56RS0009-01-2024-006870-50, 2-4194/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 декабря 2024 года г. Оренбург

Дзержинский районный суд г. Оренбурга в составе председательствующего судьи Ботвиновской Е.А., при секретаре Плехановой Л.В., старшего помощника прокурора Киреевой Ю.П., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по исковому заявлению ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к ФИО4, обществу с ограниченной ответственностью «Кванта», МУП «РЖКХ» 

<

...> о возмещении морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 обратились в суд с иском к ФИО5, ООО «Кванта», указав, что 24.11.2022 произошло дорожно транспортное происшествие с участием автобуса Volvo-BIOM, г/н 

<

Номер обезличен>, под управлением ФИО6, который допустил наезд на пешеходов ФИО и ФИО, в результате чего последние скончались. Автобус принадлежит на праве собственности ООО «Кванта». Просит суд взыскать солидарно с ответчиков компенсацию морального вреда в связи со смертью ФИО в пользу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 по 1 000 000 рублей; взыскать солидарно с ответчиков в пользу ФИО7 600 рублей – почтовые расходы.

Впоследствии уточнили исковые требования, просили суд взыскать с ООО «Кванта» в пользу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 по 500 000 руб.; взыскать с МУП «РЖКХ» г. Соль-Илецк в пользу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 по 500 000 руб.; взыскать солидарно с ответчиков почтовые расходы в размере 600 руб.

Определением суда от 07.03.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечен ФИО8

Определением суда от 03.04.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены САО "ВСК", АО "Альфа Страхование".

Определением суда от 25.04.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены МУП «РЖКХ», САО "Ингосстрах".

Протокольным определением суда от 14.06.2023 к участию в деле в качестве соответчика привлечен МУП «РЖКХ» г. Соль-Илецк.

Протокольным определением суда от 10.08.2024 и 30.08.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО9, Государственная инспекция труда.

Истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ответчик ФИО6, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО8, ФИО9, представители третьих лиц САО «Ингосстрах», САО «ВСК», АО «Альфа Страхование» в судебное заседание не явились, в соответствии со ст. 113 Гражданского процессуального кодекса РФ извещалась о слушании дела по указанному в исковом заявлении, адресных справках и ЕГРЮЛ адресам. Направленные в их адрес судебные повестки на судебное заседание возвращены отделением почтовой связи за истечением срока хранения. Таким образом, полученные из отделения связи документы свидетельствуют об их уклонении от получения судебных извещений. 

В соответствии с ч. 1 ст. 165.1 Гражданского кодекса РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. Статья 165.1 Гражданского кодекса РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

При таких обстоятельствах суд, предусмотренную ст. 113 Гражданского процессуального кодекса РФ, обязанность по извещению ответчика исполнил, на основании ст. 165.1 Гражданского кодекса РФ юридически значимое сообщение считается доставленным, а адресаты несут риск неполучения юридически значимого сообщения.

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, что подтверждается уведомлением о вручении заказного потового отправления.

Третьи лица Государственная инспекция труда в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

От третьего лица ФИО8 поступил отзыв, в котором указано, что он является собственником автобуса VOLVO –В10М. Однако транспортное средство находится во владении и пользовании ООО "КВАНТА" с 01.01.2022 года на основании договора безвозмездного пользования транспортным средством. Автобус регулярно проходит техосмотр, ежегодно оформляется страховой полис. 

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц.

В судебном заседании представитель истцов ФИО10, действующий на основании доверенностей от 04.04.2023, 03.04.2023, 30.01.2023, исковые требования поддержал, просил их удовлетворить.

Представитель ответчика ООО «Кванта» - ФИО11 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, указала, что ООО «Кванта» является ненадлежащим ответчиком по делу, поскольку несчастный случай произошел при исполнении ФИО своих трудовых обязанностей.

Представитель МУП «РЖКХ» - ФИО12, действующий на основании доверенности от 03.10.2023, в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований в полном объеме. Пояснил, что отсутствует вина МУП «РЖКХ» в наступлении смерти ФИО, отсутствует причинно-следственная связь.

