УИД № 25RS0010-01-2023-000651-13

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № 2-361/2024

«11» сентября 2024 года г. Находка Приморского края

Находкинский городской суд Приморского края в составе председательствующего судьи Колмыковой Н.Е., при секретаре ФИО2, с участием старшего помощника прокурора 

<

.........> края ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Горизонт» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском, в обоснование которого указал, что с 

<

.........> он работал в ООО «Горизонт» без заключения трудового договора в должности слесаря-электрика по ремонту электрооборудования. Согласно приказу ООО «Горизонт» ДД.ММ.ГГ. он был трудоустроен в этой должности официально. В этот день ДД.ММ.ГГ. в 8 часов он заступил на двухсуточную смену в ООО Горизонт» и когда принимал смену у электрика ФИО4 последний сказал, что от руководства гостиницы поступило распоряжение смонтировать розетки на колоннах ресторана гостиницы «Горизонт» для подключения телевизоров. После этого он и ФИО4, который остался на вторую смену, взяв необходимые инструменты и стремянки, пришли в ресторан, где он приставил стремянку боком к колонне, расположенной в ресторане, и залез на неё, а ФИО4 в это время на другой стремянке монтировал розетку на другой колонне. Когда он залез на стремянку, он одной рукой держался за неё, а второй рукой с помощью дрели стал сверлить отверстие под розетку в колонне. Просверлив отверстие, он решил спуститься, чтобы положить дрель и взять другие инструменты, но спуститься он не успел, так как стремянка вместе с ним и дрелью упала на пол. Упал он на спину, а стремянка упала на него. При падении он сильно ударился спиной и головой об пол и поэтому на несколько секунд потерял сознание. Когда пришел в себя, работники гостиницы «Горизонт» помогли ему подняться и положили на диван. Через некоторое время приехала скорая помощь, которая в сопровождении главного инженера ФИО5 отвезла его в Центральную городскую больницу, где его госпитализировали. На стационарном лечении он находился с ДД.ММ.ГГ. по ДД.ММ.ГГ.. В настоящее время он находится на амбулаторном лечении в травмпункте ЦГБ. За все время работы в ООО «Горизонт» с ним ни разу не проводились инструктажи по охране труда, обучения по охране труда. Инструктажи по виду работы, при выполнении которой он получил травму, также с ним не проводились. Спецодежду и какую-либо специальную обувь, средства индивидуальной защиты за все время работы в ООО «Горизонт» он не получал, работал в одежде и обуви, которую принёс из дома. Согласно медицинскому заключению КГБУЗ «Находкинская городская больница» при падении со стремянки он получил закрытую позвоночную травму. Компрессионный перелом тела LI 1 степени. Умеренно выраженный синдром люмбалгии с двух сторон.Magerl А1., которая, согласно акту о несчастном случае на производстве формы Н-1, относится по степени тяжести «Тяжёлая». Согласно акту о несчастном случае на производстве формы Н-1, факта грубой неосторожности в действиях пострадавшего ФИО1 комиссия не усматрела. Комиссия по расследованию несчастного случая на производстве в акте формы Н-1 в качестве основной причины несчастного случая указала: недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выраженная в непроведении вводного и первичного инструктажа на рабочем месте по охране труда с ФИО1 в нарушении ст. 214 ТК РФ и пункта 3.5 должностной инструкции инженера по эксплуатации здания и сооружений. Сопутствующими причинами получения им травмы комиссия указала: неудовлетворительная организация производства работ, выраженная в отсутствии контроля со стороны руководителя, в чьем подчинении он находился, за ходом выполнения работ, в нарушении ст.214 ТК РФ, пункта 3.5 должностной инструкции инженера по эксплуатации здания и сооружений. Неприменение работником средств индивидуальной защиты, вследствие необеспеченности ими работодателем, выраженное в том, что пострадавший не использовал специальную обувь. Согласно акту формы Н-1 вышеуказанные нарушения допустили: ФИО5 - инженер по обслуживанию, эксплуатации зданий и сооружений ООО «Горизонт» и ФИО6 - генеральный директор ООО «Горизонт». Считает, что в результате произошедшего на производстве несчастного случая ему причинен моральный вред, т.к. полученные телесные повреждения нанесли ему физические и нравственные страдания. Так, при лечении он постоянно находился в постельном режиме, т.к. при вставании испытывает сильные боли в позвоночнике; ему было исключено положение сидя в течение 6 месяцев с момента получения травмы, в результате чего он может принимать пищу только стоя в корсете жесткой степени фиксации или стоя на коленках на полу после обезболивающих уколов в течение 6 месяцев с момента получения травмы; он был лишён возможности двигаться как ранее до получения травмы. Компенсацию причинённого морального вреда он оценивает в 1 000 000 руб. На основании изложенного, истец просил суд взыскать с ООО «Горизонт» в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом - в порядке, установленном законом, направил в суд своего представителя по доверенности - ФИО12, который поддержал в суде заявленное в иске требование, ссылаясь на изложенные в нём доводы. Дополнительно ссылался на то, что в судебном заседании установлен факт нарушений трудового законодательства работодателем ООО «Горизонт». Причинно-следственная связь между нарушениями ООО «Горизонт» и получением истцом травмы также установлена. Истец в течение 5 месяцев страдал сильными болями и после окончания лечения он не может устроиться на работу, т.к. последствия полученной травмы продолжаются, у него болит спина и поднимать тяжелые вещи он не может. С учетом приказа Минздрава и схемы к данному приказу, согласно которым истец получил тяжелую травму, представитель истца настаивал на сумме компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. Кроме того, представитель просил суд учесть, что никаких компенсаций со стороны ответчика истцу выплачено не было. В связи с изложенным, представитель истца просил суд удовлетворить иск в полном объёме. 

