Председательствующий: Трофимчук М.В. 

Дело № 22-556/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Абакан 28 апреля 2021 года 

Верховный Суд Республики Хакасия в составе

председательствующего судьи Будника Д.Д., 

при секретаре Смокотниной Т.В.,

с участием:

осужденного Аббасова В.Ф.,

защитника- адвоката Зайцева В.О.,

прокурора Новиченко А.М.,

рассмотрел в открытом судебном заседании 28 апреля 2021 года материалы уголовного дела по апелляционной жалобе осужденного Аббасова В.Ф., а также его защитника-адвоката Зайцева В.О. на приговор Бейского районного суда Республики Хакасия от 18 февраля 2021 года, которым

Аббасов В.Ф., 

<

данные изъяты> несудимый,

осужден по пп. «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 380 часов. 

Приговором суда также постановлено взыскать с Аббасова В.Ф. в пользу ФИО1 материальный ущерб в размере 204526 рублей, а также процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг представителя адвоката Шоева Ю.В. и адвоката Зайцева В.О.

Приговором решен вопрос о мере пресечения и вещественных доказательствах. 

Заслушав доклад председательствующего по обстоятельствам дела и доводам апелляционной жалобы осужденного ФИО7 и его защитника-адвоката Зайцева В.О., объяснения осужденного ФИО7 и его защитника-адвоката Зайцева В.О., поддержавших доводы апелляционной жалобы, выступление прокурора Новиченко А.М., возражавшей на доводы апелляционной жалобы, просившей решение суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

ФИО7 совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в иное хранилище, с причинением значительного ущерба гражданину. 

Преступление совершено в 

<

адрес>, при изложенных в приговоре обстоятельствах. Приговор постановлен в общем порядке.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО7 и его защитник-адвокат Зайцев В.О., выражают несогласие с приговором суда, считают его несправедливым в виду чрезмерной суровости назначенного наказания. 

Обращают внимание, что суд установил лишь смягчающие наказание обстоятельства и отсутствие отягчающих обстоятельств. Кроме того, обращают внимание, что даже государственный обвинитель Кузнецов А.С. в своей речи в прениях просил назначить ФИО7 наказание в виде 360 часов обязательных работ, а суд назначил 380 часов. Также, апеллянты обращаю внимание, на показания свидетеля ФИО2 (отца осужденного) о наличии у потерпевшего ФИО1 перед ФИО2 долга по оплате за аренду площади под терминал в двух магазинах 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> и кафе 

<

данные изъяты> с 2015 по 2020 год в размере 101 000 руб.

Считают, что ФИО7, вытащил из терминала в кафе 

<

данные изъяты> 204 526 рублей, чтобы вернуть долг за аренду площади под терминал, посчитав разницу в сумме справедливой компенсацией за пятилетнюю задержку в выплате арендной платы.

Апеллянты утверждают, что ФИО7 знал и видел, как его отец сильно переживал из-за того, что ФИО1 много лет не платит за аренду. ФИО2 ни о чём не просил, но ФИО7, как сын, решил, что сам решит вопрос с ФИО1 по возврату денег.

Считают, что при таких обстоятельствах действия ФИО7 квалифицированы по п.п. «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ неверно, поскольку умысел ФИО7 был направлен не на безвозмездное тайное хищение, а на самовольное, вопреки установленному законом порядку, взыскание долга с ФИО1 не через суд в порядке гражданского судопроизводства, а путем непосредственного изъятия денег из терминала потерпевшего. Полагают, что если бы не долг потерпевшего по аренде, никакой «кражи» бы не случилось, а налицо чистейшее самоуправство.

Также, апеллянты утверждают, что по правилам русского языка, части тюркских имен сокращать не следует; часть имени «оглы» пишется через дефис и со строчной буквы. Кроме того, в паспорте ФИО7 «оглы» написано с заглавной буквы и без дефиса, считают, что такое написание и должно указываться в приговоре. Обращают внимание, что мужские тюркские имена, оканчивающиеся на согласную букву, склоняются. 

