Дело №2-323/2025 

УИД: №

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

09 июня 2025 года Кировский районный суд г.Перми в составе:

председательствующего судьи Каменщиковой А.А., 

при секретаре Филиппове А.С., 

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, действующей на основании доверенности, ответчика ФИО3, представителя ответчиков ФИО3, ФИО4 – ФИО5, действующего по ордерам,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании договора незаключенным, о признании соглашения недействительным, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском (с учетом уточнения требований, л.д.82-83) к ФИО3, ФИО4 о признании незаключенным договора займа на сумму 7 500 000 руб. между ФИО3 и ФИО4 (расписка ФИО3 от 26 апреля 2024 года), о признании недействительным соглашения о зачете встречных однородных требований от 26 апреля 2024 года, заключенного между ФИО3 и ФИО4

В обоснование заявленных требований указано, что ФИО3 уплатил ООО «Ютурна» путем перечисления на его расчетный счет с указанием в качестве основания платежа «платеж за ФИО4 по договору купли-продажи недвижимого имущества от 15 марта 2021 года» следующие суммы денежных средств: 29 апреля 2021 года – 750000 руб.; 28 мая 2021 года – 750000 руб.; 29 июня 2021 года – 750000 руб.; 29 июля 2021 года – 750000 руб.; 30 августа 2021 года – 750000 руб.; 29 сентября 2021 года – 750000 руб.; 31 октября 2021 года – 750000 руб.; 30 ноября 2021 года – 750000 руб.; 28 декабря 2021 года – 750000 руб.; 31 января 2022 года – 750000 руб.; 08 апреля 2022 года – 750000 руб.; 25 июля 2022 года – 500000 руб.; 16 декабря 2022 года – 600000 руб. Всего уплачено 9 350 000 руб. 30 июня 2023 года прекращен брак между истцом и ФИО3 29 сентября 2023 года ФИО6 обратилась в Краснокамский городской суд Пермского края с заявлением о признании договора купли-продажи недвижимого имущества от 15 марта 2021 года, заключенного ФИО4 и ООО «Ютурна», недействительным, как заключенного с целью сокрытия приобретаемого имущества от возможного дальнейшего раздела, между истцом и ФИО3 в качестве совместно нажитого имущества. Этот иск рассматривался Краснокамским городским судом Пермского края в рамках гражданского дела №. 26 апреля 2024 года ФИО3 написал расписку о получении от ФИО4 14 мая 2019 года наличных денежных средств в сумме 7 500 000 руб. и представил эту расписку в материалы дела №. В тот же день 26 апреля 2024 года ФИО3 и ФИО4 заключили соглашение о зачете встречных однородных требований, согласно которому прекращаются в результате зачета требование ФИО4 к ФИО3 о возврате суммы займа, полученного по расписке от 26 апреля 2024 года и требование ФИО3 к ФИО4 о возмещении денежных средств, уплаченных ФИО3 за ФИО4 в пользу ООО «Ютурна». Размер каждого из прекращенных обязательств – 7 500 000 руб. ФИО4 является отцом ФИО3 До представления расписки от 26 апреля 2024 года и соглашения о зачете от той же даты в Краснокамский городской суд Пермского края в материалы дела № ФИО3 о получении займа от своего отца нигде не упоминал, в качестве общих обязательств, подлежащих разделу при разделе совместно нажитого имущества с истцом, не заявлял. При этом ФИО4 доходом, позволяющим предоставить заем в сумме 7 500 000 руб. в 2019 году не обладал, являлся пенсионером по старости, имущество сопоставимой стоимости не продавал. В связи с этим, истец полагает, что фактически сумма займа в размере 7 500 000 руб. ФИО4 ФИО3 не передавалась. По мнению истца, расписка от 26 апреля 2024 года составлена ФИО3 фиктивно, исключительно для обоснования своей позиции в рамках гражданского дела №, рассматриваемого Краснокамским городским судом Пермского края. Расписка от 26 апреля 2024 года, составленная ФИО3 не содержит указания на обязанность ФИО3 вернуть полученную сумму либо на то, что эта сумма является именно суммой займа. Договор займа в виде отдельного документа С-выми не подписывался. Документы, подтверждающие намерение ФИО4 выдать указанную в расписке сумму на возвратной основе и согласие ФИО3 вернуть ее отсутствуют. Следовательно, расписка от 26 апреля 2024 года не подтверждает заключение ФИО4 и ФИО3 договора займа на сумму 7 500 000 руб. Таким образом, поскольку денежные средства в сумме 7 500 000 руб. ФИО3 от ФИО4 не получал, и обязательство вернуть эту сумму ФИО4 на себя не принимал, постольку договор займа от 14 мая 2019 года на сумму 7 500 000 руб. является незаключенным. Поскольку договор займа от 14 мая 2019 года на сумму 7 500 000 руб. между ФИО3 и ФИО4 не заключался, постольку не существовало на 26 апреля 2024 года и не существует в настоящее время обязательство ФИО3 уплатить (вернуть) ФИО4 7 500 000 руб. Следовательно, не может быть прекращено зачетом такое денежное обязательство, которое к моменту заявления о зачете не существует. Иное противоречит буквальному содержанию нормы статьи 410 Гражданского кодека Российской Федерации. Соглашение о зачете встречных однородных требований, заключенное ФИО3 и ФИО4 26 апреля 2024 года нарушает требования статьи 410 Гражданского кодека Российской Федерации, поскольку предусматривает прекращение несуществующего обязательства; нарушает права и законные интересы истца поскольку, во-первых, предусматривает прекращение обязательства ФИО4 по возврату ФИО3 денежных средств в сумме 7 500 000 руб., уплаченных последним за счет совместно нажитого с истцом имущества, а во-вторых, данное соглашение используется ФИО3 для оспаривания правовой позиции истца в гражданском деле №. Следовательно, соглашение о зачете встречных однородных требований, заключенное ФИО3 и ФИО4 26 апреля 2024 года является ничтожной сделкой.

