Дело № 2-760/2021 

УИД №59RS0044-01-2021-000937-60 подлинник

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Горнозаводск 22 июня 2021 года 

Чусовской городской суд Пермского края ( постоянное судебное присутствие в г. Горнозаводск) в составе: 

председательствующего судьи Башировой А.А., 

с участием прокурора Шуровой С.А., 

представителя истца ФИО1, 

представителя ответчика ФИО2, 

при секретаре Маркеловой Т.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Горнозаводске гражданское дело по иску ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края « Горнозаводская районная больница» о компенсации морального вреда, судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратился в суд с требованиями взыскать с ответчика в свою пользу в счет компенсации, причиненного ему морального вреда сумма, и возврат госпошлины сумма. В обоснование своих требований указал, что ФИО4, дата года рождения, отец истца, длительное время страдал данные изъяты, в дата перенес данные изъяты. По этому поводу в период с дата по дата находился на лечении в неврологическом отделении № 2 ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница № 1», тому был поставлен диагноз: данные изъяты. Сопутствующий диагноз: данные изъяты. В период с дата по дата ФИО4 находился на лечении в терапевтическом отделении ГБУЗ ПК «Горнозаводская РБ» с диагнозом «данные изъяты». дата около 12 часов была вызвана бригада скорой медицинской помощи (фельдшер ФИО5) в связи с высокой температурой у ФИО4, около 39 градусов. Приехавшие на вызов сотрудники не провели должного обследования, измерив только температуру и поставив укол анальгина и димедрола, видя выраженное воспалительное заболевание не направили ФИО4 на рентгенографию легких. дата около 13 часов пришла участковый терапевт ФИО6, зафиксировала жалобы на высокую температуру, головные боли, боль в горле, мышцах, слабость, кашель с мокротой. Она также не направила ФИО4 на обследование и сдачу анализа данные изъяты». дата около 17 часов опять была вызвана скорая помощь (фельдшер ФИО7), так как температура не спадала. Приехавшая на вызов бригада медиков при прослушивании легких заметили хрипы, поставили диагноз: «данные изъяты», ухудшение состояния до средней тяжести, но никакого направления на анализ крови или рентген не дали, в стационар не госпитализировали. дата температура держалась в течение всего дня, несмотря на поставленные уколы, выписанные терапевтом ФИО6. дата утром была вызвана бригада скорой медицинской помощи (фельдшер ФИО8), зафиксировано тяжелое состояние ФИО4, утрата сознания до комы, отсутствие контакта и реакции на болевой раздражитель. Подтвержден диагноз: «данные изъяты». Поставлен анальгин с димедролом, пациент не госпитализирован. В этот же день около 11 часов был сделан повторный вызов скорой помощи (фельдшер ФИО9), медицинскими работниками вновь зафиксировано прежнее тяжелое состояние с температурой 39 СО, вновь не предложена госпитализация, вновь сделан лишь анальгин с димедролом. ФИО4 поступил в стационар Горнозаводской РБ по скорой помощи в 14 часов 35 минут, в состоянии сопора, помещен в отделение реанимации и интенсивной терапии. дата ФИО4 скончался. Не согласившись с правильностью оказания медицинской помощи, семья П-вых обратилась в различные инстанции и уполномоченные учреждения для проверки качества оказания медицинской помощи ФИО4. По заключению экспертов медицинской страховой компании (с дата ООО «РГС-Медицина» переименовано в ООО «Капитал медицинское страхование») выявлены дефекты лечебно-диагностического процесса, при оказании скорой медицинской помощи – не предложена госпитализация в стационар, не сделана ЭКГ, глюкометрия, не соблюдена преемственность. По специальности терапия: динамика заболевания не отражена, температура не отражена, лечебные мероприятия не отражены и др.. Согласно Акта проверки Министерства здравоохранения Пермского края ... по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности от дата – дата выявлены нарушения при оказании скорой медицинской помощи при всех вызовах с дата по дата, среди которых наиболее значимыми являются: отсутствие описания признаков повышения температуры, не собран анамнез, отсутствуют рекомендации родственникам по ведению больного, не проведена дефференциальная диагностика между данные изъяты, не предложена госпитализация в связи с выставленным диагнозом, чем нарушена тактика лечения, лечение не соответствует диагнозу и тяжести состояния. дата по результатам доследственной проверки (КРСП ... от дата) было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. В рамках доследственной проверки была назначена и проведена комплексная судебно-медицинская экспертиза (заключение ...), выполненная экспертами ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» г. Оренбург.

