Дело № 1- 13/2026

П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

03 марта 2026 года ЗАТО г. Североморск

Североморский районный суд Мурманской области в составе председательствующего судьи Бойко И.Б.,

при секретаре Челмайкиной В.П., с участием:

государственного обвинителя Бардинова Г.А.,

представителя потерпевших и гражданских истцов ФИО20,

подсудимой и гражданского ответчика ФИО21,

защитников Шушариной Е.К., Репиной М.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда материалы уголовного дела в отношении:

ФИО21, *** рождения, уроженки ***, ***, зарегистрированной и проживающей по адресу: ***, не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 4 ст. 264 УК РФ,

установил:

ФИО21, будучи в состоянии опьянения, управляя автомобилем, нарушила Правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть человека при следующих обстоятельствах.

В период времени с 02 часов 29 минут до 03 часов 51 минуты 06 сентября 2025 года водитель ФИО21, в нарушение требований пункта 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации № 1090 от 23 октября 1993 года, в соответствии с которым водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии наркотического опьянения, управляла в состоянии наркотического опьянения технически исправным автомобилем «***» («***»), государственный регистрационный ***, двигалась по проезжей части автодороги ***, по направлению из ***.

Являясь участником дорожного движения, в силу п. 1.3 и п.1.5 Правил дорожного движения ФИО21 была обязана знать и соблюдать требования этих Правил, а также действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Легкомысленно, то есть предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, но без достаточных к тому оснований, самонадеянно рассчитывая на их предотвращение, в зоне действия дорожного знака 3.24, ограничивающего максимальную скорость движения до 50 км/ч, а также в зоне действия запрета на пересечение горизонтальной разметки, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений и обозначающей границы полос движения в опасных местах на дорогах, установленного п. 1.1 приложения 2 ПДД, в нарушение указанных требований Правил, а также требований п. 10.1 ПДД, в силу которого «водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, п.1.4 и п. 9.1(1)» согласно которым, на дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств», «на любых дорогах с двусторонним движением запрещается движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена разделительной полосой, разметкой 1.1, 1.3 или разметкой 1.11, прерывистая линия которой расположена слева», превысила разрешенную скорость для движения, осуществила выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, совершила столкновение на участке *** с двигавшимся во встречном направлении автомобилем «***» («***»), государственный регистрационный ***, под управлением водителя ФИО1

В результате нарушений водителем ФИО21 требований Правил дорожного движения, ФИО1 по неосторожности были причинены телесные повреждения в виде ***. От указанной травмы ФИО1 скончался на месте ДТП. Травма тела, оценивается как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоит в прямой причинной связи со смертью ФИО1

Согласно акту медицинского освидетельствования и справке о результатах химико-токсикологического исследования в моче ФИО21 обнаружено наркотическое средство ***.

Грубое нарушение требований Правил дорожного движения водителем ФИО21, находится в прямой причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием и причинением по неосторожности смерти ФИО1

Подсудимая ФИО21 в судебном заседании вину по предъявленному обвинению первоначально признала частично. Не оспаривая управление транспортным средством в указанные время и месте, нарушение поименованных Правил дорожного движения, в том числе превышение скорости движения не менее чем на 15 км/ч, выезд на встречную полосу движения, совершение дорожно-транспортного происшествия и причинение по неосторожности смерти ФИО1, категорически отрицала нахождение в момент ДТП в состоянии наркотического опьянения. Полагала медицинской ошибкой установление такого состояния, указала, что анализы, на основании которых медицинскими работниками сделан вывод о состоянии опьянения могли исходить от иного лица, а иные внешние признаки опьянения, зафиксированные в акте, являлись последствиями полученной в ДТП травмы головы и тела. Впоследствии подсудимая вину в совершении указанного преступления признала полностью, раскаялась в содеянном, дополнительно указав, что действительно употребила наркотическое средство перед поездкой, но обстоятельства употребления наркотика не сообщила.

