Дело № 2-540/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 июня 2018 года город Брянск

Брянский районный суд Брянской области в составе

председательствующего судьи

ФИО1, 

при секретаре судебного заседания 

ФИО2, 

с участием истца 

ФИО3, 

представителя истца ФИО3 

ФИО4, 

ответчика

представителя ответчика ФИО5

ФИО5, 

ФИО8, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО5 о признании хозяйственных построек самовольными строениями, переносе хозяйственных построек, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что с 1978 года его семья постоянно проживает в построенном ими доме 

<

адрес> и пользуется принадлежащим им земельным участком, площадью 1282 кв.м. Около 30 лет назад соседи ФИО5 на смежном земельном участке построили без согласования с ними 3 сарая, которые находятся прямо на меже. Несмотря на то, что дождевая вода с крыш данных сараев льется на их участок, а сараи затеняют около трех метров участка вдоль межи, они смирились и не конфликтовали, поскольку для них были важны добрососедские отношения. 

В 2017 году истцу и членам его семьи не получилось продать дом, поскольку потенциальный покупатель требовал существенно снизить цену, а причиной тому явилось расположение соседских построек на меже. 

На основании изложенного, с учетом уточнения исковых требований, ФИО3 просил суд признать хозяйственные постройки №№1,3,4 согласно техническому паспорту жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, самовольными постройками;

обязать ответчика перенести хозяйственные постройки №№1,3,4 на 1 м. от границы земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>;

взыскать с ответчика в свою пользу понесенные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб. 

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены администрация Брянского района и Нетьинская сельская администрация. 

Истец ФИО3 в судебном заседании иск поддержал в полном объеме, при этом указал, что строение №1 согласно техническому паспорту жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, было возведено в конце 1970-х – начале 1980 –х годов, а постройки №№3,4 – в 1990-х годах. Считает, что подтверждением расположения строения №1 с момента постройки на меже является план принадлежащего ему земельного участка и размещения на нем жилого дома по состоянию на 1981 год. Также подтверждением наличия нарушений в части расположения всех спорных построек является, по мнению истца, техническое заключение ООО «Брянский инженерный центр «Кран». 

Представитель истца ФИО3 – ФИО4 – иск поддержала в полном объеме. Ранее в ходе рассмотрения дела ФИО4 утверждала, что спорные постройки (№№1,3,4 согласно техническому паспорту жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>) были возведены отцом ответчика в конце 1970-х годов. Также указывала на следующие нарушения, связанные со спорными постройками: потенциального покупателя на их земельный участок не устроили постройки, расположенные на меже; дождевая вода стекает на их участок, от построек имеется тень; согласно техническому заключению ООО «Брянский инженерный центр «Кран» одна из построек расположена частично на их земельном участке. 

Ответчик ФИО5 в судебном заседании иск не признала, указала, что собственником земельного участка и дома по адресу: 

<

адрес>, она стала в 2013 году. Спорные постройки она не возводила, спорные постройки были возведены в конце 1970-х годов ее родителями – прежними собственниками земельного участка и дома. Никаких претензий со стороны соседей на протяжении всего времени с момента возведения построек не было. 

Представитель ответчика ФИО5 – ФИО8 – иск не признал, пояснив суду, что на протяжении десятков лет истец не предъявлял никаких претензий бывшим собственникам земельного участка и дома по адресу: 

<

адрес>, что свидетельствует о согласии истца с расположением сараев. В 2012 году истец подписал акт согласования расположения смежной границы земельных участков. Более того, истец в иске указывает, что он на протяжении 30 лет был согласен с расположением сараев. Полагает, что истец злоупотребляет своим правом на судебную защиту. Также представитель ответчика обратил внимание, что земельный участок истца по площади более 12 соток, наличие в какие-то промежутки дня небольшой тени от надворной постройки никак не может нарушить требования по инсоляции. Истцом не представлено доказательств нарушения градостроительных правил на момент возведения построек, а также существования межи в существующей конфигурации на момент возведения построек. 

Представитель третьего лица – администрации Брянского района – в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Представитель третьего лица – Нетьинской сельской администрации – в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. Ранее в ходе рассмотрения дела представитель Нетьинской сельской администрации – ФИО9 – поясняла, что исходя из похозяйственных книг, дома на спорных земельных участках были возведены в конце 1970-х годов, также из похозяйственных книг видно, что это же время были возведены и постройки. Также ФИО9 обратила внимание, что уже после возведения домов и построек, в 1980-х годах увеличилась площадь земельного участка истца с 600 кв.м. до 1000 кв.м.