Заслушав пояснения участников процесса, заключение прокурора, полагавшего необходимым иск удовлетворить частично с учетом требований разумности и справедливости, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий -если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 (ред. от 06.02.2007) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со статьей 151, пунктом 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации определяется судом, при этом суд не связан той величиной компенсации, на которой настаивает истец, а исходит из требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, то есть из основополагающих принципов, предполагающих баланс интересов, соответствие поведения участников правоотношений принятым в обществе нормам поведения.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" следует, что под нравственными страданиями понимаются страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях, связанных с утратой родственников. 

Как установлено в судебном заседании, 24.11.2022 на неосвещенной автодороге «Казань-Оренбург-Акбулак-гр. с Р. Казахстан» вне населенного пункта в условиях темного времени суток произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автобуса Volvo-BIOM, г/н 

<

Номер обезличен>, под управлением ФИО6, который допустил наезд на ФИО и ФИО, находящихся на полосе движения автобуса марки VOLVO В10М, г/н 

<

Номер обезличен> возле поврежденного в предшествующем ДТП автомобиля марки LADA PRIORA, г/н 

<

Номер обезличен>, на котором не была включена аварийная сигнализация и не выставлен аварийный знак. После удара ФИО и ФИО отбросило на левую полосу (полосу движения предназначенную для встречного движения) под автомобиль марки К1А К5 г/н 

<

Номер обезличен>, под управлением водителя ФИО13 В результате вышеуказанного ДТП ФИО и ФИО от полученных ими травм скончались на месте происшествия до приезда скорой медицинской помощи.

Согласно карточке учёта транспортного средства от 

<

Дата обезличена>, собственником транспортного средства Volvo-BIOM, г/н 

<

Номер обезличен>, является ФИО8

01.01.2022 между ФИО8 и ООО «Кванта» заключен договор безвозмездного пользования транспортным средством Volvo-BIOM, г/н 

<

Номер обезличен> без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации, сроком на три года. 

Согласно страхового полиса №ААС 5059820800, ООО «Кванта» является страхователем транспортного средства Volvo-BIOM, г/н 

<

Номер обезличен>, сроком действия с 12.05.2022 по 11.05.2023. Круг лиц, допущенных к управлению ТС, не ограничен.

Из материалов дела следует, что ФИО6 является работником ООО «Кванта» на основании трудового договора 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> и управлял транспортным средством на основании путевого листа 

<

Номер обезличен>, выданного с 23.11.2022 по 24.11.2022. 

В судебном заседании установлено и не оспаривалось сторонами, что ДТП произошло при исполнении ФИО6 трудовых обязанностей в ООО «Кванта».

ФИО был трудоустроен в МУП «РЖКХ» г. Соль-Илецк в должности машиниста эскалатора, что подтверждается трудовым договором 

<

Номер обезличен> от 12.10.2021. На момент ДТП находился при исполнении трудовых обязанностей.

21.03.2022 Следственным отделом ОМВД России по Соль-Илецкому городскому округу в отношении ФИО6 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по ч. 5 статьи 264 УК РФ по основанию, предусмотренному п. 2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления.

В ходе доследственной проверки установлено, что 24.11.2022 около 18 час. 05 мин. на 68 км. (68 км. + 948 м.) автодороги «Казань-Оренбург-Акбулак-гр. с Р. Казахстан» (участок автодороги Оренбург-Акбулак) Соль-Илецкого городского округа Оренбургской области, водитель ФИО6, управляя автобусом марки VOLVO – В10М г/н «

<

Номер обезличен>», в условиях темного времени суток, ясной погоды, мокрого дорожного покрытия - асфальт, вне населенного пункта, двигаясь в направлении 

<

...> со стороны 

<

...>, по неосвещенной автодороге, на правой (своей) полосе движения совершил наезд левой передней частью управляемого им автомобиля на вертикально стоящих без светоотражающих жилетов пешеходов ФИО и ФИО, которые находились около задней левой пассажирской двери аварийного легкового автомобиля марки LADA PRIORA, г/н 

<

Номер обезличен>, без включенной аварийной сигнализации, на полосе движения автобуса марки VOLVO В10М, г/н 

<

Номер обезличен>, которых после удара отбросило на левую полосу (полосу движения предназначенную для встречного движения) под автомобиль марки К1А К5 г/н 

<

Номер обезличен>, под управлением водителя ФИО13 В результате вышеуказанного ДТП ФИО и ФИО от полученных ими травм скончались на месте происшествия до приезда скорой медицинской помощи.