Помимо признания, вина подсудимой полностью подтверждена исследованными судом доказательствами.

Так, потерпевшие ФИО2, ФИО3, чьи показания были оглашены, сообщили, что 06.09.2025 года им стало известно о том, что их близкий родственник (супруг и брат) ФИО1 получил телесные повреждения в результате ДТП с участием двух автомобилей: «***» и «***» на выезде из *** в сторону ***, скончался на месте дорожно-транспортного происшествия. Потерпевшая ФИО2 указала также, что около 3 часов 06.09.2025 ее супруг ФИО1 выехал на автомобиле «***» на рыбалку в сторону ***, ФИО1 находился в трезвом состоянии, автомобиль был исправен. Смертью близкого родственника каждой из потерпевших были причинены глубокие нравственные страдания (т.2 л.д. 10-13, 19-21).

Согласно оглашенным показаниям свидетеля ФИО4, он как сотрудник госавтоинспекции отдела полиции, примерно в 03 часов 45 минут 06.09.2025 проследовал на место дорожно-транспортного происшествия на федеральной ***. Видимость на дороге была хорошая. На полосе движения по направлению в сторону *** находился автомобиль «***», государственный регистрационный ***, а посередине двух полос в сторону *** находился автомобиль «***», государственный регистрационный ***. Водителем «***» была ФИО21, которая была в сознании и видимых телесных повреждений не имела. Водитель «***» ФИО1 скончался на месте ДТП. Осмотром места ДТП было установлено, что асфальтное покрытие было сухим, искусственных препятствий и ремонтных работ, которые могли ограничить обзор по направлению движения как в сторону ***, так и в сторону *** не имелось, никаких дефектов на асфальте не было, было отчетливо видно дорожную разметку, предусмотренную п. п. 1.1, п. 1.2, 1.5 ПДД, по направлению движения в сторону *** имелось две полосы движения. Место дорожно-транспортного происшествия находилось в зоне действия дорожных знаков: в направлении движения в сторону *** - п. 1.11.2 «Опасный поворот», п. 3.24 «Ограничение максимальной скорости 50 км/ч»; по направлению в сторону *** п. 1.11.2 «Опасный поворот», п. 3.24 «Ограничение максимальной скорости 50 км/ч», п. 1.13 «Крутой спуск». ФИО21 на месте пояснила, что управляла автомобилем «***», ехала со стороны *** и столкнулась с автомобилем ***». Он отстранил ФИО21 от управления транспортным средством, ввиду поведения ФИО21 не соответствующего обстановке (возбуждение, избегание сотрудников полиции и работников скорой помощи), он провел освидетельствование ФИО21 на состояние алкогольного опьянения с помощью алкотектора. Паров этилового спирта в выдыхаемом воздухе обнаружено не было. Ввиду неадекватного поведения ФИО21, ей было выдано направление в ГОБУЗ «***» для освидетельствования на состояние опьянения, куда она проследовала в сопровождении сотрудника полиции. Место столкновения автомобилей было на полосе движения «***». На действия водителя «***», распространялось действие знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» 50 км/ч. Однако, при осмотре вышеуказанного автомобиля было установлено, что стрелка спидометра находилась на отметке 90 км/ч. ФИО21 многократно более 60 раз привлечена к административной ответственности за правонарушения посягающие на безопасность дорожного движения (т. 2 л.д. 80-84).

Согласно оглашенным показаниям свидетелей ФИО5 и ФИО6, 06.09.2025 около 03 часов 40 минут они двигались на автомобиле со стороны *** в ***. На автодороге *** на территории ***. они увидели дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «***» и «***», последний передней частью бампера был направлен в сторону ***, располагался на середине проезжей части. Водитель «***» скончался на месте ДТП. Они вызвали скорую помощь. Вблизи указанного автомобиля имелась россыпь битого стекла и осколки деталей автомобилей на полосе движения в сторону ***, что давало основания полагать, что местом ДТП является полоса для движения автомобиля «***». Водителем автомобиля «***» была женщина, которая не имела видимых телесных повреждений. После сообщения о смерти водителя «***» женщина кричала и плакала, после чего внезапно подошла к капоту их автомобиля и стала его рассматривать (т. 2 л.д. 115-117, 119-121).