Истец ФИО1, представитель истца ФИО2 в судебном заседании на исковых требованиях настаивают по доводам, изложенным в иске. 

Представителем истца ФИО2 в письменных объяснениях дополнительно указано, что ФИО4 не имел возможность выдать ФИО3 сумму займа в размере 7 500 000 руб. Из представленных налоговым органом и Социальным Фондом России сведений усматривается, что с 2006 года ФИО4 получал только пенсию по старости, общая сумма доходов ФИО4 не превышала 170000 руб. в год. Из представленных выписок по счетам также видно, что общая сумма имевшихся у ФИО4 на 2019 год денежных средств не превышала полумиллиона рублей, которые перечислялись им с одного вклада на другой. 14 мая 2019 года и в ближайшие дни до этой даты ФИО4 наличные денежные средства со своих счетов не снимал. Довод ФИО4 о том, что денежные средства на выдачу займа были получены им от ИП Б., не подтверждены надлежащими доказательствами. Представленные копии договора денежного займа с процентами от 15 января 2008 года, квитанции к приходно-кассовому ордеру, расходного кассового ордера не заверены, подлинники документов представлены не были. Кроме того, подлинники указанных документов не могли быть переданы ФИО4, поскольку вся первичная документация сгорела в пожаре в мае 2021 года. Показания свидетеля не являются допустимым доказательством факта передачи денег. Какие-либо доказательства существования заемных отношений между ФИО4 и ФИО7 в дело не представлены. Получение ФИО4 от Б.1. заемных денежных средств (возврат займа с процентами) ничем не подтверждено. Таким образом, у ФИО4 денежные средства в сумме, достаточной для выдачи спорного займа ФИО3 в мае 2019 года отсутствовали, он не мог их передать и не передавал ФИО3, а потому договор займа является незаключенным. Истец и ответчик ФИО3 состояли в браке до 30 июня 2023 года. Фактически брачные отношения прекращены в мае 2023 года. Спорные денежные средства были уплачены ФИО3 третьим лицам за ФИО4 в течение 2021-2022 годов, то есть в период брака и сохраняющихся брачных отношений. Поскольку правовые основания для исполнения ФИО3 обязательств ФИО4 отсутствовали, ФИО4 получил неосновательное обогащение в сумме совершенных ФИО3 платежей. Обязанность вернуть такое обогащение возникло у ФИО4 с момента совершения ФИО3 соответствующих платежей. Спорные платежи ФИО3 совершал за счет совместно нажитого с истцом имущества, поскольку к последнему относятся и денежные средства на счетах каждого супруга, включая доходы от предпринимательской деятельности. Следовательно, право требования от ФИО4 возврата неосновательного обогащения также является совместно нажитым имуществом ФИО3 и истца. Таким образом, сделка, направленная на прекращение права требования к ФИО4 (спорное соглашение о зачете) нарушает права истца, поскольку прекращает существование ее имущества.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал. 