Указанные нарушения со стороны работников ответчика повлекли отсутствие своевременной диагностики и лечения развившегося осложнения основного заболевания у ФИО4 – гипостатической данные изъяты, способствовали развитию болезненного состояния с последующим исходом в смерть.

От действий и бездействий работников ответчика истцу причинен моральный вред, заключающийся в глубоких нравственных страданиях, поскольку он потерял родного близкого человека, моральный вред оценивает в сумма.

В судебное заседание истец ФИО3, извещенный судом надлежащим образом о слушании дела, не явился, просил о рассмотрении дела в его отсутствие, с участием представителя. На исковых требованиях настаивает.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании на исковых требованиях настаивал по доводам искового заявления. Суду пояснил, что обстоятельства, на которых истец основывает свои исковые требования были подтверждены апелляционным определением Пермского краевого суда от дата, согласно которому с ГБУЗ ПК «Горнозаводская районная больница» в пользу супруги умершего ФИО4- ФИО10 и старшего сына ФИО11 взыскана компенсация морального вреда: в сумме сумма- в пользу ФИО10 и сумма- в пользу ФИО11 в связи с допущенными со стороны ответчика дефектами оказания медицинской помощи. Противоправность действий причинителя вреда подтверждена заключением эксперта. Было установлено, что к смерти ФИО4 привели 2 фактора: патология ФИО4 и многочисленные дефекты. На стационарном этапе были допущены дефекты, а также дефекты оказания медицинской помощи скорой помощью. Пока не пришла ФИО6 и правильно не оценила состояние ФИО12 он не был госпитализирован не смотря на то, что работники скорой помощи последовательно фиксировали ухудшение его состояния и ничего не было предпринято адекватного. Как следовало из заключения эксперта, лечение не соответствовало тяжести состояния. Комплексная судебная экспертиза показала, что в стационаре также были допущены грубые дефекты. Спустя сутки после госпитализации пациент умер в связи с несвоевременностью оказания медицинской помощи, недооценки тяжести состояния. Соответственно определенно имеется причинно- следственная связь, которая носит косвенный характер между дефектами оказания медицинской помощи и смертью ФИО4, поскольку в данном случае вред причинен бездействием. Между ФИО3 и его отцом не были утрачены семейные связи, они активно поддерживались. Действительно это был любимый, долгожданный сын. отец для истца был примером всей жизни. То, что сейчас заложено в нем- это результат воспитания отца. Когда состояние здоровья ФИО4 ухудшалось, именно истец настаивал на лечении, на госпитализации. Видно, что для него это был по настоящему близкий человек, утрату которого не возможно восполнить ничем. Полагает, что подлежат удовлетворению заявленные исковые требования. Истец оценивает страдания, душевные переживания, причиненный ему моральный вред в размере сумма.

Представитель ответчика по доверенности ФИО2 с заявленными требованиями не согласна. Считает, что истцом не представлено доказательств причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступлением смерти ФИО4 и считают вину ответчика в наступлении неблагоприятного исхода – смерти ФИО4 недоказанной. Ранее были рассмотрены обстоятельства аналогичного дела, когда в суд обратились жена и старший сын ФИО4 Указала на то, что согласно экспертизы, основной причиной смерти было хроническое тяжелое заболевание ФИО4 Также выводы экспертизы содержат следующие данные: учитывая наличие тяжелых патологий, характер и быстроту развития гипостетической пневмонии, прогноз для жизни ФИО4 был не благоприятный. Даже в случае своевременной госпитализации и полноценного лечения в стационаре, благоприятный исход с сохранением жизни ФИО12 гарантирован не был в виду наличия у пациента тяжелого течения имевшейся у него болезни. При определении размера компенсации морального вреда просила учесть обстоятельства перенесенных душевных и нравственных страданий истцом, а именно что ФИО3 с дата г. после окончания школы совместно с родителями не проживал, за больным отцом не ухаживал. Просила при определении размера компенсации морального вреда учесть, что Горнозаводская районная больница является бюджетным учреждением и взыскание компенсации таких размеров может привести ее к финансовой несостоятельности.

Третьи лица ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9 ФИО6 в судебное заседание не явились. О времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. О причинах своей неявки суду не сообщали, об отложении судебного заседания не просили.

