Судья Кузнецов В.А. уд № 22-2013/2023

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Астрахань 7 ноября 2023 г. 

Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе: председательствующего судьи Мухлаевой Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Аветисовой Ф.Р.,

с участием государственного обвинителя Даудовой Р.Р.,

представителя потерпевшего ФИО4,

осужденной Яковлевой Е.П., 

защитника – адвоката Белобородова Р.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам представителя потерпевшего ФИО26 осужденной Яковлевой Е.П. на приговор Икрянинского районного суда Астраханской области от 3 июля 2023 г., которым

Яковлева Екатерина Павловна, ДД.ММ.ГГГГ года рождения,

уроженка 

<

адрес>, несудимая, 

осуждена по ч.1 ст.293 УК РФ к штрафу в размере 100000 рублей. Приговором удовлетворен гражданский иск и.о. прокурора Икрянинского района Астраханской области, с осужденной Яковлевой Е.П. в пользу ФГБНУ «ВНИРО» взыскано во счет возмещения ущерба 2847824 рубля 50 копеек. 

Заслушав доклад судьи Мухлаевой Е.В. по обстоятельствам дела, содержанию приговора, доводам апелляционных жалоб, выслушав мнение представителя потерпевшего ФИО4, осужденной Яковлевой Е.П., адвоката ФИО5, поддержавших доводы апелляционных жалоб, государственного обвинителя Даудову Р.Р. о законности, обоснованности приговора и оставлении его без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором суда Яковлева Е.П. признана виновной в халатности, т.е. ненадлежащем исполнении должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к обязанностям по должности, повлекшем причинение крупного ущерба государству. 

Преступление совершено в Икрянинском районе Астраханской области, при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании ФИО2 вину не признала.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего ФГБНУ «ВНИРО» считает приговор незаконным в части разрешения гражданского иска прокурора. 

Указывает, что ФГБНУ «ВНИРО» является бюджетным учреждением, в связи с чем в силу положений ст. 45 ГПК РФ и п. 2 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 3 октября 2020 г. № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» у прокурора отсутствовали полномочия на подачу иска интересах Российской Федерации в лице ФГБНУ «ВНИРО», не являющегося государственным предприятием, и наделенного правомочиями самостоятельно подать гражданский иск в порядке ст. 44 УПК РФ.

Оспаривая вывод суда об отсутствии оснований для оставления иска прокурора без рассмотрения в силу требований ч. 3 ст. 250 и ч. 2 ст. 306 УПК РФ, представитель потерпевшего полагает, что перечисленные в указанных статьях основания принятия такого решения, не являются исчерпывающими.

Считает несостоятельными изложенные в приговоре суждения об отсутствии оснований для отказа в иске прокурора ввиду возмещения причиненного преступлением ущерба путем замены погибшей белуги, содержащейся за счет бюджетных средств, равноценными особями из стада белуги, содержащейся за счет собственных средств ВНИРО, т.е. фактическим переводом на бюджетное содержание, поскольку форма государственной собственности имущества не влечет за собой оснований для предъявления требований по нему именно прокурором, таким правом наделено само ФГБНУ «ВНИРО», как потерпевший уголовному делу.

Полагает, что поскольку иск был подан в защиту интересов Российской Федерации, денежные средства по нему подлежат взысканию в бюджет субъекта, а не в пользу лица, в интересах которого был подан иск, о чем по убеждению подателя жалобы, свидетельствует указание реквизитов УФССП по Астраханской области.

Кроме того, указывает, что удовлетворение иска прокурора умалило право представителя потерпевшего по подачу самостоятельного иска от имени ФГБНУ «ВНИРО». 

По изложенным основаниям просит приговор отменить в части разрешения гражданского иска прокурора, в удовлетворении гражданского иска -отказать. 

В апелляционной жалобе осужденная ФИО2 выражает несогласие с приговором суда, считая приговор незаконным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, нарушения уголовно-процессуального закона. 

Полагает, что вывод суда о ее виновности в халатности не основан на исследованных доказательствах, из которых следует, что она не являлась должностным лицом НЭКА «БИОС», наделенным административно-хозяйственными либо организационно - распорядительными полномочиями, поскольку НЭКА «БИОС» является структурным подразделением КаспНИРХ, которое в свою очередь является подразделением ФГБНУ «ВНИРО», общее руководство НЭКА осуществляет руководитель КаспНИРХ, в т.ч. решает кадровые, финансовые, экономические вопросы Учреждения. При этом обращает внимание, что, являясь главным рыбоводом НЭКА, она исполняла обязанности начальника НЭКА лишь в период с 28 июня по 4 июля 2021 г., а гибель рыбы произошла в период с 5 по 6 июля 2021г. 

Кроме того, полагает судом оставлено без надлежащей оценки, что причиной гибели 89 особей белуги в пруду № 15 явились повышение температуры воды и воздуха, цветение водорослей, что привело к значительному снижению содержания кислорода в воде в ночь с 4 на 5 июля 2021 г., и подтверждается позицией представителя потерпевшего, результатами служебных проверок и заключениями специалистов ФИО7 и ФИО8, специалистов АГТУ, а доказательства ее осведомленности об угрозе наступления чрезвычайной ситуации в материалах дела отсутствуют. Напротив, 1 июля 2021 г. был согласован и произведен выпуск молоди в реку, что исключено в условиях угрозы чрезвычайной ситуации.

