Дело N 2-1091/2019

УИД: 26RS0023-01-2018-002890-68

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

07 ноября 2019 года. Минераловодский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Залугина С.В.

при секретаре Русановой М.С.,

с участием: представителя истца ФИО1 адвоката Сердюкова В.А., представителей ответчиков ФИО2 и ФИО3 по доверенностям ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Минеральные Воды гражданское дело N 2-1091/2019 по иску ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о признании недействительной сделку купли-продажи от 25 июля 2017 года трактора марки ''К-700А', .............. года выпуска, двигатель N .............., рама N .............., заключенного между ФИО3 и ФИО2, взыскания солидарно денежной суммы в размере 1 890 166,17 рублей для восстановления поврежденного имущества, а также компенсации морального вреда в размере 3 000 000 рублей,

У С Т А Н О В И Л:

Приговором Минераловодского городского суда от 14 ноября 2018 года ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 УК РФ, и ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 (один) год с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением механическими транспортными средствами, на управление которыми в соответствии с законом РФ о безопасности движения предоставляется специальное право, на 2 (два) года.

Этим же приговором гражданский иск ФИО1 удовлетворен частично. С ФИО2 и ФИО3 в пользу ФИО1 в счет возмещения имущественного вреда, причиненного преступлением, солидарно взыскано 1 662 900 рублей.

Также в пользу ФИО1 с ФИО2 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением взыскано 500 000 рублей. 

Также в пользу ФИО1 с ФИО3 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением взыскано 800 000 рублей. 

Этим же приговором во взыскании компенсации морального вреда сверх указанной суммы, то есть 1 700 000 рублей, отказано.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Ставропольского краевого суда от 04 апреля 2019 года приговор Минераловодского городского суда от 14 ноября 2018 года в отношении ФИО2 изменен:

- из описательно-мотивировочной части приговора исключено указание об отсутствии исключительных обстоятельств, связанных с поведением ФИО2 во время совершения преступления; 

- в соответствии с частью 2 статьи 61 УК РФ в качестве обстоятельства, смягчающего наказание учтено состояние здоровья и инвалидность ФИО2, и за содеянное по части 1 статьи 264 УК РФ назначенное наказание, смягчено до 10 месяцев ограничения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением механическими транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев.

Этим же Апелляционным постановлением приговор в части разрешения гражданского иска отменен, уголовное дело в данной части передано на новое судебное рассмотрение в тот же суд в порядке гражданского судопроизводства.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

Из содержания искового заявления ФИО1 следует, что 02 августа 2017 года примерно в 10 часов 30 минут ФИО2, управляя механическим транспортным средством - трактором ''К-700А', без регистрационных знаков с навесным орудием (Плуг ПН 8-40), осуществляя движение по второстепенной автодороге в зоне действия дорожного знака 2.4 'Уступите дорогу', подъезжая к перекрестку неравнозначных дорог в месте примыкания ФАД 'Кавказ' транспортные средства, движущиеся по которой имеют приоритет, в нарушение требований Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Правительства РФ N 1090 от 23.10.1993 года, а именно: п.п. 13.9, 1.5 абз. 1, 1.3 ПДД РФ, требований дорожного знака 2.4 'Уступите дорогу', совершил маневр - левый поворот с выездом на участок автодороги ФАД 'Кавказ', расположенный 330 км + 900 м, не убедившись в безопасности совершаемого маневра, не уступив дорогу движущемуся со стороны города Невинномысска в направлении города Минеральные Воды автомобилю 'Lexus GX 460'', регистрационный знак .............., под управлением ФИО1, имеющего право преимущественного проезда нерегулируемого перекрестка, тем самым, создав угрозу безопасности для движения указанного автомобиля, и допустил столкновение. 

В результате нарушения ФИО2 Правил дорожного движения в ходе управления механическим транспортным средством - трактором 'К-700А', без регистрационных знаков, с навесным орудием (Плуг ПН 8-40), повлекшего дорожно-транспортное происшествие, водитель автомобиля 'Lexus GX 460'', регистрационный знак .............. согласно заключению эксперта N 3067 от 18.08.2017 года ФИО1 получил сочетанную травму: .............., которые (комплекс повреждений) возникли от действия твердых тупых предметов, какими могли быть выступающие части салона автомобиля в условиях конкретного дорожно-транспортного происшествия 02.08.2017 года, и причинили ему тяжкий вред здоровью по квалифицирующему признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от оказания (неоказания) медицинской помощи (п.6; п.6.11; п.6.11.7 раздела II 'Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека' Приложения к Приказу Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 г. N 194н).

В ходе предварительного следствия ФИО3 был представлен договор купли-продажи автомобиля (автомототранспортного средства, прицепа, трактора) от 25 июля 2017 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2, о приобретении ФИО2 за 145 000 рублей у ФИО3 трактора 'К-700А'', 1991 года выпуска, двигатель N .............., рама N .............. без государственных регистрационных знаков.