В соответствии с оглашенными показаниями свидетеля ФИО7 (сотрудника МЧС), по прибытию 06.09.2025 после 03 часов 45 минут на место ДТП он наблюдал аналогичные, что и сообщили предыдущие свидетели обстоятельства, расположение транспортных средств на проезжей части и их обломков, указал, что дорога была сухая, не имела повреждений, указал также, что водитель «***» к моменту прибытия скончался, но труп был зажат частями машины, в связи с чем, он (ФИО7) совместно с иными сотрудниками МЧС провели работы по разблокировке автомобиля, извлекли труп ФИО1, приняли меры к недопущению возгорания на месте ДТП. Водитель «***» вела себя истерично, наблюдались перепады настроения, резкие движения (т.2 л.д. 95-97).

Свидетель ФИО8, чьи показания также были оглашены, также наблюдала обломки автомобилей на полосе движения «***», сообщила о хороших погодных условиях и видимости по направлению для движения в обе стороны, отсутствии повреждений дорожного покрытия. Со слов ФИО21 ей стало известно, что последняя управляла автомобилем «***», совершая поездку из *** в ***, столкнулась с автомобилем «***». При опросе ФИО21 избегала контакта с сотрудниками полиции и работниками скорой помощи, скрывалась, у ФИО21 были расширены зрачки, но запаха алкоголя изо рта не исходило, поведение ФИО21 было истеричным, присутствовали перепады настроения, речь была нескладной (т.2 л.д. 85-88).

На наличие аналогичных признаков опьянения у ФИО21 (кроме расширенных зрачков) указали свидетели: ФИО9, ФИО10, ФИО11, чьи показания были оглашены. На наличие признака опьянения у ФИО21 в виде расширенных зрачков сообщил также свидетель ФИО12, чьи показания были оглашены (т.2 л.д. 107-114, 125-127,т.3 л.д. 9-12).

В соответствии с протоколами осмотров места происшествия, протоколом осмотра автомобилей и оглашенным показаниям свидетелей ФИО13 и ФИО14, местом дорожно-транспортного происшествия явился участок автодороги, расположенный на ***. ДТП произошло с участием двух автомобилей «***», г.р.***, под управлением ФИО21 и автомобиля марки «***», г.р.***, под управлением водителя ФИО1 В ходе осмотра установлено, что оба автомобиля имеют повреждения передней части. Автомобиль «***» расположен на полосе движения в сторону ***. Перед этим автомобилем обнаружена россыпь обломков кузова автомобилей. Автомобиль «***» расположен на полосе движения по направлению в ***, передняя часть автомобиля направлена в сторону ***. Проезжая часть автодороги имеет уклон на спуск, покрыта асфальтом, дорожное покрытие сухое, наличие дефектов дороги не выявлено. Дорожное покрытие для двух направлений, имеется дорожная разметка: п. 1.1 – сплошная линия разметки, разделяющая траектории по направлению движения; п. 1.2 – край проезжей части, п. 1.5 – прерывистая линия белого цвета, которая обозначает границы полос движения, при наличии двух и более полос, предназначенных для движения в одном направлении. Следы торможения отсутствуют. Условия, ухудшающие видимость, отсутствуют (т. 1 л.д. 37-59, т.2 л.д. 58-69,73-75).

Согласно схеме дислокации дорожных знаков и проекту организации дорожного движения участка автодороги ***, на 06.09.2025 на вышеуказанном участке действовали требования дорожного знака 3.24 и горизонтальная дорожная разметка 1.1, трехполосное движение, две из которых по направлению в ***, одна в сторону *** (т. 1 л.д. 91-92).