На основании ст.167 ГПК РФ суд находит возможным рассмотреть гражданское дело без участия неявившихся лиц.

Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, изучив материалы дела, суд приходит к следующему. 

В силу ст. 12 Гражданского кодекса РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, а также иными способами, предусмотренными законом.

В соответствии с п.п. 2 п. 1 ст. 60 Земельного кодекса РФ нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случае самовольного занятия земельного участка.

При этом действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения (п.п. 4 п. 2 ст.60 Земельного кодекса РФ).

Согласно ст.304 Гражданского кодекса РФсобственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. 

Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца (абз. 4 п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 от 29 апреля 2010 года).

В судебном заседании установлено и подтверждено материалами дела, что ФИО3 является собственником земельного участка площадью 1 282 кв.м. с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, и возведенного на нем жилого дома. Его право собственности на данные объекты недвижимости в установленном законом порядке зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости (далее – ЕГРН) 11 июня 2014 года и 15 января 2015 года соответственно. 

Собственником смежного земельного участка площадью 1271 кв.м. с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, и возведенного на нем жилого дома является ФИО5 Ее право собственности на названные объекты недвижимости в установленном законом порядке зарегистрировано в ЕГРН 27 мая 2013 года.

Обосновывая правомерность предъявления исковых требований к ответчику, ФИО3 сослалась на то, что стороной ответчика с нарушением установленных действующим законодательством требований, а именно в части расстояния до границы соседнего земельного участка, возведены надворные постройки, одна из которых частично расположена на его земельном участке. 

В силу п.1 ст.222 ГК РФ самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные, созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные, созданные без получения на это необходимых разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Самовольная постройка подлежит сносу осуществившим ее лицом либо за его счет, кроме случаев, предусмотренных пунктами 3 и 4 настоящей статьи (п.2 ст.222 ГК РФ). 

В соответствии со ст. 42 ЗК РФ собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны соблюдать при использовании земельных участков требования градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.

Согласно ст. 2 Градостроительного кодекса РФ законодательство о градостроительной деятельности и изданные в соответствии с ним нормативные правовые акты основываются, в том числе, на принципе осуществления строительства на основе документов территориального планирования, правил землепользования и застройки и документации по планировке территории. 

Как видно из копий похозяйственных книг на домовладения № и № по 

<

адрес> главами соответствующих хозяйств с 1970-х годов были отец ответчика ФИО5 – ФИО6 и истец ФИО3 соответственно. 

По сведениям похозяйственных книг ФИО3 и членами его семьи жилой дом был возведен в 1979 году. 

Также по сведениям похозяйственных книг ФИО6 и членами его семьи жилой дом был возведен в 1979 году. Также из похозяйственных книг видно, что в 1979 году ФИО6 и членами его семьи возведены кирпичный сарай, гараж, баня. 

Как видно из технического паспорта на индивидуальный жилой дом 

<

адрес> (жилой дом ответчика) по состоянию на 22.01.1990 года на земельном участке по указанному адресу находятся следующие строения: кирпичный сарай (Лит.1), кирпичный сарай (Лит.3), кирпичный навес (Лит.4).

Соответствующий план земельного участка составлен 05.02.1990 года; на плане отображено расположение указанных построек на земельном участке. Из плана следует, что, действительно, спорные строения расположены вдоль границы, разделяющей земельные участки ФИО6 и ФИО3 

Из технического паспорта на тот же жилой дом по состоянию на 19.09.2012 года видно, что на земельном участке расположены те же постройки с теми же номерами, однако, постройка Лит.4 указана как кирпичный сарай, а не как кирпичный навес. Расположение спорных построек не изменилось относительно смежной границы с земельным участком № по 

<

адрес>.

Оценив представленные доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что спорные строения (кирпичный сарай (Лит.1), кирпичный сарай (Лит.3), кирпичный сарай (Лит.4)) были возведены до 01.01.1990 года. Доказательств обратного стороной ответчика не представлено. Также суд обращает внимание, что в исковом заявлении также указано на существование спорных строений около 30 лет; в ходе рассмотрения дела представитель истца – его супруга ФИО4, проживающая в доме № по 

<

адрес> с 1970-х годов, поясняла, что все три спорные постройки были возведены в конце 1970-х годов, в одно время вместе с жилым домом, и только в последнем судебном заседании истец указал на возведение кирпичного сарая (Лит.3) и кирпичного сарая (Лит.4) в 1990-х годах. 