Представитель третьего лица ООО «Капитал медицинское страхование» в судебное заседание не явился. О времени и месте рассмотрения дела извещены в установленном законом порядке. О причинах своей неявки суду не сообщал, об отложении судебного заседания не просили.

Суд, заслушав представителя истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела, обозрев медицинские документы – карты вызова скорой медицинской помощи, индивидуальную карту амбулаторного больного, медицинскую карту стационарного больного ..., материалы проверки КРСП ... по факту смерти ФИО4, материалы гражданского дела ..., заслушав пояснение свидетеля, заключение прокурора, полагавшего требования подлежащими удовлетворению, приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 2 ноября 2011 г. № 323~ф3 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь » комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пп. 3, 9 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (чч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО3 усматривается, что основанием его обращения в суд с требованием о компенсации причиненного ему морального вреда, явилось ненадлежащее оказание медицинской помощи (дефекты оказания медицинской помощи) отцу ФИО4, приведшее, по мнению истца, к его смерти.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданин нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред ( ст. 151 ГК РФ). 

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями ст. 150, 151 ГК РФ следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами гл. 59 (ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГКРФ.

Согласно пп. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. № 6), суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй п. 8 постановления Пленума от 20 декабря 1994 г. № 10).

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или липом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый п. 32 постановления Пленума от 26 января 2010 г. № 1).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Судом установлено, что ФИО4 приходился отцом ФИО3 (л.д. 9 оборот). 

дата ФИО4 в связи с ухудшением состояния здоровья (повышение температуры тела, жалоб на слабость, недомогание) обратился за медицинской помощью в ГБУЗ ПК «Горнозаводская районная больница». В период с дата по дата для оказания медицинской помощи ФИО4 четыре раза вызывали скорую помощь, на дому ФИО4, посещала участковый терапевт, дата ФИО4 впал в кому, в связи с чем был госпитализирован в отделение реанимации и интенсивной терапии, где после непродолжительного лечения умер дата ( л.д.9- свидетельство о смерти).

Данные обстоятельства подтверждаются обозревавшимися в судебном заседании медицинским документами в отношении ФИО4: картами вызова скорой медицинской помощи, индивидуальной картой амбулаторного больного, медицинской картой стационарного больного ....

Согласно Судебно-медицинского диагноза ... от дата ( л.д.54-64) Основной: данные изъяты. данные изъяты. Осложнения: данные изъяты. 

Сопутствующий: данные изъяты.

Согласно Заключению эксперта (судебно-гистологическая экспертиза) ... на основании направления судебно-медицинского эксперта ФИО13 проведено в судебно-гистологическом отделении ГКУЗОТ «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» с целью подтверждения диагноза ФИО4 дата (л.д. 62-64) судебно-гистологический диагноз: данные изъяты.

Постановлением от дата (л.д. 11-15) отказано в возбуждении уголовного дела по факту причинения смерти по неосторожности ФИО4 вследствие ненадлежащего исполнения работниками ГБУЗ ПК «Горнозаводская районная больница» своих профессиональных обязанностей по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ в отношении ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО6 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ – за отсутствием состава преступления.

При обозрении материала проверки КРСП ... по факту смерти ФИО4 установлено, что в рамках доследственной проверки была назначена и проведена комплексная судебно-медицинская экспертиза (заключение ...), выполненная экспертами ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» г. Оренбург, подлинник находится в материале проверки КРСП ... по факту смерти ФИО4), согласно выводам которой:

«На основании вышеизложенного комиссия приходит к следующим выводам, руководствуясь поставленными вопросами: 1 (1,2,3,5,6). Анализ представленных медицинских документов показал, что при оказании медицинской помощи ФИО4 были допущены следующие дефекты:

1) на амбулаторном этапе МУЗ «Горнозаводская центральная районная больница»: 

дефекты диагностических мероприятий - проведение обследования ФИО4 в неполном объеме (данные изъяты.). В случае невозможности обследования ФИО4 в условиях поликлиники в данном случае, пациента следовало направить в стационар для обследования в условиях стационара, чего выполнено не было.

• неверная диагностика - отсутствие постановки верного и полного диагноза пациенту (отсутствует указание на основное заболевание ФИО4, которое определяло тяжесть состояния пациента, не была внесена в диагноз данные изъяты, выявленные у ФИО4), отсутствие установленного диагноза «данные изъяты».

