РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 июля 2019 г. г. Усть-Илимск Иркутской области

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Банщиковой Н.С.,

при секретаре судебного заседания Попик А.А.,

в отсутствие сторон,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1661/2019 

по иску ФИО1 к «Азиатско-Тихоокеанскому Банку» (публичному акционерному обществу) о признании недействительным договора купли-продажи простых векселей, применении последствий недействительности сделки, взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к «Азиатско-Тихоокеанскому Банку» (публичному акционерному обществу) (далее – «АТБ» (ПАО)), в котором просит признать недействительным договор № купли-продажи простых векселей, заключенный 05.12.2017, применить последствия недействительности сделки путем аннулирования индоссамента (передаточной надписи): «платите приказу ФИО1 с оговоркой «без оборота на меня», выполненный «АТБ» (ПАО) на простом векселе № на сумму 114 351,43 руб., выданном 05.12.2017 обществом с ограниченной ответственностью «Финансово-торговая компания» (далее – ООО «ФТК») сроком оплаты по предъявлении не ранее 05.06.2018; обязать ФИО1 возвратить «АТБ» (ПАО) простой вексель № на сумму 114 351,43 руб., выданный 05.12.2017 ООО «ФТК», взыскать с «АТБ» (ПАО) денежные средства в сумме 108 405,46 руб., оплаченные по договору № купли-продажи простых векселей, заключенному 05.12.2017 между «АТБ» (ПАО) и ФИО1

В обоснование исковых требований указала, что 05.12.2017 она обратилась в отделение «АТБ» (ПАО), расположенное по адресу: 

<

...>, клиентом которого ранее являлась, с целью открыть срочный вклад на сумму 100 000 руб., где ей предложили высокодоходное «специальное предложение» - вклад под названием «ВЕКСЕЛЬ» сроком на 6 месяца под 10 % годовых. 05.06.2018 она обратилась в указанное отделение банка за возвратом вклада, однако 10.07.2018 ей было вручено уведомление о невозможности совершения платежа, поскольку векселедателем не исполнена обязанность по перечислению денежных средств, предназначенных для оплаты векселя, а также в связи с тем, что ООО «ФТК» не имеет на своем расчетном счете, открытом в банке, денежных средств, которые должны направляться на исполнение обязательств по оплате векселя. Кроме того, «АТБ» (ПАО) уведомило ее, что не является лицом, обязанным по векселю. Фактически под видом вклада ею был приобретен у банка ничем не обеспеченный простой вексель, обязанность по погашению которого лежит на ООО «ФТК». Полагает, что заключая данную сделку, она была намеренно обманута и введена в заблуждение сотрудниками банка, которые не проинформировали её в полном объеме и в доступной форме о правовой природе и последствиях сделки. Как следует из оспариваемого договора купли-продажи №, она приобрела у «АТБ» (ПАО) простой вексель № на сумму 114 351,43 руб., векселедатель ООО «ФТК», дата составления 05.12.2017, срок платежа по предъявлении, но не ранее 05.06.2018. При этом из содержания указанного договора невозможно достоверно идентифицировать юридическое лицо, являющееся векселедателем по сделке, поскольку в нем не указаны его реквизиты: ИНН, ОГРН и юридический адрес. Кроме того, не смотря на то, что одновременно с договором купли-продажи векселя истцом были подписаны акт приема-передачи векселя от продавца к покупателю, а также договор хранения векселя, в соответствии с которым истец передала вексель на хранение банку, в действительности вексель истцу при заключении договора не передавался, как и не был представлен на обозрение. Как следует из представленных документов, связанных с оборотом проданного истцу векселя, данный вексель в один и тот же день составлен ООО «ФТК» в г. Москва; передан ООО «ФТК» «АТБ» (ПАО) в г. Москва; продан «АТБ» (ПАО) в его собственность в г. Усть-Илимске; принят «АТБ» (ПАО) на хранение в г. Москва. Учитывая географическую удаленность его места жительства и места нахождения отделения банка, в котором совершалась покупка (г. Усть-Илимск), от места составление векселя и нахождения векселедателя ООО «ФТК», а также от места хранения векселя (г. Москва), разницу в часовых поясах, существующую транспортную развязку между данными городами, сроки доставки почтовой корреспонденции, она физически не могла получить оригинал векселя в день подписания указанного договора и акта приема-передачи в г. Усть-Илимске и передать его для хранения в г. Москва. При подписании договора она была лишена возможности дать оценку приобретаемому товару. Ответчик скрыл от неё информацию о том, что на момент заключения сделки купли-продажи векселя, как ценной бумаги, а также как предмета сделки, не существовало. В связи с чем все подписанные ею акты приема-передачи несуществующего предмета являются ничтожными. Фактически банк одновременно являлся по сделке и посредником, и продавцом, и получателем денежных средств, и первым векселедержателем, и домицилиантом, хранителем. При заключении договора купли-продажи представитель банка скрыл и не довел до неё информацию о том, что платеж по векселю напрямую зависит от исполнения перед банком своих обязанностей ООО «ФТК» и за счет средств ООО «ФТК». Как ей стало известно из официального источника - картотеки арбитражных дел, размещенной на сайте Арбитражного суда города Москвы, в производстве Арбитражного суда г. Москвы находится Дело № по иску «АТБ» (ПАО) к ООО «ФТК» о взыскании долга по договору кредитной линии № от 19.05.2014 суммы в размере 1 648 758 032, 26 руб., что свидетельствует о том, что в момент продажи ей векселя банк заведомо знал и не мог не знать, что ООО «ФТК» не сможет выполнить свои обязательства по оплате данного векселя. Полагает, что договор купли-продажи простых векселей от 05.12.2017 №, заключенный ею с «АТБ» (ПАО), должен быть признан судом недействительным с применением последствий недействительности сделки. При этом данное обстоятельство не лишает «АТБ» (ПАО) обратиться в рамках дела о банкротстве ООО «ФТК» включить обязательство по возврату вексельного долга в реестр требований должника.