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Горизонт» по доверенности - ФИО13 согласился с иском только частично и суду пояснил, что для взыскания морального вреда имеются формальные основания, так как в ходе расследования несчастного случая действительно был выявлен ряд нарушений. Однако эти нарушения формальные и они не связаны с падением истца. Представитель ответчика просил суд учесть пояснения представителя истца о том, что никаких заболеваний, которые могли бы привести к падению истца с высоты, нет. Также не было и поражения истца током, которое могло бы привести к падению. Причиной падения истца стало исключительно то, что он неправильно установил стремянку. При этом истец проработал электриком около 40 лет, инструктаж, в том числе, о правилах пользования лестницей, он также проходил. По мнению представителя ответчика, причиной падения истца стало то, что он задумался о чём-то, что и привело к его падению с лестницы. Представитель ответчика просил суд установить причинно-следственную связь. Кроме того, представитель просил суд учесть, что ответчик предлагал истцу 50 000 руб. в счёт компенсации морального вреда, но после консультации с юристом истец от получения денег отказался. Ответчик и в настоящее время готов компенсировать истцу моральный вред в указанном размере. В связи с изложенным, представитель полагает, что иск необходимо удовлетворить частично - в сумме 50 000 руб., учтя при этом выводы эксперта, изложенные в заключении судебной экспертизы, об определении средней тяжести вреда здоровью, причинённого истцу в результате вышеуказанного несчастного случая.

Старший помощник прокурора 

<

.........> – ФИО3, давая в судебном заседании заключение по делу в порядке ст. 45 ГПК РФ, полагала, что в связи с нормами действующего трудового законодательства, признанием ответчиком факта причинения истцу вреда здоровью и выводами судебной экспертизы, заявленное истцом требование о взыскании с ответчика компенсации морального вреда подлежит удовлетворению, однако с учётом принципа разумности и справедливости взысканию подлежит сумма компенсации морального вреда в размере 350 000 руб.

Суд, выслушав истца и представителя ответчика, исследовав материалы дела, после чего заслушав заключение старшего помощника прокурора 

<

.........> ФИО3, полагавшей, что иск подлежит частичному удовлетворению, а также оценив юридически значимые по делу обстоятельства, приходит к выводу, что исковые требования заявлены истцом законно и обоснованно, однако подлежат частичному удовлетворению в силу нижеследующего. 

Согласно Конституции Российской Федерации, в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливаются гарантии социальной защиты (часть 2 статьи 7).

В силу ст.21 Трудового кодекса РФ, работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причинённого ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами. 

Указанному праву работника корреспондирует установленная ст. ст. 22, 212 ТК РФ обязанность работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, обеспечивать обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, проводить инструктаж по охране труд, организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГ. ФИО1 был принят на работу в ООО «Горизонт», в структурное подразделение АХЧ, на должность слесаря-электрика по ремонту электрооборудования, что подтверждается копией приказа о приеме истца на работу № от ДД.ММ.ГГ. и копией трудового договора от ДД.ММ.ГГ.. 