Представитель ответчиков ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признал, представил письменные возражения, в которых указал, что ответчики не согласны с заявленными требованиями, поскольку требования истца противоречат фактическим обстоятельствам заключения сделок и действующем законодательству. С 15 января 2008 года ФИО4 инвестировал в предпринимательскую деятельность Б. сумму в размере 1 500 000 руб. под 24% годовых. Данное инвестирование было договором займа и за длительное время вложенная сумма значительно увеличилась, что позволило ФИО4 приобретать недвижимость. Допрошенный в судебном заседании свидетель подтвердил подлинность договора займа между Б. и ФИО4, подлинность копии квитанции к приходно-кассовому ордеру и печати предпринимателя, расходного кассового ордера. Показания свидетеля согласуются с позицией ответчиков, которую они занимали в 2023 году при рассмотрении дела № в Краснокамском городском суде Пермского края по иску ФИО1 о признании недействительными договора купли-продажи недвижимости от 05 ноября 2020 года в 

<

адрес> и 

<

адрес>. Истец не является стороной данных правоотношений и не является заинтересованной стороной, ее права заключением договора займа и зачетом никак не нарушены. По мнению представителя ответчиков, целью обращения истца в суд с данными требованиями является намерение вмешаться (оспорить в дальнейшем) решение Краснокамского городского суда Пермского края по делу №, вступившего в законную силу. Оспариваемые документы (расписка и соглашение) послужили одним из оснований для отказа в удовлетворении исковых требований истца. Требуя признания расписки недействительной, истец пытается переложить личные обстоятельства ФИО3 в категорию общих, что при удовлетворении требований судом позволило бы истцу предъявить требования о взыскании денежных средств с ответчиков. Это противоречит принципам добросовестности. Если заем был использован для бизнеса, приносившего доходов в период брака, оспаривание расписки после развода, по мнению представителя ответчиков, должно расцениваться как злоупотребление правом. Суд вправе отказать в иске, если установит недобросовестность истца. Признание займа и зачета недействительными, после их фактического исполнения нарушает принцип правовой определенности.

Ответчик ФИО8 в судебном заседании не участвовал, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен. 

В отзыве на исковое заявление ФИО4 указал, что с исковыми требованиями не согласен, просит в удовлетворении требований истца отказать в полном объеме по следующим основаниям. Между ним и его сыном – ФИО3 близкие родственные, доверительные отношения. В. – его доверенное лицо, который во всем помогает, в том числе и управлением принадлежащими объектами недвижимости в 

<

адрес> и в 

<

адрес>. Он, в свою очередь, ранее помогал сыну деньгами для ремонта помещений в 

<

адрес> строительства автомойки по этому адресу. Для этого он в 2019 году одолжил ФИО3 7 500 000 руб. Данные денежные средства ответчик снял с накопительного счета у индивидуального предпринимателя Б., с которым знаком с 2008 года. 15 января 2008 года он передал Б. деньги в сумме 1 500 000 руб. под проценты в размере 24% годовых. Так как это были свободные денежные средства, он их длительное время не снимал. Когда ФИО3 понадобились деньги для строительства, он дал ему в долг 7 500 000 руб. при условии, что ФИО3 вернет денежные средства по требованию. То, что передачу денежных средств необходимо письменно оформлять они с ФИО3 не задумывались, так как доверяют друг другу. После того, как в апреле 2021 года он приобрел в рассрочку у ООО «ЮТУРНА» объект недвижимости в 

<

адрес> он попросил В. вернуть 7 500 000 руб., уплатив их продавцу ООО «ЮТУРНА». О приобретении им данного объекта истец знала, также она знала, что управлением данного торгового комплекса занимается ФИО3 Истец стала пытаться претендовать на этот объект после того как при рассмотрении дела о разделе совместно нажитого имущества узнала о том, что ФИО3 по его просьбе осуществлял платежи за этот объект. Истец не знала, что перечисление денег продавцу ООО «ЮТУРНА» - это был возврат ФИО3 долга. Так как вопрос об оформлении передачи 7 500 000 руб. в долг и их возврат возник при рассмотрении дела по иску ФИО1 в Краснокамском городском суде, он и ФИО3 оформили расписку на передачу денежных средств 26 апреля 2024 года, которую фактически осуществили 14 мая 2019 года. По мнению ФИО4 оформление расписки более поздним числом не является нарушением какого-либо закона, так как фактически деньги он передавал, а ФИО3 их получил, и получение денежных средств ФИО3 подтверждает. Также 26 апреля 2024 года они с ФИО3 оформили соглашение о зачете встречных требований, чтобы ни у суда, ни у истца не возникло сомнений в законности приобретения им объекта в 