В судебное заседание истец ФИО1, ее представитель ФИО2 не явились. О времени и месте судебного разбирательства были извещены надлежащим образом. Согласно заявлениям от 22.07.2019 просили дело рассматривать в их отсутствие.

Представитель ответчика «АТБ» (ПАО) в судебное заседание не явился. О времени и месте судебного разбирательства был извещен надлежащим образом. Согласно письменному отзыву от 23.07.2019 представитель ФИО3, действующая на основании доверенности от 31.05.2019 с полным объемом процессуальных прав сроком по 26.04.2020, указала, что 05.12.2017 между сторонами был заключен договор купли-продажи простых векселей №, по условиям которого ответчик обязался передать в собственность истцу, а истец обязался принять и оплатить простой вексель векселедателя ООО «ФТК» № от 05.12.2017 на вексельную сумму 114 351,43 руб. со сроком платежа по предъявлении, но не ранее 05.06.2018, стоимостью 108 405,46 руб. Заключенный между истцом и ответчиком договор купли-продажи векселя полностью соответствует законодательству, существенные условия были согласованы сторонами, исключающие их двоякое толкование и возможное заблуждение сторон относительно природы сделки, договор купли-продажи прямо поименован как договор купли-продажи простых векселей, в п. 1.1 Договора купли-продажи однозначно определен его предмет - простой вексель, векселедателем указано ООО «ФТК», обязанности продавца исчерпывающе определены и заключаются в передаче покупателю прав векселедержателя, истец выразил с условиями полное согласие, договор подписан истцом добровольно и без разногласий. Доводы истца о введении её в заблуждение относительно правовой природы сделки и её последствиях не соответствуют действительности, не подтверждены надлежащими доказательствами и опровергаются документально. Так, перед совершением сделки купли-продажи векселя истец была ознакомлена и согласна с рисками вложения денежных средств в ценные бумаги (векселя), о чем истцом была подписана соответствующая Декларация о рисках, связанных с приобретением ценных бумаг, которая в соответствии с п. 2.5 договора купли-продажи является неотъемлемой частью договора купли-продажи векселя. В Декларации о рисках истец была уведомлена, что банк не отвечает за исполнение обязательств перед векселедержателем по векселю (п. 3.3 декларации), а также о том, что на денежные средства по приобретаемым ценным бумагам не распространяются положения действующего законодательства о страховании вкладов, предусмотренные Федеральным законом № 177-ФЗ от 23.12.2003 «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации» (п. 3.2 Декларации). Истец также приняла на себя возможный риск неполучения дохода (п. 3.1 декларации), что опровергает доводы истца о том, что она заблуждалась относительно природы сделки, полагая, что заключает договор вклада, а также о неосведомленности истца о рисках вложения денежных средств в ценные бумаги. Истец в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательств заблуждения относительно природы сделки, ее правовых последствий, а также лица, с которым вступила в сделку не представила, равно как и не представила доказательств обмана ответчиком при заключении договора, так и умышленного сообщения продавцом недостоверной информации относительно предмета договора купли-продажи векселя. Доводы истца о том, что на момент заключения оспариваемого договора векселедатель ООО «ФТК» являлся неплатежеспособным, о чем банк знал и умолчал, носят вероятностный характер и не соответствуют действительности. По оспариваемому договору истец была вправе потребовать разъяснения возникших у неё вопросов, выразить несогласие с какими-либо условиями договора путем проставления отметок, замечаний на договорной документации, имела право вообще не заключать или отложить заключение договора купли-продажи векселя до уточнения условий. На момент заключения договора истец знала, что в п.1.1 в качестве векселедателя указано ООО «ФТК», была ознакомлена с декларацией о рисках, связанных с вложением денежных средств в ценные бумаги, в последующем из поведения истца следовала воля сохранить сделку - истец подавала заявление на гашение векселя, т.е. желала получить доход от приобретенной ценной бумаги. 10.07.2018 истец подала заявление о расторжении договора хранения, и получила оригинал векселя по акту приема-передачи от 10.07.2018. Таким образом, несогласие с оспариваемым договором купли-продажи веселя истец связывает исключительно с тем, что она не получила оплату по векселю от векселедателя. То обстоятельство, что последний отказывается добровольно оплатить истцу вексельный долг, не ограничивает права истца на получение оплаты по векселю в принудительном порядке путем подачи соответствующего иска к векселедателю, до настоящего времени истец остается законным векселедержателем и не утратила права на получение оплаты от векселедателя, поскольку именно векселедатель признается плательщиком вексельного долга. В п. 1.1 Договора купли-продажи векселя указан векселедатель ООО «ФТК». В Декларации о рисках с собственноручной подписью истца об ознакомлении, истец была уведомлена, что банк не отвечает за исполнение обязательств перед векселедержателем по векселю (п. 3.3 Декларации). В договоре купли-продажи векселя обязанности продавца исчерпывающе определены и заключаются в передаче покупателю прав векселедержателя. В п. 1.3 договора купли-продажи стороны согласовали условие о том, что передача прав по векселю осуществляется по индоссаменту (передаточной надписи) с оговоркой «без оборота на меня». Содержащееся в векселе положение о месте платежа «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) в г. Москва не возлагает на Банк обязанности векселедателя по оплате векселя, а лишь указывает на домицилированный характер векселя, при котором Банк выступает домицилиантом - лицом, своевременно оплачивающим вексель за счет плательщика (векселедателя), предоставившего в распоряжение домицилианта необходимые для оплаты векселя денежные средства, и не являясь при этом ответственным по векселю лицом. Довод истца о том, что вексель не был передан ей лично в день заключения договора купли-продажи векселя, не имеет правового значения для разрешения заявленных требований о признании сделки недействительной, как нарушающей требования закона. Ответчик выполнил свои обязательства по договору купли-продажи надлежащим образом, истец приняла от банка исполнение договора купли-продажи без претензий, права по векселю были переданы истцу с соблюдением формы и требования составления индоссамента. С момента совершения индоссамента истец является законным векселедержателем. Не передача истцу оригинала векселя на бумажном носителе обусловлена лишь тем, что истец выразила волеизъявление на передачу векселя на хранение. Истец имела право в любой момент потребовать вернуть оригинал векселя с хранения, поскольку согласно п. 3.2.1 данного договора поклажедатель вправе потребовать возврата предмета хранения от хранителя до истечения срока хранения. Однако истец не обращалась в банк с заявлением о выдачи ей оригинала векселя, не представила доказательства такого обращения и отказа банка в выдаче векселя. Закон не запрещает заключение договора купли-продажи с последующим заключением договора хранения приобретенного имущества. Одновременным заключением договора купли-продажи векселя и договора хранения какие-либо права истца не нарушены, поскольку банк принял на себя обязательства по сохранности векселя. Просила в удовлетворении заявленных требований отказать.