• недооценка степени тяжести ФИО4; наличие данные изъяты. Невозможность полноценного обследования в условиях поликлиники, афатические нарушения (невозможность предъявления жалоб, определения ухудшения состояния), снижение иммунитета, трудности выполнения назначений врача по лечению (необходимость инъекций, инфузионной терапии - следовало обеспечить выполнение мед. персоналом), невозможность контроля динамики состояния, привели к невозможности своевременного определения отрицательной динамики в состоянии ФИО4 и возникших у него показаний к госпитализации.

• дефекты лечебных мероприятий: назначенное и проводимое при ухудшении состояния ФИО4 амбулаторное лечение являлось неэффективным и недостаточным (при пневмонии следует назначить два антибиотика, проводить инфузионную терапию и т.д.). При этом угнетение сознания, усугубление общемозговой неврологической симптоматики также было обусловлено прогрессированием цереброваскулярной болезни у ФИО4 и могли являться проявлениями данные изъяты. Заболевание развивалось быстро, прогрессировало, несмотря на недостаточное лечение. данные изъяты терапия не проводились; гипертермия купирована не была; показатели крови, гемодинамики, газовый состав крови, диурез не контролировались; рентгенография и электрокардиография в динамике также не проводились. Ввиду вышесказанного имело место нарастание данные изъяты (по данным обследования в стационаре дата), данные изъяты). Вышеперечисленные нарушения возникли не мгновенно, а развивались постепенно в период дата, привели к тяжелому состоянию ФИО4 на момент поступления его в стационар дата.

организационный дефект: невыполнение госпитализации в стационар пациента при ухудшении его состояния, оценке его состояния как тяжелое, невозможности обследования в амбулаторных условиях

дефекты оформления медицинской документации: записи краткие, малоинформативные, без описания данных по системам и органам, неинформативный анамнез, отсутствует отметка об уровне сознания, в отдельных записях формулировка диагноза неполная в предположительной форме.

Таким образом, недооценка тяжести состояния ФИО4 со стороны участкового терапевта (ввиду отсутствия полноценного обследования на амбулаторном этапе, отсутствия контроля за лечением и динамикой состояния больного) не позволили своевременно поставить пациенту верный диагноз «данные изъяты», и в диагнозе указать наличие тяжелого заболевания данные изъяты (прогрессирование которой, по данным исследования трупа, привело к смерти больного), определить показания к экстренной госпитализации в стационар (что препятствовало своевременному оказанию неотложной помощи больному) и повлияло на наступление неблагоприятного исхода - смерти ФИО4

2) на этапе вызова бригад Скорой помощи с дата. по дата:

неверная лечебная тактика: ввиду прогрессивного ухудшения состояния ФИО4 каждый день осуществлялся вызов Скорой помощи по поводу плохого самочувствия, гипертермии. Фельдшер фиксировал отрицательную динамику состояния больного, сохраняющуюся гипертермию, оказывал симптоматическую помощь в виде инъекции анальгина и димедрола для снижения температуры, что являлось недостаточной мерой лечения у указанного пациента.

организационный дефект - непроведение госпитализации ФИО4 в стационар. При наличии у ФИО4 угнетения сознания в виде комы, явных клинических признаков левосторонней (застойного генеза) пневмонии, для оценки тяжести состояния и показаний к госпитализации требовалось лабораторное, инструментальное обследование (стандарт ведения больного с данные изъяты). Учитывая специфику основного заболевания (данные изъяты), в условиях данные изъяты (смертельно опасного осложнения, требующего неотложной специализированной помощи).

многочисленные дефекты оформления медицинской документации (скудность описания жалоб, анамнеза заболевания, описание состояния пациента по разделам; запись о том, что «нервная система без патологии» не соответствует действительности, клинический диагноз сформулирован в неполном объеме).

3) на этапе стационарного лечения ГБУЗ ПК «Горнозаводская клиническая больница»: 