В п.46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 29.04.2010 года №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что при рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Строительные нормы и правила планировки и застройки городов, поселков и сельских населенных пунктов, введенные в действие с 01.01.1976 года, регламентировали лишь расстояние между одной парой домов и их хозяйственных построек до домов и хозяйственных построек на соседних земельных участках (п.5.24 СНиП II-60-75** Планировка и застройка городов, поселков и сельских населенных пунктов).

Так, представленный истцом план принадлежащего ему земельного участка и размещения на нем жилого дома по состоянию на 1981 год содержит в примечании требования к соблюдению расстояний от проектируемого дома до сарая; каких-либо указаний относительно соблюдения отступа от границ земельного участка в нем не содержится. 

Впервые требования к минимальным отступам от границ земельных участков до хозяйственных построек были введены с 01.01.1990 года СНиПом 2.07.01-89* Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений. Так п.2.12* было предусмотрено, что в районах усадебной застройки хозяйственные постройки следует размещать от границ участка на расстоянии не менее 1 м. При этом указывалось, что допускается блокировка хозяйственных построек на смежных приусадебных земельных участках по взаимному согласию домовладельцев с учетом требований, приведенных в обязательном приложении 1* (противопожарных требований).

Действующим Сводом правил СП 53.13330 предусмотрено, что минимальное расстояние до границы соседнего участка по санитарно-бытовым условиям должно быть от построек – 1м. При этом также допускается блокировка жилых домов, а также хозяйственных построек на смежных приусадебных земельных участках по взаимному согласию домовладельцев с учетом противопожарных требований.

Судом установлено, что спорные постройки были возведены до введения в действие требований к минимальным отступам от границ земельных участков до хозяйственных построек. В связи с чем оснований считать спорные строения самовольными не имеется. 

В связи с изложенным суд не принимает во внимание при разрешении спора техническое заключение, подготовленное ООО «Брянский инженерный центр «Кран», поскольку при его подготовке использовались не действовавшие на момент строительства спорных построек нормы и правила. Более того, из приложенных к техническому заключению документов видно, что ООО «Брянский инженерный центр «Кран» имеет допуск к следующим видам работ: работы по подготовке конструктивных решений; работы по обследованию строительных конструкций зданий и сооружений. Работы по межеванию (кадастровые работы) не указаны в соответствующем документе. Сведений о наличии у инженера ФИО7 специальных познаний в области землеустройства не представлено. В связи с чем к выводу инженера ФИО7 о том, что одна из спорных построек выступает на 260 мм за границу земельного участка и частично расположена на земельном участке ФИО3, суд относится критически. Так, по сведениям ЕГРН границы земельных участков истца и ответчика установлены в соответствии с требованиями земельного законодательства и внесены в ЕГРН. Вынос границ в натуру для определения фактического расположения спорных построек относительно границ земельных участков по сведениям ЕГРН инженером ФИО7 не осуществлялся. Кроме того, инженер ФИО7 не предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ.

Судом стороне истца предлагалось выбрать экспертное учреждение для проведения по делу комплексной судебной землеустроительной и строительно-технической экспертизы и подготовить вопросы, которые необходимо поставить перед экспертами, для чего в судебном заседании от 30 мая 2018 года объявлялся перерыв до 13 июня 2018 года. После перерыва истец ФИО3 посчитал излишним проведение по делу комплексной судебной землеустроительной и строительно-технической экспертизы, по его мнению, в дело предоставлено достаточно доказательств для удовлетворения иска.

Суд также учитывает, что при оценке значительности допущенных нарушений при возведении построек необходимо принимать во внимание положения ст. 10 ГК РФ о недопустимости действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, или злоупотреблении правом в других формах, а также соразмерность избранного способа защиты гражданских прав, соблюдая конституционно-правовые принципы справедливости и разумности. 

Истец ФИО3, реализуя принцип диспозитивности, с учетом уточнения исковых требований, просит перенести хозяйственные постройки ответчика от границы своего земельного участка, не обосновав при этом необходимость и соразмерность защиты своего права в части попадания дождевой воды с крыш спорных строений на его земельный участок исключительно заявленным способом. 

Доказательств нарушения требований по инсоляции истцом не представлено. Наличие в течение определенного времени в сутки тени на земельном участке истца однозначно не свидетельствует о нарушении требований по инсоляции. 

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. 

Допустимых доказательств в обоснование заявленных требований истцом не представлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО3 к ФИО5 о признании хозяйственных построек самовольными строениями, переносе хозяйственных построек – ОТКАЗАТЬ. 

Решение может быть обжаловано в Брянский областной суд через Брянский районный суд Брянской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий по делу, 

судья Брянского районного суда

Брянской области ФИО1 

Мотивированное решение составлено 18 июня 2018 года.