В этой связи считает необоснованным вывод суда, что создание ею группы в менеджере для оперативности получения специалистами информации о гидрохимических показателях, указывало на наличие неординарной ситуации, полагая, что судом оставлены без внимания сведения о химических показателях в других прудах и мерах, предпринятых работниками НЭКА. 

Указывает, что суд, не обладая специальными познаниями, необоснованно подверг критической оценке заключение специалистов АГТУ и специалистов ФИО7, ФИО8, положив в основу обвинения заключение эксперта ФИО9, не имеющего технического образования, но сделавшего вывод о наличии технических возможностей у НЭКА предотвратить замор рыбы. По убеждению автора жалобы, суд проигнорировал показания свидетеля ФИО10, указавшей об использовании заводами по искусственному воспроизводству рыбы методических рекомендаций ФИО7 и ФИО8

Считая, что по делу не установлены вид, возраст, причина и время гибели рыбы, указывает, что в выводы суда основаны лишь на заключении специалиста от 1 августа 2021 г., которым установлен вид и возраст лишь 10 особей белуги из 89 погибших, и результатах ихтиопотологического исследования, содержащего вывод о причинах смерти лишь трех особей, погибших 5 июля 2021 г., при том, что у одной из исследованных рыб обнаружены признаки инфаркта.

Обращает внимание, что она осуждена за совершение преступления в период с 28 июня по 5 июля 2021 г., при этом ихтиопатологическая экспертиза по делу не проведена, а из иных исследованных доказательств по делу время гибели рыбы установить не представляется возможным, поскольку из заключения служебной проверки следует, что отход рыбы наблюдался частично 5 и 6 июля 2021 г., из показаний свидетеля ФИО41 – в период с 5 по 7 июля 2021 г, из заключения эксперта ФИО40- гибель рыбы могла наступить 3- 4 июля 2021 г., а по заключению специалистов ФИО28 и ФИО27 гибель рыбы произошла ранним утром 5 – 6 июля 2021 г.

Кроме того, считает, что судом не приняты во внимание режим ее рабочего времени и нормативы рабочего времени для женщин в сельской местности, а как же то, что 3 и 4 июля 2021 г. являлись выходными днями, т.о. период совершения преступления в отношении нее мог быть ограничен лишь обеденным временем 2 июля 2021г.

Считает, что суд оставил без оценки сведения, содержащиеся в журнале химических показателей, согласно которому в других прудах химические показатели были ниже, чем в пруду № 15, однако гибели рыбы зафиксировано не было, рыба в пруду № 15 гибла и 6 июля 2021г., несмотря на извлечение мертвой рыбы и увеличение водоподачи, а исследование рыбы на предмет отравления по делу не проводилось, в этой связи полагает, что не опровергнута версия постороннего воздействия на пруд № 15. 

Полагает, что вывод суда о влиянии плотности посадки рыбы в пруду №15 на замор противоречит показаниям эксперта ФИО39 не подтвердившего наличия прямой связи между гибелью рыбы и плотностью посадки, а результатами служебной проверки, проведенной сотрудниками центрального аппарата ФГБНУ «ВНИРО» установлено, что плотность посадки была в пределах установленных нормативов.

Анализируя приведенные данные, в совокупности с показаниями свидетелей ФИО29, ФИО30 ФИО31, ФИО32 ФИО33 указывает, причина гибели всей рыбы по делу не доказана, поскольку рыба погибала в разное время и при разных условиях.

Полагает, что вопреки выводам суда она приняла исчерпывающие меры к предотвращению замора рыбы, о ситуации на комплексе она докладывала врио руководителя КаспНИРХа, который не посчитал ее действия, не соответствующими обстоятельствам. При этом вопрос об увеличении водоподачи обсуждался на совещании, однако главный инженер ФИО34 пояснял, что увеличение объемов воды могло усугубить ситуацию. Кроме того, из исследованных доказательств следует, что именно главный инженер ФИО42 18 июня 2021 г., действуя без согласования с кем –либо, переключил, включенный 16 июня 2021 г. насос режима летней водоподачи. 

Считает, что судом вопреки материалам дела, результатам служебной проверки и показаниям свидетеля ФИО35, сделан необоснованный вывод об отсутствии доказательств отмены кормления, а ссылка на результаты ихтиопатологического исследования и акты отхода рыбы в пруду № 15 от 7 июля 2021г. является несостоятельной, поскольку вопрос о давности кормления специалисту поставлен не был, а акты являются формой отчетности, подтверждающими, что на кормление рыбы расходовались бюджетные средства за весь период ее жизни.

