66RS0024-01-2019-001508-73

Дело № 1 –212/2019

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

город Верхняя Пышма 11 сентября 2019 года

Верхнепышминский городской суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи Удинцевой Н.П.,

при секретарях Холкиной Н.А., Зотовой С.А.,

с участием государственного обвинителя – Милютиной Н.В., Масунова Д.О.,

защитника – адвоката Макаровой О.М., 

подсудимого ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, 

<

данные изъяты>, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.160 Уголовного кодекса Российской Федерации, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного ему, с причинением значительного ущерба гражданину. 

Преступление совершено им 23.01.2019 года в г.Верхняя Пышма Свердловской области при следующих обстоятельствах.

В августе 2017 года З, действуя на основании выданной доверенности от 17.02.2017, в интересах З, по устной договоренности передал в аренду ФИО1 для временного проживания квартиру, принадлежащую на праве собственности З, расположенную по адресу: 

<

адрес>48, а также передал во временное пользование ФИО1 имущество, находящееся в указанной квартире и принадлежащее З 

23.01.2019 у ФИО1, находящегося по месту временного проживания, в 

<

адрес> в 

<

адрес>, из корыстных побуждений, с целью незаконного извлечения для себя материальной выгоды, возник преступный умысел, направленный на присвоение, вверенного ему чужого имущества, принадлежащего З, находящегося в квартире по вышеуказанному адресу.

С целью реализации своего преступного умысла, 23.01.2019, около 19 часов 00 минут, ФИО1, действуя умышленно, осознавая противоправный характер своих действий, совместно с К, не осведомленным о его преступных намерениях, незаконно вынес из 

<

адрес> в 

<

адрес> имущество, принадлежащее З, а именно:

мультиварку «Polaris», стоимостью 5 000 рублей, 

двухкомфорочную электрическую плиту, стоимостью 1 000 рублей,

подставку для ноутбука, стоимостью 800 рублей, 

колонки «Philips», стоимостью 1 500 рублей, 

надувной матрас «Intex» в комплекте с ручным насосом «Intex», общей стоимостью 1 500 рублей, 

2 шторы, общей стоимостью 5 000 рублей, 

весы напольные «Polaris», стоимостью 1 000 рублей, 

плюшевое покрывало, стоимостью 8 000 рублей, 

чайник стальной, стоимостью 1 500 рублей, 

2 табурета, общей стоимостью 400 рублей, 

ковер круглой формы, стоимостью 1 000 рублей, 

а всего имущества, общей стоимостью 26700 рублей. После чего вышеуказанное имущество ФИО1 незаконно перевез по адресу 

<

адрес>, то есть похитил вверенное ему имущество. 

В результате умышленных, преступных действий ФИО1, выразившихся в присвоении вверенного ему имущества, потерпевшей З причинен значительный материальный ущерб в сумме 26700 рублей.

Подсудимый ФИО1 вину в предъявленном обвинении признал. В то же время по обстоятельствам дела сообщил, что летом 2017 года по объявлению, размещенному на сайте «Авито», по вопросу аренды 

