Дело №2-3351/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 октября 2017 года г.Смоленск

Промышленный районный суд города Смоленска в составе:

председательствующего судьи Шиловой И.С., 

при секретаре Потапенковой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Смоленской области, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Смоленской области (далее по тексту – МФ РФ в лице УФК по Смоленской области), ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований указал, что в период времени с августа 2005 года по июль 2006 года и с 02.08.2012 года по декабрь 2012 года содержался ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области в бесчеловечных условиях. Утверждает, что в указанный период по причине отсутствия обеспечения в учреждениях надлежащих условий содержания (переполненность камер, несоответствие площади камер установленным нормам, антисанитарные условия содержания в них и отсутствие должного материально-бытового обеспечения, отсутствие условий приватности в туалетах, несоответствие площади прогулочного двора установленным нормам, отсутствие приточной вентиляции в камерах СИЗО, недостаточное освещение), которые были невыносимыми, унижающими достоинство, в связи с чем ему были причинены нравственные и физические страдания.

Просит суд взыскать с ответчиков в солидарном порядке в счет компенсации морального вреда 100 000 руб.

Определением судьи от 03.10.2017 года к участию в деле в качестве соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний России (далее по тексту – ФСИН России)

Истец ФИО1, надлежаще извещенный о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явился, в связи с отбыванием наказания в местах лишения свободы в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Вологодской области, не воспользовался правом направить представителя в соответствии со ст.48 ГПК РФ, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представитель ответчика МФ РФ в лице УФК по Смоленской области – ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, поддержав представленные возражения и ссылаясь на отсутствие оснований для взыскания с государства в пользу истца денежной компенсации морального вреда. Истцом пропущен установленный срок исковой давности, который составляет три года. Несмотря на то, что на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ исковая давность по общему правилу не распространяется, подача иска по истечении нескольких лет после последнего нахождения истца в ИВС свидетельствует об отсутствии у него надлежащей заинтересованности в защите своих прав и ставит под сомнение указанные факты нарушений. Кроме того, пояснила, что материально-бытовое обеспечение в изоляторах временного содержания не входит в компетенцию Минфина России, а находится в ведении администрации ФКУ СИЗО-1. Просит в иске отказать.

Представитель ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области – ФИО3, действующий на основании доверенности, заявленные требования не признал, поддержав письменные возражения на иск, из которых следует, что ФИО1 содержался в учреждении с августа 2005 года по июль 2006 года, а также с 02.08.2012 года по 08.12.2012 года в камерах №160, №118, №145. Утверждение истца о том, что ему не предоставлялось индивидуальное спальное место в 2005 – 2006 годах необоснованны, поскольку установить на сегодняшний день количество лиц, совместно содержащихся с ним в камерах, невозможно в связи с уничтожением учетных данных в установленном порядке. Кроме того, нумерация камерных помещений с 2005 года неоднократно менялась. Технические и санитарные характеристики камер №160, №118, №145 (освещение, вентиляция, мебель, санузел, наличие в камерах холодного и горячего водоснабжения) соответствуют предъявляемым к ним требованиям. В соответствии с учетными данными учреждения в камерах, в которых содержался истец, имел место незначительный перелимит лиц, содержащихся совместно с истцом. Данное обстоятельство обусловлено объективными причинами – общим перелимитом лиц, содержащихся в учреждении в 2012 году, поскольку администрация учреждения не вправе при достаточных к тому оснований отказать в приеме подозреваемого или обвиняемого. В период содержания в учреждении ФИО1 жалоб на условия содержания не предъявлял. Просит в иске отказать.

Представитель ответчика ФСИН России – ФИО4, действующий на основании доверенности, заявленные требования не признал, поддержав письменные возражения на иск и ссылаясь на отсутствие оснований для взыскания с государства в пользу ФИО1 денежной компенсации морального вреда, в связи с чем просит в удовлетворении требований отказать. 

Привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца прокуратура Смоленской области, надлежаще извещенная о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явилась, в поступившем письменном ходатайстве, просила о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

Привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчиков УФСИН России по Смоленской области, надлежаще извещенный о времени и месте слушания дела, в судебное заседание явку своего представителя не обеспечил, о причинах неявки не сообщил, возражений относительно заявленных требований не представил.

В силу ч.ч.3,5 ст.167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело по существу в отсутствие истца и третьих лиц.

Выслушав объяснения представителей сторон, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч.4 ст.15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

В соответствии с ч.1 ст.17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Согласно ст.21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В соответствием с п.15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 №5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ», суды должны учитывать необходимость соблюдения прав лиц, содержащихся под стражей, предусмотренных статьями 3, 5, 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Российская Федерация, как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (ст.1 Федерального закона от 30.031998 № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»). Поэтому применение вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Статья 3 названной Конвенции гласит: «Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

Как неоднократно отмечал Европейский Суд, что страдания и унижение при нарушении ст. 3 Конвенции в любом случае должны превосходить уровень страданий и унижений, неизбежно присутствующих в любом законном обращении или наказании. В соответствии с данным положением Договаривающееся Государство должно обеспечить содержание лица под стражей в таких условиях, в которых бы уважалось его человеческое достоинство, такими способами и методами, при которых лицо не терпит душевных страданий и лишений, превышающих неизбежный уровень страданий при заключении, а также должным образом заботится о здоровье и благополучии с учетом практических требований лишения свободы (Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Кудла против Польши» (Kudla v. Poland), жалоба №30210/96, §94, ECHR 2000-XI; Постановление Европейского Суда по делу «Калашников против Российской Федерации» (Kalashnikov v. Russia), жалоба №47095/99, ECHR 2002-VI).

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями и одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях №663 C (XXIV) от 31.07.1957 года и №2076 (LXII) от 13.05.1977 года, предусматривают, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (п.10). Каждому заключенному следует обеспечивать отдельную койку в соответствии с национальными или местными нормами (п.19).

По правилам ст.ст.151, 1101 Гражданского Кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

В силу ч.1 ст.150 ГК РФ к нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Судом установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в период с 02.08.2012 года по 09.08.2012 года содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области в камере №160, с 09.08.2012 года по 04.12.2012 года в камере №118, с 04.12.2012 года по 08.12.2012 года в камере №145 (л.д. 34).

Из справки Заместителя начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области следует, что камеры корпусных блоков оборудованы санузлом, который отделен от жилой зоны перегородкой высотой 2 метра. С 2009 года зона приватности дополнительно оборудована дверью, которая полностью отсекает санузел от жилой секции. Площадь камеры №145 составляет 14,3 кв.м., камеры №160 составляет 14,7 кв.м., камеры №118 составляет 15,0 кв.м., все камеры оборудованы в соответствии с нормами. Для искусственного освещения камер установлено два светильника ЛПО2-40 с 2 лампами дневного света ЛД-36, в ночное время включается освещение с лампой накаливания Б-36-40, а также две розетки для подключения электроприборов. 

В камерах установлена камерная мебель: стол (800*810 мм, н-870 мм) со скамейкой (800*230, н-530) для приема пищи, навесной шкаф (700*300 мм, н-700 мм) для хранения посуды, вешалка (243*204 мм, н-213 мм) для верхней одежды, настенное зеркало, подставка (500*500 мм, н-700 мм) под бак с питьевой водой, полка (300*300 мм) под туалетные принадлежности. В камерах имеется радио, урна для мусора и тазик для гигиенических целей и стирки одежды.

Камерные помещения обеспечиваются централизованным отоплением. Температурный режим в камерах в соответствии со СНИП составляет не менее +18С.