Полагает необоснованным приведение судом в числе доказательств ее виновности распоряжения начальника КаспНИРХ от 29 июля 2021г. № 73 «О порядке действий при возникновении летних предзаморных явлений в прудах НЭКА «БИОС», поскольку данный документ был издан после вмененных ей событий. Однако, по убеждению осужденной, этот документ, изданный руководителем КаспНИРХ, подтверждает отсутствие у нее организационно-распорядительных и административно -хозяйственных полномочий на период совершения преступления, а вменение ей невыполнения обязанностей рыбоводов и начальников цехов (открытие шандор, включение кранов, пересадка рыбы и т.п.), является незаконным. 

Оспаривая заключения экспертов, положенные судом в основу приговора, указывает, что заключение эксперта ФИО36 не основано на нормативных актах, является субъективным мнением, и содержит ответы на вопросы правового характера, а заключение оценочной экспертизы по делу является недопустимым, поскольку экспертом не производилась оценка ущерба в соответствии с методиками оценки, исследованы лишь бухгалтерские документы, без учета прейскуранта базовых цен на оказание услуг, выполнение работ, поставку товаров по приносящей доход КаспНИРХ деятельности. Кроме того, экспертом не использованы методики подсчета ущерба аквакультуре или водным биологическим ресурсам, сама оценочная экспертиза назначена в негосударственном экспертном учреждении без обоснования этого решения следователем, а осужденная и защитник были ознакомлены с постановлением о назначении экспертизы и заключением одновременно. 

Также считает недопустимыми и подлежащими исключению из числа доказательств по делу, справку бухгалтерии КаспНИРХ и справку № 315 исследования документов Волжско-Каспийского филиала ФГБНУ ВНИРО, как добытые с нарушением требований закона в рамках проведенных ОРМ по делу, полагая, что наличие указанных документов не исключало необходимости назначение по делу экспертизы в целях установления размера причиненного ущерба.

Указывает на необоснованность решения суда об удовлетворении гражданского иска прокурора. В обоснование чего обращает внимание на позицию защиты и потерпевшей стороны о наличии норматива естественной убыли рыбы, которым потерпевшим по делу сочтена гибель рыбы в пруду № 15. 

Считает, что по существу иск, заявленный прокурором по делу, является регрессным, и может быть заявлен к осужденной лишь ФГБНУ «ВНИРО», признанным потерпевшим по делу и являющимся работодателем осужденной, в этой связи, по убеждению осужденной, иск подлежал оставлению без рассмотрения. 

Полагает, что по делу не установлено, что ущерб причинен государству, в связи с чем заявление иска прокурором в интересах Российской Федерации, является незаконным, а взыскание сумм по иску прокурора в пользу ФГБНУ «ВНИРО», являющегося учреждением, имеющим право на самостоятельное обращение с иском, противоречит требованиям ст. 44 УПК РФ. 

Указывает, что судом в нарушение ч. 2 ст. 307 УПК РФ не приведено мотивов, по которым он пришел к выводу о возложении полной материальной ответственности на осужденную, несмотря на установление по делу трудовых отношений и вмененных осужденной обстоятельств, полагая, что в этом случае подлежало применению правило об ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка.

Обращает внимание, что в приговоре суда не нашли оценки доводы защиты о незаконном продлении сроков предварительного расследования, о чем защитой заявлялось неоднократно, а отказ судом в удовлетворении отвода представителю потерпевшего ФИО37 повлек невозможность допроса этого лица в качестве свидетеля по делу, чем было умалено право стороны защиты задать ФИО38 вопросы, также указывает на нарушение судом тайны совещательной комнаты при принятии решения по итогам предварительного слушания. По указанным основаниям осужденная просит приговор отменить, прекратить в отношении нее уголовное дело по п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ 

В возражениях на апелляционные жалобы гособвинитель ФИО3 указывает о законности, обоснованности приговора, просит оставить его без изменения. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Вывод суда о виновности ФИО2 в халатности, повлекшей причинение крупного ущерба государству, основан на тщательном и подробном анализе исследованных доказательств, приведенном в приговоре, и подтвержден: 

- уставными документами ФГБНУ «Всероссийский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства и океанографии», которое является некоммерческой организацией, созданной Российской Федерацией в целях обеспечения реализации предусмотренных законодательством РФ полномочий Федерального агентства по рыболовству в сфере научных исследований и сохранения водных биологических ресурсов, развития аквакультуры (рыбоводства); в т.ч. уставом определен статус Волжско-Каспийского филиала ФГБНУ «ВНИРО» («КаспНИРХ»), как филиала ВНИРО, и принадлежность имущества Учреждения к федеральной собственности, закрепленной за ВНИРО на праве оперативного управления, а также ответственность ВНИРО перед собственником за сохранность и эффективное использование находящегося на праве оперативного управления имущества, в том числе имущества, приобретенного Учреждением за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности (т.1 л.д. 162-216); 

- положением о КаспНИРХ, являющемся обособленным подразделением ВНИРО, имущество которого находится в прямом распоряжении ВНИРО, созданного Российской Федерацией, и положением о НЭКА «БИОС» Волжско-Каспийского филиала ФГБНУ «ВНИРО», которое является структурным подразделением КаспНИРХ, и находится в непосредственном подчинении начальника комплекса, а общее руководство которым осуществляет руководитель КаспНИРХ (т. 1 л.д. 217-229, 230-234);

