Дело № 1-285/2017

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Омск «20» октября 2017 года

Куйбышевский районный суд г. Омска в составе председательствующего судьи Бондарева В.Ю. при секретаре Трофимовой С.И. с участием государственного обвинителя Мироновой Н.С., подсудимого ФИО2, его защитника – адвоката Кошмана Н.Н., подсудимого ФИО4, его защитника – адвоката Кириченко В.П., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по обвинению:

ФИО2 , 

<

данные изъяты>, ранее не судимого, 

по настоящему уголовному делу под стражей не содержащегося;

в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ,

ФИО4 , 

<

данные изъяты>, ранее не судимого, 

по настоящему уголовному делу под стражей не содержащегося,

в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

По версии органа следствия подсудимые ФИО2 и ФИО4, являясь должностными лицами, осуществляющими функции представителя власти, при указанных ниже обстоятельствах с применением насилия, а ФИО4 также с применением специальных средств, совершили действия, явно выходящие за пределы их полномочий и повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан либо охраняемых законом интересов общества или государства.

Так, согласно предъявленному обвинению, ФИО4 и ФИО2, состоящие в должности полицейских взвода № батальона № полка ППСП полиции УМВД России по городу Омску, имеющие специальное звание сержант полиции, в силу чего являясь в соответствии с федеральным законом от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» (далее – закон «О полиции») должностными лицами, осуществляющими функции представителя власти, действуя в нарушение положений ст.ст. 1, 2, 3, 6, 19 закона «О полиции» и корреспондирующих им положений их должностных инструкций, находясь при исполнении служебных обязанностей, действуя умышленно, заведомо незаконно, вопреки интересам службы, совместно, явно превысили свои должностные полномочия, незаконно применив насилие, а ФИО4 и специальные средства, при следующих обстоятельствах.

15.07.2016, в период с 22 ч. 30 мин. до 22 ч. 55 мин. ФИО4 и ФИО2, находясь в форменном обмундировании сотрудников полиции, при исполнении своих должностных обязанностей, на маршруте патрулирования №, на участке пешеходной дорожки, расположенном рядом со зданием по адресу: 

<

адрес>, остановили ФИО7 и Свидетель №1, подойдя к которым, ФИО4 и ФИО2 представились и пояснили, что ФИО7 и Свидетель №1 остановлены ими за употребление спиртных напитков в общественном месте и последним необходимо проследовать совместно с сотрудниками полиции для составления протокола об административном правонарушении, на что ФИО7 пояснил, что спиртное ими не употребляется. На это ФИО4 и ФИО2 повторно предложили ФИО7 и Свидетель №1 проследовать с ними, на что Потерпевший выразил своё устное возмущение происходящим, указав, что какое-либо административное правонарушение он не совершает и следовать с сотрудниками полиции не желает, после чего попытался скрыться через пешеходный переход, расположенный напротив указанного здания, на противоположную сторону 

<

адрес>, однако был остановлен ФИО4 и ФИО2 После этого, ФИО7 ФИО4 и ФИО2 без применения физической силы был принудительно препровожден от вышеуказанного места до участка асфальтированной пешеходной дорожки, расположенного у здания по адресу: 

<

адрес>, между входами в помещения ресторана-бара «

<

данные изъяты>» и ресторана-чайханы «

<

данные изъяты>», расположенными в данном здании.

Находясь на указанном участке местности, в указанное время, ФИО7 замедлил движение, на что ФИО4, явно превышая свои должностные полномочия, действуя умышленно, совместно с ФИО2, осознавая преступный характер и общественную опасность своих действий, заведомо зная, что действует незаконно, вопреки интересам службы, толкнул ФИО7 рукой сзади в область шеи. ФИО2, в свою очередь, также толкнул ФИО7 руками в область правого плеча сзади. ФИО7, будучи возмущенным указанными действиями сотрудников полиции, остановился, развернулся лицом к сотрудникам полиции и стал устно выражать своё недовольство происходящим, на что ФИО4 вновь попытался толкнуть ФИО7 рукой, однако последний увернулся и отошел в сторону. Далее, ФИО4 и ФИО2, действуя совместно, умышленно, подошли к ФИО7 и потребовали от него выполнения их указаний, при этом ФИО4, в продолжение указанного умысла, попытался руками схватить ФИО7 за правую руку, в ответ на что ФИО7 возмутился вышеуказанными действиями сотрудников полиции и отмахнулся от ФИО4 На это ФИО4, действуя совместно с ФИО2 и с его ведома, умышленно, осознавая преступный характер и общественную опасность своих действий, предвидя наступление общественно-опасных последствий в виде существенного нарушения прав и законных интересов ФИО7, однако, действуя вопреки интересам службы, достал имеющуюся при себе палку специальную, являющуюся в соответствии со ст. 21 закона «О полиции» специальным средством, и, применяя её, в нарушение требований ст. 19 закона «О полиции», заведомо зная об отсутствии у него законных оснований, нанёс ей, а также руками не менее двух ударов ФИО7 в область верхней половины туловища и головы, от чего ФИО7, испытывая физическую боль, нагнулся вперед, держась руками за голову. В продолжение указанных действий, ФИО4, продолжая действовать совместно с ФИО2, нанес правой ногой ФИО7 один удар в область передней верхней части туловища, после чего рукой взял ФИО7 за шею сзади и силой толкнул последнего лицом вниз, от чего ФИО7, испытывая физическую боль, упал на асфальт. При этом ФИО2, действуя совместно с ФИО4, в нарушение ст. 1 и 2 закона «О полиции», вышеуказанные действия ФИО4 не пресек, а безразлично относился к факту неправомерного применения насилия и специальных средств по отношению к ФИО7 и наступлению указанных последствий.

В продолжение указанного преступного умысла, ФИО2, действуя совместно с ФИО4, в момент, когда ФИО7 попытался встать, схватил последнего руками за одежду, и потянул его назад, тем самым повалив потерпевшего обратно на асфальт, от чего ФИО7 упал на спину и в связи с полученными повреждениями пролежал на асфальте, а затем рядом на газоне, куда переместился самостоятельно, не менее 4 минут, продолжая испытывать физическую боль от нанесенных ему ударов. Встав на ноги, ФИО7, опасаясь дальнейшего применения к нему насилия со стороны сотрудников полиции, попытался покинуть место происшествия, пройдя между припаркованных автомобилей к проезжей части 

<

адрес>, однако ФИО2 нагнал его и обхватил руками сзади, тем самым препятствуя дальнейшему движению ФИО7, после чего между ними началась борьба. В этот момент к ним подбежал ФИО4 и стал разнимать их, в процессе чего ФИО2 нанёс не менее двух ударов кулаком правой руки в область головы ФИО7, от чего последний попытался скрыться от него, однако ФИО2 вновь догнал ФИО7 и обхватил его руками, тем самым также препятствуя дальнейшему движению последнего. В продолжение указанного преступного умысла, ФИО4, действуя совместно с ФИО2, нанёс кулаком левой руки не менее одного удара в живот ФИО7, а ФИО2 - не менее четырех ударов кулаком левой руки по спине последнего. 

Далее ФИО7 с указанного места переместился на участок асфальтированной пешеходной дорожки, расположенный у здания по адресу: 

<

адрес>, между входами в помещения ресторана-бара «

<

данные изъяты>» и ресторана-чайханы «

<

данные изъяты>», расположенными в данном здании, а в последствии на рядом расположенный газон. Сотрудники полиции ФИО4 и ФИО2 проследовали за ним. В продолжение указанного преступного умысла, ФИО2 в ходе общения с ФИО7 толкнул последнего руками в грудь, после чего между ними началась борьба, в ходе которой ФИО2 и ФИО7 упали на газон. В этот момент к ним подошел ФИО4 и стал разнимать их, после чего ФИО7 в связи с ранее полученными повреждениями пролежал на газоне не менее 3 минут, испытывая физическую боль и нравственные страдания.

В результате указанных преступных действий ФИО2 и ФИО4, совершенных им совместно с ФИО2, ФИО7, согласно заключению эксперта причинены следующие повреждения: ушиб мягких тканей с кровоподтеком нижнего века слева, кровоизлияние в склеру левого глаза, ссадины спинки носа, кровоподтек груди, ссадины в области правого и левого коленных суставов. 

Таким образом, умышленные совместные преступные действия ФИО2 и ФИО4, совершенные ими с применением насилия, а ФИО4, также с применением специальных средств, совместно с ФИО2, повлекли существенное нарушение прав и законных интересов ФИО7, а именно гарантированные статьями 2, 21, 22 Конституции РФ право последнего на неприкосновенность личности, государственную защиту прав и свобод, достоинство личности, недопущение применения насилия и другого жестокого и унижающего человеческое достоинство обращение, а также существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, что выразилось в подрыве доверия к сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и понижении их авторитета как представителей власти, дискредитации полиции в системе правоохранительных органов. 

Органами следствия действия ФИО2 и ФИО4 квалифицированы по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ как - совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан либо охраняемых законом интересов общества или государства, с применением насилия, а действия ФИО4 также дополнительно по п. «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ как те же действия, совершенные еще и с применением специальных средств.

Допросив подсудимых ФИО2 и ФИО4, потерпевшего ФИО24, исследовав показания на следствии и допросив в судебном заседании свидетелей обвинения и защиты ФИО23, Свидетель №4, ФИО28, Свидетель №3, Свидетель №6 и других, исследовав письменные доказательства, непосредственно неоднократно исследовав в судебном заседании представленную стороной обвинения в качестве основного доказательства видеозапись, выполненную Б-вым на свой мобильный телефон с монитора просмотра записей камер видеонаблюдения, суд установил следующее.

15.07.2016, в период с 22 ч. 30 мин. до 22 ч. 55 мин. ФИО4 и ФИО2, состоящие в должности полицейских взвода № батальона № полка ППСП полиции УМВД России по городу Омску, имеющие специальное звание сержант полиции, являясь в соответствии с федеральным законом от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» (далее – закон «О полиции») должностными лицами, осуществляющими функции представителя власти, находясь в форменном обмундировании сотрудников полиции, при исполнении своих должностных обязанностей, на маршруте патрулирования №, на участке пешеходной дорожки, расположенном рядом со зданием по адресу: 

<

адрес>, увидели ФИО7 и Свидетель №1, которые в нарушение части 7 статьи 16 Федерального закона от 22.11.1995 № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции», употребляли в указанном общественном месте пиво, являющееся согласно п. 7, 13.1 статьи 2 указанного закона, алкогольной продукцией, то есть совершали административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 20.20 КоАП РФ (потребление (распитие) алкогольной продукции в местах, запрещенных федеральным законом), дела о которых в соответствии со статьей 23.3 КоАП РФ отнесены к подведомственности полиции.

В этой связи, руководствуясь п.п. 1, 2, 11 части 1 статьи 12, п.п. 1, 2, 8 ч. 1 ст. 13 закона «О полиции», согласно которым сотрудники полиции в числе прочего обязаны прибыть на место совершения административного правонарушения, пресекать противоправные деяния (п. 2 ч. 1 ст. 11) и административные правонарушения, осуществлять производство по делам об административных правонарушениях, отнесенных к подведомственности полиции (п. 11 ч. 1 ст. 12); вправе требовать от граждан прекращения противоправных действий (п. 1 ч. 1 ст. 13), проверять документы, удостоверяющие личность, если имеется повод к возбуждению в отношении этих граждан дела об административном правонарушении (п. 2 ч. 1 ст. 13), составлять протоколы об административных правонарушениях, собирать доказательства, применять меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях и иные меры, предусмотренные законодательством об административных правонарушениях (п. 8 ч. 1 ст. 13), сотрудники полиции ФИО2 и ФИО4 подошли к ФИО7 и Свидетель №1, в соответствии с п. 1 ч. 4 закона «О полиции» представились и пояснили, что последние остановлены ими за употребление спиртных напитков в общественном месте, то есть в связи с совершением административного правонарушения, потребовали прекратить совершение данного административного правонарушения, представиться и предъявить документы, удостоверяющие личность. На что ФИО7 отказался выполнять законные требования сотрудников полиции и выразился в их адрес грубой нецензурной бранью в связи с исполняемыми ими обязанностями. 

В этой связи ФИО4 на основании предоставленного ему и ФИО2 законом «О полиции» права (п. 8 ч. 1 ст. 13) применять меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях, при наличии законных оснований (для пресечения административного правонарушения, установления личности нарушителя ФИО7, в целях составления протокола об административном правонарушении, составление которого с учетом позиции ФИО7, отказавшегося представиться, не предъявившего документы, удостоверяющие личность, оспаривавшего наличие события правонарушения, а равно с учетом положений ч. 2 ст. 28.6 КоАП РФ было невозможным на месте и являлось обязательным) было принято решение о применении к ФИО7 такой меры как доставление, то есть принудительное препровождение, в служебное помещение органа полиции, а именно в стационарный пост (пункт) полиции, что предусмотрено и соответствует ч. 1 ст. 27.1 и ст. 27.2 КоАП РФ. На что ФИО7 вновь отказался выполнить законные требования сотрудников полиции и выразился в их адрес грубой нецензурной бранью в связи с исполняемыми ими обязанностями.

Учитывая изложенное, агрессивное и противоправное поведение ФИО7, оказывавшего неповиновение законным требованиям сотрудников полиции в связи с исполнением ими обязанностей по охране общественного порядка и воспрепятствование исполнению ими служебных обязанностей, грубо нарушавшего своим поведением общественный порядок, что сопровождалось нецензурной бранью в общественном месте, публично оскорблявшего сотрудников полиции в связи с исполнением ими своих должностных обязанностей, ФИО4 сообщил ФИО7, что тот совершает ряд административных правонарушений и преступлений, и несколько раз предупредил ФИО7 о возможности применения на основании ст. 20 закона «О полиции» физической силы, а также специальных средств. В последующем сотрудники полиции ФИО4 и ФИО2 в связи с продолжением ФИО7 противоправного поведения и оказания противодействия их законным требованиям неоднократно предупреждали последнего о возможности применения физической силы и специальных средств. На это ФИО7 продолжил свое противоправное поведение и отказываться выполнять законные требования сотрудников полиции, в том числе требование проследовать в стационарный пункт полиции.

С целью обеспечения принудительного препровождения ФИО7 в соответствии со ст. 27.2 КоАП РФ сотрудник полиции ФИО4 на основании имеющихся у него в силу закона «О полиции» полномочий, в том числе предусматривающих право и порядок применения физической силы, действуя законно, взял ФИО7 одной рукой за локоть, а второй рукой указал направление, в котором последнему нужно проследовать с сотрудниками полиции. После указанных законных действий сотрудников полиции, в том числе действий ФИО4, ФИО7, осознавая явную незаконность своих действий, сбил ладонью своей руки руку ФИО4, после чего с силой толкнул последнего рукой в грудь, то есть применил к представителю власти насилие в связи с исполнением им своих должностных обязанностей. 

После этого сотрудники полиции ФИО2 и ФИО4, действуя законно, потребовали прекратить совершение ФИО7 противоправных действий, взяли его под руки и повели по 

<

адрес> к перекрестку с 

<

адрес> в направлении стационарного поста полиции. При этом ФИО4 предупредил ФИО7, что насильственные действия последнего по отношению к нему также являются преступлением. По пути следования ФИО7 продолжил оказывать противодействие законным требованиям сотрудников полиции, оскорблять их грубой нецензурной бранью, попытался скрыться от них. Сотрудники полиции остановили ФИО7, вновь предупредили последнего о возможности применения физической силы и специальных средств. ФИО7 в ответ на законные действия сотрудников полиции, продолжая оказывать им противодействие, сжал руки в кулаки и прижал их к груди, чтобы предотвратить таким образом предполагаемое самим ФИО7 возможное применение к нему специальных средств – средств ограничения подвижности, то есть наручников. После вмешательства ФИО8, попросившего ФИО7 успокоиться, последний согласился проследовать с сотрудниками полиции. Сотрудники полиции ФИО2 и ФИО4, действуя законно продолжили принудительное препровождение ФИО7, держа свои руки рядом с последним. На углу здания на 

<

адрес> у перекрестка с 

<

адрес> ФИО7, продолжил свое противоправное поведение, вновь оскорбив сотрудников полиции грубой нецензурной бранью, откинув руки сотрудников полиции. Кроме того, по показаниям подсудимых ФИО4 и ФИО2, которые в указанной части представленными стороной обвинения доказательствами не опровергнуты, ФИО7 также нанес один удар по щеке ФИО2, то есть снова применил насилие к представителю власти в связи с исполнением им своих обязанностей. При этом ФИО7 был еще раз предупрежден сотрудниками полиции о возможности применения к нему физической силы и специальных средств. После этого ФИО7 оказал сопротивление действиям сотрудникам полиции по применению к нему на основании положений закона «О полиции» специальных средств – наручников, сжав руки в кулаки и прижав их к груди. После уговоров сотрудников полиции ФИО7 согласился проследовать дальше с последними. 

