№ 2-1599/2019

УИД 26RS0035-01-2019-002214-21

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

22 ноября 2019 года г. Михайловск

Шпаковский районный суда Ставропольского края в составе председательствующего судьи Толстикова А.Е., с участием представителей истца/ответчика ФИО1, ФИО2, ответчика/истеца ФИО3, её представителя ФИО4, при секретаре Буниной И.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Шпаковского районного суда гражданское дело по иску акционерного общества «Русгрейн-Н», закрытого акционерного общества «Русгрейн», акционерного общества «Полекс» к ФИО3 о взыскании излишне выплаченной заработной платы, встречному иску ФИО3 к акционерному обществу «Русгрейн-Н», закрытому акционерному обществу «Русгрейн», акционерному обществу «Полекс» о взыскании денежной компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

представитель АО «Русгрейн-Н» обратился в суд с иском к ФИО3 в котором просил установить неправомерность действий ФИО3, выразившихся в необоснованном начислении заработной платы ФИО3 в размере, превышающем размер, установленный при приеме на работу и о взыскании с ФИО3 в пользу АО «Русгрейн-Н» суммы излишне выплаченной заработной платы в размере 156 514 рублей.

В обоснование заявленных требований указал, что ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. работала в АО «Русгрейн-Н» в должности главного бухгалтера по совместительству, с окладом в размере 10 000 рублей в месяц, что подтверждается Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ. о приеме на работу.

В трудовые обязанности ФИО3 входило начисление заработной платы работникам АО «Русгрейн-Н», а также формирование ведомостей на выдачу заработной платы для направления в банк.

За период работы ответчица необоснованно начислила себе и выплатила заработную плату на свой расчетный счет в размере, превышающем размер установленный Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ. о приеме на работу, - 156 514 рублей, в том числе: 22 093 рубля - за 2017 год, 95 497 рублей - за 2018 год, 38 924 рубля - за 2019 год.

Указанная сумма является разницей между размером оклада 10 000 рублей, подлежащим начислению согласно Приказа № от ДД.ММ.ГГГГ. о приеме на работу, и фактически начисленной и выплаченной суммой заработной платы.

Фактически начисленные и выплаченные суммы подтверждаются Расчетом цены иска, расчётными листками, платежными поручениями и реестрами денежных средств с результатами зачислений ПАО «Сбербанк».

ДД.ММ.ГГГГ. ответчица была уволена на основании п.1 части 1 ст.77 ТК РФ (соглашение сторон), что подтверждается Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ. ответчице было направлено уведомление о возврате денежных средств от 31.05.2019г., которое она получила 05.06.2019г.

Однако до настоящего времени ответчица деньги не возвратила.

Необоснованное начисление заработной платы в размере, превышающем размер, установленный при приеме на работу, свидетельствует о неправомерном и недобросовестном поведении ответчицы. ФИО3, являясь главным бухгалтером АО «Русгрейн-Н», не могла не знать о неправомерности перечисления себе заработной платы в большем размере.

ФИО3 обратилась с иском к АО «Русгрейн-Н» о взыскании в её пользу денежной компенсации за неиспользованный отпуск в размере 11 680 рублей, компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей. 

В обоснование заявленных требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ. приказом о приеме на работу она принята на должность главного бухгалтера АО «Русгейн-Н». ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком заключен трудовой договор.

В период работы истца у работодателя ее должностной оклад установлен в соответствии с трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ., начисление и выплата заработной платы, включая премию, производилась согласно Положению об оплате труда и премировании сотрудников на основании приказов работодателя, расчетных ведомостей и расчетных листов.

Размер заработной платы истца составлял 10 000 рублей. С указанной суммы производились удержания подоходного налога, взносов в пенсионный фонд и иных обязательных платежей.

ДД.ММ.ГГГГ. приказом о прекращении (расторжении) трудового договора с работника принято решение уволить истца с ДД.ММ.ГГГГ. на основании п. 1 ст. 77 ТК РФ (соглашение сторон).

Нормы действующего трудового законодательства, а также правоприменительная практика, однозначно обязывают работодателя в день увольнения произвести с работником полный расчет в том числе компенсаций за неиспользованный работником отпуск.

Тем не менее, расчет с ФИО3 произведен не был, что существенным образом нарушает его права, предусмотренные, как Конституцией РФ, так и нормами трудового законодательства.

За период работы с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 не использован отпуск. 

Тем самым у ФИО3 возникло право на получение при увольнении денежной компенсации за неиспользованный отпуск в размере 11 680 рублей. 

Неисполнение ответчиком своих обязанностей повлекло для ФИО3 возникновение нравственных страданий, которые находятся между собой в причинно-следственной связи. Именно после неисполнения своего обязательства ответчиком, отказывающего до настоящего времени исполнить свои обязательства по выплате причитающейся истцу заработной платы, у истца возник психоэмоциональный стресс.

Моральный вред причинен тем, что, рассчитывая на исполнение ответчиком своих обязанностей, ФИО3 возлагала определенные надежды, связывая с этим свои личные планы. Неуважительным отношением ответчика в виде отказа выплаты заработной платы истцу также причинены нравственные страдания, поскольку, лишает его возможности ввиду отсутствия средств, материально содержать свою семью.

Таким образом, истец имеет право на компенсацию морального вреда, который оценивает в 5 000 рублей.

Представитель ЗАО «Русгрейн» обратился с иском к ФИО3 в котором просил установить неправомерность действий ФИО3, выразившихся в необоснованном начислении заработной платы ФИО3 в размере, превышающем размер, установленный при приеме на работу и о взыскании с ФИО3 в пользу ЗАО «Русгрейн» суммы излишне выплаченной заработной платы в размере 81 463, 95 рублей.

В обоснование заявленных требований указал, что ФИО3, в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. работала в ЗАО «Русгрейн» в должности главного бухгалтера по совместительству, с окладом в размере 5 000 рублей в месяц. ДД.ММ.ГГГГ. года между истцом и ответчицей был заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ.

В трудовые обязанности ФИО3 входило начисление заработной платы работникам ЗАО «Русгрейн», а также формирование ведомостей на выдачу заработной платы для направления в банк.

За период работы ответчица необоснованно начислила себе и выплатила заработную плату на свой расчетный счет в размере, превышающем размер установленный Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ. о приеме на работу и трудовым договором - 81 463, 95 рубля, в том числе: 4 087, 88 рублей - за 2017 год, 56 486, 22 рублей - за 2018 год, 20 889, 85 рублей - за 2019 год.

Указанная сумма является разницей между размером оклада, 5 000 рублей, подлежащим начислению согласно Приказа № от ДД.ММ.ГГГГ. о приеме на работу и трудового договора, и фактически начисленной и выплаченной суммой заработной платы.

Фактически начисленные и выплаченные суммы подтверждаются Расчетом цены иска, расчётными листками, платежными поручениями и реестрами денежных средств с результатами зачислений ПАО «Сбербанк».

ДД.ММ.ГГГГ. ответчица была уволена на основании п. 1 ч. 1 ст.77 ТК РФ (соглашение сторон), что подтверждается Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ. ответчице было направлено уведомление о возврате денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ., которое она получила ДД.ММ.ГГГГ.

Однако до настоящего времени ответчица деньги не возвратила.

Необоснованное начисление заработной платы в размере, превышающем размер, установленный при приеме на работу, свидетельствует о неправомерном и недобросовестном поведении ответчицы. ФИО3, являясь главным бухгалтером ЗАО «Русгрейн», не могла не знать о неправомерности перечисления себе заработной платы в большем размере.

ФИО3 обратилась с иском к ЗАО «Русгрейн» о взыскании в её пользу денежной компенсации за неиспользованный отпуск в размере 6 555, 59 рублей, компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей. 

В обоснование заявленных требований Донецкая указала, что ДД.ММ.ГГГГ. приказом о приеме на работу она принята на должность главного бухгалтера ЗАО «Русгрейн». ДД.ММ.ГГГГ. между истцом и ответчиком заключен трудовой договор №.

