Дело № 2-2826/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Уфа 22 мая 2019 года 

Калининский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан

в составе председательствующего судьи Рахимовой Р.В.,

при секретаре Федоровой Е.И.,

с участием старшего помощника прокурора Петровой Р.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ПАО АНК «Башнефть» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к филиалу ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда в размере 5 000 руб., мотивируя свои требования тем, что с ДД.ММ.ГГГГ работал в филиале ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ». Приказом №-К от ДД.ММ.ГГГГ уволен с работы по инициативе работодателя в связи с неоднократным неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей, п.5 ч.1 ст.81 ТК Российской Федерации. Считает увольнение незаконным, поскольку основания, изложенные в приказе об увольнении, не соответствуют действительности.

Определением суда от 29 апреля 2019 года по ходатайству представителя истца ФИО3 произведена замена ненадлежащего ответчика ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ» надлежащим ПАО АНК «Башнефть».

В судебном заседании истец ФИО2, его представитель ФИО3 иск поддержали.

Представители ответчика ПАО АНК «Башнефть», третьего лица филиала ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ» ФИО4, ФИО5 иск не признали.

Представитель третьего лица ГИТ в Республике Башкортостан в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. В силу ч. 3 ст.167 ГПК Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие третьего лица. 

Исследовав материалы дела, выслушав явившихся лиц, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению частично, проверив все юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к следующему. 

Согласно ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Эти и иные положения ст. 37 Конституции Российской Федерации, закрепляющие гарантии свободного труда, конкретизированы в Трудовом кодексе Российской Федерации, регулирующем порядок возникновения, изменения и прекращения трудовых отношений. 

В соответствии со статьей 2 ТК Российской Федерации, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений является установление государственных гарантий по обеспечению прав работников и работодателей.

Заключив трудовой договор с работодателем, физическое лицо приобретает правовой статус работника, содержание которого определяется положениями статьи 37 Конституции Российской Федерации и охватывает в числе прочего ряд трудовых и социальных прав и гарантий, сопутствующих трудовым правоотношениям либо вытекающих из них.

В соответствии со статьями 15, 57 ТК Российской Федерации под трудовой функцией понимается работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы.

Трудовая функция является одним из обязательных условий трудового договора, определяемых сторонами (часть 2 статьи 57 ТК Российской Федерации).

Согласно положениям пункта 5 части 1 статьи 81 ТК Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

В соответствии с п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено.

Согласно ст. 192 ТК Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть за неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить к работнику дисциплинарное взыскание в виде замечания, выговора или увольнения по соответствующим основаниям. 

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Согласно ст. 193 ТК Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание может быть обжаловано работником в государственную инспекцию труда и (или) органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Согласно п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников. В частности, недопустимо сокрытие работником временной нетрудоспособности на время его увольнения с работы либо того обстоятельства, что он является членом профессионального союза или руководителем (его заместителем) выборного коллегиального органа первичной профсоюзной организации, когда решение вопроса об увольнении должно производиться с соблюдением процедуры учета мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации.

Установлено, что на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, приказа № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 принят на работу машинистом компрессорных установок 5 разряда на установку гидроочистки бензина каталитического крекинга в филиал ОАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ».

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 переведен на должность механика на установку гидроочистки бензина каталитического крекинга в филиал ОАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ» на время отсутствия основного работника ФИО7, что подтверждается приказом № от ДД.ММ.ГГГГ.

Из соглашения об изменении условий трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ПАО АНК «Башнефть» и ФИО2, следует, что ФИО2 переведен на время отсутствия основного работника ФИО7 на работу в установку гидроочистки бензина каталитического крекинга газокаталитического производства филиала ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ» на должность механика, начало работы: ДД.ММ.ГГГГ, окончание работы: выход основного работника ФИО7 В соглашении имеется отметка об ознакомлении ФИО2 с должностной инструкцией, иными нормативными актами до подписания соглашения. 

В трудовой книжке ФИО2, представленной на обозрение суда, содержится запись о переводе на должность механика без указания срока, на который он переведен. В судебном заседании представитель ответчика ФИО6 пояснила, что в последующем ФИО2 переведен на постоянную должность механика. Таким образом, трудовые отношения между сторонами носят бессрочный характер. 

