Судья Бражникова Н.В. Дело № 22-707/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Барнаул 13 марта 2025 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Арбачаковой А.В.,

при помощнике судьи Скорых Л.В.,

с участием прокурора Филиповского В.А.,

адвоката Юшманова И.А.,

осужденного ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Юшманова И.А. в интересах осужденного, апелляционному представлению прокурора Зонального района Алтайского края Кабака А.Н. на приговор Зонального районного суда Алтайского края от 26 декабря 2024 года, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты> несудимый;

осужден по ч.3 ст.264 УК РФ к 1 году 10 месяцам лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года.

В соответствии с ч.2 ст.53.1 УК РФ назначенное в виде лишения свободы наказание заменено принудительными работами на срок 1 год 10 месяцев с удержанием 10% из заработной платы в доход государства.

Изложив содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционной жалобы, возражений, выслушав адвоката Юшманова И.А. и осужденного ФИО1, поддержавших доводы жалобы, прокурора Филиповского В.А., полагавшего приговор подлежащим изменению по доводам представления, суд апелляционной инстанции 

установил:

ФИО1 признан виновным и осужден за нарушение при управлении автомобилем Камаз 45143-L4 (далее-Камаз) с прицепом Нефаз 8560 (далее- Нефаз) Правил дорожного движения, повлекшим по неосторожности смерть ВУД

Преступление совершено в период с 08 часов 50 минут до 09 часов 06 минут 21 декабря 2023 года на территории Зонального района Алтайского края при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Юшманов И.А. в интересах осужденного считает приговор подлежащим отмене. 

Излагая обстоятельства дорожно- транспортного происшествия, как они установлены судом, выводы суда полагает не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, также указывает на неправильное применение уголовного закона и существенное нарушение уголовно- процессуального закона.

При этом ссылается на показания ФИО1 о событиях дорожно- транспортного происшествия, настаивавшего, что на встречную полосу не выезжал, маневр обгона не совершал, автомобиль Камаз удерживал на своей полосе движения, двигался со скоростью, не превышающей 70 км/ч, увеличил скорость, когда прицеп Нефаз начал двигаться в неуправляемом заносе, чтобы его выровнять, и до возникновения опасности для движения в виде выехавшего с обочины в нарушение ПДД автомобиля АФ 5756С0 (далее-Вольво) с прицепом. Показания ФИО1, которые считает последовательными, не опровергнуты, более того, подтверждаются совокупностью иных доказательств, включая заключения экспертов, содержание которых приводит и анализирует. Свидетель ХШЗ данные на предварительном следствии показания о выезде автомобиля Камаз на полосу встречного движения не подтвердил.

Оспаривает достоверность ряда доказательств, не соглашаясь с выводами суда о том, что ФИО1 располагал технической возможностью предотвратить столкновение с прицепом Шмитц автомобиля Вольво, при этом полагает, что данный вопрос не выяснен.

Также полагает необоснованными выводы суда, ссылающегося на заключение автотехнической экспертизы, о нарушении осужденным Правил дорожного движения и причинно- следственной связи между нарушением и наступившими последствиями в виде смерти потерпевшего, указывая на виновность водителя Вольво, который нарушил Правила дорожного движения, создал аварийную ситуацию, и чьи действия находятся в причинно-следственной связи с дорожно- транспортным происшествием и наступивших последствиях в виде смерти потерпевшего. Также усматривает нарушение Правил дорожного движения в действиях водителя автомобиля HONDA STEP WGN 2/4 (далее- Хонда), скорость движения которого не устанавливалась.

Анализируя заключение эксперта *** от ДД.ММ.ГГ с учетом показаний осужденного, считает, что нарушение п.10.3 ПДД вменено необоснованно, указывая также, что установленная скорость движения (85 км/ч) не является скоростью движения автомобиля под управлением ФИО1 по трассе до непосредственного возникновения опасности.

Не соглашаясь с заключением эксперта *** от ДД.ММ.ГГ, оспаривает исходные данные, полученные при проведении следственного эксперимента в иное время года и время суток, которые эксперт учитывал при производстве экспертизы. Кроме того, исходя из экспертизы и показаний эксперта, следственный эксперимент по установлению значения установившегося замедления конкретного автомобиля, которым управлял ФИО1, не проводился, его масса с учетом загруженности в день ДТП не измерялась.

Проведенными по делу экспертизами разрешены вопросы, касающиеся контакта автомобиля Камаз и прицепа Шмитц, аналогичные вопросы об обстоятельствах контакта прицепа Нефаз и автомобиля Хонда не разрешались. 

Просит приговор суда в отношении ФИО1 отменить, вынести оправдательный приговор.

В апелляционном представлении прокурор района Кабак А.Н. полагает приговор суда подлежащим изменению в связи с допущенным судом при назначении наказания нарушением уголовного закона.