В период работы истца у работодателя ее должностной оклад установлен в соответствии с трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ., начисление и выплата заработной платы, включая премию, производилась согласно Положению об оплате труда и премировании сотрудников на основании приказов работодателя, расчетных ведомостей и расчетных листов.

Размер заработной платы истца составлял 5 000 рублей. С указанной суммы производились удержания подоходного налога, взносов в пенсионный фонд и иных обязательных платежей.

ДД.ММ.ГГГГ. приказом № о прекращении (расторжении) трудового договора с работника принято решение уволить истца с ДД.ММ.ГГГГ. на основании п. 1 ст. 77 ТК РФ (соглашение сторон).

Нормы действующего трудового законодательства, а также правоприменительная практика, однозначно обязывают работодателя в день увольнения произвести с работником полный расчет в том числе компенсаций за неиспользованный работником отпуск.

Тем не менее, расчет с ФИО3 произведен не был, что существенным образом нарушает его права, предусмотренные, как Конституцией РФ, так и нормами трудового законодательства.

За период работы с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 не использован отпуск. 

Тем самым у ФИО3 возникло право на получение при увольнении денежной компенсации за неиспользованный отпуск в размере 6 555, 59 рублей. 

Неисполнение ответчиком своих обязанностей повлекло для ФИО3 возникновение нравственных страданий, которые находятся между собой в причинно-следственной связи. Именно после неисполнения своего обязательства ответчиком, отказывающего до настоящего времени исполнить свои обязательства по выплате причитающейся истцу заработной платы, у истца возник психоэмоциональный стресс.

Моральный вред причинен тем, что, рассчитывая на исполнение ответчиком своих обязанностей, ФИО3 возлагала определенные надежды, связывая с этим свои личные планы. Неуважительным отношением ответчика в виде отказа выплаты заработной платы истцу также причинены нравственные страдания, поскольку, лишает его возможности ввиду отсутствия средств, материально содержать свою семью.

Таким образом, истец имеет право на компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

Представитель АО «Полекс» обратился с иском к ФИО3 в котором просил установить неправомерность действий ФИО3, выразившихся в необоснованном начислении заработной платы ФИО3 в размере, превышающем размер, установленный при приеме на работу и о взыскании с ФИО3 в пользу АО «Полекс» суммы излишне выплаченной заработной платы в размере 523 741, 50 рубля.

В обоснование заявленных требований указал, что ФИО3, в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. работала в АО «Полекс» в должности главного бухгалтера, с окладом в размере 45 000 рублей в месяц. В трудовые обязанности ФИО3 входило начисление заработной платы работникам АО «Полекс», а также формирование ведомостей на выдачу заработной платы для направления в банк.

За период работы ответчица необоснованно начислила себе и выплатила заработную плату на свой расчетный счет в размере, превышающем размер установленный Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ. о приеме на работу, - 523 741, 50 рубль, в том числе: 109 648, 51 рублей - за 2017 год, 256 309, 09 рублей - за 2018 год, 157 783, 90 рубля - за 2019 год.

Указанная сумма является разницей между размером оклада, 45 000 рублей, подлежащим начислению согласно Приказа № от ДД.ММ.ГГГГ. о приеме на работу, и фактически начисленной и выплаченной суммой заработной платы.

Фактически начисленные и выплаченные суммы подтверждаются Расчетом цены иска, расчётными листками, платежными поручениями и реестрами денежных средств с результатами зачислений ПАО «Сбербанк».

ДД.ММ.ГГГГ. ответчица была уволена на основании п.1 части 1 ст.77 ТК РФ (соглащениетзторон), что подтверждается Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ. ответчице было направлено Уведомление о возврате денежных средств № от ДД.ММ.ГГГГ., которое она получила ДД.ММ.ГГГГ.

Однако до настоящего времени ответчица деньги не возвратила. Необоснованное начисление заработной платы в размере, превышающем размер, установленный при приеме на работу, свидетельствует о неправомерном и недобросовестном поведении ответчицы. ФИО3, являясь главным бухгалтером АО «Полекс», не могла не знать о неправомерности перечисления себе заработной платы в большем размере.

ФИО3 обратилась с иском к АО «Полекс» о взыскании с АО «Полекс» в пользу ФИО3 денежной компенсации за неиспользованный отпуск в размере 48 139, 51 рублей, компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей. 

В обоснование заявленных требований ФИО3 указала, что ДД.ММ.ГГГГ. приказом о приеме на работу ФИО3 принята на должность главного бухгалтера АО «Полекс».

ДД.ММ.ГГГГ. между истцом и ответчиком заключен трудовой договор №. В период работы истца у работодателя ее должностной оклад установлен в соответствие с трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ., начисление и выплата заработной платы, включая премию, производилась согласно Положению об оплате труда и премировании сотрудников на основании приказов работодателя, расчетных ведомостей и расчетных листов.

Размер заработной платы истца составлял 45 000 рублей. С указанной суммы производились удержания подоходного налога, взносов в пенсионный фонд и иных обязательных платежей.

По условиям трудового договора ежемесячная премия установлена в размере 10 000 рублей. 

ДД.ММ.ГГГГ. приказом № о прекращении (расторжении) трудового договора с работника принято решение уволить истца с ДД.ММ.ГГГГ. на основании п. 1 ст. 77 ТК РФ (соглашение сторон).

Нормы действующего трудового законодательства, а также правоприменительная практика, однозначно обязывают работодателя в день увольнения произвести с работником полный расчет в том числе компенсаций за неиспользованный работником отпуск.

Тем не менее, расчет с ФИО3 произведен не был, что существенным образом нарушает его права, предусмотренные, как Конституцией РФ, так и нормами трудового законодательства.

За период работы с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 не использован отпуск. 

Тем самым у ФИО3 возникло право на получение при увольнении денежной компенсации за неиспользованный отпуск в размере 48 139, 51 рублей. 

Неисполнение ответчиком своих обязанностей повлекло для ФИО3 возникновение нравственных страданий, которые находятся между собой в причинно-следственной связи. Именно после неисполнения своего обязательства ответчиком, отказывающего до настоящего времени исполнить свои обязательства по выплате причитающейся истцу заработной платы, у истца возник психоэмоциональный стресс.

Моральный вред причинен тем, что, рассчитывая на исполнение ответчиком своих обязанностей, ФИО3 возлагала определенные надежды, связывая с этим свои личные планы. Неуважительным отношением ответчика в виде отказа выплаты заработной платы истцу также причинены нравственные страдания, поскольку, лишает его возможности ввиду отсутствия средств, материально содержать свою семью. Таким образом, истец имеет право на компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

Представитель истца/ответчика ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила суд их удовлетворить в полном объеме, встречные требования не признала, просила суд отказать в их удовлетворении. Представила возражения на отзыв ФИО3, в которых указала следующее. 

В соответствии с положениями ст. 56 ГПК РФ и исходя из характера отношений, возникших между истцом и ответчицей, бремя доказывания распределяется таким образом, что истец должен доказать обстоятельства возникновения у ответчицы излишне выплаченных денежных средств, неправомерность выплаты, а ответчица, в свою очередь, должна доказать, что приобрела денежные средства на законном основании.

ФИО3, являясь главным бухгалтером, не могла не знать о неправомерности перечисления себе заработной платы в размере, превышающем должностной оклад при отсутствии на то оснований (Распоряжения о премировании и прочее). Ответчица не доказала наличие обстоятельств, свидетельствующих о правомерности получения сумм, значительно превышающих размер заработной платы.

Указывая в своих возражениях на то, что истцом при расчете задолженности не учтена работа ответчицы в отпуске и во время больничного, ответчица не привела ни одного доказательства своей работы в эти дни. 

Доводы ответчицы о нарушении истцом порядка привлечения сотрудника к материальной ответственности являются необоснованными.