ДД.ММ.ГГ. с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он получил травму. 

Согласно правовой позиции, изложенной в п.9 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГ. № «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», в силу положений статьи 3 ФЗ N 125-ФЗ и ст. 227 ТК РФ, несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах.

Положениями ТК РФ, регулирующими вопросы расследования несчастных случаев на производстве (статьи 227 - 231), предусматривается возможность квалификации в качестве несчастных случаев, связанных с производством, и составление актов по всем несчастным случаям, имевшим место при исполнении работниками их трудовых обязанностей.

По итогам расследования произошедшего с истцом несчастного случая на производстве был составлен Акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, утвержденный работодателем ДД.ММ.ГГ..

Согласно указанному акту Н-1, ДД.ММ.ГГ. ФИО4 получил задание от инженера ФИО5, по выполнению работ по договору ГПХ от ДД.ММ.ГГ., смонтировать розетки в зале ресторана. В 08:00 ДД.ММ.ГГ. он приступил к выполнению поручения. В это же время слесарь-электрик ФИО1 приступил к работе в ресторане и по просьбе ФИО4 стал помогать в монтаже электрической розетки, на «колонне» в зале ресторана ООО «Горизонт», для подключения телевизора. В своей работе ФИО1 использовал лестницу-стремянку, которую принес из подсобного помещения ФИО4 Лестница-стремянка была установлена пострадавшим с нарушением инструкции (боком к колонне). Примерно в 12:55 ФИО1, совершая спуск с лестницы-стремянки, упал с нее, в результате чего получил травму. Была вызвана скорая медицинская помощь, сотрудники которой провели осмотр ФИО1, оказали ему первую медицинскую помощь и предложили проехать в больницу для дальнейшего обследования. ФИО1 сначала отказывался от госпитализации, но в последствии, по настоянию администрации, дал свое согласие и в сопровождении представителя ООО» Горизонт» - ФИО5 был отправлен на обследование в городскую больницу 

<

.........>. По результатам обследования ФИО1 был госпитализирован в отделение травматологии с первоначальным диагнозом «трещина позвонка», который в последствии был переквалифицирован в компрессионный перелом тела LI 1 степени. Первоначально давать пояснения о происшедшем случае ФИО1 отказался, в последствии его интересы стал представлять адвокат ФИО12, который и предоставил объяснения вместе с требованиями возмещения морального ущерба.

В пункте 9.2 Акта Н-1 отражено, что согласно медицинскому заключению № от ДД.ММ.ГГ., выданному КГБУЗ «Находкинская городская больница», в результате несчастного случая пострадавший ФИО1 получил травму, ему был выставлен диагноз: «Закрытая позвоночная травма. Компрессионный перелом тела LI 1 степени. Умеренно выраженный синдром люмбалгии с двух сторон. Magerl А1». Относится к степени тяжести «Тяжелая».

В пункте 10 Акта Н-1 перечислены причины произошедшего с истцом несчастного случая на производстве. 

Так, основной указана 1 причина: 

- недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выраженная в непроведении вводного и первичного инструктажа на рабочем месте по охране труда с ФИО1, в нарушение ст. 214 ТК РФ, и пункта 3.5 должностной инструкции инженера по эксплуатации здания и сооружений.

А сопутствующими указаны 2 причины: 

- неудовлетворительная организация производства работ, выраженная в отсутствии контроля со стороны руководителя, в чьём подчинении находился ФИО1, за ходом выполнения работ, в нарушение ст. 214 ТК РФ, пункта 3.5 должностной инструкции инженера по эксплуатации здания и сооружений;

- неприменение работником средств индивидуальной защиты, вследствие необеспеченности ими работодателем, выраженное в том, что пострадавший не использовал специальную обувь.