Просят приговор в отношении ФИО7 изменить:

- квалифицировать действия ФИО7 по части 1 ст. 330 УК РФ;

- снизить размер наказания в виде обязательных работ до 60-ти часов;

- исключить во вводной и описательно-мотивировочной части приговора в написании сокращения имени ФИО7 частицу «о»;

- указать в соответствующих местах вводной и резолютивной частей приговора правильное написание части имени ФИО7 «Фахраддин» в нужном падеже и правильное написание частицы «оглы» с заглавной буквы, согласно паспорту. 

В возражениях на апелляционную жалобу и.о. заместителя прокурора Бейского района Кузнецов А.С. выражает несогласие с доводами апелляционной жалобы. Утверждает, что приговор суда вынесен на основании доказательств, собранных по уголовному делу в соответствии с требованиями уголовного, уголовно-процессуального законодательства. Считает, что судом назначено справедливое наказание с учетом всех обстоятельств по делу и личности подсудимого. Квалификацию действий ФИО7 по п. «б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ считает обоснованной, подтвержденной доказательствами, полученными в установленном законом порядке в ходе предварительного следствия и исследованными в судебном заседании. Полагает, что ФИО7 в каждом своем едином противоправном действии похищал денежные средства, находящиеся в платежном терминале, расположенном в кафе 

<

данные изъяты>, принадлежащие ФИО1, которыми распоряжался по своему усмотрению, а отсутствие самоуправства в действиях осужденного подтверждается показаниями свидетеля стороны защиты, который пояснял, что терпеливо ждал, когда ФИО1 заплатит ему арендную плату, сыну поручал только принять денежные средства от потерпевшего ФИО1, о пропаже денежных средств из терминала узнал от последнего. 

Полагает, что указанные обстоятельства, наряду с конспирацией преступных действий осужденного, т.е. их сокрытие как от потерпевшего ФИО1, так и от отца, подтверждают наличие в действиях осужденного корыстной цели, являющейся конструктивным признаком хищения.

Считает, что наличие в жалобе доводов о неправильном отражении в приговоре имени осужденного и не склонении мужского отчества, не может являться основанием для изменения приговора, поскольку личность осужденного достоверно установлена, подтверждена имеющимися в деле документами.

Просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного и его защитника без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, выслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Тщательно исследовав представленные сторонами доказательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что вина ФИО7 в совершении инкриминированного ему деяния доказана полностью и установлена приговором суда на основе достоверных доказательств, полученных на предварительном расследовании с соблюдением уголовно-процессуального закона, исследованных в ходе судебного разбирательства и получивших оценку суда в приговоре с учетом требований ст. 87, 17, 88 УПК РФ, с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а также достаточности для правильного рассмотрения уголовного дела.

Так, в ходе судебного заседания подсудимый ФИО7 вину в инкриминируемом ему преступлении признал в полном объеме, в содеянном раскаивается, пояснил, что у потерпевшего была договорённость с его отцом ФИО2 об аренде и размещении терминала платежного, который изначально находился в магазине 

<

данные изъяты> с 2015 года до 2018 года, затем терминал платежный находился в кафе 

<

данные изъяты>, арендная плата была установлена 2000 рублей в месяц, последний раз ФИО1 вносил арендную плату, согласно журналу 18 декабря 2018 года и отец и подсудимый неоднократно созванивались с потерпевшим о погашении задолженности по арендной плате. Терминалом платежным пользовалось очень много людей, в нем можно заплатить за кредиты, телефон, интернет. ФИО7 в телефонном разговоре потребовал возврата арендной платы, потерпевший не заплатил, тогда ФИО7 был зол, взломал терминал платежный, отогнул ломом, в нем было около 35000-36000 рублей, он их забрал, еще были мелкие купюры, не помнит сколько. События были в 2020 году. Потом увез замок от терминала платежного в 