<

адрес> в 

<

адрес> списался с З, который представился собственником указанной квартиры, договорился с ним о встрече. 23.07.2017 года он с супругой приехали к указанному дому. З сообщил, что приехать не сможет, направил своего приятеля Н, с которым они решали вопрос по аренде. С Н они пришли в указанную однокомнатную квартиру, которую они с супругой осмотрели и решили заключить договор аренды. Арендная плата со слов З составляла 10 000 рублей ежемесячно без квартплаты. В квартире была мебель, телевизор, под кроватью большой квадратный ковер, круглый ковер и придверный коврик резиновый, шторы, мультиварка, чайник, надувной матрас с насосом, 2 табурета с круглым сиденьем и один с квадратным. На кровати было покрывало. Никакой посуды не было, кроме 2 кружек. На кухне не было кухонного гарнитура. При них Н созвонился с З, сообщил об их согласии арендовать квартиру. По просьбе З Н стал забирать вещи, которые ему перечислял З. Н забрал одежду из шкафов, постельное бельё, инструменты, «керхер». Когда Н взял в руки плитку электрическую, оттуда выпала комфорка, и он вынес её, выбросил в мусорный бак. Н передал ему ключи от квартиры, что-то фотографировал в квартире. Он, в свою очередь, передал Н 10 000 рублей в счет оплаты квартиры за месяц. Кроме того, они с Н составили акт передачи квартиры, где указали все находящиеся в квартире вещи, который он подписал и Н его оставил себе. С З договорились заключить договор аренды позже. Вселились они с Ч в указанную квартиру неделю спустя. В период их проживания в квартире, мультиварка хранилась в пакете на балконе, там же хранился и чайник. Через какое-то время проживания З сообщил о том, что они должны платить квартплату, на что они согласились. В ноябре 2018 года к ним приехал З и сообщил о том, что собирается продать квартиру, при этом заходил в квартиру, претензий по имуществу никаких не предъявлял. 21.01.2019 года в квартиру пришла риелтор с потенциальным покупателем и сообщила о том, что сделка по продаже квартиры назначена на 25.01.2019 года. Кроме того, от покупателя они узнали о том, что З продаёт квартиру с мебелью и вещами. Покупатель сообщила о том, что ей никакая мебель и вещи не нужны. 22.01.2019 он по объявлению снял квартиру в г.Среднеуральске и супруга сразу уехала туда. 23.01.2019 года он стал собирать вещи, что-то успел уложить в коробки. Попросил своего знакомого К помочь с переездом, заказал Газель. Поскольку оплата грузовой Газели повременная, они с К быстро погрузили вещи и перевезли на Газели в новую квартиру. В этот же вечер вещи не разбирали, ключи он отвез риелтору. 24.01.2019 года, около 13:00 часов ему позвонил З и сообщил о том, что он (ФИО1) вывез у него из квартиры часть вещей: мультиварку, круглый ковер, шторы. Посмотрев среди вещей, действительно обнаружил принадлежащие З вещи, о чем сразу сообщил З и предложил их вернуть. Однако тот сообщил, что вещи ему не нужны, ему нужны деньги, требовал перевести ему за вещи 30 000 рублей, пригрозил полицией. Испугавшись, он сообщил З, чтобы тот оставил себе залоговые деньги за квартиру 10 000 рублей, которые должен был вернуть им и перечислил З на карту 8360 рублей. Он хотел встретиться с З, в связи с чем с вещами: мультиваркой, ковром, шторами приезжал к 

<

адрес>, однако никого дома не было. Полагает, что изъятые у него дома вещи потерпевшей взял по ошибке, поскольку шторы были постираны, лежали на сушилке, ковры были скручены, чтобы не мешали под ногами. Матрас с насосом лежал в коробке среди других коробок, мультиварка с чайником были в пакетах с посудой на балконе. Отрицал наличие в квартире потерпевшей подставки для ноутбука, колонок, весов напольных, покрывала, посуды, овального ковра. 

В связи с наличием существенных противоречий в показаниях, по ходатайству государственного обвинителя, судом оглашен протокол допроса ФИО1 (л.д.162-166 т.1). В ходе следствия подсудимый давал показания о том, что 23.01.2019 он с супругой съехали из квартиры З. При этом вещи для переезда собирал он. Когда он собирал вещи, то намеренно забрал вещи, принадлежащие З, а именно: мультиварку «поларис», матрас надувной «интекс» с насосом, коврик напольный, коврик резиновый, шторы бежевого цвета – 2 шт., чайник из нержавеющей стали. Когда собирал вещи, понимал, что указанные вещи ему не принадлежат, однако решил их присвоить и забрать с собой в другую квартиру. Вещи планировал оставить себе. 24.01.2019 ему позвонил З, спросил про вещи и он подтвердил, что вещи у него (ФИО1), затем перестал брать трубку. Возвращать вещи З не собирался. 

В судебном заседании подсудимый не подтвердил правильность оглашенных показаний в части наличия у него умысла на хищение имущества З. Указал на психологическое давление со стороны следователя.

Судом был исследован протокол явки с повинной ФИО1 (л.д.4 т.1), где подсудимый подтвердил, что перевез часть вещей, принадлежащих З в новую квартиру. Вещи не вернул, так как хотел оставить себе.