Не оспаривая выводы суда о доказанности вины осужденного в совершении преступления при установленных обстоятельствах, квалификацию его действий и назначение наказания в виде лишения свободы с заменой его в порядке ст.53.1 УК РФ принудительными работами, указывает, что дополнительное наказание подлежало назначить к принудительным работам.

Просит исключить указание о назначении дополнительного наказания к лишению свободы, которое назначить на тот же срок к принудительным работам.

Выслушав участников процесса, проверив материалы дела, доводы апелляционных жалобы и представления, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Уголовное дело рассмотрено в пределах предъявленного осужденному обвинения, судебное следствие проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон. 

Вопреки доводам жалобы, нарушений норм процессуального закона при производстве предварительного следствия и судебного разбирательства, влекущих отмену приговора, по делу не допущено. Время, место, обстоятельства совершения преступления и другие подлежащие доказыванию обстоятельства определены, исходя из особенностей объективной стороны преступления. 

Стороны, как следует из протокола судебного заседания, не были ограничены в праве заявлять ходатайства, отводы, представлять доказательства и участвовать в их исследовании. Все представленные сторонами доказательства были исследованы, а заявленные ходатайства разрешены в соответствии с требованиями процессуального закона, возможность для реализации сторонами процессуальных прав судом была обеспечена. Необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушения процессуальных прав участников, в том числе права осужденного на защиту, не допущено. 

Вопреки доводам жалобы, выводы суда о доказанности вины осужденного в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах основаны на совокупности приведенных доказательств, достаточных для разрешения уголовного дела. Представленные сторонами доказательства были исследованы, содержание их в приговоре раскрыто, оценка им дана надлежащая. При этом, в соответствии с требованиями ст.307 УПК РФ суд привел мотивы, по которым принял одни и отверг другие доказательства. 

Правильность оценки доказательств, данной судом в приговоре, сомнений не вызывает. Выводы суда предположений не содержат, основаны на исследованных доказательствах. Показания осужденного, свидетелей проверены и оценены, с учетом совокупности доказательств, приведенных в обоснование вины осужденного, в том числе заключений экспертов. По заявленным доводам нарушений уголовно- процессуального закона, влекущих признание приведенных в обоснование вины осужденного доказательств недопустимыми, не установлено. Оснований для переоценки мотивированных выводов суда не имеется. 

Изложенные защитником в жалобе доводы, в том числе, касающиеся оценки доказательств (заключений экспертов, протокола следственного эксперимента, показаний свидетелей- пассажиров автомобиля и водителей- участников ДТП, и об отсутствии вины осужденного во вмененном ему преступлении в целом аналогичны заявленным при рассмотрении дела по существу, были судом первой инстанции тщательно проверены и обоснованно отвергнуты, как опровергающиеся совокупностью доказательств, приведенных в обоснование вины осужденного, с чем суд апелляционной инстанции соглашается. 

Так, из показаний свидетеля МДИ, управлявшей автомобилем Хонда, следует, что выдвинувшийся на ее полосу движения прицеп автомобиля Камаз под управлением осужденного, она, двигаясь с разрешенной скоростью во встречном направлении прямолинейно, увидела неожиданно, когда расстояние было незначительным, предотвратить столкновение не могла, после столкновения с прицепом автомобиль, которым она управляла, несколько раз перевернулся, один пассажир погиб. 

Показания свидетеля МДИ об обстоятельствах дорожно- транспортного происшествия, месте столкновения, движении транспортных средств по проезжей части до столкновения в целом последовательны, значимых противоречий не содержат, согласуются с иными исследованными доказательствами, в том числе с показаниями свидетелей ХХЗ и ХШЗ, находившихся в автомобиле Хонда в качестве пассажиров, которые при допросе на предварительном следствии также указали о появлении на полосе движения автомобиля Хонда и на малом расстоянии от него перегородившего проезжую часть прицепа грузового автомобиля, с которым произошло столкновение, от чего автомобиль Хонда развернуло, несколько раз перевернуло, в результате ВУД (пассажир автомобиля Хонда) погиб. В судебном заседании, вопреки утверждению защитника, свидетель ХХЗ данные в ходе предварительного следствия показания подтвердил, свидетель ХШЗ, подтвердив показания и наличие своих подписей в исследованном протоколе его допроса, заявил о проблемах с памятью после ДТП. Данные свидетели, указавшие о владении русским языком и не изъявившие желания воспользоваться услугами переводчика, на предварительном следствии были допрошены с соблюдением требований главы 26 УПК РФ, достоверность данных ими показаний удостоверили подписями без замечаний, как на предварительном следствии, так и в судебном заседании последовательно поясняли о столкновении автомобиля Хонда, в котором они находились, с прицепом грузового автомобиля, внезапно появившимся на полосе движения автомобиля Хонда.