<

адрес>. Расписка и соглашение не сфальсифицированы, а подтверждают уже выполненные ФИО3 обязательства. По мнению ФИО4, заявленным иском об оспаривании расписки и соглашения о зачете встречных требований истец пытается поставить под сомнение решение Краснокамского городского суда об отказе в удовлетворении ее требований о признании недействительным договоров купли-продажи объектов недвижимости. Этими действиями истец злоупотребляет своими правами, пытаясь использовать судебную процедуру для достижения незаконного результата по лишению его собственности. 

Суд, выслушав пояснения участников процесса, показания свидетеля, исследовав материалы дела, приходит к следующему. 

В соответствии с частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Лицо считается имеющим материальный интерес в деле, если оно требует защиты своего субъективного права или охраняемого законом интереса, а предъявляемый иск является средством такой защиты. Субъектом, имеющим материально-правовой интерес в признании сделки недействительной (ничтожной) следует считать любое лицо, в чью правовую сферу эта сделка вносит известную неопределенность, и интерес которого состоит в устранении этой неопределенности. К этим лицам относятся сами стороны недействительной (ничтожной) сделки, а также другие лица, чьи права могут оказаться нарушенными как исполнением недействительной (ничтожной) сделки, так и одним ее мнимым существованием.

В соответствии с частью 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в частности, из договоров и иных сделок.

Согласно пункту 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

Согласно пункту 1 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В соответствии с пунктом 2 той же статьи, в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Согласно пункту 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

Установлено, что ФИО1 и ФИО3 состояли в браке с ДД.ММ.ГГГГ, который прекращен ДД.ММ.ГГГГ. ФИО4 является отцом ФИО3 

Из материалов дела следует, что ФИО3 26 апреля 2024 года составлена расписка, из текста которой следует, что 14 мая 2019 года ФИО3 получил от ФИО4 денежные средства в размере 7 500 000 руб. 

15 марта 2021 года между ООО «ЮТУРНА» (продавец) и ФИО4 (покупатель), в лице ФИО3, действующего на основании доверенности, заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, по условиям которого ФИО4 в собственность приобретено недвижимое имущество: ......., общей стоимостью 28500000 руб. с рассрочкой оплаты. 

Решением Краснокамского городского суда Пермского края от 11 октября 2024 года по гражданскому делу № исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО4, ООО «Ютурна», М. о признании договора купли-продажи недвижимого имущества от 15 марта 2021 года, заключенного между ООО «Ютурна» и ФИО4, договора купли-продажи недвижимого имущества от 05 ноября 2020 года, заключенного между М. и ФИО4 недействительными и применении последствий недействительности оставлены без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от 12 мая 2025 года решение Краснокамского городского суда Пермского края от 11 октября 2024 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 – без удовлетворения.

26 апреля 2024 года между ФИО4 (кредитор) и ФИО3 (должник) заключено соглашение о зачете встречных однородных требований, по условиям которого:

- должник имеет перед кредитором задолженность в сумме 7 500 000 руб., полученных от кредитора в займ 14 мая 2019 года наличными денежными средствами (пункт 2);

- кредитор, имеет перед должником задолженность в размере 7 500 000 руб. Основанием возникновения задолженности является перечисления должником в интересах кредитора денежных средств на расчетный счет ООО «ЮТУРНА» в счет оплаты по договору купли-продажи недвижимого имущества от 15 марта 2021 года, согласно которому кредитор приобрел у ООО «ЮТУРНА» в рассрочку объекты недвижимости, расположенные по 

<

адрес> (пункт 3);

- принимая во внимание взаимный характер встречных обязательств, стороны пришли к соглашению зачесть сумму долга друг перед другом в размере 7500000 руб. в соответствии со статьей 410 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно: зачесть сумму долга должника перед кредитором в размере 7500000 руб. образовавшейся по займу от 14 мая 2019 года; зачесть сумму долга кредитора перед должником в размере 7500000 руб., образовавшейся в результате перечисления должником в интересах кредитора на расчетный счет ООО «ЮТУРНА» оплаты по договору купли-продажи недвижимого имущества от 15 марта 2021 года (пункт 4);

- настоящим стороны подтверждают, что при подписании данного соглашения взаимные обязательства по возврату задолженности друг другу в размере 7500000 руб. считаются исполненными (пункт 5). 

