Дело № 2-2139/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 октября 2018 года город Кызыл

Кызылский городской суд Республики Тыва в составе председательствующего судьи Сватиковой Л.Т., при секретаре Шыырап А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ЭОС», Банку ВТБ 24 (публичное акционерное общество) о признании недействительным договора уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ № в части уступки прав требования к ФИО1, 

с участием представителя истца ФИО2, 

у с т а н о в и л:

истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам о признании недействительным договора уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ № в части уступки прав требования к ФИО1. 

В обоснование иска указано, что в 2011 году между ФИО1(заемщик) и ВТБ 24 (ЗАО) (Банк) были заключены кредитные договоры, в соответствии с которыми Банк предоставил заемщику потребительские кредиты на срок 5 лет.

20.11.2016 между Банком ВТБ 24 (ПАО) и ООО «ЭОС» заключен договор уступки прав требования исполнения должником ФИО1 обязательств по кредитным договорам № и №.

Истец считает данный договор цессии в отношении него незаконным. Так, в выписке не отражена дата заключения кредитных договоров, что не позволяет их идентифицировать, также не указан адрес должника, то есть не определен предмет договора. 

Договор цессии заключен при множественности лиц на стороне должников. Поэтому он может находиться в одном из неоконченных исполнительных производств, возбужденных в отношении других должников. Сведений об объединении исполнительных производств в одно не имеется. Существует вероятность того, что остальные должники связаны с истцом солидарными либо субсидиарными обязательствами. Однако истец не является с другими должниками стороной одного кредитного договора. Если же должники нескольких исполнительных производств не связаны между собой, то считает, что переуступка прав требования должна быть осуществлена отдельными договорами. 

Кроме того, полагает, что договор цессии нарушает требования норм Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», так как передача персональных данных произведена без согласия истца. 

Согласно распечатке с сайта ФССП о наличии исполнительного производства № от ДД.ММ.ГГГГ по исполнительному листу, выданному Советским районным судом г. Красноярска, конкретной суммы задолженности не указано. 

В договоре цессии также не видны суммы задолженности, отсутствует цена права требования, что может свидетельствовать о безвозмездности договора цессии. 

Просит признать недействительным договор уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ № в части уступки прав требования к ФИО1.

Истец просил рассмотреть дело без его участия.

В судебном заседании представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности, иск полностью поддержал по изложенным основаниям. 

Представители ответчиков в суд не явились, о месте и времени извещены. 

В письменном отзыве на иск представитель ответчика ООО «ЭОС» просил рассмотреть дело в его отсутствие, указав, что уступка требования произведена в соответствии с нормами законодательства; просит в удовлетворении иска отказать. 

Выслушав представителя истца, изучив материалы дела, суд приходит к следующему. 

В силу ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п.1); Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п.2).

Из материалов дела установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ВТБ 24 (ЗАО) (Банк) и ФИО1(заемщик) были заключены кредитные договоры: 

№, согласно которому Банк предоставил заемщику 

<

данные изъяты> рублей на погашение ранее предоставленного Банком кредита по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ;

№, согласно которому Банк предоставил заемщику 

<

данные изъяты> рублей на погашение ранее предоставленного Банком кредита по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ. 

В материалы дела представлено решение Советского районного суда г. Красноярска от ДД.ММ.ГГГГ, которым был удовлетворен иск Банка ВТБ 24 (ЗАО) к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитным договорам: постановлено взыскать с ФИО1 в пользу Банка ВТБ 24 (ЗАО) задолженность по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в размере: 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек, задолженность по плановым процентам 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек, задолженность по пени 

<

данные изъяты> рубля 

<

данные изъяты> копейки, задолженность по пени по основному долгу 

<

данные изъяты> рубля 

<

данные изъяты> копейки; задолженность по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ – 

<

данные изъяты> рубль 

<

данные изъяты> копейки, задолженность по плановым процентам 

<

данные изъяты> рубля 

<

данные изъяты> копеек, задолженность по пени 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек, задолженность по пени по основному долгу 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копейку, расходы по оплате госпошлины 

<

данные изъяты> рублей, всего взыскать 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копейки. 

В соответствии со ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона (п.1); Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. Предусмотренный договором запрет перехода прав кредитора к другому лицу не препятствует продаже таких прав в порядке, установленном законодательством об исполнительном производстве и законодательством о несостоятельности (банкротстве) (п.2).

