЦРБ» суду пояснила, что 07 сентября 2024 года она находилась на дежурстве, около часа ночи поступил вызов от ФИО1, который сообщил, что сбил человека, на автомашине скорой помощи она приехала на место дорожно-транспортного происшествия, на проезжей части дороги на животе лежал мужчина с травмой головы, он не подавал признаков жизни, от ФИО1 она узнала, что он совершил наезд на потерпевшего так как не заметил его.

Вина ФИО1 подтверждается также исследованными: протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия (со схемой и фото таблицей), " согласно которому осмотрен участок места ДТП, автомобиль «ВАЗ 2109»

<

...> состояние рулевого управления и рабочей торм озной системы которого в норме, состояние стояночной тормозной системы неисправно, у данного автомобиля отсутствует ближний свет фар на левой блок-фаре, частично сорваны крепления защиты левого крыла. В ходе осмотра установлена конкретная видимость препятствия, которая при дальнем свете фар составляла 47,4 м при ближнем - 38,1 м. (т.1 л,д. 43-46); согласно карточке учета транспортного средства автомобиль марки «ВАЗ 2109» с г\н «

<

...>» зарегистрирован на имя СИП, деда осужденного ФИО1, который был передан им в пользование внуку, ФИО1 в 2023 году (т.1 л.д.62); заключением судебно-медицинской экспертизе трупа ПЕВ с описанием обнаруженных повреждений, которые в совокупности составляют морфологический комплекс в виде сочетанной тупой механической травмы головы, туловища и конечностей, образовавшейся прижизненно, является опасным для жизни человека повреждением, по этому признаку оценивается как причинивший тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ПЕВ, вероятнее всего они могли возникнуть в результате переезда легкового автомобиля через голову и левую половину грудной клетки пострадавшего, который вероятно при

этом находился в горизонтальном положении правой стороной головы к автомобилю ( т, 1 л.д. 90-94); согласно заключению эксперта №5157 от 23.09.2024 расстояние видимости пешехода с рабочего места водителя автомобиля «ВАЗ 2109» в дальнем свете фар в условиях места ДТП составляло более 47,4 м., что более чем в 2 раза превышало величину остановочного пути автомобиля при скорости 30-40 км/час, составляющего 15,7-23,2 м., то есть опасности для водителя «ВАЗ 2109» в сложившейся дорожной ситуации не создавало, а находившийся на проезжей части пешеход являлся лишь помехой для движения, следовательно, решение вопроса о наличии или отсутствии технической возможности предотвратить наезд путем экстренного торможения не имеет технического смысла, поскольку для предотвращения ДТП водителю достаточно было* действовать в соответствии с правилами дорожного движения. В сложившейся дорожной ситуации водителю автомобиля «ВАЗ 2109» для предотвращения наезда достаточно было обеспечить постоянный контроль за движением транспортного средства, руководствуясь требованиями п.п. 2.3.1, 10.1 ПДД РФ, п. 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей по обеспечению безопасности дорожного движения, пп. 1-9, 3.1 Перечня неисправностей и условий ( т.1 л.д.106-109), при которых запрещена эксплуатация транспортных средств в приговоре имеется ссылка на другие доказательства вины осужденного, исследованные в ходе судебного разбирательства.

Суд первой инстанции всесторонне, полно и объективно исследовал доказательства по уголовному делу, дал им надлежащую оценку в их совокупности, не согласиться с которой нет оснований у суда апелляционной инстанции.

Достоверность доказательств, положенных судом в основу своих выводов о виновности осужденного ФИО1, у суда сомнений не вызывает. Каких-либо сведений, позволяющих усомниться в допустимости исследованных доказательств, не установлено, учитывая, что они получены и исследованы в судебном заседании в полном соответствии с требованиями УПК РФ. Сведений о заинтересованности указанных свидетелей при даче показаний в отношении осужденного, оснований для оговора ими осужденного, равно как и противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судом правильно установлено, что именно нарушение ФИО1 п. 1.3, 1.5, 10.1, 2.3.1 ПДД РФ,п.11 Основных положений, п.1.9, 3.1 Перечня неисправностей, явилось причиной дорожно-транспортного происшествия, а именно наезда на ПЕВ При этом, при необходимой внимательности и- предусмотрительности ФИО1., сохраняя постоянный контроль за движением управляемого автомобиля и выполнении требований ПДД РФ, имел реальную возможность избежать наезда на пешехода. Каких-либо препятствий для выполнения указанных требований ПДД, своевременного обнаружения препятствия для движения в виде лежащего на проезжей части дороги потерпевшего ПЕВ, не имелось. Между полученными ПЕВ телесными повреждениями и наступлением его смерти имеется прямая причинно-следственная связь.

Вина ФИО1 установлена совокупностью достоверных доказательств. Все необходимые исходные данные были установлены в ходе осмотра места ДТП, которые согласуются как с показанием самого ФИО1., так и с показаниями свидетелей.

Оценив совокупность всех исследованных по делу доказательств, и правильно установив фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции с достаточной полнотой мотивировал свои выводы о том, что именно нарушение ФИО1 Правил дорожного движения РФ находится в прямой причинно-следственной" связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием и с наступлением последствий в виде смерти ПЕВ

Анализ данных, имеющихся в материалах дела, свидетельствует о правильности установления судом фактических обстоятельств дела, вывода суда о доказанности вины осужденного ФИО1 и правовой оценке его действий по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Судебное следствие по делу проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства. Дело расследовано и рассмотрено всесторонне, полно и объективно, а приговор суда отвечает требованиям ст. 307 УПК РФ. Судом исследованы все представленные сторонами доказательства, при этом нарушений норм уголовного и уголовно¬процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, по делу допущено не было.

