Дело № 12-82/2019

РЕШЕНИЕ

г. Санкт-Петербург 11.02.2019 года

Судья Ленинского районного суда г. Санкт-Петербург Батогов А.В., по адресу: Санкт-Петербург, ул. 13-я Красноармейская, д. 17Б, рассмотрев материалы дела об административном правонарушении по жалобе ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца Ленинграда, зарегистрированного и проживающего по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, в течение года привлекавшегося к административной ответственности, на постановление и.о. мирового судьи судебного участка № 10 Санкт-Петербурга от 28.06.2018 о назначении ФИО1 административного наказания в виде штрафа в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.26 ч. 1 КоАП РФ,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением и.о. мирового судьи судебного участка № 10 Санкт-Петербурга от 28.06.2018 ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.26 ч. 1 КоАП РФ, с назначением ему административного наказания в виде штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок один год шесть месяцев. 

При разбирательстве дела мировой судья установил, что ФИО1 совершил невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния, при следующих обстоятельствах: 31 июля 2017 года в г. Санкт-Петербурге по адресу: набережная Обводного канала, 205 ФИО1 управлял транспортным средством марки «ГАЗ 2705» с государственным регистрационным знаком № при наличии признаков опьянения в виде нарушения речи, неустойчивости позы, резкого изменения окраски кожных покровов лица, поведения, не соответствующего обстановке, которые давали достаточные основания полагать, что он находится в состоянии опьянения, что в соответствии с пунктом 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 (далее - Правила дорожного движения), части 1.1 статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее КоАП РФ) явилось основанием для освидетельствования его на состояние алкогольного опьянения с применением технического средства. В связи с отказом ФИО1 от освидетельствования на состояние алкогольного опьянения при наличии достаточных оснований полагать, что он находится в состоянии опьянения, должностное лицо, уполномоченное в силу своих должностных обязанностей на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, направило его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. От выполнения законного требования указанного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения ФИО1 31 июля 2017 года в 22 час. 54 мин. отказался. В связи с изложенным, ФИО1 привлечён к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ в виде штрафа в размере 30000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

С указанным постановлением мирового судьи ФИО1 не согласен, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене, поскольку: 31 июля 2017 года он действительно управлял автомашиной марки ГАЗ 2705 с государственным регистрационным знаком № находясь при этом в трезвом виде. Около 21 часа на набережной Обводного канала, 205 его остановил не представившийся ему сотрудник ОГИБДД, который привел его и помещение ОГИБДД УМВД России по Адмиралтейскому району г. Санкт-Петербурга и передал его документы инспектору ОГИБДД ФИО2 Последний стал заполнять в отношении него какой-то документ, указав, что у него имеются признаки опьянения, и затем привел понятых и в их присутствии предложил пройти ему освидетельствование на состояние алкогольного опьянения с применением технического средства. Из жалобы ФИО1 на постановление по делу об административном правонарушении от 15 декабря 2017 года и его объяснений следует, что он отказался от предложенного инспектором ФИО2 освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с применением технического средства в силу недоверия ФИО2, который вел себя предвзято. При этом ФИО2 не разъяснил понятым разницу между освидетельствованием на состояние алкогольного опьянения с применением технического средства и медицинским освидетельствованием, ввел их в заблуждение своим вопросом: «Вы слышали, что он отказался от медицинского освидетельствования на состояния?», в связи с чем они подписали документы. Он же раз пять-шесть в присутствии понятых требовал отвезти его на освидетельствование на Боровую.

Считает, что должностное лицо, возбудившее дело об административном правонарушении, не разъяснило понятым права и обязанности в доступной для них форме. Незаконность привлечения к административной ответственности подтверждается результатами его добровольного освидетельствования, которое установило отсутствие у него состояния опьянения. Просит постановление отменить, производство по делу прекратить в связи с истечением срока.

ФИО1 в судебное заседание явился, жалобу поддержал.

