31RS0024-01-2025-000605-67 

2-621/2025

Р Е Ш Е Н И Е

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Шебекино 26 августа 2025 года

Шебекинский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Калашниковой Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дорогановой Е.А.,

с участием представителей истца, ответчика, старшего помощника Шебекинского межрайонного прокурора,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, расходов на медицинские препараты,

У С Т А Н О В И Л:

29 декабря 2024 года в 12 часов 40 минут на участке автодороги в районе 

<

адрес> ФИО2, управляя автомобилем ВАЗ 21099, грз № рег, совершил наезд на пешехода ФИО1, находящуюся в районе пешеходного перехода на проезжей части.

В результате дородно-транспортного происшествия ФИО1 причинены телесные повреждения.

Постановлением старшего инспекторе по ИАЗ отдела Госавтоинспекции ОМВД России «Шебекинский» от 27 января 2025 года производство по административному делу прекращено, поскольку усматривались признаки состав преступления, предусмотренного с. 264 УК РФ.

Постановлением старшего следователя отдела №6 СУ УМВД России оп г. Белгороду от 26 февраля 2025 года в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 264 УК РФ в отношении ФИО2 отказано, ввиду отсутствии в действиях последнего признаков состава преступления, предусмотренного указанной статьей.

Ввиду преждевременности вынесенного постановления неполноты проверки всех обстоятельств ДТП, на основании постановления руководителя следственного органа от 26 февраля 2025 года отменено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Постановлением старшего следователя отдела №6 СУ УМВД России по г. Белгороду отказано в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в действиях ФИО2 состава преступления.

Ввиду преждевременности вынесенного постановления неполноты проверки всех обстоятельств ДТП, на основании постановления руководителя следственного органа от 13 мая 2025 года отменено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Постановлением старшего следователя отдела №6 СУ УМВД России по г.Белгороду от 13 июня 2025 года отказано в возбуждении уголовного дела ввиду отсутствия в действиях ФИО2 состава преступления.

ФИО1 обратилась в суд с иском, с учетом уточнения заявленных требований просила взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб., расходы на медицинские препараты, топливо и продукты питания в размере 

<

данные изъяты> руб.

В обоснование иска ссылалась на то, в результате виновных действий ответчика, совершившего наезд на нее в то время, как она переходила проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу, ей причинен 

<

данные изъяты>. Указывала на длительное лечение в медицинском учреждении, проведении операций после ДТП, лечение продолжается и в настоящее время, также ею были понесены расходы на медикаменты, связанные с лечением, приобретались продукты питания, ее супругом были понесены расходы на топливо, израсходованное на поездки к супруге в больницу, перечисленные расходы подлежат взысканию с ответчика в качестве ущерба.

В судебное заседание истица не явилась, обеспечила явку своего представителя, который поддержал заявленные требования, указывал на то, что наезд на его доверителе водителем ФИО2 произошло на пешеходном переходе, об указанном свидетельствует локализация ушибов и травм на теле ФИО1, а также выводы автотехнической экспертизы. Полагал, что вынесенные постановления отказе в возбуждении уголовного дела не могу свидетельствовать об обратном.

Ответчик в судебное заседание не явился, обеспечил явку своего представителя, который возражал против заявленных требований, просил отказать в их удовлетворении. Указывал на отсутствие вины в ДТП ФИО2 Ссылался на выводы автотехнической экспертизы, которая свидетельствует, что место наезда на пешехода находится вне границы пешеходного перехода.

Прокурором Шебекинской межрайонной прокуратуры дано заключение о возможности частичного удовлетворения иска с определением компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб.

Исследовав материалы дела и представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

29 декабря 2024 года в 12 часов 40 минут на участке автодороги в районе д. 

<

адрес> ФИО2, управляя автомобилем ВАЗ 21099, грз № рег, совершил наезд на пешехода ФИО1, находящуюся в районе пешеходного перехода на проезжей части.

В результате дородно-транспортного происшествия ФИО1 причинены телесные повреждения.

Постановлением старшего инспектора по ИАЗ отдела Госавтоинспекции ОМВД России «Шебекинский» от 27 января 2025 года производство по административному делу прекращено, поскольку усматривались признаки состава преступления, предусмотренного с. 264 УК РФ.

Постановлением старшего следователя отдела №6 СУ УМВД России оп г. Белгороду от 26 февраля 2025 года в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 264 УК РФ в отношении ФИО2 отказано, ввиду отсутствии в действиях последнего признаков состава преступления, предусмотренного указанной статьей.

Ввиду преждевременности вынесенного постановления неполноты проверки всех обстоятельств ДТП, на основании постановления руководителя следственного органа от 26 февраля 2025 года отменено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Постановлением старшего следователя отдела №6 СУ УМВД России по г. Белгороду отказано в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в действиях ФИО2 состава преступления.