Так, по мнению ответчицы, истец обязательно должен был истребовать у ответчицы письменные объяснения для установления причины возникновения ущерба и провести проверку. В обоснование своей правовой позиции ответчица ссылается на п. 5 Обзора практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника, утвержденного Президиумом ВС РФ от 05.12.2018г., апелляционные определения судебной коллегии Ставропольского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ. по делу №, от ДД.ММ.ГГГГ. по делу №.

Между тем, приведенная практика не имеет отношения к настоящему спору, поскольку в практике указаны случаи привлечения к ответственности материально ответственных лиц.

По настоящему делу ответчица ФИО3 не являлась материально-ответственным лицом, договор о материально ответственности с ней не заключался. Более того, согласно Постановлению Минтруда РФ от 31.12.2002г. N 85 «Об утверждении перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности», должность главного бухгалтера в Перечне отсутствует.

В связи с увольнением ответчицы и ее отказом передать документацию по передаточным актам, истец инициировал проведение проверки правильности начисления и выплаты заработной платы работнику ФИО3

Отказ ответчицы передать документацию в упорядоченном виде подтверждается следующим: ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 написала заявление на увольнение с 15.05.2019г., руководитель поставил визу на заявлении: «уволить с отработкой 2 недели с ДД.ММ.ГГГГ.

Однако, ответчица, имея печать юр.лица, уволила себя 17.05.2019г. (пятница), поставив соответствующую запись в трудовой книжке. При этом, ответчица не передала бухгалтерскую документацию в упорядоченном виде, и не поставила в известность руководителя о своем «увольнении».

В понедельник ДД.ММ.ГГГГ. в связи с предстоящим увольнением главного бухгалтера ФИО3 руководитель издал приказ № о привлечении независимого бухгалтера для проведения проверки правильности начисления и выплаты заработной платы работнику ФИО3 

Так, в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. независимым бухгалтером ФИО5 была проведена проверка правильности начисления и выплаты заработной платы работнику ФИО3 за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., составлен Акт проверки от ДД.ММ.ГГГГ. В ходе проверки бухгалтер пришла к выводу о том, что за проверяемый период работнику ФИО3 было излишне выплачено 156 514 рублей, 81 463, 95 рубля. 

При этом, право ФИО3 на участие в проведении проверки никто не ограничивал, на момент начала проведения проверки она не была уволена и имела возможность участвовать в проверке, давать свои пояснения. 

По окончании проведения проверки в адрес ответчицы было направлено Требование № от ДД.ММ.ГГГГ. о возврате денежных средств. 

ДД.ММ.ГГГГ. ответчица получила требование от ДД.ММ.ГГГГ., однако денежные средства не возвратила, никаких пояснений по поводу образовавшейся задолженности не дала. 

При этом ответчица имела возможность созвониться с руководителем, явиться в офис компании и ознакомиться с расчетом образовавшейся задолженности, дать какие-либо пояснения. 

Считает истребование объяснений у работника, который уже уволен, не является обязательным. 

Учитывая изложенное, доводы ответчицы о нарушении истцом порядка привлечения сотрудника к материальной ответственности являются необоснованными.

Доводы ответчицы о пропуске истцом срока исковой давности для защиты права, являются необоснованными ввиду следующего.

В соответствии со ст. 392 ТК РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

Согласно разъяснениям Верховного суда РФ, изложенным в «Обзоре практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 05.12.2018г.) пункт 1: установленный законом годичный срок для обращения работодателя в суд с иском о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, исчисляется со дня обнаружения работодателем такого ущерба.

Таким образом, законодатель связывает начало течения данного срока не с момента причинения ущерба, а с момента, когда лицу, обратившемуся в суд, стало известно о причинении данного ущерба.

По настоящему спору ущерб был обнаружен работодателем ДД.ММ.ГГГГ. после проведения проверки правильности начисления и выплаты заработной платы работнику ФИО3 за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, следует отметить и то, что нарушение носило длящийся характер, ответчица, ежемесячно начиная с ДД.ММ.ГГГГ. по май 2019 года неправомерно начисляла и выплачивала себе заработную плату в большем размере, указанное нарушение не было единичным случаем. 

Следовательно, срок для обращения в суд не является пропущенным, поскольку иск предъявлен ДД.ММ.ГГГГ. 

В случае, если суд сочтет пропущенным срок (абз. 3 ст. 392 ТК РФ) для обращения истца с настоящим иском, просила суд учесть следующее.

В соответствии с ч. 4 ст. 392 ТК РФ при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных данной статьей, в том числе частью третьей, они могут быть восстановлены судом.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006г. №52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», если работодатель пропустил срок для обращения в суд, судья вправе применить последствия пропуска срока (отказать в иске), если о пропуске срока до вынесения судом решения заявлено ответчиком и истцом не будут представлены доказательства уважительности причин пропуска срока, которые могут служить основанием для его восстановления (часть третья статьи 392 ТК РФ). К уважительным причинам пропуска срока могут быть отнесены исключительные обстоятельства, не зависящие от воли работодателя, препятствовавшие подаче искового заявления.

Обнаружить ранее неправомерное перечисление ответчицей ФИО3 денежных средств на свой счет, руководитель не имел возможности по следующим причинам. 

В 2014 году руководителю юридических лиц, являющихся истцами по первоначальным требованиям - ФИО2 поставили диагноз онкологического заболевания. С указанного времени по настоящее время ФИО2 перенес не одну операцию, проведен не один курс химио-лучевой терапии (подтверждается Выписками ОАО «Медицина», предварительным медицинским отчетом Университетской клиники Гейдельберг). Учитывая специфику заболевания и отсутствие возможности получения квалифицированной медицинской помощи в Ставрополе, ФИО2 находится в 

<

адрес>, где получает медицинскую помощь. 

При приеме на работу главного бухгалтера ФИО3 руководитель озвучил свою невозможность нахождения в офисе компании из-за наличия онкологического заболевания, и дистанционное руководство предприятием. Ответчице были переданы печать и штамп предприятия, учредительная документация. Ответчица всякий раз интересовалась здоровьем руководителя, желая ему скорейшего выздоровления. Так, между главным бухгалтером ФИО3 и руководителем ФИО2 сложились доверительные отношения, руководитель полностью доверял ей (иначе не отдал бы печать предприятия и свою личную ЭЦП). 

Кроме того, следует отметить и то, что руководитель поставил в известность ФИО3 о произошедшем неприятном инциденте с прежними главным бухгалтером и заместителем главного бухгалтера на предприятии в 2015 году: дело в том, что главный бухгалтер и его заместитель воспользовались болезнью руководителя и в период с января 2015 года по декабрь 2015 года необоснованно перечисляли себе денежное вознаграждение, значительно превышающее размер заработной платы. По данному факту бухгалтера сознались и возвратили излишне выплаченные суммы (подтверждается письменными обязательствами ФИО6 и ФИО7). 

В настоящее время является очевидным, тот факт, что ответчица ФИО3 воспользовалась схемой прежних бухгалтеров, и, начиная с февраля 2017 года начала себе необоснованно начислять денежные суммы, создавая искусственный долг предприятия перед ответчицей, при этом необоснованные выплаты начала производить только с апреля 2017 года. 

Представитель истца/ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования ЗАО «Русгрейн», АО «Полекс», АО «Русгрейн-Н» поддержал, просил их удовлетворить, встречные требования не признал, просил в их удовлетворении отказать. 