<

адрес>, где на рынке встретился с мужчиной, который изготовил ему ключ, на следующий день замок забрал и все на место поставил. Когда брал деньги из терминала платежного, каждый раз отключал видеонаблюдение и электропитание в кафе 

<

данные изъяты>. Он договорился с ФИО3 сказав, что хочет «наказать человека», подробности не объяснял, осуществлял переводы ФИО3 на «QIWI Кошелек», ФИО3 затем переводил денежные средства на свою банковскую карту «Сбербанк», ФИО7 брал у него банковскую карту и снимал денежные средства с карты. После снятия денежных средств, шел к терминалу платежному, перед этим выключал видеонаблюдение, свет, питание от терминала платежного, открывал его своим ключом, забирал деньги. С суммой причиненного ущерба в размере 204526 рублей согласен. Мотивом преступления явилось желание наказать потерпевшего, поскольку тот несколько лет не оплачивал арендную плату. В содеянном раскаялся, желает возместить ущерб, но потерпевший на контакт не идет, подсудимый направил почтой предложение потерпевшему о возмещении ущерба частично в размере 50000 рублей.

Из оглашенных в порядке ст. 276 УПК РФ показаний ФИО7, данных им в ходе предварительного следствия следует, что у него есть сестра ФИО4, которая владеет кафе 

<

данные изъяты>. В настоящее время управлением деятельностью кафе фактически занимается он, так как сестра выехала на родину в 

<

адрес>. Кафе было открыто в мае 2019 года, в это же время он перенес из магазина 

<

данные изъяты> терминал платежный «QIWI». Данный терминал платежный принадлежит ФИО1, он был установлен по устной договоренности и ФИО1 платил арендную плату за данный терминал платежный. Об установке терминала платежного в кафе ФИО79 договаривался с его отцом. В январе - феврале 2020 года, он решил вскрыть данный терминал платежный, а именно купюроприемник и похитить из него денежные средства. Он взял лом и отогнул на терминале платежном «QIWI» дверь и вытащил оттуда купюроприемник, в котором находились денежные средства около 30000 - 35000 рублей. Чтобы это все осталось незамеченным, он снял сломанный замок с терминала платежного и повез его в 

<

адрес>, где изготовил ключ. В тот момент, когда он открутил замок на терминале платежном, он отключал питание на терминале платежном «QIWI» и отключал систему видеонаблюдения в кафе. После этого он установил замок обратно в терминал платежный на свое место и закрыл его на ключ. После этого он решил, что можно периодически открывать терминал платежный изготовленным ключом и похищать из него денежные средства. Затем он каждый месяц, иногда по несколько раз в месяц, с терминала платежного стал переводить на «QIWI Кошелек» привязанный к номеру телефона 

<

данные изъяты> денежные средства (от 5000 рублей до 11000 рублей). Данный «QIWI Кошелек» принадлежит другу ФИО3, который не знал о происходящем. Он просил ФИО3 временами перевести с его «QIWI Кошелька» на его же банковскую карту «Сбербанк» денежные средства, которые он зачислял на его «QIWI Кошелек». Он ФИО3 просто просил дать ему банковскую карту, чтобы снять деньги. После того, как он снимал деньги в банкомате «Сбербанк» он возвращал карту ФИО3 обратно. Данными денежными средствами в дальнейшем он распоряжался по своему усмотрению. Чтобы все было незаметно, он закидывал через терминал платежный на «QIWI Кошелек» ФИО3 различную сумму денег, потом отключал систему видеонаблюдения в кафе и отключал питание на терминале платежном. Ключом открывал терминал платежный и забирал денежные средства себе, после чего звонил ФИО3 и просил его перевести с «QIWI Кошелька» на «Сбербанк» поступившие средства, приезжал к ФИО3 за картой, снимал деньги и возвращал банковскую карту обратно. Всего он указанным способом за весь период по сентябрь 2020 года похитил около 200000 рублей, сколько раз вскрывал терминал платежный, назвать затрудняется. В своих объяснениях ранее он сообщил, что у ФИО1 имелся долг по оплате аренды за установку терминала платежного, в связи, с чем он и решил похитить деньги из его терминала платежного, однако это не верно, какого-либо долга у него за оплату аренды не имелось, так сказал, потому что хотел избежать уголовной ответственности. Лом, которым он вскрыл первоначально дверцу терминала платежного, он выбросил, где именно уже не помнит (т. 1 л.д.140-142).