Показания свидетелей МДИ, ХХЗ и ХШЗ, также согласуются с показаниями свидетеля ЗАВ, управлявшего автомобилем Вольво с прицепом Нефаз, указавшего об обнаружении двигавшегося в заносе автомобиля под управлением ФИО1 за 50-60 метров, также пояснившего, что автомобиль осужденного, в условиях сильного гололеда двигавшегося с высокой скоростью, «начало бросать»: сначала кабину Камаз вынесло на полосу встречного движения, а затем развернуло в сторону его (свидетеля) автомобиля, а прицеп Камаз «выкинуло» на встречную полосу. 

Показания свидетелей- водителей автомобилей Хонда и Вольво также согласуются с исследованными письменными доказательствами, в том числе с протоколом осмотра места происшествия, в котором зафиксировано расположение транспортных средств после дорожно- транспортного происшествия, повреждения на них, состояние и параметры дороги в месте дорожно- транспортного происшествия на момент осмотра, на фототаблице отражены следы юза и элементы кузова автомобиля Хонда; заключением эксперта *** от ДД.ММ.ГГ, установившим угол между продольными осями автомобиля Камаз и прицепом /Шмитц ФИО2 Рефрижератор (по тексту- Шмитц) автомобиля Вольво (около 15 градусов), а также прицепа Нефаз автомобиля Камаз и Хонда (около 175 градусов) и определившим место столкновения прицепа Нефаз и автомобилем Хонда на полосе движения автомобиля Хонда, и место столкновения автомобиля Камаз и прицепа Шмитц; заключением эксперта *** от ДД.ММ.ГГ, установившим время столкновения автомобиля Камаз с автомобилем Вольво с прицепом и скорость автомобиля Камаз до момента столкновения- 85 км/ч; заключением эксперта *** от ДД.ММ.ГГ, указавшим, какими пунктами Правил дорожного движения в заданной дорожно- транспортной ситуации должны были руководствоваться водители- участники ДТП, и определившим, что водитель автомобиля Камаз располагал технической возможностью путем экстренного торможения предотвратить столкновение с прицепом Шмитц автомобиля Вольво, место столкновения данных транспортных средств определено на полосе проезжей части, предназначенной для движения со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>; заключением эксперта ***, установившим локализацию, механизм образования, тяжесть полученных ВУД в дорожно- транспортном происшествии телесных повреждений, повлекших его смерть. 

Заключениям экспертов, приведенным в обоснование вины осужденного, в том числе которые оспариваются стороной защиты, суд дал надлежащую оценку. Заключения экспертов согласуются с иными исследованными доказательствами, признанными достоверными, даны экспертами, обладающими специальными познаниями и значительным опытом работы, содержат исчерпывающие ответы на поставленные вопросы, соответствуют требованиям Федерального закона «О государственной судебно- экспертной деятельности» и требованиям уголовно- процессуального законодательства. Вопреки заявленным доводам, нарушений процессуального закона, связанных с назначением и проведением экспертиз, влекущих признание полученных заключений недопустимыми доказательствами, не установлено.

Доводы стороны защиты о движении автомобиля под управлением ФИО1 с допустимой скоростью движения проверены, опровергаются как показаниями свидетеля ЗАВ так и заключением эксперта, на основании объективных данных (отчета тахографа) определившим скорость движения автомобиля Камаз до момента столкновения, в момент начала торможения,- 85 км/час.

Полученные при проведении следственного эксперимента с участием ФИО1 и ЗАВ, управлявшего автомобилем Вольво с прицепом, данные соответствуют показаниям свидетеля ЗАВ, в целом подтверждены осужденным, указавшим в судебном заседании, что опасность для движения в виде выезжавшего с обочины автомобиля Вольво с прицепом обнаружил за 50 метров, начал тормозить, почувствовав, что прицеп его (осужденного) автомобиля заносит, нажал на педаль газа и на скорость не смотрел, прицеп занесло, увидев встречный автомобиль, начал «крутить рулем», столкнулся с прицепом автомобиля Вольво и почувствовал удар автомобиля Хонда в прицеп своего автомобиля. 

Вышеуказанные приведенные в обоснование вины осужденного доказательства опровергают доводы об отсутствии вины ФИО1 в дорожно- транспортном происшествии, свидетельствуют о том, что в нарушение вмененных Правил дорожного движения, осужденный, управляя автомобилем Камаз с прицепом Нефаз, превысил разрешенную скорость движения, не учел особенности транспортного средства, погодные условия и состояние проезжей части, а при возникновении опасности для движения не принял своевременных мер по снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, предпринял небезопасный маневр влево, частично выехав на половину проезжей части, предназначенную для движения во встречном ему направлении, по которой двигался автомобиль под управлением водителя МДИ, увидев который, ФИО1 начал возвращаться на свою полосу движения, допустив столкновение автомобиля Камаз с движущимся в попутном направлении прицепом Шмитц автомобиля Вольво, и утратил контроль за движением прицепа Нефаз автомобиля Камаз, который, двигаясь в неуправляемом заносе, занял полосу проезжей части, предназначенную для движения транспортных средств во встречном направлении, в результате чего произошло столкновение левой боковой части прицепа Нефаз автомобиля Камаз с левой боковой частью автомобиля Хонда под управлением водителя МДИ, который двигался по своей полосе движения, препятствий и помех другим участникам дорожного движения не создавал. 