В судебное заседание представитель третьего лица на стороне ответчика ООО «ФТК» не явился. О времени и месте судебного разбирательства был извещен надлежащим образом. 

Исследовав письменные материалы дела, оценив их в совокупности в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд приходит к следующему.

В силу ст. 128 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) к объектам гражданских прав относятся вещи, включая наличные деньги и документарные ценные бумаги, иное имущество, в том числе безналичные денежные средства, бездокументарные ценные бумаги, имущественные права; результаты работ и оказание услуг; охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага.

Согласно п. 2 ст. 130 ГК РФ вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом. Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.

В силу п. 1 ст. 142 ГК РФ ценными бумагами являются документы, соответствующие установленным законом требованиям и удостоверяющие обязательственные и иные права, осуществление или передача которых возможны только при предъявлении таких документов (документарные ценные бумаги).

Пункт 2 ст. 142 ГК РФ относит вексель к ценным бумагам. Ценные бумаги могут быть документарными и бездокументарными. Документарными ценными бумагами являются документы, соответствующие установленным законом требованиям и удостоверяющие обязательственные и иные права, осуществление или передача которых возможны только при предъявлении таких документов. 

Статьей 4 Федерального закона от 11.03.1997 № 48-ФЗ «О переводном и простом векселе» установлено, что переводной и простой вексель должен быть составлен только на бумаге (бумажном носителе). 

В соответствии с п. 3 ст. 146 ГК РФ права, удостоверенные ордерной ценной бумагой, передаются приобретателю путем ее вручения с совершением на ней передаточной надписи - индоссамента. Если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или законом, к передаче ордерных ценных бумаг применяются установленные законом о переводном и простом векселе правила о передаче векселя.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 33, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 14 от 04.12.2000 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей" при рассмотрении споров необходимо иметь в виду, что вексельные сделки регулируются нормами специального вексельного законодательства. Вместе с тем данные сделки регулируются также и общими нормами гражданского законодательства о сделках и обязательствах (статья 153 - 181, 307 - 419 Гражданского кодекса Российской Федерации). Исходя из этого, в случаях отсутствия специальных норм в вексельном законодательстве судам следует применять общие нормы Кодекса к вексельным сделкам с учетом их особенностей (пункт 1).