Спустя непродолжительное время после указанных событий, после поворота с 

<

адрес> на 

<

адрес> по пути следования в направлении 

<

адрес> по левой пешеходной части указанной улицы 

<

адрес>, примыкающей к дому 

<

адрес>, с сотрудниками полиции, ФИО7 вновь продолжил свое противоправное поведение, замедляя ход и останавливаясь, оскорбляя сотрудников полиции грубой нецензурной бранью и высказывая угрозы применения в отношении них физической силы. Вследствие чего полицейский ФИО2, действуя законно, в рамках предоставленных ему полномочий и в порядке, предусмотренном положениями закона «О полиции», после имевшего место ранее неоднократного предупреждения о возможности применения физической силы и специальных средств, с целью преодоления противодействия ФИО7 законным требованиям сотрудников полиции и обеспечения его принудительного препровождения (доставления) в стационарный пункт полиции в порядке ст. 27.2 КоАП РФ, подталкивал последнего в спину, когда тот замедлял ход и останавливался.

После этого при аналогичных описанным выше обстоятельствах ФИО2, продолжая осуществлять совместно с ФИО4 принудительное препровождение ФИО7 в стационарный пост полиции в порядке ст. 27.2 КоАП РФ, полагая, что в этот момент времени ФИО7 вновь останавливается, поскольку последний замедлил свое движение, чем в очередной раз оказывает противодействие законным требованиям сотрудников полиции, действуя с учетом общей обстановки установленных судом событий и характера противоправного поведения ФИО7, на протяжении большей части исследуемых событий активно противодействовавшего законным требованиям сотрудников полиции и одновременно совершавшего противоправные действия, в том числе направленные против сотрудников полиции, действуя правомерно, с целью преодоления противодействия ФИО7 законным требованиям сотрудников полиции и обеспечения его принудительного препровождения (доставления) в стационарный пункт полиции в порядке ст. 27.2 КоАП РФ, при наличии оснований для применения физической силы, предусмотренных п.п. 2, 3 ч. 1 ст. 20 закона «О полиции» (то есть для доставления в служебное помещение лица, совершившего административное правонарушение, а также преступления, для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции), толкнул правой рукой в область спины ФИО7, замедлившего свое движение. 

Затем ФИО7, продолжая свое противоправное поведение, резко остановился и развернулся к другому сотруднику полиции – ФИО4, высказал очередную угрозу применения физической силы по отношению к сотруднику полиции, встав при этом в «боевую стойку», отведя одну ногу назад и держа руки согнутые в кулаках у груди. В ответ на указанные противоправные действия потерпевшего, создававшие непосредственную угрозу причинения вреда здоровью сотрудника полиции ФИО4, сотрудник полиции ФИО2, действуя законно в рамках предоставленных ему законом полномочий, в целях отражения нападения на сотрудника полиции (то есть по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 21 закона «О полиции»), а также при наличии оснований для применения физической силы, предусмотренных п.п. 1, 2 и 3 ч. 1 ст. 20, п. 3 ст. 21 закона «О полиции» (то есть для пресечения преступлений и административных правонарушений, доставления в служебное помещение лица, совершившего административное правонарушение, а также преступления, для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции, для пресечения сопротивления, оказываемого сотруднику полиции), толкнул ФИО7 обеими руками в область правой руки, т.е. применил к последнему физическую силу в порядке, предусмотренном статьями 18, 19, 20 закона «О полиции».

Далее, ФИО7, развернувшись лицом напротив сотрудника полиции ФИО2, вновь встал в «боевую стойку», отведя одну ногу назад и держа руки согнутые в кулаках у груди. В ответ на указанные противоправные действия потерпевшего, явно свидетельствовавшие о намерении последнего применить к сотрудникам полиции физическое воздействие и создававшие непосредственную угрозу причинения вреда здоровью сотрудникам полиции, сотрудник полиции ФИО4, действуя законно в рамках предоставленных ему законом полномочий, в целях отражения нападения на сотрудника полиции (то есть по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 21 закона «О полиции»), а также при наличии оснований для применения физической силы, предусмотренных п.п. 1, 2 и 3 ч. 1 ст. 20, п. 3 ст. 21 закона «О полиции» (то есть для пресечения преступлений и административных правонарушений, доставления в служебное помещение лица, совершившего административное правонарушение, а также преступления, для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции, для пресечения сопротивления, оказываемого сотруднику полиции), толкнул ФИО7 левой рукой в область левого плеча, т.е. применил к последнему физическую силу в порядке, предусмотренном статьями 18, 19, 20 закона «О полиции».

В ответ на законные действия сотрудников полиции ФИО7, будучи ранее неоднократно предупрежденным о возможности применения к нему на основании положений закона «О полиции» физической силы и специальных средств, свои противоправные действия не прекратил, а продолжил их, схватив за руку сотрудника полиции ФИО4 и потянув на себя последнего за руку для применения физического воздействия, однако ФИО4 вырвался, после чего, развернувшись лицом к сотрудникам полиции, ФИО7 вновь занял «боевую стойку», держа согнутые в кулаки руки перед собой. После этого ФИО7 замахнулся правой рукой, но не попал в ФИО4 В ответ на указанные противоправные действия потерпевшего, создававшие непосредственную угрозу причинения вреда здоровью сотруднику полиции ФИО4, последний, действуя законно в рамках предоставленных ему законом полномочий, в целях отражения нападения на сотрудника полиции (то есть по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 21 закона «О полиции»), а также при наличии оснований для применения специальных средств, предусмотренных п.п. 2, 3 ст. 21 закона «О полиции» (для пресечения преступления или административного правонарушения, для пресечения сопротивления, оказываемого сотруднику полиции), достав палку специальную, нанес ею ФИО7 удар, целясь в область расположения плеча правой руки последнего, попав при этом в том числе в боковую область грудной клетки, а также произвел один взмах палкой специальной, но не нанес второго удара, т.е. применил к последнему специальное средство в порядке, предусмотренном статями 19, 21, 22 закона «О полиции». 

После этого ФИО7, нагнувшись вперед и держа перед собой руки, сжатые в кулаках, высказал угрозу физической расправы в отношении сотрудников полиции, начал разгибаться. В ответ на указанные противоправные поведение и действия потерпевшего, явно свидетельствовавшие как для сотрудников полиции, так и для незаинтересованного очевидца событий Свидетель №4, о намерении последнего, в том числе из мести за правомерное применение ими к ФИО7 физической силы и специального средства, попытаться вновь применить к сотрудникам полиции физическое воздействие, которое, учитывая предыдущее агрессивное поведение ФИО7, установленные факты применения последним насилия к сотрудникам полиции, могло создать непосредственную угрозу причинения вреда здоровью сотрудникам полиции, сотрудник полиции ФИО1, действуя законно в рамках предоставленных ему законом полномочий, в целях отражения нападения на сотрудника полиции (то есть по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 21 закона «О полиции») и последующего применения специальных средств ограничения подвижности – наручников, а также при наличии оснований для применения физической силы, предусмотренных п.п. 1, 2 и 3 ч. 1 ст. 20, п. 3 ст. 21 закона «О полиции» (то есть для пресечения преступлений и административных правонарушений, доставления в служебное помещение лица, совершившего административное правонарушение, а также преступления, для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции, для пресечения сопротивления, оказываемого сотруднику полиции), нанес удар ногой в область живота ФИО7, и сразу же толкнул последнего рукой в спину, т.е. применил к последнему физическую силу в порядке, предусмотренном статьями 18, 19, 20 закона «О полиции». После чего ФИО7 упал вниз на асфальт и находился несколько минут на асфальте. 

Несмотря на правомерно примененные к нему физическую силу и специальное средство, ФИО7, свое противоправное поведение не прекратил, продолжил, в том числе лежа совершать активные действия. Так, с целью оказания противодействия сотрудникам полиции, прижал руки к груди, вследствие чего сотрудники полиции, имея на то законные основания, вновь не смогли применить к нему специальные средства ограничения подвижности – наручники, а также продолжил оскорблять сотрудников полиции грубой нецензурной бранью.

В последующем, после того как ФИО7 самостоятельно поднялся, в момент, когда ФИО4 отошел от места исследуемых событий, ФИО7 вновь совершил активные противоправные действия, потянув руки к поясу сотрудника полиции ФИО2, на котором находились специальные средства, в том числе свободно извлекаемый «электрошокер», нанеся три удара в область лица и головы ФИО2, после чего попытавшись покинуть место происшествия и скрыться от сотрудников полиции, пройдя мимо припаркованных автомобилей к проезжей части 

<

адрес>. ФИО2, действуя законно, на основании предоставленных ему законом полномочий при наличии оснований для применения физической силы, предусмотренных п.п. 1, 2 и 3 ч. 1 ст. 20, п. 3 ст. 21 закона «О полиции» (то есть для пресечения преступлений и административных правонарушений, доставления в служебное помещение лица, совершившего административное правонарушение, а также преступления, для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции, для пресечения сопротивления, оказываемого сотруднику полиции), догнал ФИО7 и обхватил его руками в области туловища сзади, между ними началась борьба, в ходе которой ФИО7 обхватил ФИО2 в области шеи и удерживал его. 

В этот момент в ответ на призыв ФИО2 о помощи к ним подбежал ФИО4, который, действуя правомерно, освободил ФИО2 После чего ФИО9 нанес не менее одного удара рукой в область груди ФИО2 Затем ФИО2, действуя правомерно, в процессе непосредственного осуществлявшегося нападения на него со стороны ФИО9, который производил действия по захвату ФИО2 в области шеи, а сразу после освобождения от захвата, нанес не менее одного удара в область груди последнего, действуя законно в рамках предоставленных ему законом полномочий, в целях отражения нападения на сотрудника полиции (то есть по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 21 закона «О полиции»), а также при наличии оснований для применения физической силы, предусмотренных п.п. 1, 2 и 3 ч. 1 ст. 20, п. 3 ст. 21 закона «О полиции» (то есть для пресечения преступлений и административных правонарушений, доставления в служебное помещение лица, совершившего административное правонарушение, а также преступления, для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции, для пресечения сопротивления, оказываемого сотруднику полиции), нанес ФИО7 один удар рукой в область лица слева, т.е. применил к последнему физическую силу в порядке, предусмотренном статьями 18, 19, 20 закона «О полиции».

ФИО7 вновь попытался скрыться от сотрудников полиции, направившись с проезжей части 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>. ФИО2, действуя законно, на основании предоставленных ему законом полномочий при наличии оснований для применения физической силы, предусмотренных п.п. 1, 2 и 3 ч. 1 ст. 20, п. 3 ст. 21 закона «О полиции» (то есть для пресечения преступлений и административных правонарушений, доставления в служебное помещение лица, совершившего административное правонарушение, а также преступления, для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции, для пресечения сопротивления, оказываемого сотруднику полиции), догнал ФИО7 и обхватил его руками в области туловища сзади, между ними началась борьба, в ходе которой ФИО7 схватил ФИО2 за правую руку и не отпускал ее. В ответ на указанные противоправные действия ФИО7, сотрудники полиции ФИО2 и ФИО4, действуя законно в процессе непосредственного применения ФИО7 физического воздействия на сотрудника полиции ФИО2, выразившегося в захвате и удержании руки последнего, действуя законно в рамках предоставленных им законом полномочий, в целях отражения нападения на сотрудника полиции (то есть по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 21 закона «О полиции») и освобождения ФИО2 от захвата, а также при наличии оснований для применения физической силы, предусмотренных п.п. 1, 2 и 3 ч. 1 ст. 20, п. 3 ст. 21 закона «О полиции» (то есть для пресечения преступлений и административных правонарушений, доставления в служебное помещение лица, совершившего административное правонарушение, а также преступления, для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции, для пресечения сопротивления, оказываемого сотруднику полиции), нанесли ФИО9 руками: ФИО2 – два удара в область рук и два удара в область спины, а ФИО4 – один удар рукой в область руки., т.е. применили к последнему физическую силу в порядке, предусмотренном статьями 18, 19, 20 закона «О полиции».

Впоследствии, спустя несколько минут после указанных событий в ответ на противоправные действия ФИО9, протянувшего руки к сотруднику полиции ФИО2 и попытавшегося тем самым ударить или толкнуть сотрудникам полиции, последний, действуя законно в рамках предоставленных ему законом полномочий, в целях отражения нападения на сотрудника полиции (то есть по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 21 закона «О полиции»), а также при наличии оснований для применения физической силы, предусмотренных п.п. 1, 2 и 3 ч. 1 ст. 20, п. 3 ст. 21 закона «О полиции» (то есть для пресечения преступлений и административных правонарушений, доставления в служебное помещение лица, совершившего административное правонарушение, а также преступления, для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции, для пресечения сопротивления, оказываемого сотруднику полиции), толкнул ФИО7 в область груди, т.е. применил к последнему физическую силу в порядке, предусмотренном статьями 18, 19, 20 закона «О полиции».

В последующем ФИО7 был доставлен в отдел полиции № УМВД России по 

<

адрес>, в отношении него составлен протокол в связи с совершением указанного выше административного правонарушения (в виде распития алкогольной продукции у 

<

адрес>), в протоколе в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 27.2 КоАП РФ была сделана отметка о его доставлении. 25.07.2016 постановлением начальника ОП № УМВД России по 

<

адрес> ФИО7 привлечен к административной ответственности за совершенное правонарушение в виде штрафа в размере 500 рублей, который последний, по его показаниям оплатил, обоснованность привлечения его к ответственности не оспаривал.

Таким образом, сотрудниками полиции ФИО2 и ФИО4 при указанных выше обстоятельствах к ФИО7 по основаниям и в порядке, предусмотренным законом «О полиции», была применена физическая сила, а ФИО4 также специальное средство (палка специальная), в связи с чем в соответствии с ч. 9 ст. 18 закона «О полиции» они ответственность за вред, причиненный в результате этого ФИО7, не несут, а в их действиях отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 286 УК РФ.

В судебном заседании подсудимые ФИО2 и ФИО4 вину по предъявленному им органом следствия обвинению не признали в полном объеме, указав, что действовали в пределах предоставленных им законом полномочий, обоснованно применив к ФИО7 физическую силу и специальное средство – палку специальную. 

Суду показали, что 15.07.2016 около 22.30 час. (находясь, как установлено судом, в форменном обмундировании при исполнении своих должностных полномочий на маршруте патрулирования), направлялись со стороны «Каскада» 

<

адрес> в сторону сквера и 

<

адрес>. В районе ресторана быстрого питания «

<

данные изъяты>» (расположенного, как установлено судом, в здании 

<

адрес>, далее - «

<

данные изъяты>») они заметили ФИО24 и ФИО23, двигавшихся им навстречу, которые держали в руках открытые жестяные банки с пивом «Балтика» и распивали его. Других предметов в руках у ФИО24 не было. В последующем в ходе описываемых ниже событий в какой-то момент (но до того, как они повернули на 

<

адрес>) ФИО24 выкинул банку с пивом. На ФИО24 были очки, видимых телесных повреждений на том не видели. Они подошли, представились, разъяснили причину обращения, объяснили, что те совершают административное правонарушение, распивая спиртное в общественном месте, что запрещено КоАП РФ, потребовали прекратить правонарушение, попросили представиться и предъявить документы, удостоверяющие личность. На это ФИО24, используя нецензурную брань, оскорбляя сотрудников полиции, ответил отказом, сказал, что ничего не распивал, предъявлять документы и представляться не будет. Они сделали ему замечание, попросили прекратить высказываться в их адрес. ФИО4 принял решение о доставлении ФИО24 в стационарный пост полиции для составления протокола об административном правонарушении. ФИО24 отказался выполнить требование пройти в пост полиции, снова оскорбил их нецензурной бранью в связи с исполняемыми ими обязанностями. Тогда ФИО4 сообщил ФИО24, что тот совершает ряд административных правонарушений и преступлений (мелкое хулиганство, неповиновение, оскорбление сотрудников полиции), а также несколько раз предупредил о возможности применения на основании ст. 20 закона «О полиции» физической силы и специальных средств. 

Несмотря на это ФИО24 продолжал оказывать неповиновение. Находившийся с ФИО24 ФИО23 вел себя спокойно, шел на встречу сотрудникам полиции, впоследствии успокаивал ФИО24. Учитывая поведение ФИО24, ФИО4, находясь на тротуаре перед въездом на автомобильную парковку у «

<

данные изъяты>», где расположен шлагбаум», взял того одной рукой за локоть, а второй рукой указал направление на 

<

адрес>, в котором последнему нужно проследовать с сотрудниками полиции. В этот момент ФИО24 сбил ладонью своей руки руку ФИО4, после чего с силой толкнул последнего рукой в грудь. После чего, ФИО2 взял ФИО24 под локоть левой руки, а ФИО4 – под локоть правой руки, потребовали прекратить противоправные действия, предупредили о возможности применения физической силы и спецсредств и повели его. При этом ФИО4 предупредил ФИО24, что указанные выше действия последнего по отношению к нему также являются преступлением. 