Истец ФИО1, ссылаясь на отсутствие у ФИО4 материальной возможности передать ФИО3 14 мая 2019 года в займ денежные средства в размере 7 500 000 руб. и, соответственно, на отсутствие обязанности ФИО3 вернуть их ФИО4 по соглашению о зачете встречных однородных требований, обратилась в суд с рассматриваемым иском.

Согласно пункту 1 статьи 158 Гражданского кодекса Российской Федерации сделки совершаются устно или в письменной форме (простой или нотариальной).

В силу пункта 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Указанные правила применяются к двусторонним (многосторонним) сделкам (договорам), если иное не установлено Гражданским кодексом Российской Федерации (пункт 2 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации). Так, договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору (пункты 2 и 3 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из положений Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что граждане, осуществляя по своему усмотрению свои гражданские права своей волей и в своем интересе, являясь свободными в установлении своих прав и обязанностей на основании договора, не противоречащего закону, свободны в его заключении и могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. 

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части 1 настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Из приведенной правовой нормы следует, что толкование судом договора исходя из действительной воли сторон и его цели с учетом, в том числе, установившейся практики взаимоотношений сторон, допускается лишь в случае, если установить буквальное значение его условий не представляется возможным.

Возможность заключения договора займа прямо предусмотрена законом. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей, заем может быть подтвержден как распиской, так и иным документом, удостоверяющим передачу определенной денежной суммы.

Если правила, содержащиеся в части 1 указанной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон (часть 2).

Пунктом 1 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В силу пункта 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации, в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей. Исходя из положений указанных норм права, передача заимодавцем заемщику суммы займа является основным и необходимым условием заключения договора займа, являющегося реальным договором.

Из буквального содержания расписки от 26 апреля 2024 года, во взаимосвязи с соглашением от 26 апреля 2024 года, следует, что между ФИО3 и ФИО4 заключен договор займа, подтверждающий получение ФИО3 14 мая 2019 года денежных средств от ФИО4 в сумме 7 500 000 руб. 

В пункте 1 статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что заемщик вправе доказывать, что предмет договора займа в действительности не поступил в его распоряжение или поступил не полностью (оспаривание займа по безденежности).

В силу пункта 3 той же статьи в случае оспаривания займа по безденежности размер обязательств заемщика определяется исходя из переданных ему или указанному им третьему лицу сумм денежных средств или иного имущества.

Из приведенных выше положений закона следует, что основанием для возникновения обязательств заемщика по договору займа является заключение договора займа с передачей заемщику денег или других вещей, являющихся предметом договора займа. При этом факт передачи денег по договору займа может подтверждаться как распиской, так и любыми иными письменными доказательствами.

В силу закона бремя доказывания безденежности договора займа лежит на заемщике.

Согласно разъяснениям, изложенным в ответе на вопрос №10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 года, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике – факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

По смыслу приведенных положений закона и разъяснений, правом на оспаривание договора займа по безденежности обладает только стороны договора займа, а не третьи лица, не являющиеся стороной сделки. Данное обстоятельство обусловлено правовой природой правоотношений по заключению договора займа между договаривающимися сторонами, потому что именно сторонам займа доподлинно известно о фактическом предоставлении займа и его сумме. Наделение правом на предъявление требования о признании договора займа незаключенным по основанию его безденежности любого заинтересованного лица приведет к нарушению стабильности гражданского оборота, поскольку станет возможным постороннее вмешательство в правоотношения сторон помимо их воли.

Для лиц, не являющихся участниками договора займа, этот договор на основании приведенных выше норм права в любом случае является заключенным, потому что его заключение на определенных условиях подтверждено, как в рассматриваемом случае, распиской заемщика.

Таким образом, ФИО1, как лицо, не являющаяся стороной по договору займа не наделена правом требовать признания этого договора незаключенным по основанию его безденежности. 