Данный договор составлен ФИО3 и ФИО2 после дорожно-транспортного происшествия в период со 02 по 15 августа 2017 года с указанием фиктивной даты заключения договора '25 июля 2017 года', с целью избежать ФИО3 административной и материальной ответственности. 

О существовании данного договора в своем объяснении от 15.08.2017 года впервые указал сам ФИО3, им же и был представлен данный договор.

Принадлежность же данного трактора 'К-700А' именно ФИО3 на момент совершения ФИО2 дорожно-транспортного происшествия была установлена в день аварии 02.08.2017 года сотрудниками СБ ГИБДД ОББ ПАСИ г. Ессентуки ГУ МВД РФ по СК К.К.В.. и Ж.Д.А.., выезжавшими на место дорожно-транспортного происшествия (далее по тексту ДТП), оформленными данными сотрудниками полиции процессуальными документами, а именно: справкой по дорожно-транспортному происшествию от 02.08.2017 года, протоколом осмотра транспортного средства от 02.08.2017 года, согласно которым установлено, что владельцем трактора 'К-700А' является ФИО3, а так же вступившими в законную силу постановлением о наложении административного штрафа N 18.............. от .............. ода. в отношении ФИО2, постановлением о наложении административного штрафа N .............. от .............. в отношении ФИО2, согласно которым так же зафиксировано, что трактор 'К-700А' принадлежит ФИО3

Допрошенные в качестве свидетелей на предварительном следствие и в судебном заседании К.К.В. и Ж.Д.А.. подтвердили тот факт, что 02.08.2017 года на месте ДТП водитель ФИО2 утверждал, что владельцем трактора является ФИО3, именно с его пояснений и на основании представленных им подтверждающих документов - паспорта самоходного транспортного средства и договора между ООО 'Заветное' и ФИО3 о приобретении ФИО3 трактора 'К-700А', в указанные документы внесен ФИО3 именно как владелец трактора 'К-700А'. Других каких-либо договоров и документов о принадлежности данного трактора у ФИО5 не было.

Как следует из показаний свидетелей Р.А.П. Р.Е.Ю.., данных ими на предварительном следствии и в суде, показаний свидетеля Ш.Д.А.., данных им на предварительном следствии, оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ в судебном заседании, приобщенной к материалам уголовного дела детализации телефонных переговоров номера телефона .............. находившегося в пользовании ФИО1, 11 августа 2017 года, когда ФИО1 находился на лечении в больнице, между ним и ФИО3 состоялся телефонный разговор по громкой связи, содержание которого слышали находившиеся в палате Р.А.П.., Р.Е.Ю.., Ш.Д.А. В разговоре ФИО3 представлялся владельцем трактора 'К-700А' и извинялся за действия своего водителя ФИО2 

В последующем, ФИО3 понимая, что как владелец транспортного средства наряду с ФИО2 будет привлечен к административной ответственности за нарушение Федеральных законов и Постановлений Правительства РФ о безопасности дорожного движения, и понимая, что также наряду с ФИО2 понесет и материальную ответственность за причиненный потерпевшему ущерб, с целью избежания ответственности уговорил ФИО2 подписать подложный договор купли-продажи трактора, датированный до даты ДТП.

Таким образом, собранными по делу доказательствами установлено, что владельцем трактора 'К-700А'' является ФИО6, договор купли-продажи от 25.07.2017 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2, является фиктивным, и, следовательно, в соответствии со ст.ст. 166, 170 ГК РФ данная сделка является оспоримой мнимой, что влечет ее недействительность.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

ФИО3, как собственник крупногабаритного транспортного средства - трактора 'К-700А', в нарушение требований ст. 23.5 Постановления Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090 (ред. от 22.03.2014) "О Правилах дорожного движения" (вместе с "Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения", ст. 31 Федерального закона от 08.11.2007 N 257-ФЗ (ред. от 03.07.2016) "Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", ст.ст. 12.21.1, 12.31, 12.37 КоАП РФ, с момента приобретения трактора в 2012 году в ООО "Заветное" не поставил его на учет и регистрацию в госсельхознадзоре, не проводил с момента приобретения не одного технического осмотра, не оформил страхового свидетельства ОСАГО, не получил регистрационных знаков, не получил специальное разрешение на эксплуатацию крупногабаритного транспортного средства и специальное разрешение на переезд крупногабаритной техники через федеральную автомобильную дорогу.

В результате указанных нарушений, ФИО3 совершены незаконные эксплуатация крупногабаритной техники, проезд ее по автомобильным дорогам общего пользования и переезд через федеральную автомобильную дорогу, повлекшие совершение водителем ФИО2 дорожно-транспортного происшествия, причинившего физический и материальный вред потерпевшему ФИО1

В результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине ФИО2 - водителя трактора 'К-700А', собственником которого является ФИО3, причинены значительные технические и механические повреждения автомобилю 'Lexus GX 460'', регистрационный знак ..............26, водителю ФИО1 причинен тяжкий вред здоровью, пассажиру Г.Е.А. причинен вред здоровью средней тяжести, что подтверждается следующими документами: заключением эксперта от 27.12.2017 года автотехнической судебной экспертизы; заключением эксперта N 3067 от 18.08.2017 года о проведении судебно-медицинской экспертизы, согласно которой ФИО1 причинён тяжкий вред здоровью и он находился на стационарном лечении; заключением эксперта N 3117 от 21.08.2017 года о проведении судебно-медицинской экспертизы, согласно которой Г.Е.А.. причинён лёгкий вред здоровью и она находилась на стационарном лечении.