Приказом № У 13-К от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 уволен по п.5 ч.1 ст.81 ТК Российской Федерации (в связи с неоднократным неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей). 

Указанный приказ не содержит сведений относительно проступка, который послужил поводом для привлечения истца к данной мере дисциплинарной ответственности. В качестве основания для издания приказа об увольнении указаны: приказ от ДД.ММ.ГГГГ №, приказ от ДД.ММ.ГГГГ № 

Так, приказом №-К от ДД.ММ.ГГГГ за нарушение пункта 50 раздела «Должностные обязанности» должностной инструкции механика газокаталитического производства и пункта 4.3.4 раздела 4 «Основные обязанности и права работников» Положения филиала ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ» «Правила внутреннего трудового распорядка» № №, выразившееся в курении на территории филиала ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ» вне специально оборудованных для курения мест, к механику установка гидроочистки бензина каталитического крекинга газокаталитического производства ФИО2 применено дисциплинарное взыскание в виде выговора.

Вину в совершенном дисциплинарном проступке истец признал, приказ о привлечении его к дисциплинарной ответственности не оспаривал; нарушений при применении к истцу дисциплинарного взыскания за проступок, совершенный ДД.ММ.ГГГГ, не установлено.

Приказом №-к от ДД.ММ.ГГГГ за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, предусмотренных пунктами 1, 9 раздела «Должностные обязанности» должностной инструкции механика Газокаталитического производства, утвержденной приказом от ДД.ММ.ГГГГ №/к-1, учитывая имеющееся неснятое дисциплинарное взыскание (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №-к), применено к механику установки гидроочистки бензина каталитического крекинга Газокаталитического производства филиала ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ» ФИО2 (таб. №) дисциплинарное взыскание в виде увольнения согласно п.5 ч.1 ст.81 ТК Российской Федерации. С приказом об увольнении ФИО2 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, в день увольнения ему выдана трудовая книжка, произведен расчет.

До издания указанного приказа ДД.ММ.ГГГГ работодателем у ФИО2 затребованы письменные объяснения о причинах нарушений, выявленных в результате проведенной проверки ведения технической документации на насосы.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 представлено объяснение на имя директора филиала ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ».

ДД.ММ.ГГГГ профсоюзный комитет Первичной Профсоюзной Организации «Башнефть-Переработка» Нефтегазстройпрофсоюза России сообщил работодателю мотивированное мнение по итогам рассмотрения проекта приказа о наложении на ФИО2 дисциплинарного взыскания в виде увольнения, указав, что этот вид дисциплинарного взыскания соответствует тяжести совершенных работником нарушений.

В подпункте "б" п. 34 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий. 

Установленный трудовым законодательством срок для привлечения к дисциплинарной ответственности является пресекательным и его пропуск свидетельствует о нарушении процедуры увольнения и исключает возможность наложения на работника дисциплинарного взыскания в виде увольнения.

Определяющее значение в установлении даты обнаружения проступка является установление факта того, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении работником проступка, в настоящем случае ненадлежащего ведения документации.

Между тем, в приказе №-к от ДД.ММ.ГГГГ не указан временной промежуток времени, в котором ФИО2 были допущены установленные проверкой нарушения должностных обязанностей, что давало бы ответчику основания для установления неоднократности неисполнения истцом без уважительных причин трудовых обязанностей. 

Не указан временной промежуток времени, в котором ФИО2 были допущены установленные проверкой нарушения технической документации на насосы и в акте проверки ведения технической документации на насосы № установки ГОБКК газокаталитического производства ПП УНПЗ №, утв. начальником ОТН ПП УНПЗ ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ, акте об обнаружении дисциплинарного проступка от ДД.ММ.ГГГГ.

Акт об обнаружении дисциплинарного проступка от ДД.ММ.ГГГГ составлен о том, что ДД.ММ.ГГГГ на установке ГОБКК в 13:52 час. вышел из строя насос GA204/р, в 19:30 час. вышел из строя резервный насос GA204/1, что привело к остановке установки на двое суток. В рамках расследований происшествий ДД.ММ.ГГГГ ведущим инженером ОТН ПП УНПЗ Свидетель №1 проведена проверка технической документации на насосы, в ходе которой выявлены нарушения, отраженные в акте № от ДД.ММ.ГГГГ.