В камерных помещениях имеется естественная вентиляция, которая осуществляется через оконный проем размером 1,10 м*0,9 м и искусственная вентиляция, которая осуществляется через вентиляционное отверстие диаметром 200 мм, находящееся в верхней части камеры с принудительным потоком уличного воздуха с помощью технического оборудования, а также в камерах имеется система сантехники, состоящей из умывальника и крана с централизованным подводом холодной (питьевой) воды и горячей воды. Унитаз отделен перегородкой, которая полностью отсекает санузел от жилой секции и имеет режим приватности. В жилой секции пол выполнен деревянной доской.

Спецконтингент ежедневно обеспечивался трехразовым горячим питанием согласно меню-раскладки (л.д. 40).

Заявляя исковые требования, ФИО1 утверждает, что за период его содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области наблюдались, антисанитарные условия содержания в камерах и отсутствие должного материально-бытового обеспечения, отсутствие условий приватности в туалетах, несоответствие площади прогулочного двора установленным нормам, отсутствие приточной вентиляции в камерах СИЗО, недостаточное освещение), которые были невыносимыми, унижающими достоинство, в связи с чем ему были причинены нравственные и физические страдания.

На основании ст.23 Федерального закона от 15.07.1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» заключенным создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин). Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

В соответствии с Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденными приказом Министерства внутренних дел РФ №950 от 22.11.2005 года, подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом (п. 42). Камеры ИВС оборудуются в том числе, индивидуальными нарами или кроватями, столом и скамейками по лимиту мест в камере, санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности, светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа, приточной и/или вытяжной вентиляцией (п.45). Не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут (п.47).

Установить обращался ФИО1 за период отбывания наказания с жалобами на имя начальника учреждения или в другие организации о ненадлежащих условиях отбывания наказания не представляется возможным, так как согласно Приказу ФСИН России от 21.07.2014 года № 373 «Об утверждении Перечня документов, образующихся в деятельности Федеральной службы исполнения наказаний, органов, учреждений и предприятий уголовно-исполнительной системы, с указанием сроков хранения» 12.01.2010 года уничтожены следующие документы: Книга количественной проверки лиц, содержащихся в учреждении, Журнал учета санобработки подозреваемых, обвиняемых и осужденных, Журнал учета прогулок подозреваемых, обвиняемых и осужденных (л.д. 35).

Изложенные доказательства в своей совокупности опровергают доводы истца о нарушении его прав, как осужденного вследствие того, что в исправительном учреждении, не соблюдались условия приватности, отсутствовала вентиляция, был тусклый дневной свет, отсутствие должного материально-бытового обеспечения.

Вопреки доводам истца, допустимых и достаточных доказательств, наличия указанных обстоятельств, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, истцом не представлено

Таким образом, суд приходит к выводу, что требования ст.3 Конвенции нарушены не были в части условий содержания истца под стражей в течение указанных периодов.

Доводы истца об отсутствии централизованной подачи питьевой воды и системы канализации, также не позволяют прийти к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска в данной части, поскольку прецедентная практика Европейского суда по правам человека (решение от 16 сентября 2004 года «О приемлемости жалобы «№30138/02 ФИО5») относительно санитарных условий, отмечено, что отсутствие централизованной подачи питьевой воды и системы канализации на самом деле заслуживает порицания, равно как и размещение туалета в отдельном неотапливаемом и неосвещенном строении, построенном над выгребной ямой. Тем не менее, необходимо отметить, что указанные условия ничем не отличаются от условий жизни в сельской местности России, где жители берут воду из колодцев и пользуются отдельно стоящим туалетом с выгребной ямой. Суд полагает, что данная ситуация не является настолько неудовлетворительной, чтобы приравниваться к нарушению положений ст.3 Конвенции.

В заключение суд констатирует, что условия содержания заявителя под стражей во время рассматриваемого периода действительно были очень некомфортными, но не столь тяжелыми, чтобы достигнуть степени суровости, необходимой для отнесения ситуации к сфере действия ст.3 Конвенции. Следовательно, требования ст.3 Конвенции не были нарушены в части указанных периодов.