Из разъяснений, содержащихся в пункте 8.1 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08 июля 2020 года, следует необходимость выяснения судом обстоятельств фактического наличия у заимодавца на момент заключения договора заявленной денежной суммы и ее реальной передаче заемщику, а у заемщика доказательств, подтверждающих, что денежные средства в заявленной сумме были реально переданы ответчику, внесены в кассу общества, зачислены на его счет в кредитной организации и израсходованы, в случае, когда с учетом характера спора и представленных участвующими в деле лицами доказательств имеются обоснованные сомнения в реальности долгового обязательства и в возможной направленности согласованных действий сторон на совершение незаконных финансовых операций.

Наличие таких сомнений определяется судом, к компетенции которого относится оценка доказательств, в пределах судейской дискреции, установленных законом.

При наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с полученными денежными средствами, в том числе и об их расходовании. Также в предмет доказывания в данном случае входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности о размере его дохода за период предшествующий заключению сделки; сведения об отражении налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

Не соглашаясь с заявленными истцом исковыми требованиями, ответчик ФИО4 в письменных пояснениях указал, что обладал денежными средствами в размере 7 500 000 руб. для передачи их 14 мая 2019 года ФИО3 в долг.

В подтверждение возражений, ответчиком ФИО4 представлены: копия договора денежного займа с процентами от 15 января 2008 года, заключенного между ФИО4 и индивидуальным предпринимателем Б. о передаче последнему суммы займа в размере 1 500 000 руб.; квитанция (представлен оригинал) к приходно-кассовому ордеру № от 15 января 2008 года, согласно которой в кассу ИП Б. (ТД «Фокус») от ФИО4 поступили денежные средства в сумме в размере 1 500 000 руб.; копия расходного кассового ордера № от 14 мая 2019 года о получении ФИО4 от индивидуального предпринимателя Б. денежных средств в размере 7 500 000 руб. (л.д. 130, 131, 132).

Истец ФИО1, ссылаясь на то, что указанные документы представлены ответчиком в копиях, полагает, что они являются недопустимыми доказательствами по делу.

В силу статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Р. пояснил, что являлся юристом ИП Б.. ФИО4 свидетелю знаком как партнер Б. Основная деятельность ИП Б. – это оптовая торговля. Б. приобретался товар, за который поставщикам необходима была предоплата, а продавал товар с наценкой. ИП Б. активно привлекал денежные средства, поэтому знакомые приносили ему денежные средства под высокий процент. В 2008 году свидетель лично оформлял договор займа между ФИО4 и Б., на котором имеется подпись и печать Б. Начисление процентов по договорам займа происходило автоматически, так как система заложена в программу 1С. Когда клиент обращается, чтобы снять процент либо часть займа, бухгалтер распечатывает отчет по имеющимся средствам заемщика и выписывает расходный ордер. Все документы по займам у ИП Б. хранились в складском помещении на 

<

адрес>, где был его офис. Архив ИП Б. утрачен при пожаре 04 мая 2021 года. ИП Б. обязательства перед ФИО4 исполнил в 2019 году. Приходно-кассовые ордера, расходно-кассовые ордера свидетель не оформлял, однако, подтвердил, что форма документов и нумерация на них соответствует документам, которые были у ИП Б. Печать и подпись кассира, соответствуют. 

Оснований не доверять показаниям данного свидетеля у суда не имеется. 

Согласно справке ГУ МЧС России по Пермскому краю отделения надзорной деятельности и профилактической работы г.Перми по Свердловскому району и п.Новые Ляды 1 ОНПР по г.Перми от 01 июня 2021 года №, выданной Б., 04 мая 2021 года в 07 час. 19 мин. произошел пожар в складском помещении, расположенном по 

<

адрес> Зарегистрировано КРСП № от 04 мая 2021 года. В результате пожара в складе обгорели стены, обрушена часть крыши, деформированы металлические конструкции.

Копия договора денежного займа с процентами от 15 января 2008 года, заключенного между ФИО4 и индивидуальным предпринимателем Б., квитанция к приходно-кассовому ордеру № от 15 января 2008 года, копия расходного кассового ордера № от 14 мая 2019 года являлись предметом проверки и оценки Краснокамским городским судом Пермского края в рамках гражданского дела №, а также судом апелляционной инстанции. 