Защитник ФИО1 Сидоркин С.Г. в судебное заседание явился, жалобу поддержал.

Лицо, составившее протоколы по настоящему делу, в том числе об административном правонарушении, инспектор ДПС ОРДПС ГИБДД УМВД России по Адмиралтейскому району ФИО2, понятые по делу неоднократно извещались судом путем направления телеграмм, в судебное заседание указанные лица не явились.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» в целях соблюдения установленных статьей 29.6 КоАП РФ сроков рассмотрения дел об административных правонарушениях судье необходимо принимать меры для быстрого извещения участвующих в деле лиц о времени и месте судебного рассмотрения. Поскольку КоАП РФ не содержит каких-либо ограничений, связанных с таким извещением, оно в зависимости от конкретных обстоятельств дела может быть произведено с использованием любых доступных средств связи, позволяющих контролировать получение информации лицом, которому оно направлено (судебной повесткой, телеграммой, телефонограммой, факсимильной связью и т.п., посредством СМС-сообщения, в случае согласия лица на уведомление таким способом и при фиксации факта отправки и доставки СМС-извещения адресату).

Лицо, в отношении которого ведется производство по делу, считается извещенным о времени и месте судебного рассмотрения и в случае, когда из указанного им места жительства (регистрации) поступило сообщение об отсутствии адресата по указанному адресу, о том, что лицо фактически не проживает по этому адресу либо отказалось от получения почтового отправления, а также в случае возвращения почтового отправления с отметкой об истечении срока хранения

Инспектор ФИО3, осуществлявший задержание транспортного средства и оформивший соответствующие документы в соответствии с материалами дела и допрошенный в суде первой инстанции в качестве свидетеля, в судебное заседание явился, против жалобы возражал.

Учитывая направление лицам, участвующим в деле, извещений о настоящем судебном заседании, суд приходит к выводу о возможности рассмотрения жалобы при данной явке. 

Изучив доводы жалобы, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

Согласно материалам дела, протоколу об административном правонарушении ФИО1 совершил невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния, при следующих обстоятельствах: 31 июля 2017 года в 22 час. 25 мин. в г. Санкт-Петербурге по адресу: набережная Обводного канала, 205 ФИО1 управлял транспортным средством марки «ГАЗ 2705» с государственным регистрационным знаком № при наличии признаков в виде нарушения речи, неустойчивости позы, резкого изменения окраски кожных покровов лица, поведения, не соответствующего обстановке, которые давали достаточные основания полагать, что он находится в состоянии опьянения, что в соответствии с пунктом 2.3.2 Правил дорожного движения, части 1.1 статьи 27.12 КоАП РФ явилось основанием для освидетельствования его на состояние алкогольного опьянения с применением технического средства. В связи с отказом ФИО1 от освидетельствования на состояние алкогольного опьянения при наличии достаточных оснований полагать, что он находится в состоянии опьянения, должностное лицо, уполномоченное в силу своих должностных обязанностей на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, направило его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. От выполнения законного требования указанного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения ФИО1 31 июля 2017 года в 22 час. 54 мин. отказался.

Суд полагает, что мировым судьёй сделаны обоснованные выводы о том, что вина ФИО1 подтверждается совокупностью предоставленных доказательств, в том числе протоколом об административном правонарушении, из которого усматривается, что ФИО1, управлявший 31 июля 2017 года в 22 час. 25 мин. на набережной Обводного канала, 2015 в г. Санкт-Петербурге транспортным средством с признаками, дающими достаточные основания полагать, что он находится в состоянии опьянения, 31 июля 2017 в 22 час. 54 мин. отказался выполнить законное требование должностного лица, уполномоченного на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, на которое он был направлен в связи с отказом от освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; протоколом об отстранении ФИО1 31 июля 2017 года в 22 часа 25 мин. от управления транспортным средством в связи с наличием у него признаков, дающих достаточные основания полагать, что он находится в состоянии опьянения; актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, бумажным носителем к указанному акту, из которых следует, что от освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО1 отказался; протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, согласно которому ФИО4 31 июля 2017 года в 22 час. 54 мин. отказался пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, на которое он был направлен в связи с отказом от освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

При этом суд учитывает, что от подписания протоколов ФИО1 отказался, однако был ознакомлен с ними и был вправе изложить свои требования о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения также и в них, однако расписался только в получении копии и проставлении отметки о его несогласии с протоколом без указания причин.