После оглашения подсудимый ФИО7 в ходе судебного заседания подтвердил свои показания, данные им в ходе предварительного следствия.

Из показаний потерпевшего ФИО1, данных им в ходе судебного заседания следует, что по устной договорённости с ФИО2 об аренде, терминал платежный располагался в кафе 

<

данные изъяты> с осени 2019 года, ранее этот же терминал платежный стоял в магазине 

<

данные изъяты> примерно с 2017 года Арендную плату отдавал наличными, мог раз в 3 месяца платить, а потом ФИО2 уехал, он только с ним созванивался. В последний раз тот сказал, что деньги можно передать сыну в кафе. У него открыты спец-счета в «Альфа Банке» и «Муниципальном банке», поскольку он является субагентом платежной системы «QIWI», люди через терминалы платежные вносят денежные средства, он этот спец-счет постоянно пополняет. Спец-счет, можно только пополнить наличными денежными средствами. Пропажу обнаружил, когда приехал отдать денежные средства за аренду. Терминал платежный состоит из железного корпуса, на нем стоит программное обеспечение, программная компания «QIWI» обеспечивает его работу, имеется запорное устройство - 2 замка, сейфовый замок и в купюроприемнике, где происходит замена бумаги (чековой ленты). Он последний раз приезжал 23 августа 2019 года, так как, перед выемкой смотрит программу по наполнению денежных средств. При вскрытии купюроприемника обнаружено отсутствие денежных средств. Он попросил у ФИО7 видеозапись с камер видеонаблюдения посмотреть, перед этим зашел в телефон и посмотрел когда поступали деньги, в какие числа. ФИО7 без проблем дал ему доступ, при просмотре установлено, что, записи были подтертыми. Потерпевший определил, в какие даты были крупные поступления, стал сопоставлять, этих дат на видео не было. Сделал распечатку, анализ платежей, основная масса денежных средств, прошла через «QIWI Кошелек», суммы большие по 5000 - 6000 рублей, основная масса денежных средств внесенных, электронных и наличными похищена. Сначала на «QIWI Кошелек», а потом с «QIWI Кошелька» на карту переводились денежные средства, а с банковской карты потом обналичивали денежные средства. Сумма составила 204526 рублей, эта сумма от инкассации до инкассации. Указанная сумма является значительной, поскольку он имеет на иждивении двоих детей, супруга не работает, также имеет кредитные обязательства, платежи составляют около 45000 рублей в месяц. Гражданский иск поддерживает в полном объеме, поскольку ущерб даже частично не возмещен.

Из оглашенных, в порядке ст. 281 УПК РФ, показаний потерпевшего ФИО1 данным им в ходе предварительного следствия следует, что примерно в 2015 году он стал сотрудничать с ФИО2, у которого был магазин 

<

данные изъяты>, по их устной договоренности в помещении магазина был установлен терминал платежный компании «QIWI», за оказанную услугу он оплачивал денежные средства. Сам терминал платежный изготовлен из металла, оснащен замком итальянского производства, высокого качества для защиты от взлома. В 2019 году ФИО2 было открыто кафе 

<

данные изъяты>, куда также был установлен указанный терминал платежный. В течение 5 лет никаких проблем по терминалу платежному не было. Терминал платежный стоял в помещении у ФИО2, за что он платил ему арендную плату. По договоренности с ФИО2, когда он приезжал в 