По ходу движения ФИО4 просил ФИО24 успокоиться, а последний на каждое замечание реагировал оскорблением с использованием нецензурной брани. Дойдя до пешеходного перехода, расположенного напротив «

<

данные изъяты>», ФИО24 вырвался и попытался скрыться через него. Однако они догнали ФИО24, взяли под локти, сделали замечание, предупредили о возможном применении физической силы и спецсредств. После этого ФИО24, сказав, что они не смогут одеть на него (наручники), прижал руки к груди, сжав ладони в кулаки. В это время к ФИО24 подошел ФИО23, поговорил с тем, тот успокоился, и все вместе продолжили следовать до 

<

адрес>, при этом они держали свои руки рядом с ФИО24.

Когда дошли до угла здания, но находились еще на 

<

адрес>, ФИО24 стал опять оскорблять их в нецензурной форме откинул их руки, вырвался и ударил ФИО2 кулаком правой руки в область лица слева (в щеку), после чего они попытались надеть наручники, но, прижав руки к груди со словами «ну попробуйте одеть», ФИО24 снова помешал им это сделать. После их очередных уговоров пройти дальше, ФИО24 успокоился на некоторое время.

Затем они повернули на 

<

адрес>, продолжили движение по левой стороне тротуара, прошли около 10 метров. При этом ФИО4 шел рядом с ФИО24 на одном уровне, а ФИО2 – позади последнего. По пути следования ФИО24 неоднократно замедлял движение и останавливался, не хотел идти с ними, высказывал оскорбления в их адрес в связи с тем, что они сотрудники полиции, а в адрес ФИО4 также по национальному признаку, высказывал намерения вступить с ними в драку. Поскольку ФИО24 останавливался, то еще до событий, зафиксированных на видеозаписи, ФИО2 подталкивал того руками в область лопатки, чтоб он продолжал следовать с ними. При этом ФИО4 еще раз предупредил ФИО24 о возможности применения физической силы.

Далее, по показаниям ФИО2 ФИО24 встал на месте так, что ему пришлось врезаться в того и подтолкнуть последнего, затем в этой части свои показания ФИО2 уточнил, допустив, что ему, возможно, показалось, что ФИО24 встал на месте, поэтому он подтолкнул того. ФИО4 отрицал, что он (ФИО4) толкал ФИО24 в данный момент, как это указано в предъявленном обвинении. 

После этого ФИО24, резко остановился и развернулся к ФИО4, встал при этом в «стойку», держа у груди руки, согнутые в кулаках, и высказал угрозу применения физической силы по отношению к последнему, предложив ему «снять китель» и «разобраться на месте». Они оба (ФИО2 и ФИО4) решили, что ФИО24 намерен вступить в драку, применить к ФИО4 физическую силу. Вследствие этого ФИО2 подтолкнул ФИО24, чтобы тот не нанес удары ФИО22. После этого ФИО24 повернулся в их сторону, снова встал в «боевую стойку». Видя его серьезный настрой, ФИО4 толкнул ФИО24 в грудь, выставил руку вперед, однако последний схватил за руку, потянул на себя.

Далее, ФИО24 вновь встал «в стойку», держа одну ногу впереди, и руки, согнутые в кулаки, перед собой. Стал размахивать руками в область головы ФИО4, попытался ударить последнего, в связи с чем ФИО4 достал палку специальную и ударил ФИО24 в область плеча справа. Затем в части локализации удара палкой специальной свою позицию ФИО4 уточнил, указав, что бил в область плеча, однако допустил, что мог при этом зацепить боковую область грудной клетки справа, так как палка длинная и эластичная. ФИО2 в целом также допустил указанные обстоятельства. ФИО4 кроме того показал, что замахивался для нанесения второго удара палкой специальной, но не нанес его для минимизации ущерба ФИО24. ФИО4 отрицал факт нанесения в данный момент, указанный в обвинении, также еще удара (ударов) руками. Не подтвердил это и ФИО2.

От удара ФИО4 ФИО24 согнулся, наклонился вперед, прижав к груди в положении «боевой стойки» руки, сжатые в кулаки, и высказал угрозу жизни и здоровью в адрес обоих сотрудников, сказав, что он закопает их, по показаниям ФИО4 – «ну все, Вам хана» в грубой форме. По показаниям ФИО2 смысл этой фразы был, что ФИО24 «всех поубивает». Произнеся указанное, ФИО24 начал медленно разгибаться из данного положения. По показаниям ФИО4 ФИО24 при этом также начал отводить правую руку назад. Движение тела ФИО24 и его высказывание ФИО4 воспринял как то, что ФИО24 снова «кинется» на них. ФИО2 также полагал, что ФИО24 может начать наносить им удары. В этой связи ФИО4 на опережение действий ФИО24 нанес тому ногой в область живота несильный расслабляющий удар, чтобы гражданин не мог сопротивляться, и чтобы надеть на того наручники. Такому удару его обучали в учебном центре органа полиции, данный удар является обязательным. ФИО4 также указал, что после указанного удара ногой он выставил руку, чтобы ФИО24 его не ударил, его рука находилась рядом с последним. Отрицал, что осуществил в этот момент толчок сзади ФИО24, как это указано в обвинении.

От удара ногой, а также самостоятельно ФИО24 встал на колени на тротуар, головой к земле, руки прижал к груди. ФИО2 попытался одеть наручники ФИО24, однако не смог завести руку последнего за спину. Они просили ФИО24 встать, продолжить следование в пункт полиции, однако ФИО24 отказывался, выражался нецензурной бранью. Пытался встать, однако сам падал. Они никакого воздействия к нему не применяли. ФИО2 лишь пытался помочь подняться ФИО24. Также ФИО2 поднял с асфальта и передал ФИО23 очки ФИО24.

Через 2-3 минуты ФИО24 встал, пересел на газон, стал кричать, оскорблять их. ФИО4 вызвал по рации подмогу и пошел опрашивать свидетелей. Далее по показаниям ФИО2 ФИО24 взял банку пива у ФИО23, стал с ним разговорить, на глазах ФИО2 демонстративно сделал несколько глотков пива из банки и выкинул ее, высказал угрозу забрать пистолет из кобуры, тянулся руками к поясу, где находилось оружие, «электрошокер», нанес ФИО2 три удара кулаком в лицо и попытался скрыться. ФИО2 догнал его, обхватил в области туловища. ФИО24 развернулся, схватил ФИО2 за шею и начал душить. ФИО2 позвал ФИО4 на помощь, последний освободил ФИО2 от захвата. В этот момент ФИО24 нанес ФИО2 удары в область груди, повреждения, от которых не образовалось, так как там находятся рация, значок, и силового воздействия для оставления повреждений было недостаточно. ФИО2 отрицал, что в указанный момент согласно предъявленному обвинению нанес удары руками в область лица ФИО24, настаивал, что удары не наносил. ФИО4, указав, что не помнит момент, не подтвердил, что ФИО2 в рассматриваемой ситуации наносил удары ФИО24, показав, что напарник стоял рядом. 

После этого ФИО24 снова попытался скрыться. ФИО2 догнал ФИО24 и обхватил его руками в области туловища сзади, между ними началась борьба, в ходе которой ФИО24 схватил ФИО2 за правую руку и не отпускал ее. Далее ФИО2 для освобождения от захвата нанес ФИО24 руками два удара в область рук. Подошел ФИО4 и в этих же целях нанес один удар рукой в область руки. ФИО24 в этот момент выразился нецензурно в адрес ФИО22, высказал угрозы физической расправы - «я тебя сейчас ушатаю, казах». После этого для освобождения руки от захвата он нанес еще ФИО24 два удара рукой в область спины. 

По поводу толчка в грудь ФИО24 ФИО2 показал, что не знает, кто из сотрудников полиции, как это зафиксировано на видеозаписи, но кто-то из них, толкнул ФИО24, поскольку тот до этого попытался нанести удар, и один из полицейских пресек таким образом нападение.

Далее, находясь на тротуаре, ФИО24 в нецензурной словесной форме отказался следовать с ними и стал отходить в сторону 

<

адрес>. В это время на вопрос ФИО4 Свидетель №1 ответил, что ничего не видел и ничего не знает. Далее по показаниям ФИО2 он подошел к ФИО24, сделал замечание. По показаниям ФИО4 ФИО2 догнал ФИО24 и обхватил за туловище. Однако последний бросил ФИО2 через бедро, упал сверху и надавил локтем на шею. Падая на ФИО2, ФИО24 по инерции упал на газон, ударившись лицом об его поверхность. ФИО2 полагал, что повреждения в области лица ФИО24, образовались в ходе борьбы в результате данного падения. Полагал, что ФИО24 мог повредить себе колени, когда вставал на них. ФИО22 полагал, что, как указывалось выше, повреждение, в области грудной клетки сбоку могло образоваться от нанесения им удара палкой специальной, а остальные – в ходе борьбы, как именно не знает. После указанных событий ФИО4 стащил ФИО24. ФИО2 еще раз позвонил в автопатруль. ФИО24 встал на колени, голову опустил вниз, руки прижал к груди, нецензурно выражался в адрес сотрудников. Увидев автопатруль, ФИО2 сказал ФИО24 пройти в машину, однако последний намеривался пройти мимо, ФИО4 догнал его, развернул в сторону машины.

Подсудимые ФИО2 и ФИО4 полагали, что иными мерами, не применяя физическую силу и специальные средства, было невозможно предотвратить агрессивное поведение ФИО24, добиться исполнения последним их требований. Они действовали с учетом степени и характера оказываемого сопротивления, просто доставить ФИО24 было невозможно. Они делали ФИО24 замечания, говорили свои требования, чтобы он проследовал с ними, предупреждали того о возможности применения физической силы, но ФИО24 на это никак не реагировал. 

Оглашенные в порядке ст. 276 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя показания на следствии (том № 2, л.д. 45-49, 58-62) ФИО2 и ФИО4 в части имеющихся противоречий подсудимые не подтвердили, настаивали на показаниях, данных в судебном заседании, как на более полных. Пояснили, что следователь подробно не спрашивал про события, произошедшие до видеозаписи. 

Одновременно с этим, в целом, по мнению суда, аналогичные по большей части ключевых для правильного разрешения по существу уголовного дела обстоятельств показания подсудимые дали после указанных первичных допросов в ходе проверок их на месте (том № 2, л.д. 149-150, 160, 186-192, 193), за исключением указания в судебном заседании на нанесение ФИО24 удара ФИО2 на углу здания перед поворотом на 

<

адрес>, а также пояснения относительно их действий по освобождению от захвата руки ФИО2 ФИО24 (указание на данные обстоятельства при проверках показаний на месте отсутствуют). По поводу данных расхождений подсудимые ФИО4 и ФИО2 указали, что ранее могли дать менее точные показания, воспроизводя все по памяти. ФИО4 указал, что говорил о нанесении удара ФИО2 в рассматриваемый момент при допросе его в качестве обвиняемого (том №, л.д. 128-133, согласно протоколу допроса по событиям, не попавшим на видеозапись указал лишь о том, что ФИО24 пытался нанести удар ему и ФИО2, что подтверждено экспертизой, ему попал в грудь), настаивал, что увидел покраснение в области щеки у ФИО2 сразу, а позже увидел синяк. Настаивали на показаниях, данных в судебном заседании. 

Другие имеющиеся противоречия в показаниях подсудимых в судебном заседании и с показаниями на проверках показаний на месте, по мнению, суда не носят принципиальный и существенный характер, могут быть обусловлены многократной дачей на протяжении длительного периода времени подсудимыми показаний по одним и тем же обстоятельствам.

Оценивая первоначальные показания подсудимых в ходе их допросов и очных ставок (том №, л.д. 69-72, 73-77), в том числе в части указания о первоначальном согласии ФИО24 и ФИО23 проследовать в стационарный пост полиции, суд учитывает, обстоятельства, при которых были даны эти показания. Так, уголовное дело на момент первичных допросов подсудимых и проведения очных ставок находилось в производстве следственного органа на протяжении более одного месяца. О фактическом осуществлении их уголовного преследования ФИО2 и ФИО4 уведомлены следственным органом не были. Проводившееся до этого также достаточно длительное время расследование уголовного дела, возбужденного по ч. 1 ст. 318 УК РФ в отношении ФИО24, в основном сводилось к установлению обстоятельств, имевших место в более поздний период исследуемых событий и зафиксированных на представленной Б-вым видеозаписи. Допросы ФИО2 и ФИО4 26.12.2016 в качестве подозреваемых проводились в ранее время суток, сразу после обыска в жилище ФИО2 и сразу после установления следственным органом процессуального статуса последних как подозреваемых. В этой связи суд находит разумными доводы стороны защиты о причинах имеющихся противоречий, обусловленных указанными обстоятельствами, характером задаваемых вопросов и объемом выясняемых обстоятельств. При этом и эти первичные показания в некоторой части раскрытых в них событий не противоречат показаниям подсудимых в судебном заседании. Например, ФИО4 уже в ходе проведения первой очной ставки (том №, л.д. 71-72), сразу указал на противоправное поведение потерпевшего, на то, что тот отказывался проследовать в сторону стационарного поста, оказывал сопротивление. 

Кроме того, суд учитывает, что в этот уже в период времени 27-29.12.2017 подсудимые при даче объяснений в связи с проводимой служебной проверки указали на существенные для разрешения по существу уголовного дела обстоятельства, нанесения ФИО24 удара специальной палкой и расслабляющего удара ногой в область живота, аналогичные тем, о которых дали показания в судебном заседании, пояснив также, что ФИО24 в ходе всего конфликта высказывал в их адрес угрозы физической расправы.

Подсудимые на следствии при проведении дополнительных очных ставок (том №, л.д. 172-180, 181-185, 213-221; том №, л.д. 48-54, 59-65) дали показания, в целом, по мнению суда, по наиболее ключевым обстоятельствам для правильного разрешения дела по существу, не противоречащие озвученным ими в судебном заседании, настаивая на законности своих действий.

О недостоверности показаний подсудимых, по мнению суда, не свидетельствует также и содержание первоначально составленных ими рапортов (том №, л.д. 18-20, 21-22), поскольку, исходя из характера данных документов, они не могли в полной мере содержать в себе описание всех происшедших событий. При этом суд учитывает, что, несмотря на имеющиеся существенные противоречия, в них имеется указание на такие имеющие значения для оценки исследуемых событий обстоятельства, как: факт совершения ФИО24 административного правонарушения, отказ ФИО24 выполнять законные требования сотрудников полиции, в том числе проследовать в стационарный пост полиции, наличие его высказываний нецензурной бранью в адрес сотрудников полиции, предупреждение потерпевшего о возможности применения физической силы, факт применения ФИО22 спецсредства - палки специальной. 

При оценке показаний подсудимых в судебном заседании суд учитывает, что они во многом согласуются с другими доказательствами и не противоречат им, в частности с такими как показания незаинтересованных в исходе дела свидетелей Свидетель №4 и ФИО29, а также в большей части содержанию видеозаписи. В этой связи суд находит показания подсудимых в большей их части достоверными, принимает их в указанной части, согласующейся с другими положенными в основу приговора, за исключением тех обстоятельств, сообщенных подсудимыми, которые, по мнению суда, опровергнуты представленными доказательствами, о чем будет указано ниже.

Установленные судом и приведенные выше обстоятельства наряду со взятыми за основу в соответствующей части показаниями подсудимых подтверждаются следующими доказательствами, представленными как стороной обвинения, и подтверждающими, по мнению стороны обвинения, доказанность вины ФИО3 и ФИО1, так и доказательствами, представленными стороной защиты.

Так, допрошенный в судебном заседании заявленный стороной обвинения в качестве свидетеля Свидетель №4, незаинтересованный в исходе дела очевидец исследуемых событий, суду и на следствии (том №, л.д. 225-229) подтвердил указанные подсудимыми обстоятельства правомерного «задержания» ФИО24 и ФИО23 у здания, где расположен ресторан быстрого питания «

<

данные изъяты>» (как установлено судом, по адресу: 

<

адрес>). Указал, что у ФИО24 и у ФИО23 были открытые нестандартные банки пива. ФИО24 и ФИО23 пили пиво, когда их встретили сотрудники полиции. ФИО24 и ФИО23, по его мнению, находились в состоянии алкогольного опьянения. Подтвердил, что после разговора с сотрудниками полиции ФИО24 начал выражаться в адрес последних грубой нецензурной бранью, что носило оскорбительный характер. Как он понял, сотрудники полиции хотели куда-то отвезти их, а ФИО24 и ФИО23 отказались, так как он слышал нецензурную брань. Подтвердил, что ФИО2 и ФИО4 пытались сопроводить ФИО24, на что ФИО24 оттолкнул Кикимбаева рукой, от чего тот отошел назад. После этого сотрудники полиции и ФИО24 о чем-то поговорили. Позже они (сотрудники полиции, ФИО24, ФИО23) подходили ближе к нему, в этот момент ФИО24 и ФИО23 отказывались идти, ФИО23 был более лояльный, одергивал ФИО24, пытался успокоить последнего. После этого он помнит, что кто-то из сотрудников пытался одеть наручники. ФИО24 размахивал руками, как он подумал для привлечения внимания третьих лиц. Пока сотрудники полиции, ФИО24 и ФИО23 шли, сотрудники полиции что-то объясняли последним, тем им отвечали. ФИО24, когда подходил ближе, периодически останавливался, сотрудники полиции просили их пройти в какое-то помещение. Когда ФИО24 слышал это, то останавливался, тому говорили, чтобы шел дальше. По его мнению, сотрудники полиции стеснялись что-то делать.