Перечисленные выше доказательства в процессе рассмотрения дела в силу требований статьи 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях проверены мировым судьёй на их относимость и допустимость и обоснованно признаны достоверными, как полученные в соответствии с требованиями КоАП РФ и нормативных правовых актов, регулирующих основания и порядок проведения освидетельствования на состояние опьянения водителя транспортного средства. Выдвинутая ФИО1 и его защитником версия о незаконном привлечении ФИО1 к административной ответственности правильно была отвергнута судом, как не нашедшая своего подтверждения в процессе рассмотрения дела. 

В соответствии с ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административным правонарушением признается невыполнение водителем законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

В соответствии с абзацем 1 пункта 2.7 Правил дорожного движения водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения; пункт 2.3.2 Правил дорожного движения предоставляет должностным лицам, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, право потребовать от водителя пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Вышеуказанный надзор осуществляется должностными лицами Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской на основании Положения о ней, утверждённого Указом Президента РФ от 15.06.1998 № 711. Данные требования ФИО1 были предъявлены должностным лицом, относящимся к указанной категории.

Порядок освидетельствования определяется частью 1.1 статьи 27.12 КоАП РФ, согласно которой лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида, и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 ст. 27.12 КоАП РФ. При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо несогласии указанного лица с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения указанное лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Аналогичные положения содержатся в Правилах освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 г. № 475 (ред, от 10.09.2016) (далее — Правила освидетельствования). Из пункта 3 указанных Правил следует, что достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: а) запах алкоголя изо рта; б) неустойчивость позы; в) нарушение речи; г) резкое изменение окраски кожных покровов лица; д) поведение, не соответствующее обстановке.

Согласно части 2 статьи 27.12 КоАП РФ отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения осуществляется в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи.

Аналогичное правило закреплено в п.4 Правил освидетельствования. В силу требований части 1 ст. 25.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в случаях, предусмотренных КоАП РФ, должностным лицом, в производстве которого находится дело об административном правонарушении, в качестве понятого может быть привлечено любое не заинтересованное в исходе дела совершеннолетнее лицо. Число понятых должно быть не менее двух. Из части 2 этой статьи следует, что в случаях, предусмотренных главой 27 и статьей 28.1.1 КоАП РФ, обязательно присутствие понятых или применение видеозаписи. Понятой удостоверяет в протоколе своей подписью факт совершения в его присутствии процессуальных действий, их содержание и результаты.

Все перечисленные требования закона при производстве по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 были соблюдены.

Утверждения о том, что у ФИО2 отсутствовали основания для возбуждения в отношении ФИО1 настоящего дела об административном правонарушении, поскольку он непосредственно не наблюдал факт управления ФИО1 транспортным средством, опровергаются показаниями допрошенного в качестве свидетеля инспектора ДПС ОР ДПС ОГИБДД УМВД России по Адмиралтейскому району г. Санкт-Петербурга ФИО3 ФИО3 показал, что ФИО1 он запомнил, поскольку тот после составления в отношении него протокола о привлечении к административной ответственности активно препятствовал помещению его автомашины на штрафстоянку. В этот день, дату не помнит, поскольку прошло около года, он дежурил в одном экипаже с ФИО2, осуществляя контроль за движением транспортных средств. При этом они остановили автомашину марки ГАЗ 2705, которой, как было установлено при проверке документов, управлял ФИО1 В помещении отдела ГИБДД при проверке документов они обратили внимание на наличие у водителя признаков, которые давали основание полагать, что он находится в состоянии опьянения. Лично он отметил резкое изменение окраски кожных покровов лица в сторону побледнения и поведение, не соответствующее обстановке.

