Дело № 2 - 3/2020

УИД 16RS0035-01-2019-001305-88

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

28 сентября 2020 года г. Азнакаево РТ

Азнакаевский городской суд Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи Ткачева Д.Г.,

при секретаре Салаховой Р.Р.,

с участием прокурора Яфизова Л.М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО4 о признании утратившим право пользования жилым помещением и по встречному исковому заявлению ФИО4 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным и незаключенным,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 о признании утратившим право пользования жилым помещением на том основании, что истец является собственником жилого помещения по адресу: РТ, 

<

адрес> В квартире прописан ответчик ФИО4, который членом семьи истца не является, в оплате коммунальных услуг не участвует. Квартира истцу нужна для личного пользования. Просит признать ответчика утратившим право пользования жилым помещением по адресу: 

<

адрес>. 

Ответчик ФИО4 обратился в суд со встречным иском к ФИО3 о признании договора дарения квартиры от 13.06.2019 недействительным по основаниям ст. 177 ГК РФ мотивируя тем, что сделка по дарению квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> является недействительной ввиду того, что на момент заключения договора дарения мать ответчика не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Кроме того подпись на договоре дарения не принадлежит матери ответчика. Сам же договор составлен в простой письменной форме, что дает основания полагать, что при его заключении ФИО1 не знала значение данного документа. ФИО3 начала опекать ФИО1 пару лет назад, после чего отношения между матерью и сыном были прекращены, так как ФИО3 настраивала ФИО1 против ФИО4 Мать ФИО4 имела проблемы со слухом и зрением, поэтому могла подписать любой предложенный ФИО3 документ, не вникая и не понимая его значение. Просит признать договор дарения квартиры недействительным и незаключенным.

Истец ФИО3 в судебном заседании на основном иске настаивала, просила удовлетворить, встречный иск не признала, просила отказать в его удовлетворении. 

Ответчик ФИО4 на судебное заседание не явился, был извещен.

Представитель ответчика ФИО5, действующий по доверенности, в судебном заседании просил в удовлетворении основного иска отказать, показал, что ФИО4 был зарегистрирован в спорном жилом помещении в качестве члена семьи собственника жилого помещения, проживал постоянно на равных с собственником условиях пользования этим жилым помещением, в связи с чем, приобрел право пользования на эту жилую площадь, его выезд в 2002 году с занимаемой жилой площади носил вынужденный, а потому временный характер, что не может являться основанием для признания его утратившим право пользования спорным жилым помещением. Встречный иск просил удовлетворить. 

Представитель третьего лица Азнакаевского отдела УФСГРК и К по РТ в судебное заседание не явился, в предоставленном заявлении просили о рассмотрении дела в их отсутствие, решение оставили на усмотрение суда.

Свидетель Свидетель №3 в судебном заседании показала, что она проживала в одном доме с ФИО1, которая ни с кем не общалась, окна и двери у нее были закрыты, постоянно смотрела в глазок, по ночам не спала стачала кастрюлями по батарее и создавала шум.

Свидетель Свидетель №2 в судебном заседании показала, что является сожительницей ответчика, с ФИО1 познакомилась в 2000 году, она вся треслась, была очень брезгливой с соседями не общалась, говорила, что к ней постоянно стучаться, у не была боязнь к людям, когда они к ней приходили 5 лет назад она сама ставила чайник, после 2015 года общения с ней не поддерживала.

Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании показала, что с сентября по октябрь 2002 года проживала у ФИО1 по 

<

адрес>, она была неадекватная, всегда жаловалась, что под ее окнами ходили мужчины, ковырялись в ее двери и хотели зайти к ней в квартиру, последний раз общалась с ней 5 лет назад. 

Выслушав участников процесса, прокурора, полагавшего основной иск подлежащим удовлетворению, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу. 

В силу ч. 2, 3 ст. 1 Жилищного кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими. Граждане свободны в установлении и реализации своих жилищных прав в силу договора и (или) иных предусмотренных жилищным законодательством оснований. Граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан.

Жилищные права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Согласно ч. 1 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

Согласно ч. 1 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Как следует из ч. 2 ст. 292 ГК РФ переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Согласно ч. 1 ст. 35 ЖК РФ в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им).

В соответствии с ч. 1 ст. 288 ГК РФ собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

В соответствии со ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу ч. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Из ч. 3 ст. 433 ГК РФ усматривается, что договор, подлежащий государственной регистрации, считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

Согласно ч. 3, 4 ст. 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.

В случаях, предусмотренных законом или соглашением сторон, договор в письменной форме может быть заключен только путем составления одного документа, подписанного сторонами договора.

Согласно ч. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу ч. 1, 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Судом установлено, что истец является собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> на основании договора дарения, заключенного 13.06.2019 между ФИО1 и ФИО3 Согласно п. 6 договора дарения в указанной квартире зарегистрированы ФИО1 и ФИО4 Согласно поквартирной карточки № от 10.10.2019 по вышеуказанному адресу зарегистрирован ответчик ФИО4

Как следует из встречного искового заявления, на момент заключения договора дарения ФИО1 не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Кроме того подпись в договоре дарения не принадлежит ФИО1 Сам же договор составлен в простой письменной форме, что дает основания полагать, что при его заключении ФИО1 не понимала значение данного документа. ФИО1 имела проблемы со слухом и зрением, поэтому могла подписать любой предложенный ФИО3 документ, не вникая и не понимая его значение. 