Согласно пункту 11 Акта формы Н-1, в качестве лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, указаны следующие лица: 

- ФИО5 - инженер по обслуживанию, эксплуатации зданий и сооружений ООО «Горизонт», который, в нарушение ст.214 ТК РФ, и пункта 3.5 должностной инструкции инженера по эксплуатации здания и сооружений, не провел с ФИО1 инструктажи (вводный инструктаж по охране труда, первичный инструктаж на рабочем месте по охране труда); не довёл до ФИО1 правил эксплуатации лестницы – стремянки;

- ФИО5 - инженер по обслуживанию, эксплуатации зданий и сооружений ООО «Горизонт», в нарушение ст.214 ТК РФ, и пункта 3.5 должностной инструкции инженера по эксплуатации здания и сооружений, не обеспечил контроль за ходом выполнения работ;

- ФИО6 - генеральный директор ООО «Горизонт», который допустил ФИО1 без предварительного медицинского осмотра, в нарушение ст.213, 214 ТК РФ, Приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГ. N 29н Об утверждении порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров работников предусмотренных ч.4 ст. 213 ТК РФ, перечня медицинских противопоказаний к осуществлению работ с вредными и (или) опасными производственными факторами, а также работами, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинский осмотры;

- ФИО6 - генеральным директором ООО «Горизонт» не выявлены и не оценены профессиональные риски на рабочем месте по должности слесарь электрик; пострадавший не обеспечен средствами индивидуальной защиты.

При этом, как следует из акта Н-1, факта грубой неосторожности в действиях пострадавшего комиссии не усмотрела. 

От лиц, проводивших расследование несчастного случая: ФИО6, ФИО4 и ФИО7 на имя председателя комиссии ФИО8, поступили особые мнения, согласно которым, они с пунктами 2.10.1 и 2.08.1 согласны как с сопутствующими; основной причиной несчастного случая они считают код 2.15.1 и не согласны с частью формулировки п.9, а именно «неприменение работником средств индивидуальной защиты, вследствие необеспеченности ими работодателем, выраженное в том, что пострадавший не использовал специальную обувь. 

Решением Находкинского городского суда от ДД.ММ.ГГ., вступившим в законную силу, ООО «Горизонт» было отказано в удовлетворении административного иска к государственной инспекции труда в 

<

.........>, главному государственному инспектору труда ГИТ в 

<

.........> ФИО9 о признании незаконным заключения главного государственного инспектора труда ГИТ в 

<

.........> ФИО8 от ДД.ММ.ГГ. и акта о несчастном случае на производстве формы Н-1 от ДД.ММ.ГГ. и возложении обязанности составить новое заключение и акт. 

Решением Находкинского городского суда от ДД.ММ.ГГ., вступившим в законную силу, постановление главного Государственного инспектора труда ГИТ в 

<

.........> ФИО8 от ДД.ММ.ГГ. № по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 5.27.1 КоАП РФ (нарушение государственных нормативных требований охраны труда, содержащихся в федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных частями 2 - 4 настоящей статьи и частью 3 статьи 11.23 настоящего Кодекса) в отношении юридического лица – ООО «Горизонт» было изменено - из постановления исключены выводы о том, что ООО «Горизонт» не обеспечило пострадавшего ФИО1 средствами индивидуальной защиты и не обеспечило контроль за применением работником средств индивидуальной защиты; а в остальной части постановление было оставлено судом без изменения. 

Оценивая представленные суду доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что производственный несчастный случай произошёл с истцом ФИО1 как из-за недостатков в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выраженных в непроведении вводного и первичного инструктажа на рабочем месте по охране труда, так и по причине неудовлетворительной организации работ, выраженных в отсутствии контроля со стороны руководителя за ходом выполнения работ, что свидетельствует о вине ответчика ООО «Горизонт» в произошедшем с истцом несчастном случае.