В соответствии с сообщениями ФГБУ «Мурманское управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды», 06 сентября 2025 года с 02 часов 00 минут до 04 часов 00 минут наблюдалась переменная облачность, без осадков; метеорологическая дальность видимости была хорошая; имелся ветер незначительной силы, температура воздуха стойкого положительного значения (т. 1 л.д. 79, 94).

Согласно заключениям экспертов, ФИО21, при изложенных в приговоре обстоятельствах, должна была действовать в соответствии с требованиями п. 1.3, п. 1.4. п. 9.11 и п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, между тем, в действиях водителя ФИО21, в части выбора скорости для своего движения имелись несоответствия требованиям пункта 1.3 (в части требования дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости») и 10.1 (абзац 1) Правил дорожного движения, также действия ФИО21 не соответствовали требованиям п. 1.3 (в части касающейся выполнения требований дорожного знака 3.24 и горизонтальной дорожной разметки 1.1), п. 1.4 (в части касающейся расположения транспортного средства на проезжей части), п. 9.11 Правил дорожного движения Российской Федерации. Водитель ФИО1 не имел технической возможности избежать столкновение с автомобилем под управлением ФИО21 Предотвращение происшествия со стороны водителя ФИО21 зависело от выполнения действий, предусмотренных в соответствии с требованиями пп. 1.4., 9.1.1., 1.5. (абзац 1) и 1.3. (приложение 2, линия 1.1) Правил дорожного движения Российской Федерации. Так как при выполнении водителем ФИО21 действий в соответствии с требованиями указанных пунктов Правил столкновение автомобилей исключалось, то эти несоответствия, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием (т.1 л.д. 148-151, 163-167, 183-188).

В соответствии с картой вызова скорой медицинской помощи (т.2 л.д.103), оглашенными показаниям свидетеля ФИО10 (т.2 л.д. 111-114), заключениями экспертов (т.1 л.д. 104-108, 113-115, 120, 125-126), записью акта о смерти (т.1 л.д. 203) причиной смерти ФИО1 явилась ***. Между установленной у ФИО1 травмой и наступлением смерти имеется прямая причинная связь. Смерть ФИО1 наступила через десятки секунд - единичные минуты после получения травмы. Состояние опьянения у ФИО1 не установлено.

В соответствии с копией журнала регистрации отбора биологических объектов, в отношении ФИО21 06.09.2025 в 11 часов 45 минут осуществлялось исследование в ГОБУЗ «***» (т. 2 л.д. 147-150).

Согласно справкам, акту медицинского освидетельствования №743, показаниям специалиста ФИО15, оглашенным показаниям свидетеля ФИО16, показаниям в суде свидетеля ФИО17, 06.09.2025 начато проведение медицинского освидетельствования ФИО21 на состояние опьянения, установлено, что ФИО21 ***. При химико-токсикологическом исследовании в моче обнаружен ***. Таким образом, у ФИО21 установлено состояние опьянения (т. 1 л.д. 63-65, т. 2 л.д. 142-146).

В соответствии с актом медицинского освидетельствования от 31.10.2025, оглашенными показаниями специалиста ФИО18 и заключением экспертов, ФИО21 *** (т. 2 л.д. 137-141, 204-207, 218).

По сведениям ГОБУЗ «***» при *** (т. 2 л.д. 168).

Все приведенные выше доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства и являются допустимыми. Заключения всех экспертов суд признает обоснованными, поскольку они даны квалифицированными в своей области специалистами, суду понятны, сомнений не вызывают. Указанные выводы экспертов подтверждают факт нарушения подсудимой Правил дорожного движения, которые состоят в причинной связи с ДТП и последующей смертью ФИО1

Объективность и достоверность всех приведенных судом доказательств не вызывает сомнений, их совокупность достаточна для вывода о наличии события преступления, причастности подсудимой к нему и ее виновности.