Истцом проведена экспертная оценка рыночной стоимости услуг по восстановительному ремонту 'Lexus GX 460'', регистрационный знак .............., принадлежащего ФИО1, и согласно экспертного заключения N 253/04/18 от 20.04.2018 года, расчетная стоимость восстановительного ремонта е учётом износа автомобиля 'Lexus GX 460'', регистрационный знак .............. на 16.08.2017 года составляет 2 907 400 рублей, рыночная стоимость автомобиля в до аварийном состоянии составляет 2 175 000 рублей, величина годных остатков автомобиля составляет 512 100 рублей.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию сумма возмещения в размере 1 662 900 рублей необходимых для осуществления восстановительного ремонта.

Действиями ответчиков истцу причинён моральный вред, который им оценивается в 3 000 000 рублей, данный вред обусловлен морально-нравственными переживаниями и страданиями истца, постоянно испытываемой физической болью от полученных травм, значительной на треть стойкой утратой общей трудоспособности. В настоящее время истец продолжает испытывать страдания в виду последствий понесенных травм, несущих смертельную угрозу его жизни, а именно в виде посттравматического тромбоза в нижних конечностях, травмы нанесенной в область живота и кишечника, повлекшей тяжелые заболевания этих органов: осложненный девертикулит, травма желудка и поджелудочной железы. Навсегда утрачена работоспособность коленного сустава левой ноги в результате оскольчатого перелома коленного сустава и перелома малоберцовой кости, имеются рекомендации врачей о необходимости проведения дорогостоящей операции специалистами зарубежных медицинский учреждений по замене коленного сустава.

Кроме этого, компенсация морального вреда путём выплаты денежных средств складывается в том числе для заглаживания переживаний связанных с причинением противоправными действиями ФИО2 и ФИО3, повлёкшими причинение вреда здоровью близкому ФИО1 человеку, а именно его супруге Г.Е.А. находившиеся в автомобиле 'Lexus GX 460'', регистрационный знак .............., которая также получила телесные повреждения, повлекшие причинение легкого вреда здоровью, что требовало оказание Г.Е.А. моральной и материальной поддержки.

Также, моральный вред в указанном размере оценивается истцом в связи с противоправными действиями ответчиков, выразившимися в нарушении ими Правил дорожного движения, повлёкшими причинение вреда его здоровью, в связи с чем не мог осуществлять свою трудовую деятельность, и не может вести активный образ жизни, заниматься любимым хобби (охота, рыбалка), играть с внуками в подвижные игры, оказывать помощь и содействие своим родным и близким.

Действиями ответчиков истцу причинён моральный вред, связанный с невозможностью использовать принадлежащий ему автомобиль 'Lexus GX 460'', регистрационный знак ..............

В связи с чем просил признать недействительной сделку купле-продажи по договору купли-продажи автомобиля (автомототранспортного средства, прицепа, трактора) от 25 июля 2017 года, заключенному между ФИО3 и ФИО2, о приобретении ФИО2 за 145 000 рублей у ФИО3 трактора 'К-700А'', .............. года выпуска, двигатель N .............., рама N .............., без государственных регистрационных знаков, взыскать с ФИО3 и ФИО2 солидарно денежную сумму в размере 1 662 900 рублей, для осуществления восстановительного ремонта повреждённого имущества, а также компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей.

В своих письменных возражениях на иск ФИО1 представитель ответчиков ФИО2 и ФИО3 по доверенностям ФИО4 указал, что приговором Минераловодского городского суда от 14. 11.2018 года ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ и ему назначено наказание- ограничения свободы сроком на 1 (один) год с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением механическими транспортными средствами, на управление которыми в соответствии с законом РФ о безопасности движения предоставляется специальное право, на 2 (два) года.

Заявленный в рамках уголовного дела гражданский иск ФИО1 удовлетворен частично. Взыскано солидарно с ФИО2 и ФИО3 в счет возмещения имущественного вреда, причиненного преступлением 1 662 900 рублей.

Взыскано в пользу ФИО1 с ФИО2 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 500 000 рублей, с ФИО3 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 800 000 рублей.

Во взыскании компенсации морального вреда сверх указанной суммы, то есть 1 700 000 рублей, отказано.

Постановлением коллегии по уголовным делам Ставропольского краевого суда от 04.04.2019 года приговор по делу изменен, исключено из описательно-мотивировочной части приговора указание об отсутствии исключительных обстоятельств, связанных с поведением ФИО2 во время совершения преступления; в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельства смягчающего наказание учтено состояние здоровья и инвалидность ФИО2 и за содеянное по ч. 1 ст. 264 УК РФ назначенное наказание смягчено до 10 месяцев ограничения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением механическими транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев.