Согласно п. 36 Постановления N 14 от 04.12.2000 в тех случаях, когда одна из сторон обязуется передать вексель, а другая сторона обязуется уплатить за него определенную денежную сумму (цену), к отношениям сторон применяются нормы о купле-продаже, если законом не установлены специальные правила (пункт 2 статьи 454 Кодекса). При рассмотрении споров необходимо иметь в виду, что обязанности продавца по передаче векселя как товара могут считаться выполненными в момент совершения им действий по надлежащей передаче векселя покупателю с оформленным индоссаментом, переносящим права, вытекающие из векселя, на покупателя или указанное им лицо (пункт 3 статьи 146 Кодекса), если иной порядок передачи не вытекает из условий соглашения сторон и не определяется характером вексельного обязательства.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу ч. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трёх или более сторон (многосторонняя сделка).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствий недействительности сделки не предусмотрены законом.

Положениями ст. 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. Заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку. Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

По смыслу нормы ст. 178 ГК РФ сделкой, совершенной под влиянием заблуждения, признается сделка, в которой волеизъявление стороны не соответствует подлинной воле, то есть по такой сделке лицо получило не то, что хотело. Под заблуждением следует понимать несоответствие субъективных представлений лица об обстоятельствах и процессах объективной действительности или общепринятым понятиям об этих обстоятельствах и процессах. 

При этом из смысла п. 1 ст. 178 ГК РФ следует, что заблуждение относительно условий сделки должно иметь место на момент совершения сделки. 

Приведенный в указанной норме права перечень случаев, имеющих существенное значение, является исчерпывающим. Неправильное представление о любых других обстоятельствах, помимо перечисленных в законе, не может быть признано существенным заблуждением и не может служить основанием для признания сделки недействительной. Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

В силу пункта 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Исходя из смысла вышеприведенных положений ст. 179 ГК РФ под обманом подразумевается умышленное введение стороны в заблуждение с целью склонить другую сторону к совершению сделки. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки. 

Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана входит, в том числе, факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу требований данной правовой нормы оценка действиям сторон при совершении сделок на предмет добросовестности дается, исходя из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей.

Статьей 56 ГПК РФ определено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Анализируя исследованные в судебном заседании доказательства, суд находит достоверно установленным, что 25.04.2016 между «АТБ» (ПАО) и ООО «ФТК» подписано соглашение о взаимодействии по реализации векселей, согласно которому стороны договорились о принципах и порядке взаимодействия сторон по реализации векселей компании (п. 1.1).

Согласно п. 1.2 соглашения банк осуществляет поиск потенциальных покупателей на векселя компании и принимает участие в первичном размещении векселей компании путем продажи векселей, выпущенных компанией, и приобретенных у нее, третьим лицам.

Из п. 2.3 соглашения следует, что векселя отчуждаются третьим лицам по индоссаменту с указанием лица, в пользу которого передается вексель. При последующей продаже векселей третьим лицам банк проставляет оговорку «без оборота на меня».

В п. 2.4 соглашения стороны определили, что банк будет осуществлять функции домицилиата в отношении векселей компании, которые банк принимает на условиях, указанных в п.п. 2.1. - 2.3. настоящего соглашения, для чего компания обязуется заблаговременно предоставить банку сумму в размере платежа по векселям, выпущенных компанией, а банк, указанный в векселе в качестве домицилиата, по поручению компании от ее имени и за ее счет при наступлении срока платежа оплачивает предъявляемый вексель.

Общая номинальная стоимость векселей, в отношении которых банк будет осуществлять функции домицилиата, составляет не более 1 000 000 000 (одного миллиарда) рублей (п. 2.6).

Согласно условиям векселя № от 05.12.2017, векселедатель ООО «Финансово-торговая компания», расположенное по адресу: 107076, 

<

...>, обязуется безусловно уплатить по этому векселю денежную сумму в размере 114 351,43 руб. непосредственно «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) или по его приказу любому другому предприятию (лицу).

Из материалов дела судом установлено, что 05.12.2017 в г. Усть-Илимске между «АТБ» ПАО (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи простых векселей №, по условиям которого продавец обязался передать в собственность покупателю, а покупатель принять и оплатить простой вексель векселедателя ООО «ФТК» № с вексельной суммой 114 351,43 руб. со сроком платежа – по предъявлении, но не ранее 05.06.2018, стоимость векселя составила 108 405,46 рублей (п. 1.1).

В п. 1.3. договора указано, что передача прав по векселю осуществляется по индоссаменту с указанием покупателя, продавец проставляет индоссамент с оговоркой «без оборота на меня».

В соответствии с п. 2.3. продавец обязуется передать, а покупатель принять вексель, указанный в п. 1.1. договора, в дату 05.12.2017 после поступления денежных средств на счет продавца, указанный в п. 7 договора.