- содержанием должностной инструкции начальника НЭКА «БИОС», определяющей эту должность как – должность руководителя, возлагающей на начальника НЭКА осуществление руководства хозяйственной и научно-практической деятельностью НЭКА «БИОС», со всей полнотой ответственности за последствия принимаемых решений, сохранность и эффективное использование имущества учреждения, а также хозяйственные результаты его деятельности; обязывающей начальника НЭКА бережно относится к имуществу Работодателя; при этом начальник НЭКА вправе действовать от имени НЭКА «БИОС», представлять интересы филиала во взаимоотношениях с иными структурными подразделениями филиала и с другими организациями по хозяйственно-финансовым и иным вопросам; запрашивать и получать от руководителей структурных подразделений филиала и специалистов необходимую информацию и документы; взаимодействовать с руководителями всех структурных подразделений по вопросам деятельности филиала; давать подчиненным ему работникам поручения и задания в части вопросов, входящих в их компетенцию (т.1 л.д. 96-100);

- должностной инструкции главного рыбовода НЭКА «БИОС», которой эта должность также отнесена к категории руководителей; обязывающей главного рыбовода знать нормативные, руководящие, инструктивные и методические материалы по рыболовству; биологические нормативы содержания рыб в прудах, производственные мощности и режимы работы оборудования; контролировать соблюдение установленных биотехнических нормативов содержания осетровых видов рыб при прудовом и бассейновом выращивании; проводить работы по совершенствованию нормативов рыборазведения, методов выращивания рыб и организация их внедрения; осуществлять контроль проведения ветеринарно-санитарных мероприятий и установленных биотехнических процессов рыборазведения; предоставляющей полномочия принимать решения в рамках свой компетенции, осуществлять взаимодействие с руководителями всех структурных подразделений комплекса, получать информацию и документы, необходимые для выполнения своих должностных обязанностей; требовать от руководства филиала оказания содействия в исполнении своих профессиональных обязанностей и осуществления прав, в том числе обеспечения организационно-технических условий, необходимых для исполнения должностных обязанностей; установившей ответственность за результаты и эффективность своей деятельности; причинение материального ущерба имуществу ФГБНУ «ВНИРО», за неудовлетворительную работу на данной должности, невыполнение положений должностной инструкции (т. 1 лд. 101-104);

- приказом начальника КаспНИРХ о приеме ФИО2 на работу на должность главного рыбовода в администрацию НЭКА «БИОС» с 13 октября 2020г., распоряжением о возложении на ФИО2 на период отпуска ФИО12 обязанностей начальника НЭКА «БИОС» с 28 июня по 04 июля 2021 г (т.1 л.д. 109, 140);

- показаниями свидетелей ФИО13, ФИО14, ФИО15, работников НЭКА «БИОС», о том, что в период с 4 июля 2021 г. и.о. руководителя НЭКА была ФИО2, которая была одновременно с этим и главным рыбоводом; ситуация с кислородом в прудах ФИО1 была известна, при этом рыбоводами неоднократно поднимался вопрос увеличения водоподачи с целью улучшения гидрохимических показателей воды в прудах; 30 июня 2021 г. ФИО2 собрала совещание, на котором рыбоводы также указывали на необходимость включения дополнительного мотора, однако против этого был ФИО24- главный инженер комплекса, решение о включении дополнительного мотора принято не было; чтобы стабилизировать ситуацию, в выходные дни было отменено кормление рыбы; 5 июля 2021 г. в пруду № 15 был обнаружен замор рыбы; 

- данными технологического журнала насосной станции НЭКА «БИОС», согласно которым в период с 28 июня по 5 июля 2021 г. работали насосы № 2, 8, 9 (из которых только насос № 2 мощностью 2500 Вт работал на подачу воды в пруды, насосы № 8,9- обеспечивали водой цеха), а с 10 часов 5 июля 2021 г. был включен дополнительны насос № 3, подающий воду в пруды (т.2 л.д. 204-235, т.3 л.д 1-22);

- сведениями, отраженными в журнале гидрохимических и токсикологических исследований рыбохозяйственных водоемов НЭКА «БИОС», согласно которым в период с 28 июня 2021 г. по 5 июля 2021 г. показатели температуры воды в пруду № 15 повысились с 26,9 до 28,5 градусов по Цельсию, показатели содержания кислорода и насыщенности кислородом снизились с 5,5 мг/л (73%) до 0,1-0,3 мл/л (3-8 %), на 2 июля 2021 г. температура воды составляла – 27,5 градусов по Цельсию, уровень содержания кислорода и насыщенность кислородом - 1,6-4,2 мг/л (20-53%) (т. 1 л.д. 82-90, т. 4 л.д. 64-164);

- протоколом осмотра переписки в мессенджере «Ватсап» в группе «Гидрохимия», участниками которой являлись работники НЭКА, в т.ч. и ФИО2; согласно протоколу участники группы информировались о гидрохимических показателях воды в прудах НЭКА, по пруду № 15 предоставлена информация за период с 1 по 2 июля, а затем – за 5 июля 2021 г. (т.3 л.д. 48-81);

