УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья Постаногова А.Ф. 73RS0004-01-2025-003368-33

Дело № 33-92/2026 (33-4947/2025)

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

город Ульяновск 20 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:

председательствующего Герасимовой Е.Н.,

судей Карабанова А.С., Резовского Р.С.,

при секретаре Герасимове А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Заволжского районного суда города Ульяновска от 3 июля 2025 года, с учетом определения об исправлении описки от 5 сентября 2025 года, по гражданскому делу № 2-2120/2025, по которому постановлено:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО2 с ФИО1 компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в сумме 10 000 руб., расходы по оформлению нотариальной доверенности в сумме 5300 руб.

В остальной части в иске ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, расходов по оплате услуг представителя в большем размере отказать.

Взыскать с ФИО1 государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 3000 руб.

Заслушав доклад судьи Карабанова А.С., выслушав пояснения ответчика ФИО1 и его представителя ФИО3, поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителя истца ФИО2 – ФИО4, просившего заявленные исковые требования удовлетворить к надлежащему ответчику по делу, заключение прокурора Курушиной А.А. о необходимости отмены решения суда и удовлетворения заявленных исковых требований к ответчику ООО «СоюзТрансАвто», судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А :

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что 15 июля 2024 г. произошло дорожно-транспортное происшествие с участием авомобиля ***, государственный регистрационный номер ***, под управлением водителя ФИО1 и мотоцикла ***, государственный регистрационный номер ***, под управлением ФИО2

Согласно заключению судебной медицинской экспертизы от 12 февраля 2025 г. № *** в результате указанного ДТП ФИО2 получил следующие телесные повреждения: ***. Повреждения в комплексе одной травмы причинили тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть

Приговором Заволжского районного суда г. Ульяновска от 29 апреля 2025 г. ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ. Данным приговором установлена вина водителя ФИО1, нарушившего требования пунктов10.1, 13.9 Правил дорожного движения РФ.

С учетом изложенного, ФИО2 просил взыскать с ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в сумме 30 000 руб., расходы по оформлению нотариальной доверенности в сумме 5300 руб.

Судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «СоюзТрансАвто».

Рассмотрев заявленные требования по существу, районный суд постановил приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит изменить решение суда, снизив размер компенсации морального вреда до 150 000 руб. В обоснование доводов жалобы указывает, что при принятии решения судом первой инстанции не учтено его материальное положение, факт наличия нетрудоспособной супруги. Сумму взысканных судебных расходов считает завышенной, подлежащей уменьшению.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ФИО2 – ФИО5 просит оставить решение суда без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В силу пункта 4 части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения суда первой инстанции в любом случае является принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

Согласно части 1 статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации иск может быть предъявлен в суд совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие).

Процессуальное соучастие допускается, если предметом спора являются общие права или обязанности нескольких истцов или ответчиков (пункт 1 части 2 статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу 2 части 3 статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае невозможности рассмотрения дела без участия соответчика или соответчиков в связи с характером спорного правоотношения суд привлекает его или их к участию в деле по своей инициативе. После привлечения соответчика или соответчиков подготовка и рассмотрение дела производятся с самого начала.

Как следует из материалов дела, собственником транспортного средства ***, государственный регистрационный номер ***, за рулем которого в момент ДТП 15 июля 2024 г. находился ФИО1, является ООО «СоюзТрансАвто».

Между тем, разрешая требования ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате указанного ДТП, суд первой инстанции вопрос о законном владельце транспортного средства ***, государственный регистрационный номер ***, не исследовал, ООО «СоюзТрансАвто» к участию в деле в качестве соответчика не привлек.

Следовательно, при рассмотрении настоящего дела судом допущено существенное нарушение норм процессуального права, в связи с чем решение суда подлежит отмене.

В соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, которые надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев дело по правилам производства в суде первой инстанции, приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

Согласно пункту 1 статьи 1079 указанного кодекса юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с ней деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 3 этой же статьи установлено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Из приведенных положений закона следует, что ответственным за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, является юридическое лицо или гражданин, владеющий источником повышенной опасности на праве собственности либо на ином законном основании.

Передача технического управления транспортным средством не является безусловным основанием для вывода о переходе законного владения либо о том, что транспортное средство выбыло из владения его собственника.

Вопрос о наличии или отсутствии перехода законного владения разрешается судом в каждом случае на основании исследования и оценки совокупности доказательств.

При этом в силу положений части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 1064 и статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказать факт перехода законного владения к другому лицу лежит на собственнике источника повышенной опасности.