Из графика дежурств инспекторов ДПС ОР ДПС ОГИБДД УМВД России по Адмиралтейскому району г. Санкт-Петербурга усматривается, что ФИО2 и ФИО3 31 июля 2017 года дежурили в составе одного экипажа.

Утверждения ФИО1 о том, что ФИО2 отказался направить его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, опровергаются показаниями допрошенного в качестве свидетеля понятого ФИО5, согласно которым ФИО1 вел себя непоследовательно, он то соглашался пройти указанное освидетельствование, то отказывался, но в результате отказался от направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, что и было зафиксировано в протоколах, которые подписали он и второй понятой.

В силу общего принципа права, сформулированного в части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Относительно производства по делу об административном правонарушении это предполагает, что при избрании способа защиты лицо, в отношении которого ведется производство о делу об административном правонарушении, действует добросовестно.

Согласно материалам дела, ФИО5 не подтвердил факт введения его и второго понятого в заблуждение относительно того, от какого освидетельствования отказался ФИО1 Его показания не содержат и сведений о том, что он поставил свою подпись в оформленных документах, так как не располагает юридическими познаниями в указанной области, и в силу этого полагал, что отказ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения в служебном помещении ДПС ОГИБДД достаточен для составления соответствующих протоколов. Не сообщал ФИО5 мировому судье и о том, что ФИО2 не разъяснил ему и второму понятому разницу между освидетельствованием на состояние алкогольного опьянения с применением технического средства и медицинским освидетельствованием. ФИО5 не давал показаний, согласно которым второй понятой не владел русским языком, не понимал суть происходящего, а также о том, что в протоколах за второго понятого расписался он. В судебном заседании в суде первой инстанции ФИО5 уточнил, что второй понятой владел русским языком, у него были трудности с написанием объяснения по факту ДТП, так как он не мог грамотно написать, и он (свидетель) ему помогал.

Свидетель ФИО3 уточнил, что второй понятой ФИО6 имел водительское удостоверение, полученное в Российской Федерации. Согласно карточке водителя ФИО6 водительское удостоверение получил в 2009 году в Российской Федерации. Из изложенного следует, что он владеет русским языком в степени, достаточной для овладения нормативными правовыми актами, регулирующими общественные отношения в области дорожного движения, в том числе и в части, относящейся к обязанности водителей пройти освидетельствование на состояние опьянения, содержание и характер совершаемых при этом действий.

Согласно карточке водителя ФИО5 имеет право на управление транспортными средствами с 2007 года. Указанные сведения свидетельствуют о том, что оба понятых, являясь водителями, в силу предусмотренной пунктом 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации обязанности знают требования пункта 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, предписывающего водителю пройти два вида освидетельствования: на состояние алкогольного опьянения с применением технического средства и медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Данный факт в рамках рассмотрения настоящего дела не опровергнут. С учетом этого и изложенных выше обстоятельств суд полагает, что довод стороны защиты о том, что понятые подписали протоколы, не понимая значения отраженных в них действий, несостоятелен.

При оценке допустимости протоколов и акта о применении мер обеспечения по делу об административном правонарушении мировой судья обоснованно учёл, что ФИО1, согласно его объяснениям, не соглашался с действиями сотрудников ГИБДД, записей об этом в протоколах и акте в момент их составления не сделал, письменных объяснений не представил. Свое поведение в момент составления протоколов ФИО1 объяснил тем, что ему не были разъяснены суть и юридические последствия составленных документов. Однако, управляя транспортным средством, ФИО1 в силу пункта 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации обязан знать и соблюдать относящиеся к каждой конкретной ситуации требования Правил. В противном же случае он принимает на себя риск наступления негативных последствий, связанных с данным фактом.