Подтвердил написание им явки с повинной. Указал на психологическое давление со стороны оперативных сотрудников, под диктовку которых и писал. 

В последующем судебном заседании подсудимый признал себя виновным, сообщив, что действительно взял из квартиры вещи, принадлежащие З: мультиварку, надувной матрас с насосом, шторы, весы, плюшевое покрывало, чайник, круглый ковер и придверный коврик, колонки «Филипс». Табуреты остались в квартире З, подставки для ноутбука, овального ковра и посуды в квартире не было. Электрическую плитку при них выбросил Н. В тоже время указал, что мультиварку взял случайно. 

Потерпевшая З в судебном заседании дала показания о том, что в 2015 году ею была приобретена однокомнатная 

<

адрес> в 

<

адрес>, в которой до 2016 года проживал её сын З Сама она живет в 

<

адрес>. Все вещи, которые находились в квартире принадлежали ей, их она направляла из Чистополя, когда переезжал сын. В 2017 году по договоренности с ней, сын сдал указанную квартиру с находящимися в ней вещами, мебелью молодой паре, с её согласия он решал вопросы по аренде. Со слов сына знает, что забрал он оттуда только личные вещи. В 2018 году они с сыном выставили квартиру на продажу. 24 или 25.01.2019 она с сыном приехали в г.Верхняя Пышма. Накануне жильцы сообщили, что съехали из квартиры. Приехав в квартиру, они с сыном обнаружили пропажу вещей из квартиры, была только мебель. Пропали ковры, шторы, вся посуда, чайник, мультиварка. Остался один квадратный ковер под кроватью. Для сына это было неожиданностью. З ей сообщил, что когда приезжал в ноябре 2018 года все вещи были на месте. Точный перечень пропавших вещей и их стоимость указывала в ходе допроса следователю. 

В связи с наличием существенных противоречий в показаниях потерпевшей, судом оглашен протокол допроса З (л.д.60-62 т.1). В ходе допроса потерпевшая дала показания о том, что из квартиры пропали принадлежащие ей вещи: мультиварка «Поларис» - 5000 рублей, плитка электрическая – 1000 рублей, подставка для ноутбука – 800 рублей, колонки от ноутбука «Филипс» – 1500 рублей, надувной матрас с насосом – 1500 рублей, 2 шторы – 5000 рублей, весы напольные «Поларис» - 1000 рублей, покрывало – 8000 рублей, чайник – 1500 рублей, 3 сковороды «Тефаль» - 2500 рублей, 6 кружек – 200 рублей, 6 стаканов – 300 рублей, 3 катрюли – 1000 рублей, 2 табурета «Икеа» - 400 рублей, 2 табурета – 400 рублей, Керхер.

В связи с наличием существенных противоречий в показаниях потерпевшей, судом оглашен протокол дополнительного допроса З (л.д.63-64 т.1). В ходе допроса потерпевшая исключила из перечня похищенного имущества Керхер, пояснив, что его забрал Н. Кроме того, указала на пропажу из квартиры ковров: придверного коврика, не представляющего материальной ценности, круглого бежевого ковра с кистями – 1000 рублей, овального ковра белого цвета – 2500 рублей. 

В судебном заседании З подтвердила правильность оглашенных показаний. Пояснила, что причиненный ей ущерб в сумме 33600 рублей является для нее значительным, поскольку является пенсионером. 

Свидетель З в судебном заседании дал показания о том, что в период до 2016 года проживал в принадлежащей его матери 

