Дело № 2-3408/2019

Мотивированное 

решение

 изготовлено 02.08.2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26.07.2019

г. Екатеринбург

Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Гисматулиной Д.Ш., при секретаре Притчиной Е.С., с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика НАО «Первое коллекторское бюро» - ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к публичному акционерному обществу «Акционерный коммерческий банк содействия коммерции и бизнесу», обществу с ограниченной ответственностью «ЭОС», непубличному акционерному обществу «Первое коллекторское бюро» о защите прав потребителя,

установил:

ФИО3 обратился в суд с иском к ПАО «Акционерный коммерческий банк содействия коммерции и бизнесу» (далее – ПАО «СКБ-Банк»), ООО «ЭОС», НАО «Первое коллекторское бюро» о защите прав потребителя.

В обоснование иска указано, что 16.02.2010 между ОАО «СКБ-Банк» и ФИО4 был заключен кредитный договор 

<

***>, по условиям которого банк предоставил кредит заемщику в размере 160 000 руб. под 20,75 % годовых на срок по 16.01.2015. В мае 2019 года истцу по контактному телефону 

<

***> стали поступать постоянные звонки от лиц, представлявшихся коллекторами компании НАО «Первое коллекторское бюро». 22.05.2019 представитель НАО «Первое коллекторское бюро» вручил истцу предложение об отмене задолженности исх.№ б/н от 22.05.2019. Из текста предложения следует, что коллекторское бюро уведомляет истца о произошедшей уступке права требования по кредитному договору 

<

***> от 16.02.2010 на основании договора уступки прав требований № УТ-3006 от 25.06.2014, заключенного между НАО «Первое коллекторское бюро» и ООО «ЭОС» и предлагает простить часть задолженности. Истец ранее не уведомлялся о заключении договоров уступки прав требований между ПАО «СКБ-Банк» и ООО «ЭОС», между ООО «ЭОС» и НАО «Первое коллекторское бюро», в связи с чем, обратился в банк для получения информации.

24.05.2019 ПАО «СКБ-Банк» выдал справку 181.08-264 от 24.05.2019, согласно которой на основании договора уступки требования (цессии) №№ 15.6/07 от 13.12.2012 права требования перешли к ООО «ЭОС». Информации о передаче прав требований НАО «Первое коллекторское бюро» в справке банка не содержится. Тексты договоров уступки прав требований истцу не предоставлялись. Представитель НАО «Первое коллекторское бюро» передал лишь первую и последнюю страницы договора уступки прав № УТ-3006 от 25.06.2014, заключенного с ООО «ЭОС».

Ответчики ранее в суд с требованиями о взыскании задолженности по кредитному договору, расторжении кредитного договора не обращались. Решение суда о взыскании задолженности, расторжении кредитного договора в отношении истца не выносилось. Кредитный договор 

<

***> от 16.02.2010 не содержит прав кредитора передать права требования по договору третьему лицу без согласия должника. Незаконная передача прав без согласия должника нарушает положения законодательства о персональных данных, о банках и банковской деятельности, о лицензировании, о недействительности сделок, о защите прав потребителей.

Кроме того, срок предоставления кредита - по 16.01.2015. Срок исковой давности по кредиту истёк 16.01.2018. Поступившее предложение об отмене задолженности не может быть принято истцом, поскольку передано ненадлежащим кредитором, действующим на основании недействительного договора уступки прав требований № УТ-3006 от 25.06.2014, а также за пределами срока исковой давности.

28.05.2019 истцом вручен отказ от взаимодействия с НАО «Первое коллекторское бюро». Уступка требования была произведена именно в отношении кредитных обязательств, а не обязательств по исполнению судебного постановления.