В соответствии со ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты (п.1).

Согласно п.1 ст. 385 Гражданского кодекса Российской Федерации уведомление должника о переходе права имеет для него силу независимо от того, первоначальным или новым кредитором оно направлено.

ДД.ММ.ГГГГ между Банком ВТБ 24 (публичное акционерное общество) (цедент) и ООО «ЭОС» (цессионарий) был заключен договор уступки прав требования №, в соответствии с которым цедент передает цессионарию, а цессионарий принимает и оплачивает права требования по кредитным договорам согласно перечню, являющемуся Приложением № к договору, в объеме и на условиях, установленных договором. 

Согласно выписке из Приложения № цедент передал также права требования к ФИО1: по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ № на сумму 

<

данные изъяты> рубля; по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ № на сумму 

<

данные изъяты> рубля. 

При этом, вопреки доводам иска, в Приложении к договору уступки имеются все сведения в отношении кредитных договоров должника Гукасяна, а также адрес его регистрации и проживания.

Согласно приложенному расчету на ДД.ММ.ГГГГ задолженность Гукасяна составляет: по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ № - 

<

данные изъяты>,88 рубля, в том числе: 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек - задолженность по основному долгу, 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек – пени, 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек – проценты, 

<

данные изъяты> рублей – госпошлина; задолженность по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ № рубля 

<

данные изъяты> копейки, в том числе: 

<

данные изъяты> рубль 

<

данные изъяты> копейки - задолженность по основному долгу, 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копейка – пени, 

<

данные изъяты> рубля 

<

данные изъяты> копеек – проценты.

Таким образом, к моменту заключения указанного договора уступки права требования задолженность истца по кредитным договорам была установлена и взыскана судебным решением, и к новому кредитору на основании договора цессии перешли права требования, в том числе право на проценты.

Согласно части 2 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства. Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (пункт 2 статьи 382 ГК РФ).

В рассматриваемом случае при заключении кредитных договоров сторонами не было согласовано условие о том, что личность кредитора имеет существенное значение для должника. Исходя из положений параграфа 2 главы 42 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства, вытекающие из кредитного договора, не относятся к числу обязательств, в которых личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Таким образом, каких-либо нарушений требований положений ст.388 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора уступки не установлено. 

Согласно разъяснениям п.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", в силу пункта 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное. Отсутствие в таком договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424 ГК РФ. Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (статья 572 ГК РФ).

Поскольку доказательств того, что цедент имел намерение одарить цессионария, в материалы дела не представлено, а в силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, напротив, п.4.2 договора предусмотрена цена прав требования, и стороны договора цессии условия и согласованную цену не оспаривают, при этом условие оплаты прав обязанностей истца вообще не затрагивает, то довод истца о безвозмездности договора уступки не состоятелен.

Также нельзя признать обоснованными аргументы истца о нарушении ответчиками его прав в связи с передачей персональных данных.

Так, в соответствии с пунктами 1, 2, 5 и 7 части 1 статьи 6 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ "О персональных данных" обработка персональных данных должна осуществляться с соблюдением, в частности, правил, предусмотренных данным Федеральным законом, и допускается в случаях, если она осуществляется с согласия субъекта персональных данных, необходима для достижения целей, предусмотренных международным договором Российской Федерации или законом, для осуществления и выполнения возложенных законодательством Российской Федерации на оператора функций, полномочий и обязанностей; для исполнения договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных, а также для заключения договора по инициативе субъекта персональных данных или договора, по которому субъект персональных данных будет являться выгодоприобретателем или поручителем; а также обработка персональных данных необходима для осуществления прав и законных интересов оператора или третьих лиц, в том числе в случаях, предусмотренных Федеральным законом "О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях", либо для достижения общественно значимых целей при условии, что при этом не нарушаются права и свободы субъекта персональных данных.

В соответствии с ч. 3 ст. 6 ФЗ N 230-ФЗ "О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях" если иное не предусмотрено федеральным законом, кредитор или лицо, действующее от его имени и (или) в его интересах, при совершении действий, направленных на возврат просроченной задолженности, не вправе без согласия должника передавать (сообщать) третьим лицам или делать доступными для них сведения о должнике, просроченной задолженности и ее взыскании и любые другие персональные данные должника.