Оценив и исследовав все приведенные доказательства, суд находит вину подсудимой доказанной и квалифицирует ее действия по п. «а» ч. 4 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем в состоянии опьянения, правил дорожного движения повлекшее по неосторожности смерть человека.

При квалификации содеянного суд исходил из того, что подсудимая в момент дорожно-транспортного происшествия являлся водителем, то есть являлся лицом, управляющим автомобилем. Подсудимая в силу п.1.3 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 была обязана знать и соблюдать относящиеся к ней требования Правил, знаков и разметки, а также в силу п. 10.1 Правил должна была вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения; скорость при этом должна была обеспечивать возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, была обязана в силу п. 1.5. Правил действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. Согласно п. 1.4. ПДД устанавливающему правостороннее движение транспортных средств, обязана была руководствоваться п. 9.1(1) ПДД запрещающим движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена разделительной полосой, разметкой 1.1, 1.3 или разметкой 1.11, прерывистая линия которой расположена слева.

В нарушение указанных пунктов Правил, подсудимая, как установлено и подтверждено совокупностью исследованных судом доказательств: заключением экспертов, показаний свидетелей и собственными показаниями, вела автомобиль со значительным превышением максимально разрешенной для указанного участка дороги скорости движения, выехала на полосу, предназначенную для встречного движения. Избранная с нарушением Правил скорость движения не обеспечившая возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, выезд на встречную полосу через сплошную разметку находятся в прямой связи с технической точки зрения с возникновением ДТП, что подтверждено выводами экспертов.

Оснований сомневаться в выводах экспертов о моменте возникновения для подсудимой опасности и наличии технической возможности предотвратить ДТП при соблюдении требований Правил, у суда не имеется, равно как и в достоверности данных, представленных на исследование.

В результате ДТП водителю автомобиля «***» причинены описанные телесные повреждения, которые состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью, что также подтверждено экспертами. Указанный комплекс телесных повреждений образовался одномоментно.

Таким образом, преступные последствия в виде смерти человека наступили в связи с действиями подсудимой, которые выразились в допущенных нарушениях правил дорожного движения, явившимися причиной дорожно-транспортного происшествия.

Вопреки первоначальным доводам ФИО21, суду представлены достоверные доказательства нахождения подсудимой в момент ДТП в состоянии наркотического опьянения.

Так, из показаний свидетелей, присутствовавших на месте ДТП, следует, что у ФИО21 имелись следующие признаки наркотического опьянения: поведение не соответствующее обстановке (свидетели ФИО5, ФИО6, ФИО4 и др.), расширенные зрачки (свидетели ФИО12, ФИО8). Ввиду неадекватного поведения подсудимой на месте ДТП и отрицательного результата освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с использованием технического средства измерения, ФИО21 была направлена на медицинское освидетельствование на состояние опьянения в сопровождении сотрудника полиции. В соответствии с оглашенными показаниями свидетеля ФИО16 отбор биоматериала у подсудимой происходил в присутствии медицинского работника, в новый контейнер, распечатанный при ФИО21, после отбора материала контейнер был опечатан и снабжен указанием о времени забора мочи сведениями о лице, у которого произведен забор биоматериала. Указанные сведения согласуются с записями в журнале регистрации ФИО22, показаниями специалиста ФИО15 в суде и актом освидетельствования. Доступ посторонних лиц к контейнерам был исключен, исследование производилось через непродолжительный период времени с использованием специального аппарата. Специалисты ФИО15, ФИО18 и свидетели ФИО16 и ФИО17 исключили возможность подмены биоматериала ФИО21 с 06.09.2025 по 08.09.2025. Указанное свидетельствует о том, что исследуемый биоматериал происходил от подсудимой, а не иного лица. Анализатор биоматериала на момент исследования был исправен, прошел проверку, что свидетельствует о правильности процесса установления наличия наркотического средства в моче подсудимой. Специалист ФИО15 также указал на наличие ряда признаков наркотического опьянения у ФИО21 (нарушение настроения, горизонтальный нистагм, повышение давления при низком пульсе, нарушение походки) которые в совокупности дают основания утверждать, что ФИО21 находилась в состоянии опьянения, при этом клиническая картина неврологической и психической симптоматики, указанная в карте вызова скорой медицинской помощи, соотносится с полученной подсудимой в момент ДТП травмой, но не влечет за собой установленных им при освидетельствовании признаков опьянения. Кроме того, суд учитывает наличие у ФИО21 диагноза наркологического расстройства, учитывает показания специалиста ФИО18 и свидетеля ФИО16 о попытках подсудимой 31.10.2025 фактически уклониться от освидетельствования на которое она сама прибыла, попытках ввести в заблуждение специалиста, что свидетельствует о периоде активной наркотической зависимости. Судом учитывается ***. Все приведенные доказательства взаимно дополняют друг друга и однозначно подтверждают факт употребления наркотиков и нахождения подсудимой в состоянии наркотического опьянения в момент ДТП. Суд учитывает непоследовательные и противоречивые показания подсудимой относительно причин установления у нее состояния опьянения, относительно мотивов оговора ее всеми свидетелями, с которыми она ранее знакома не была, личных неприязненных отношений не имела, и расценивает первоначальные показания подсудимой о том, что она не употребляла наркотические средства перед поездкой и не находилась в момент ДТП в состоянии опьянения, как недостоверные, данные в целью уйти от установленной законом ответственности за содеянное.