<

адрес> в 

<

адрес>. Затем совсем уехал в г.Чистополь, ключи от квартиры оставил своему другу Н. Все вещи, мебель остались в квартире. Позже разместил объявление о сдаче указанной квартиры. Примерно в июле 2016 года с ним связалась Ч, с которой договорились о встрече. При этом он договорился с Н о том, что тот покажет новым жильцам квартиру. Н встретился и показал Ч квартиру, в ходе этой встречи позвонил ему и сообщил о том, что Ч согласились на аренду. По договоренности с ФИО1, тот передал в залог 10 000 рублей Н, которые Н перечислил ему на карту. Кроме этого, Н и Ч составили акт передачи, в котором указали все вещи, находящиеся в квартире, фото акта Н ему направил. Кроме того, Н тут же при Ч сфотографировал вещи, оставшиеся в квартире, фотографии направил ему по телефону. По его указанию, Н забрал из квартиры его одежду, постельное белье, Керхер. Н сразу передал Ч ключи от квартиры. В январе 2019 года они с мамой приехали на сделку по продаже указанной квартиры, о которой он еще в ноябре 2018 года сообщил Ч. Когда приехали в квартиру, выяснили, что Ч съехали, при этом обнаружили пропажу вещей из квартиры: ковров, мультиварки, посуды, чайника, элктроплитки, штор. Он сразу же пытался созвониться с Ч, трубку никто не брал. Затем позвонил в полицию. Через какое-то время ему позвонил сам ФИО1, который после его претензий не отрицал, что забрал вещи. Он ему предложил возместить стоимость вещей в сумме 30 000 рублей и он не будет писать заявление. На что он просто посмеялся. Мама написала заявление в полицию, поскольку вещи все принадлежали ей. Вечером от ФИО1 на его карту были перечислены 8360 рублей, которые он расценил как уплата долга по квартплате, о погашении которой договаривались с Ч еще до приезда. 

Свидетель Н в судебном заседании дал показания о том, что с З ранее работал. В 2016 году З уехал на постоянное место жительство в Татарстан и ему оставил ключи от своей квартиры в г.Верхняя Пышма, собственником которой была его мама. З ему сообщил о своем намерении сдавать указанную квартиру и попросил показывать её потенциальным арендаторам, на что он согласился. В июле 2016 года ему позвонил З и попросил показать квартиру Ч. 23.07.2016 он встретился с супругами Ч, поднялся с ними в квартиру, показал её. В квартире после отъезда З остались все вещи, мебель, посуда, в ней никто не жил. Ч осмотрели квартиру и согласились на аренду. Он тут же позвонил З, сообщил о решении Ч, сообщил перечень вещей, находящихся в квартире. По просьбе З собрал его одежду, документы, Керхер, постельное белье. В последующем вещи отвез в гараж З. Кроме того, с Ч они составили акт с указанием перечня вещей, оставшихся в квартире, который он в последующем направил вместе с документами З. Тут же сфотографировал обстановку в квартире, вещи оставшиеся и фото направил ФИО16. Ч передали ему 10 000 рублей, которые он перечислил З Он передал ключи Ч и ушел, больше в указанную квартиру он не приходил. Позже со слов З знает, что квартиросъемщики съехали и забрали его вещи, в связи с чем он обратился в полицию. Кроме того, пояснил, что когда уходил из квартиры электрическая плитка осталась в квартире, он её не выбрасывал. Из вещей, которые остались в квартире помнит, мультиварку, 2-3 табурета, посуду, чайник, 

В связи с наличием существенных противоречий в показаниях, судом оглашен протокол допроса свидетеля Н (л.д. 113-115 т.1). В ходе следствия свидетель дал показания о том, что встречался с Ч и показывал квартиру по просьбе З 23.07.2017 года. После его ухода в квартире остались вещи: плитка электрическая, покрывало, подставка для ноутбука, 2 колонки для ноутбука, весы напольные, сковороды, стаканы, табуреты, ковры круглой, овальной, прямоугольной формы, коврик придверный.

В судебном заседании свидетель подтвердил правильность оглашенных показаний. Пояснил, что в ходе допроса представлял следователю фотографии вещей, которые делал при встрече с ФИО1.