Согласно ч. 5 ст. 6 ФЗ N 230-ФЗ вне зависимости от наличия согласия должника кредитор вправе передавать сведения, указанные в части 3 настоящей статьи, при заключении договора и в ходе переговоров о заключении договора, предусматривающего уступку права требования.., только в случае, если сведения передаются Центральному банку РФ (Банку России), государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов", акционерному обществу "Единый институт развития в жилищной сфере" и его организациям, предусмотренным статьей 3 ФЗ от 13 июля 2015 года N 225-ФЗ "О содействии развитию и повышению эффективности управления в жилищной сфере и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", управляющим компаниям инвестиционных фондов, паевых инвестиционных фондов и негосударственных пенсионных фондов, кредитным организациям, специализированным обществам, ипотечным агентам и лицам, осуществляющим деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, включенным в государственный реестр.

В отзыве на иск указано, что согласно приказу Федеральной службы по надзору в сфере массовых коммуникаций, связи и охраны культурного наследия от ДД.ММ.ГГГГ № ООО «ЭОС» включено в реестр операторов, осуществляющих обработку персональных данных под регистрационным номером №. 

Кроме того, право осуществления кредитором уступки прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) третьим лицам, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении, предусмотрено ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 21.12.2013 года N 353-ФЗ "О потребительском кредите".

Частью 2 ст. 12 Федерального закона от 21.12.2013 года N 353-ФЗ "О потребительском кредите" предусмотрено, что при уступке прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) кредитор вправе передавать персональные данные заемщика и лиц, предоставивших обеспечение по договору потребительского кредита (займа), в соответствии с законодательством Российской Федерации о персональных данных.

Согласно кредитным договорам от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ №, заключенным между ВТБ 24 (ЗАО) (Банк) и ФИО1(заемщик), Банк вправе осуществлять передачу персональных данных заемщика, полученных в целях заключения договора, в том числе сведения о фамилии, имени, отчестве, адресе и номерах телефонов, сведений об имущественном положении, доходах, задолженности заемщика, сведений о выпущенных картах на имя заемщика и открытых на его имя счетах для совершения операций с ними, а также сведений о договоре и его исполнении- по своему усмотрению, в частности, юридическим лицам, предоставляющим Банку услуги по урегулированию просроченной задолженности и иным лицам по заявке Банка на основании заключенных с ними договоров. Право выбора указанных компаний (лиц) предоставляется Банку, и дополнительного согласования с заемщиком не требуется. 

При указанных обстоятельствах, поскольку право банка передавать персональные данные вне зависимости от наличия согласия должника предусмотрено законом, а в настоящем случае сами стороны также предусмотрели право Банка на передачу персональных данных заемщика по кредитным договорам, то оснований для признания недействительным договора уступки права требования по доводу истца о передаче его персональных данных не имеется.

Ссылаясь на положения ст. 389 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец также указал, что договор уступки прав требований по каждому кредитному договору должен быть составлен в виде отдельного документа, а составление одного договора переуступки прав требований при множественности лиц на стороне должников, не являющихся солидарными должниками и не связанных между собой обязательством по одному для всех кредитному договору, является не допустимым.

Между тем, данное утверждение истца не основано на законе, так как то обстоятельство, что по договору об уступке прав требований были переданы права требований к различным должникам, по различным кредитным договорам - не свидетельствует о недействительности договора, и требования ст. 389 Гражданского кодекса Российской Федерации относительно формы уступки требования не нарушает.

При этом право банка на уступку права требования третьим лицам, в том числе, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности признается законным, поскольку законодательство не исключает и не исключало на дату заключения кредитных договоров возможность передачи права требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, и уступка требований по кредитному договору не относится к числу банковских операций, указанных в ст. 5 ФЗ "О банках и банковской деятельности".

Таким образом, поскольку судом не установлено каких-либо нарушений закона при заключении оспариваемого договора уступки, то при указанных выше обстоятельствах, иск не обоснован и не подлежит удовлетворению. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194,198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

р е ш и л :

В удовлетворении иска ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ЭОС», Банку ВТБ 24 (публичное акционерное общество) о признании недействительным договора уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ № в части уступки прав требования к ФИО1 отказать. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Тыва через Кызылский городской суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 16 октября 2018 года. 

Судья Л.Т. Сватикова