Вексель передается по акту приема-передачи (п. 2.4. договора).

Согласно п. 6.4.1. договора продавец гарантирует покупателю, что имеет право владения векселем, то есть документарной ценной бумагой.

Одновременно при заключении договора сторонами была подписана Декларация о рисках, связанных с приобретением ценных бумаг, являющаяся приложением № 1 к договору купли-продажи.

Из материалов дела следует и стороной ответчика не оспаривается, что ФИО1 обязательства по договору купли-продажи выполнены, денежные средства в размере 108 405,46 руб. перечислены на счет «АТБ» (ПАО), что подтверждается платежным поручением от 05.12.2017 № 729313.

В эту же дату 05.12.2017 между истцом и ответчиком в г. Усть-Илимске был подписан акт приема-передачи приобретаемого векселя.

Одновременно с этим 05.12.2017 в г. Москва между сторонами был заключен договор хранения №, согласно которому хранитель «Азиатско-Тихоокеанский банк» (ПАО) обязался принять и хранить безвозмездно передаваемое ему поклажедателем ФИО1 имущество в виде спорного векселя ООО «ФТК» сроком с момента передачи по 05.07.2018. 

К данному договору 05.12.2017 между сторонами был также подписан акт приема-передачи от истца к ответчику векселя на хранение.

В результате совершенной сделки купли-продажи векселя банком (индоссантом) на векселе оформлен индоссамент «платите приказу ФИО1» с оговоркой «без оборота на меня», при этом указанная запись не содержит сведений о дате ее внесения и лице ее оформившем. 

05.06.2018 ФИО1 обратилась к ответчику с заявлением на погашение векселей. 

10.07.2018 ФИО1 получено уведомление о невозможности платежа от ответчика, в котором указано, что денежные средства от векселедателя на счет банка для оплаты векселя не поступили, ООО «ФТК» (лицо, обязанное по векселю) свои обязательства по перечислению денежных средств не исполнило. 

Обращаясь с настоящим иском в суд, истец указала на то, что совершенная между нею и ответчиком сделка купли-продажи простых векселей от 05.12.2017 является недействительной в силу п. 2 ст. 179 ГК РФ, поскольку была заключена ею под влиянием введения в заблуждения и обмана сотрудниками банка, так как она полагала, что, по сути, заключает договор вклада, также ответчик умышленно скрыл (не довел до истца) информацию о том, что платеж по приобретаемому векселю напрямую зависит от исполнения перед банком своих обязанностей векселедателя ООО «ФТК» и за счет средств ООО «ФТК».

Оценив собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что банк до заключения договора купли-продажи простого векселя не поставил ФИО1 в известность об отсутствии векселя у банка на момент совершения операции, учитывая, что на момент заключения договора между сторонами вексель еще не был выпущен векселедателем; не разъяснил истцу о том, что векселедателем выступает не банк, а аффилированная с ним организация – ООО «ФТК», не проинформировал о том, что вексель будет находиться не в г. Усть-Илимске, а в г. Москве. При этом документы оформлены от имени банка с указанием логотипа и реквизитов банка без предъявления клиенту в натуре векселя, но с обязательным упоминанием, что вексель будет храниться в банке, что сформировало у истца ложное впечатление о выпуске векселя самим банком, полной ответственности по векселю банка, а не иного лица. Таким образом, по существу ФИО1 была введена в заблуждение относительно природы совершаемой финансовой операции, фактически отождествляя ее с разновидностью вклада (депозита) в банке. 

Так, в материалах дела имеется порядок взаимодействия между ООО «ФТК» и «АТБ» (ПАО), который регламентирует действия сотрудников «АТБ» (ПАО), участвующих в проведении операций с векселями ООО «ФТК», порядок документооборота, порядок проведения и оформления указанных операций и распространяется на все подразделения «АТБ» (ПАО), задействованные в этих операциях.

Главой 4 порядка определен порядок консультирования клиента, согласно которому в целях продвижения векселей компании сотрудники банка, вовлеченные в процесс продаж, используют такие материалы как презентацию о компании, скрипт - предложение для клиентов векселей компании.

В соответствии с главой 5 порядка менеджеры ОРП/ВИП/ начальники ОРКК /руководители УРКК/ заместители управляющих филиалами по рознице /по корпорату/ управляющие филиалами выступают инициатором по продаже векселей юридическим и физическим лицам, индивидуальным предпринимателям.

Указанным порядком определены типовые договоры купли-продажи простых векселей, декларации о рисках, актов приема-передачи, договоры выдачи векселя, договоры хранения.