В силу пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации). Юридическое лицо или гражданин, возместившие вред, причиненный их работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора, вправе предъявить требования в порядке регресса к такому работнику - фактическому причинителю вреда в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (пункт 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм материального права в их взаимосвязи и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений, не является владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 15 июля 2024 г. произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля ***, государственный регистрационный номер ***, под управлением водителя ФИО1 и мотоцикла ***, государственный регистрационный номер ***, под управлением водителя ФИО2

Согласно заключению судебной медицинской экспертизы от 12 февраля 2025 г. № *** в результате указанного ДТП ФИО2 получил следующие телесные повреждения: ***. Повреждения в комплексе одной травмы причинили тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть

Приговором Заволжского районного суда г. Ульяновска от 29 апреля 2025 г. ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ. Данным приговором установлена вина в указанном ДТП со стороны водителя ФИО1, нарушившего требования пунктов 10.1, 13.9 Правил дорожного движения РФ (л.д. 80-81).

Материалами дела также подтверждается, что собственником автомобиля *** государственный регистрационный номер ***, является ООО «СоюзТрансАвто» (л.д. 34).

Согласно выписки из ЕГРЮЛ основным видом деятельности ООО «СоюзТрансАвто» является «Деятельность легкового такси и арендованных легковых автомобилей с водителем» (л.д. 138-146).

Сведения о транспортном средстве ***, государственный регистрационный номер ***, внесены ООО «СоюзТрансАвто» в региональный реестр легковых такси (л.д. 190-194).

Между ООО «СоюзТрансАвто» (Перевозчик) и ООО «Яндекс.Такси» (агрегатор) заключены договоры на предоставление удаленного доступа к сервису «Яндекс.Такси», оказание услуг по продвижению сервиса «Яндекс.Такси», оказание услуг по осуществлению перевозок пассажиров и багажа легковым такси от 02 марта 2020 г.

По сведениям ООО «Яндекс.Такси» выполнение заказа 15 июля 2024 г. на автомобиле ***, государственный регистрационный номер ***, осуществлялось ООО «СоюзТрансАвто» (л.д. 197).

В своих объяснениях сотрудникам полиции по обстоятельствам ДТП от 15 июля 2024 г. ФИО1 указал, что в момент ДТП управлял автомобилем ***, государственный регистрационный номер ***, осуществляя пассажирские перевозки и работая водителем в ООО «СоюзТрансАвто».

Согласно материалам дела, между ООО «СоюзТрансАвто» и ФИО1 заключены договор аренды транспортного средства от 01 июня 2024 г. № *** в отношении автомобиля ***, государственный регистрационный номер ***, и агентский договор от 01 июня 2024 г. № ***, по условиям которого агент в лице ООО «СоюзТрансАвто» обязуется находить и передавать принципалу в лице ФИО1 заказы на услуги по перевозке пассажиров посредством сервиса «Яндекс.Такси».

В суде апелляционной инстанции ФИО1 также пояснил, что оплата за осуществляемые им пассажирские перевозки поступала в ООО «СоюзТрансАвто», которое выплачивало ему заработную плату.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Сторонами трудовых отношений является работник и работодатель (часть 1 статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации).

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьей 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями 1 - 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей (часть 4 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» указано, что в целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции (абзацы первый, второй пункта 17 названного постановления Пленума).

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организацией труда 15 июня 2006 г.) (абзац пятый пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие (пункт 18 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

Судам необходимо учитывать, что обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора), по смыслу части 1 статьи 67 и части 3 статьи 303 Трудового кодекса Российской Федерации, возлагается на работодателя - физическое лицо, являющееся индивидуальным предпринимателем и не являющееся индивидуальным предпринимателем, и на работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям. При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившим работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового договора Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющееся индивидуальным предпринимателем и не являющееся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (пункт 21 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

Из приведенных нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудовых отношений относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем.

Трудовые отношения между работником и работодателем, в том числе работодателем – физическим лицом, являющимся индивидуальным предпринимателем, возникают на основании трудового договора, который заключается в письменной форме. При этом обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

В то же время само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 названного кодекса следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Цель указанной нормы – устранение неопределенное правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, относятся письменные доказательства, свидетельские показания, аудио- и видеозаписи. Отношения, возникшие на основании гражданско-правового договора, могут быть признаны судом трудовыми, при этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании трудовыми отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Оценивая вышеприведенные доказательства в их совокупности, судебная коллегия приходит к выводу, что фактически между ООО «СоюзТрансАвто» и ФИО1 возникли трудовые отношения, в рамках которых ФИО1 был принят на работу в ООО «СоюзТрансАвто» на должность ***, работник был интегрирован в рабочий процесс общества для чего ему был предоставлен автомобиль ***, государственный регистрационный номер ***, а также передавались заказы, поступающие через сервис «Яндекс.Такси».