Ввиду преждевременности вынесенного постановления неполноты проверки всех обстоятельств ДТП, на основании постановления руководителя следственного органа от 13 мая 2025 года отменено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Постановлением старшего следователя отдела №6 СУ УМВД России по г.Белгороду от 13 июня 2025 года отказано в возбуждении уголовного дела ввиду отсутствия в действиях ФИО2 состава преступления.

Следствие пришло к выводу о том, что ДТП произошло в результате неосторожных действий пешехода ФИО1, которая в нарушение требований пп. 4.3, 4.5 ПДД РФ осуществляла движение через проезжую часть 

<

адрес> вне зоны действия пешеходного перехода, расположенного в зоне ее видимости, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств и безопасности своего движения, чем создала помеху для движения автомобиля ВАЗ 21099, под управлением ФИО2. в результате чего и был совершен на нее наезд и наступление вредных последствий - причинение тяжкого вреда здоровью. В действиях водителя ФИО2 нарушение ПДД РФ, находящихся в прямой причинной связи с произошедшим ЛТП, не усматривается, следовательно, в его действиях отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 1ст. 264 УК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего (пункт 1 статьи 1079 ГК РФ). Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2,3 статьи 1083 ГК РФ.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Согласно пункту 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности) – пункт 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1.

Исходя из изложенного, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего ему права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, под законностью владения подразумевается наличие гражданско-правовых оснований владения транспортным средством.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.

С учетом приведенных выше норм права ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке либо источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.

Как следует из материалов дела, автомобиль ВАЗ 21099, грз № рег на момент ДТП принадлежал ответчику, который в момент совершения наезда на истца управлял указанным транспортным средством.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

Исходя из приведенных положений моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Из изложенного следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. 

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

Обстоятельство вины ответчика в ДТП не установлено.

Как следует из заключения эксперта ФГБУ Белгородская лаборатория судебной экспертизы №110/1-5-25, 111/1-5-25 от 06 марта 2025 года место наезда автомобиля ВАЗ 21099 на пешехода ФИО1 могло располагаться на участке в продольном направлении проезжей части дороги ул. Полевая, в границах отрезка от пешеходного перехода, в районе его дальней границы, до незначительного расстояния за дальней границей пешеходного перехода, по ходу движения ТС.

Более точно установить геометрические координаты места наезда на пешехода не представляется возможным, по причине недостаточности вещественно-следственной информации зафиксированной на месте ДТП.

Скорость движения автомобиля к моменту начала экстренного торможения составляла не менее 52,6 км/ч.

Поскольку не были установлены точные геометрические координаты места наезда ТС на пешехода, то расчет технической возможности водителя ФИО2 предотвратить наезд на пешехода ФИО1 был осуществлён в двух версиях:

1. В случае если наезд имел место на пешеходном переходе, водитель автомобиля ВАЗ 21099 в вариантах №№2,3 не располагал, в варианте №1 мог не располагать (не представлялось возможным установит) технической возможностью предотвратить наезд на пешехода экспертным торможением с остановкой управляемого автомобиля до линии ее движения с момента выхода пешехода на проезжую часть дороги в зоне действия пешеходного перехода.

2. В случае наезда, если наезд имел место вне зоны действия пешеходного перехода, водитель ВАЗ 21099 не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода ФИО1 экстренным торможением с остановкой управляемого автомобиля до линии ее движения с момента выхода пешехода на проезжую часть дороги вне зоны действия пешеходного перехода.

в связи с тем, что при решении вопроса №1 не были установлены точные геометрические координаты места наезда ТС на пешехода (то есть наезд мог произойти как на пешеходном переходе, так и вне зоны действия пешеходного перехода), то действия водителя автомобиля ВАЗ 21099 с технической очки зрения будут рассматриваться в двух версиях:

1. Действия водителя в случае если наезд имел место на пешеходном переходе:

В сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля должен был действовать в соответствии с требованиями п.п. 1.3, 1.5, 2.5, 10.1, 14.1 ПДД РФ.

2. Действия водителя в случае если наезд имел место вне зоны действия пешеходного перехода:

В сложившейся ситуации водитель автомобиля должен был действовать в соответствии с требованиями п.п. 1.3, 2.5, 10.1 ПДД РФ.

Не доверять заключению эксперта у суда оснований не имеется, данное заключение дано экспертом на основании материалов дела.

Таким образом, на момент проведения доследственной проверки не установлено доказательств, свидетельствующих наличие в действиях ФИО2 нарушений ПДД РФ, и, соответственно, его вины в ДТП.