Так, судебной коллегией по гражданским делам Пермского краевого суда при рассмотрении апелляционной жалобы ФИО1 на решение Краснокамского городского суда Пермского края от 11 октября 2024 года в апелляционном определении от 12 мая 2025 года дано суждение по доводам ФИО1, которая ставит под сомнение заключение между ФИО4 и ИП Б. 15 января 2008 года договор займа и получение денежных средств по нему, отмечая, что «…данный договор никем из лиц, участвующих в деле, в том числе по безденежности, не оспорен, ни незаключенным, ни недействительным в установленном законом порядке не признан, отсутствие расчетов начисленных и выплаченных заемщику по договору займа процентов не является основанием для признания его недействительным. Отсутствие же первичных бухгалтерских или финансовых документов подтверждающих выдачу и получение заемных денежных средств, может свидетельствовать о ненадлежащем ведении бухгалтерского учета, что в свою очередь является основанием для привлечения к налоговой или административной ответственности, но не основанием для признания займа безденежным. Применительно же к оспариваемым сделкам следует отметить, что в условиях функционирования общества и осуществления обычной хозяйственной деятельности само по себе заключение между ФИО4 и Б. 15 января 2008 года договора займа в целях увеличения оборотных средств сначала займодавца, а затем заемщика не свидетельствует о недействительности оспариваемых сделок». 

Согласно части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных названным кодексом.

В силу приведенных выше положений закона преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать установленные ранее обстоятельства, но и запрещает их опровержение лицами, участвовавшими в рассмотрении предыдущего дела. Такое положение существует до тех пор, пока судебный акт, в котором установлены эти факты, не будет отменен или изменен в установленном законом порядке.

Таким образом, исходя из преюдициальности фактов, установленных вступившими в законную силу решением Краснокамского городского суда Пермского края от 11 октября 2024 года и апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от 12 мая 2025 года по ранее рассмотренному делу (№), вопреки доводам истца, доказательства, представленные ответчиком ФИО4 в виде копий документов, принимаются судом как допустимые доказательства. 

Приведенные выше обстоятельства в совокупности с показаниями свидетеля Р., которые согласуются с пояснениями ответчика ФИО4 и иными доказательствами, достоверно свидетельствуют о наличии у последнего на момент заключения спорного договора займа финансовой возможности предоставления ответчику ФИО3 14 мая 2019 года в займа денежных средств в размере 7500 000 руб.

При этом доводы истца о том, что ФИО4 являлся пенсионером, не работал, его доход составлял лишь получаемую им пенсию, в связи с чем не обладал возможностью выдачи ФИО3 займа в размере 7500000 руб., с учетом установленных обстоятельств отклоняются судом как несостоятельные.

Как указывалось ранее, поскольку для возникновения обязательства по возврату займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками), то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

В силу приведенных норм для квалификации отношений сторон как заемных необходимо установить соответствующий характер обязательства, включая факт передачи суммы займы и достижение между ними соглашения об обязанности заемщика возвратить займодавцу денежные средства.

Из пояснений ответчика ФИО3 следует, что необходимость и целесообразность получения 14 мая 2019 года займа была обусловлена его предпринимательской деятельностью. 

Из пояснений ответчика ФИО3 и письменных пояснений ответчика ФИО4 следует, что, несмотря на отсутствие в расписке указания срока исполнения ФИО3 обязательства, ответчиками не оспаривается то обстоятельство, что между ними имелась устная договоренность о необходимости возврата полученных в займ денежных средств в размере 7 500 000 руб. по требованию займодавца (ФИО4).

Из пояснений ответчика ФИО4 следует, что таким его требованием стало предложение ФИО3 вернуть денежный займ в размере 7 500 000 руб., путем исполнения за него обязательств по договору купли-продажи от 15 марта 2021 года.

Поскольку факт перечисления ФИО3 суммы в размере 7 500 000 руб. за ФИО4 по договору купли-продажи от 15 марта 2021 года являлся предметом исследования при рассмотрении Краснокамским городским судом Пермского края гражданского дела №, решение которого, вступившее в законную силу, в данной части является преюдициальным при рассмотрении настоящего спора, данное обстоятельство оспариванию в рамках настоящего дела не подлежит. 

С учетом изложенного суд считает установленным факт исполнения ФИО3 обязательств по возврату займа ФИО4 по договору займа, оформленного распиской, составленной 26 апреля 2024 года. 

