РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 февраля 2019 года г. Самара

Октябрьский районный суд г. Самары в составе

председательствующего судьи Шельпук О.С.,

при секретаре Шнигуровой Д.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №... по иску АО «РТК» к ФИО1 о возмещении ущерба

УСТАНОВИЛ:

АО «РТК» обратилось в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что ФИО1 принят на работу в АО «РТК» на должность помощника по трудовому договору от 18.04.2017. Тогда же с ответчиком заключен договор об индивидуальной материальной ответственности, поскольку ответчик непосредственно обслуживал и использовал денежные, товарные ценности и имущество истца. 15.05.2017 ответчик переведен на должность специалиста офиса продаж региона. 17.01.2018 трудовой договор с ответчиком расторгнут. 18.12.2017 в результате инвентаризации товарно-материальных ценностей выявлена недостача ТМЦ на сумму *** руб. С коллективом офиса, в котором работал ответчик, был заключен договор о полной коллективной (бригадной) ответственности, ответчик является членом коллектива. С целью установления размера причиненного ущерба истцом была создана комиссия, по результатам служебной проверки составлено заключение, согласно которому размер ущерба составил *** руб. Материальная ответственность возложена на виновных в образовании недостачи материально-ответственных лиц. Сумма ущерба, подлежащая возмещению ответчиком, составила *** руб. Просит взыскать с ответчика сумму причиненного ущерба, расходы по уплате государственной пошлины в размере 4781,73 руб.

В судебное заседание представитель истца не явился, извещался надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

Ответчик в судебном заседании исковые требования не признал, указав, что утрата товаров произошла вследствие хищения телефонов неустановленными лицами, себя виновным в причинении ущерба не признал. Указал, что в офисе работал он, ИЕС, их руководитель КВС, БИА, который на момент хищения находился в отпуске. Относительно того, числился ли в штате организации сотрудник ШМЮ, сведениями на располагает. КВС ушел с работы раньше, и в офисе остался он и ИЕС По каким причинам КВС ушел раньше, не знает, график дежурств он не помнит, но после случившегося его сразу известили. Указал, что инвентаризация проводилась КВС, какая-либо комиссия не приезжала. Сам он (ответчик) приносил телефоны и их сканировали через кассу, сам он в состав комиссии не включался. С размером причиненного ущерба не согласен. Полагал также, что работодателем не были обеспечены надлежащие условия труда, поскольку постоянно не хватало работников, в конце года работали по несколько дней подряд, ключи для всех шкафов были одинаковые, быстро разряжались и их необходимо было постоянно оставлять на зарядке, расположенной в зоне ресепшен.

Третьи лица КВС, ИЕС, ФИО2, ШМЮ в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом.

Выслушав пояснения ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Установлено, что ФИО1 принят на работу в АО «РТК» 18.04.2017 на должность помощника на основании заключенного трудового договора и приказа о приеме на работу.

15.05.2017 переведен на должность специалиста региона отдела продаж в г. Самара. 

14.12.2017 ФИО1 присоединился к договору о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности.

Согласно указанному договору коллектив принимает на себя коллективную (бригадную) ответственность за необеспечение сохранности имущества, вверенного ему для хранения, реализации, транспортировки, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, а работодатель обязуется создать коллективу (бригаде) условия, необходимые для надлежащего исполнения принятых обязательств по настоящему договору. 

Установлено, что 16.12.2017 около 20.15 часов из офиса продаж, в котором осуществлял трудовую деятельность ответчик, неустановленными лицами похищено 7 сотовых телефонов.

По результатам служебной проверки, проведенной по факту хищения сотовых телефонов, работодатель пришел к выводу о наличии вины работников офиса продаж ИЕС и ФИО1

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника» определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Согласно части 1 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно части 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим Кодексом (часть 3 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Из приведенных правовых норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Суд приходит к выводу, что истцом доказана правомерность заключения договора о полной (коллективной) материальной ответственности с ответчиком, поскольку его должность, связанная с непосредственным обслуживанием товарно-материальных ценностей, вверенных ему работодателем, включена в перечень должностей, с которыми может быть заключен договор о полной коллективной (бригадной) ответственности, утвержденный Постановлением Минтруда РФ от 31.12.2002 № 85.

Суду представлена должностная инструкция специалиста офиса отдела продаж, утвержденная АО «РТК» 12.05.2015, из которой следует, что специалист офиса отдела продаж руководствуется и использует на практике инструкции и иные распорядительные документы для сотрудников отдела продаж; несет полную материальную ответственность за материальные ценности; несет ответственность за совершение противоправных действий, влекущих причинение имущественного вреда работодателю.

Ознакомление с данной инструкцией ФИО1 не оспаривалось. 