Показал также, что в какой-то момент, когда он отвернулся в другую сторону, а указанные лица прошли за его спиной, дошли до угла (как установлено судом, до угла здания 

<

адрес> на пересечении с 

<

адрес>), между сотрудниками полиции и ФИО24 произошла еще одна стычка, он услышал какое-то движение, что пытались одеть наручники, услышал фразу «сейчас наденем наручники». Он повернулся, увидел, что у сотрудников полиции не получилось одеть наручники, поскольку ФИО24 скрестил руки и присел из положения стоя. У одного из сотрудников полиции он увидел потертости на штанах. Дальше была снова нецензурная брань со стороны ФИО24, тот оскорблял нецензурной бранью сотрудников полиции. ФИО24 на протяжении всего периода оскорблял сотрудников полиции, насколько помнит, постоянно. 

Далее ФИО24 сам встал и прошел за угол на 

<

адрес>. Показал, что ФИО24 периодически говорил, что сам пойдет. Во время событий на 

<

адрес> он не видел, чтобы кто-то из сотрудников полиции наносил удары ФИО24, не слышал, что такие удары были. Из показаний свидетеля следует, что ФИО24 и сотрудники полиции проезжую часть 

<

адрес> не пересекали, у забора находящегося на другой стороне у сквера не находились. 

После этого сотрудники полиции и ФИО24 (на ФИО23 он внимания не акцентировал) стали следовать по левой пешеходной стороне улицы 

<

адрес> в направлении улицы 

<

адрес>. Подтвердил, что первое время ФИО24 шел самостоятельно, потом остановился, что-то сказал, снова не захотел идти дальше. ФИО4 схватил его за локоть и попытался продвинуть вперед, ФИО24 отдернул руку, опять высказался нецензурной бранью в адрес ФИО4. После этого по показаниям на следствии сотрудник полиции (ФИО4) сказал, что применит спецсредства. Затем ФИО24 попытался нанести удар, сделать выпад в адрес ФИО4, ему показалось, что это была какая-то «боевая стойка», как он понял в дальнейшем у ФИО24 есть какие-то «боевые» навыки. ФИО24 выкинул руку, но у того не получилось попасть (на следствии указал, что ФИО24 в этот момент тянул в сторону сотрудника полиции руки, в судебном заседании свидетель настоял на данных суду показаниях, в том числе в части изложенных ниже показаний о том, что ФИО4 защищался, пояснив, что на следствии ему не задавалось уточняющих вопросов, указав, что мог следователю сказать, что ФИО24 «распускал руки», что для него одно и тоже). ФИО4 защитился от ФИО24, как они (сотрудники полиции) и обещали (т.е. свидетель и в судебном заседании подтвердил, что сотрудники полиции предупреждали ФИО24 о возможности применения специальных средств), он (ФИО4) достал дубинку, и, защищаясь, по его мнению, наотмашь ударил ею ФИО24, попал в область предплечья. Это машинально было. Потом ФИО24 присел, ему было больно наверно, он загнулся немножко, и что-то громко сказал (по подтвержденным в судебном заседании показаниям на следствии – что-то вроде: «хана вам всем») и попытался сделать еще один выпад – готовился привстать и нанести удар. Тогда ФИО4 ударил ФИО24 ногой, указал, что нога поднималась невысоко, предположил, что удар был нанесен в область живота. Для него это было больше как защита. Подтвердил, что после указанных событий сотрудники полиции попытались еще раз одеть наручники ФИО24.

Указал, что сотрудники полиции вели себя сдержанно, до момента нанесения удара ногой шли рядом, разъясняли ФИО24 что-то про права, он ждал от них более активных действий, так как полицейские должны защищать. Указал, что видел, как ФИО24 в какой-то момент выбросил банку от пива между машин. Подтвердил, что видел как ФИО24 в последующем, вновь высказывая нецензурную брань, нанес ФИО2 три удара кулаком, а также боролся с последним, провел бросок сотрудника полиции через бедро. Подтвердил, что ФИО24 пытался уйти от сотрудников полиции, ФИО2 пытался догнать того, между ними происходила борьба за машинами. Указал, что слышал, как в ходе борьбы ФИО24 кричал что-то про пистолет, угрожал, что достанет его из кобуры, заберет. Больше ударов, которые бы наносили сотрудники полиции, он не видел. По поводу подталкиваний сотрудниками полиции ФИО24 показал, что помнит не все из произошедших событий, но из того, что помнит, подталкиваний не было. ФИО24 на протяжении всех событий сознание не терял, был активный. Показания потерпевшего об указанных тем обстоятельствах причинения телесных повреждений сотрудниками полиции не подтвердил в полном объеме, настаивал на показаниях, данных в судебном заседании.

Также допрошенный в судебном заседании заявленный стороной обвинения в качестве свидетеля ФИО10, незаинтересованный в исходе дела очевидец исследуемых событий, подтвердив в полном объеме оглашенные показания, данные им на следствии (том №, л.д. 85-88), дал показания, согласующиеся с указанными подсудимыми обстоятельствами, показав, что сотрудники полиции и двое мужчин (как установлено судом, ФИО24 и ФИО23), когда он находился на 

<

адрес>, вышли ему на встречу из-за угла здания со стороны 

<

адрес>, прошли мимо него в сторону 

<

адрес> он понял по походке и разговорам, ФИО24 и ФИО23 были в состоянии алкогольного опьянения, их задержали сотрудники полиции. В руках у ФИО23 была алюминиевая банка пива емкостью один литр, которая была открыта. В последующем, когда происходил конфликт, ФИО24 демонстративно пил пиво из этой банки, а затем выбросил. Один из них, который был одет в шорты и светлый верх, (как установлено в судебном заседании, - ФИО24) много ругался, оскорблял сотрудников полиции. Он пошел дальше. Затем он услышал какие-то крики, нецензурную брань, как ФИО24 оскорблял сотрудников полиции, тогда он развернулся посмотреть. Указал, что ФИО24 кричал все время, оскорблял сотрудников полиции, высказывал свое недовольство, непонятно чем. Обернувшись, увидел, что сотрудник полиции и ФИО24 идут, ФИО24 ругается с сотрудниками полиции. ФИО24 шел, останавливался, кричал. Сотрудники полиции подталкивали ФИО24 ладонью в спину. Затем когда они отошли дальше, у ФИО24 и сотрудников полиции произошла перепалка, потолкались. Он видел, что ФИО24 пытался кидаться, в стойку какую-то вставал. В эту стойку ФИО24 за все время событий вставал неоднократно (всего 3-5 раз). Затем ФИО24 упал на колени, он не понял от чего. Он видел, что один из сотрудников полиции закрыл ФИО24 своей спиной, и тот от чего-то упал. Согласно подтвержденным им в судебном заседании показаниям на следствии, когда ФИО24 попытался кинуться, сотрудники полиции скрутили того, после чего упал последний на колени либо на корточки. События, зафиксированные на воспроизведенном в судебном заседании фрагменте видеозаписи и предшествовавшие падению ФИО24 на корточки, он не видел, поскольку видимо отвлекся на что-то. Каких-либо ударов со стороны сотрудников полиции, чтобы они применяли спецсредства, он не видел. После падения ФИО24 продолжал кричать и выражаться нецензурной бранью, в том числе в отношении сотрудников полиции, судя по этому последний находился в сознании. Сотрудники полиции попытались одеть наручники ФИО24, как он понял, чтобы тот «не кидался», но ФИО24 закрылся, и не дал руки. Подтвердил, что в последующем видел как ФИО24 нанес несколько ударов ФИО2, боролся с тем.

Показал, что конфликт между ФИО24 и сотрудниками полиции у сквера (расположенного на противоположной стороне 

<

адрес>), не происходил. Подтвердил, что ФИО23 пытался успокоить ФИО24. Были ли очки на ФИО24, не помнит. Показал, что, когда встретил сотрудников полиции и ФИО24, то у того не видел телесных повреждений.

Показания свидетелей Свидетель №4 и ФИО30 суд находит достоверными, относимыми и допустимыми доказательствами в связи с чем принимает за основу приговора. При этом суд исходит из следующего. Свидетель №4 и ФИО31 не знакомы между собой и с сотрудниками полиции, по разным причинам оказались в общедоступном месте исследуемых событий, где находились также и другие очевидцы событий, не установленные и не допрошенные органом следствия. Изложенное указывает на отсутствие у них какой-либо заинтересованности в исходе дела, доказательств обратному в судебном заседании не получено. Показания Свидетель №4 практически полностью, а показания ФИО32 в большей их части согласуются с показаниями сотрудников полиции, видеозаписью (в соответствующей части у каждого свидетеля). При чем показания Свидетель №4 согласуются с видеозаписью и в части описания действий ФИО4 по отношению к ФИО24 (свидетель ФИО33 показал, что указанных событий не видел). По мнению суда, с учетом пояснений свидетелей по поводу оглашенных показаний, а равно принимая во внимание их содержание, между ними и показаниями в судебном заседании не имеется существенных противоречий, которые указывали бы на их неправдивость и недостоверность. Имеющиеся же противоречия между показаниями свидетелей и другими доказательствами, по мнению суда, обусловлены индивидуальными особенностями памяти и восприятия свидетелей, давностью прошедших событий, обстоятельствами и условиями, при которых каждый из них на протяжении относительно длительного периода времени наблюдал за всем происходившим. Учитывая приведенные выше обстоятельства, в том числе свидетельствующие об отсуствиии у свидетелей какой-либо заинтересованности, суд находит несостоятельными доводы стороны обвинения о недостоверности их показаний, стремлении дать показания, оправдывающие сотрудников полиции, поскольку свидетели не дали показания о зафиксированных на видеозаписи действиях сотрудников полиции – толчках в спину, нанесении ими ударов. Вопреки доводам стороны обвинения ФИО34 в судебном заседании указал, что по пути следования ФИО24 останавливался, в связи с чем сотрудники полиции подтакливали того ладонью в спину, что согласуется с показаниями ФИО2 и ФИО4 о наличии таких толчков до событий, зафиксированных на видеозаписи, так и первого толчка, отраженного на видеозаписи. Также ФИО35 указал, что когда между сотрудниками полиции и ФИО24, произошла «перепалка», те потолкались. Одновременно с этим Свидетель №4 указал о нанесении ФИО4 удара дубинкой и ногой в область живота ФИО24, что также согласуется и с показаниями подсудимых, и с видеозаписью. Также свидетели указывали, что являлись очевидцами борьбы между Б-вым и ФИО24. Оценивая показания свидетелей в части описания ими действий сотрудников полиции по отношению к ФИО24, суд также учитывает, что часть действий, инкриминируемых подсудимым, не нашла своего подтверждения в судебном заседании представленными доказательствами, о чем будет указано ниже, в то время как исследуемые события происходили продолжительный период времени, сами же действия, по которым подсудимым предъявлено обвинение, каждый раз совершались в короткий промежуток времени, в темное время суток, не всегда на хорошо освещаемых участках местности, что хорошо видно при просмотре видеозаписи.

Свидетель стороны защиты Свидетель №3, наблюдавшая за событиями из помещения ресторана «

<

данные изъяты>» (расположенного по адресу: 

<

адрес>, пр. К. Маркса, 

<

адрес>) в судебном заседании и на следствии (том №, л.д. 98-100) подтвердила, что видела как по тротуару при указанных выше обстоятельствах проходили сотрудники полиции (ФИО2 и ФИО4), а также двое мужчин, один из которых был в шортах (как установлено судом, - ФИО24). У одного из мужчин была банка или бутылка пива или другого алкогольного напитка, точно он не запомнила. Подтвердила, что являлась очевидцем агрессивных неадекватных действий ФИО24, который махал руками в районе груди сотрудника полиции и оттолкнул того 3-4 раза, сотрудник полиции пытался связать, утихомирить ФИО24, завести тому руку за спину, но последний был очень активный, сопротивлялся, вырывался, также между ними была борьба на газоне. Ударов со стороны сотрудников полиции и применение спецсредств она не видела.

Свидетель стороны защиты Свидетель №6, являющийся преподавателем дисциплины «Физическая подготовка» Омской академии МВД России, показал, что в своей служебной деятельности пользуется приказом МВД РФ № 1025 дсп от 2012 года «Об утверждении наставления по организации физической подготовки в органах внутренних дел РФ», которым утверждено соответствующее Наставление (далее – Наставление), готовит будущих сотрудников полиции к сдаче ими права на применение физической силы, в том числе боевых приемов борьбы. В боевые приемы борьбы входят удары, бросковая техника, способы задержания. Сотрудник полиции сам принимает решение по обстановке в зависимости от обстоятельств, ситуации, его комплекции, подготовки о применении того или иного приема. Показал, что Наставлением предусмотрено нанесение расслабляющего удара. Если проводится задержание, нанесение расслабляющего удара обязательно. Имеются описания приемов – «нанести расслабляющий удар», «обозначение расслабляющего удара». Понятие расслабляющего удара законодатель не расписал, расслабляющий удар зависит от того, какой прием проводится – по ногам, верхняя часть бедра либо туловище, в какую область туловища, в Наставлении не указано. Расслабляющий удар может наноситься ногой. В некоторых случаях в Наставлении не указано, куда именно при выполнении приема борьбы следует наносить расслабляющий удар. В Наставлении имеется последовательность действий (приемов), которые выполняются после нанесения расслабляющего удара для успешного задержания. При этом указал, что в случае нанесения расслабляющего удара, в случае если тот уже остановил нарушителя, если нет необходимости (в выполнении других действий, как указано выше), сотрудник полиции может не доводить прием до конца, взять нарушителя за руку и сопроводить в орган полиции, сотрудники полиции должны стремиться к минимизации ущерба для задержанного. Показал также, что им преподается техника нанесения ударов руками и ногами, согласно Наставлению каких-то ограничений по местам для нанесения ударов нет. 

Свидетель Свидетель №2, подтвердившая на следствии (том №, л.д. 128-130) факт поступления вызова скорой медицинской помощи по месту жительства ФИО24 и ее выезда, наличие жалоб со стороны последнего на состояние здоровье и повреждений, указанных в заключении экспертов, сообщение им об избиении сотрудниками полиции, также показала, что ФИО24 сознание не терял, судорог не было, момент травмы, до и после помнил хорошо. ФИО24 была предложена госпитализация в больницу, однако последний отказался. Полагала, что ФИО24 вызвал скорую помощь для того, чтобы зафиксировать побои.

Такие же сведения, в том числе о том, что ФИО24 не терял сознание, содержатся в приобщенной к материалам дела копии карты скорой медицинской помощи, составленной Свидетель №2 (том №, л.д. 142-145, том №, л.д. 96-97).

О наличии у ФИО7 повреждений, установленных и подробно описанных экспертами (о чем указано ниже), о передаче последним информации о том, что тот был избит сотрудниками полиции, о обращении за медицинской помощью, также дали показания свидетели Свидетель №5 и ФИО11 (том №, л.д. 99-101). 

На обращение ФИО7 за медицинской помощью в связи с событиями 15.07.2016 указывают копии медицинских документов (том №, л.д. 72-79).

В то же время, учитывая данную судом оценку показаниям ФИО7, суд не принимает во внимание сообщенные последним сведения третьим лицам относительно обстоятельств причинения ему телесных повреждений, а в части выводов об имеющихся повреждениях суд берет за основу приведенные далее по тексту заключения судебно-медицинских экспертиз.