неверная диагностика (неверная постановка диагноза). При первом исследовании снимка от дата (при осмотре при поступлении ФИО4 в стационар) врач предполагал внебольничную данные изъяты. Однако в дальнейшем из описания осмотра врача дата следует, что изменения на рентгенограмме расценены как данные изъяты (о наличии очаговых инфильтративных изменений, характерных для пневмонии не говорится), такое же заключение имеется в описании пленки: «Протокол исследования.... Рентгенография органов грудной полости в прямой проекции: Заключение: данные изъяты». Следовательно, имевшаяся у ФИО4 пневмония выявлена не была. В посмертном эпикризе, в диагнозе отсутствует указание на наличие у ФИО4 данные изъяты. Врачом не были оценены клинические признаки пневмонии (лихорадка, симптомы воспаления нижних дыхательных путей, крепитирующие хрипы в легких с обеих сторон, лейкоцитоз в крови с левым сдвигом лейкоформулы, наличие тяжелой дыхательной недостаточности, почечной недостаточности, явления обезвоживания и интоксикации). Указанный диагноз являлся заключительным клиническим диагнозом, который не содержал пояснения по поводу вышеперечисленных клинических проявлений тяжести состояния ФИО4 и расходился с диагнозом на титульном листе медицинской карты стационарного больного ... (Диагноз: «данные изъяты Сопутствующий: данные изъяты»). Клинический и патологоанатомический диагнозы совпадают по основному заболеванию: данные изъяты. В клиническом диагнозе отсутствует указание на наличие у ФИО4 при жизни данные изъяты, ее стадии, степени; основной диагноз сформулирован неполно: отсутствует указание на то, в данные изъяты. 

дефекты диагностических мероприятий: несвоевременное (запоздалое) исследование крови у пациента: электролиты крови были выполнены только дата, а не в день поступления, при том, что у ФИО4 были зафиксированы явления тяжелой почечной недостаточности. Не назначена и не проведена консультации невролога для уточнения диагноза по поводу имевшейся у ФИО4 цереброваскулярной болезни. Не были назначены и проведены консультация окулиста, консилиум с участием начмеда, заведующего отделением реанимации, заведующего терапевтическим отделением. За указанный период пребывания ФИО4 ему не были назначены и проведены: данные изъяты.

2 (4,7). Смерть ФИО4 наступила в результате данные изъяты).

К наступлению неблагоприятного исхода - смерти ФИО4 привели следующие факторы:

данные изъяты

дефекты оказания медицинской помощи на амбулаторном этапе, на этапе Скорой медицинской помощи, на этапе стационара ГБУЗ ПК «Горнозаводская клиническая больница».

Объективных медицинских критериев, которые могли бы быть основанием для оценки степени влияния каждого из допущенных дефектов в количественном отношении (в долях, в процентах и т.п.) не существует, что не позволяет установить прямую причинно-следственную связь между дефектами оказания медицинской помощи на всех этапах и наступлением неблагоприятного исхода - смертью ФИО4

Степень тяжести вреда здоровью ФИО4 не устанавливается в соответствии с п.24 приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от дата ...н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», где сказано, что ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью травмы, отравления, заболевания, поздними сроками начала лечения, его возрастом, сопутствующей патологией и др. причинами, не рассматривается как причинение вреда здоровью.

3. Учитывая коморбидность (наличие тяжелой сопутствующей патологии), характер, быстроту развития данные изъяты, прогноз для жизни ФИО4 являлся неблагоприятным.

Даже в случае своевременной госпитализации и полноценного лечения в стационаре, благоприятный исход - сохранение жизни ФИО4 гарантирован не был, ввиду наличия у пациента тяжелого течения имевшейся у него цереброваскулярной болезни».

Согласно актов экспертизы качества медицинской помощи и экспертных заключений ООО «РГС-Медицина» ( л.д.38-52) экспертами данной организации по результатам проверки качества оказания медицинской помощи работниками ГБУЗ ПК «Горнозаводская районная больница» ФИО4 выявлены дефекты лечебно-диагностического процесса, при оказании скорой медицинской помощи не предложено госпитализация в стационар, не выполнен в полном объеме стандарт обследования и лечения, не сделано ЭКГ, глюкометрия, не соблюдена преемственность. По специальности терапия: динамика заболевания не отражена, температура не отражена, также не отражены лечебные мероприятия нарушения, связанные с ненадлежащим оформлением медицинских документов, постановкой неверного диагноза, отсутствием сведений о проведении ЭКГ и о предложениях госпитализации больного в стационар.

Апелляционными определениями Пермского краевого суда от дата, дата по гражданскому делу ..., удовлетворены исковые требования супруги умершего ФИО4- ФИО10 и старшего сына- ФИО11 о взыскании компенсации морального вреда с ответчика ГБУЗ ПК « Горнозаводская районная больница» Данными судебными актами установлено, что выявленные дефекты оказания ответчиком медицинской помощи ФИО4 повлияли на правильность постановки ему диагноза, назначения соответствующего лечения и развитие в дальнейшем летального исхода. 