Пояснил, что является руководителем ЗАО «Русгрейн», АО «Полекс», АО «Русгрейн-Н». В 2014 г. он заболел, длительное время лечился за пределами Ставропольского края. Руководство им в это время осуществлялось с помощью видеосвязи, электронной почты. Когда принимал новых людей, то всегда проводил собеседование, обговаривали объем работы, оклад и другое. Основные документы подписывал лично, либо когда приезжал в 

<

адрес>, либо передавались курьером. Трудовой договор с ФИО3 заключали, но не те, которые она представила в суд. Каким образом заключались трудовые договоры, не помнит. Где в настоящее время находиться заключенные трудовые договора пояснить не может, так как контроль за документами осуществлял главный бухгалтер, которым была ФИО3 Представить трудовые договоры между ФИО3 и ЗАО «Русгрейн», ЗАО «Полекс», АО «Русгрейн-Н» не может. Размер зарплаты ФИО3 в ЗАО «Русгрейн» не помнит, но всего, в совокупности, в трех организациях она получала 60 000 рублей. Приказ или распоряжение о предоставлении ФИО3 права подписи документов нет, однако, в её должностной инструкции было указано, что она может подписывать документы по своей должности. ФИО3 должна была контролировать все документы, потому что он ей доверял. Когда он увидел, что начисленная зарплата ФИО3 больше оговоренной, то очень удивился. Он предложил ей все погасить, но она отказалась. ФИО3 передавала не все документы, отчетные ведомости не передавала. Поток денежных средств контролировал в меру своих возможностей. Когда было что-то не понятно, всегда разговаривал с сотрудниками. С ФИО3 был заключен трудовой договор и приказ о приеме на работу был подписан им (ФИО2). Все главные документы подписывал сам, но по его распоряжению, все срочные документы могли подписать другие сотрудники.

Ответчик/истец ФИО3 в судебном заседании исковые требования ЗАО «Русгрейн», ЗАО «Полекс», АО «Русгрейн-Н» не признала, просила суд отказать в их удовлетворении, свои исковые требования к ЗАО «Русгрейн», ЗАО «Полекс», АО «Русгрейн-Н» просила удовлетворить.

Представитель ФИО3 - ФИО4 в судебном заседании исковые требования ФИО3 к ЗАО «Русгрейн», ЗАО «Полекс», АО «Русгрейн-Н» поддержал, иски ЗАО «Русгрейн», ЗАО «Полекс», АО «Русгрейн-Н» не признал.

Представил возражения, в которых указал следующее.

АО «Русгейн-Н» обратилось в Шпаковский районный суд Ставропольского края с исковым заявлением к ФИО3 (далее – ответчик, работник) о взыскании с работника излишне выплаченной заработной платы в размере 156 514 рублей. 

Исковые требования мотивированы тем, что ответчик, являясь главным бухгалтером по совместительству, осуществляла себе выплаты превышающие размер, установленного в трудовом договоре оклада. Заявленная сумма является разницей между окладом в размере 10 000 рублей и фактически начисленной и выплаченной суммой заработной платой за 2017, 2018, 2019 годы. 

АО «Русгейн» обратилось в Шпаковский районный суд Ставропольского края с исковым заявлением к ФИО3 о взыскании с работника излишне выплаченной заработной платы в размере 81 463, 95 рублей. 

Исковые требования мотивированы тем, что ответчик являясь главным бухгалтером по совместительству, осуществляла себе выплаты превышающие размер, установленного в трудовом договоре оклада. Заявленная сумма является разницей между окладом в размере 5 000 рублей и фактически начисленной и выплаченной суммой заработной платой за 2017, 2018, 2019 годы. 

АО «Полекс» обратилось в Шпаковский районный суд Ставропольского края с исковым заявлением к ФИО3 о взыскании с работника излишне выплаченной заработной платы в размере 523 741, 5 рубля. 

Исковые требования мотивированы тем, что ответчик, являясь главным бухгалтером осуществляла себе выплаты превышающие размер, установленного в трудовом договоре оклада. Заявленная сумма является разницей между окладом в размере 45 000 рублей и фактически начисленной и выплаченной суммой заработной платой за 2017, 2018, 2019 годы.

Изучив доводы искового заявления, считает, что заявленные требования не подлежат удовлетворению в силу следующих причин.

Ответчик в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. работала в должности главного бухгалтера. С ней заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ.

В период работы ответчика у работодателя её должностной оклад установлен в соответствии с трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ., начисление и выплата заработной платы, включая премию, производилась согласно Положению об оплате труда и премировании сотрудников на основании приказов работодателя, расчетных ведомостей и расчетных листов. 

Размер заработной платы ответчика составлял 10 000 рублей. С указанной суммы производились удержания подоходного налога, взносов в пенсионный фонд и иных обязательных платежей.

Ответчиком составлялись расчетно-платежные ведомости, по которым составлялись реестры на зачисление денежных средств сотрудников работодателя. 

В ее обязанности входило, в том числе, проверка правильности составленных ведомостей, однако контроль за порядком начисления и выплаты заработной платы не входил в перечень ее должностных обязанностей. Контроль, за размером подлежащих выплатам денежных средств, относился к полномочиям генерального директора общества. 

Так, согласно п. 1.1 положения об оплате труда работников ЗАО «Русгейн-Н», утвержденного генеральным директором ДД.ММ.ГГГГ., положение регулирует вопросы оплаты труда работников ЗАО «Русгейн-Н», устанавливает порядок и систему оплаты труда для разных категорий работников организации, надбавки и доплаты к заработной плате, выплаты в связи с работой в условиях, отклоняющихся от нормальных. 

Ответчик в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. работала в должности главного бухгалтера. С ней заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ.

В период работы ответчика у работодателя ее должностной оклад установлен в соответствии с трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ., начисление и выплата заработной платы, включая премию, производилась согласно Положению об оплате труда и премировании сотрудников на основании приказов работодателя, расчетных ведомостей и расчетных листов. 

Размер заработной платы ответчика составлял 5 000 рублей. С указанной суммы производились удержания подоходного налога, взносов в пенсионный фонд и иных обязательных платежей.

Ответчиком составлялись расчетно-платежные ведомости, по которым составлялись реестры на зачисление денежных средств сотрудников работодателя. 

В ее обязанности входило, в том числе, проверка правильности составленных ведомостей, однако контроль за порядком начисления и выплаты заработной платы не входил в перечень ее должностных обязанностей. Контроль, за размером подлежащих выплатам денежных средств, относился к полномочиям генерального директора общества. 

Так, согласно п. 1.1 положения об оплате труда работников ЗАО «Русгейн», утвержденного генеральным директором ДД.ММ.ГГГГ., положение регулирует вопросы оплаты труда работников ЗАО «Русгейн», устанавливает порядок и систему оплаты труда для разных категорий работников организации, надбавки и доплаты к заработной плате, выплаты в связи с работой в условиях, отклоняющихся от нормальных. 

Ответчик в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. работала в должности главного бухгалтера. С ней заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ.

В период работы ответчика у работодателя ее должностной оклад установлен в соответствии с трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ., начисление и выплата заработной платы, включая премию, производилась согласно Положению об оплате труда и премировании сотрудников на основании приказов работодателя, расчетных ведомостей и расчетных листов. 

Размер заработной платы ответчика составлял 45 000 рублей. С указанной суммы производились удержания подоходного налога, взносов в пенсионный фонд и иных обязательных платежей.

По условиям трудового договора ежемесячная премия ответчика установлена в размере 10 000 рублей. 

Ответчиком составлялись расчетно-платежные ведомости, по которым составлялись реестры на зачисление денежных средств сотрудников работодателя. 

В её обязанности входило, в том числе, проверка правильности составленных ведомостей, однако контроль за порядком начисления и выплаты заработной платы не входил в перечень ее должностных обязанностей. Контроль, за размером подлежащих выплатам денежных средств, относился к полномочиям генерального директора общества. 

Так, согласно п. 1.1 положения об оплате труда работников АО «Полекс», утвержденного генеральным директором 09.01.2017г., положение регулирует вопросы оплаты труда работников АО «Полекс», устанавливает порядок и систему оплаты труда для разных категорий работников организации, надбавки и доплаты к заработной плате, выплаты в связи с работой в условиях, отклоняющихся от нормальных. 

