Дело № 2-382/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 мая 2017 года г. Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

Председательствующего судьи Майданкиной Т.Н., 

При секретаре судебного заседания Барковской А.Г., 

С участием истца – ФИО1, представителя ответчика ФИО2 – ФИО3, представителя третьего лица ОСП № 2 – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5, ФИО2 о признании сделки недействительной,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском, в обоснование указал, что в соответствии с договором уступки права требования от 25.03.2016 года, заключенному между ФИО5, в лице ее представителя ФИО6 (цедент), действующего на основании доверенности и ФИО2 (цессионарий), право требования долга в сумме 1 799 434 рублей 73 копеек, вытекающего из судебного решения от 25.01.2016 года по делу № ***, ФИО5 уступила ФИО2 Считает, что такая уступка права требования противоречит закону, а именно п. 2 ст. 388 ГК РФ, на основании следующего: уступка права требования совершена без согласия должника, должник не только не уведомлен надлежащим образом о судебном заседании по разрешению вопроса уступки прав требований, но и целенаправленно не поставлен в известность о состоявшейся уступке, ни первоначальным, ни новым кредитором в течение более 7 месяцев, с 25.03.2016 года по 06.10.2016 года. О состоявшейся уступке ему стало известно только 06.10.2016 года. Так же, согласно п. 6 договора уступки, цессионарий в течении 5 дней со дня подписания настоящего договора обязан уведомить должника о состоявшейся уступке права (требования) цессионарию. Кроме того, договор цессии от 26.03.2016 года заключен между физическими лицами ФИО7 и ФИО2, однако договор цессии между физическими лицами заключается только в том случае, если оба физические лица не являются представителями каких-либо организаций, компаний. Однако цессионарий ФИО2 скрыл, что является директором и единственным учредителем ООО «Простые решения», он, как должник, является директором и единственным учредителем ООО «ЦифрОград», входящих ы группу «GST», как организации-участники финансово-промышленной группы «GST». Одним из юридически значимых доказательств связанности (аффилированности) отношений цессионария ФИО2 и должника ФИО1, существенно ухудшают положение должника при исполнении обязательств, по договору уступки прав, являются наличие солидарных обязательств по просроченному кредиту за банкрота ФИО8, так же входящей в группу «GST», по кредитному договору с ПАО «Сбербанк России» № *** от 12.08.2014 года на сумму 8 000 000 рублей. Так как, отношения нового кредитора и должника имеют особенности, обусловленные принадлежностью их компаний ООО «ЦифрОград» и ООО «Простые решения» к группе компаний «GST», работавших в интересах друг друга, имевших общий офис и общего неформального лидера ФИО9, распоряжения которого были обязательными к исполнении всеми участниками группы. Так как, личность ФИО2, как кредитора по договору уступки прав (требований) значительно ухудшает положение должника по исполнению обязательств по договору, поэтому имеет для должника существенное значение. Более того, договор цессии был подписан представителем ФИО5 – ФИО6, действующим на основании доверенности, которая является судебной и не дает представителю права для подписания договоров экономического характера. Соответственно, договор, подписанный неуполномоченным лицом, является дополнительным основанием для признания данного договора ничтожным.

На основании вышеизложенного, просит признать договор уступки прав требования от 25.03.2016 года, заключенный между Кремневой оговор уступки прав требования от 25.03.2016 года, заключенный между ФИО5 и ФИО2, на сумму 1 799 434 рубля 73 копейки – недействительным (ничтожным).

Истец ФИО1 в судебном заседании на исковых требованиях настаивал, просил требования удовлетворить в полном объеме, пояснил об обстоятельствах изложенных в исковом заявлении. 

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения требований, поддержала доводы, изложенные в возражениях на исковое заявление, из которых следует, что ФИО1 указывает, что уступка прав требования была произведена без его согласия, в тоже время, законодательно не определено, что получение такого согласия необходимо для заключения договора уступки прав требования. Личность кредитора в данном случае не имеет существенного значения. 