При назначении наказания суд принимает во внимание характер и степень общественной опасности содеянного подсудимой, ее личность, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначаемого наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи.

Совокупностью изложенных в приговоре доказательств ФИО21 изобличается в совершении тяжкого преступления, поскольку за преступление по неосторожности предусмотрено наказание свыше 10 лет лишения свободы. ФИО21 не судима, ***, на учете врача психиатра не состоит, ***, характеризуется по месту жительства удовлетворительно, по месту осуществления *** положительно, осуществляет благотворительную деятельность, оказывает помощь ***.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов ФИО21 с 2004 года и в настоящее время *** подэкспертной не достигают степени психоза и слабоумия и не лишали ее способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, руководить ими. В применении к ней принудительных мер медицинского характера ФИО21 не нуждается, но нуждается в лечении от наркомании и медико-социальной реабилитации (т. 2 л.д. 204-207).

С учетом данного заключения экспертов и адекватного поведения подсудимой в судебном заседании, суд признает ФИО21 вменяемой и подлежащей уголовной ответственности за содеянное.

В качестве смягчающих подсудимой наказание обстоятельств суд признает: ***, признание вины и раскаяние, частичное возмещение морального вреда потерпевшей ФИО2, принесение извинений потерпевшим и должностным лицам государственных органов МВД и прокуратуры РФ.

Эти обстоятельства не являются исключительными, связанными с целями и мотивами совершенного преступления, ролью подсудимой, ее поведением во время и после совершения преступления, и другими обстоятельствами, существенно уменьшающими степень общественной опасности преступления, в связи с чем, оснований для применения ст. 64 УК РФ не имеется.

Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

Исходя из фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности, личности подсудимой оснований для постановления приговора без назначения наказания, освобождения от наказания, либо изменения категории преступления на менее тяжкую, не имеется, равно как и нет законных оснований для прекращения уголовного дела.

Принимая во внимание, конкретные обстоятельства совершенного преступления, грубое нарушение подсудимой Правил дорожного движения, принимая во внимание личность подсудимой, суд назначает наказание в виде лишения свободы без применения ст. 73 УК РФ с дополнительным наказанием, что будет являться справедливым и соразмерным содеянному. Ввиду совершения преступления по неосторожности, основной вид наказания в силу п. «а» ч.1 ст. 58 УК РФ подсудимой надлежит отбывать в колонии-поселении.