<

адрес>, для того чтобы извлечь наличные денежные средства из терминала платежного, то оплачивал ему услуги аренды. Он также знает, что у ФИО2 есть сын, который помогает ему в кафе. Однако с ФИО7 он старался не встречаться, так как с ним сложно было в общении, тот всегда высказывал недовольства, что якобы он мало платит за аренду, с ФИО7 у него никакой договоренности не было. Последний раз он проводил инкассацию 23 августа 2019 года. 10 сентября 2020 года он собрался ехать в 

<

адрес>, для того чтобы провести инкассацию из терминала платежного кафе 

<

данные изъяты> и чтобы заплатить ФИО2 деньги за аренду. Предварительно он позвонил ФИО2 и сказал, что едет в 

<

адрес>. В ходе телефонного разговора ФИО2 сказал, чтобы он деньги за аренду передал его сыну ФИО7 Примерно в 19 часов 10 сентября 2020 года он приехал в 

<

адрес>, ФИО7 прошли в помещение кафе. После чего он передал ему 15000 рублей, эта была арендная плата. Примерно в 20 часов 20-30 минут он пошел к терминалу платежному, открыл его своим штатным ключом и увидел, что в терминале платежном в монетнице отсутствуют монеты. Ему показалось это странно. Затем он открыл кассетник, в нем также отсутствовали банкноты. Хотя ему известно, что в указанном терминале платежном должны быть денежные средства, поступления в терминал платежный проходили. Затем он стал работать с терминалом платежным, зашел в меню и посмотрел кассу терминала платежного, сумма на экране терминала платежного высветилась 204526 рублей. Он сразу понял, что была совершена кража денег, как это произошло, он сначала не понял, так как открывал терминал платежный своим штатным ключом, при этом замок работал исправно, повреждений не имел. Он решил просмотреть камеры видеонаблюдения в помещении кафе. Попросил, чтобы ФИО7 пустил его к компьютеру. Тот согласился. При просмотре видеонаблюдения он ничего подозрительного не увидел. Так же он не увидел, и как проходила оплата по терминалу платежному, хотя при просмотре программы терминала платежного, он запомнил, что в определенное время проходила оплата, значит, на записи видеонаблюдения это должно было быть, но человека на видео не было. Поэтому он сделал вывод, что видео не записывалось в это время. Затем он поехал в 

<

адрес>, 12 сентября 2020 года он пошел в дежурную часть полиции 

<

адрес>. При помощи установленного в указанном терминале платежном «Джипириес модема», который передает информацию терминала платежного на сервер, с использованием программы «QIWI мониторинг», ему приходит вся информация с указанного терминала платежного в личный кабинет. А уже с личного кабинета он отслеживает, все операции по конкретному терминалу платежному и так ведет учет. Согласно выписке по операциям, первое поступление денежных средств после проведенной инкассации 23 августа 2019 года, было осуществлено 10 сентября 2019 года. С 10 сентября 2019 года по 10 сентября 2020 года в терминал платежный была внесена в счет различных оплат сумма 204526 рублей и данная сумма была похищена из терминала платежного. Поэтому он зашел в свой личный кабинет и стал смотреть все операции, проводимые через указанный терминал платежный. В ходе чего им был скачен лок-файл, при просмотре, которого было установлено, что большая сумма денег была зачислена через терминал платежный на счет гражданина с номером телефона 

<

данные изъяты>. Затем он позвонил в службу безопасности «QIWI» и спросил, можно ли установить, куда были переведены денежные средства гражданином с номером телефона 

<

данные изъяты>. Служба безопасности ему пояснила, что денежные средства были переведены на банковскую карту клиента «Сбербанк». Д-вых обязательств у него перед ФИО2. нет, он всегда оплачивал ему аренду согласно их устной договоренности. Ущерб в сумме 204526 рублей является для него значительным, так как его среднемесячный доход составляет 100000 рублей, на иждивении двое несовершеннолетних детей, кредитные обязательства в сумме 20000 рублей (т. 1, л.д. 55-57).