Этот же приговор в части разрешения гражданского иска - отменен, уголовное дело в данной части передать на новое судебное рассмотрение в тот же суд в порядке гражданского судопроизводства.

С исковыми требованиями ответчики не согласны, считают их необоснованными по следующим основаниям:

Требование о признании договора недействительным договора купли-продажи от 25.07.2017 года является необоснованным и не подлежащим удовлетворению.

Согласно искового заявления требования, предъявленные к ФИО3 обосновываются тем, что на момент ДТП, виновным в котором приговором суда был признан ФИО2., ФИО3 был собственником трактора ''К-700А' и должен нести гражданско-правовую ответственность на основании ст. 1079 ГК РФ.

Данное требование является необоснованным, и не подлежит удовлетворению, так как ФИО3 не является надлежащим ответчиком по делу.

В материалах дела имеется договор купли-продажи транспортного средства N 12-11/Т от 12.11.2012 года, заключенный между ООО 'Заветное'' и ФИО3

В соответствии с условиями данного договора, ФИО3 приобрел у продавца - ООО 'Заветное' самоходную технику - трактор ''К-700А'', госномер 7200СЕ/26. Договор сторонами исполнен в полном объеме.

Также имеется договор купли-продажи транспортного средства от 25 июля 2017 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2, согласно которого последний приобрел в собственность трактор ''К-700А'.

Данный договор подписан сторонами, стороны исполнили существенные условия данного договора, а именно: продавец ФИО3 передал транспортное средство покупателю, а покупатель ФИО2 принял и оплатил имущество в соответствии с условиями договора от 25.07.2017 года.

Ссылки истца в исковом заявлении на то, что транспортное средство в установленном порядке не было зарегистрировано ни ФИО3 при покупке в 2012 году, ни ФИО2 в 2017 году, не была застрахована автогражданская ответственность, трактор не был поставлен на учет в госсельхознадзоре являются несостоятельными, поскольку все указанные требования обуславливают допуск транспортных средств к участию в дорожном движении, однако регистрация транспортных средств носит учетный характер и не служит основанием для возникновения на них права собственности.

Таким образом, требование о признании недействительным договора купли-продажи трактора от 25.07.2017 года является необоснованным, а ФИО3 не является надлежащим ответчиком по заявленным исковым требованиям в части солидарного с ФИО2 возмещения причиненного ФИО1 морального и материального вреда, поскольку транспортное средство - трактор ''К-700А' на момент ДТП не находилось в его собственности, а в соответствии с договором от 25.07.2017 года его собственником является ФИО2

Размер восстановительного ремонта автомобиля не подтверждается допустимыми, относимыми и достоверными доказательствами.

Истцом заявлены исковые требования о солидарном взыскании с ответчиков ФИО2 и ФИО3 стоимости восстановительного ремонта автомобиля 'Lexus GX 460'', государственный регистрационный знак .............. на сумму 1 662 900 рублей.

В обоснование размера данного требования истцом представлено экспертное заключение N 253/04/18 от 20.04.2018 года.

Согласно выводам данного заключения следует, что расчетная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства составляет 2 907 400 рублей, наиболее вероятная рыночная стоимость автомобиля в доаварийном состоянии на дату ДТП составляет 2 175 000 рублей, величина стоимости годных остатков ТС составляет 512 100 рублей.

Данное письменное доказательство, представленное истцом не может рассматриваться как экспертиза, поскольку не соответствует требованиям статьи 79 ГПК РФ, так как исследование было проведено по инициативе истца, ответчики не были извещены о проведении исследования, не имели возможности реализовать свои права, предоставленные сторонам ГПК РФ, а именно участвовать при проведении осмотра ТС, ставить свои вопросы, заявлять отвод экспертному учреждению или конкретному эксперту, ходатайствовать о проведении экспертизы в конкретном учреждении; лицо, производившее данное исследование не предупреждалось за ответственность за дачу заведомо ложного заключения.

Более того, данное доказательство является подложным доказательством, поскольку указанные в нем сведения исключают его достоверность, а именно: в акте осмотра транспортного средства указано, что основанием проведения осмотра является договор N 253/04/18, то есть договор от апреля 2018 года. При этом осмотр транспортного средства специалистом, судя по акту, проводился 26.12.2017 года.

Вещественное доказательство - автомобиль 'Lexus GX 460'', государственный регистрационный знак .............., в соответствии с постановлением следователя СО по городу Минеральные Воды СУ СК РФ М.А.Н. от 12 марта 2018 года было возвращено потерпевшему ФИО1 (в лице доверенного М.С.В. и имеется расписка о получении вещдока на ответственное хранение до вступления в силу приговора суда.

В связи с изложенными обстоятельствами, считает, что установление действительной стоимости восстановительного ремонта автомобиля возможно лишь при проведении экспертизы в рамках настоящего гражданского дела.