Контроль за порядком начисления и выплаты заработной платы осуществляет генеральный директор АО «Полекс». Ответственность за правильность начисления заработной платы и других выплат работникам несет главный бухгалтер (п. 1.3 положения). Ответчик составляла ведомости, после чего отправляла их на проверку генеральному директору, который в свою очередь отдавал распоряжение о направлении документов в банк для перечисления заработной платы. Истец занял позицию, в соответствии с которой генеральный директор ни разу с момента приема на работу до момента увольнения ответчика не только не осуществлял контроль за правильностью начисления заработной платы, но и не имел доступа к платежным документам организации, поскольку финансовый мониторинг находился в сфере обладания главного бухгалтера.

Тем не менее, подобное поведение работодателя нельзя признать добросовестным, поскольку истец осуществлял контроль не только за действиями главного бухгалтера, но и общества в целом.

Правоотношения, возникшие между сторонами, регулируются Трудовым кодексом РФ и Гражданским кодексом РФ.

Согласно п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 129 ТК РФ заработной платой (оплатой труда работника) признается вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты). Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. 

Обязанность возвратить неосновательное обогащение может быть возложена только на лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица.

В соответствии с п. 3 ст. 1109 ГК РФ, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Согласно ч. 4 ст. 137 ТК РФ заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением случаев: счетной ошибки; если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 ТК РФ) или простое (часть третья статьи 157 ТК РФ); если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом.

Таким образом, для возложения на работника обязанности по возврату заработной платы работодателю необходимо доказать факт излишней выплаты денежных средств, связанной с неправомерными (недобросовестными) действиями работника.

При этом, в силу ст. 56 ГПК РФ, ст. 137 ТК РФ, бремя доказывания обстоятельств с которыми закон связывает возможность взыскания излишне начисленной и выплаченной заработной платы возложено на работодателя (апелляционное определение СК по гражданским делам Московского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу №).

Как следует из сложившейся ситуации, перечисление работодателем работнику денежных средств, при условии отсутствия между сторонами иных правоотношений, кроме трудовых, а равно и указание в расчете задолженности, составленном работодателем, на категорию данных денежных средств – «заработная плата», непосредственное их списание со счета, отнесенного к выплатам заработной платы, не свидетельствует о том, что данная выплата была произведена в связи с неправомерными действиями работника, поскольку обязанность по выплате заработной платы трудовым законодательством возложена на работодателя, указанное перечисление производилось с отметкой о назначении платежа «заработная плата» и не может быть расценено в ином качестве, отличающимся от заработной платы. 

Перечисление истцом денежных средств с назначением платежа «заработная плата» подтверждается расчетными листами, платежными поручениями банка и выписками из лицевого счета ФИО3 №, открытом в ПАО Сбербанк.

Принимая во внимание тот факт, что именно на работодателя, т.е. на АО «Русгейн-Н», возложена обязанность по надлежащему учету оплаты труда, контролю по содержанию расчетно-платежных документов, предоставлению установленных отчетов, сведений о размере дохода работников, взыскание истцом в настоящей момент с ответчика неосновательного обогащения в виде излишне выплаченной заработной платы является неправомерным, т.к. истцом не приведены основания, по которым данные выплаты были произведены в связи с неправомерными действиями работника.

Таким образом, доказательств того, что ответчик, имея злой умысел, неправомерно начислял себе в большем размере заработную плату и премии, ответчиком не представлено. Истцом также не установлен факт счетной ошибки. 

ФИО2, как генеральный директор, имел возможность проверить составленные ответчиком ведомости и указать на превышение начисленных ответчику денежных средств. Представленные ведомости, подписаны главным бухгалтером и генеральным директором и на их основании сделаны реестры по начислению заработной платы сотрудникам. 

ФИО3 подчинялась генеральному директору, в обязанности которого, в том числе, входит контроль за порядком начисления и выплаты заработной платы. 

В силу ст. 273 ТК РФ руководитель организации - физическое лицо, которое в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами юридического лица (организации) и локальными нормативными актами осуществляет руководство этой организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа.

Устав АО «Русгейн-Н», ЗАО «Русгейн», АО «Полекс» также определяет генерального директора как единоличный исполнительный орган, который распоряжается имуществом и денежными средствами Общества.

Так, согласно п. 14.6 устава именно генеральный директор осуществляет текущее руководство деятельностью общества, имеет право первой подписи под финансовыми, распорядительными и иными документами, несет ответственность за организацию, состояние и достоверностью бухгалтерских документов, своевременное представление ежегодного отчета и другой финансовой отчетности. 

Нормы действующего трудового законодательства предусматривают для руководителя повышенную ответственность именно исходя из особенностей характера его трудовых обязанностей и объема полномочий

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 4 постановления Конституционного Суда РФ от 15 марта 2005 г. № 3-П правовой статус руководителя организации (права, обязанности, ответственность) значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности, местом и ролью в механизме управления организацией: он осуществляет руководство организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа, совершает от имени организации юридически значимые действия (ст. 273 ТК РФ; п. 1 ст. 53 ГК РФ). 

В силу заключенного трудового договора руководитель организации в установленном порядке реализует права и обязанности юридического лица как участника гражданского оборота, в том числе полномочия собственника по владению, пользованию и распоряжению имуществом организации, а также права и обязанности работодателя в трудовых и иных, непосредственно связанных с трудовыми, отношениях с работниками, организует управление производственным процессом и совместным трудом.

Выступая от имени организации, руководитель должен действовать в ее интересах добросовестно и разумно (п. 3 ст. 53 ГК РФ). От качества работы руководителя во многом зависят соответствие результатов деятельности организации целям, ради достижения которых она создавалась, сохранность ее имущества, а зачастую и само существование организации.

Следовательно, именно ФИО2 должен был в первую очередь контролировать, в том числе, правильное начисление заработной платы работникам общества.

Важно, что генеральный директор осуществлял контроль за суммами, причитающимися не только главному бухгалтеру, но и остальным сотрудникам общества. 

ДД.ММ.ГГГГ ответчица была уволена на основании п. 1 ст. 77 ТК РФ (соглашение сторон). 

Увольнение работника по соглашению сторон позволяет сделать вывод об отсутствии претензий по поводу служебных обязанностей работника со стороны работодателя. 

Иными словами, в случае наличия оснований для подозрения в незаконном начисление заработной платы, добровольное увольнение работника противоречит здравому смыслу.

То есть, руководитель общества не предъявлял никаких требований по поводу размера списываемых с его счетов денежных средств дважды в месяц, начиная с октября 2016 года до мая 2019 года и лишь после увольнения работника по соглашению сторон решил приступить к исполнению своих служебных обязанностей. 

Подобное поведение работодателя является очевидным отклонением от принципа добросовестности участников гражданского оборота.

Вместе с тем, в своем Постановлении от 23.06.2015 № 25 «О применение судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» Пленум ВС РФ, разъяснил, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Очевидно, что генеральный директор, как лицо ответственное за финансовую отчетность перед акционерами общества, не мог не знать о конкретных суммах, списываемых со счетов общества на зарплатные счета сотрудников. Электронно-цифровая подпись необходимая для совершения хозяйственных операций принадлежит именно генеральному директору. 

Таким образом, исходя из фактических обстоятельств спора видно, что получение денежного довольствия главным бухгалтером именно в таком виде является согласованным с руководителем общества и не может быть квалифицировано как излишне выплаченная заработная плата. 

Соответственно, отсутствуют основания для взыскания с работника неосновательно обогащения. 

Истцом приложен расчет к исковому заявлению, который не содержит указаний на несоответствие выплаченных сумм. 

Однако, из содержания искового заявления и пояснений представителя истца любые суммы, превышающие 10 000 рублей в месяц, 5 000 рублей и 45 000 рублей - являются излишне выплаченными и незаконно перечисленными. 

Тем не менее, подобный довод противоречит действующему законодательству, хотя бы потому, что трудовым кодексом предусмотрена обязательная индексация заработной платы работника. 

