Дело № 2-15/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Мотивированное решение составлено 27 февраля 2018 года.

Княжпогостский районный суд Республики Коми в составе

председательствующего судьи Степанова И.А.

при секретаре Сенюковой О.В.,

рассмотрев 22 февраля 2018 года в г. Емве в открытом судебном заседании гражданское дело иску ФИО1 к ООО «Мастер» о взыскании задолженности по заработной плате,

установил:

ФИО1 обратился в суд к ответчику ООО «Мастер» о взыскании 60 000 рублей, составляющих заработную плату по договорам подряда, а также о взыскании заработной платы за работу в мае 2017 года слесарем-сантехником с доплатой 1/2 ставки столяра-плотника. В обоснование иска указал, что 03.04.2017 заключил трудовой договор подряда на ремонт подъездов многоквартирного дома № 9 по ул. Гагарина в п. Синдоре. Согласно смете цена его работы составляла 84 000 рублей. Ремонт подъездов был выполнен, однако результат работ не принят, заработная плата не выплачена. Относительно заключения трудового договора указал, что 01.05.2017 он был принят на работу в ООО «Мастер» слесарем-сантехником и столяром-плотником на 1/2 ставки. При этом трудового договора у него не имеется, поскольку работодатель его не вернул. 

В последующем исковые требования уточнены, за работу слесарем-сантехником истец с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации о минимальном размере оплаты труда в особых климатических условиях просил взыскать 14 700 рублей, за работу столяром-плотником – 7768 рублей.

Истец ФИО1 о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, однако в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Судебное извещение, направленное ООО «Мастер», возвращено в суд с отметкой о невручении, в связи с истечением срока хранения, ранее судебное заседание откладывалось в связи с невручением судебного извещения. Суд выполнил все необходимые меры для обеспечения участия ответчика в ходе рассмотрения дела и с учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика.

Заслушав показания свидетеля, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что 03.04.2017 между ФИО1 и ООО «Мастер» заключен трудовой договор подряда, по которому ФИО1 принял на себя обязанность выполнить косметический ремонт подъезда № 4 дома № 9 по ул. Гагарина в п. Синдоре, а ООО «Мастер» – обязанность выплатить за эту работу 21 100 рублей 16 копеек. Этим договором предусмотрен срок исполнения работ – с 05.04.2017 по 30.04.2017.

При разрешении требований о взыскании платы по договору подряда суд учитывает, что истец полагает отношения, возникшие на основании этого договора трудовыми, поскольку просит взыскать невыплаченную заработную плату.

В соответствии с частью 4 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2.2 определения от 19.05.2009 № 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации. Из приведенных в этих статьях определений понятий «трудовые отношения» и «трудовой договор» не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утвержденным работодателем, – наличие именно трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на тарифно-квалификационные характеристики работы, должностные инструкции и любым документальным или иным указанием на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы. Таким образом, по смыслу статей 11, 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положением части второй статьи 67 названного кодекса, согласно которому трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми – при наличии в этих отношениях признаков трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 8 и в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части 4 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Рассматривая сложившиеся между сторонами отношения, суд приходит к выводу о том, что ООО «Мастер», заключая договор подряда с ФИО1, прикрывал трудовые отношения с ним гражданско-правовыми.

Прежде всего, имеющийся в материалах дела договор подряда содержит указание на его заключение как трудового договора. В этом же договоре имеется условие об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваниях.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО3, работавшая мастером в ООО «Мастер», показала, что участвовала в приеме ФИО1 на работу. Так, согласно ее показаниям, ФИО1 на имя директора ООО «Мастер» писал заявление о приеме на работу штукатуром-маляром, однако заключался не трудовой договор, а договоры подряда. В ходе ремонта подъездов ФИО1 соблюдал режим рабочего времени. ФИО3 как мастер производственного участка осуществляла контроль за выполнением ФИО1 работ и фактически принимала их по мере выполнения. Кроме того, ФИО3 показала, что после принятия ФИО1 на работу она была ознакомлена со сметой на порученные ФИО1 работы, в которой на оплату труда предусматривалось примерно 84 000 рублей.

На трудовые отношения сторон указывают и последующие действия ООО «Мастер» в части заключения договора подряда с ФИО1 в мае 2017 года, после окончания ремонта в подъездах дома № 9 по ул. Гагарина в п. Синдоре. Согласно показаниям свидетеля ФИО3 договоры подряда зачастую им директором ООО «Мастер» не возвращались, также было и с договором, который заключен в мае 2017 года с ФИО1 Фактически он был принят уже для работы слесарем-сантехником и плотником на ? ставки. Как указала ФИО3, при выполнении этой работы ФИО1 также соблюдался определенный режим рабочего времени, осуществлялся текущий и аварийный ремонт всего жилого фонда в п. Синдоре.

Приведенные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что в апреле и мае 2017 года ФИО1 находился в трудовых отношениях с ООО «Мастер», а договор подряда, представленный истцом, заключен с целью прикрытия трудовых отношений гражданско-правовыми. При этом в мае 2017 года трудовые отношения сторон продолжились на иных условиях. Установленные судом обстоятельства, в том числе на основании показаний свидетеля, позволяют прийти к выводу о том, что такой порядок приема на работу в ООО «Мастер» являлся обычной практикой.

