Дело № 2-27/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 февраля 2018 года

Рыбинский городской суд Ярославской области в составе

Председательствующего судьи Альштадт С.Н.

При секретаре Поткиной А.Н.

Рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Рыбинске гражданское дело по иску ФИО9 в лице законного представителя опекуна ФИО10 к ФИО11 о признании сделок недействительными,

УСТАНОВИЛ:

ФИО9 в лице законного представителя опекуна ФИО10 обратилась в суд с иском к ФИО11 о признании недействительными сделок:

- договора дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> заключенного между ФИО9 и ФИО1 16 июля 2009 года и применении последствий недействительности сделки,

- договора дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> заключенного между ФИО1 и ФИО11 09 января 2012 года и применении последствий недействительности сделки,

признании за ФИО9 права собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, истребовании из чужого незаконного владения ФИО11 спорной квартиры, прекращении права собственности ФИО11 на спорную квартиру.

В судебном заседании законный представитель истца ФИО10, адвокат Сеничев А.Н. требования поддержали и пояснили, что ФИО9 страдает 

<

данные изъяты> является 

<

данные изъяты>, признана недееспособной, в связи с чем, в 2009 году не осознавая характер своих действий совершила сделку подарив принадлежащую ей на праве собственности квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, своему сыну ФИО1 который в свою очередь впоследствии также совершил сделку подарил указанную квартиру ФИО11 На момент совершения сделки в 2009 году ФИО9 уже проявляла признаки психического расстройства, плохо ориентировалась во времени и пространстве, перестала узнавать знакомых людей. С 2012 года ФИО9 проживает с законным представителем ФИО10, которая осуществляет за ней уход. В спорной квартире оставался проживать ФИО1, который не мог осуществлять уход за матерью по состоянию здоровья. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умер, единственным наследником первой очереди является истица. После смерти ФИО1 в целях осуществления ухода за ФИО9 законный представитель ФИО10 решила переехать в квартиру подопечной, поскольку последняя там зарегистрирована. При получении выписки из ЕГРП узнала, что собственником квартиры с 2012 года является ФИО11 Поскольку на момент совершения сделки ФИО12 находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, указанная сделка подлежит признанию недействительной в соответствии со ст.177 ГК РФ, также подлежат признанию недействительной и последующая сделка ФИО1 со ФИО11

Представитель ответчика ФИО11 по доверенности ФИО13 требования не признала и пояснила, что ФИО11 являлся мужем дочери ФИО12 – ФИО2 умершей ДД.ММ.ГГГГ. В 2009 году ФИО12 до совершения сделки по дарению квартиры сыну ФИО1 обращалась в органы технической инвентаризации для осуществления технического учета спорной квартиры. Впоследствии ФИО9 по согласованию с детьми: дочерью ФИО1 и ФИО2. был заключен договор дарения спорной квартиры на имя сына, поскольку дочь была обеспечена жильем и проживала в другом городе. ФИО9 действовала самостоятельно, осознавала свои действия, советовалась с родственниками и знакомыми. После совершения сделки ФИО9 осталась проживать в указанной квартире. В связи с ухудшением состояния здоровья уход за ФИО9 стала осуществлять ей родная сестра ФИО10, забрав истицу проживать по другому адресу. ФИО1 в 2012 году, после смерти сестры решил подарить указанную квартиру ФИО11, в связи с чем и был заключен договор дарения. Основания для признания сделок недействительными отсутствуют.

Третье лицо Управление Росреестра по Ярославской области извещенное о дне рассмотрения дела, представителя в судебное заседание не направило.

Выслушав стороны, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению.

В судебном заседании установлено, что ФИО9 на основании договора от 16.09.1993 года, регистрационного удостоверения № от 12.10.1993 года являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>

По договору дарения от 16.07.2009 года ФИО9 подарила принадлежащую ей на праве собственности квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> сыну ФИО1 Договор дарения и переход права собственности зарегистрированы в Едином государственном реестре недвижимости.

По договору дарения от 09.01.2012 года ФИО1 подарил принадлежащую ему на праве собственности квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> ФИО11 Договор дарения и переход права собственности зарегистрированы в Едином государственном реестре недвижимости.

ФИО1. умер ДД.ММ.ГГГГ, наследником по закону первой очереди является ФИО9

ФИО9 решением Рыбинского городского суда от 20.01.2017 года признана недееспособной.

В соответствии со ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно п. 2 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Ч. 1 ст.167 ГК РФ предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу закона такая сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в ч. 1 ст. 177 ГК РФ согласно положениям ст. 56 ГПК РФ обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки.

В соответствии со ст.67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

По ходатайству законного представителя истца проведена комплексная судебно-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО9

Согласно заключению № 2/79 от 27.11.2017 года на момент совершения сделки от 16.07.2009 года у ФИО9 имело место 

<

данные изъяты>. При этом, по имеющимся сведениям, не представляется возможным оценить степень выраженности проявлений данного психического расстройства, в связи с чем не представляется возможным сделать достоверный вывод о её способности или неспособности понимать значение своих действий и руководить ими при совершении спорной сделки.