Так, в соответствии со ст. 134 ТК РФ организации, финансируемые из соответствующих бюджетов, производят индексацию заработной платы в порядке, установленном трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, другие работодатели - в порядке, установленном коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Из буквального толкования ст. 134 ТК РФ следует, что индексация заработной платы - это обязанность работодателя. 

В силу предписаний статей 2, 130 и 134 ТК РФ индексация заработной платы должна обеспечиваться всем лицам, работающим по трудовому договору. 

Конституционный суд РФ в своем определении от 19.11.2015 №2618-О указал на то, что правовое регулирование статьи 134 ТК РФ не позволяет работодателю, не относящемуся к бюджетной сфере, лишить работников предусмотренной законом гарантии и уклониться от установления индексации.

В АО «Русгейн-Н» коэффициент индексации в 2017г., 2018 г., 2019 г. составлял 1,054, 1,043, 1,043 соответственно. 

Следовательно, истцом при составлении расчета не учитывались отпускные, работа в отпуске, индексация оклада. 

Расчет не учтенной истцом заработной платы ответчика выглядит следующим образом: индексация 2017 года - 6 480 рублей; индексация 2018 года 11 918, 64 рублей; индексация 2019 года – 8 062, 61 рубля; работа 11 дней в отпуске 2017 года в июле – 9 852, 81 рубля; работа 11 дней в отпуске июне 2018 года – 9 852, 81 рубля; работа в отпуске 25 дней в ноябре 2018 года – 22 392, 75 рубля; отпускные 14+14+28+1=57 – 55 398, 30 рублей; работа во время больничного – 16 500 рублей; расчет разовых начислений – 17976 рублей; компенсация при увольнении – 14 017, 60 рублей; итого – 172 451, 52 рубль.

В АО «Русгейн-Н» коэффициент индексации в 2017 г., 2018 г., 2019 г. составлял 1,054, 1,043, 1,043 соответственно. 

Следовательно, истцом при составлении расчета не учитывались отпускные, работа в отпуске, индексация оклада. 

Расчет не учтенной истцом заработной платы ответчика выглядит следующим образом: индексация 2017 года – 3 240 рублей; индексация 2018 года – 5 959, 32 рублей; индексация 2019 года – 4 031, 28 рубль; работа 11 дней в отпуске 2017 года в июле – 5 025, 68 рублей; работа 11 дней в отпуске июне 2018 года – 5 025, 68 рублей; работа в отпуске 25 дней в ноябре 2018 года – 11 422 рубля; отпускные 14+14+28+1=57 – 26 042, 16 рублей; работа во время больничного – 8 250 рублей; расчет разовых начислений – 8 940 рублей; компенсация при увольнении – 7 003, 97 рубля, итого – 84 940, 09 рублей.

В АО «Полекс» коэффициент индексации в 2017 г., 2018 г., 2019 г. составлял 1,054, 1,043, 1,043 соответственно. 

Следовательно, истцом при составлении расчета не учитывалась ежемесячная премия в размере 10 000 рублей, отпускные, работа в отпуске, индексация оклада, а также премия в размере 92 000 рублей за август 2018 года, наличие существования которой подтвердил сам истец. 

Расчет не учтенной истцом заработной платы ответчика выглядит следующим образом: ежемесячная премия 10000 по договору и приказу № от ДД.ММ.ГГГГ. – 330 000 рублей; индексация 2017 года – 29 160 рублей; индексация 2018 года – 53 633, 88 рубля; индексация 2019 года – 36 281, 73 рубль; работа 11 дней в отпуске 2017 года в июле – 19 952, 71 рубля; работа 11 дней в отпуске июне 2018 года – 17 319, 38 рублей; работа в отпуске 25 дней в ноябре 2018 года – 91 200, 74 рублей; премия за август 2018 года – 92 000 рублей; компенсация при увольнении – 59 874, 53 рубля, итого – 729 422, 97 рубля.

Истцом нарушен порядок привлечения сотрудника к материальной ответственности. 

Закрепляя право работодателя привлекать работника к материальной ответственности Трудовой кодекс РФ предполагает, в свою очередь, предоставление работнику адекватных правовых гарантий защиты от негативных последствий, которые могут наступить для него в случае злоупотребления со стороны работодателя при его привлечении к материальной ответственности.

Привлечение работника к материальной ответственности не только обусловлено восстановлением имущественных прав работодателя, но и предполагает реализацию функции охраны заработной платы работника от чрезмерных и незаконных удержаний.

Главой 39 ТК РФ «Материальная ответственность работника» определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Согласно ч. 1 ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

В силу ч. 1 ст. 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

В соответствии с ч. 2 ст. 247 ТК РФ истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном данным кодексом (часть третья статьи 247 ТК РФ).

Из приведенных правовых норм трудового законодательства следует, что необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

В материалах дела отсутствуют сведения о проверки работодателя. Даже при наличии проверки хозяйственной деятельности общества в отсутствии ответчика, которая не была ознакомлена с ее результатами, не давала своих пояснений.

На обязательность проведения проверки и истребования пояснений от работника указывает практика судов высшей судебной инстанции. 

Необходимость соблюдения процедуры привлечения к материальной ответственности является обязательным элементом для взыскания денежных средств с работника (апелляционное определение СК по гражданским дела Ставропольского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, апелляционное определение СК по гражданским дела Ставропольского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу №).

Истцом пропущен срок исковой давности для защиты права, которое он полагает нарушенным. 

Согласно ст. 392 ТК РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 16.11.2006 г. «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» если работодатель пропустил срок для обращения в суд, судья вправе применить последствия пропуска срока (отказать в иске), если о пропуске срока до вынесения судом решения заявлено ответчиком и истцом не будут представлены доказательства уважительности причин пропуска срока, которые могут служить основанием для его восстановления (часть третья статьи 392 ТК РФ). К уважительным причинам пропуска срока могут быть отнесены исключительные обстоятельства, не зависящие от воли работодателя, препятствовавшие подаче искового заявления.

Ответчик приступила к исполнению трудовых обязательств ДД.ММ.ГГГГ., по требованиями АО «Полекс» - ДД.ММ.ГГГГ.

То есть о получении заработной платы в размере превышающем 10 000 рублей, а именно 17 500 (за ноябрь 2016 г.), работодатель узнал (должен был узнать) после первого перечисления денежных средств с расчетных счетов общества на зарплатный счет работника, то есть не позднее ДД.ММ.ГГГГ.

О получении заработной платы в размере превышающем 5 000 рублей, а именно 8 500 (за ноябрь 2016 г.), работодатель узнал (должен был узнать) после первого перечисления денежных средств с расчетных счетов общества на зарплатный счет работника, то есть не позднее ДД.ММ.ГГГГ.

То есть о получении заработной платы в размере превышающем 45 000 рублей, а именно 67 500 (за ноябрь 2016 г.), работодатель узнал (должен был узнать) после первого перечисления денежных средств с расчетных счетов общества на зарплатный счет работника, то есть не позднее ДД.ММ.ГГГГ.

Следовательно, даже если предположить, что заработная плата была излишне выплачена, то она впервые имела место в декабре 2016 года, о чем работодателю стало известно в этот же день. 

С исковым заявлением истец обратился в суд ДД.ММ.ГГГГ. и ДД.ММ.ГГГГ. о чем свидетельствует дата, проставленная на штампе входящей корреспонденции Шпаковского районного суда Ставропольского края. 