Потерпевший ФИО1 оглашенные в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показания подтвердил.

Свидетель ФИО5 чьи показания были оглашены в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показал, что в ходе работы по заявлению ФИО1 им были изъяты у ФИО3 сотовый телефон марки Xiaomi и его банковская карта «Сбербанк», о чем был составлен акт добровольной выдачи (т. 1, л.д.86).

Из показаний свидетеля ФИО3, следует, что ФИО7 несколько раз переводил денежные средства на его «QIWI Кошелек», потом он указанные денежные средства переводил на свою карту «Сбербанка», впоследствии ФИО7 брал у него карту и снимал денежные средства, которые он сам переводил на карту.

Из оглашенных в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО3, от 30 сентября 2020 года следует, что 22 февраля 2020 года ФИО7 перевёл ему на «QIWI Кошелек» 4850 рублей, которые он перевел на свою банковскую карту «Сбербанка», данные денежные средства он снял в банкомате, расположенном в 

<

адрес>, после чего передал их в пользование ФИО7. После чего от ФИО7 ежемесячно стали поступать предложения по выводу денежных средств с его «QIWI Кошелька». Он передавал в пользование свою личную банковскую карту «Сбербанка» для осуществления снятия денежных средств, поступающих с его «QIWI Кошелька», которые он переводил на вышеуказанную банковскую карту. ФИО7 звонил ему на абонентский номер 

<

данные изъяты>, поясняя, что тот осуществил перевод денежных средств на его «QIWI Кошелек», после чего он осуществлял перевод на свою банковскую карту «Сбербанка», чтобы последний снял денежные средства в своё пользование. Пин-код от своей карты он сообщил ФИО7 добровольно, чтобы тот имел возможность снимать деньги. Аналогичным способом ФИО7 ему денежные средства переводил на «QIWI Кошелек» несколько раз (т. 1 л.д.87-89).

Свидетель ФИО2. (отец подсудимого) в судебном заседании пояснил, что терминал платежный был установлен в 2015 году в магазине 

<

данные изъяты> представителем потерпевшего, находился там до 15 декабря 2018 года, затем терминал платежный стоял в магазине 

<

данные изъяты>, в мае 2019 года был перевезен в первый зал кафе 

<

данные изъяты>. По арендной плате договорились по 2000 рублей в месяц, арендную плату ФИО1 не вносил, сам появился только в 2018 году, частично внес арендную плату 7000 рублей за 2017 год, за 2018 год внес полностью 24000 рублей, 2019 год и 2020 год вообще не оплачивал. Задолженность по арендной плате примерно составляет 101000 рублей. В феврале 2020 года потерпевший позвонил, сказав, что хочет забрать терминал платежный, договорились, что заберет только после оплаты. Сыну никаких распоряжений по взысканию задолженности с ФИО1 не давал, поручал в случае оплаты принять денежные средства. По обстоятельствам того, что из терминала платежного пропали деньги, ничего не знал.

Судом первой инстанции, были оценены показания вышеуказанных свидетелей, в совокупности с иными представленными сторонами доказательствами, вследствие чего суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований сомневаться в правдивости и достоверности известных и наблюдаемых ими событий. Показания указанных свидетелей последовательны, согласуются как между собою, так и с другими доказательствами, исследованными судом, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, достоверность, сведений отраженных в протоколах удостоверена подписями. Противоречий, существенных для доказывания, оснований для оговора подсудимого, и причин их личной заинтересованности в исходе дела, не установлено, вследствие чего оснований относиться к показаниям указанных свидетелей критически, а также признания этих показаний недопустимыми или недостоверными доказательствами не имеется. 