Ссылка ФИО1 на звонки в службу доверия в качестве доказательства его невиновности мировым судьей обоснованно отвергнута, так как из содержания звонков судом не установлено, что ФИО1 требует от инспектора направить его на медицинское освидетельствование, инспектор нецензурно бранится, звонки осуществлялись после составления протокола об административном правонарушении и в связи с задержанием транспортного средства, о чем свидетельствует время звонков и содержание разговора с оператором. 

В силу презумпции невиновности, установленной статьей 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ФИО1 не обязан доказывать свою невиновность. Однако указанное правило в рамках обвинения сотрудников ГИБДД в фальсификации материалов дела об административном правонарушении подразумевает сообщение фактов, достоверность которых может быть проверена процессуальным путем. Невыполнение этого требования в рамках избранного способа защиты расценивается как сознательная недобросовестность с целью избежать наступления установленной законом ответственности за совершение административного правонарушения.

Мировым судьёй сделан обоснованный вывод о том, что отрицательный результат добровольного освидетельствования на состояние опьянения в специализированном медицинском учреждении после составления протокола об административном правонарушении не влечет освобождения от административной ответственности, поскольку такое освидетельствование производится вне установленного законом процессуального порядка, что исключает проверку и оценку его результатов в соответствии с требованиями части 3 статьи 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, кроме того, сам по себе факт отказа от прохождения медицинского освидетельствования являет собой оконченный, формальный состав правонарушения.

Суд полагает, что невозможность допросить второго понятого ФИО6 при принятии исчерпывающих мер к его приводу и невозможность привода в связи с отсутствием ФИО6 в настоящее время по месту жительства при рассмотрении дела мировым судьёй не повлияла на вывод о виновности ФИО1, так как судом предприняты все необходимые меры для его вызова, привод невозможен; свидетель (понятой) ФИО5 подтвердил факт присутствия ФИО6 при применении к ФИО1 мер обеспечения производства по настоящему делу, уточнив, что он являлся вторым участником ДТП, произошедшего с ним, расписался о присутствии понятых при составлении протокола в протоколе. Поскольку при рассмотрении дела не установлена недобросовестность понятого ФИО5, инспекторов ДПС ОР ДПС ОГИБДД У МВД России о Адмиралтейскому району ФИО2, ФИО3, то их показания обоснованно расценены как соответствующие действительности и приняты в качестве доказательства виновности ФИО1 в совершении правонарушения.

Действия ФИО1 содержат состав правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях - невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния.

При назначении наказания мировым судьёй были учтены характер совершенного правонарушения – невыполнение законного требования должностного лица, уполномоченного на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, демонстрирует пренебрежительное отношение к установленным государством Правилам в области дорожного движения, является грубым нарушением порядка пользования правом управления транспортными средствами и представляет исключительную опасность для жизни и здоровья других участников дорожного движения; личность виновного, который привлекался к административной ответственности за совершение однородного административного правонарушения 23.08.2016 по ч. 2 ст. 12.9 КоАП РФ. Обстоятельств, смягчающих ответственность, мировым судьёй и судом при рассмотрении дела и жалобы не установлено.

Совершенное ФИО1 административное правонарушение квалифицировано в соответствии с установленными обстоятельствами и требованиями КоАП РФ. 

Обжалуемое постановление вынесено мировым судьей в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, ФИО1 назначено наказание за совершенное правонарушение в рамках санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. Оснований к отмене постановления не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 30.7 ч.1 п.1 КоАП РФ,

РЕШИЛ:

Постановление от 28.06.2018 года и.о. мирового судьи судебного участка № 10 Санкт-Петербурга в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, оставить без изменения.

Жалобу ФИО1 – оставить без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу немедленно с момента его вынесения. 

Судья Батогов А.В.