Свидетель Ч в судебном заседании дала показания о том, что с июня 2017 года они с супругом арендовали 

<

адрес> в 

<

адрес>. В июле 2017 она нашла объявление о сдаче указанной квартиры, где арендодателем был указан З, созвонившись с ним договорилась о встрече, при этом З сообщил о том, что он не сможет приехать, а придёт его друг. У 

<

адрес> они встретились с Н, который показал им квартиру. В квартире находилась мебель, телевизор, стиральная машина, на кухне стол, табуреты и один стул. На окнах висели шторы, на кровати был плюшевый наматрасник с резинкой. Они с ФИО1, осмотрев квартиру, согласились заключить договор. По договоренности передали Н 10 000 рублей – арендную плату за месяц. Кроме того, Н составлял на бумаге список вещей, который она не подписывала. Н забрал одежду З, Керхер, какие-то инструменты, передал им ключи и уехал. Вселились они в квартиру лишь через неделю, обстановка в квартире была та же. В квартире находились вещи З: чайник, мультиварка, надувной матрас, 2 шторы, покрывало-наматрасник на резинке, круглый белый ковер и ковер квадратный под кроватью. Из посуды оставались 2 тарелки и 1 кружка, больше никакой посуды не было. Электрическую плитку при них Н выбросил, поскольку из неё выпала конфорка. Подставки для ноутбука и колонок, весов напольных, овального ковра не было в квартире. В ноябре 2018 года приезжал З, сообщил им о своем намерении продать квартиру, стали приходить покупатели, от одной из них узнали о дате сделки. З сообщили, что 23.01.2019 года они съедут. 23.01.2019 года она уехала в новую квартиру в г.Среднеуральске, поскольку была после операции, вещи собирал ФИО1 Вечером подсудимый с К перевезли вещи в новую квартиру, сразу разбирать их не стали, ключи отдали риелтору. Проснувшись утром, увидели пропущенный звонок от З. ФИО1 перезвонил З, ей сообщил, что З указывает на пропажу его вещей. Осмотрев все вещи, они действительно обнаружили принадлежащие З вещи. Когда ФИО1 позвонил З, сообщил о вещах, тот отказался их забирать, стал требовать за них деньги в сумме 30 000 рублей, стал угрожать полицией. Они перевали З на карту 8000 рублей. Вещи вернуть не пытались, поскольку решили, что инцидент исчерпан. Позже вещи З были изъяты в их квартире сотрудниками полиции. Полагает, что вещи были взяты случайно в спешном переезде, поскольку шторы были постираны и лежали в шкафу с другими вещами, чайник находился на балконе на сумке, мультиварка находилась в пакете на балконе среди других вещей, матрас был в коробке среди вещей, которые принадлежали им. 

Свидетель К в судебном заседании дал показания о том, что знаком с ФИО1, работают вместе. 23.01.2019 года Ч его попросил помочь перевезти вещи со съемной квартиры по 

<

адрес> в 

<

адрес> в другую квартиру в 

<

адрес>. Он вызвал газель на 18-19 часов. Около 17:00 часов 23.01.2019 года он пришёл к нему в квартиру по 

<

адрес> и стал помогать выносить вещи, которые были упакованы в коробки, мешки, пакеты, приготовлены в квартире к выносу. Собирать и упаковывать он не помогал. Сам Ч так же выносил вещи и продолжал собирать вещи в квартире. Супруги в квартире не было. Помнит, что по просьбе Ч с балкона забирал какую-то сумку с вещами. Кроме того, пояснил, что собирались в спешке, поскольку оплата Газели повременная. Около 19:00 часов приехала Газель, они погрузили вещи и перевезли в 

<

адрес>, где разгрузили в другую квартиру. Затем там выпили пиво и на такси он с ФИО1 и Ч поехали в 

<

адрес>, где он вышел и пошел домой, а они поехали дальше отдавать ключи от квартиры по ул.Машиностроителей. При нем ФИО1 не разбирали привезенные вещи.

В связи с наличием существенных противоречий в показаниях, судом оглашен протокол допроса свидетеля К (л.д.103-105 т.1). В ходе следствия свидетель давал показания о том, что после того, как перевезли вещи в г.Среднеуральск, они с ФИО1 вернулись в квартиру по ул.Машиностроителей в г.Верхняя Пышма, там распивали спиртное. Затем он ушел домой, а ФИО1 остался в квартире.

В судебном заседании свидетель не подтвердил правильность оглашенных показаний в данной части. 