Также по ходатайству сторон допрошены свидетели ФИО3,4,5,6,7,8

Из показаний свидетеля ФИО3. установлено, что ФИО9 являлась её соседкой, проживала в квартире вместе с сыном до 2012 года. Состояние здоровья ФИО9 значительно ухудшилось после смерти дочери, умершей в 2010 году. ФИО2 в разговорах высказывал сожаление, что переоформил квартиру на мужа умершей сестры.

Свидетель ФИО4. показала, что знакома с ФИО9 с детства, иногда встречались в транспорте, на улице. В последний раз, когда встретились в транспорте в 2009 году ФИО9 её узнала, но спросила как её зовут, в разговоре жаловалась на сына, что стал выпивать.

Свидетель ФИО5. соседка, показала, что до смерти дочери ФИО9 вела обычный образ жизни, самостоятельно себя обслуживала, ходила по магазинам, проживала с сыном. Проблемы со здоровьем у ФИО9 появились после смерти дочери, она перестала узнавать знакомых. 

Свидетель ФИО6 родная сестра ФИО9, показала, что состояние здоровья сестры ухудшилось после смерти дочери.

Свидетель ФИО7 показала, что знакома с ФИО9 более 50 лет, ранее постоянно общались, ходили в гости друг к другу, вместе с ездили на похороны к дочери ФИО9 в г.Санк-Петербург. Состояние здоровья ФИО9 ухудшилось через год после смерти дочери, стала забывать куда положила пенсию. После перенесенного инфаркта в 2012 году ФИО9 стало хуже. В 2008-2009 годах ФИО9 переоформила квартиру на сына ФИО1 Решение о переоформлении квартиры было принято осознанно, после совета с дочерью и зятем. Ранее свидетель являлась классным руководителем ФИО2 оказывала ему помощь в оформлении инвалидности. ФИО2 также осознанно подарил квартиру мужу сестры, советовался кому лучше передать квартиру мужу сестры или её сыну Алексею. 

Свидетель ФИО8 показала, что являлась знакомой дочери ФИО9 Ирины. Часто общалась с семьей до смерти Ирины, приходила в гости. До смерти дочери ФИО9 была очень гостеприимна, всех узнавала. После смерти дочери ФИО9 постарела, стала отрешенная. Со слов ФИО1 знает, что он оформил квартиру на семью Ирины. 

Из медицинских карт ФИО9 установлено, что последняя в период с 2004 года по 2011 год не обращалась, только 26.02.2009 года в поликлинике по месту жительства, проходила флюорографию, делала прививки. В ноябре 2012 года и в январе 2013 года ФИО9 находилась на стационарном лечении в 

<

данные изъяты> 

Согласно представленному договору № от 23.04.2009 года на выполнение работ по государственному техническом учету объекта недвижимости, ФИО9 обращалась в ФГУП «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ» в целях осуществления технического учета объекта недвижимости в связи с совершением сделки в отношении принадлежащей её квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>

Из дела правоустанавливающих документов в отношении спорной квартиры из Управления Росреестра по Ярославской области установлено, что ФИО9 в 2009 году, ФИО14 в 2009 и 2012 годах самостоятельно обращались в орган государственной регистрации с заявлениями о регистрации сделки и перехода права собственности, представляли необходимые документы для совершения сделок.

Таким образом, из показаний свидетелей, медицинских карт, представленных документов усматривается, что ФИО14 до смерти дочери в 2010 году, вела обычный образ жизни, проживала совместно с сыном, самостоятельно себя обслуживала, обращалась в медицинские учреждения, совершала действия, направленные на совершение сделки с квартирой.

Учитывая собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что истицей не было представлено достаточных и обоснованных доказательств, подтверждающих, что ФИО9 на момент совершения спорной сделки – договора дарения от 16.07.2009 года не отдавала отчет своим действиям и не могла руководить ими, в связи с чем, основания для признания сделки – договора дарения от 16.07.2009 года - недействительной отсутствуют.

Истцом также не представлены доказательства того, что ФИО1 в момент совершения сделки – договора дарения от 09.01.2012 года, не отдавал отчет своим действиям и не мог руководить ими.

Таким образом, собранные по делу доказательства свидетельствуют о том, что воля ФИО9, ФИО1 были направлены на отчуждение недвижимого имущества, они полностью осознавали характер совершаемых им действий. Совершив сделки по отчуждению имущества ФИО9, ФИО1 реализовали свое право собственности на распоряжение своим имуществом по своему усмотрению, не нарушив чьих либо прав или интересов. Недвижимое имущество по совершенным сделкам передавалось в собственность членов семьи.

С учетом изложенного, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца.

Руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО9 отказать.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Рыбинский городской суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Судья Альштадт С.Н.

В окончательной форме решение вынесено 12 февраля 2018 года.

Судья Альштадт С.Н.