В силу пункта 3 и пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Таким образом, проанализировав содержание представленных в материалы дела доказательств, свидетельствующих о наличии волеизъявления ответчика ФИО3 на вступление 14 мая 2019 года в заемные правоотношения по договору займа, совершения ответчиком ФИО3 действий, направленных на возникновение на его стороне заемного обязательства, что последним не оспаривается; наличие у кредитора ФИО4 финансовой возможности предоставить денежные средства в займ; отсутствие спора между кредитором (ФИО4) и заемщиком (ФИО3) по исполнению условий договора займа; исполнение заемщиком обязательств по возврату заемных денежных средств, что в совокупности указывает на реальность заемных отношений, суд полагает, что доводы истца о том, что расписка является безденежной, а договор займа – незаключенным являются необоснованными, опровергающимися совокупностью и взаимосвязью собранных по делу доказательств, основаны на неверном толковании норм материального и процессуального права.

При этом судом отмечается, что написание долговой расписки после передачи денежных средств заемщику само по себе не является основанием для признания этого договора безденежным, поскольку закон не связывает заключение договора займа с моментом передачи денежных средств, а только с фактом их передачи заемщику, в связи с чем фактическая передача денег заимодавцем могла быть осуществлена как при заключении такого договора, так и до его подписания при условии подтверждения факта заключения договора займа в последующем в письменном документе.

На основании изложенного, учитывая установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 о признании договора займа на сумму 7 500 000 руб. между ФИО3 и ФИО4 незаключенным, удовлетворению не подлежат.

Разрешая требования ФИО1 о признании соглашения о зачете встречных однородных требований от 26 апреля 2024 года недействительным, суд исходит из следующего.

Как предусмотрено положениями статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

Из разъяснений, изложенных в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 года №6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» согласно статье 410 Гражданского кодекса Российской Федерации для прекращения обязательств зачетом, по общему правилу, необходимо, чтобы требования сторон были встречными, их предметы были однородными и по требованию лица, которое осуществляет зачет своим односторонним волеизъявлением, наступил срок исполнения. Указанные условия зачета должны существовать на момент совершения стороной заявления о зачете. Например, встречные требования сторон могут в момент своего возникновения быть неоднородными (требование о передаче вещи и требование о возврате суммы займа), но к моменту заявления о зачете встречные требования сторон уже будут однородны (требование о возмещении убытков за нарушение обязанности по передаче вещи и требование о возврате суммы займа).

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В пунктах 7 и 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Вместе с тем стороной истца не предоставлено доказательств нарушения требований закона при заключении ответчиками соглашения о прекращении обязательств зачетом встречных однородных требований.

Проанализировав материалы дела, с учетом установленных по делу обстоятельств, принимая во внимание, что соглашение о зачете встречных однородных требований от 26 апреля 2024 года заключено с соблюдением всех необходимых условий: ФИО3 имел задолженность перед ФИО4 по договору займа (расписка от 26 апреля 2024 года); ФИО4 имел задолженность перед ФИО3 в связи с оплатой последним цены по договору купли-продажи недвижимого имущества от 15 марта 2021 года, вследствие чего кредитор по первому обязательству (ФИО4) являлся также должником по последнему обязательству сторон, участвующих в зачете (перед ФИО3), а взаимозачет данных требований являлся законным и соответствующим положениям статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы истца о том, что данным соглашением нарушаются ее права и законные интересы в связи с прекращением обязательств ФИО4 по возврату ФИО3 денежных средств, уплаченных им за счет совместно нажитого имущества (совместных денежных средств супругов) по договору купли-продажи от 15 марта 2021 года не опровергают вышеприведенных фактических обстоятельств, установленных в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела и не исключают возможность избрания истцом иного способа защиты нарушенного права, если такое право нарушено.

При таких обстоятельствах, суд не находит оснований для признания соглашения от 26 апреля 2024 года недействительным, поскольку данное соглашение было подписано сторонами, доказательств, что данное соглашение не было исполнено, в материалы дела не представлено, кроме того, по мнению суда, фактически направлены на оспаривание тех обстоятельств, которые установлены вступившими в законную силу судебными актами, имеющими преюдициальное значение при рассмотрении настоящего спора.

Анализируя изложенные обстоятельства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании недействительным соглашения о зачете встречных однородных требований от 26 апреля 2024 года. 

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании незаключенным договора займа от 26 апреля 2019 года на сумму 7500000 рублей между ФИО3 и ФИО4, о признании недействительным соглашения о зачете встречных однородных требований от 26 апреля 2024 года, заключенного между ФИО3 и ФИО4, отказать. 

Решение в течение месяца со дня принятия в окончательной форме может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Кировский районный суд города Перми. 

Судья А.А. Каменщикова 

Мотивированное решение составлено 04 июля 2025 года.