ФИО1 заявлены исковые требования о взыскании с ФИО2 и ФИО3 компенсации морального вреда в размере 3 000 000 рублей.

Размер компенсации морального вреда истцом необоснованно завышен.

Как было сказано выше, ФИО3 не является надлежащим ответчиком по данному требованию. 

Постановлением коллегии по уголовным делам Ставропольского краевого суда от 04.04.2019 года установлено, что обстоятельством, смягчающим наказание ФИО2, является состояние его здоровья и инвалидность.

Кроме того, приговором Минераловодского суда от 14.11.2018 года установлено материальное положение ФИО2, который является неработающим пенсионером.

Таким образом, заявленное ФИО1 требование о компенсации морального вреда носит необоснованный и явно завышенный характер.

В связи с чем просил: в удовлетворении требования ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи от 25.07.2017 года отказать; в удовлетворении требований о взыскании стоимости восстановительного ремонта и морального вреда в заявленных размерах отказать.

В процессе рассмотрения данного дела ФИО1 в порядке статьи 39 ГПК РФ был предъявлен дополнительный иск ФИО2 и ФИО3 о признании недействительной сделку купли-продажи от 25 июля 2017 года трактора марки ''К-700А', .............. года выпуска, двигатель N .............., рама N .............., заключенного между ФИО3 и ФИО2, взыскания солидарно денежной суммы в размере 1 890166,17 рублей для восстановления поврежденного имущества, а также компенсации морального вреда в размере 3 000 000 рублей.

Истец ФИО1, извещенный судом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился. Его интересы на основании доверенности представляет адвокат Сердюков В.А.

Ответчики ФИО2 и ФИО3, также извещенные судом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились. Их интересы на основании доверенностей представляет ФИО4

В соответствии со статьёй 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей.

В связи с чем суд считает возможным рассмотреть данное дело в отсутствие истца ФИО1 и ответчиков ФИО2 и ФИО3

В судебном заседании представитель истца ФИО1 по доверенности Сердюков В.А. заявленные истцом требования поддержал в полном объеме, дал суду пояснения аналогичные доводам, изложенным в исковом заявлении.

Просил суд признать недействительной сделку купли-продажи от 25 июля 2017 года трактора марки ''К-700А', 1991 года выпуска, двигатель N .............. рама N .............., заключенного между ФИО3 и ФИО2, а также взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО2 в пользу ФИО1 денежную сумму в размере 1 890166,17 рублей для восстановления поврежденного имущества, а также компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей

Представитель ответчиков ФИО2 и ФИО3 по доверенностям ФИО4 требования ФИО1 не признал, дал суду пояснения аналогичные доводам, изложенным в письменных возражениях на иск.

Просил суд в удовлетворении требований ФИО1 отказать в полном объеме.

Суд, выслушав доводы представителя истца ФИО1 адвоката Сердюкова В.А., представителей ответчиков ФИО2 и ФИО3 по доверенностям ФИО4, изучив материалы дела, оценивая представленные доказательства по делу в их совокупности, пришел к выводу, что требования ФИО1 подлежат удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.

Согласно пункту 6 части 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из оснований возникновения гражданских прав и обязанностей является причинение вреда другому лицу.

В соответствии с абзацами 8, 10 статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем возмещения убытков и компенсации морального вреда.

Причинение имущественного вреда порождает обязательство между причинителем вреда и потерпевшим, вследствие которого на основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При этом по общему правилу, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению лицом, причинившим вред (статья 1064 ГК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Так, в судебном заседании установлено и следует из материалов гражданского дела, приговором Минераловодского городского суда от 14 ноября 2018 года ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 УК РФ, и ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 (один) год с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением механическими транспортными средствами, на управление которыми в соответствии с законом РФ о безопасности движения предоставляется специальное право, на 2 (два) года, за то что, 02 августа 2017 года примерно в 10 часов 30 минут ФИО2, управляя механическим транспортным средством - трактором ''К-700А', без регистрационных знаков с навесным орудием (Плуг ПН 8-40), осуществляя движение по второстепенной автодороге в зоне действия дорожного знака 2.4 'Уступите дорогу', подъезжая к перекрестку неравнозначных дорог в месте примыкания ФАД 'Кавказ' транспортные средства, движущиеся по которой имеют приоритет, в нарушение требований Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Правительства РФ N 1090 от 23.10.1993 года, а именно: п.п. 13.9, 1.5 абз. 1, 1.3 ПДД РФ, требований дорожного знака 2.4 'Уступите дорогу', совершил маневр - левый поворот с выездом на участок автодороги ФАД 'Кавказ', расположенный 330 км + 900 м, не убедившись в безопасности совершаемого маневра, не уступив дорогу движущемуся со стороны города Невинномысска в направлении города Минеральные Воды автомобилю 'Lexus GX 460'', регистрационный знак .............., под управлением ФИО1, имеющего право преимущественного проезда нерегулируемого перекрестка, тем самым, создав угрозу безопасности для движения указанного автомобиля, и допустил столкновение. 