В ходе проверки была назначена автотехническая экспертиза, согласно которой в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, при своевременном применении экстренного торможения, водитель автобуса VOLVO В10М не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешеходов с момента возникновения опасности заданного в исходных данных. Безопасная скорость движения автобуса VOLVO В10М по условиям видимости составляла не более 85.7 км/ч. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водителю автобуса VOLVO В10М следовало руководствоваться требованиями абз.2 п. 10.1 Правил дорожного движения.

Причиной ДТП в данном случае явилось нарушение требований ПДД со стороны пешеходов ФИО и ФИО, которым после совершения ими первоначального ДТП было необходимо незамедлительно покинуть неосвещенный участок автодороги, и ни в коем случае не находиться на проезжей части, тем самым подвергая свою жизнь и здоровье опасности, то есть ими были нарушены требования п.4.1 ПДД РФ, согласно которого «...вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со светоотражающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.»; требования п.4.5 ПДД РФ, согласно которого «...пешеходы не должны создавать помех для движения транспортных средств.. . не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств»; требования п.4.6 ПДД РФ, согласно которого «Выйдя на проезжую часть пешеходы не должны задерживаться или останавливаться..»; требования п.7.2 ПДД РФ согласно которого «при остановке транспортного средства и включении аварийной сигнализации, а также при ее неисправности или отсутствии, знак аварийной остановки должен быть незамедлительно выставлен при дорожно-транспортном происшествии.. .».

Согласно выписки 

<

Номер обезличен> из акта судебно-медицинского исследования трупа 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> 

<

данные изъяты>

Смерть ФИО наступила от 

<

данные изъяты>

При судебно-химическом исследовании крови от трупа ФИО, установлено: этиловый спирт не обнаружен. (Акт судебно-химического исследования вещественных доказательств 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>).

Судом установлено и не оспаривалось сторонами, что погибший 

<

ФИО>17 являлся отцом ФИО1, ФИО2, ФИО3, и опекуном ФИО4, которые обратились в суд с настоящим иском.

Дети проживали отдельно, но связь с отцом поддерживали, отношения между ними были доверительными.

Смертью ФИО его детям ФИО1, ФИО2, ФИО3, в том числе, опекаемому ФИО4 причинены нравственные страдания.

Указанный факт является очевидным, бесспорным и в силу ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не нуждается в доказывании. 

В силу ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии со статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (пункт 1). Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064) (абзац 2 пункта 3).

В силу ч. 1 ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ. 

Согласно разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33, моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. 

Обязанность компенсировать моральный вред, причиненный гражданином, выполняющим работу на основании гражданско-правового договора, может быть возложена на юридическое лицо или гражданина, которыми с причинителем вреда был заключен такой договор, при условии, что причинитель вреда действовал или должен был действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 ГК РФ). (п. 20). 

Учитывая, что смерть 

<

ФИО>17 наступила в результате наезда на него источника повышенной опасности, под управлением ответчика ФИО6, при исполнении последним трудовых обязанностей в ООО «Кванта», ответственность при таких обстоятельствах за причиненный работником ущерб должен нести работодатель ООО «Кванта».

Оснований для взыскания компенсации морального вреда с ФИО6 в данном случае у суда не имеется, в связи с чем, суд в данной части иска отказывает.

При этом, отсутствие вины водителя ФИО8, находящегося в трудовых отношениях с ООО «Кванта», в дорожно-транспортном происшествии не является основанием для его освобождения от ответственности по возмещению потерпевшим компенсации морального вреда, исходя из положений статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой владельцы транспортного средства несут риск ответственности за причинение вреда третьим лицам, в том числе и при отсутствии вины в причинении вреда, уже в том случае, когда транспортное средство (как источник повышенной опасности) становится участником дорожного движения.

При этом, разрешая исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 о взыскании с МУП «РЖКХ» компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Согласно п. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

В соответствии с положениями ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. 

Работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абз. 2 ч. 1 ст. 210 ТКРФ).

Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим. 

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ и статьи 227 ТК РФ, несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть. 