Судом так же исследованы письменные доказательства по делу:

Как следует из рапорта оперативного дежурного ДЧ МО МВД России (л.д.2 т.1) сообщение З о том, что квартиросъемщики вынесли из квартиры имущество и на связь не выходят поступило 24.01.2019 года в 08:17 часов. 

Заявление З о привлечении к уголовной ответственности ФИО1 (л.д.3 т.1) поступило в МО МВД РФ «Верхнепышминский» 24.01.2019 года. 

Согласно протоколу осмотра места происшествия (л.д.29-34 т.1), 24.01.2019 года была осмотрена 

<

адрес> в 

<

адрес>. В ходе осмотра квартиры в кухне обнаружен табурет, на котором располагается микроволновая печь. Кроме того, на фототаблице, приложенной к протоколу на балконе установлено наличие второго табурета. Мультиварки «Поларис», плитки электрической, подставки для ноутбука, колонок, надувного матраса с насосом, штор, весов напольных, покрывала, чайника, посуды, 2 табуретов не обнаружено.

Согласно протоколу осмотра 

<

адрес> в 

<

адрес> (л.д.35-54 т.1), 04.02.2019 года в ходе осмотра квартиры обнаружены и изъяты вещи, принадлежащие потерпевшей: мультиварка «поларис», надувной матрас с насосом, 2 шторы, коврик резиновый, чайник, ковер бежевый круглый с кистями.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права (л.д.83 т.1) собственником 

<

адрес> в 

<

адрес> являлась З

Как следует из представленных Н фотографий имущества, оставшегося в 

<

адрес> в 

<

адрес> (л.д.116-117 т.1), сделанных им при передаче ключей от квартиры семье Ч, на фото запечатлены подставка под ноутбук, 2 табурета с круглым сиденьем, мультиварка, чайник стальной, 1 табурет с квадратным сиденьем, шторы, матрас надувной, ковер круглый с кистями, весы напольные. 

Порядок осмотра, признания и приобщения в качестве вещественных доказательств вещей, изъятых у Ч, подтверждается протоколом осмотра (л.д.126-133 т.1), постановлением (л.д.134 т.1). 

Стоимость вещей, аналогичных похищенным, подтверждена данными интернет-магазина (л.д.67-75 т.1).

Согласно справке о движении денежных средств банковской карты № (л.д.176 т.1) 24.01.2019 в 13:38 часов на банковскую карту З перечислены 8360 рублей. 

Таким образом, допросив подсудимого, потерпевшую, свидетелей, исследовав письменные доказательства по делу, суд полагает необходимым положить в основу приговора показания самого подсудимого, потерпевшей, данные ими в ходе следствия, свидетелей, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, согласуются друг с другом и с иными, добытыми по делу доказательствами и сомнений у суда не вызывают. 

Противоречия в показаниях потерпевшей о перечне и стоимости похищенного имущества были устранены судом в ходе судебного разбирательства. Оглашенные показания З подтвердила в полном объёме. Стоимость похищенного имущества подтверждается данными из сети Интернет и не оспаривается самим подсудимым. 

Заключение договора аренды 

<

адрес> в 

<

адрес> в устном порядке между З, представляющим интересы З, и ФИО1, вверение подсудимому находящегося в квартире имущества, фактическое проживание в указанной квартире подсудимого и его супруги в период с июля 2017 по 23.01.2019 года подтверждается показаниями потерпевшей, свидетелей и не оспаривается самим подсудимым. 

Факт нахождения имущества потерпевшей в виде мультиварки «Поларис», подставки под ноутбук, 2 табуретов с круглым сиденьем, чайника стального, 1 табурета с квадратным сиденьем, штор, матраса надувного с насосом, ковра круглого с кистями, весов напольных при передаче квартиры в пользование Ч подтверждается скриншотами фотографий, представленных свидетелем Н, показаниями потерпевшей. 

Изъятие подсудимым при переезде из квартиры З принадлежащего ей имущества в виде колонок «Филипс», весов напольных, плюшевого покрывала, мультиварки, штор, матраса надувного с насосом, ковра круглого, чайника подтверждается протоколом осмотра квартиры, показаниями потерпевшей, свидетелей З, Ч, показаниями самого подсудимого.