В связи с изложенным ФИО3 просил признать недействительным договор уступки требования (цессии) № 15.6/07 от 13.11.2012, заключенный между ПАО «СКБ-Банк» и ООО «ЭОС», в части передачи прав (требований) в отношении ФИО3 по кредитному договору 

<

***> от 16.02.2010, заключенному между ФИО3 и ПАО «СКБ-Банк», признать недействительным договор уступки прав требований № УТ-3006 от 25.06.2014, заключенный между ООО «ЭОС» и НАО «Первое коллекторское бюро», в части передачи прав (требований) в отношении ФИО3 по кредитному договору 

<

***> от 16.02.2010, заключенному между ФИО3 и ПАО «СКБ-Банк», взыскать с ответчиков расходы по оплате услуг представителя в размере 40 000 рублей, расходы по выдаче нотариальной доверенности в размере 2 000 руб.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 доводы и требования, изложенные в иске, поддержал. Дополнительно пояснил, что срок исковой давности истцом не пропущен, поскольку об уступке прав он узнал только в мае 2019 года из уведомления банка и коллекторского бюро.

Представитель ответчика НАО «Первое коллекторское бюро» ФИО2 возражала против удовлетворения иска, пояснив, что истцом пропущен срок исковой давности для оспаривания договоров. Доказательств того, что истец не знал про уступку прав требований, не представлено. По условиям договора истец должен был предоставить сведения об изменении адреса, телефонного номера. Возможно, телефонный номер истца был не доступен для входящих звонков, СМС- извещений. ФИО3 сам перестал оплачивать кредит, в банк не обращался. Кроме того, сумма расходов на представителя завышена.

Истец ФИО3, представители ответчиков ПАО «Акционерный коммерческий банк содействия коммерции и бизнесу», ООО «ЭОС» надлежащим образом извещались о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

В отзыве ПАО «Акционерный коммерческий банк содействия коммерции и бизнесу» указано, что истцом пропущен срок исковой давности, оснований для удовлетворения иска не имеется. Кредитный договор не содержит условий о запрете на передачу прав третьим лицам либо получение согласие у должника на уступку требований третьим лицам. Положения п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда от 28.06.2012 № 17 не подлежат применению, так как на момент заключения договора не были разработаны. Истцом не указаны основания для признания сделки недействительной. Уступка прав не противоречит действующему законодательству. Расходы на представителя завышены. Оснований для возмещения расходов за нотариальное удостоверение не имеется, так как истцом выдана общая доверенность. Иск заявлен, по мнению банка, у целях уклонения от уплаты долга, имеются признаки злоупотребления потребительскими правами.

Заслушав объяснения представителя истца ФИО1, представителя ответчика НАО «Первое коллекторское бюро» - ФИО2, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуется предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 16.02.2010 между ОАО «СКБ-Банк» и ФИО4 был заключен кредитный договор 

<

***> на сумму 160 000 руб. под 20,75 % годовых на срок по 16.01.2015

В силу п. п. 1, 2 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с п. 1 ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно п. п. 1, 2 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Судом установлено, что 13.11.2012 между ПАО «СКБ-Банк» и ООО «ЭОС» был подписан договору уступки прав № 15.6/07, в соответствии с которым банком переданы обществу права (требования) в отношении ФИО3 по кредитному договору 

<

***> от 16.02.2010. На момент передачи прав задолженность по основному долгу составила 139519, 62 руб., задолженность по процентам – 80754, 70 руб., задолженность по комиссиям – 15000 руб., пени – 6176, 94 руб., итого – 241451, 26 руб., что следует из выписки из перечная должников.

Кроме того, 25.06.2014 между ООО «ЭОС» и НАО «Первое коллекторское бюро» был заключен договор уступки прав требований № УТ-3006, согласно которому права (требования) в отношении ФИО3 по кредитному договору 

<

***> от 16.02.2010 переданы НАО «Первое коллекторское бюро».

Согласно ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции на момент возникновения спорных правоотношений) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В пункте 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что, разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Следовательно, действующее законодательство не исключает возможность передачи права требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, однако такая уступка допускается, если соответствующее условие предусмотрено договором между кредитной организацией и потребителем и было согласовано сторонами при его заключении.

Условия кредитного договора не содержат права кредитора на передачу требований к должнику третьим лицам.

Однако в отношениях потребителя с банком личность кредитора имеет существенное значение для должника (п. 2 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации), а кредитные организации в силу прямого указания законодательства обязаны хранить банковскую тайну своих клиентов (п. 1 ст. 857 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 26 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности").