С целью выяснения обстоятельств и причин несчастного случая, работодателем проводится расследование, по результатам которого в случае подтверждения факта наступления несчастного случая на производстве оформляется акт по форме Н-1 (ст. 230 ТК РФ). 

Из акта о несчастном случае на производстве следует, что на основании трудового договора 

<

Номер обезличен> от 12.10.2021 ФИО работал в МУП «РЖКХ в должности машиниста экскаватора с 13.10.2021. Согласно графику отпусков в соответствии с приказом руководителя МУП «РЖКХ» 

<

Номер обезличен> от 08.11.2022 ФИО с 14.11.2022 находился в ежегодном оплачиваемом отпуске. В связи с производственной необходимостью 24.11.2022 на основании Приказа 

<

Номер обезличен> от 23.11.2022 с согласия работника, ФИО был отозван из отпуска для проведения ремонтных работ в котельной школы в 

<

...>, находящейся в 18 км. от 

<

...>.

Согласно протоколу опроса и.о. механика ФИО9 от 08.12.2022 ФИО в 08.30 час. 

<

Дата обезличена> пришел на работу, на планеркеи получил задание на выполнение работ в котельной школы 

<

...>. После получения путевки переоделся в специальную одежду: костюм зимний со светоотражающими элементами, сапоги зимние. Жилет сигнальный находился в кабине ТС. После проверки ТС, подписания путевого листа, ФИО в начале 10 часов утра выехал на место выполнения работ. Работы в 

<

...> были выполнены, ТС было направлено обратно в г. Соль-Илецк, но к концу рабочего дня ФИО не вернулся. Примерно в 18.00 часов ФИО9 сделал звонок на телефон ФИО, на телефонный звонок ФИО не ответил. После чего, примерно в 19.00 часов ФИО9 выехал на трассу навстречу ФИО, подъехал к посту ГАИ, спросил у сотрудника не проезжал ли мимо поста ГАИ экскаватор синего цвета. Сотрудник ДПС сообщил, что примерно в 2 км. от г. Соль-Илецка на автомобильной дороге произошло дорожно-транспортное происшествие, там на обочине стоит какой-то экскаватор. Подъехав на место происшествия, ФИО9 увидел стоящий на обочине дороги по направлению движения в г. Соль-Илецк экскаватор, принадлежащий МУП «РЖКХ», с включенными габаритами, фарами, мигающей правой повороткой и работающим двигателем. Метрах в 30 от экскаватора находился автомобиль «Приора», развернутый поперек дороги в правой полосе проезжей части дороги по направлении движения в г. Соль-Илецк. Метрах в 15 от автомобиля «Приора», на правой полосе проезжей части, по направлению движения г. Соль-Илецк неподвижно лежали два человека, накрытые каким-то покрывалом. На этой же полосе невдалеке стоял легковой автомобиль «Киа». Дальше в метрах 90 от автомобиля «Приора» в правой полосе на обочине дороги по направлению движения в г. Оренбург стоял автобус.

В ходе расследования несчастного случая установлено:

1. В нарушение требований ст.ст. 214, 218 ТК РФ в МУП «РЖКХ» не проведена оценка профессиональных рисков на рабочем месте машиниста экскаватора ЭО.

2. В нарушении п. 12 Приказа Минздравсоцразвития России от 01.06.2009 №290н «Об утверждении Межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты» в МУП «РЖКХ» г. Соль-Илецк не организован надлежащий учет и контроль за выдачей работникам СИЗ, отсутствует личная карточка с отметкой о выдачи ФИО средств индивидуальной защиты, в том числе светоотражающего жилета.

3. В нарушение ст. 214, 220 ТК РФ, п. 6 Порядка проведения предсменных, предрейсовых и послесменных, послерейсовых медицинских осмотров", утв. Приказом Минздрава России от 

<

Дата обезличена> N 835н, ФИО допущен к выполнению работ без прохождения предсменного медицинского осмотра.

Согласно Акта о несчастном случае на производстве, причиной несчастного случая является: неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в неприменении пострадавшим работником средств индивидуальной защиты (жилета сигнального), чем нарушен п. 3.1 Инструкции по охране труда машиниста экскаватора; отсутствие контроля за выполнением работником требований инструкции по охране труда в части применения средств индивидуальной защиты, чем нарушен п. 3.20 должностной инструкции механика МУП «РЖКХ».