Представленные стороной обвинения в качестве доказательств предъявленного подсудимым обвинения показания потерпевшего ФИО7 и свидетеля Свидетель №1 суд находит недостоверными и не принимает по следующим основаниям. Потерпевший утверждал, что в момент, когда к ним подошли сотрудники полиции находился у сквера по 

<

адрес>, то есть на противоположной стороне данной улицы от места, где в действительности в последующем происходили события и совершенно в ином месте, где в действительности были остановлены ФИО24 и ФИО23. Показания в данной части ФИО24 противоречат не только показаниям подсудимых ФИО2 и ФИО4, но и показаниям свидетелей Свидетель №4, ФИО36, и даже показаниям свидетеля ФИО23. Показания ФИО24 полностью, а ФИО23 практически полностью (за исключением указания на агрессивное поведение ФИО24) об обстоятельствах исследуемых событий, начиная с момента остановки сотрудниками полиции, отрицания установленного в судебном заседании факта совершения административного нарушения, наличия в руках у ФИО24 лишь закрытой пластиковой бутылки и «шаурмы», заканчивая конкретными действиями сотрудников полиции, включая количество и локализацию нанесенных им ударов полностью противоречат другим исследованным доказательствам – показаниям подсудимых, показаниям незаинтересованных свидетелей ФИО24, ФИО37 содержанию видеозаписи, заключению судебно-медицинских экспертиз о количестве повреждений и их локализации, обнаруженных у ФИО24. Показания ФИО23 и ФИО24 о событиях имевших место, в том числе до событий, зафиксированных на видеозаписи, также противоречат друг другу, и, как установлено судом, не соответствуют действительности.

Так, ФИО24 показал, что после того как подошли сотрудники полиции, на его отказ проследовать с ними для составления протокола, сотрудники полиции стали хватать его за руки, приподняли под локти от земли, стали оба с разных сторон бить по телу в область груди и живота, при этом каждый из них нанес ему примерно по 4-5 ударов. Затем ФИО2 нанес удар кулаком в лицо справа, попал прямо по середине лица в нос, в результате чего упали очки, на которые ФИО2 наступил. После этого сотрудники полиции «приотпустили» его и он упал на забор сквера, затем уточнил, что это был парапет и он не падал, а облокотился на него. Далее сотрудники полиции потащили его на «набережную» сначала за руки, а потом пинали и толкали, чем не знает, но это производилось в верхнюю часть спины, оба сотрудника полиции повалили на асфальт, на тротуар в том месте, с которого началась запись на диске, то есть по середине пути от 

<

адрес> до 

<

адрес>, так, что он оказался стоять на коленях и руках, а сотрудник полиции, как они пришли к выводу со следователем, - ФИО4, сильно ударил его ногой в лицо в район лба в переносицу, после чего он потерял сознание и дальнейшие события не помнит, очнулся только в отделе полиции, делает суждения о них только по видеозаписи. Затем уточнил, что на видеозаписи, по его мнению, видно, что он вроде подниматься начал, и ФИО2 ударил его в лицо рукой, указав, что не помнит дальнейшие события с этого момента. Затем снова уточнил, что последнее что помнит, это удар ногой. Полагал, что бить его начали сотрудники полиции, так как тем что-то не понравилось. По поводу оглашенных показаний на следствии (том №, л.д. 32-36) заявил, что настаивает на показаниях в судебном заседании, подтвердил, что о многих ударах сотрудников полиции не помнит в связи с ударом ногой в лицо, и говорил о них после просмотра видеозаписи. Кроме того, уточнил, что каждый сотрудник полиции нанес ему 10 ударов может больше. Настаивал, что его начали избивать у сквера.

ФИО23 же, в свою очередь, также отрицая факт совершения ими административного правонарушения, показал, что после того как ФИО24 стал сопротивляться, сотрудники полиции отвели последнего к пункту питания за угол на 

<

адрес>, где начали избивать. Дал путанные непоследовательные пояснения о том, что ФИО24 били ногами и дубинкой, затем сказал, что видел лишь замахи, причем уже рук и ног обоих сотрудников около 5-6 раз, сказал, что ФИО24 пинали. Далее ФИО24 начал вырываться и отталкивать обоих сотрудников полиции, вырвался и побежал на 

<

адрес>, сотрудники догнали его, наверное повалили на землю, начали бить. И тут же свидетель вновь дал путанные и непоследовательные показания, указав, что удары наносили наверное оба сотрудника полиции, он видел только замахи ногами и спецсредством – резиновой палкой около 5-6 раз, сколько ударов было палкой, сказать не смог. ФИО24 лежал на земле животом вниз, идти отказывался. Далее, по версии свидетеля, сотрудники полиции вдвоем, затем уточнил, что вероятно вдвоем, он так думает, стали снова наносить удары ФИО24 дубинкой и ногами, кто из них, куда и сколько нанес ударов, сказать не может, били в область головы, всего ударили около 10 раз. ФИО24 пытался вырваться, началась борьба, ФИО2 схватил последнего, повалил на землю. Сам ФИО2 упал от подставленной ФИО24 подножки. ФИО4 попытался оттащить ФИО24, после чего, они оба повалили последнего на землю и нанесли удары дубинкой около 5 раз. Все продолжалось на протяжении полутора часов, после чего все пошли в сторону 

<

адрес>, а он – домой. После борьбы у потерпевшего он видел разбитый лоб, ссадину на лице, кровь, возможно, синяк. 

При этом из оглашенных показаний ФИО23 на следствии (том №, л.д. 105-109) следует, что последний показал, что как сотрудники полиции наносили удары ФИО24 он лично не видел, дал пояснения по событиям зафиксированным на видеозаписи, и ничего не указал о нанесении ударов сотрудниками полиции до указанных событий. Разумно объяснить наличие столь существенных противоречий в своих показаниях свидетель не смог.

Показания ФИО24 и ФИО23 относительно действий сотрудников полиции не согласуются ни с одним из исследованных доказательств, а также между собой, противоречат выводам исследованных судебно-медицинских экспертиз о количестве и локализации обнаруженных на теле ФИО24 повреждений. 

Согласно показаниям ФИО24 его ударил ФИО4 ногой в область лба посередине в переносицу, удар был сильный и именно этот момент запечатлен на видеозаписи. При этом по его же показаниям он находился в положении не лежа, на коленях и руках, и когда начал вставать был нанесен этот удар. В то же время показания ФИО24 в этой части также полностью противоречат другим исследованным доказательствам – показаниям свидетеля Свидетель №4, показаниями подсудимых, содержанию видеозаписи. Из указанных доказательств следует, что до нанесения удара ФИО24 в указанном положении не находился, оба сотрудника полиции его в это положение не помещали. Напротив, перед нанесением удара ногой ФИО24 после нанесения ему до этого удара специальной палкой, стоя на ногах лишь нагнулся вперед, держал руки в кулаках у груди, и по показаниям подсудимых, свидетеля Свидетель №4 высказал угрозу физической расправы в адрес сотрудников полиции, начал медленно разгибаться. В момент удара ФИО24 располагался правой стороной к ФИО4, нанесение удара из такого положения ногой в область лба с учетом установленной обстановки исследуемых событий, по мнению суда, невозможно. Из записи следует, что удар ногой был нанесен в область туловища, куда именно определить ввиду низкого качества изображения невозможно, что не противоречит показаниям подсудимых и свидетеля Свидетель №4 о нанесении его в область живота. Более того, и согласно предъявленному обвинению, по версии органа следствия, единственный удар ногой был нанесен ФИО24 в область туловища, а не головы, как это утверждает последний. На видеозаписи видно, что удар не был сильным, что согласуется с заключением судебно-медицинской экспертизы об отсуствиии в возможной области его приложения (на передней поверхности туловища) каких-либо повреждений.

Ссылаясь на видеозапись, потерпевший указал на то, что ФИО2 ударил его рукой в лицо, в то же время, даже по версии органа предварительного следствия, в этот момент ФИО2 нанес не удар, а лишь схватил руками за одежду и потянул назад потерпевшего. При этом в судебном заседании совершение в рассматриваемый момент Б-вым каких-либо противоправных действий своего подтверждения не нашло, о чем будет указано ниже.

Кроме того, показания ФИО24 о потере сознания после сильного удара также полностью противоречат приведенным доказательствам. Из показаний свидетелей ФИО38, Свидетель №4, показаний подсудимых и иных доказательств следует, что ФИО24 сознание не терял, вел себя активно и в положении лежа, выражался нецензурной бранью в адрес сотрудников полиции, оказывал им противодействие, препятствуя применению наручников, спустя некоторое время самостоятельно встал и переместился на газон, по показаниям свидетеля Свидетель №2 помнил события до и после указанного им якобы имевшего места момента получения травмы.

Суд отмечает избирательность памяти ФИО24, который по стечению обстоятельств, по несостоятельной, как указывалось выше версии последнего, ввиду нанесения удара ногой в область лба не помнит все свои очевидно даже для него противоправные действия, попавшие в поле зрения видеокамеры и зафиксированные на видеозаписи (в том числе по нанесению ударов в область лица сотрудника полиции ФИО2, бросок последнего через бедро и др.), которые первоначально являлись предметом осуществлявшегося уголовного преследования самого ФИО24 по ч. 1 ст. 318 УК РФ в связи с применением насилия к сотруднику полиции ФИО2. Такая позиция, равно как и дача ложных показаний относительно действий сотрудников полиции явно обусловлена избранным в ходе расследования уголовного дела, по которому ФИО24 привлекался к уголовной ответственности, способом защиты.

На непоследовательность позиции потерпевшего ФИО24, указавшего на противоправный характер действий сотрудников полиции, отрицавшего факт совершения им административного правонарушения также указывает его поведение после исследуемых событий. Так, ФИО24 не обратился в соответствующие органы ни с заявлением о привлечении сотрудников полиции к уголовной ответственности, ни с заявлением о проведении служебной проверки в отношении них для привлечения к дисциплинарной ответственности, не обжаловал возбуждение в отношении него уголовного дела по ч. 1 ст. 318 УК РФ. Рассматриваемое уголовное дело было возбуждено не по его заявлению, а на основании выделенных следователем материалам уголовного дела. Сотрудники же полиции напротив сразу составили рапорта, в которых указали на его противоправное поведение, выразившееся в применении насилия и в оскорблении, материалы по которым были направлены в следственный орган. В апреле 2017 года ФИО4 также дополнительно обратился в следственный орган с заявлением о привлечении ФИО24 к уголовной ответственности за его оскорбление как представителя власти. ФИО24 был привлечен к административной ответственности за распитие 15.07.2016 алкогольной продукции, по его показаниям с него были списаны денежные средства в сумме 500 рублей. Вместе с тем, обоснованность привлечения к административной ответственности в установленном законом порядке он не оспаривал.

Оценивая показания ФИО24, суд наряду с приведенными данными также учитывает сведения о личности последнего в сопоставлении с установленными фактическими обстоятельствами исследуемых событий. ФИО24 длительное время назад привлекался к уголовной ответственности, при этом отбывал наказание в виде лишения свободы. Учитывая его агрессивное противоправное поведение в ответ на правомерные требования сотрудников полиции, начавшееся, как установлено судом, практически с начала исследуемых событий и до применения к нему какого-либо воздействия со стороны сотрудников полиции, характер этого поведения, содержание и суть высказывавшихся им оскорбительных выражений, суд приходит к выводу, что ФИО24, имея опыт криминальной субкультуры, испытывает стойкую личную неприязнь к сотрудникам полиции, как к представителям государственной власти.

Все изложенные выше обстоятельства позволяют суду придти к выводу о наличии у ФИО24 оснований для оговора сотрудников полиции, что может являться как способом защиты от уголовного преследования за его противоправные действия, так и может быть обусловлено личной неприязнью к сотрудникам полиции в принципе.

Аналогичным образом и по тем же основаниям суд находит заинтересованным в исходе дела свидетеля ФИО23, знающего лично ФИО24 длительное время, давшего в судебном заседании ложные показания, также привлекавшегося ранее к уголовной ответственности, а равно к административной за аналогичное совершенному 15.07.2016 совместно с ФИО24 административному правонарушению, факт которого последний вопреки наличию опровергающих это доказательств отрицал, поддерживая версию потерпевшего. 

При этом суд учитывает, что и ФИО24, и ФИО23 не отрицали, к ним подошли сотрудники полиции, которые находились в форменном обмундировании, представились, попросили пройти в пункт полиции, что ФИО24 отказался проследовать с сотрудниками полиции, не хотел с ними идти, пытался сопротивляться, останавливался, выражался грубой нецензурной бранью.

В судебном заседании были исследованы документы, подтверждающие, что на момент исследуемых событий подсудимые ФИО2 и ФИО4, являлись сотрудниками полиции, выполнявшими функции представителя власти, находились при исполнении своих должностных обязанностей на маршруте патрулирования № (том 1, л.д. 189, л.д. 190-193, 194-200).

Помимо этого исследовался протокол осмотра места происшествия от 16.07.2017, в ходе которого была изъята указанная ФИО22 металлическая литровая банка из под пива (том №, л.д. 10-14).

Судом приняты во внимание представленные стороной обвинения в качестве доказательств вины подсудимых заключения судебно-медицинских экспертиз № (том 1, л.д. 39-40), № (том 1, л.д. 82-85), № (том 2, л.д. 121-123), № (том 2, л.д. 200-202). В то же время суд учитывает, что согласно указанным заключениям, в том числе по заключению экспертизы №, проводившейся утром 16.07.2016, на теле потерпевшего, как при его осмотре спустя непродолжительное время после исследуемых событий, так и на основании медицинской документации обнаружены лишь следующие повреждения: 1) ушиб мягких тканей с кровоподтеком нижнего века слева и кровоизлияние в склеру левого глаза (данные повреждения как следует из заключений эксперта, исходя из описания их локализации и характера, образовались от одного ударного воздействия, в область левого глаза); 2) две ссадины неправильной формы спинки носа; 3) кровоподтек на правой боковой поверхности грудной клетки полосовидной формы; 4) ссадины в области правого и левого коленных суставов. Данные повреждения вреда здоровью не причинили, могли образоваться от действия тупого твердого предмета, в период исследуемых событий. Образование данных повреждений в совокупности при падении с высоты собственного роста на плоскую поверхность исключается. Не исключено образование данных повреждений при неоднократных падениях с высоты собственного роста и соударении с тупыми твердыми предметами с выступающей контактирующей поверхностью. 

Судом также учтены заключение эксперта (том 1, л.д. 46-47) об отсуствиии каких-либо видимых телесных повреждений у ФИО4, и заключение эксперта (том 1, л.д. 53-54) о наличии у ФИО2 не причинившего вреда здоровью повреждения в виде ссадины левой щечной области, которое могло образоваться хотя бы от однократного скользящего воздействия тупым твердым предметом с ограниченной контактирующей поверхностью, как при ударе им, так и при соударении с таковым, в том числе и при скользящем ударе кулаком руки.

В судебном заседании исследовались заключения эксперта (том 1, л.д. 61-65, 162-183), согласно которым на форменной куртке и форменных брюках ФИО2, изъятых у последнего (том №, л.д. 31-35), обнаружены следы крови человека, которые могли произойти от ФИО7

Вместе с тем, приведенные выводы экспертов не противоречат установленным судом и описанным ранее обстоятельствам правомерного применения к ФИО24 сотрудниками полиции физической силы и специального средства, о чем подробно будет указано ниже.

В судебном заседании исследованы выполненные ФИО2 на мобильный телефон и представленные органу следствия (том №, л.д. 111-114) видеозаписи, содержащие преимущественно запись звука (том №, л.д. 149-154; том №, л.д. 89-96), на которых, по мнению обвинения, в пояснениях ФИО24 содержится подтверждение того, что последнего избили сотрудники полиции. В то же время с учетом анализа совокупности исследованных доказательств суд приходит к выводу о том, что содержание данных записей не противоречит установленным судом и описанным ранее обстоятельствам правомерного применения к ФИО24 сотрудниками полиции физической силы и специального средства. Содержание указанных записей, по мнению суда, лишь указывает на имевшее место со стороны сотрудников полиции правомерное физическое воздействие на ФИО24, спровоцированное агрессивным и противоправным поведением самого потерпевшего, который продолжал себя вести таким же образом и после применения к нему физической силы и специального средства.

Основным доказательством вины подсудимых, по мнению стороны обвинения, является видеозапись, выполненная с монитора камер видеонаблюдения подсудимым ФИО2 и представленная им органу следствия по уголовному делу, по которому он являлся потерпевшим (том №, л.д. 111-114), а также протоколы осмотра данной видеозаписи (том №, л.д. 149-154, том №, л.д. 242-246, том №, л.д. 89-96). Содержанием данной видеозаписи и протоколами ее осмотра, по мнению обвинения, доказана вина ФИО2 и ФИО4 в превышении должностных полномочий. Вместе с тем, суд учитывает, что оценка содержания видеозаписи стороной обвинения дана в отрыве от всех обстоятельств исследуемых событий, непосредственно предшествовавших действиям, зафиксированным на ней, в отрыве от показаний подсудимых, не только не опровергнутых, но и во многом подтвержденным как показаниями незаинтересованных в исходе дела свидетелей, так и содержанием самой видеозаписи, в том числе в части поведения потерпевшего, занятия им «боевых стоек» и т.д. Кроме того, суд принимает во внимание, что видеозапись представляет собой любительскую видеосъемку на мобильный телефон с монитора камер видеонаблюдения крайне низкого качества, какое-либо экспертное исследование, по которой на предмет установления того, какие события отражены на записи, не проводилось. Изложенное не позволяет в полной мере с достаточной степенью однозначности и бесспорности категорично судить о всех зафиксированных на ней событиях, равно как и полностью восстановить картину произошедших событий. 