При этом в служебной записке, представленной суду не заверенной, прошитой с измененным порядком страниц, без сертификата ЭЦП следует, что работники отдела продаж обязаны соблюдать правил эксплуатации ТСО (расшифровка аббревиатуры отсутствует), витрины и тумбы под витринами необходимо всегда запирать на ключ. Ключи от витрины необходимо хранить в местах, исключающих доступ посторонних лиц. 

Между тем, инструкция, подтверждающей ознакомление с ней ФИО1, предусматривающей данную обязанность, суду не представлена. ФИО1 в ходе судебного заседания не отрицал, что оставил электронный ключ, который подходит ко всем витринам, на стойке продавцов (ресепшен), поскольку только в данном месте имелось заряжающее устройство к данным ключам. Стойка огорожена от посетителей и у него не было сомнений, что кто-либо посторонний в присутствии другого специалиста отдела продаж может получить доступ к данной стойке.

Истцом сведений о том, что ключи запрещено оставлять в торговой зоне в случае, если в зале остается кто-либо из работников офиса, и что работник знал об этом, суду не представлено. 

В подтверждение суммы причиненного ущерба работодателем представлена инвентаризационная опись товарно-материальных ценностей от 18.12.2017, из которой следует, что она проводилась на основании приказа, постановления, распоряжения от 28.01.2016 №РТК-01/0128-П. Из данной описи следует, что итого по описи выявлено 7 единиц, 0 из которых имеются фактически на сумму фактически 0 рублей. Опись подписана председателем комиссии КВС, подписи членов комиссии отсутствуют, имеются подписи лиц, ответственных за сохранность товарно-материальных ценностей – КВС (он же председатель комиссии), а также специалистов ФИО1 и ИЕС Графа о проверке указанных в описи данных и расчетов не заполнена. Представлена сличительная ведомость, подписанная теми же лицами, в которой указано семь наименований телефонов на общую сумму *** руб.

При этом из пояснений ответчика следует, что инвентаризация проводилась в отношении всего товара, оставшегося в офисе продаж, он сам сканировал товар, то есть фактически являлся членом комиссии по инвентаризации.

Порядок проведения инвентаризации утвержден Приказом Министерства финансов РФ от 13.06.1995 №49.

Согласно методическим указаниям, утвержденных данным приказом, инвентаризации подлежит все имущество организации. Основными целями инвентаризации являются выявление фактического наличия имущества; сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета; проверка полноты отражения в учете обязательств. Проведение инвентаризации обязательно в том числе при установлении фактов хищений. Для проведения инвентаризации в организации создается постоянно действующая инвентаризационная комиссия. Персональный состав постоянно действующих инвентаризационных комиссий утверждает руководитель организации. В состав инвентаризационной комиссии включаются представители администрации организации, работники бухгалтерской службы, другие специалисты. 

Отсутствие хотя бы одного члена комиссии при проведении инвентаризации служит основанием для признания результатов инвентаризации недействительными. 

До начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств. Председатель инвентаризационной комиссии визирует все приходные и расходные документы, приложенные к реестрам (отчетам) с указанием «до инвентаризации», что должно служить бухгалтерии основанием для определения остатков имущества к началу инвентаризации по учетным данным. Сведения о фактическом наличии имущества и реальности учтенных финансовых обязательств записываются в инвентаризационные описи или акты инвентаризации. На последней странице описи должна быть сделана отметка о проверке цен за подписями лиц, проводивших проверку. 

Описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материальной ответственные лица. 

Товарно-материальные ценности заносятся в опись по каждому отдельному наименованию с указанием вида, группы, количества и других необходимых данных. Комиссия в присутствии заведующего складом (кладовой) и других материально-ответственных лиц проверяет фактическое наличие товарно-материальных ценностей путем обязательного их пересчета. 

В случае выявления отклонений от учетных данных составляются сличительные ведомости, в которых отражаются результаты инвентаризации, то есть расхождение между показателями по данным бухгалтерского учета и данными инвентаризационных описей. Суммы излишков и недостач товарно-материальных ценностей в сличительных ведомостях указываются в соответствии с их оценкой в бухгалтерском учете. 

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Согласно ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.

Представленная истцом инвентаризационная опись не соответствует требованиям методических рекомендаций, поскольку не подписана членами инвентаризационной комиссии, подписана в качестве председателя инвентаризационной комиссии материально ответственным лицом КВС, в одном лице, что свидетельствует об отсутствии всех остальных членов инвентаризационной комиссии, в связи с чем данная опись, равно как и сличительная ведомость к ней, не может быть признана допустимым доказательством. Также не заполнена графа о проверке правильности составления описи уполномоченным должностным лицом.