Лица, допустившие нарушения требований охраны труда: ФИО – машинист экскаватора МУП «РЖКХ», нарушивший п.4.1, 4.5, 4.6, 7.2 ПДД РФ, п. 3.1. Инструкции по охране труда машиниста экскаватора; ФИО9 – и.о. механика МУП «РЖКХ», нарушивший п. 3.20 должностной инструкции механика МУП «РЖКХ».

При таких обстоятельства, суд считает доказанным наличие вины работодателя МУП «РЖКХ» в произошедшем с ФИО несчастном случае на производстве.

Следовательно, обязанность по возмещению вреда лежит также на работодателе погибшего, не обеспечившим безопасных условий и охраны труда работника.

Доводы МУП «РЖКХ» о том, что сигнальный жилет не выдается работникам, является принадлежностью экскаватора и находится в нем, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку сигнальный жилет является средством индивидуальной защиты, который под роспись ФИО выдан не был. 

Отсутствует личная карточка с отметкой о выдаче ФИО средств индивидуальной защиты, в том числе светоотражающего жилета.

Кроме того, ФИО 24.11.2022 был допущен к выполнению работ без прохождения предсменного медицинского осмотра.

Действующее трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. В случае если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными правовыми актами. 

Частью 1 статьи 212 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абз. 2 ч.2 ст. 212 ТК РФ).

Согласно статей 3, 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" в их системной взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о компенсации морального вреда, при получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве обязанность по компенсации членам семьи работника вреда, в том числе морального, может быть возложена на работодателя, не обеспечившего работника безопасными условиями труда. 

Несчастный случай произошел в момент исполнения ФИО должностных обязанностей, вина работодателя в необеспечении безопасных условий труда, отсутствие контроля соблюдения норм охраны труда со стороны МУП «РЖКХ» установлена при расследовании несчастного случая на производстве, что подтверждается Актом 

<

Номер обезличен> от 29.02.2023, в связи с чем, у работодателя возникла обязанность по выплате детям погибшего компенсации морального вреда. 

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание обстоятельства произошедшего с ФИО несчастного случая, который находился на проезжей части в темное время суток без светоотражающих элементов одежды, при этом ФИО14 в данной дорожной ситуации не имел возможности избежать наезда него, степень вины МУП «РЖКХ» в организация безопасности труда ФИО, а также степень нравственных и физических страданий истцов, степень их родства, требования разумности и справедливости, суд полагает возможным удовлетворить исковые требования частично, взыскав с ответчиков МУП «РЖКХ» и ООО «Кванта» компенсацию морального вреда по 100 000 рублей с каждого в пользу каждого из истцов.

Согласно ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить другой стороне все понесенные по делу судебные расходы. В случае если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально в той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом ФИО1 при подаче иска понесены почтовые расходы за направление иска ответчикам в сумме 600 руб., которые подтверждены документально.

Учитывая, что исковые требования удовлетворены, с ответчиков в пользу ФИО1 подлежат взысканию данные расходы в указанном размере, по 300 руб. с каждого.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к ФИО4, обществу с ограниченной ответственностью «Кванта», МУП «РЖКХ» г. Соль-Илецк о возмещении морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворить частично.

Взыскать с МУП «РЖКХ» г. Соль-Илецк и общества с ограниченной ответственностью «Кванта» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда по 100 000 рублей с каждого, почтовые расходы в размере 600 руб., по 300 руб. с каждого.

Взыскать с МУП «РЖКХ» г. Соль-Илецк и общества с ограниченной ответственностью «Кванта» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда по 100 000 рублей с каждого.

Взыскать с МУП «РЖКХ» г. Соль-Илецк и общества с ограниченной ответственностью «Кванта» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда по 100 000 рублей с каждого.

Взыскать с МУП «РЖКХ» г. Соль-Илецк и общества с ограниченной ответственностью «Кванта» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда по 100 000 рублей с каждого, почтовые расходы в размере 600 руб. по 300 руб. с каждого.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд путем подачи через Дзержинский районный суд г. Оренбурга апелляционной жалобы в течение одного месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья: Е.А. Ботвиновская 

Мотивированное решение изготовлено 28.12.2024 года.