В результате нарушения ФИО2 Правил дорожного движения в ходе управления механическим транспортным средством - трактором 'К-700А', без регистрационных знаков, с навесным орудием (Плуг ПН 8-40), повлекшего дорожно-транспортное происшествие, водитель автомобиля 'Lexus GX 460'', регистрационный знак .............., согласно заключению эксперта N 3067 от 18.08.2017 года ФИО1 получил сочетанную травму: .............., которые (комплекс повреждений) возникли от действия твердых тупых предметов, какими могли быть выступающие части салона автомобиля в условиях конкретного дорожно-транспортного происшествия 02.08.2017 года, и причинили ему тяжкий вред здоровью по квалифицирующему признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от оказания (неоказания) медицинской помощи (п.6; п.6.11; п.6.11.7 раздела II 'Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека' Приложения к Приказу Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 г. N 194н).

Этим же приговором гражданский иск ФИО1 удовлетворен частично. С ФИО2 и ФИО3 в пользу ФИО1 в счет возмещения имущественного вреда, причиненного преступлением, солидарно взыскано 1 662 900 рублей.

Также в пользу ФИО1 с ФИО2 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением взыскано 500 000 рублей. 

Также в пользу ФИО1 с ФИО3 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением взыскано 800 000 рублей. 

Этим же приговором во взыскании компенсации морального вреда сверх указанной суммы, то есть 1 700 000 рублей, отказано.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Ставропольского краевого суда от 04 апреля 2019 года приговор Минераловодского городского суда от 14 ноября 2018 года в отношении ФИО2 изменен:

- из описательно-мотивировочной части приговора исключено указание об отсутствии исключительных обстоятельств, связанных с поведением ФИО2 во время совершения преступления; 

- в соответствии с частью 2 статьи 61 УК РФ в качестве обстоятельства, смягчающего наказание учтено состояние здоровья и инвалидность ФИО2, и за содеянное по части 1 статьи 264 УК РФ назначенное наказание, смягчено до 10 месяцев ограничения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением механическими транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев.

Этим же апелляционным постановлением приговор в части разрешения гражданского иска отменен, уголовное дело в данной части передано на новое судебное рассмотрение в тот же суд в порядке гражданского судопроизводства.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении настоящего гражданского дела в силу статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании также установлено, что в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 02 августа 2017 года на 330 км + 900 м ФАД 'Кавказ' автомобиль марки 'Lexus GX 460'', регистрационный знак .............., получил различные механические повреждения.

Собственником автомобиля марки 'Lexus GX 460'', регистрационный знак .............. является ФИО1 и его гражданская ответственность, как владельца транспортного средства, перед третьими лицами на момент дорожно-транспортного происшествия застрахована в ООО СГ ''Росэнерго'' полис серии ...............

Согласно представленного договора купли-продажи от 25 июля 2017 года собственником трактора марки ''К-700А', .............. года выпуска, двигатель N .............., рама N .............. без государственного регистрационного знака, является ФИО2, и его гражданская ответственность, как владельца транспортного средства, перед третьими лицами не была застрахована.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным названным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной по основаниям пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то обстоятельство, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой, является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В соответствии пунктами 1 и 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Как установлено в судебном заседании, 25 июля 2017 года между ФИО3 и ФИО2 заключен договор купли-продажи автомобиля (автомототранспортного средства, прицепа, трактора), по условиям которого ФИО3 продал, а ФИО2 купил трактор марки ''К-700А', .............. года выпуска, двигатель N .............., рама N .............., без государственного регистрационного знака, .............. года выпуска, за 145 000 рублей.

Из содержания указанного договора купли-продажи также следует, что ФИО2 деньги передал и получил транспортное средство, а ФИО3 деньги получил и передал транспортное средство.

Ранее трактор марки ''К-700А', .............. года выпуска, двигатель N .............., рама N .............. без государственного регистрационного знака, .............. года выпуска, принадлежал ФИО3 на основании договора купли-продажи от 12 ноября 2012 года, заключенного с ООО ''Заветное''.

Обращаясь с требованием о признании договора купли-продажи от 25 июля 2017 года недействительным, ФИО1 указал, что данный договор составлен ФИО3 и ФИО2 после дорожно-транспортного происшествия в период со 02 по 15 августа 2017 года с указанием фиктивной даты заключения договора '25 июля 2017 года', с целью избежать ФИО3 административной и материальной ответственности. О существовании данного договора в своем объяснении от 15.08.2017 года впервые указал сам ФИО3, им же и был представлен данный договор. Таким образом, владельцем трактора 'К-700А'' является ФИО6, договор купли-продажи от 25.07.2017 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2, является фиктивным, и, следовательно, в соответствии со ст.ст. 166, 170 ГК РФ данная сделка является оспоримой мнимой, что влечет ее недействительность.

Вместе с тем, достоверных и достаточных доказательств в подтверждение мнимости сделки, то есть сделки лишь для вида без намерения создать соответствующие правовые последствия, истцом суду не представлено.