Из изложенного следует, что «АТБ» (ПАО) подбирает клиента, собирает необходимый пакет документов от клиента, направляет заявку в ООО «ФТК» о возможности выпуска векселя (с указанием следующих параметров: сумма размещения, предполагаемая дата заключения договора купли-продажи векселя, срок, ставка, а также всю информацию, необходимую для составления договора купли-продажи с клиентом, подписантов со стороны банка и со стороны клиента, а также на основании какого документа действуют подписанты), ООО «ФТК» согласовывает условия, делает расчет стоимости векселя, направляет проекты договора купли-продажи, акта приема-передачи векселя, договор хранения векселя с актом приема-передачи к договору хранения в «АТБ» (ПАО), банк, в свою очередь, согласовывает сделку с клиентом, подписывает с клиентом договор купли-продажи векселя, акт приема передачи, декларацию о рисках, связанных с приобретением ценных бумаг, договор хранения векселя, акт приема-передачи к договору хранения. Указанные документы оформляются в двух экземплярах. «АТБ» (ПАО) обеспечивает контроль оплаты и фактическое перечисление денежных средств клиента на счет банка. После подписания документов с клиентом и перечисления денежных средств, «АТБ» (ПАО) незамедлительно направляет ответственному сотруднику УООФР сообщение о необходимости проведения операции по приобретению векселя.

Из указанного следует, на момент заключения спорного договора купли-продажи простых векселей с истцом вексель не существовал и у банка он отсутствовал.

В ходе судебного разбирательства судом также установлено и не оспаривалось стороной ответчика, что предмет договора – простой вексель действительно в оригинале при заключении договора не передавался покупателю, вместо этого с ФИО1 заключен безвозмездный договор хранения, что следует из п. 5.1 договора. Местом заключения данного договора указано г. Москва.

Исходя из содержания векселя, который был изготовлен ООО «ФТК» в г. Москва 05.12.2017, т.е. в день его покупки истцом у ответчика в г. Усть-Илимске на значительном территориальном удалении, следует, что в день заключения оспариваемой сделки купли-продажи векселя последний, как ценная бумага, подлежащая изготовлению только в бумажном виде, фактически ФИО1 в этом виде не передавался, что также подтверждает, что спорный вексель, как объект гражданского оборота, в день заключения между сторонами сделки его купли-продажи еще не существовал.

При этом доводы ответчика о том, что истец выразил волеизъявление на передачу векселя на хранение, в связи с чем у банка отсутствовала необходимость передачи истцу непосредственно оригинала векселя на бумажном носителе, отклоняются судом.

Так, договор купли-продажи векселя заключен 05.12.2017 в г. Усть-Илимске, дата и место составления векселя являются 05.12.2017 г. Москва, в связи с чем в силу территориальной отдаленности вексель в тот же день не мог быть выдан ФИО1 с оформленным индоссаментом.

Одновременно с покупкой векселя истец согласно условиям договора хранения передает вексель на хранение «АТБ» (ПАО) по договору, составленному в г. Москва, при этом какая-либо польза от заключенного договора хранения, в котором ответчик выступает коммерческой организацией, для сторон отсутствует. Необходимости хранения векселя, который не требует соблюдения каких-либо специальных условий для его сохранности, у истца не имеется, ответчик, преследуя цель извлечения прибыли, вознаграждения с истца не берет.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что договор хранения был совершен лишь для вида, без намерения создать соответствующие ему правовые последствия, характерные для подобных договоров.

Суд признает данные обстоятельства заслуживающими внимание, учитывая, что в оспариваемом договоре, заключенном в г. Усть-Илимске, какая-либо информация в отношении ООО «ФТК» не содержится, за исключением того, что оно является векселедателем, Декларация о рисках, подписанная истцом, также не содержит информации о векселедателе и условиях оплаты им этого векселя, в связи с чем только из содержания векселя представлялось возможным установить, что оплату по нему должно производить ООО «ФТК». 

При таких обстоятельствах суд находит установленным, что в момент заключения оспариваемого договора истец не могла знать, что исполнение обязательств по погашению векселя лежит на ООО «ФТК» и зависит от его платежеспособности, поскольку из буквального толкования договора купли-продажи простого векселя данное обстоятельство не следует. 

При этом ответчик доказательств того, что банком были предприняты все необходимые меры по информированию истца о заключаемом договоре купли-продажи векселя и лице, несущем обязательства по векселю, суду не представил, ровно как и не представил доказательств того, что истцу предлагался иной банковский продукт по вложению денежных средств не несущий в себе риск. 

Учитывая, что договор купли-продажи векселя был заключен истцом с «АТБ» (ПАО), денежные средства были внесены истцом на счет ответчика, а имеющиеся в распоряжении истца документы, в том числе Декларация о рисках, без самого векселя, не предоставляли истцу полной и достоверной информации о порядке обращении векселя, как ценной бумаги, со всеми особенностями, истец, полагая, что заключает договор с «АТБ» (ПАО), был лишен возможности оценить степень риска в связи с приобретением векселя, что напрямую находилось в причинной связи с решением истца о заключении сделки купли-продажи простого векселя.