К показаниям свидетеля Ч об отсутствии в квартире З при передаче им квартиры в аренду подставки для ноутбука и колонок, весов напольных, электрической плитки суд относится критически. Суд расценивает показания Ч, которая является супругой подсудимого, как направленные на смягчение ответственности подсудимого. Кроме того, показания свидетеля Ч опровергаются в данной части скриншотами фотографий, предоставленных свидетелем Н, показаниями самого подсудимого.

Версия подсудимого о том, что при передаче квартиры, Н выбросил электрическую плитку опровергается показаниями самого Н

В ходе судебного разбирательства не нашло своего подтверждения обвинение ФИО1 в присвоении посуды и ковра овального, принадлежащих З Суду стороной обвинения не представлено достоверных доказательств наличия в квартире при её сдаче указанного перечня посуды и овального ковра, принадлежащих З. Сама потерпевшая в указанной квартире не была, свидетели З, Н как в ходе следствия, так и в ходе судебного разбирательства не могли указать точный перечень находящегося в квартире имущества. Сам подсудимый, свидетель ФИО1 дали показания об отсутствии посуды при передаче им квартиры. По фотографиям, предоставленным свидетелем Н, невозможно установить перечень посуды, оставшейся в квартире. Показания подсудимого и свидетеля ФИО1 о принадлежности им обнаруженного в ходе осмотра их квартиры овального ковра стороной обвинения не опровергнуты. Неявка потерпевшей и свидетеля З в судебное заседание исключает возможность опознания ими овального ковра, обнаруженного в новой квартире подсудимого.

Факт нахождения имущества потерпевшей в виде 4 табуретов при передаче квартиры в пользование Ч подтверждается скриншотами фотографий, предоставленных свидетелем Н, показаниями потерпевшей, свидетелей З и Н. В тоже время в ходе осмотра квартиры потерпевшей (л.д.29-34 т.1), 24.01.2019 года в кухне обнаружен табурет. Согласно фототаблице, приобщенной к протоколу, на балконе установлено наличие второго табурета.

Согласно ст.ст.14,302 Уголовно-процессуального кодекса РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств. Все неустранимые сомнения в виновности обвиняемого толкуются в его пользу. Исходя из фактических обстоятельств, установленных по делу, суд полагает необходимым исключить из обвинения ФИО1 присвоение им имущества З в виде 2 табуретов, посуды и ковра овального.

О наличии корыстного умысла у ФИО1 при изъятии имущества З из принадлежащей ей квартиры свидетельствует поведение самого подсудимого как до совершения хищения, так и после него. Как пояснил сам подсудимый и подтвердили свидетели Ч и К, супруги Ч съезжали с квартиры З в спешном порядке, не уведомив квартиросъемщика, что подтвердил в судебном заседании З Вещи собирал сам ФИО1, что не оспаривает и подсудимый, подтвердили свидетели Ч и К Как пояснил в судебном заседании свидетель К вещи были уже упакованы и приготовлены на вынос. Кроме того, после звонка З 24.01.2019 года Ч не предпринял попыток вернуть имущество потерпевшей, встретиться с З, что подтвердила в судебном заседании свидетель Ч Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии у ФИО1 при изъятии имущества потерпевшей умысла на присвоение вверенного ему имущества, что подтверждается совокупностью перечисленных выше доказательств, в том числе показаниями подсудимого на стадии предварительного следствия, сомневаться в истинности которых, у суда оснований не имеется. Самооговора подсудимого суд не усматривает.

Доводы подсудимого о психологическом давлении на него со стороны следователя в ходе допроса в качестве подозреваемого не признаются судом достоверными. В ходе допроса ФИО1 участвовал адвокат, в связи с чем у подсудимого имелась реальная возможность сделать заявление по поводу неправомерных действий следователя, однако он и его защитник таким правом не воспользовались. Подача жалобы подсудимым в адрес прокурора на действия следователя через 2 месяца после его допроса, перед передачей дела в суд, расценивается судом как способ выбранной защиты.