Представитель третьего лица ОСП № 2 - ФИО4 в судебном заседании не возражала относительно заявленных требований.

В судебное заседание не явились ответчик ФИО5, третье лицо ФИО6, представитель третьего лица УФССП России по Амурской области о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания не заявляли, явку в суд своих представителей не обеспечили. Руководствуясь ст.167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Из письменных возражений ответчика ФИО5 следует, что ФИО1 было известно о заключении договора цессии, так как она сообщала ему об этом в устной форме. Договор был заключен по ее поручению ФИО6 на основании доверенности, договор исполнен с двух сторон в полном объеме, претензий к другой стороне она не имеет. Просит считать договор уступки от 25.03.2016 года заключенным и действующим, в удовлетворении требований искового заявления ФИО1 отказать.

Выслушав пояснения истца, третьего лица, возражения представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что 25.03.2016 года между ФИО5, в лице представителя ФИО6, действующего по доверенности № *** от 14.11.2015 года (цедент) и ФИО2 (цессионарий) был заключен договор уступки права (требования), по условиям которого, цедент передает (уступает), а цессионарий принимает право (требование) к ФИО1 (*** года рождения, уроженца: ***, проживающего по адресу: ***) (должник) задолженность в размере 1 799 434 рублей 73 копеек, в том числе: задолженность по договору займа от 06.05.2013 года в размере 1 777 746 рублей 48 копеек, в том числе основной долг в размере 1 524 054 рубля, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 31 декабря 2013 года по 23 ноября 2015 года включительно в размере 253 692 рублей; судебные расходы, понесенные в рамках дела № *** в размере 21 688 рублей 73 копеек, в том числе за оплату государственной пошлины в размере 17 088 рублей 73 копеек, оплату услуг представителя в размере 3000 рублей, оплату расходов за оформление доверенности в размере 1400 рублей, расходы на почтовое отправление в размере 200 рублей (п.1).

Основания возникновения и сумма указанной в п. 1 задолженности, а так же состояние взаимоотношений цедента и должника на момент подписания настоящего договора подтверждаются: решением Благовещенского городского суда Амурской области от 25.01.2016 года по делу *** (п. 2).

В качестве встречного исполнения по настоящему договору цессионарий обязуется оплатить цеденту 1000 рублей. Цессионарий оплатил цеденту встречное исполнение наличными, в момент подписания настоящего договора.

Обращаясь с требованиями о признании договора уступки права (требования) от 25.03.2016 года между ФИО6, действующим на основании доверенности от имени ФИО5, и ФИО2, истец полагает, что при заключении указанной сделки нарушены требования п. 2 ст. 388 ГК РФ. Кроме того, считает, что договор цессии был подписан неуполномоченным лицом, что является дополнительным основанием для признания данного договора ничтожным.

В силу ст. 166 ГК РФ (в ред. от 28.03.2017 года), сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со статьей 382 (пункт 1) Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно статье 382 (пункт 2) Гражданского кодекса Российской Федерации для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Статьей 384 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

В силу статьи 383 Гражданского кодекса Российской Федерации переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается.

Таким образом, по общему правилу, личность кредитора не имеет значения для уступки прав требования по денежным обязательствам, если иное не установлено договором или законом.

По денежным обязательствам в тех случаях, где одна из сторон не осуществляет лицензируемую (или требующую иного вида разрешения) деятельность, личность кредитора не имеет существенного значения и уступка возможна по общему правилу без согласия должника.

Согласно п. 1 ст. 382 Гражданского кодекса РФ если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу.

Таким образом, не извещение должника о состоявшейся уступке права требования не влечет ее недействительности, но позволяет должнику исполнить обязательство последнему известному ему кредитору - первоначальному.

В соответствии с ч. 2 ст. 388 ГК РФ не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

В рассматриваемом правоотношении личность кредитора не имеет существенного значения для должника, так как, независимо от личности кредитора, он обязан исполнить денежное обязательство по уплате задолженности любому надлежащему кредитору.