В силу изложенного рассматриваемый спор подлежит разрешению с учетом положений трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Согласно статье 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В силу статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с этим кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами; знакомить работников под роспись с принимаемыми локальными нормативными актами, непосредственно связанными с их трудовой деятельностью.

Частью 1 статьи 12 и статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

В силу части 1 статьи 56, статьи 57 и статьи 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений; доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле; в случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны.

Утверждение истца о том, что его заработная плата в апреле 2017 года составила 84 000 рублей, согласуется с показаниями свидетеля о размере расходов на оплату труда, указанном в смете на ремонт подъездов, и условиями договора подряда от 03.04.2017.

Ответчиком доказательств, опровергающих эти обстоятельства, а также выплаты заработной платы в апреле 2017 года не представлено, в связи с чем требования истца о взыскании заработной платы за апрель 2017 года в размере 60 000 рублей без учета налога на доходы физических лиц подлежат удовлетворению.

При определении размера заработной платы ФИО1 в мае 2017 года в должности слесаря-сантехника и столяра-плотника на ? ставки в отсутствие письменного трудового договора и иных письменных сведений о размере заработной платы суд исходит из минимального размера оплаты труда.

В соответствии со статьей 133 Трудового кодекса Российской Федерации минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом и не может быть ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения.

Согласно части 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата – это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Из статей 148, 315 – 317 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что оплата труда, выполняемого в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате.

Исходя из позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Постановлении от 07.12.2017 № 38-П «По делу о проверке конституционности положений статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7», районный коэффициент и процентная надбавка, начисляемые в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, не могут включаться в состав минимального размера оплаты труда.

Минимальная заработная плата в субъекте Российской Федерации представляет собой установленную в системе социального партнерства дополнительную гарантию, которая не заменяет гарантии, предусмотренные федеральным законом, в том числе повышенную оплату труда в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями.

При этом статья 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации не предусматривает полномочия социальных партнеров, заключающих указанное соглашение, помимо размера минимальной заработной платы самостоятельно определять правила о включении в нее каких-либо выплат, в частности районных коэффициентов (коэффициентов) и процентных надбавок.

Как следует из части 11 статьи 133.1 Трудового кодекса РФ, месячная заработная плата работника, работающего на территории соответствующего субъекта Российской Федерации и состоящего в трудовых отношениях с работодателем, в отношении которого действует (или на которого в установленном законом порядке распространено) региональное соглашение о минимальной заработной плате, не может быть ниже размера минимальной заработной платы в этом субъекте Российской Федерации при условии, что указанным работником полностью отработана за этот период норма рабочего времени и выполнены нормы труда (трудовые обязанности).

На основании ст. 1 Федерального закона от 02.06.2016 № 164-ФЗ «О внесении изменения в статью 1 Федерального закона «О минимальном размере оплаты труда» с 01.07.2016 размер минимальной заработной платы составил 7500 рублей.

В период с 01.01.2017 по 01.07.2017 действовало региональное соглашение о минимальной заработной плате в Республике Коми, устанавливающее для южной природно-климатической зоны Республики Коми минимальную заработную плату в размере 8100 рублей. С учетом районного коэффициента (20%) и северной надбавки (50%), минимальный размер оплаты труда составлял 13 770 рублей.

В отсутствие письменного трудового договора и иных документов, свидетельствующих об установлении заработной платы истцу в каком-либо размере, суд считает подлежащим взысканию в его пользу с ответчика заработной платы за май 2017 года по должности слесаря-сантехника в размере 13 770 рублей.

При определении размера заработной платы ФИО1 в мае 2017 года в должности столяра-плотника, суд учитывает, что сам истец указывал на замещение ? ставки в этой должности, а в обоснование расчета заработной платы представил штатное расписание ООО «Мастер» на 01.08.2016, в котором фонд оплаты труда столяра составлял 15 536 рублей 30 копеек. Таким образом, за работу столяром в мае 2017 года истцу подлежала выплате заработная плата в размере 7768 рублей 15 копеек.

Таким образом, общая сумма задолженности заработной платы за апрель и май 2017 года, подлежащая взысканию с ООО «Мастер» в пользу ФИО1 составляет 81 538 рублей 15 копеек (60 000 рублей + 13 770 рублей 7768 рублей 15 копеек), без учета налога на доходы физических лиц.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 2646 рублей 14 копеек, от уплаты которой истец был освобожден при подаче иска.

На основании изложенного, и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

Исковые требования ФИО1 к ООО «Мастер» о взыскании задолженности по заработной плате удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Мастер» в пользу ФИО1 невыплаченную заработную плату за апрель и май 2017 года в размере 81 538 рублей (без учета НДФЛ).

Взыскать с ООО «Мастер» в доход бюджета муниципального образования муниципального района «Княжпогостский» государственную пошлину в размере 2646 рублей 14 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Коми через Княжпогостский районный суд Республики Коми в течение месяца со дня его составления в окончательной форме.

Судья И.А. Степанов