Следовательно, истцом пропущен годичный срок для взыскания причиненного ущерба. Просил суд отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

Свидетель Б.Т.Ю. в судебном заседании 06.11.2019г. показала, в АО «Краснооктябрьское» работала с августа 2016 по сентябрь 2018 г. офис-менеджером, секретарем. АО «Краснооктябрьское» с 2017 г. находится по 

<

адрес>. В её обязанности входило документооборот руководителю ФИО2 по банкам, о движении зерна, переговоры с руководителями отделений. Руководителем АО «Краснооктябрьское» являлся ФИО8, а руководителем 5 других фирм был ФИО2 Документами занималась по 6 фирмам, а именно, АО «Краснооктябрьское», ЗАО «Русгрейн», АО «Русгрейн-Н», АО «Полекс», и рядом других фирм. В штате ЗАО «Русгрейн», АО «Русгрейн-Н», АО «Полекс» Б.Т.Ю. не состояла, но работу выполняла. В отчете по банкам отражалось движение денежных средств. Главные бухгалтера должны были предоставить сведения об остатках денежных средств на счетах. Ей давали показания, она их вносила в отчеты, и каждое утро отправляла ФИО2 Он с ними знакомился, если были вопросы, он звонил по скайпу и уточнял сведения. Когда списывались денежные средства, она опять делала отчет и передавала ему. «Несостыковок» в суммах не было, всё согласовывалось. Все вопросы ФИО2 решал с главными бухгалтерами, несмотря на его состояние здоровья, он всегда выходил на связь каждый день. В АО «Полекс» работало 30 человек, в АО «Русгрейн-Н» - от 11 до 15 человек. Заработная плата индексировалась, в январе 2017 г. была индексация. ФИО2 об этом знал. Приказы, договоры кроме ФИО2 подписывали главные бухгалтера, с его устного разрешения. Электронная подпись находилась у главного бухгалтера. То что ФИО3 перечисляла себе заработную плату больше, чем ей было положено не могло быть, так как ФИО2 четко следил за движением денежных средств. Ему направлялись все документы, и он говорил, перечислять или нет. После ему подавались документы об остатке денежных средств. Кому и сколько перечислялась заработная плата не помнит, но если была хорошая отгрузка зерна, то ФИО2 всегда поощрял сотрудников, никогда не жадничал. У ФИО3 в ЗАО «Русгрейн» была заработная плата в размере 40 000 рублей, в АО «Полекс» - 40 000 рулей, в АО «Русгрейн-Н» - 20 000-25000 рублей. По поводу премий ФИО2 звонил главным бухгалтерам по скайпу. Цифры не озвучивались. ФИО3 была оформлена в ЗАО «Русгрейн», АО «Русгрейн-Н», АО «Полекс». В других фирмах оформлена не была, но отчитывалась. ФИО2 лично видела. Разрешение о подписании документов было устное. Никакого приказа об этом не было. Доверенность имелась, но на подачу документов в контролирующие органы. Вся работа строилась на доверии, он контролировал поток денежных средств, если возникали вопросы, то он их обсуждал с главными бухгалтерами. На бумаге ничего не было оформлено, так как он редко приезжал. Все передавалось электронно. Документы на бумажном носителе не передавались, все хранилось в офисе. Курьерской доставкой могли отправлять уставные документы.

Свидетель К.Н.С. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ. показала, что в настоящее время работает в ООО «МерСервис» главным бухгалтером. Знает ФИО3 и ФИО1 В АО «Полекс», ЗАО «Русгрейн», АО «Русгрейн-Н» работала заместителем главного бухгалтера. С февраля 2016 г. по январь 2017 г. главным бухгалтером была Коршун. В мои обязанности входило начисление заработной платы, составление отчетности. Главный бухгалтер делала тоже самое. После все сведения передавали ФИО2 Делали 2 разных отчета, так как ФИО2 так проверял бухгалтеров. Отчеты направляли через секретаря, каждое утро Таран заходил в банк, снимал остаток денежных средств, составлялась ведомость и отправлялась ФИО2 С ФИО3 всегда был порядок. ФИО2 все досконально проверял. После списания денежных средств, ему подавались сведения об остатке на счете. О том, что ФИО3 перечисляет себе заработную плату больше положенной ФИО2 знать не мог. Также пояснила, что занималась расчетом заработной платы, но потом была переведена в АО «Краснооктябрьское», и с октября этим занималась ФИО3 Премии выплачивались редко, у каждого была разная премия. Ежемесячно премии назначались секретарю, Таран, тем, кто задействован на производстве. За её период работы в фирме ФИО2 приезжал 4 раза. Постоянно он находится в Москве. Делами занимается дистанционно. В его отсутствие документы подписывают главные бухгалтера. Все документы подписывались с согласия ФИО2 По электронной почте ему направлялись документы, он их проверял, и говорил подписывать или нет.

Свидетель Т.Е.В. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ. показала, что в настоящее время работает помощником генерального директора АО «Краснооктябрьское». Руководителем является ФИО8 ФИО3, ФИО2, ФИО1 знает. По личной просьбе ФИО2 осуществляет платежи в интернет банке. Процедура оплаты платежей происходит следующим образом, главный бухгалтер согласовывает платежи, формирует их в программе, выгружает на флеш-карту, передает мне, и я совершаю платеж. Сведения об остатках денежных средств, выгружает и отдает их секретарю, а она направляет их руководителю. Платежи по зарплате осуществлялисьпо реестру. Реестр был на общую сумму заработной платы. Конфликта между ФИО2 и ФИО3 не было. В последнее время слышала, что участились случаи неправильного оформления документов для других организаций. Подписание договоров происходит по приезду ФИО2

Свидетель Ц.Л.С. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ. показала, что с мая 2019 г. работает главным бухгалтером АО «Полекс». До этого с 2017 г. работала в АО «Краснооктябрьское». ФИО3, ФИО2, ФИО1 знает. Все обсуждение рабочих моментов происходило по скайпу. Сводки по движению денежных средств передавались ежедневно. Согласование зарплаты происходит по заявкам. Есть разовая выплата премии в конце года. Других выплат нет. Сотрудников с ежемесячными премиями нет, но может быть заработная плата больше, все зависит от объема работы. Вопрос о премиях согласовывается с ФИО2 по скайпу. При увольнении ФИО3 документацию не передавала, сказала, что все документы находятся в шкафу. Под роспись ничего не передавала. Где лежат приказы знала. В феврале 2019 г. видела заявление ФИО3 об авансе в размере 40 000 рублей. У ФИО3 в АО «Полекс» была зарплата в размере 45 000 рублей. В феврале ФИО9 получила 142 000 рублей. Это зарплата, отпускные, больничный. По отпуску она сделала перерасчет за 2017 г. Также, были случаи искажения денежных средств. После увольнения ФИО3 приходили уведомления из налоговой. С согласия ФИО2 документация подписывается факсимильной подписью. Хранилась факсимильная подпись у ФИО3 Вопросы по зарплате возникали, если ФИО2 видел расхождение между оговоренной и выплаченной зарплатой. Зарплата зависела от объема работы. 

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Согласно ст. 137 ТК РФ заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением случаев: счетной ошибки; если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда или простое; если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом.

Приказом (распоряжением) о приеме работника на работу № от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 принята на работу на должность главного бухгалтера в ЗАО «Русгрейн-Н» с тарифной ставкой (окладом) 10 000 рублей, о чем также свидетельствует трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ. 

Приказом (распоряжением) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № от ДД.ММ.ГГГГ., ФИО3 уволена с должности главного бухгалтера ЗАО «Русгрейн-Н» на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по соглашению сторон, также прекращено действие трудового договора от 27.10.2016г. 

Согласно акту проверки по начислению и выплате заработной платы ФИО3 за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., от ДД.ММ.ГГГГ. проведенной на основании приказа №-ОД от ДД.ММ.ГГГГ. выявлено неправомерное начисление заработной платы работнику ФИО3: за 2017 год – в связи с начислением без подтверждающих документов, излишне было начислено 9 135 рублей, переплата – 22 093 рубля; за 2018 год – в связи с начислением без подтверждающих документов, излишне было начислено 131 500 рублей, переплата – 95 497 рублей; за 2019 год – в связи с начислением без подтверждающих документов, излишне было начислено 47 977, 09 рублей, переплата – 38 924 рубля. Всего за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 было излишне выплачено 156 514 рублей.