В случае не уведомления должника о состоявшимся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим для него неблагоприятных последствий. В этом случае исполнение обязательства первоначальному кредитору признается исполнением надлежащему кредитору (пункт 3 статьи 382 ГК РФ).

Довод истца о том, что договор уступки права требования является недействительным, суд находит несостоятельным, ввиду того, что сделка цессии является возмездной, что соответствует требованиям закона к сделкам между физическими лицами, в связи с чем должны быть отклонены доводы ФИО1 со ссылкой на то, что личность ФИО2, как кредитора ФИО1 по договору уступки прав (требования) значительно ухудшает положение должника по исполнению обязательств по договору, поэтому имеет для должника существенное значение.

Стороны сделки цессии достигли ее цели - право требования к должнику перешло к цессионарию на общую сумму 1 799 434 рублей 73 копейки, что соответствует цели сделки уступки требования, в связи с чем суд приходит к выводу о соответствии оспариваемого договора цессии закону и об отсутствии оснований для признания сделки недействительной.

Рассматривая доводы искового заявления о наличии между сторонами сделки связанности (аффилированности) и совершения сделки с заинтересованностью, суд установил. Согласно пункту 1 ст. 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08.02.1998 № 14-ФЗ сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации): являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Оспариваемая сделка заключена между ответчиками от своего собственного имени, предметом договора является право требования вытекающее из взыскания задолженности по договору займа, признаков монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции в указанной сделке не усматривается.

Кроме того, в силу п. 1 ст. 182 ГК РФ, сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Пунктом 1 ст. 185 ГК РФ предусмотрено, что доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами. Письменное уполномочие на совершение сделки представителем может быть представлено представляемым непосредственно соответствующему третьему лицу, которое вправе удостовериться в личности представляемого и сделать об этом отметку на документе, подтверждающем полномочия представителя.

Согласно п. 3 ст. 182 ГК РФ представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Сделка, которая совершена с нарушением правил, установленных в абзаце первом настоящего пункта, и на которую представляемый не дал согласия, может быть признана судом недействительной по иску представляемого, если она нарушает его интересы. Нарушение интересов представляемого предполагается, если не доказано иное.

Судом установлено, что в доверенности, выданной ФИО5 ФИО6 14 ноября 2015 года и удостоверенной ФИО10, нотариусом нотариального округа г. Хабаровска, зарегистрированной в реестре за № ***, бланк ***, полномочия на заключение договоров, в том числе договора цессии, отсутствуют. Но, поскольку представитель ФИО6 действует в интересах представляемого ФИО5, то в данном случае именно представляемый вправе заявить о нарушении его права представителем при заключении сделки. Вместе с тем таких требований от ФИО5 не поступало. Все последующие действия всех участников правоотношений подтверждают отсутствие претензий со стороны цедента ФИО5, как к цессионарию, так и представителю – ФИО6, что свидетельствует об одобрении ФИО5 сделки, совершенной от ее имени.

Таким образом, суд приходит к выводу, что оспариваемая сделка не нарушала права ФИО5, а потому отсутствуют основания для ее признания недействительной. Действительная воля ФИО5 была направлена на передачу права (требования) задолженности к должнику ФИО1 по договору займа от 06.05.2013 года. Какие-либо доказательства иных намерений ФИО5 истцом не представлено. Последующие действия ФИО5 свидетельствуют о том, что она дала согласие на заключение оспариваемой истцом сделки. Указанные обстоятельства в соответствии с п. 3 ст. 182 ГК РФ исключают возможность признания сделки недействительной.

Исходя из изложенного суд приходит к выводу, что договор между ФИО5, от имени которой действовал по доверенности ФИО6, и ФИО2 соответствует всем требования закона, предъявляемым к такому роду сделкам. Оснований для признания договора уступки прав (требования) от 25.03.2016 года недействительным не имеется.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО5, ФИО2 о признании сделки недействительной - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Т.Н. Майданкина 

Решение в окончательной форме принято 22 мая 2017 года.