На низкое качество записи, неоднозначность отдельных событий, зафиксированных на ней, также следует и из представленных стороной обвинения протоколов ее осмотра, которые суд не принимает, поскольку они основаны на субъективной оценке содержания видеозаписи лицами, проводившими осмотры, а также содержат существенные взаимоисключающие суждения по обстоятельствам, имеющим значение для уголовного дела. Так, в протоколе осмотра от 23.03.2017, проведенного следователем с участием специалиста и производством раскадровки при помощи программных средств, указано, что «далее ФИО24 производит взмах левой рукой в сторону, на что стоящий справа от него ФИО4 производит замах правой рукой в его сторону…», этот же момент в протоколе осмотра от 16.05.2017, проведенного одним следователем без участия специалиста, изложен следующим образом: «далее ФИО4 тянет руку в сторону ФИО24, на что ФИО24 производит взмах левой рукой, отмахиваясь от руки ФИО4, на что стоящий справа от него ФИО4 производит замах правой рукой в его сторону…». Далее в протоколе от 23.03.2017 указано, что «ФИО24 лежит неподвижно на асфальте вплоть до 22 час. 35 мин. 23 сек, когда пытается подняться, тянется вперед, однако неожиданно падает назад на спину», этот же момент в протоколе от 16.05.2017 описан так: «…когда пытается подняться, тянется вперед, однако ФИО2 хватает ФИО24 руками за одежду и тянет вниз, от чего последний падает назад на спину», в протоколе от 13.10.2016 этот же момент изложен так: «…подняться, первый сотрудник полиции левой рукой наносит удар в область лица». В протоколе от 23.03.2017 указано, что «ФИО2 производит толчок ФИО24 от себя, на что ФИО24 разворачивается в сторону, нагибается…», в протоколе от 16.05.2017 этот же момент приведен так: «ФИО2 производит толчок ФИО24 от себя и наносит не менее двух ударов правой рукой в область головы ФИО24, на что ФИО24 разворачивается в сторону, нагибается…», в протоколе от 13.10.2016 этот момент описан следующим образом: «второй сотрудник полиции наносит удар в область головы мужчины…». Также в протоколе осмотра от 13.10.2016 есть указание (в период описания событий до нанесения удара спецсредством и ногой) на нигде не упоминавшиеся в последующем якобы имевшее место удары сотрудников полиции «правой рукой в область груди», «рукой в область туловища справа». В указанных протоколах осмотра одного и того же доказательства имеются и другие противоречия. 

В этой связи суд учитывает данную видеозапись, оценивает ее содержание на основе непосредственного многократного исследования в судебном заседании, в том числе с предъявлениям участникам процесса, с учетом совокупности исследованных доказательств, взятых за основу приговора. 

Таким образом, оценив представленные доказательства, суд пришел к выводу о том, что ни органом следствия в ходе расследования, ни стороной государственного обвинения в судебном заседании не собрано и не представлено суду достаточных доказательств, которые свидетельствовали бы о наличии в действиях ФИО2 и ФИО4 признаков состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 286 УК РФ. 

Исследованными доказательствами не доказано, что совершенные Б-вым и ФИО4 действия явно выходили за пределы их полномочий, равно как и то, что, совершая установленные судом действия, подсудимые осознавали, что действуют за пределами возложенных на них полномочий, то есть имели умысел на совершение преступления. 

В судебном заседании доказано, что ФИО2 и ФИО4 на момент исследуемых событий являлись (и являются таковыми по настоящее время) сотрудниками полиции, то есть в соответствии законом «О полиции» должностными лицами, осуществляющими функции представителя власти, находясь в форменном обмундировании сотрудников полиции, при исполнении своих должностных обязанностей, в целях охраны общественного порядка и выполнения иных задач и обязанностей, возложенных на них законом «О полиции», осуществляли патрулирование по маршруту, в который в том числе входит участок 

<

адрес>, где были остановлены ФИО24 и ФИО23.

При этом сотрудники полиции ФИО2 и ФИО4, действуя на основе приведенных при описании установленных судом обстоятельств положений закона (п.п. 1, 2, 11 части 1 статьи 12, п.п. 1, 2, 8 части 1 статьи 13 закона «О полиции»), правомерно пытались пресечь совершаемое ФИО24 и ФИО23 административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 20.20 КоАП РФ. Факт распития последними спиртных напитков бесспорно доказан показаниями свидетеля Свидетель №4, показавшего, что видел в руках у каждого из них по открытой металлической банке пива, при этом потерпевший и свидетель пили пиво, когда их встретили сотрудники полиции, оба находились в состоянии алкогольного опьянения, что согласуется с показаниями подсудимых, свидетеля ФИО5, также видевшего в руках одного из них такую же банку пива. И подсудимые, и указанные свидетели показали, что в последующем ФИО24 также демонстративно пил пиво из банки, которую выбросил между машин, что в том числе отражено на исследованной в судебном заседании видеозаписи. Согласно протоколу осмотра места происшествия уже 16.07.2017 в месте указанном подсудимым ФИО4 была изъята металлическая банка из под пива емкостью один литр. В своей совокупности указанные доказательства доказывают факт совершения ФИО24 и ФИО23 административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.20 КоАП РФ, за которое в последующем ФИО24 был привлечен к наказанию в виде штрафа. Обоснованность привлечения к административной ответственности ФИО24 не оспаривал.

Сотрудники полиции ФИО2 и ФИО4 подошли к ФИО24 и ФИО23, в соответствии с п. 1 ч. 4 закона «О полиции» представились и пояснили, что последние остановлены ими за употребление спиртных напитков в общественном месте, то есть в связи с совершением административного правонарушения, потребовали прекратить совершение данного административного правонарушения, представиться и предъявить документы, удостоверяющие личность. На что ФИО7 отказался выполнять законные требования сотрудников полиции и выразился в их адрес грубой нецензурной бранью в связи с исполняемыми ими обязанностями. Указанные обстоятельства установлены показаниями подсудимых, свидетеля Свидетель №4, от части показаниями свидетеля ФИО23.

В этой связи ФИО4 на основании предоставленного ему и ФИО2 п. 8 статьи 13 закона «О полиции» права применять меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях, при наличии законных оснований (для пресечения административного правонарушения, совершавшегося, несмотря на законные требования сотрудников полиции, что в том числе подтвердил свидетель Свидетель №4, для установления личности нарушителя ФИО24, в целях составления протокола об административном правонарушении, составление которого с учетом позиции ФИО24, отказавшегося представиться, не предъявившего документы, удостоверяющие личность, оспаривавшего наличие события правонарушения, а равно с учетом положений ч. 2 ст. 28.6 КоАП РФ было невозможным на месте и являлось обязательным) было принято решение о применении к ФИО24 такой меры как доставление, то есть принудительное препровождение, в служебное помещение органа полиции, а именно в стационарный пункт полиции, что предусмотрено и полностью соответствует ч. 1 ст. 27.1 и ст. 27.2 КоАП РФ. Учитывая изложенное, суд находит законными действия ФИО4 и ФИО2 по применению к ФИО24 и ФИО23 меры обеспечения по делам об административных правонарушениях – доставления. На данные законные требования сотрудников полиции ФИО24 вновь отказался их выполнять и выразился в их адрес грубой нецензурной бранью в связи с исполняемыми ими обязанностями. Данные обстоятельства подтверждаются показаниями подсудимых, свидетеля Свидетель №4, частично показаниями потерпевшего ФИО24 и свидетеля ФИО23, не отрицавших, что ФИО24 отказывался проследовать с сотрудниками полиции.

В судебном заседании доказано, что в ответ на приведенные выше обоснованные и законные требования сотрудников полиции, ФИО24 вел себя агрессивно и противоправно. Своими действиями уже в этот момент и в последующем на протяжении всех исследуемых событий ФИО24 помимо совершения им административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.20 КоАП РФ (распитие алкогольной продукции в общественном месте), фактически:

- оказывал неповиновение законным требованиям сотрудников полиции в связи с исполнением ими обязанностей по охране общественного порядка и воспрепятствование исполнению ими служебных обязанностей, за что статьей 19.3 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность, в том числе в виде ареста на срок до 15 суток;

- грубо нарушал своим поведением общественный порядок, что сопровождалось нецензурной бранью в общественном месте и было сопряжено с неповиновением законному требованию представителя власти, за что статьей 20.1 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность, в том числе в виде ареста на срок до 15 суток;

- публично оскорблял сотрудников полиции в связи с исполнением ими своих должностных обязанностей, за что ст. 319 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность.

При этом суд не берет во внимание, что по заявлению ФИО4 по ст. 319 УК РФ следственным органом отказано в возбуждении уголовного дела, поскольку последнее обусловлено не нашедшей своего подтверждения в судебном заседании позицией органа расследования о высказывании ФИО24 нецензурной брани в адрес сотрудников полиции лишь в связи с якобы совершенными теми противоправными действиями.

Учитывая изложенное, агрессивное и противоправное поведение ФИО24, ФИО4 сообщил последнему, что тот совершает ряд административных правонарушений и преступлений, несколько раз предупредил о возможности применения на основании ст. 20 закона «О полиции» физической силы, а также специальных средств. В последующем сотрудники полиции ФИО4 и ФИО2 в связи с продолжением ФИО24 противоправного поведения и оказания противодействия их законным требованиям неоднократно предупреждали последнего о возможности применения физической силы и специальных средств. На это ФИО24 продолжил свое противоправное поведение и отказываться выполнять законные требования сотрудников полиции, в том числе требование проследовать в стационарный пункт полиции.

На выполнение сотрудниками полиции требований ч. 1 ст. 19 закона «О полиции» и предупреждение ФИО24 сотрудниками полиции о возможности применения к тому физической силы и специальных средств последовательно указывали подсудимые, это же подтвердил свидетель Свидетель №4, показавший, что сотрудники полиции вели себя сдержанно, как будто стеснялись, что-то сделать, при этом до момента нанесения удара ногой шли рядом с ФИО24, разъясняли ФИО24 что-то про права, также, когда сотрудники полиции и ФИО24 дошли до угла (как установлено судом, до угла здания 

<

адрес> на пересечении с 

<

адрес>), он слышал фразу «сейчас наденем наручники». Когда свидетель описывал момент нанесения ФИО4 потерпевшему удара палкой специальной, то указал, что сотрудник полиции сделал это как «они (т.е. сотрудники полиции) и обещали». На следствии Свидетель №4 также указывал и не оспаривал в этой части оглашенные показания в судебном заседании, что сотрудник полиции (ФИО4) говорил, что применит спецсредства. 

Судом учтено, что согласно исследованным доказательствам, включая показания подсудимого ФИО4, последний не предупреждал о применении спецсредств ФИО24 непосредственно перед нанесением удара палкой специальной, а также не указывал какие именно спецсредства будут применены. Также судом принято во внимание, что последний раз по показаниям подсудимых они предупреждали ФИО24 о возможности применения физической силы за непродолжительное время (несколько секунд) до событий зафиксированных на видеозаписи, и по которым им предъявлено обвинение, однако непосредственно перед совершением каждого действия, квалифицируемого как применение физической силы, о возможности применения таковой ФИО24 не предупреждали. Вместе с тем, суд исходит из того, что подсудимыми были соблюдены требования ч. 1 ст. 19 закона «О полиции», по следующим основаниям. ФИО2 и ФИО4 неоднократно предупреждали ФИО24 о возможности применения физической силы и специальных средств. Требований о необходимости разъяснения правонарушителю, осуществляющему противодействие требованиям сотрудников полиции или оказывающему им сопротивление, какие именно спецсредства будут применены, закон не содержит. Неоднократные предупреждения в порядке ч. 1 ст. 19 закона «О полиции» ФИО24, имея возможность и время, предоставленные ему сотрудниками полиции, для выполнения законных требований последних, тем не менее игнорировал, продолжал с небольшими перерывами свое противоправное поведение. Суд находит установленным, что ФИО24 на протяжении всего периода исследуемых событий с небольшими перерывами оказывал противодействие законным требованиям сотрудников полиции, а также оказывал им сопротивление. В этих условиях, суд полагает, что по смыслу закона очередное предупреждение ФИО24 о возможности применения физической силы и специальных средств перед каждым действием сотрудника полиции не требовалось, утверждение обратного, про мнению суда, противоречит смыслу положений закона и является абсурдным. Кроме того, суд принимает во внимание, что также имелись предусмотренные ч. 2 ст. 19 закона «О полиции» основания для применения физической силы и специальных средств без предупреждения, о чем будет указано ниже.

Судом установлено, что далее с целью обеспечения доставления, то есть принудительного препровождения ФИО24 в служебное помещение полиции (стационарный пункт, пост) в соответствии со ст. 27.2 КоАП РФ сотрудник полиции ФИО4 на основании имеющихся у него в силу закона «О полиции» полномочий, в том числе предусматривающих право и порядок применения физической силы, действуя законно, взял ФИО24 одной рукой за локоть, а второй рукой указал направление, в котором последнему нужно проследовать с сотрудниками полиции. После указанных законных действий сотрудников полиции, в том числе действий ФИО4, ФИО24, осознавая явную незаконность своих действий, сбил ладонью своей руки руку ФИО4, после чего с силой толкнул последнего рукой в грудь, то есть применил к представителю власти насилие в связи с исполнением им своих должностных обязанностей. Факт применения насилия доказан показаниями подсудимых ФИО2 и ФИО4, последовательно указывавших на данные обстоятельства, начиная с проверки их показаний на месте. Это же подтвердил незаинтересованный в исходе дела свидетель Свидетель №4, показавший, что ФИО2 и ФИО4 пытались сопроводить ФИО24, на что ФИО24 оттолкнул Кикимбаева рукой, от чего тот отошел назад.

После этого сотрудники полиции ФИО2 и ФИО4, действуя законно, потребовали прекратить совершение ФИО24 противоправных действий, взяли его под руки и повели по 

<

адрес> к перекрестку с 

<

адрес> в направлении стационарного поста полиции. При этом ФИО4 предупредил ФИО24, что насильственные действия последнего по отношению к нему также являются преступлением. По пути следования ФИО24 продолжил оказывать противодействие законным требованиям сотрудников полиции, оскорблять их грубой нецензурной бранью, попытался скрыться от них. На углу здания по 

<

адрес>, еще до поворота на 

<

адрес>, ФИО24, вновь оскорбил сотрудников полиции грубой нецензурной бранью, откинув руки сотрудников полиции. Кроме того, по показаниям подсудимых ФИО4 и ФИО2, которые в указанной части представленными стороной обвинения доказательствами не опровергнуты, ФИО24 также нанес один удар по щеке ФИО2, то есть снова применил насилие к представителю власти в связи с исполнением им своих обязанностей. Сотрудники полиции снова неоднократно предупреждали ФИО24 о возможности применения физической силы и специальных средств, в связи с продолжением ФИО24 противоправного поведения пытались надеть на него наручники, однако не смогли этого сделать ввиду оказанного им противодействия ФИО24, который сжал руки в кулаки и прижал их к груди. После уговоров сотрудников полиции ФИО24 согласился проследовать дальше с последними. Изложенные обстоятельства установлены из взятых судом за основу показаний свидетеля Свидетель №4 и подсудимых. В части доводов подсудимых о нанесении в указанный выше момент ФИО24 удара ФИО2 суд учитывает, что последние не были последовательны в своих показаниях в данной части, и в том виде, как они сообщили об этом суду, такие показания были даны подсудимыми только в судебном заседании. В то же время суд учитывает, что свидетель Свидетель №4, отвернувшийся в этот момент в другую сторону и не наблюдавший начала происходивших событий, вместе с тем подтвердил, что в данном месте и в этот момент между сотрудниками полиции и ФИО24 произошла еще одна стычка, он услышал какое-то движение, что пытались одеть наручники, услышал фразу «сейчас наденем наручники». Он повернулся, увидел, что у сотрудников полиции не получилось одеть наручники, поскольку ФИО24 скрестил руки и присел из положения стоя. У одного из сотрудников полиции он увидел потертости на штанах. Кроме того, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы обнаруженное на щеке ФИО2 повреждение могло образовать от не менее чем однократного воздействия в данную область, то есть экспертом не исключено его образование от неоднократного воздействия в одну и ту же область. Поскольку показания потерпевшего и свидетеля ФИО23 в этой части суд нашел полностью недостоверными, каких-либо иных источников проверки версии подсудимых у суда не имеется. В любом случае суд учитывает, что до начала событий зафиксированных на видеозаписи ФИО24 уже применял насилие к сотрудникам полиции при указанных ранее обстоятельствах, сбив руку ФИО4 и оттолкнув того в грудь, что доказано в судебном заседании.