Генеральным директором АО «Русгрейн-Н» ФИО2 в адрес ФИО3 направлено требование № от ДД.ММ.ГГГГ., в котором ей предлагалось возвратить необоснованно начисленную и выплаченную денежную сумму в размере 156 514 рублей.

Приказом (распоряжением) о приеме работника на работу № от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 принята на работу на должность главного бухгалтера в ЗАО «Русгрейн» с тарифной ставкой (окладом) 5 000 рублей, о чем также свидетельствует трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ. 

Приказом (распоряжением) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № от ДД.ММ.ГГГГ., ФИО3 уволена с должности главного бухгалтера ЗАО «Русгрейн» на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по соглашению сторон.

Согласно акту проверки по начислению и выплате заработной платы ФИО3 за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., от ДД.ММ.ГГГГ. проведенной на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ. выявлено неправомерное начисление заработной платы работнику ФИО3: за 2017 год – в связи с начислением без подтверждающих документов, излишне было начислено 4 698 рублей, переплата – 4 087, 88 рублей; за 2018 год – в связи с начислением без подтверждающих документов, излишне было начислено 59 311 рублей, переплата – 56 486, 22 рублей; за 2019 год – в связи с начислением без подтверждающих документов, излишне было начислено 22 293, 26 рубля, переплата – 20 889, 85 рублей. Всего за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 было излишне выплачено 81 463, 95 рубля.

Генеральным директором ЗАО «Русгрейн» ФИО2 в адрес ФИО3 направлено требование № от ДД.ММ.ГГГГ., в котором ей предлагалось возвратить необоснованно начисленную и выплаченную денежную сумму в размере 81 463, 95 рублей.

Приказом (распоряжением) о приеме работника на работу № от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 принята на работу на должность главного бухгалтера в АО «Полекс» с тарифной ставкой (окладом) 45 000 рублей.

Приказом (распоряжением) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № от ДД.ММ.ГГГГ., ФИО3 уволена с должности главного бухгалтера АО «Полекс» на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по соглашению сторон.

Согласно акту проверки по начислению и выплате заработной платы ФИО3 за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., от ДД.ММ.ГГГГ. проведенной на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ. выявлено неправомерное начисление заработной платы работнику ФИО3: за 2017 год – в связи с начислением без подтверждающих документов, излишне было начислено 111 374 рубля, переплата – 109 648, 51 рублей; за 2018 год – в связи с начислением без подтверждающих документов, излишне было начислено 297 386 рублей, переплата – 256 309, 09 рублей; за 2019 год – в связи с начислением без подтверждающих документов, излишне было начислено 159 115, 42 рубля, переплата – 157 783, 90 рубля. Всего за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 было излишне выплачено 523 741, 50 рубль.

Генеральным директором АО «Полекс» ФИО2 в адрес ФИО3 направлено требование № от ДД.ММ.ГГГГ., в котором ей предлагалось возвратить необоснованно начисленную и выплаченную денежную сумму в размере 523 741, 50 рубля.

Доводы ФИО3 и её представителя о пропуске срока исковой давности по исковым требованиям, предъявленным к ФИО3 суд находит несостоятельным по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 2 ст. 392 ТК РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

Суд полагает, что истцом не пропущен срок исковой давности, предусмотренный ст. 392 ТК РФ, поскольку акты проверки по начислению и выплате заработной платы ФИО3 за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., от ДД.ММ.ГГГГ., в суд с иском к ФИО3 обратились ЗАО «Русгрейн» - ДД.ММ.ГГГГ., АО «Русгрейн-Н» - ДД.ММ.ГГГГ., ЗАО «Полекс» - ДД.ММ.ГГГГ., то есть в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба, срок для обращения в суд с данными требованиями, установленный ч. 2 ст. 392 ТК РФ.

В судебном заседании, установлено, что имеющиеся в материалах дела трудовые договора между ФИО3 и АО «Русгрейн-Н», ЗАО «Русгрейн», и АО «Полекс» со стороны указанных обществ подписаны ФИО3, но не их руководителем – ФИО2 

Так же в судебном заседании установлено, что в АО «Русгрейн-Н», ЗАО «Русгрейн», и АО «Полекс» приказов о наделении ФИО3 правом подписи вместо руководителя указанных обществ - ФИО2 не издавалось. 

Данные обстоятельства сторонами по делу не оспаривалось.

С учетом изложенного, указанные трудовые договора в качестве надлежащего доказательства суд принять не может.

В судебном заседании представители АО «Русгрейн-Н», ЗАО «Русгрейн», и АО «Полекс» так же пояснили, что трудовые договора между АО «Русгрейн-Н», ЗАО «Русгрейн», АО «Полекс» и ФИО3 заключались, однако, оригиналы данных договоров отсутствуют.

В соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В силу ст. 56 ГПК РФ, ст. 137 ТК РФ, бремя доказывания обстоятельств с которыми закон связывает возможность взыскания излишне начисленной и выплаченной заработной платы возложено на работодателя.

Имеющиеся в материалах дела приказы о принятии ФИО3 на работу сведений о всех условиях выполнения ею трудовых обязанностей, в том числе о порядке оплаты её труда, порядке премирования, порядке производства иных выплат не содержат, в связи с чем достаточным доказательством размера установленных ей выплат не являются. Показания свидетелей, надлежащим доказательством, размера установленного ФИО3 заработной платы, иных выплат не являются.

Учитывая, что трудовые договора, реально заключенные с ФИО3 суду не представлены, сделать обоснованный вывод о действительно установленном ей размере заработной платы, премий, иных выплат на основании исследованных доказательств не представляется возможным.

В силу ч. 1 ст. 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

В соответствии с ч. 2 ст. 247 ТК РФ истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Согласно правовой позиции изложенной в п. 5 Обзора практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника, утвержденного Президиумом ВС РФ от 05.12.2018 г. до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку, истребовать от работника (бывшего работника) письменное объяснение для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения.

В судебном заседании установлено, что от ФИО3 письменные объяснения для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения истребованы не были. 

Указанное свидетельствует о нарушении установленного порядка привлечения сотрудника к материальной ответственности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении искового заявления.

С учетом изложенного, проверив и оценив все представленные суду доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований АО «Русгрейн-Н», ЗАО «Русгрейн», и АО «Полекс» об «установлении неправомерности действий ФИО3» и о взыскании с неё излишне выплаченной заработной платы.

Встречные требования ФИО3 к АО «Русгрейн-Н», ЗАО «Русгрейн», АО «Полекс» о взыскании денежной компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Согласно ст. 127 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В силу ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В силу ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Проверив доказательства по делу, суд приходит к выводу, что ФИО3 в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии у АО «Русгрейн-Н», ЗАО «Русгрейн», АО «Полекс» задолженности по компенсации за неиспользованный отпуск.

Как установлено в судебном заседании, представленные ФИО3 суду трудовые договора с АО «Русгрейн-Н», ЗАО «Русгрейн», АО «Полекс» руководителем указанных обществ не подписывались и не заключались, следовательно, основания для расчета и начисления денежной компенсации за неиспользованный отпуск в соответствии с указанными договорами отсутствуют.

При таких обстоятельствах, оценивая доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что иск ФИО3 к АО «Русгрейн-Н», ЗАО «Русгрейн», АО «Полекс» о взыскании денежной компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации морального вреда удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска акционерного общества «Русгрейн-Н», закрытого акционерного общества «Русгрейн», акционерного общества «Полекс» к ФИО3 о взыскании излишне выплаченной заработной платы – отказать.

В удовлетворении встречного иска ФИО3 к акционерному обществу «Русгрейн-Н», закрытому акционерному обществу «Русгрейн», акционерному обществу «Полекс» о взыскании денежной компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд через Шпаковский районный суд Ставропольского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.Е. Толстиков