- актом ихтиопатологического исследования белуги от 6 июля 2021 г., временем отбора образцов указано 5 июля 2021г., согласно которому рыба с признаками разложения и трупным запахом на момент осмотра расположена рассеянно на протяжении всей береговой линии пруда № 15; вода в пруду мутная, серо-коричневого цвета, без запаха; по результатам исследования отобранных специалистом трех особей белуги, содержавшейся в пруду № 15, причиной смерти установлено нарушение функции дыхательной системы и гемодинамики; обнаружены характерные признаки асфиксии- стаз сосудов, раскрытый рот и приподнятые жаберные крышки, которые явились следствием заморных явлений -дефицита кислорода; смерть белуги от инфекционных и инвазивных заболеваний специалистом исключена; кроме того, при исследовании рыбы отмечено наличие остатков перевариваемой пищи и растительности ( т.4 л.д. 60-63); 

- оглашенными показаниями ФИО16, научного сотрудника лаборатории ихтиопагологии КаспНИРХ, проводившей ихтиопатологическое исследование, о том, что исследование было произведено по распоряжению руководителя КаспНИРХ; для исследования в соответствии с методикой ею были выбраны 3 рыбы разных размеров, чтобы исключить заболевания паразитарной природой и инфекцией; по результатам исследования было установлено, что рыба умерла в результате асфиксии (т. 4 л.д. 235-237);

- актом по результатам служебного расследования от 19 июля 2021 г., которым причиной гибели рыбы в пруду № 15 установлена асфиксия; не зафиксировано предпосылок химического, какого-либо иного отравления рыбы в пруду № 15 (т. 2 л.д. 54-56);

- заключением ихтиолого-рыбоводческой экспертизы от 3 июня 2022г., произведенной экспертом ФИО25., согласно которому критическим показателем растворенного кислорода в воде является показатель ниже 6,0 мг/дм3, при показателе 4-5 % мг/дм3 осетровые ощущают недостаток кислорода; для высокопродуктивного воспроизводства рыбных запасов НЭКА «БИОС» имело технические возможности - 2 насоса мощностью подачи воды 2500 м3/ч, насос мощностью 1600 м3/ч., приборы для проведения экспресс- анализа воды; для предотвращения ситуации, повлекшей гибель ремонтного стада на пруду № 15 необходимо было: остановить кормление, увеличить водообмен путем включения дополнительных насосов повышенной мощности 2500 м3/ч, проводить раз в 4-6 часов гидрохимический анализ для контроля уровня содержания растворенного кислорода, при отсутствии стабилизации гидрохимического режима в дневное время, для ликвидации чрезвычайной ситуации перевести оперативную группу специалистов на сверхурочный режим работы, в вечернее время снять шандоры, что позволило бы устранить прогретую воду и удалить фитопланктон из верхних слоев воды для снижения нагрузки по потреблению кислорода в ночное время, при отсутствии фотосинтеза, при отсутствии стабилизации гидрохимического режима в вечернее время, в ночное время начать пересадку в цех длительного содержания производителей в бассейны с благоприятными гидрохимическими показателями, вести визуальный контроль за состоянием рыбы и качеством воды в бассейнах с помощью приборов контроля (т. 5 л.д. 188-206);

- показаниями эксперта ФИО9 в ходе судебного следствия, подтвердившего свое заключение, пояснившего также, что самая высокая плотность посадки рыбы в пруду № 15 могла стать причиной тому, что при сходных показателях гидрохимии в других прудах комплекса замора не обнаружено;

- актами зарыбления прудов НЭКА «БИОС», из которых следует, что пруд № 15 в период с 1 апреля по 7 июня 2021 г. зарыблен белугой ремонтно-маточного стада в количестве 80 шт. за счет бюджетного финансирования, а также 8 белугами и четырьмя белыми амурами (т. 1 л.д. 112-118, 119-121);

- актами на отход рыбы от 7 июля 2021 г., которыми списаны погибшие в пруду № белуга (Белуга РМС) в количестве 82 шт и белуга (Белуга) в количестве 7 шт, находившиеся на режиме круглосуточного водообмена, гидрохимический и гидрологический режимы - ниже нормативных значений, в графе кормление - да (т.4 л.д. 47,48-49, 50);

- заключением специалиста от 1 августа 2021 г., которым определена принадлежность погибших особей рыб к семейству осетровых, представленного видом белуга (специалистом исследовано 10 особей из числа погибших) (т. 1 л.д. 137-139);

- заключением судебной оценочной экспертизы № 289 от 28 октября 2021 г., справкой бухгалтерии КаспНИРХ и справкой № 315 по результатам исследования документов КаспНИРХ, из которых усматривается, что погибшая рыба (белуга) в количестве 89 особей учитывалась на балансовом учете КаспНИРХ, из них: 82 особи общей стоимостью 2 793 824 рубля 50 копеек – содержались на субсидии, выделяемые на выполнение государственного задания; 7 особей стоимостью 54 000 рублей- за счет собственных доходов учреждения; как особо-ценное движимое имущество учтена одна особь, как материальные запасы - 81 особь; 7 особей – учтены на счете КФО 2; общая стоимость погибшей рыбы, исходя из рыночной стоимости определена в 2 847 824 рубля 50 коп. Погибшие особи белуги, содержащиеся за счет бюджетных средств (КФО 4), в соответствии с распоряжением от 19 июля 2021 г. заменены равноценными особями из стада белуги, содержащегося за счет собственных средств (КФО 2) (т.1 л.д. 59-67, т. 2 л.д. 132, т.4 л.д. 51-57); 

Виновность осужденной подтверждена и другими доказательствами, подробно приведенными в приговоре суда.