В акте не указан промежуток времени, за который проведена проверка, причины невозможности выявления нарушений при ежеквартальной проверке установки ГОБКК, при проведении ремонта оборудования, замены деталей. 

По результатам внутреннего расследования происшествия ДД.ММ.ГГГГ составлен акт, в котором перечислены причины выхода из строя насосов. Вины ФИО2 в произошедшем, причинно-следственной связи между ненадлежащим ведением ФИО2 технической документации и выхода из строй насосов, не установлено. 

В акте проверки ведения технической документации на насосы № газокаталитического производства № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 вменено нарушение ведения технической документации, допущенное в 2017-2018 годах, а именно в пункте 5 акта проверки ведения технической документации указано о нарушениях по актам сдачи в ремонт и приема из ремонта за 2017-2018 годы, в том числе ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, т.е. до применения к истцу дисциплинарного взыскания в виде выговора. 

В судебном заседании свидетель Свидетель №1 (ведущий инженер по надзору за насосно-компрессорным оборудованием Отдела технического надзора ПП УНПЗ филиала ПАО АНК «Башнефть», «Башнефть-Уфанефтехим»), пояснил, что проверка установки ГОБКК, в том числе технической документации на насосы, проводится ежеквартально.

Показания свидетеля подтверждены и представителем ответчика ФИО6, которая также пояснила, что при применении к ФИО2 дисциплинарного взыскания пункт 5 акта № от ДД.ММ.ГГГГ не учитывался, поскольку истек срок привлечения дисциплинарной ответственности по нарушениям, перечисленным в пункте 5 указанного акта. 

Таким образом, на момент издания приказа об увольнении срок привлечения к дисциплинарной ответственности по нарушению, указанному в пункте 5 акта, истек.

Истечение срока привлечения к дисциплинарной ответственности по одному из нарушений, указанных в акте, влечет незаконность всего акта.

Акт проверки, в том числе насосов № газокаталитического производства ПП УНПЗ, ответственным лицом которых является ФИО2, за 4 квартал 2018 года не представлен, представлен лишь план – график ремонта машинного оборудования установки ГОБКК газокаталитического производства производственной площадки «УНПЗ» на 2018 год, график целевой проверки оборудования в рабочем состоянии производственной площадки УНПЗ на 2019 год.

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что о совершенном ФИО2 проступке - ненадлежащем ведении документации работодателю (ответственному лицу – начальнику установки, которому согласно п.3 общих положений должностной инструкции подчиняется механик) стало известно при проведении очередной ежеквартальной проверки установки, насосов. 

Что касается проверки, проведенной в связи происшествием, по результатам которой ФИО2 подвергнут дисциплинарному взысканию, обстоятельства, установленные при проведении проверки, были известны работодателю (ответственному лицу) ранее, при проведении очередной ежеквартальной проверки установки ГОБКК. Оснований полагать, что установленные в ходе проверки ДД.ММ.ГГГГ нарушения ведения технической документации, не могли быть выявлены ранее в ходе плановой проверки, не имеется. 

Акт об обнаружении дисциплинарного проступка, который составлен по результатам проведенной ДД.ММ.ГГГГ проверки ведения ФИО1 технической документации ДД.ММ.ГГГГ, и указан в числе прочих оснований в приказе об увольнении, нельзя признать допустимым доказательством. Данный акт составлен работодателем в целях продления срока привлечения работника к дисциплинарной ответственности, что не соответствует требованиям закона. Проведение служебной проверки не является основанием для применения иного, чем один месяц, срока применения дисциплинарного взыскания со дня обнаружения дисциплинарного проступка.

Таким образом, приказ № от ДД.ММ.ГГГГ издан с нарушением установленного законом порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности, а именно с нарушением применения месячного срока, что в силу прямого указания в законе является самостоятельным основанием для признания наложенного дисциплинарного взыскания незаконным.

Проверяя доводы истца о недостоверности сведений, указанных в приказе о наложении дисциплинарного взыскания, акте проверки ведения технической документации на насосы GA204/1,р установки ГОБКК газокаталитического производства ПП УНПЗ №, утв. начальником ОТН ПП УНПЗ ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ (далее по тексту – акт проверки документации), о нарушении им требований должностной инструкции, инструкций по ведению технической документации, суд приходит к выводу о том, что и при соблюдении срока применения дисциплинарного взыскания, увольнение истца по указанному в приказе основанию является незаконным, исходя из следующего.