Далее спустя непродолжительное время после указанных событий, после поворота с 

<

адрес> на 

<

адрес> по пути следования в направлении 

<

адрес>, примыкающей к дому 

<

адрес>, с сотрудниками полиции, ФИО24 вновь продолжил свое противоправное поведение, замедляя ход и останавливаясь, оскорбляя сотрудников полиции грубой нецензурной бранью и высказывая угрозы применения в отношении них физической силы. Вследствие чего полицейский ФИО2, действуя законно, в рамках предоставленных ему полномочий и в порядке, предусмотренном положениями закона «О полиции», после имевшего место ранее неоднократного предупреждения о возможности применения физической силы и специальных средств, с целью преодоления противодействия ФИО24 законным требованиям сотрудников полиции и обеспечения его принудительного препровождения (доставления) в стационарный пункт полиции в порядке ст. 27.2 КоАП РФ, подталкивал последнего в спину, когда тот замедлял ход и останавливался. Изложенные обстоятельства установлены из показаний подсудимых, свидетеля Свидетель №4, подтвердившего, что ФИО24 периодически останавливался, отказывался идти с сотрудниками полиции, свидетеля ФИО5, наблюдавшего за событиями, происходившими уже на 

<

адрес> и показавшего, что ФИО24 шел, останавливался, кричал, сотрудники полиции подталкивали ФИО24 ладонью в спину.

Оценивая все приведенные выше действия сотрудников полиции ФИО2 и ФИО4 и признавая их законными, суд также исходит из того, что и стороной обвинения (органом следствия), несмотря на показания ФИО24 и ФИО23 об избиении потерпевшего до событий, зафиксированных на видеозаписи, они фактически также признаны законными, что следует из содержания и объема предъявленного обвинения, которое в том числе не содержит указания на незаконность первоначальных действий сотрудников полиции по пресечению совершения ФИО24 и ФИО23 административного правонарушения, принудительного препровождения (доставления) ФИО24 в стационарный пост полиции, в ходе которого ФИО2 совершал действия (толчки), аналогичные тому, которое вошло в объем обвинения. Государственный обвинитель в обвинительной речи в прениях сторон, не заняв однозначной позиции по этому вопросу, в то же время не исключила, что рассматриваемые действия сотрудников полиции носили законный характер.

После этого вопреки доводам обвинения о совершении ФИО4 действия (толчка), превышающего его должностные полномочия, при аналогичных описанным выше обстоятельствах ФИО3, продолжая осуществлять совместно с ФИО4 принудительное препровождение ФИО24 в стационарный пост полиции в порядке ст. 27.2 КоАП РФ, полагая, что в этот момент времени ФИО24 вновь останавливается, поскольку последний замедлил свое движение, чем в очередной раз оказывает противодействие законным требованиям сотрудников полиции, действуя с учетом общей обстановки установленных судом событий и характера противоправного поведения ФИО24, на протяжении большей части исследуемых событий активно противодействовавшего законным требованиям сотрудников полиции и одновременно совершавшего противоправные действия, в том числе направленные против сотрудников полиции, действуя правомерно, с целью преодоления противодействия ФИО24 законным требованиям сотрудников полиции и обеспечения его принудительного препровождения (доставления) в стационарный пункт полиции в порядке ст. 27.2 КоАП РФ, при наличии оснований для применения физической силы, предусмотренных п.п. 2, 3 ч. 1 ст. 20 закона «О полиции» (то есть для доставления в служебное помещение лица, совершившего административное правонарушение, а также преступления, для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции), толкнул правой рукой в область спины ФИО24, замедлившего свое движение. Суд учитывает, что из содержания видеозаписи можно сделать вывод о том, что в рассматриваемый момент ФИО24 замедлял свое движение, это же не оспаривается стороной обвинения, что следует из текста предъявленного обвинения. Указанное действие по предъявленному обвинению инкриминировано ФИО4 и не входит в объем обвинения ФИО2. В то же время в судебном заседании оба сотрудника полиции указали, что в спину ФИО24 толкнул именно ФИО2, что согласуется с содержанием видеозаписи, на которой видно, что ФИО4 и ФИО24 шли на одном уровне, сзади ФИО24 – ФИО3, ранее выполнявший такие же толчки, рассматриваемый же толчок был выполнен прямой рукой в спину. Свидетель ФИО5 не указал, кто именно толкал в спину ФИО24. Свидетель Свидетель №4 показал, что не все события помнит, не помнит «подталкиваний». Государственный обвинитель в обвинительной речи в прениях сторон при описании установленных, по мнению обвинения, на основании оценки видеозаписи событий в этой части также не пришла к однозначному выводу, о том, кем именно, был выполнен данный толчок, констатировав лишь, что и ФИО2, и ФИО4 неоднократно толкали ФИО24. 

В судебном заседании установлено, что после этого ФИО24, продолжая свое противоправное поведение, резко остановился и развернулся к другому сотруднику полиции, то есть не к тому, кто произвел его толчок, и к которому он мог в связи с этим предъявить претензии, – к ФИО4, высказал очередную угрозу применения физической силы по отношению к сотруднику полиции, встав при этом в «боевую стойку», отведя одну ногу назад и держа руки согнутые в кулаках у груди. Изложенное установлено из показаний подсудимых ФИО2 и ФИО4, в целом, по мнению суда, последовательно указывавших с момента проведения проверок их показаний на месте на наличие со стороны ФИО24 угроз применения физического воздействия, его предложения ФИО4 «снять китель» и «разобраться». Показания подсудимых об агрессивном характере действий ФИО24, занятия им «боевой стойки» в указанный момент полностью подтверждаются содержанием видеозаписи, об этом же указывали свидетели Свидетель №4 и ФИО39, при этом последний показал, что ФИО24 неоднократно (3-5) занимал указанную стойку. 

Данные противоправные действия ФИО24, как и действия последнего, перечисленные ниже, с учетом их характера, явно указывающего на намерение потерпевшего вступить в физический конфликт с сотрудниками полиции и применить к ним физическое воздействие, с учетом конкретной обстановки их совершения, установленного в судебном заседании, по крайней мере одного факта применения ФИО24 до зафиксированных на видеозаписи событий насилия по отношению к сотрудникам полиции; принимая во внимание его активное противодействие и сопротивление требованиям и действиям сотрудников полиции на протяжении всего времени (в том числе в части препятствования надеванию на него наручников), указывавшие на его конфликтный агрессивный настрой, наличие достаточной физической силы, по мнению суда, создавали непосредственную угрозу здоровья сотрудников полиции.

В этой связи в ответ на действия ФИО24 сотрудник полиции ФИО2, действуя законно в рамках предоставленных ему законом полномочий, в целях отражения нападения на сотрудника полиции (то есть по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 21 закона «О полиции»), а также при наличии иных оснований для применения физической силы, толкнул ФИО24 обеими руками в область правой руки, т.е. применил к последнему физическую силу в порядке, предусмотренном статьями 18, 19, 20 закона «О полиции».

Далее, как установлено в судебном заседании, ФИО24, развернувшись лицом напротив сотрудника полиции ФИО2, вновь встал в «боевую стойку», отведя одну ногу назад и держа руки, согнутые в кулаках у груди, что также следует из содержания видеозаписи и согласующихся с ней показаний подсудимых. 

В ответ на указанные противоправные действия потерпевшего, явно свидетельствовавшие о намерении последнего применить к сотрудникам полиции физическое воздействие и создававшие в связи с этим и по указанным выше основаниям непосредственную угрозу причинения вреда здоровью сотрудникам полиции, сотрудник полиции ФИО4, действуя законно в рамках предоставленных ему законом полномочий, в целях отражения нападения на сотрудника полиции (то есть по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 21 закона «О полиции»), а также при наличии других оснований для применения физической силы, толкнул ФИО7 левой рукой в область левого плеча, т.е. применил к последнему физическую силу в порядке, предусмотренном статьями 18, 19, 20 закона «О полиции».

В ответ на законные действия сотрудников полиции ФИО24, будучи ранее неоднократно предупрежденным о возможности применения к нему на основании положений закона «О полиции» физической силы и специальных средств, свои противоправные действия не прекратил, а продолжил их, схватив за руку сотрудника полиции ФИО4 и потянув на себя последнего за руку для применения физического воздействия, однако ФИО4 вырвался, что также следует из показаний подсудимых и объективно подтверждается содержанием видеозаписи.

После этого, развернувшись лицом к сотрудникам полиции, ФИО24 вновь занял «боевую стойку», держа согнутые в кулаки руки перед собой. После этого ФИО24 замахнулся правой рукой, но не попал в ФИО4. В ответ на указанные противоправные действия потерпевшего, создававшие по указанным выше основаниям, а также в силу их характера, ранее непосредственно перед этим моментом совершенных им действий (включая высказывания угрозы физического воздействия, занятие «боевых стоек», захват руки ФИО4 и перетягивание того на себя) непосредственную угрозу причинения вреда здоровью сотруднику полиции ФИО4, последний, действуя законно в рамках предоставленных ему законом полномочий, в целях отражения нападения на сотрудника полиции (то есть по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 21 закона «О полиции»), а также при наличии других оснований для применения специальных средств, достав палку специальную, нанес ею ФИО24 удар, целясь в область расположения плеча правой руки последнего, попав при этом в том числе в боковую область грудной клетки, а также произвел один взмах палкой специальной, но не нанес второго удара, т.е. применил к последнему специальное средство в порядке, предусмотренном статями 19, 21 закона «О полиции», не допустив при этом нарушений ограничений и запретов применения специальных средств, предусмотренных ч. 1 и 2 ст. 22 закона «О полиции». Показания подсудимых ФИО2 и ФИО4 в части описания данного момента не противоречат содержанию видеозаписи, и полностью согласуются с показаниями Свидетель №4. Показания потерпевшего ФИО24 и свидетеля ФИО23 в судебном заседании описания данных обстоятельств не содержат. Кроме того, показания данных лиц судом признаны недостоверными. Низкое качество и содержание видеозаписи, в совокупности с другими исследованными доказательствами не позволяют суду придти к выводу об обоснованности суждений органа следствия о нанесении в рассматриваемый момент ФИО4 палкой специальной, а также руками не менее двух ударов в область верхней половины туловища и головы. Показания ФИО4 о нанесении лишь одного удара при указанных им обстоятельствах в ответ на противоправные действия ФИО24 в область руки (предплечья) и возможном попадании при этом в силу длинны палки специальной и ее эластичности в область боковой поверхности грудной клетки потерпевшего, а также лишь о попытке нанесения второго удара, полностью согласуются с показаниями подсудимого ФИО2, с показаниям Свидетель №4, не противоречат заключению судебно-медицинской экспертизы. Согласно последнему у потерпевшего обнаружен кровоподтек на правой боковой поверхности грудной клетки полосовидной формы, который, по мнению суда, образовался от указанных правомерных действий ФИО4. Доводы обвинения о наличии со стороны ФИО4 нескольких ударов, в том числе нанесенных в область головы потерпевшего, не согласуются с приведенным заключением эксперта, поскольку на доступной, исходя из взаимного расположения подсудимого и потерпевшего (установленного по показаниям последнего и содержанию видеозаписи), правой стороне туловища и головы ФИО24 каких-либо других повреждений не обнаружено, хотя потерпевший был одет в легкую летнюю одежду. Согласно протоколам осмотра видеозаписи, оценка которым дана судом выше, взмахи ФИО4 производились одной правой рукой, взмахов другой рукой не зафиксировано, что даже по версии органа следствия, с учетом нахождения в правой руке ФИО4 палки специальной, скоротечности исследуемых событий исключает нанесение подсудимым ударов еще и просто руками без палки специальной. Государственный обвинитель в обвинительной речи в прениях сторон при описании установленных, по мнению обвинения, на основании оценки видеозаписи событий в этой части также однозначную позицию не заняла и констатировала установление факта причинения повреждений лишь палкой специальной (без конкретизации количества установленных и нанесенных, по мнению обвинения, ударов), ничего не упомянув о наличии или отсуствиии в этот момент удара рукой, поскольку следующим суждением обвинения в цепочке описания установленных действий сотрудников полиции, указано нанесение удара ногой потерпевшему. 

После этого ФИО7, нагнувшись вперед и держа перед собой руки, сжатые в кулаках, высказал угрозу физической расправы в отношении сотрудников полиции, начал разгибаться. Данные обстоятельства установлены не только из показаний подсудимых, последовательно указывавших с момента проверки их показаний на месте на имевший место факт угрозы расправы, но и из показаний незаинтересованного в исходе дела свидетеля Свидетель №4, показавшего, что ФИО24 в указанном положении что-то громко сказал (а по подтвержденным в судебном заседании показаниям на следствии – что-то вроде: «хана вам всем») и попытался сделать еще один выпад – готовился привстать и нанести удар. Показания подсудимых и свидетеля Свидетель №4, по мнению суда, о высказывании угрозы и совершении действий, указывающих на намерение ее реализовать, не противоречат видеозаписи, содержание которой не исключает наличие данных обстоятельств. Судом принято во внимание, что в рассматриваемый момент ФИО24 не совершал очевидно активных действий, находился в полусогнутом положении, но при этом стоял на ногах, держал перед собой руки, согнутые в кулаки, его подвижность действиями сотрудников полиции ограничена не была, он не был лишен возможности продолжить совершать активные действия, в том числе по явному применению насилия, которые, как установлено судом, имели место до событий, зафиксированных на видеозаписи, к таким же агрессивным действиям, свидетельствующим о намерении потерпевшего применить физическое воздействие к сотрудникам полиции, суд относит и непосредственно предшествовавшие этому его другие действия (включая имевшие ранее высказывания угрозы физического воздействия, занятие им «боевых стоек», захват руки ФИО4 и перетягивание того на себя, взмах руки в направлении ФИО4). 

В этой связи, а равно учитывая изложенные выше основания, суд приходит к выводу, что ввиду наличия высказанной угрозы потерпевшим, факт наличия которой подтвержден в судебном заседании, описанные действия потерпевшего явно свидетельствовали как для сотрудников полиции, так и для незаинтересованного очевидца событий Свидетель №4, о намерении последнего, в том числе из мести за правомерное применение ими к ФИО24 физической силы и специального средства, попытаться вновь применить к сотрудникам полиции физическое воздействие, которое могло создать непосредственную угрозу причинения вреда здоровью сотрудникам полиции. Учитывая изложенное сотрудник полиции ФИО4, действуя законно в рамках предоставленных ему законом полномочий, в целях отражения нападения на сотрудника полиции (то есть по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 21 закона «О полиции») и последующего применения специальных средств ограничения подвижности – наручников, а также при наличии иных оснований для применения физической силы, нанес удар ногой в область живота ФИО24, и сразу же толкнул последнего рукой в спину, т.е. применил к последнему физическую силу в порядке, предусмотренном статьями 18, 19, 20 закона «О полиции». После чего ФИО24 упал вниз на асфальт и находился несколько минут на асфальте. При этом суд в том числе учитывает, что показания подсудимого ФИО4 о том, что он нанес расслабляющий удар по указанному основанию и в целях применения наручников, согласуются с выпиской из «Наставления по организации физической подготовки в органах внутренних дел РФ», утвержденного приказом МВД РФ № дсп от ДД.ММ.ГГГГ (далее – Наставление), показаниями свидетеля Свидетель №6, согласно которым при подготовке сотрудников полиции действительно последние обучаются нанесению расслабляющего удара, нанесение которого в том числе допускается ногами и в область туловища, такой удар обязателен при проведении боевых и болевых приемов при задержании лица, после выполнения расслабляющего удара должны быть выполнены также другие действия, указанные в Наставлении при описании приемов. При этом как показал Свидетель №6, в случае если в результате такого расслабляющего удара сопротивление подавлено, то выполнение всех других действий необязательно. Показания подсудимых в части того, что ФИО4 не толкал в данный момент времени ФИО24, суд не принимает, поскольку в этой части они противоречат содержанию видеозаписи. При этом, исходя из перечисленных выше обстоятельств, содержания Наставления, характера самого толчка, суд находит законным и разумным его применение, что необходимо было для ограничения подвижности потерпевшего и принятия действий по применению специальных средств - наручников. Из исследованных доказательств установлено, что после нанесения удара ногой, толчка в спину и падения потерпевшего на поверхность тротуара, сотрудник полиции ФИО2 действительно пытался в очередной раз применить наручники, однако не смог это сделать вследствие активного противодействия ФИО24, что следует из показаний и подсудимых, и свидетелей Свидетель №4, ФИО5, из содержания видеозаписи. 