Кроме того, все вышеприведенные показания объективно подтверждаются письменными доказательствами, к которым суд отнес:

- протокол осмотра места происшествия от 13 сентября 2020 года, фототаблицы и схемы к нему (т.1 л.д. 14 - 25);

- акт добровольной выдачи и фототаблица к нему, согласно которым, свидетель ФИО3. выдал свидетелю ФИО5 сотовый телефон марки XiaomiMiNote 10 lite 128 б модель M2002F4LG в комплекте с прозрачным чехлом и банковскую карту «Сбербанк» 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 49-52);

- протокол выемки от 25 сентября 2020 года у свидетеля ФИО5 указанных выше предметов (т. 1 л.д.95-96);

- протокол осмотра предметов и фототаблица к нему от 28 сентября 2020 года (т.1 л.д. 97-103), 

- протокол осмотра предметов и фототаблица к нему от 02 ноября 2020 года, согласно которому осмотрен терминал платежный SPD106 №9445167 в металлическом корпусе серого цвета, который признан и приобщен к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т. 1 л.д.104-110);

- протокол осмотра CD-R диска от 12 ноября 2020 года, согласно которому установлено, что общая сумма поступивших оплат на «QIWI Кошелек» и банковскую карту, привязанную к абонентскому номеру 

<

данные изъяты> ФИО3, в период с 10 сентября 2019 года по 07 сентября 2020 года составляет 204546 рублей (т. 1 л.д. 116-126).

В целях разъяснения, дополнения и уточнения, в соответствии с требованиями ст. 80, 168, 271 УПК РФ был также допрошен специалист - сотрудник ООО «Хакасский муниципальный банк» ФИО6, которая, в соответствии с ч. 4 ст. 80 УПК РФ как специалист сообщила сведения об обстоятельствах, требующих специальных познаний, а также разъяснила свое мнение по вопросам, входящим в ее компетенцию. 

Допустимость приведенных в приговоре доказательств сомнений не вызывает, поскольку они получены с соблюдением требований закона и проверены в условиях судебного разбирательства. 

Суд первой инстанции, оценив доказательства в их в совокупности, пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО7 в совершении инкриминируемого ему преступления и правильно квалифицировал его действия по пп. «б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ - кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с незаконным проникновением в иное помещение, с причинением значительного ущерба гражданину. 

Утверждение апеллянтов о том, что показания ФИО2 - отца осужденного нашли свое подтверждение в представленной стороной защиты долговой книге, в части наличия долга у потерпевшего перед ФИО2, не является безусловным основанием для иной квалификации действий осужденного. 

Как верно отметил суд первой инстанции, необходимости квалификации действий подсудимого по ч. 1 ст. 330 УК РФ не имеется, поскольку в ходе судебного разбирательства установлено, что подсудимый ФИО7 в каких-либо гражданско-правовых отношениях с потерпевшим ФИО1 не состоял, как и не был наделен полномочиями от своего отца ФИО2 по взысканию задолженности арендных платежей, похищенными денежными средствами распорядился по своему усмотрению, в счет погашения задолженности по арендным платежам данные денежные средства не вносил. О случившемся ФИО2 не уведомлял, свидетелю ФИО2 данные денежные средства не передавал, что свидетельствует о корыстном мотиве совершения преступления и не позволяет квалифицировать действия подсудимого по ч. 1 ст. 330 УК РФ как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией или гражданином, если такими действиями причинен существенный вред. С указанными выводами суда соглашается и суд апелляционной инстанции. Кроме того, сумма похищенного значительно превышает задолженность арендных платежей.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что данное уголовное дело органами предварительного расследования расследовано, а судом рассмотрено полно и объективно. Судебное разбирательство было произведено с соблюдением принципов уголовного судопроизводства, в том числе и принципов состязательности и равноправия сторон. Участникам судебного разбирательства были созданы необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, стороны были равноправны перед судом. Заявленные ходатайства, в том числе ходатайства стороны защиты, разрешались судом с соблюдением норм УПК РФ, Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют представленным сторонами и исследованным судом доказательствам, правильно оценены и надлежащим образом мотивированы. 