Наказание осужденному ФИО1. в виде лишения свободы назначено судом первой инстанции в соответствии с требованиями уголовного закона, исходя из характера и степени общественной опасности совершенного преступления, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условиях жизни его семьи, с учетом данных о его личности, смягчающих его наказание обстоятельств: в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ добровольное возмещение потерпевшей БАО морального вреда, причиненного преступлением, состояние здоровья его близких родственников бабушки и деда, которым он оказывает помощь в быту, наличие на иждивении беременной сожительницы, участие в общественной жизни д. Березовка, принесение извинений потерпевшим, поведение потерпевшего ПЕВ,, который находился на проезжей части дороги в состоянии алкогольного опьянения в нарушение п.4.1, 4.6 ПДД РФ; в соответствии с п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ в качестве активного способствования раскрытию и расследованию преступления суд признал факт сообщения ФИО1 еще до возбуждения уголовного дела о совершенном им преступлении при вызове Скорой помощи потерпевшему, оказание потерпевшему необходимой помощи на месте происшествия, подробные показания о деталях происшедшего сотрудникам полиции, чем способствовал раскрытию и расследованию преступления, учтено также полное признание вины, раскаяние в содеянном осужденного.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для применения положений ст. ст. 64, 73 УК РФ и ч. 6 ст. 15 УК РФ, мотивировав свое решение, и правильно при назначении наказания применил ч. 1 ст. 62 УК РФ при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств. При этом назначение наказания в виде

лишения свободы суд обосновал, указав, что целью восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, с учетом данных о личности виновного. Суд апелляционной инстанции полагает возможным согласиться с такими выводами суда.

С учетом фактических обстоятельств преступления, совершенного ФИО1. а также данных о его личности, степени и общественной опасности совершенного преступления, наличия смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, суд пришел к обоснованному выводу о возможности исправления ФИО1 без реального отбывания наказания в местах лишения свободы и считает возможным на основании ч.2 ст.

53.1 УК РФ заменить ему наказание в виде лишения свободы принудительными работами с назначением дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами. С чем суд апелляционной инстанции соглашается.

При таких обстоятельствах, назначенное ФИО1 наказание является справедливым, как по своему виду, так и по размеру, соразмерным тяжести содеянного, данным о личности виновного, и чрезмерно суровым не является, а потому оснований для изменения приговора в части назначенного осужденному наказания либо назначения иного вида наказания, не связанного с лишением- свободы, применения положений ст. 73 УК РФ, о чем просит осужденный в своей апелляционной жалобе, а также для усиления наказания, исключения из приговора применение ч.2 ст. 53.1 УК РФ, о чем указывает в своей жалобе потерпевшая, суд апелляционной инстанции не находит.

Вместе с тем, как правильно указывает в представлении прокурор, необходимо исключить из описательно- мотивировочной части и резолютивной части приговора решение суда о назначении ФИО1 при назначении наказания в виде лишения свободы дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами, поскольку в соответствии с ч.2 ст.

53.1 УК РФ замене подлежит только основное наказание в виде лишения свободы. Суд апелляционной инстанции полагает необходимым внести в приговор соответствующие изменения.

Кроме того, при разрешении гражданского иска в части компенсации морального вреда потерпевшим ПАВ, несовершеннолетним потерпевшим ПМЕ, ПЗЕ судом дана формальная оценка перенесенных потерпевшими нравственных страданий, связанных с потерей родственника, не в полной мере учтены индивидуальные перенесенные моральные страдания, исходя из возраста потерпевших, фактических взаимоотношений с погибшим, что, кроме того, отразилось на их образе жизни, а также иные неблагоприятные последствия, которые испытали и испытывают потерпевшие.

При таких обстоятельствах компенсация морального вреда близким родственникам погибшего: потерпевшему ПАВ, несовершеннолетним потерпевшим ПМЕ, ПЗЕ в размере, определенном судом первой инстанции, несоизмерима с пережитыми ими нравственными страданиями. 

На этом основании, в соответствии с принципами разумности и справедливости, с учетом ст. 151, ст. ст. 1099 - 1101 ГК РФ, принимая во внимание материальное и семейное положение осужденного ФИО1 неосторожный характер совершенного преступления, суд апелляционной инстанции полагает необходимым увеличить размер компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в пользу потерпевшего ПАВ до 350 000 рублей в пользу несовершеннолетнего потерпевшего ПМЕ до 800000 рублей ’в пользу несовершеннолетнего потерпевшего ПЗЕ до 800000 рублей. Доводы апелляционной жалобы потерпевшей БАО в этой части удовлетворить частично.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Артинского районного суда Свердловской области от 06 июня 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

- увеличить размер компенсации морального вреда, взысканного с осужденного ФИО1 в пользу потерпевшего ПАВ до 350 000 рублей, в пользу несовершеннолетнего потерпевшего ПМЕ до 800000 рублей, в пользу несовершеннолетнего потерпевшего ПЗЕ до 800000 рублей;

- исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной части приговора решение суда о назначении дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев при назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы,

- в остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление прокурора удовлетворить, апелляционную жалобу потерпевшей удовлетворить частично, апелляционную жалобу потерпевшей удовлетворить частично.

Апелляционное определение вступает в силу немедленно и может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции путем подачи кассационной жалобы и (или) кассационного представления в течение. шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового решения.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении судом кассационной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранным им защитником, либо ходатайствовать о назначении защитника.

Председательствующий Н.Н. Орлова