При этом ответчик указывал, что действительно, при проведении инвентаризации какая-либо комиссия не приезжала, напротив, сами материально-ответственные лица сканировали товар, КВС заносил сведения в ведомость, после чего ФИО1 и ИЕС расписались в описи в графе «ознакомлен».

Приказ о создании инвентаризационной комиссии, ее составе, представлен не был.

Суд учитывает, что нарушение порядка проведения инвентаризации не может являться безусловным основанием для установления факта недоказанности размера причиненного работодателю прямого действительного ущерба, в связи с чем судом предлагалось истцу представить дополнительные доказательства в обоснование размера причиненного ущерба.

Истцом представлена справка по ущербу, подписанная исполнителем МГА без указания ее должности, не заверенная печатью организации, из которой следует, что сумма ущерба по закупочным ценам (без НДС) составила *** руб., сумма ущерба по закупочным ценам (с НДС) – *** руб. При сравнении данных, указанных в описи и представленной справке имеются противоречия. Так, согласно данным описи сумма недостачи телефона *** инвентаризационный номер №... составила *** руб., в то время как его закупочная цена по справке составляет *** руб. без НДС и *** руб. с НДС. Также имеются противоречия по общей сумме ущерба, указанной в представленной справке и инвентаризации.

Данные противоречия не устранены истцом в ходе судебного разбирательства, дополнительные доказательства, обосновывающие реальный размер причиненного ущерба, суду не представлены. 

Сведений о том, что справка представлена работником бухгалтерии на основании сверки данных бухгалтерского учета с первичной финансовой документацией также не имеется. 

Учитывая, что представленная инвентаризационная опись составлена с нарушениями требований по ее проведению, в связи с ее результаты не могут считаться действительными в силу прямого указания методических рекомендаций, а справка по сумме ущерба не содержит указания на сверку данных с документами первичной отчетности, подтверждающих реальные расходы работодателя по приобретению похищенных товаров суду не представлено, суд не может признать доказанной сумму причиненного ущерба.

Кроме того, суд учитывает, что согласно п. 16 договора о полной коллективной (бригадной) ответственности, в случае причинения ущерба работодателю, члены коллектива (бригады) возмещают причиненный ущерб пропорционально должностному окладу (тарифной ставке) и отработанному времени за период образования ущерба (в общем случае, период от последней полной инвентаризации до первого по времени события: дня обнаружения ущерба либо последнего дня работы в случае увольнения/перехода сотрудника), если иное не установлено работодателем в приказе о привлечении коллектива бригады к материальной ответственности. 

По результатам служебной проверки истцом сделан вывод о наличии вины в причинении ущерба двух работников – ИЕС и ФИО1 Между тем, не представлено сведений, подтверждающих правильность распределения между ними ответственности на основании п. 16 договора.

Судом предлагалось истцу представить доказательства того, что иные члены коллектива (бригады) в день хищения телефонов не находились на рабочем месте по уважительным причинам (табель учета рабочего времени, графики сменности), однако данные сведения представлены не были. При этом из договора о полной коллективной (бригадной) ответственности следует, что членами бригады являлись не только ФИО1 и ИЕС, но также и КВС, БИА, ШМЮ, выбывший после указанных событий, а именно 17.12.2017. 

Не представлено истцом и сведений об отработанном времени сотрудниками, признанными работодателем виновными в причинении ущерба, для проверки правильности распределения ответственности за причиненный ущерб в равных долях между сотрудниками офиса ИЕС и ФИО1, в том числе обоснованности исключения вины иных сотрудников в причинении ущерба.

Представленная служебная записка, послужившая основанием для разрешения вопроса о взыскании суммы ущерба с работников, равно как и определяющая размер ущерба, не подписана, оформлена с нарушением порядка расположения страниц, не представлено доказательств ее подписания электронно-цифровой подписью уполномоченного лица, сертификат ЭЦП не представлен, отсутствует приказ о создании комиссии для проведения служебной проверки.

При этом суд учитывает, что с размером ущерба ответчик согласен не был; объяснения заполнялись им на бланке, на котором был указан иной размер ущерба, нежели определенный в служебной записке. В судебном заседании ответчик не признал и заявленный размер ущерба, возражая против правильности его определения.

Суд приходит к выводу, что допущенные при определении размера причиненного ущерба нарушения со стороны работодателя, отсутствие доказательств правильности распределения вины между работниками – участниками договора о полной коллективной (бригадной) ответственности, исходя из безусловной обязанности работодателя доказать данные обстоятельства, на что истцу указывалось судом, не позволяют определить размер прямого действительного ущерба.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований АО «РТК» отказать.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Октябрьский районный суд г. Самара в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме, дата изготовления которого 11.02.2019.

Судья О.С. Шельпук