В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу пункта 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (статья 167 ГК РФ).

Согласно положениям статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

По смыслу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимые сделки представляют собой действия, совершаемые для того, чтобы обмануть определенных лиц, не участвующих в этой сделке, создав у них ложное представление о намерениях участников сделки. В случае совершения мнимой сделки воля сторон не направлена на достижение каких бы то ни было гражданско-правовых отношений между сторонами сделки, и целью сторон является возникновение правовых последствий для каждой или для одной из них в отношении третьих лиц. Волеизъявление не совпадает с действительной волей сторон. Для признания сделки мнимой необходимо установить, что стороны сделки не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, заключенную сделку стороны фактически не исполняли и исполнять не намеревались, правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения п. 4 ст. 1 ГК РФ).

В силу абзаца 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 и 2 статьи 168 ГК РФ).

Применительно к договору купли-продажи мнимость сделки исключает намерение продавца прекратить свое право собственности на предмет сделки. Истец должен доказать мнимый характер оспариваемой сделки, что договор купли-продажи сторонами не исполнен, и при его совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

В данном случае, исходя из представленных доказательств, у суда отсутствуют основания полагать, что оспариваемая сделка является мнимой, либо что она совершена недобросовестно, исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в частности, истцу.

Так, материалами дела подтверждается, что ФИО3 и ФИО2 после заключения договора купли-продажи трактора исполнили свои обязательства в полном объеме, продавец по собственной воле и возмездно передал покупателю в собственность трактор, новый собственник обозначил себя в качестве титульного владельца имущества. Претензий относительно исполнения договора стороны друг к другу не имеют. 

Изложенные обстоятельства не дают оснований полагать, что действия ответчиков по заключению оспариваемого договора купли-продажи являлись незаконными и были совершены исключительно с целью избежать ФИО3 административной и материальной ответственности. 

Отклоняя доводы ФИО1, суд также принимает во внимание, что нельзя признать злоупотреблением правом действия собственника имущества по его владению и распоряжению, которое ничем не ограничено.

Так, ФИО3 - продавец, в силу положений статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе был распоряжаться принадлежащим ему имуществом по своему усмотрению, никаких препятствий для распоряжения у него, как собственника, не имелось.

При этом сам факт отсутствия регистрации указанного трактора в Ростехнадзоре за ФИО3 не может являться основанием признания недействительным оспариваемого договора купли-продажи, поскольку согласно Федеральному закону N 196-ФЗ от 10.12.1995 года 'О безопасности дорожного движения' регистрация автотранспортных средств устанавливается не в целях регистрации прав владельцев на них, а для допуска транспортных средств к участию в дорожном движении, то есть государственная регистрация автомототранспортных средств является административным актом, носящим характер разрешения на безопасную техническую эксплуатацию транспортного средства, и с возникновением права собственности не связана.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что оспариваемый договор не содержит признаков мнимой сделки, поскольку воля сторон направлена на переход права собственности на спорное имущество.

Истцом не представлены бесспорные доказательства, с очевидностью свидетельствующие о наличии в действиях ФИО3 злоупотребления правом.

Доводы истца о том, что принадлежность трактора 'К-700А' именно ФИО3 на момент совершения ФИО2 дорожно-транспортного происшествия была установлена в день аварии 02.08.2017 года сотрудниками СБ ГИБДД ОББ ПАСИ г. Ессентуки ГУ МВД РФ по СК К.К.В.. и Ж.Д.А.., выезжавшими на место дорожно-транспортного происшествия, оформленными данными сотрудниками полиции процессуальными документами, являются не состоятельными и также не свидетельствуют о мнимости договора купли-продажи.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, у суда отсутствуют основания для вынесения суждения о наличии факта злоупотребления правом со стороны ответчиков.

Поскольку установлено, что оспариваемая сделка повлекла установленные договором купли-продажи правовые последствия для сторон договора, суд не усмотрел оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании договора купли-продажи от 25 июля 2017 года недействительным.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 6 статьи 4 Федерального закона от 25.04.2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", установлено, что владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством. 

Статьей 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что, удовлетворяя требования о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за возмещение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, одним из способов возмещения вреда лицу, право которого нарушено, требовать полного возмещения причиненных убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

В соответствии с пунктом 3 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении убытков принимаются во внимание цены, существующие в том месте, где обязательство должно было быть исполнено, в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора, а если требование добровольно удовлетворено не было, в день предъявления иска. Исходя из обстоятельств, суд может удовлетворить требование о возмещении убытков, принимая во внимание цены, существующие в день вынесения решения.

Согласно заключения эксперта N 69/13 от 09 августа 2019 года, выполненного экспертом НАО "Бюро независимой судебной экспертизы", заявленные повреждения автомобиля марки ''Lexus GX 460'', регистрационный знак .............., соответствуют обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия от 02 августа 2017 года и могли быть получены при указанных обстоятельствах.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля марки ''Lexus GX 460'', регистрационный знак .............., .............. года выпуска, по состоянию на дату совершения дорожно-транспортного происшествия – 02.08.2012, составляет 3 453 569 рублей.