С учетом указанных выше обстоятельств, степени общественной опасности преступления, с учетом личности подсудимой, судом не установлено оснований для предоставления подсудимой отсрочки отбывания наказания в виде лишения свободы до достижения ***.

При разрешении вопроса по заявленным гражданским искам, суд исходил из того, что в соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. Под физическими страданиями понимается заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (переживания в связи с утратой родственника). При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ), в связи с этим сумма компенсации морального вреда, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО2, суд учитывает, что она с 2006 года являлась супругой умершего ФИО1, с которым вела совместное хозяйство, между ними существовали близкие, семейные отношения, характеризующиеся заботой по отношению к друг другу. Истец вправе была и в дальнейшем рассчитывать на поддержку супруга. Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного сестре погибшего ФИО3, суд учитывает, что ФИО1 был ее старшим братом, разница в возрасте была незначительная, смерть брата стала для истца потрясением, принимая во внимание характер родственных связей с ФИО1 (как следует из протокола допроса взаимоотношения были хорошими, общение было доверительным), в то же время учитывает, что они длительное время проживали раздельно, у каждого была своя жизнь. При таких обстоятельствах, исходя из требований соразмерности, справедливости, соблюдения баланса интересов сторон и с учетом степени вины ответчика, принимая во внимание фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, исходя из характера и глубины перенесенных истцами страданий, суд считает, что денежная компенсация ФИО2 в размере 1 100 000 рублей (с учетом ранее произведенного подсудимой частичного возмещения), а ФИО3 денежная компенсация в размере 600 000 рублей, является соразмерной характеру и тяжести причиненного истцам морального вреда.

Судьба вещественных доказательств определяется судом по правилам ч.3 ст. 81 УПК РФ, учитывая при этом следующее. Автомобиль «***» («***»), государственный регистрационный *** является совместно нажитым имуществом, потерпевшая ФИО2 вступила в наследство ФИО1, выразила намерение распорядится указанным автомобилем, ходатайствовала о передаче автомобиля ей, в связи с чем, указанный автомобиль передается ФИО2

Автомобиль «***» («***»), государственный регистрационный *** в соответствии с п.1 ч.3 ст. 81 УПК РФ и п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, поскольку он принадлежит подсудимой, что подтверждено документально, подлежит конфискации.

Процессуальные издержки, связанные с оплатой труда назначенного защитника ФИО19, суд относит на счет федерального бюджета, поскольку подсудимая отказалась от помощи защитника, отказ не был связан с материальным положением, но данный отказ не был принят следователем, и защитник был назначен ФИО21

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО21 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 4 ст. 264 УК РФ и назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком 6 лет с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев.

К месту отбывания основного вида наказания осужденной следовать самостоятельно, в соответствии с предписанием, выданным УФСИН России по Мурманской области, в соответствии со ст. 75.1 УИК РФ, с зачетом времени следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием из расчета один день следования за один день лишения свободы.

Срок основного вида наказания исчислять со дня прибытия к месту отбытия наказания.

Дополнительное наказание исполнять самостоятельно.

Меру пресечения осужденной в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении по вступлению приговора в законную силу отменить.

Гражданские иски удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО21 в пользу ФИО2 1 100 000 (один миллион сто тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО21 в пользу ФИО3 600 000 (шестьсот тысяч рублей).

Вещественные доказательства по вступлении приговора в законную силу:

- автомобиль «***» («***»), государственный регистрационный *** - передать потерпевшей ФИО2,

- ***.

Процессуальные издержки в виде оплаты труда адвоката Беляевой Е.Н. отнести на счет федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Североморский районный суд Мурманской области в течение 15 суток со дня постановления.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденная имеет право ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции и пригласить защитника для участия в рассмотрении апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции, а также в этот же срок имеет право ходатайствовать об участии в суде апелляционной инстанции в случае поступления апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающей ее интересы.

Председательствующий И.Б. Бойко