Руководствуясь выводами эксперта старший следователь отдела №6 СУ УМВД России по г. Белгороду пришел к выводу о ом, что ДТП произошло в результате неосторожных действий пешехода ФИО1, которая в нарушение требований пп. 4.3, 4.5 ПДД РФ осуществляла движение через проезжую часть 

<

адрес> вне зоны действия пешеходного перехода, расположенного в зоне ее видимости, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств и безопасности своего движения, чем создала помеху для движения автомобиля ВАЗ 21099, под управлением ФИО2. в результате чего и был совершен на нее наезд и наступление вредных последствий - причинение тяжкого вреда здоровью. В действиях водителя ФИО2 нарушение ПДД РФ, находящихся в прямой причинной связи с произошедшим ЛТП, не усматривается, следовательно, в его действиях отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 1ст. 264 УК РФ.

Наличие вины ответчика в ДТП не установлено и при рассмотрении настоящего спора, в связи с чем гражданско-правовая ответственность ответчика возникает на основании ч. 1 ст. 1079 ГК РФ.

Из заключения экспертизы №24 следует, что в результате ДТП у ФИО1 выявлены 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Не доверять заключению эксперта у суда не имеется оснований, поскольку оно дано экспертом на основании исследования медицинской документации ФИО1

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что моральный вред истца возник в связи с причинением ей физических и нравственных страданий, а именно причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшую физическую боль, длительного лечения.

Как указывалось выше, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения может быть уменьшен (п. 2 ст. 1083 ГК РФ).

С учетом степени причиненных нравственных страданий и переживаний, тяжесть причиненного вреда здоровью ФИО1, отсутствие вины ответчика, суд считает подлежащей взысканию компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб.

Сведений о затруднительном материальном положении ответчика суду не представлено.

Что касается требований о взыскании с ответчика в пользу истца расходов на лекартственные препараты то суд приходи к следующим выводам.

Согласно п. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Как разъяснено в Постановлении Пленума ВС РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью граждан» размер возмещения определяется судом в зависимости от степени вины, как причинителя вреда, так и потерпевшего, действиями которого было вызвано причинение вреда.

Расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Как следует из медицинской карты стационарного больного ФИО1, она находилась на лечении в 

<

данные изъяты> в период с 29 декабря 2024 года по 29 января 2025 года.

Из медицинской документации не усматривается то обстоятельство, что ФИО1 назначались лекарственные препараты, которые отсутствовали в лечебном учреждении и которые ей приходилось приобретать за счет собственных денежных средств.

В судебном заседании представителем истца в обоснование требований о взыскании расходов на медицинские препараты представлялись чеки на приобретение лекарств.

Суд оценив представленные доказательства, пришел к выводу об отклонении ходатайства о их приобщении к материалам дела, поскольку ни одно лекарственное средство, указанное в чеках не совпадает с названием лекарств, указанных в медицинских выписках, в связи с чем, невозможно установить причинно-следственную связь между полученными травмами и понесенными расходами на лекарственные средства.

Суд также отмечает, что препараты, поименованные в чеках, связаны с 

<

данные изъяты>.

Кроме того, некоторые представленные чеки были не читаемыми, в связи с чем суд относится к данным доказательствам критически.

На основании изложенного суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований о возмещении расходов на лекарственные препараты.

Остальные требования о взыскании расходов на продукты питания и топливо также не подлежат удовлетворению.

Если компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, иные факты подлежат установлению при разрешении требований о взыскании расходов на продукты питания и топливо.

Поскольку вина ФИО2 в ДТП не установлена, отсутствуют основания полагать, что в результате действий последнего истцу причинен ущерб, связанный с приобретением ею продуктов питания и топлива.

Кроме того, суд отмечает, что надлежащих доказательств несения истицей расходов на продукты питания и топливо не представлено, расчет взыскиваемой суммы не произведен, заявлена лишь сумма подлежащая взысканию в размере 

<

данные изъяты> руб.

В судебном заседании представителем истца представлялись чеки по оплате топлива на АЗС, однако из указанных документов не следует, кем заправлялась автомобиль, кто оплачивал бензин и на что он был израсходован - только лишь на то, чтобы супруг истца навещал последнюю в медучреждении. Представитель истца предложил суду самостоятельно произвести н состава в указанном происшествии, не возможно взыскать указанные расходы с ответчика.

На основании изложенного суд приходит к выводу об отклонении заявленных требований о взыскании расходов на топливо и продукты питания.

Учитывая освобождение истца от оплаты государственной пошлины, в доход местного бюджета подлежит взысканию с ответчика государственная пошлина в размере 3000 руб. 

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Удовлетворить частично исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, расходов на медицинские препараты.

Взыскать со ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 

<

данные изъяты> руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать со ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Шебекинский районный суд Белгородской области.

Мотивированное решение суда изготовлено 01 сентября 2025 года.

Судья