Средняя рыночная стоимость автомобиля марки ''Lexus GX 460'', регистрационный знак .............., .............. года выпуска, по состоянию на дату совершения дорожно-транспортного происшествия – 02.08.2012, составляет 2 501 103 рубля.

Стоимость годных остатков автомобиля марки ''Lexus GX 460'', регистрационный знак .............. .............. года выпуска, по состоянию на дату совершения дорожно-транспортного происшествия – 02.08.2012, составляет 610 016,83 рублей.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что размер имущественного ущерба, причиненного истцу, составляет 1 890 166,17 рублей (из расчета: 2 501 103 руб. - 610 016,83 руб. = 1 890 166,17 руб.).

Исходя из положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Защита права потерпевшего посредством полного возмещения вреда, предполагающая право потерпевшего на выбор способа возмещения вреда, должна обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего, но не приводить к неосновательному обогащению последнего.

В связи с изложенным, суд считает необходимым взыскать с ФИО2, как владельца источника повышенной опасности, и как с непосредственного причинителя вреда, в пользу истца имущественный ущерб в размере 1 890 166,17 рублей.

Удовлетворяя требования истца в указанной части суд считает необходимым отказать в удовлетворении его требований о взыскании имущественного ущерба солидарно с ФИО3, поскольку ФИО3 не является лицом, причинившим имущественный ущерб ФИО1, и не является собственником источника повышенной опасности.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемые и непередаваемые иным способом, к которым в том числе относится жизнь и здоровье, защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Так, в силу требований статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 от 20 декабря 1994 года "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред может заключаться, в том числе, в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья.

Согласно пункту 8 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из указанных правовых норм и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что определение размера компенсации морального вреда законодателем отнесено к исключительной компетенции суда.

Из материалов уголовного дела следует, что в результате противоправных действий ответчика ФИО2, ФИО1 получил .............., которые (комплекс повреждений) возникли от действия твердых тупых предметов, какими могли быть выступающие части салона автомобиля в условиях конкретного дорожно-транспортного происшествия 02.08.2017 года, и причинили ему тяжкий вред здоровью по квалифицирующему признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от оказания (неоказания) медицинской помощи (п.6; п.6.11; п.6.11.7 раздела II ''Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека'' Приложения к Приказу Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 г. N 194н).

Разрешая заявленные требования, суд исходит из доказанности вины ответчика в причинении истцу телесных повреждений, что в результате противоправных действий ответчика истец претерпевал физическую боль и нравственные страдания, что влечет за собой ответственность по возмещению морального вреда, предусмотренного статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размера компенсации морального вреда суд руководствуясь положениями статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, принял во внимание характер и тяжесть перенесенных истцом телесных повреждений, обстоятельства их причинения, а также характер и степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями несовершеннолетнего потерпевшего, умышленный характер совершения преступления против личности истца, степень вины ответчика в совершенном деянии, его материальное и семейное положение, считает необходимым взыскать с ответчика ФИО2 в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в сумме 300 000 рублей, при этом оценив данную компенсацию с учетом принципа разумности и справедливости, соблюдения принципа баланса интересов сторон, находя указанный размер соизмеримым с понесенными истцом нравственными и физическими страданиями, не находя оснований для удовлетворения требований в большем или меньшем размере с учетом конкретных обстоятельств дела.

По изложенным выше основаниям, суд также считает необходимым отказать в удовлетворении требований ФИО1 о взыскании с ФИО2 и ФИО3 солидарно компенсации морального вреда и в большем размере на 2 700 000 рублей.

Согласно статье 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, освобождаются истцы - по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением.

Согласно статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Следовательно, государственная пошлина в размере 17 950,83 рублей (по требованию имущественного характера, подлежащего оценки, в размере 17 650,83 рублей, и по требованию имущественного характера, не подлежащего оценки, в размере 300 рублей), от уплаты которой истец был освобожден, подлежит взысканию с ответчика ФИО2 в бюджет Минераловодского городского округа.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.103, 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Требования ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 удовлетворить частично. Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 имущественный ущерб в размере 1 890 166,17 рублей, а также компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей, а всего 2 190 166,17 рублей.

В удовлетворении требований ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о признании недействительной сделку купли-продажи от 25 июля 2017 года трактора марки ''К-700А', .............. года выпуска, двигатель N .............., рама N .............., заключенного между ФИО3 и ФИО2, взыскания солидарно денежной суммы в размере 1 890 166,17 рублей для восстановления поврежденного имущества, а также компенсации морального вреда в большем размере на 2 700 000 рублей – отказать.

Взыскать с ФИО2 в бюджет Минераловодского городского округа государственную пошлину в размере 17 950,83 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Минераловодский городской суд. Мотивированное решение суда составлено 12 ноября 2019 года.

Судья

Копия верна:

Судья Минераловодского городского суда Залугин С.В.