Согласно выписному эпикризу КГБУЗ «Находкинская городская больница» из медицинской карты стационарного больного №, истец ФИО10 находился на лечение в отделении (КС ГБ №) Травматологическое с ДД.ММ.ГГ. по ДД.ММ.ГГ.; заключительный клинический диагноз: S32.0 Закрытая позвоночная травма, компрессионный перелом тела LI 1-й степени, умеренно выраженный синдром люмбалгии с двух сторон; MagerlА1; дополнительный диагноз: L02.0, Острый гнойный периостит верхней челюсти в области 1.1-2.1 зубов. В лечебное учреждение ФИО1 поступил с жалобами на боль в поясничном отделе позвоночника с иррадиацией в обе стороны поясничной области при поворотах. При поступлении ФИО1 был осмотрен дежурным травмотоголом, нейрохирургом, госпитализирован в отделение травматологии по экстренным показаниям; лечение получал консервативное: симптоматическая терапия, динамическое наблюдение. В динамике у больного появился отек верхней губы, в связи с чем был осмотрен челюстно-лицевым хирургом и ДД.ММ.ГГ. выполнена операция – вскрытие абсцесса верхней губы. При выписке ФИО1 были даны следующие рекомендации: наблюдение в травмпункте амбулаторно по месту жительства; исключение положения «сидя» 6 месяцев с момента травмы; постельный режим до купирования болевого синдрома; вертикализация в корсете жесткой степени фиксации в течение 6 месяцев с момента травмы; ЛФК постоянно, ФТЛ после консультации врача физиотерапевта; КТ-контроль поясничного отдела позвоночника через 6 месяцев с момента травмы; диспансерное наблюдение у терапевта в поликлинике по месту жительства с целью своевременной диагностики/лечения сопутствующих клинических заболеваний. 

Как следует из выписки из истории болезни амбулаторного больного №, представленной ДД.ММ.ГГ. на запрос суда КГБУЗ «Находкинская городская больница» СП «ГБ№», в травмпункт ФИО1 обратился ДД.ММ.ГГ., где находится на лечении на протяжении 90 дней и получает физиолечение, лечебную физкультуру; сроки лечение данной травмы по май (110-120 дней). 

Согласно заключению судебной экспертизы, которая была проведена экспертом ГБУЗ «Приморское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» Находкинский межрайонный отдел № от ДД.ММ.ГГ., у ФИО1 при производстве судебно-медицинской экспертизы выявлено телесное повреждение: Закрытая позвоночная травма (ЗПТ): закрытый неосложненный компрессионный перелом тела первого поясничного (LI) позвонка первой степени компрессии, умеренно выраженный синдром люмбалгии (болевой синдром) с двух сторон ( Magerl А1). Данное повреждение могло быть причинено во время падения потерпевшего с незначительной высоты, при ударе с поверхностью приземления, возможно, незадолго до поступления в лечебное учреждение (ДД.ММ.ГГ.). Вышеуказанное телесное повреждение влечет за собой длительное расстройство здоровья, т.е. временное нарушение функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность), продолжительностью свыше 3-х недель от момента причинения травмы (более 21 дня), поэтому признаку расценивается как причинившее вред здоровью средней тяжести (Приказ Минздравсоцразвития Российской Федерации «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» №н от ДД.ММ.ГГ. п.7.1.). ФИО1 при поступлении в лечебное учреждение 16.12.22г. и при осмотре врачом челюстно-лицевым хирургом ДД.ММ.ГГ. выставлены диагнозы: «Остеохондроз, спондилез поясничного отдела позвоночника. Острый гнойный периостит верхней челюсти в области 1.1-2.1 зубов». Данные диагнозы являются заболеваниями, поэтому судебно-медицинской оценке не подвергались (Приказ Минздравсоцразвития Российской Федерации «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» №н от ДД.ММ.ГГ. п.24. Ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью травмы, отравления, заболевания, поздними сроками начала лечения, его возрастом, сопутствующей патологией и другими причинами, не рассматривается как причинение вреда здоровью).

В судебном заседании представитель истца возражал против того, чтобы судом были приняты во внимание вышеуказанные выводы судебной экспертизы о причинении истцу вреда здоровью средней тяжести и настаивал на том, что в рассматриваемом случае учёту подлежит только то, что в Акте Н-1 указано, что истцом была получена травма, которая относится к степени «тяжелая». 

Представитель ответчика возражал против такой позиции стороны истца и настаивал на том, чтобы судом, при определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с работодателя в пользу пострадавшего работника ФИО1, были приняты во внимание именно выводы судебной экспертизы, в ходе проведения которой эксперт установил, что в результате произошедшего с истцом несчастного случая ему был причинён вред здоровью средней тяжести.

Разрешая указанные разногласия сторон относительно степени тяжести причиненного истцу вреда здоровью, суд учитывает следующее. 

Несчастные случаи на производстве по степени тяжести повреждения здоровья подразделяются на тяжелые и легкие. Отнесение производственной травмы к категории тяжелого несчастного случая осуществляется в соответствии со Схемой определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, утв. Приказом Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГ. N 160.