Достаточных доказательств того, что ФИО2, как указано в обвинении, схватил руками за одежду попытавшегося встать ФИО24 и потянул его назад, тем самым повалив на асфальт, по мнению суда, стороной обвинения не представлено. Подсудимый ФИО2 отрицал указанный факт, показав, что лишь пытался помочь ФИО24. Потерпевший об указанном обстоятельстве дал показания, фактически ссылаясь на свою субъективную оценку просмотренной впоследствии видеозаписи в соответствующей части, указав при этом, что имел место удар рукой в лицо, что не охвачено объемом предъявленного обвинения, и даже по версии органа следствия, исходя из текста обвинения, не было доказано. При этом потерпевший неоднократно давал показания о том, что после якобы имевшего место удара ногой в область головы он потерял сознание и не помнил дальнейшие события, к которым в том числе относится и рассматриваемая ситуация. Содержание видеозаписи ввиду ее низкого качества, скоротечности исследуемых событий, не противоречит позиции подсудимого ФИО2. Других доказательств совершения последним указанного действия стороной обвинения не представлено. Государственный обвинитель в обвинительной речи в прениях сторон при описании установленных, по мнению обвинения, на основании оценки видеозаписи событий в этой части не смогла придти к однозначному выводу о том, что же именно зафиксировано на видеозаписи, указав, что при попытке ФИО24 встать Б-вым неоднократно наносятся либо удары, либо толчки, от которых потерпевший вновь падает. 

Также судом установлено, что в последующем, после того как ФИО24 самостоятельно поднялся, в момент, когда ФИО4 отошел от места исследуемых событий, ФИО24 вновь совершил активные противоправные действия, потянув руки к поясу сотрудника полиции ФИО2, на котором находились специальные средства, в том числе свободно извлекаемый «электрошокер», нанеся три удара в область лица и головы ФИО2, после чего, попытавшись покинуть место происшествия и скрыться от сотрудников полиции, пройдя мимо припаркованных автомобилей к проезжей части 

<

адрес>. ФИО2, действуя законно, на основании предоставленных ему законом полномочий при наличии оснований для применения физической силы, предусмотренных п.п. 1, 2 и 3 ч. 1 ст. 20, п. 3 ст. 21 закона «О полиции» (то есть для пресечения преступлений и административных правонарушений, доставления в служебное помещение лица, совершившего административное правонарушение, а также преступления, для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции, для пресечения сопротивления, оказываемого сотруднику полиции), догнал ФИО24 и обхватил его руками в области туловища сзади, между ними началась борьба, в ходе которой ФИО24 обхватил ФИО2 в области шеи и удерживал его, что установлено из показаний подсудимых и соответствующих им видеозаписи. 

В этот момент в ответ на призыв ФИО2 о помощи к ним подбежал ФИО4, который, действуя правомерно, освободил ФИО2. После чего ФИО24 нанес не менее одного удара рукой в область груди ФИО3, что установлено судом из показаний подсудимых и при исследовании видеозаписи (примерный интервал исследуемой видеозаписи – с 6 минут 11 секунд по 6 минут 13 секунд), а с учетом пояснений подсудимого о том, что находилось в карманах его форменного обмундирования в месте нанесения удара, также не противоречит, по мнению суда, судебно-медицинской экспертизе, не зафиксировавшей повреждений в этой части тела ФИО2. Затем ФИО2, действуя правомерно, в процессе непосредственного осуществлявшегося нападения на него со стороны ФИО24, который, как указывалось ранее, производил действия по захвату ФИО2 в области шеи, а сразу после освобождения от захвата, нанес не менее одного удара в область груди последнего, действуя законно в рамках предоставленных ему законом полномочий, в целях отражения нападения на сотрудника полиции (то есть по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 21 закона «О полиции»), а также при наличии других оснований для применения физической силы, нанес ФИО24 один удар рукой в область лица слева, т.е. применил к последнему физическую силу в порядке, предусмотренном статьями 18, 19, 20 закона «О полиции». Показания подсудимых в части того, что ФИО2 не наносил в данный момент времени удар рукой ФИО24, суд не принимает, поскольку в этой части они противоречат видеозаписи. Содержанием которой в части рассматриваемого момента в сопоставлении с содержанием видеозаписи на протяжении всех исследуемых событий, а также принимая во внимание наличие у ФИО24 согласно заключению судебно-медицинского эксперта возникших в анализируемый период времени повреждений в области левого глаза (ушиба мягких тканей с кровоподтеком нижнего века слева и кровоизлияния в склеру левого глаза), которые с учетом восстановленной судом на основании совокупности доказательств картины произошедшего не могли возникнуть в иной период времени и при иных обстоятельствах, установлено, что ФИО2 нанес один удар в область левой стороны лица ФИО24, от чего у последнего образовались приведенные повреждения, а также произвел несколько взмахов руками в направлении потерпевшего, не достигших последнего. Достаточных и бесспорных доказательств того, что в данный момент времени ФИО2 нанес более одного удара, учитывая низкое качество видеозаписи, отсутствие у потерпевшего других повреждений в области лица слева и иных доказательств, принимая во внимание, что после установленного судом удара ФИО2 потерпевший развернулся и попытался убежать, по мнению суда, стороной обвинения не представлено. 

Далее, судом установлено, что ФИО24 после описанных событий вновь попытался скрыться от сотрудников полиции, направившись с проезжей части 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>. ФИО2, действуя законно, на основании предоставленных ему законом полномочий при наличии оснований для применения физической силы, предусмотренных п.п. 1, 2 и 3 ч. 1 ст. 20, п. 3 ст. 21 закона «О полиции» (то есть для пресечения преступлений и административных правонарушений, доставления в служебное помещение лица, совершившего административное правонарушение, а также преступления, для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции, для пресечения сопротивления, оказываемого сотруднику полиции), догнал ФИО24 и обхватил его руками в области туловища сзади, между ними началась борьба, в ходе которой ФИО24 схватил ФИО2 за правую руку и не отпускал ее, на что указали подсудимые и что согласуется с видеозаписью (интервал видеозаписи – начиная примерно с 06 минут 19 секунд). В ответ на указанные противоправные действия ФИО24, связанные с непосредственным физическим воздействием на сотрудника полиции, действовавшего, как установлено судом, правомерно, сотрудники полиции ФИО2 и ФИО4, в процессе фактического применения ФИО6 физического воздействия на сотрудника полиции ФИО2, выразившегося в захвате и удержании руки последнего, действуя законно в рамках предоставленных им законом полномочий, в целях отражения нападения на сотрудника полиции (то есть по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 21 закона «О полиции») и освобождения ФИО2 от захвата, а также при наличии иных оснований для применения физической силы, нанесли ФИО24 руками: ФИО2 – два удара в область рук и два удара в область спины, а ФИО4 – один удар рукой в область руки, т.е. применили к последнему физическую силу в порядке, предусмотренном статьями 18, 19, 20 закона «О полиции». При описании локализации нанесения ударов суд принимает во внимание показания подсудимых, поскольку они, по мнению суда, в этой части не противоречат содержанию видеозаписи, не позволяющей бесспорно определить место нанесения всех ударов. При этом суд учитывает, что ввиду приведенных обстоятельств, предшествовавших событий, обстановки, незначительной силы ударных воздействий, не повлекших образование каких-либо повреждений, даже в случае нанесения всех ударов, как указано в обвинении, в область спины и живота потерпевшего, совершение данных действий носило законный и правомерный характер. 

Впоследствии, как установлено в судебном заседании, спустя несколько минут после описанных событий в ответ на противоправные действия ФИО24, протянувшего руки к сотруднику полиции ФИО2 и попытавшегося тем самым ударить или толкнуть сотрудника полиции (изложенное, в том числе совершение этого действия именно Б-вым, установлено из содержания видеозаписи, интервал примерно с 09 минут 20 секунд), последний, действуя законно в рамках предоставленных ему законом полномочий, в целях отражения нападения на сотрудника полиции (то есть по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 21 закона «О полиции»), а также при наличии иных оснований для применения физической силы, толкнул ФИО24 в область груди, т.е. применил к последнему физическую силу в порядке, предусмотренном статьями 18, 19, 20 закона «О полиции». 

Помимо неоднократно указывавшихся выше оснований для применений физической силы и специального средства, во всех установленных судом случаях совершения сотрудниками полиции таких действий, принимая во внимание противоправное поведение потерпевшего ФИО24 на протяжении всех исследуемых событий, ранее подробно описанных судом, имелись также и иные основания для их применения, предусмотренные п.п. 1, 2 и 3 ч. 1 ст. 20, п. 3 ст. 21 закона «О полиции» (то есть для пресечения упоминавшихся ранее преступлений и административных правонарушений, доставления в служебное помещение ФИО24, совершившего административные правонарушения, а также преступления, для преодоления его противодействия законным требованиям сотрудников полиции, для пресечения сопротивления, оказываемого сотрудникам полиции).

Обнаруженные экспертами повреждения у ФИО24 в виде кровоподтека на правой боковой поверхности грудной клетки полосовидной формы; ушиба мягких тканей с кровоподтеком нижнего века слева и кровоизлияния в склеру левого глаза возникли в результате правомерного применения при указанных выше обстоятельствах подсудимыми физической силы и специального средства. С учетом совокупности исследованных доказательств, суд приходит к выводу, что повреждения в виде ссадин на коленях возникли у потерпевшего либо в моменты нахождения его в положении лежа на коленях на тротуаре (что зафиксировано в начале видеозаписи) и на газоне (что зафиксировано в конце) либо в момент борьбы на газоне с Б-вым, когда потерпевший также мог вставать на колени, в результате соприкосновения коленями с указанными поверхностями и действий самого ФИО24. Бесспорных доказательств возникновения повреждений в виде ссадин на спинке носа от описанных правомерных действий сотрудников полиции, по мнению суда, не имеется. В этой связи с учетом установленной экспертами возможности образования данных повреждений при падении с высоты собственного роста при указанных в заключении обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что данное повреждение могло образоваться либо в ходе борьбы при падении ФИО24 на ФИО2 (что следует не только из показаний последнего, но из содержания видеозаписи, примерный интервал с 9 минут 53 секунд до 10 минут 00 секунд), либо в процессе неоднократно имевшей место борьбы между ФИО24 и Б-вым.

Выводы суда также не противоречат установлению экспертами наличия следов крови ФИО24 на форме ФИО2, что очевидно следует из восстановленной картины произошедшего и не требует дополнительной мотивировки.

Учитывая установленные судом обстоятельства, суд не принимает доводы стороны обвинения о несоразмерности совершенного ФИО24 правонарушения и действий сотрудников полиции, поскольку применение последними физической силы и специального средства было обусловлено не самим фактом распития потерпевшим спиртного в общественном месте, равно как и не совершением им ряда других противоправных действий, влекущих административную и уголовную ответственность, а описанными выше агрессивными действиями ФИО24, связанными с оказанием неповиновения законным требованиям сотрудников полиции, сопротивления им, угрозами, попытками применения и применением к ним физического воздействия. Суд также учитывает, что правомерное применение сотрудниками полиции физической силы и специального средства повлекли возникновение у ФИО24 повреждений, не причинивших вреда здоровью, количество, характер и степень тяжести которых, по мнению суда, указывают на соразмерность примененной физической силы и специального средства характеру и силе сопротивления, которое оказывал потерпевший. В связи с чем помимо прочего суд усматривает соблюдение в сотрудниками полиции Б-вым и ФИО4 также и положений ч. 3 ст. 19 закона «О полиции».

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда РФ, изложенной в п. 19 постановления «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными лицами полномочиями и о превышении должностных полномочий» для наступления ответственности по ст. 286 УК РФ требуется как совершение действий, явно выходящих за пределы полномочий должностного лица, так и осознание им того, что оно действовало за пределами своих полномочий. В то же время, учитывая приведенный анализ доказательств и установленные судом обстоятельства, в судебном заседании не установлен как факт совершения действий, явно выходящих за пределы полномочий, так и тем более (с учетом конкретной обстановки совершения исследуемых действий) наличие у подсудимых прямого умысла на совершение преступления, предусмотренного ст. 286 УК РФ.

Об отсуствиии умысла на совершение преступления, очевидно свидетельствует характер подробно рассмотренных действий подсудимых, которые по показаниям свидетеля Свидетель №4 вели себя сдержанно, как будто стеснялись что-то сделать, каждый раз останавливали свои действия. Действия сотрудников полиции, в каждом случае были обусловлены агрессивным и угрожающим поведением потерпевшего, угрозой нападения со стороны последнего. Так, имея возможность наносить удары потерпевшему, когда он находился в положении лежа, что было бы логично при наличии у подсудимых умысла на превышение полномочий, тем не менее ФИО4, после нанесения удара ногой и толчка никаких ударов тому не наносил, равно как и ФИО2. Аналогичным образом, в достаточной степени ограниченно сотрудники полиции действовали и в других рассмотренных ситуациях. 

Основным доказательством, по мнению стороны обвинения, является видеозапись, истребованная не органом следствия, а выполненная подсудимым Б-вым на свой мобильный телефон с монитора камер видеонаблюдения и добровольно представленная следствию. При этом предварительно данную запись ФИО2 и ФИО4 просмотрели, и, будучи уверенными даже после просмотра записи в законности и обоснованности своих действий, представили ее в следственный орган для подтверждения этого и подтверждения совершения преступления ФИО24. Изложенное, по мнению суда, в совокупности с другими доказательствами, указывает на то, что ФИО2 и ФИО4 были уверены в правильности и законности своих действий по отношению к ФИО24, а также на отсутствие у них умысла на превышение своих должностных полномочий. 

Помимо этого, судом принято во внимание, что по результатам проведения служебных проверок в действиях ФИО2 и ФИО4 не было установлено нарушений требований закона, последние до сих пор являются действующими сотрудниками полиции.

Оценивая исследованные доказательства, суд принял во внимание положения статьи 14 УПК РФ и статьи 49 Конституции РФ, согласно которым все неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что сотрудниками полиции Б-вым и ФИО4 при перечисленных выше обстоятельствах к ФИО24 по основаниям и в порядке, предусмотренным законом «О полиции», была применена физическая сила, а ФИО4 также специальное средство (палка специальная), в связи с чем требования ст.ст. 1, 2, 3, 6, 18, 19, 20, 21, 22 закона «О полиции» и корреспондирующие им положения их должностных инструкций подсудимые не нарушили, в соответствии с ч. 9 ст. 18 закона «О полиции» ответственность за вред, причиненный в результате этого ФИО24, не несут, а в их действиях отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 286 УК РФ. В связи с чем ФИО2 и ФИО4 подлежат оправданию по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

Поскольку, судом постановляется оправдательный приговор, то в соответствии с ч. 2 ст. 306 УПК РФ исковые требования потерпевшего ФИО7 о взыскании с подсудимых денежных средств в счет возмещения материального ущерба и компенсации морального вреда подлежат оставлению без рассмотрения.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 304, 305, 306, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать невиновным по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, и оправдать его на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ – в связи с отсутствием в его деянии состава преступления.

ФИО4 признать невиновным по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ, и оправдать его на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ – в связи с отсутствием в его деянии состава преступления.

Меру пресечения ФИО2 и ФИО4 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.

Признать за ФИО2 и ФИО4 право на реабилитацию, разъяснить последним их право на возмещение имущественного, морального вреда, восстановление иных прав, связанных с уголовным преследованием в порядке, установленном статьями 133, 135, 136, 138 Главы 18 УПК РФ.

Исковые требования ФИО7 о взыскании с ФИО2 и ФИО4 денежных средств в счет возмещения материального ущерба и компенсации морального вреда оставить без рассмотрения.

Вещественными доказательствами по вступлении настоящего приговора в законную силу распорядиться следующим образом:

- сотовый телефон «Lenovo» в корпусе черного цвета; планшет «Prestigio» в корпусе черного цвета и чехле черного цвета, находящиеся на хранении у ФИО2, – оставить в распоряжении последнего;

- копию карты вызова скорой медицинской помощи № от 16.07.2016; копию карты вызова скорой медицинской помощи без номера от 16.07.2016; оптический диск формата DVD-R, выделенный из уголовного дела №, куда он был предоставлен ФИО2, находящиеся на хранении в материалах уголовного дела, – оставить на хранение в уголовном деле;

- медицинскую карту № БУЗОО «ГП №» на имя ФИО7, находящуюся на хранении в камере хранения вещественных доказательств СО по ЦАО 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес>, – возвратить ФИО7, а в случае не истребования последним передать в указанное медицинское учреждение.

Приговор может быть обжалован в Омский областной суд через Куйбышевский районный суд г. Омска в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы лица, в отношении которых вынесен приговор, вправе участвовать в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, в том числе с приглашением защитников самостоятельно либо ходатайствовать о назначении защитников судом апелляционной инстанции.

В соответствии с частью 7 статьи 259 УПК РФ стороны вправе заявить в письменном виде ходатайство об ознакомлении с протоколом судебного заседания в течение трех суток со дня окончания судебного заседания, а также принести на него свои замечания в течение трех суток со дня ознакомления с протоколом судебного заседания.

Председательствующий судья В.Ю. Бондарев