Между тем, представитель ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области подтвердил, что в соответствии с учетными данными учреждения в камерах, в которых содержался истец, имел место незначительный перелимит лиц, содержащихся совместно с истцом. Данное обстоятельство обусловлено объективными причинами – общим перелимитом лиц, содержащихся в учреждении в 2012 году, поскольку администрация учреждения не вправе при достаточных к тому оснований отказать в приеме подозреваемого или обвиняемого

Из справки начальника отдела режима ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области следует, что в камере №160 с 02.08.2012 года по 09.08.2012 года на 4 спальных местах содержалось 3-4 человека; в камере №118 с 09.08.2012 года по 04.12.2012 года на 4 спальных местах содержалось 2-6 человек; в камере №145 с 09.08.2012 года по 04.12.2012 года на 4 спальных местах содержалось 3-5 человек (л.д. 33). 

На основании изложенного, суд считает частично доказанным факт содержания истца в не приемлемых условиях с позиции ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Данные обстоятельства, по мнению суда, являются достаточными для того, чтобы причинить страдания или переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, и вызвать у истца чувство неполноценности, которое заставляет его ощущать себя униженными и оскорбленным. При этом судом принимается во внимание то обстоятельство, что ответчиками не представлено доказательств того, что указанные ограничения прав ФИО1 были основаны на измеримых интересах безопасности. Обязанность создания надлежащих условий содержания заключенных принята и подтверждена властями РФ, в том числе в многочисленных ответах Европейскому Суду по правам человека.

Заявленные в процессе рассмотрения дела доводы ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области о том, что ненадлежащие условия содержания обусловлены объективной причиной - перелимитом лиц, содержащихся в учреждении в 2012 году, а также доводы об отсутствии вины работников следственного изолятора в нарушении материально-бытовых условий содержания в данном случае правового значения не имеют и не могут оправдывать нарушения неимущественных прав истца.

В рассматриваемом споре установлено, что объектом нарушения являются конституционные права истца, гарантированные государством - ответчиком, которое несет обязанность по организации пенитенциарной системы таким образом, чтобы обеспечить уважение достоинства заключенных. 

С учетом доказанности факта нарушения личных неимущественных прав ФИО1, а также вины Российской Федерации в нарушении этих прав, принимая во внимание то обстоятельство, что учреждения УФСИН России по Смоленской области финансируются из федерального бюджета, исходя из прецедентной практики Европейского Суда по аналогичным спорам (п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 №5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», п.4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 №23 «О судебном решении»), суд применительно к правилам ст.ст.151, 1069 и 1071 ГК РФ считает возможным взыскать в пользу истца денежную компенсацию причиненного ему морального вреда.

В силу подпункта 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ, применительно к рассматриваемому спору, главный распорядитель средств федерального бюджета выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Подпункт 12.1 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ предусматривает, что главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

Таким образом, по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов власти, предъявляемым к Российской Федерации, от ее имени в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств.

Согласно под.6 п.7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента РФ от 13.10.2004 года №1314, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

С учетом вышеприведенных положений законодательства надлежащим ответчиком по требованиям ФИО1 о компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области будет являться ФСИН России.

В силу п.2 ст.151, п.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Поскольку в ходе судебного разбирательства нашел подтверждение факт того, что условия содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области не отвечали требованиям Федерального закона №103-ФЗ от 15.07.1995 года «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», он имеет право на компенсацию морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер и объем нарушений прав истца, требования разумности и справедливости, и с учетом этого считает достаточным размер компенсации морального вреда в сумме 250 руб.

Руководствуясь ст.ст.194–198, 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 250 руб. в счет компенсации морального вреда.

В остальной части иска и в иске к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Смоленской области, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области - отказать

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г. Смоленска в течение одного месяца с момента изготовления его в мотивированной форме. 

Судья И.С. Шилова