В соответствии с п. 2 указанной Схемы квалифицирующими признаками тяжести повреждения здоровья при несчастном случае на производстве являются: характер полученных повреждений здоровья и осложнения, связанные с этими повреждениями, а также развитие и усугубление имеющихся хронических заболеваний в связи с получением повреждения; последствия полученных повреждений здоровья (стойкая утрата трудоспособности). Наличие одного из квалифицирующих признаков является достаточным для установления категории тяжести несчастного случая на производстве. Признаками тяжелого несчастного случая на производстве служат также повреждения здоровья, угрожающие жизни пострадавшего. Предотвращение смертельного исхода в результате оказания медицинской помощи не влияет на оценку тяжести полученной травмы.

В п. 3 названной Схемы приведены несчастные случаи, которые относятся к категории тяжелых. К легким несчастным случаям на производстве относятся повреждения, не входящие в п. 3 Схемы.

Приказ Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГ. N 160 "Об определении степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве", которым установлено, что определение степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве осуществляется в соответствии с прилагаемой Схемой (п. 1), был предметом рассмотрения Верховного Суда РФ, решением которого от ДД.ММ.ГГ. № АКПИ17-137 в удовлетворении административного искового заявления Г. о признании этого Приказа Минздравсоцразвития России недействующим - было отказано. 

Так, в указанном решении Верховный Суд РФ указал, что и вышеназванная Схема, и Медицинские критерии являются актами равной юридической силы, в связи с чем, ссылка на их несоответствие несостоятельна. Отнесение повреждения здоровья при несчастном случае на производстве к определённой категории (лёгкой или тяжёлой) имеет важное значение именно при определении порядка расследования конкретного несчастного случая.

Из анализа норм Трудового кодекса РФ (статьи 228.1 - 230.1), а также Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утв. Постановлением Минтруда России от ДД.ММ.ГГ. № (в настоящее время действуют аналогичные Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, форм документов, соответствующих классификаторов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве, утв. Приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГ. №н), следует, что применительно к определению степени повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве термин "повреждение здоровья средней тяжести" не употребляется.

В нормативных правовых актах, регулирующих данную область правоотношений, законодатель использует такие понятия, как несчастный случай на производстве, групповой несчастный случай на производстве, тяжелый несчастный случай на производстве, несчастный случай на производстве со смертельным исходом, - для каждого из которых установлены особенности порядка проведения расследования, извещения о несчастном случае, учета и оформления соответствующих документов.

Какие-либо нормативные правовые акты, имеющие большую юридическую силу, устанавливающие иные квалифицирующие признаки степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, отличные от указанных в Схеме, отсутствуют.

Таким образом, в рассматриваемом случае судом принимается во внимание и факт того, что полученная истцом в результате произошедшего с ним несчастного случая на производстве травма по степени тяжести повреждения здоровья относится к степени «тяжёлая», и также факт того, что по итогу в результате получения истцом такой травмы ему был причинён вред здоровью средней тяжести. Таким образом, оба этих критерия в совокупности подлежат учёту судом при определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с работодателя в пользу пострадавшего работника ФИО1, как не противоречащие друг другу.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, свободу передвижения, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на охрану здоровья и медицинскую помощь и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

В п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГ. № "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что при разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве, суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинён в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника.

В п. 47 указанного Постановления также разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Размер компенсации морального вреда также определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст.ст. 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны, как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Согласно п. 27 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГ., тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Принимая решение о частичном удовлетворении иска ФИО1 и определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с виновного ответчика в его пользу, суд, руководствуясь положениями вышеприведённых норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, исходит из следующего.

Как уже было указано выше, в результате полученной производственной травмы, которая отнесена к степени «тяжёлая», истцу был установлен диагноз: «Закрытая позвоночная травма (ЗПТ): закрытый неосложненный компрессионный перелом тела первого поясничного (LI) позвонка первой степени компрессии, умеренно выраженный синдром люмбалгии (болевой синдром) с двух сторон ( Magerl А1)». Полученные истцом телесные повреждения, согласно заключению судебной экспертизы, оценены экспертом, как причинившие вред здоровью средней степени тяжести. Таким образом, ответчик ООО «Горизонт», как работодатель ФИО1, не обеспечивший ему безопасные условия труда во время его работы, должен нести ответственность перед ним за моральный вред, причинённый ему в результате полученной на производстве травмы.