Дисциплинарное взыскание в виде увольнения применено к работнику за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, предусмотренных пунктами 1, 9 раздела «Должностные обязанности» должностной инструкции механика Газокаталитического производства, утвержденной приказом от ДД.ММ.ГГГГ №/к-1, согласно которым механик обязан обеспечивать проведение профилактических осмотров, диагностики и ремонтов оборудования согласно планам и графикам; осуществлять ведение в соответствии с Правилами паспортов, формуляров, журналов на машинное оборудование, предохранительные клапана, мембраны, грузоподъемные механизмы, съемные грузозахватные приспособления; обеспечивать своевременное их заполнение и надлежащее хранение в соответствии с «Перечнем технических документов, необходимых для содержания и безопасной эксплуатации оборудования филиала. 

С должностной инструкцией ФИО2 был ознакомлен под роспись ДД.ММ.ГГГГ.

В приказе о наложении дисциплинарного взыскания не указано какие осмотры, диагностики, ремонты оборудования, предусмотренные планом, графиком нарушены ФИО2, какие конкретно Правила паспортов, формуляров, журналов на машинное оборудование, предохранительные клапана, мембраны, грузоподъемные механизмы, съемные грузозахватные приспособления нарушены ФИО1

Не содержит таких сведений и акт проверки документации.

В акте проверки документации ФИО2 вменено нарушение инструкции «По безопасной эксплуатации центробежных насосов и торцевых уплотнений валов» ОМ-30-2017, инструкции «По организации технического обслуживания и ремонта машинного оборудования» ОМ-32-2017 и «Общих технических условий по ремонту центробежных насосов» УО 38.12.018-94.

Согласно п.1, п.2 акта проверки документации в паспорта не заносятся данные о ежеквартальной ревизии соединительной муфты, данные по проверке биений и радиальных зазоров, проверки центровки агрегата после ремонта - в нарушение п.4.3.2.9, п.4.6.10 инструкции ОМ-30-2017 и п.5.8 инструкции ОМ-32-2017.

П.4.3.2.9 инструкции ОМ-30-2017 содержит указание - о проведенных работах делать отметку в техническом паспорте. 

Технические паспорта, представленные на обозрение суда, раздел «Сведения о ремонте насоса» не содержат графы, в которую следует вносить сведения о ревизии. Представленные паспорта с начала их ведения (декабрь 2013 года - январь 2014 года) не содержат сведений о проведенных ревизиях.

Таким образом, представляются обоснованными доводы истца о том, что ревизия соединительных муфт насосов проводилась ежеквартально, в технические паспорта вносились сведения о проведенных ремонтах, сведения о проведенных ревизиях (осмотрах) в паспорта не вносились; записи о проведенных ревизиях (осмотрах) вносились только в акты приемки консольного насоса из ремонта, что предусмотрено «Общими техническими условиями по ремонту центробежных насосов» УО 38.12.018-94, приложением 11 и инструкцией ОМ-32-2017, приложением 16, п. «ж». 

П.4.6.10 инструкции ОМ-30-2017, п.5.8 инструкции ОМ-32-2017 не содержит указания на необходимость внесения в технические паспорта насосов данных по проверке биений и радиальных зазоров, проверки центровки агрегата после ремонта.

Представленные на обозрение технические паспорта с начала их ведения (декабрь 2013 года - январь 2014 года) не содержат сведений о проверке биений и радиальных зазоров, проверке центровки агрегата после ремонта.

Таким образом, суд находит убедительными доводы истца о том, что данные о проверке биений и радиальных зазорах вносились в акты приемки консольного насоса из ремонта, что предусмотрено инструкцией ОМ-32-2017, приложение 16, раздел 1 п. «г», п. «з», раздел 6, раздел 7 п.5.7.3. 

Согласно п.3 акта проверки документации к паспортам прикладываются не все сертификаты на замененные детали – в нарушение п.4.6.10 инструкции ОМ-30-2017 и п.5.8 инструкции ОМ-32-2017. 

П.4.6.10 инструкции ОМ-30-2017 предусмотрено внесение в технический паспорт всех сведений о ремонте насоса, приложение документов на замененные детали.