Исходя из стоимости похищенного имущества, с учетом п.2 примечения к ст.158 Уголовного кодекса РФ, квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба» нашел свое подтверждение в судебном заседании, поскольку потерпевшая является пенсионером. Доводы стороны защиты о том, что изъятое у Ч похищенное имущество до настоящего времени не истребовано потерпевшей, находится в камере хранения, что свидетельствует об отсутствии признака значительности ущерба для З, суд находит несостоятельными. Указанная ситуация связана с отдаленностью проживания потерпевшей, её престарелым возрастом. 

При таких обстоятельствах действия ФИО1 суд квалифицирует по ч.2 ст.160 Уголовного кодекса Российской Федерации как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимого, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

ФИО1 совершил умышленное преступление средней тяжести, направленное против собственности потерпевшей, не судим. Вину признал частично, в содеянном раскаялся. 

Как характеризующие личность подсудимого данные, судом учитываются положительная характеристика по месту жительства и работы, подсудимый трудоустроен. В то же время, привлекался к административной ответственности, состоит на учете у врача-нарколога. Согласно заключению комиссии экспертов от 01.04.2019 (л.д.143-145 т.1) ФИО1 в лечении от наркомании не нуждается. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ, суд учитывает частичное признание вины, раскаяние в содеянном, положительные характеристики, состояние здоровья подсудимого, в соответствии с п.«г,и» ч.1 ст.61 УК РФ - явку с повинной и наличие малолетнего ребенка. 

Несмотря на позицию З, расценившего перечисленные ему ФИО1 денежные средства в сумме 8360 рублей как оплату за коммунальные услуги, суд учитывая показания подсудимого о перечислении указанной денежной суммы в счет возмещения ущерба, в соответствии с п.«к» ч.1 ст.61 УК РФ, в качестве смягчающего наказание обстоятельства учитывает действия ФИО1, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему.

Обстоятельств, отягчающих наказание, в соответствии со ст.63 УК РФ судом не установлено.

Учитывая данные о личности подсудимого, обстоятельства совершения преступления, характер и степень общественной опасности совершенного деяния, совокупность смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд, с учетом материального положения подсудимого, полагает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде обязательных работ.

Оснований для назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы судом не усматривается. 

Судом не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, дающих основание для назначения наказания с применением положений ст.64 Уголовного кодекса РФ, как и не установлено оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ.

В соответствии с п.4 ч.3 ст.81 Уголовно-процессуального кодекса РФ вещественные доказательства: надувной матрас с насосом, 2 шторы, коврик на резиновой основе, мультиварка, круглый ковер с бахромой, чайник, хранящиеся в камере хранения МО МВД России «Верхнепышминский», суд полагает необходимым вернуть потерпевшей З

В соответствии с ч.2 ст.132 УПК Российской Федерации с ФИО1 в доход федерального бюджета подлежат взысканию процессуальные издержки в сумме 1035 рублей, в счет оплаты труда адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, о чем предъявлен соответствующий иск (л.д.221 т.1). Оснований для освобождения ФИО1 от уплаты процессуальных издержек судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст.304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.160 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде 240 (двухсот сорока) часов обязательных работ.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде отменить после вступления приговора в законную силу. 

Иск прокурора г.Верхняя Пышма к ФИО1 о взыскании процессуальных издержек удовлетворить. Взыскать с ФИО1 в пользу государства 1035 (одна тысяча тридцать пять) рублей.

Вещественные доказательства: надувной матрас с насосом, 2 шторы, коврик на резиновой основе, мультиварка, круглый ковер с бахромой, чайник, хранящиеся в камере хранения МО МВД России «Верхнепышминский» (квитанция №), вернуть потерпевшей З

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в этот же срок со дня вручения ему копии приговора суда, путем подачи жалобы в Верхнепышминский городской суд.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в течение 10 суток со дня вручения копии приговора, в тот же срок со дня вручения копии апелляционного представления.

В случае подачи апелляционной жалобы обвиняемый вправе ходатайствовать об осуществлении защиты его прав и интересов и оказании ему юридической помощи в суде апелляционной инстанции защитниками, приглашенными им самим или с его согласия другими лицами, либо защитником, участие которого подлежит обеспечению судом.

Судья - Удинцева Н.П.