Установленная ст.1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик. Однако каких-либо доказательств отсутствия своей вины в произошедшем с истцом несчастном случае на производстве, в соответствии с требованиями статьи 56 ГПК РФ, ответчиком суду не представлено.

Таким образом, поскольку представленные суду материалы подтверждают наличие причинно-следственной связи между указанными в акте о несчастном случае на производстве нарушениями, допущенными ответчиком, и наступившими для истца негативными последствиями полученной на производстве при выполнении работы травмы, относящейся по степени к «тяжёлой», но при этом в итоге причинившей ему вред здоровью средней степени тяжести, ответчик должен возместить истцу причинённый моральный вред. 

Закон не устанавливает ни минимального, ни максимального размера компенсации морального вреда. Стоимость человеческих страданий не высчитывается. Компенсация предназначена для сглаживания нанесенных человеку моральных травм. Размер компенсации морального вреда является оценочной категорией, которая включает в себя оценку судом совокупности всех обстоятельств.

При решении вопроса о размере компенсации морального вреда в рассматриваемом случае, суд учитывает, что во время несчастного случая истцу, вследствие ненадлежащего исполнения работодателем обязанности по обеспечению безопасных условий труда, был причинён вред здоровью средней тяжести; в результате полученной производственной травмы истец проходил длительное стационарное и амбулаторное лечение; испытывал сильную физическую боль как непосредственно в момент получения травмы, так и в дальнейшем в процессе лечения, что, безусловно, не может не причинять ему глубокие нравственные страдания. 

Таким образом, учитывая в совокупности все вышеуказанные обстоятельства произошедшего с истцом на производстве несчастного случая, а также принимая во внимание положения ст. 151 Гражданского кодекса РФ, вышеуказанные разъяснения Верховного Суда РФ, учитывая степень вины ответчика ООО «Горизонт» в произошедшем с истцом несчастном случае, а также учитывая по принципу разумности и справедливости соразмерность компенсации последствиям нарушения прав истца, как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон, суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае заявленная истцом сумма компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей в является слишком завышенной и не отвечает критериям разумности и справедливости. С учётом изложенного, принимая во внимание характер полученных истцом телесных повреждений, но, в то же время, учитывая и то обстоятельство, что с момента получения истцом производственной травмы ответчик ООО «Горизонт», являющийся платёжеспособным юридическим лицом и, более того, являющийся работодателем истца, мер к возмещению истцу причинённого морального вреда не предпринимал, а напротив, оспаривал все решения (постановления, акты) госорганов и суда, вынесенные в рамках расследования произошедшего с истцом несчастного случая на производстве, суд полагает необходимым определить истцу сумму компенсации морального вреда в размере 350 000 рублей. Такой размер компенсации морального вреда, по мнению суда, является разумным, справедливым и отвечающим интересам обеих сторон.

Кроме того, суд учитывает, что компенсация морального вреда не должна носить формальный характер, ее целью является реальное восстановление нарушенного права, в связи с чем, доводы представителя ответчика о завышенном размере компенсации морального вреда, не принимаются судом во внимание.

В соответствии со ст.333.36 НК РФ, истец освобожден от уплаты государственной пошлины. На основании ст.103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, в доход бюджета Находкинского городского округа в размере, определённом на основании ст.333.19 НК РФ. Таким образом, в рассматриваемом деле с ответчика ООО «Горизонт» подлежит взысканию в доход местного бюджета госпошлина в размере 300 руб. – за разрешение требования неимущественного характера, т.е. компенсации морального вреда.

На основаны вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Горизонт» (место нахождения: 692930, 

<

...>, ИНН - 

<

***>; ОГРН – 

<

***>, дата регистрации – ДД.ММ.ГГ.) в пользу ФИО1 (ДД.ММ.ГГ. года рождения, уроженец 

<

.........>, зарегистрирован по адресу: 

<

.........>, паспорт 

<

.........>), компенсацию морального вреда в сумме 350 000 рублей.

Взыскать с ООО «Горизонт» в доход бюджета Находкинского городского округа госпошлину в размере 300 рублей.

Во взыскании компенсации морального вреда в большей сумме, чем определено судом ФИО1 - отказать.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через суд г. Находка путём подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Н.Е. Колмыкова 

Решение изготовлено в окончательной форме

«18» сентября 2024 года