Гражданский иск потерпевшего ФИО1 разрешен в соответствии с требованиями ст. 1064 ГК РФ и вопреки доводам стороны защиты не может быть оставлен без рассмотрения.

При назначении наказания суд учел, что ФИО7 имеет постоянное место жительства и регистрацию, является военнообязанным (т. 1 л.д. 172), несудим (т. 2 л.д. 157, 247), на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит (т. 1 л.д. 166). Также суд принял во внимание характеристику ФИО7 с места жительства, данную участковым уполномоченным полиции, согласно которой подсудимый за время проживания зарекомендовал себя с удовлетворительной стороны, не женат, в настоящее время не трудоустроен, к административной ответственности не привлекался, ранее привлекался к уголовной ответственности по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, судимостей не имеет (т. 1 л.д. 170), согласно характеристике администрации 

<

данные изъяты> от 01 октября 2020 года ФИО7 проживает с родителями, со слов соседей не конфликтен, в администрацию жалоб на него не поступало, в общественной жизни села участие не принимает (т. 1 л.д. 168).

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО7, в соответствии со ст. 61 УК РФ, суд правильно установил: признание вины в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства, активное способствование расследованию преступления, выразившееся в даче признательных показаний в ходе предварительного расследования, согласие на рассмотрение дела в особом порядке, раскаяние в содеянном, принесение письменных извинений и желание возместить причиненный ущерб, наличие на иждивении малолетнего ребенка. 

Оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством противоправное поведение потерпевшего суд апелляционной инстанции, вопреки доводам апелляционной жалобы, не усматривает.

Отягчающих наказание обстоятельств в соответствии со ст. 63 УК РФ судом не установлено.

Оснований для применения к осужденному положений ч. 6 ст. 15, ч.1 ст. 62, ст. 64, ст. 73 УК РФ суд не усмотрел, о чем в приговоре приведены мотивированные суждения, не согласиться с которыми оснований не имеется. 

Наказание осуждённому назначено судом в соответствии с требованиями ст. 6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершённого преступления, данных о личности осужденного, и является справедливым, а соответствующие доводы апеллянтов в части суровости назначенного наказания и несправедливости приговора, удовлетворению не подлежат. Кроме того, суд не связан с мнением государственного обвинителя о размере назначенного наказания, в связи с чем доводы апелляционной жалобы в части назначения судом наказания в 380 часов обязательных работ, в то время как государственный обвинитель просил назначить наказание виде 360 часов обязательных работ, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Утверждение апеллянтов о неверном написании имени ФИО7 было предметом рассмотрение суда первой инстанции. Как верно отметил суд, личность ФИО7 установлена паспортом, копия которого находится в деле (т. 1 л.д. 152-156), заявлениями формы 1П (т. 2 л.д. 4, 5). Суд также учел, что согласно свидетельству о рождении серии 

<

данные изъяты> ФИО указано - ФИО7, уроженец 

<

адрес>, при этом на основании перевода свидетельства о рождении подсудимым 26 декабря 2019 года был получен паспорт, в котором указано ФИО - ФИО7 уроженец 

<

адрес> (т. 2 л.д. 3, 7). По результатам проверки дактилоскопической карты по ЦИАДИС МВД по Республике Хакасия установлено, что ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ и ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ является одним лицом (т. 2 л.д. 9-10). Оснований для изменения приговора в связи с сокращенным написание слова оглы суд апелляционной инстанции не усматривает, так как такие изменения не предусмотрены ст. 389.15 УПК РФ.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора с удовлетворением доводов апелляционной жалобы, по уголовному делу не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.18, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Бейского районного суда Республики Хакасия от 18 февраля 2021 года в отношении ФИО7 оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного и его защитника-адвоката Зайцева В.О. без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения. 

В случае подачи жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: Д.Д. Будник

Справка: осужденный ФИО7 проживает по адресу: 

<

адрес>