Тот факт, что в подписанной истцом Декларации о рисках, связанных с приобретением ценных бумаг, содержится уведомление о том, что банк не является поставщиком услуг, связанных с приобретением ценных бумаг, а выступает посредником между покупателем и векселедателем в рамках исполнения договора купли-продажи простых векселей и не может отвечать по исполнению обязательств перед покупателем по векселю, при установленных судом обстоятельствах, не свидетельствует об исполнении банком обязанности информирования истца о лице несущем обязательства по векселю, в связи с чем истец не мог ознакомиться с финансовым положением ООО «ФТК» и оценить риски совершения оспариваемой сделки.

При этом суд также отмечает, что по результатам проверки деятельности ответчика «АТБ» (ПАО), проведенной Главной инспекцией Банка России (Акт от 19.09.2018), в части финансовых операций с векселями ООО «ФТК» установлено следующее.

Лицо, выпускающее векселя ООО «ФТК», находится в г. Москва и является клиентом Московского филиала «АТБ» (ПАО), реализация всех векселей производилась только в иных регионах РФ и не осуществлялась в Московском регионе; всего банком было реализовано на 06.03.2018 10 444 векселя ООО «ФТК» на общую сумму около 18 млрд. рублей; все договоры купли-продажи векселей, акты приема-передачи, договоры хранения оформлялись одномоментно, в связи с чем с учетом территориальной отдаленности филиалов, разницы в часовых поясах клиенты, приобретающие вексель, подписывающие акт о его получении и передаче на хранение в Московский филиал банка, не могли фактически получать на руки приобретаемый вексель и передавать его на хранение Московскому филиалу банка.

Выборочная визуальная проверка Банка России показала, что фактическая передача векселя клиенту, а также прием векселя на хранение в момент подписания актов приема-передачи не осуществлялась; на момент такой проверки в Московском филиале банка наличия такой ценной бумаги (векселя) на хранении не установлено. Разработанным ответчиком Порядком взаимодействия по реализации векселей регламентирована процедура реализации банком третьим лицом векселей (с оформлением документов, свидетельствующих о получении лицом векселя от кредитной организации и его передачи на хранение в эту же кредитную организацию), которые на момент подписания актов приема-передачи банка с клиентом фактически не существуют (не оформлены, не распечатаны, не подписаны и не переданы векселедателем ООО «ФТК» в кредитную организацию).

Также проверкой установлены многочисленные несоответствия общепринятой рыночной практике при заполнении необходимых реквизитов векселей, предусмотренной стандартами, разработанными Ассоциацией Участников Вексельного Рынка (стандарту выдачи векселей, стандарту передачи векселей) – отсутствие полномочий лица, подписавшего от имени ООО «ФТК» векселя; отсутствие даты и места совершения индоссамента, наименование и должности индоссата, его подписи.

При этом наличие на расчетном счете ООО «ФТК» денежных средств, достаточных для погашения векселей при наступлении срока их погашения, обеспечивалось, в основном, посредством привлечения средств от ежедневной реализации вновь выпущенных векселей; основной объем полученных от реализации векселей денежных средств не использовался ООО «ФТК» для осуществления своей основной деятельности, а аккумулировался на его расчетном счете в Московском филиале ответчика; как показал анализ отчетности компании, расходы, понесенные ООО «ФТК» от операций, связанных с выпуском и погашением векселей, существенно превышают доходы, полученные от основной деятельности компании, а также процентов, начисленных на остатки по счету, и непосредственно являются причиной формирования итогового отрицательного финансового результата клиента (чистых убытков клиента), что, в свою очередь, свидетельствует об отсутствии очевидного экономического смысла для ООО «ФТК» в операциях по привлечению денежных средств посредством выпуска векселей.

Одновременно с этим проверкой установлено, что ООО «ФТК» является крупным заемщиком у ответчика «АТБ» (ПАО), остаток ссудной задолженности на 01.03.2018 составлял 1203670 тысяч рублей.

При наличии существовавших для ответчика ограничений на привлечение денежных средств физических лиц (предписания Дальневосточного ГУ Банка России с 26.10.2016, 27.04.2017, самоограничения банка с 20.09.2017), распространяемые предложения клиентам-вкладчикам банка о приобретении спорных векселей ООО «ФТК», с аккумулированием вырученных от их реализации денежных средств на счете указанного юридического лица, открытого в Московском филиале банка, позволяло ответчику в условиях действующих ограничений на привлечение вкладов физических лиц, сохранить часть ресурсной базы банка в виде средств физических лиц.

Совокупность вышеприведенных и иных установленных проверкой факторов может свидетельствовать о вероятной непосредственной вовлеченности кредитной организации (ответчика) в участии в вышеописанной «вексельной схеме», конечными целями которой могут являться: необходимость обслуживания существующей у ООО ФТК» перед «АТБ» (ПАО) задолженности по кредитам за счет средств, поступивших от реализации векселей; сохранение банком ресурсов в виде средств физических лиц-вкладчиков в условиях наложенных и действующих ограничений. В случае одномоментного прекращения финансирования существующей «вексельной схемы» за счет средств «новых» векселеприобретателей задолженность в сумме около 4 млрд. руб. перед векселедержателями, 87% из которых являются действующими, либо бывшими вкладчиками самого «АТБ» (ПАО), может остаться непогашенной в связи с отсутствием у ООО «ФТК» (векселедателя) достаточных собственных источников для покрытия задолженности перед векселедателями.