Изложенные в приговоре доказательства обоснованно признаны судом первой инстанции достоверными, допустимыми, а в своей совокупности достаточными для разрешения уголовного дела. Их проверка и оценка дана судом в соответствии с требованиями ст.88 УПК Российской Федерации и сомнений, толкуемых в пользу осужденного, не вызывает.

Вопреки доводам жалобы осужденной заключения судебных экспертиз, ихтиолого-рыбоводческой экспертизы от 3 июня 2022г. и судебной оценочной экспертизы № 289 от 28 октября 2021 г., верно признаны судом относимыми и допустимыми доказательствами по делу, поскольку они соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, компетентность и квалификация экспертов ФИО9, ФИО17 подтверждена имеющимися в материалах дела данными, сомнений не вызывает, выводы, изложенные в заключениях, научно обоснованы, в этой связи суд законно привел эти заключения в числе доказательств виновности осужденной. 

Доказательств, объективно опровергающих выводы заключений ихтиолого-рыбоводческой и оценочной экспертизы, материалы дела не содержат.

Напротив, как верно отмечено судом в приговоре, после случившегося замора рыбы, 29 июля 2021 г. распоряжением начальника КаспНИРХ утвержден порядок действий при возникновении летних предзаморных явлений в прудах НЭКА «БИОС» (т.6 л.д.50-51), которым предзаморным явлением определена ситуация при температуре воды свыше 27 градусов Цельсия, содержании кислорода в воде – менее 5 мг/л, и регламентированы действия работников НЭКА, невыполнение которых, в т.ч. и с учетом выводов ихтиолого-рыбоводческой экспертизы от 3 июня 2022г., вменено осужденной по делу, что, по убеждению суда апелляционной инстанции, подтверждает обоснованность заключения экспертизы, произведенной экспертом ФИО9 

Назначение судебной оценочной экспертизы в негосударственном учреждении, несмотря на позицию защиты, требованиям уголовно-процессуального закона не противоречит. Ввиду особенностей предмета исследования – стоимость рыбы особо ценных пород, определяющей ограниченность объектов сравнения цены, ущерб, причиненный по делу, экспертом, органом следствия и судом определен исходя из реальной стоимости утраченного в результате преступления имущества, определенной ценой рыбы по сведениям КаспНИРХ. Иной способ исчисления суммы ущерба, из предложенных осужденной в апелляционной жалобе, неприменим в рамках настоящего уголовного дела. 

Ознакомление осужденной и ее защитника с заключениями экспертиз от 3 июня 2022г. и 28 октября 2021г. одновременно с постановлениями об их назначении, основанием для исключения заключений экспертов из числа доказательств не является, поскольку сторона защиты не была лишена возможности оспорить заключения, заявить ходатайство о назначении дополнительных экспертиз, постановке дополнительных вопросов, при этом отводов экспертам по основаниям, предусмотренным уголовно-процессуальным законом, защитой не заявлено. Представитель потерпевшего ФГБНУ «ВНИРО», привлеченный к участию в деле судом на стадии судебного следствия, с материалами дела, включая заключения судебных экспертиз, ознакомлен, эти доказательства не оспаривал, в этой связи нарушений прав потерпевшего по делу также не допущено. 

Оснований для признания недопустимыми по делу справки КаспНИРХ о размере ущерба и справки № 315 по результатам исследования тех же бухгалтерских документов, не имеется. Эти доказательства оценены судом в совокупности с другими исследованными по делу, не содержат противоречий, оснований сомневаться в их достоверности не имеется. Получение указанных документов до возбуждения уголовного дела, их исследованию и оценке судом не препятствовало. 

Данных об умалении права осужденной или стороны защиты на представление доказательств протокол судебного заседания не содержит. Вопреки доводам защиты и осужденной судебное следствие по делу проведено с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон. 

Не устраненных в ходе судебного рассмотрения противоречий доказательства, положенные судом в основу приговора, не содержат. Показания свидетелей ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21 получили надлежащую оценку в приговоре, при этом суд надлежаще мотивировал основания, по которым признал в части показания этих свидетелей, противоречащими фактическим обстоятельствам дела. 

Получило оценку суда и представленное стороной защиты заключение специалистов от 10 марта 2023 г., подготовленное ФИО7 и ФИО8 При этом в приговоре приведены убедительные мотивы, по которым суд счел невозможным признать указанное заключение допустимым доказательством. Суд первой инстанции верно пришел к выводу о том, что заключение от 10 марта 2023 г. по сути является рецензией заключения ихтиолого-рыбоводческой экспертизы от 3 июня 2022г. и содержит выводы по правовым вопросам, находящимся вне рамок специальных познаний специалистов экологов-ихтиологов. Оснований не согласиться с этой оценкой суд апелляционной инстанции не находит. 