В момент ДТП от 15 июля 2024 г. ФИО1 управлял автомобилем ***, государственный регистрационный номер ***, с ведома и по поручению своего работодателя, оказывая от имени ООО «СоюзТрансАвто» услуги по перевозки пассажиров в такси.

Доказательства, свидетельствующие о том, что принимая заказы на оказание услуг по перевозке пассажиров легковым такси, ФИО1 действовал от своего имени, в материалах дела отсутствуют.

Доводы ответчика о том, что надлежащим ответчиком по настоящему делу является ФИО1 со ссылкой на решение Заволжского районного суда г. Ульяновска от 13 марта 2025 г., которым в пользу ФИО2 было взыскано страховое возмещение с АО «***» и материальный ущерб с ФИО1, подлежат отклонению, поскольку указанный судебный акт не содержит каких-либо выводов о том, что ущерб взыскан с ФИО1 именно как с владельца источника повышенной опасности, нормы статей 1068, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в указанном споре судом не применены, также не дана оценка сложившимся между ФИО1 и ООО «СоюзТрансАвто» правоотношениям.

Таким образом, решение Заволжского районного суда г. Ульяновска от 13 марта 2025 г. не содержит каких-либо выводов, которые в силу статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, являются обязательными для суда и сторон по настоящему делу.

Следовательно, по смыслу статей 1068, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации именно ООО «СоюзТрансАвто» является владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению причиненного ФИО2 вреда здоровью, в том числе, путем денежной компенсации морального вреда.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Как разъяснено в п.п. 26-28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Из изложенного следует, что суду при определении размера компенсации морального вреда гражданину в связи с причинением вреда жизни или здоровью гражданина необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных этому лицу физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, соблюдение баланса интересов сторон.

Исходя из обстоятельств причинения ФИО2 тяжкого вреда здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия, характера полученным им травм и длительности лечения, негативных последствий для истца, выразившихся в необходимости проведения оперативного лечения и невозможности длительное время вести привычный образ жизни, установления ему инвалидности второй группы, учитывая материальное положение ответчика, судебная коллегия приходит к выводу о наличии предусмотренных законом оснований для взыскания с ООО «СоюзТрансАвто» в пользу ФИО2 компенсации морального вреда в размере 800 000 руб.

Разрешая требования ФИО2 о взыскании в его пользу судебных расходов на оплату услуг представителя, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 данного кодекса. Если иск удовлетворен частично, указанные в этой статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Статьей 94 названного кодекса установлено, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся и расходы на оплату услуг представителей, которые согласно части 1 статьи 100 этого же кодекса присуждаются стороне, в пользу которой состоялось решение суда, в разумных пределах.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1).

Как следует из материалов дела, в целях защиты своих прав при рассмотрении настоящего гражданского дела ФИО2 с ИП ФИО4 был заключен договор на оказание юридических услуг от 27 мая 2025г. (л.д. 61-64).

В рамках исполнения данного договора истцу оказаны юридические услуги по составлению иска и участию представителя истца в двух судебных заседаниях суда первой инстанции.

Стоимость оказанных услуг составила 30 000 руб., и она оплачена истцом полностью, что подтверждается квитанцией от 27 мая 2024 г. (л.д. 60).

Кроме того, ФИО2 были понесены расходы за составление нотариальной доверенности на представителя в размере 5300 руб.

С учетом категории спора по объему и предмету доказывания конкретных обстоятельств дела, качества и объема оказанной юридической помощи, результатом которой стало удовлетворение заявленных ФИО2 исковых требований по существу, сложности дела, количества и продолжительности судебных заседаний, в которых принимал участие представитель истца, а также принимая во внимание баланс между правами лиц, участвующих в деле, с учетом требования разумности и справедливости, судебная коллегия считает необходимым удовлетворить требования ФИО2 о взыскании судебных расходов в заявленном размере и взыскать с ООО «СоюзТрансАвто» в его пользу расходы на оплату услуг представителя в сумме 30 000 руб. и расходы по составлению нотариальной доверенности в размере 5300 руб.

При таких обстоятельствах обжалуемое решение суда подлежит отмене с принятием по делу нового решения о частичном удовлетворении заявленных ФИО2 исковых требований.

На основании статей, 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ООО «СоюзТрансАвто» также подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 3000 руб.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Заволжского районного суда города Ульяновска от 3 июля 2025 года, с учетом определения об исправлении описки от 5 сентября 2025 года отменить.

Принять по делу новое решение.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СоюзТрансАвто» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО2 (паспорт серии ***) компенсацию морального вреда в размере 800 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме 30 000 руб. и расходы за составление нотариальной доверенности в размере 5300 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, в том числе, к ответчику ФИО1 отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СоюзТрансАвто» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3000 руб.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Апелляционное определение может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) по правилам, установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через Засвияжского районного суда города Ульяновска.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23.01.2026