В п.5.8 инструкции ОМ-32-2017 указано, что к техническому паспорту должны быть приложены сертификаты, карты входного контроля на замененные детали, акты неразрушающего контроля (только для последнего проведенного ремонта).

Указанные инструкции не содержат ясного указания на перечень документов и порядок их хранения в технических паспортах.

Суд находит убедительными доводы истца о том, что в период поведения проверки (ДД.ММ.ГГГГ) технической документации на насосы, за исправное состояние и безопасную эксплуатацию которых он является ответственным, технические паспорта на насосы находились у ведущего инженера Отдела технического надзора ПП УНПЗ Свидетель №1, документы на материалы (валы), замененные в период проведения ремонта насосов ДД.ММ.ГГГГ в технические паспорта приложены не были, поскольку согласно п.5.7.3 инструкции ОМ-32-2017 проводились послеремонтные испытания (обкатка) насосов, по окончании которых оформляется акт приемки консольного насоса из ремонта, что предусмотрено приложением 16 инструкции ОМ-32-2017, и в технический паспорт насоса прикладываются документы на замененные детали. 

Согласно п.4 акта проверки документации при проведении средних и капитальных ремонтов оборудования не производится проверка вала и рабочего колеса на наличие трещин цветным методом неразрушающего контроля – в нарушение требований приложения 11 «Общих технических условий по ремонту центробежных насосов» УО 3ДД.ММ.ГГГГ-94.

Согласно должностной инструкции, утвержденной приказом от ДД.ММ.ГГГГ №/к-1, механик газокаталитического производства не обладает правом проведения неразрушающего контроля и правом выдачи актов неразрушающего контроля. ФИО2 не мог быть привлечен к дисциплинарной ответственности за неисполнение трудовых обязанностей, которые на него не возлагались. Неразрушающий контроль частей насосов проводится сотрудниками Отдела технического надзора ПП УНПЗ, что подтверждено в судебном заседании ведущим инженером по надзору за насосно-компрессорным оборудованием отдела Свидетель №1

Доводы ответчика о том, что с 2017 года по 2019 год с установки ГОБКК поступила только одна заявка на цветную дефектоскопию нового вала и не поступало ни одной заявки на проведение неразрушающего контроля рабочих колес и валов методом цветной дефектоскопии при проведении средних и капитальных ремонтов насосов, что является нарушением приложения 11 «Общих технических условий по ремонту центробежных насосов» УО 38.12.018-94, не могут быть учтены при рассмотрении дела, поскольку указанное нарушение в акте проверки документации не отражено. 

Согласно п.6 акта проверки документации график планово-предупредительных ремонтов по насосам не соблюдался, при этом акты на изменение календарного срока ремонта отсутствуют – в нарушение требований п.5.2.3 инструкции ОМ-32-2017.

В акте не указано какие ремонты, планируемые в 2018 году согласно графика не произведены.

В судебное заседание истцом представлены копии актов об изменении календарного срока ремонта оборудования, утвержденных начальником газокаталитического производства ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ. По запросу суда ответчиком представлены подлинники данных четырех актов.

Таким образом, обстоятельства, изложенные в пункте 6 акта проверки документации, не соответствуют действительности.

Согласно п.7 акта поверки документации отсутствуют акты ревизии (отбраковки) по результатам вскрытия оборудования – в нарушение требований п.5.7.2 инструкции ОМ-32-2017. 

Согласно должностной инструкции, утвержденной приказом от ДД.ММ.ГГГГ №/к-1, механик газокаталитического производства не обладает правом выдачи актов ревизии и отбраковки. ФИО1 не мог быть привлечен к дисциплинарной ответственности за неисполнение трудовых обязанностей, которые на него не возлагались.

Суд находит убедительными доводы истца о том, что он не получал от уполномоченных лиц акты ревизии и отбраковки. 

Кроме того, суд учитывает, что при увольнении ФИО2 акт приема-передачи технической документации не составлялся.

Учитывая изложенное, акт проверки ведения технической документации на насосы GA204/1,р установки ГОБКК газокаталитического производства ПП УНПЗ №, утв. начальником ОТН ПП УНПЗ ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ, нельзя признать допустимым и достоверным доказательством, подтверждающим нарушение ФИО2 инструкций при ведении технической документации. 