Согласно ч.2 ст.61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Таким образом, из установленных судом обстоятельств следует, что выявленные дефекты оказания ответчиком медицинской помощи ФИО4, повлияли на правильность постановки ему диагноза, назначения соответствующего лечения и развитие летального исхода от отека головного мозга на фоне гипостатической левосторонней нижнедолевой пневмонии.

В связи с чем, имеются правовые основания для удовлетворения требований ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда с ответчика.

Определяя размер, подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд принимает во внимание следующее. 

Гражданское законодательство, предусматривая в качестве способа защиты гражданских прав компенсацию морального вреда, устанавливает общие принципы для определения размера такой компенсации (статьи 151 и 1101 Гражданского кодекса РФ).

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. 

В силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина,' временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 8 указанного выше постановления).

Как разъяснено в абзацах 3 и 4 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страдании, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18.03.2010 по делу «Максимов (Макsimov) против России» указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

По смыслу приведенных нормативных положении гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страдании потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Заявляя требования о взыскании компенсации морального вреда, в обоснование его размера истец ФИО3 указывал на то, что в результате действий (бездействия) работников ответчика, оказания медицинской помощи ФИО4 ненадлежащим образом, дальнейшей смерти ФИО4, ему как сыну причинен существенный моральный вред, заключающийся в глубоких нравственных страданиях, поскольку он потеряли родного близкого ему человека - отца. Фактически ФИО4 не получил должного лечения при обращении за медицинской помощью, что повлекло быстрое ухудшение его здоровья в течение пяти дней с летальным исходом. Осознание того, что ФИО4 можно было спасти оказанием своевременной и квалифицированной медицинской помощи, причиняет ему дополнительные нравственные страдания.

Опрошенная в качестве свидетеля ФИО10 в судебном заседании пояснила, что ее и ФИО4 сын- Андрей был долгожданным и любимым сыном. Все хорошее, что у Андрея есть сейчас, было заложено его отцом. Между ФИО4 и ФИО3 были тесные и крепкие взаимоотношения до смерти отца, отец всегда был для Андрея примером. Несмотря на то, что Андрей с отцом совместно не проживал, но связь с родителями не утратил, постоянно приезжал, звонил, интересовался здоровьем отца. Именно Андрей добился госпитализации отца в стационар, ухаживал там за ним. Когда ФИО4 умер, Андрея не было в России, он находился в служебной командировке за границей. Но он взял все материальные затраты по организации похорон на себя. По настоящее время Андрей тяжело переживает смерть и утрату отца, расстраивается из-за того, что не успел проводить отца в последний путь, не смог поднять его на ноги. 

Суд полагает, что смерть близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, что подобная утрата безусловно является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Установленные обстоятельства по делу, свидетельствуют о причинении истцу нравственных страданий тяжестью перенесенных ими переживаний в результате ненадлежащего оказания ФИО4 медицинской помощи и его последующей смерти.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства настоящего дела, при которых истцу причинен моральный вред, учитывая характер действий (бездействия) работников ответчика в связи с правоотношениями по оказанию медицинской помощи ФИО4, степень перенесенных истцом нравственных и моральных страданий, а также обстоятельства, связанные с индивидуальными особенностями истца, суд приходит к выводу о том, что компенсацию морального вреда следует взыскать с ГБУЗ ПК «Горнозаводская центральная районная больница» в пользу ФИО3 в размере сумма.

При этом, суд учитывает, что ФИО3 потерял близкую сложившуюся семейную связь с отцом, характеризующуюся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством, что является невосполнимой утратой.

Суд также считает возможным учесть степень вины ответчика, отсутствие тяжких последствий для здоровья самого истца, и то обстоятельство, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен.

При таком положении, суд считает, что данный размер компенсации морального вреда определен с учетом всех обстоятельств дела и не превышает разумных пределов, является соразмерным перенесенным истцом физическим и нравственным страданиям, отвечает признакам справедливого возмещения за перенесенные истцом страдания и обеспечивает баланс частных и публичных интересов, направленных на то, чтобы выплата компенсации морального вреда истцу также не нарушала права бюджетного лечебного учреждения, который должен компенсировать моральный вред за счет бюджетных средств.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л:

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края « Горнозаводская районная больница» в пользу ФИО3 сумма- в возмещение морального вреда, сумма- расходы на оплату гос. пошлины. 

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Чусовской городской суд ( постоянное судебное присутствие в г. Горнозаводск) в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Судья А.А. Баширова