Нарушение осужденным приведенных в приговоре Правил дорожного движения состоит в прямой причинно- следственной связи с наступившими последствиями в виде смерти ВУД от полученных в дорожно- транспортном происшествии травм.

Судом первой инстанции были проверены и обоснованно отвергнуты доводы о том, что действия водителя ФИО1 не состоят в причинной связи с произошедшим дорожно- транспортным происшествием, как и доводы стороны защиты о связи дорожно- транспортного происшествия с нарушением Правил дорожного движения водителем автомобиля Вольво, и связи последствий также с действиями и нарушением ПДД другими лицами; выводы суда мотивированы, не согласиться с ними оснований не имеется.

Правильно установив фактические обстоятельства дела, суд верно квалифицировал действия ФИО1 по ч.3 ст.264 УК РФ.

Выводы суда относительно квалификации действий осужденного мотивированы, соответствуют фактическим обстоятельствам, противоречий не содержат, подтверждены представленными доказательствами, приведенными в обоснование вины осужденного. 

Обстоятельств, влекущих освобождение ФИО1 от уголовной ответственности за содеянное, в том числе крайней необходимости или превышения ее пределов, не установлено.

Назначенное осужденному наказание соответствует положениям ст.ст.6,43,60 УК РФ, оно назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности ФИО1, в том числе смягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. 

Все представленные данные о личности осужденного, в том числе на которые ссылается сторона защиты, исследованы и, наряду с установленными смягчающими наказание обстоятельствами, в полной мере учтены. 

Иных обстоятельств для признания их смягчающими наказание суд на основании представленных материалов не установил, не усматривает таких обстоятельств и суд апелляционной инстанции. 

Пункт «з» ч.1 ст.61 УК РФ предусматривает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления. Вопреки заявленным доводам, по делу не установлено обстоятельств, свидетельствующих о совершении потерпевшим ВУД противоправных действий/бездействия, способствовавших совершению преступления ФИО1, действия которого, связанные с нарушением Правил дорожного движения, состоят в прямой причинно- следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения по неосторожности смерти ВУД

Обстоятельств, отягчающих наказание, суд не установил. 

Назначая осужденному наказание в виде лишения свободы с заменой его в соответствии со ст.53.1 УК РФ принудительными работами, и придя к выводу об отсутствии оснований для применения ч.6 ст.15, ст.ст.64, 73 УК РФ, суд решение мотивировал. Учитывая фактические обстоятельства и иные приведенные при назначении наказания обстоятельства, с ними суд апелляционной инстанции соглашается. 

Назначенное наказание индивидуализировано, соразмерно содеянному и личности виновного, является справедливым, смягчению не подлежит. 

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, не установлено. Оснований для назначения ФИО1 более мягкого наказания или назначения наказания условно, как и для не назначения дополнительного наказания, не имеется, а установленные судом смягчающие обстоятельства и положительно характеризующие осужденного сведения не уменьшают степень общественной опасности совершенного преступления, иное наказание не будет в полной мере соответствовать принципу справедливости, целям исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Обстоятельств, препятствующих отбыванию осужденным основного и дополнительного наказания, на основании представленных материалов не установлено.

Вместе с тем, как верно указано в апелляционном представлении, суд, обоснованно придя к выводу о назначении дополнительного наказания, в нарушение уголовного закона назначил его не к принудительным работам, а к лишению свободы, что противоречит разъяснениям п.22.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 №58. В связи с чем суд апелляционной инстанции по доводам представления полагает необходимым указание на назначение дополнительного наказания к лишению свободы исключить и назначить его к принудительным работам, принимая во внимание, что дополнительное наказание предусмотрено санкцией ч.3 ст.264 УК РФ к принудительным работам как обязательное, а исключительных обстоятельств для применения ст.64 УК РФ не установлено.

В части решения относительно гражданского иска приговор стороной обвинения не обжалован. По заявленным доводам иных оснований для изменения приговора, а также нарушений процессуального закона, влекущих отмену приговора, не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Зонального районного суда Алтайского края от 26 декабря 2024 года в отношении ФИО1 изменить. 

Исключить указание о назначении дополнительного наказания к лишению свободы.

Назначить к наказанию в виде принудительных работ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционное представление удовлетворить, апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного постановления и могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: А.В. Арбачакова