Оценив в совокупности все исследованные доказательства по делу, суд обоснованно пришел к выводу, что ФИО2, являясь главным рыбоводом НЭКА «БИОС», а в период с 28 июня по 4 июля 2021 г.- исполняющим обязанности начальника НЭКА «БИОС», будучи обязанной знать нормативные, руководящие, инструктивные и методические материалы по рыболовству, биологические нормативы содержания рыб в прудах, производственные мощности и режимы работы оборудования и контролировать соблюдение установленных биотехнических нормативов содержания осетровых видов рыб при прудовом выращивании, обладая надлежащим уровнем профессиональной подготовки и опытом, наделенная полномочиями по руководству хозяйственной и научно-практической деятельностью НЭКА «БИОС», со всей полнотой ответственности за последствия принимаемых решений, сохранность и эффективное использование имущества учреждения, а также хозяйственные результаты его деятельности, а также полномочиями- действовать от имени НЭКА «БИОС», давать подчиненным работникам поручения и задания в части вопросов, входящих в их компетенцию, т.о., обладая в рамках деятельности, осуществляемой комплексом, административно-хозяйственными функциями по управлению имуществом, организационно- распорядительными полномочиями в отношении подчиненных работников, недобросовестно и небрежно отнеслась к своим обязанностям, обладая полнотой информации о качестве воды в пруду № 15 НЭКА «БИОС», не приняла своевременных и эффективных к устранению предзаморного явления в пруду № 15 комплекса, что повлекло гибель 89 особей осетровых и причинение ущерба государству в крупном размере.

Таким образом, действия ФИО2 верно квалифицированы судом по ч. 1 ст. 293 УК РФ. 

При изложенном, доводы осужденной об отсутствии у нее полномочий, дающих основания для признания ее должностным лицом, противоречат фактическим обстоятельствам дела и содержанию исследованных судом должностных инструкций. 

Период совершения преступления, вопреки позиции защиты, как верно признал суд первой инстанции, не может быть ограничен 2 июля 2021г., поскольку в силу особенностей живого организма причиной отсроченного замора рыбы, явились неэффективность принятых осужденной мер и ошибки в организации деятельности НЭКА, допущенные в период исполнения обязанностей начальника комплекса и главного рыбовода. 

При этом причиной гибели рыбы явилась не техническая неоснащенность НЭКА «БИОС», а небрежность допущенная осужденной при исполнении ею обязанностей по должности. Что подтверждено показаниями допрошенного в суде апелляционной инстанции свидетеля ФИО22, главного инженера комплекса, пояснившего, что насосное оборудование комплекса в период с 28 июня по 5 июля 2021 г. находилось в исправном состоянии, указаний о включении дополнительных моторов для увеличения водообмена в прудах, которое ему мог отдать начальник комплекса, не поступало. 

Отсутствие сообщений о чрезвычайной ситуации на источнике водоснабжения, р. Бахтемир, выпуск молоди в р. Бахтемир рыб ценных пород 1 июля 2021 г. с участием осужденной, в совокупности с данными журнала гидрохимических исследований воды за 2021 г., содержащими сведения о температуре воды в реке, вопреки позиции осужденной, лишь подтверждают, что вода в реке- источнике водоснабжения прудов, не имела критических характеристик, что позволяло увеличить за ее счет водообмен в прудах путем включения дополнительного мотора, что и было сделано 5 июля 2021 г. после выявления замора. 

Количество и вид рыбы, гибель которой установлена ущербом по уголовному делу, объективно установлены актами зарыбления, актами на отход, заключением специалиста от 1 августа 2021 г., определившим принадлежность погибших особей к семейству осетровых под видом – белуга. То обстоятельство, что пруд № 15 был заселен 89 особями белуги, не отрицала и сама осужденная. 

Причина гибели рыбы в пруду № 15 бесспорно установлена согласующимися между собой сведениями журнала гидрохимических показателей воды и актом специалиста о гибели рыбы в пруду № 15 НЭКА «БИОС» в результате асфиксии. Заключением же служебной проверки от 19 июля 2021 г., на которое ссылается осужденная в обоснование своей невиновности, гибель рыбы в результате химического или иного отравления исключена, причиной гибели рыбы также установлена асфиксия. 

Таким образом, позиция защиты о естественных причинах смерти осетровых в пруду № 15 НЭКА «БИОС», т.е. по обстоятельствам, не зависящим от эффективности организации рабочего процесса учреждения, опровергнута. 

Исходя из фактических обстоятельств, установленных по делу, характера обязанностей, ненадлежаще исполненных ФИО2, основания для признания неполнотой судебного следствия непроведение по делу ихтиопатологической экспертизы, отсутствие в материалах дела записей камер видеонаблюдения, отсутствуют. Кроме, того, из показаний допрошенного судом апелляционной инстанции свидетеля ФИО22 следует, что качество просмотренных им после случившегося видеозаписей, обозреть обстоятельства замора рыбы в пруду № 15 не позволяло.