Исходя из буквального анализа договора купли-продажи простых векселей от 05.12.2017, договора хранения от 05.12.2017, а также актов приема-передачи к указанным договорам, суд приходит к выводу о том, что факт одномоментного (в один день) подписания договора передачи ООО «ФТК» простого векселя АТБ (ПАО) с актом приема передачи в г. Москва, заключение между истцом и АТБ (ПАО) договора купли-продажи, акта приема передачи векселя с местом составления в г. Усть-Илимске, договора хранения и акта передачи векселя на хранение с местом составления г. Москва, свидетельствует о том, что оплаченный истцом вексель в день заключения договора купли-продажи от 05.12.2017 в г. Усть-Илимске истцу фактически не передавался и содержание векселя, в частности то, что лицом, обязавшимся безусловно уплатить по данному векселю сумму 114 351,43 руб., является ООО «ФТК», не могло быть известно истцу. 

Истцу не была предоставлена информация о том, что исходя из условий, которые были определены между банком и ООО «ФТК» в рамках соглашения о взаимодействии по реализации векселей от 25 апреля 2016 года, исполнение обязательств по погашению (оплате) векселя лежит на ООО «ФТК» и напрямую зависит от платежеспособности (финансового состояния) ООО «ФТК», а не от банка, а также от исполнения ООО «ФТК» перед банком своих обязанностей.

Кроме того, как следует из материалов дела, 18.06.2018 «АТБ» (ПАО) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением к ООО «ФТК» о взыскании денежных средств в размере 1 648 758 032, 26 руб., а 10.08.2018 с заявлением о признании ООО «ФТК» банкротом, что дает суду основания полагать, что ответчику заблаговременно было известно о неплатежеспособности ООО «ФТК».

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ответчик при заключении спорного договора купли-продажи не предоставил ФИО1 полную и достоверную информацию о существе совершаемой сделки; умолчал (скрыл информацию) относительного того, что исполнение обязательств по погашению (оплате) спорного векселя лежит именно на ООО «ФТК» и напрямую зависит от его платежеспособности (финансового состояния), а также от исполнения ООО «ФТК» перед банком своих обязательств, следовательно, требования истца о признании данного договора недействительным в силу п. 2 ст. 179 ГК РФ и применении последствий недействительности сделки путем взыскания с ответчика уплаченных истцом ФИО1 по указанному договору денежных средств в размере 108 405,46 рублей и возврату ФИО1 простого векселя № от 05.12.2017 являются обоснованными.

Поскольку сделка купли-продажи между «АТБ» (ПАО) и ФИО1, отраженная в векселе № путем проставления индоссамента является недействительной, то в целях применения последствий недействительности сделки следует не только обязать стороны вернуть полученное по сделке, но и аннулировать запись о таком индоссаменте.

Ответчиком заявлено о применении срока исковой давности по требованиям о признании оспоримой сделки недействительной.

В соответствии с ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Судом установлено, что о нарушении своего права истец узнала, когда 10.07.2018 ей было вручено уведомление о невозможности совершения платежа. С настоящим иском в суд истец обратилась 01.07.2019, т.е. в течение одного года. Таким образом, доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности отклоняются.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Суд считает возможным удовлетворить требования истца о взыскании с ответчика расходов по оплате государственной пошлины, подтвержденные чеком-ордером от 01.07.2019 на сумму 3 368 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить. 

Признать недействительным договор купли-продажи простых векселей №, заключенный 05 декабря 2017 года между «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (публичным акционерным обществом) и ФИО1.

Аннулировать индоссамент (передаточную надпись): «платите приказу ФИО1», выполненный на простом векселе № на сумму 114 351 рубль 43 копейки, выданном 05 декабря 2017 года Обществом с ограниченной ответственностью «Финансово-торговая компания» «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) сроком оплаты по предъявлении, не ранее 05.06.2018 г.

Обязать ФИО1 возвратить «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (публичное акционерное общество) простой вексель № на сумму 114 351 рубль 43 копейки, выданный 05 декабря 2017 года Обществом с ограниченной ответственностью «Финансово-торговая компания» «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) сроком оплаты по предъявлении, не ранее 05.06.2018 г.

Взыскать с «Азиатско-Тихоокеанского Банка» (публичного акционерного общества) в пользу ФИО1 денежные средства в сумме 108 405 рублей 46 копеек, оплаченные по договору № купли-продажи простых векселей, заключенному 05 декабря 2017 года между «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (публичным акционерным обществом) и ФИО1, судебные расходы в размере 3 368 рублей.

Решение суда может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Иркутский областной суд через Усть-Илимский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Председательствующий судья: Банщикова Н.С.