Принимая во внимание, что кредитный договор 

<

***> от 16.02.2010 не содержит условия о передаче прав третьему лицу, не имеющему лицензии на право осуществления банковской деятельности, у ООО «ЭОС», НАО «Первое коллекторское бюро» отсутствуют указанные лицензии, следовательно, требование истца о признании недействительными договора уступки прав требований № 15.6/07 от 13.11.2012, заключенного между ПАО «СКБ-Банк» и ООО «ЭОС», в части передачи прав (требований) по кредитному договору 

<

***> от 16.02.2010 в отношении истца, и последующего договора № УТ-3006 от 25.06.2014, заключенного между ООО «ЭОС» и НАО «Первое коллекторское бюро», в части передачи прав (требований) в отношении заемщика ФИО3 являются обоснованными, подлежат удовлетворению.

Довод стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности не может быть признан состоятельным. В деле не имеется доказательств уведомления истца об уступке прав. То обстоятельство, что об уступке прав истцу стало известно только в мае 2019 года, подтверждается уведомлением ПАО «СКБ-Банк» от 24.05.2019 исх. № 181.08-264.

Довод стороны ответчика о том, что на возникшие кредитные правоотношения положения п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда от 28.06.2012 № 17 не подлежат применению, так как на момент заключения договора не были разработаны, основанием для отказа в иске не является. Как было отмечено ранее, в отношениях потребителя с банком личность кредитора имеет существенное значение для должника, а кредитные организации в силу прямого указания законодательства обязаны хранить банковскую тайну своих клиентов.

В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

На основании п. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.п. 11 – 13 в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Расходы истца на представителя в размере 40000 руб. подтверждаются договором на оказание юридических услуг от 24.05.2019 № 36, распиской представителя в получении денежных средств.

Определяя размер подлежащих взысканию расходов на представителя, суд учитывает характер спора, составление представителем иска, участие представителя истца в одном судебном заседании, возражения стороны ответчика о чрезмерности заявленного требования и полагает возможным удовлетворить требование истца о взыскании расходов на представителя в сумме 23 000 руб., которые подлежат взыскания с ответчиков в равнодолевом порядке, то есть с ПАО «СКБ-Банк», ООО «ЭОС» по 7666, 67 руб., с НАО «Первое коллекторское бюро» - 7666, 66 руб.

В п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

В связи тем, что представленная доверенность не ограничивает полномочия представителя конкретным делом или судебным заседанием по делу, поэтому оснований для компенсации расходов за нотариальное удостоверение доверенности не имеется.

В силу ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации (по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, государственная пошлина уплачивается в следующих размерах: при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера: для физических лиц - 300 рублей) с каждого ответчика следует взыскать государственную пошлину в доход местного бюджета в размере по 300 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд,

решил:

Исковое заявление ФИО3 к публичному акционерному обществу «Акционерный коммерческий банк содействия коммерции и бизнесу», обществу с ограниченной ответственностью «ЭОС», непубличному акционерному обществу «Первое коллекторское бюро» о защите прав потребителя удовлетворить.

Признать договор уступки прав требований № 15.6/07 от 13.11.2012, заключенный между публичным акционерным обществом «Акционерный коммерческий банк содействия коммерции и бизнесу» и обществом с ограниченной ответственностью «ЭОС» недействительным, в части передачи прав (требований) в отношении ФИО3 по кредитному договору 

<

***> от 16.02.2010

Признать договор уступки прав требований № УТ-3006 от 25.06.2014, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «ЭОС» и непубличным акционерным обществом «Первое коллекторское бюро», в части передачи прав (требований) в отношении ФИО3 по кредитному договору 

<

***> от 16.02.2010.

Взыскать с публичного акционерного общества «Акционерный коммерческий банк содействия коммерции и бизнесу», общества с ограниченной ответственностью «ЭОС», непубличного акционерного общества «Первое коллекторское бюро» в пользу ФИО3 расходы на представителя в размере 23000 руб. в равнодолевом порядке.

Взыскать с публичного акционерного общества «Акционерный коммерческий банк содействия коммерции и бизнесу», общества с ограниченной ответственностью «ЭОС», непубличного акционерного общества «Первое коллекторское бюро» в доход местного бюджета государственную пошлину по 300 руб. с каждого.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области

Судья Д.Ш. Гисматулина