Оснований согласиться с доводами жалоб о наличии естественной убыли и отсутствии ущерба по делу в связи с восстановлением погибшего стада за счет рыбы, также учтенной на балансе бюджетного учреждения, не имеется. Имущество КаспНИРХ является собственностью государства, переданной в оперативное управление ФГБНУ ВНИРО и его филиалам, а перевод рыбы на бюджетное финансирование, с выбытием этого имущества из одной строки баланса учреждения, в другую, возмещением ущерба, причиненного преступлением, не является, равно как, и не является свидетельством отсутствия ущерба от утраты имущества. 

Доводов о нарушении тайны совещательной комнаты председательствующим при постановлении приговора по делу суду апелляционной инстанции не заявлено, данных об этом в материалах дела не содержится, т.о. оснований для признания приговора постановленным с нарушением уголовно-процессуального закона, не имеется. 

Органом следствия при приостановлении производства по делу не допущено нарушений, которые могли бы повлиять на выводы о виновности ФИО2, а также на законность и обоснованность постановленного приговора.

Предварительное и судебное следствие по данному уголовному делу проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с достаточной полнотой и объективностью, положения ст. 307 УПК РФ судом при постановлении приговора соблюдены, а доводы защиты, а иные доводы приведенные в суде апелляционной инстанции, не свидетельствуют о незаконности приговора и не вызывают сомнений в правильности выводов суда первой инстанции о доказанности преступления, причастности к нему осужденной и ее вины.

Гражданский иск прокурором вопреки доводам представителя потерпевшего и защиты заявлен в соответствии с ч.3 ст. 44, ч.6 ст.246 УПК РФ, прокурором поддержан, и судом обоснованно удовлетворен. 

Исходя из учредительных документов ФГБНУ ВНИРО, учредителем и собственником имущества Учреждения является Российская Федерация (п.1.7. Устава); Учреждение несет перед собственником ответственность за сохранность и эффективное использование находящегося у него на праве оперативного управления имущества, в т.ч. имущества, приобретенного за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности (п. 3.1. Устава); распоряжение особо ценным имуществом, включая его списание, подлежит обязательному согласованию с Учредителем (п. 3.7 Устава). 

Исследованными доказательствами установлено, что преступлением, совершенным ФИО2, собственнику имущества, т.е. Российской Федерации, в лице ФГБНУ «ВНИРО», в оперативное управление которого государством это имущество передано, причинен ущерб на сумму 2 847824 рублей 50 копеек, в этой связи заявление прокурором иска в интересах Российской Федерации со взысканием в пользу ФГБНУ «ВНИРО» в полной мере соответствует его полномочиям. 

При этом, смыслу положений п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный преступлением, подлежит возмещению в полном объеме лицом, виновным в его совершении, поэтому, по общему правилу, в качестве гражданского ответчика привлекается обвиняемый. 

Указанный иск, вопреки позиции осужденной и представителя потерпевшего, исходя из его природы, фактических обстоятельств, установленных по делу, регрессным не является, поскольку заявлен к непосредственному причинителю прямого ущерба, установленного по делу. 

Наличие трудовых отношений между осужденной и потерпевшим по делу, в указанном случае, суть исковых требований прокурора не меняет. 

Вопрос о наказании в отношении ФИО2 разрешен судом с соблюдением требований ст.6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, данных о личности осужденной, а также с учетом установленных судом смягчающих обстоятельств, которыми судом признаны наличие малолетних детей, наличие наград и благодарностей. Не учтенных судом обстоятельств, смягчающих наказание, по делу не имеется. 

Назначенный осужденной вид и размер наказания в полном объеме согласуется с нормами уголовного закона, отвечает целям наказания, закрепленным ст. 43 УК РФ. Оснований для признания назначенного ФИО2 наказания несправедливым, чрезмерно суровым, а также для его смягчения, не имеется.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым изменить приговор и освободить осужденную от наказания на основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ.

В соответствии с п. «а» ч.1 ст. 78 УК РФ лицо, совершившее преступление небольшой тяжести, освобождается от уголовной ответственности, если со дня его совершения до вступления приговора в законную силу истекло два года.

Как следует из материалов уголовного дела, преступление, совершенное ФИО2, окончено 5 июля 2021г., т.о. на момент рассмотрения дела судом апелляционной инстанции прошло более двух лет, при этом уголовное дело по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст. 208 УПК РФ, не приостанавливалось, в этой связи течение срока давности уголовного преследования за данное преступление не прерывалось. При изложенном ФИО2 следует освободить от назначенного наказания, поскольку после вынесения настоящего приговора и до рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, предусмотренный ст. 78 УК РФ двухлетний срок давности уголовного преследования по указанному преступлению истек. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, п.9 ч.1 ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор Икрянинского районного суда Астраханской области от 3 июля 2023 г. отношении ФИО2 изменить, на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ освободить ФИО2 от наказания по ч.1 ст. 293 УК РФ в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. 

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы представителя потерпевшего и осужденной - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке, установленном гл.471 УПК Российской Федерации, в Четвёртый кассационной суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение 6 месяцев с момента вступления приговора в законную силу. В случае подачи кассационной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Мухлаева Е.В.