При таких обстоятельствах, после применения к истцу ДД.ММ.ГГГГ дисциплинарного взыскания в виде выговора и до издания работодателем приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-к о наложении на него дисциплинарного взыскания в виде увольнения по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации каких-либо нарушений трудовой дисциплины (функции) ФИО2 допущено не было; отсутствует предусмотренное законом условие для увольнения работника по данному основанию - признак неоднократности неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей. 

В силу ч. 1 ст. 394 ТК Российской Федерации, в случае признания увольнения незаконным работник должен быть восстановлен на прежней должности органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Согласно п. 60 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2, работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе.

Установлено, в нарушение требований ч. 1 ст. 193 ТК Российской Федерации, при привлечении к дисциплинарной ответственности в виде увольнения по п. 5 ст. 81 ТК Российской Федерации не доказан факт неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей.

С учетом изложенного, приказы о применении дисциплинарного взыскания №-к от ДД.ММ.ГГГГ, об увольнении № У 13-К от ДД.ММ.ГГГГ являются незаконными, ФИО2 подлежит восстановлению на работе в должности механика на установку гидроочистка бензина каталитического крекинга в газокаталитическое производство филиала ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ».

Разрешая иск в части требований о взыскании оплаты за время вынужденного прогула, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 ГПК Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Статья 234 ТК Российской Федерации предусмотрено, что работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного увольнения.

При этом, расчет среднего заработка за время вынужденного прогула в соответствии со ст. 139 ТК Российской Федерации производится исходя из фактически начисленной заработной платы и фактически отработанного времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.

Установлено, что согласно представленной в материалы дела справке о доходах истца за 2018-2019 годы, размер средней заработной платы истца, рассчитанный по правилам ст. 139 ТК Российской Федерации, составляет 5 047,84 руб. (расчёт: (1 231 674,76 руб. – за период с февраля 2018 года по январь 2019 года) / 247 рабочих дней). 

Таким образом, за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (по день вынесения решения суда), а всего – 64 рабочих дня, размер заработной платы за вынужденный прогул составляет 286 591,63 руб. (расчет: 319 137,92 руб. (5 047,84 руб. * 64 дня) – 32 546,29 руб. (компенсация за неиспользованный отпуск, выплаченная при увольнении).

С учетом изложенного, в пользу истца следует взыскать заработную плату за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (по день вынесения решения суда) – 286 591,63 руб.

Суд отмечает, что Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда: суд в силу статей 21 (абзац 14 части 1) и 237 ТК Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причинённого ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав. Размер компенсации морального вреда определяется исходя из конкретных обстоятельств дела с учётом объёма и характера причинённых работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. 

При таком положении, суд приходит к выводу о возможности взыскания компенсации морального вреда с работодателя в пользу истца в размере 1 000 руб. с учётом степени вины работодателя. В удовлетворении остальной части иска о взыскании компенсации морального вреда следует отказать.

На основании ст. 103 ГПК Российской Федерации, абзаца 24 статьи 50, абзаца 8 пункта 2 статьи 61.1, абзаца 5 пункта 2 статьи 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации с ответчика надлежит взыскать в доход местного бюджета госпошлину в размере 6 065,91 руб. (пропорционально удовлетворенной части исковых требований имущественного характера), а также в размере 300 руб. (по требованию неимущественного характера о компенсации морального вреда).

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК Российской Федерации, суд 

решил:

удовлетворить иск ФИО2 частично.

Восстановить ФИО2 на работе в должности механика на установку гидроочистка бензина каталитического крекинга в газокаталитическое производство филиала ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ».

Взыскать с ПАО АНК «Башнефть» в пользу ФИО2 заработную плату за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 286 591,63 руб., компенсацию морального вреда 1 000 руб.

Решение в части восстановления ФИО2 на работе в должности механика на установку гидроочистка бензина каталитического крекинга в газокаталитическое производство филиала ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ» обратить к немедленному исполнению.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ПАО АНК «Башнефть» в доход местного бюджета госпошлину в размере 6 365,91 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Башкортостан в течение месяца с даты принятия судом решения в окончательной форме путем подачи жалобы через Калининский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан.

Председательствующий: Р.В. Рахимова