Между тем, доводы ответчика по основному иску опровергаются материалами дела. По ходатайству представителя ответчика ФИО5 были назначены судебная почерковедческая экспертиза и судебная психолого - психиатрическая экспертиза.

Согласно выводам заключения эксперта ФБУ «Средне – Волжский региональный центр судебной экспертизы» ФИО2 № от 13.03.2020 подписи от имени ФИО1 в двух экземплярах договора дарения квартиры от 13.06.2019 между ФИО1 и ФИО3 о передаче в собственность квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> расположенные на листах 2, в графах «Даритель» ФИО1, выполнены самой ФИО1.

Согласно заключению судебно – психиатрических экспертов «Альметьевский психоневрологический диспансер» - филиал ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. акад. ФИО6 Министерства здравоохранения Республики Татарстан» № от 28.08.2020 ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, умершая 11.09.2019, зарегистрированная по адресу: 

<

адрес>, каким - либо психическим расстройством на момент заключения договора дарения квартиры с ФИО3, а именно 13.06.2019, которое могло бы воспрепятствовать ей понимать характер, сущность, обстоятельства и значение данного события не обнаруживала. По состоянию своего психического здоровья, на момент заключения договора дарения квартиры с ФИО3, а именно 13.06.2019, могла понимать значение своих действий и руководить ими. 

При оценке данного заключения суд принимает во внимание, что оно дано комиссией специалистов, имеющих необходимую квалификацию и стаж работы, и предупрежденных судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Они не заинтересованы в исходе дела. Заключение специалистами дано на основании медицинских документов больной ФИО1, поэтому не доверять заключению специалистов у суда оснований не имеется. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что иск о признании договора дарения недействительным по основаниям, приведенным в статье 177 ГК РФ, удовлетворению не подлежит. Доказательств того, что в момент заключения договора дарения ФИО1 не могла понимать значение своих действий и руководить ими, суду не предоставлено. 

К показания свидетелей допрошенных в ходе судебного заседания, суд относится с не доверием, так как свидетель Свидетель №2 является сожительницей ответчика, то есть заинтересована в исходе дела, кроме того свидетели Свидетель №2 и Свидетель №1 в судебном заседании показали, что общались с ФИО1 5 лет назад, то есть за 4 года до заключения договора дарения, а из показаний свидетеля Свидетель №3 о поведении ФИО1 невозможно сделать однозначного вывода, что в момент заключения договора дарения ФИО1 не могла понимать значение своих действий и руководить ими. 

Таким образом, доводы представителя ответчика о том, что умершая ФИО1 на момент заключения договора дарения не могла понимать значение своих действий, являются необоснованными, основаны на предположениях и не подкреплены допустимыми доказательствами. Кроме того довод о том, что подпись в договоре дарения выполнена не ФИО1 также является не состоятельным, так как опровергается заключением эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, оснований не доверять данному заключению у суда не имеется. 

При таких обстоятельствах, оценив все собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что в удовлетворении встречных исковых требований следует отказать.

Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 1 ст. 68 ГПК РФ объяснения сторон и третьих лиц об известных им обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, подлежат проверке и оценке наряду с другими доказательствами. В случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны.

Действия ответчика ФИО4 право пользования, которого спорным жилым помещением прекращено, нарушают положения ст. 35 Конституции РФ и права собственника жилого помещения ФИО3

Нарушенные права собственника спорного жилья подлежат судебной защите в порядке ст. 3 ГПК РФ, ст.ст. 9 и 11 ГК РФ путем признания ответчика ФИО4 утратившим право пользования жилым помещением по адресу: 

<

адрес> и снятия его с регистрационного учета по указанному адресу согласно Правилам регистрации и снятии граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 17.07.1995 г. N 713.

Таким образом, учитывая то, что истцу ФИО3 указанная выше квартира принадлежит на праве собственности и собственник вправе требовать устранения любых препятствий в пользовании принадлежащим ему имуществом, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения, ответчик ФИО4 не проживает в вышеуказанном жилом помещении, в оплате коммунальных расходов не участвует, какого - либо соглашения между ответчиком и истцом о порядке проживания или пользования ответчиком спорным жилым помещением заключено не было, в связи с чем, суд приходит к выводу, что оснований для отказа в удовлетворении основного искового заявления не имеется, требования истца признает обоснованными и подлежащими удовлетворению. 

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно счету № от 13.03.2020 стоимость затрат и расходов, связанных с проведением судебной почерковедческой экспертизы составила 15 494 рубля 40 коп., данные расходы сторонами оплачены не были.

Поскольку основной иск удовлетворен, а в удовлетворении встречного иска отказано, то с ответчика ФИО4 подлежат взысканию судебные расходы в пользу ФБУ «Средне-Волжский Региональный центр судебной экспертизы» судебные расходы за проведение почерковедческой экспертизы в размере 15 494 рубля 40 коп., в пользу истца ФИО3 по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Руководствуясь статьями 194, 196 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

исковое заявление ФИО3 к ФИО4 о признании утратившим право пользования жилым помещением удовлетворить.

Признать ФИО4 утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>

В удовлетворении встречного искового заявления ФИО4 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным и незаключенным отказать. 

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФБУ «Средне – Волжский Региональный центр судебной экспертизы» судебные расходы за проведение почерковедческой экспертизы в размере 15 494 рубля 40 коп. 

Решение является основанием для снятия ФИО4 с регистрационного учета из жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в течение месяца через Азнакаевский городской суд РТ со дня изготовления мотивированного решения.

Судья: Ткачев Д.Г.