Дело № 2-161/20

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 января 2020 года г. Тверь

Московский районный суд г.Твери в составе 

председательствующего судьи Сметанниковой Е.Н.,

при секретаре Смирновой Л.А.,

с участием помощника прокурора Московского района г. Твери Красавцевой И.С.,

с участием истца ФИО3, 

представителя истца – адвоката Федичкина Ю.Д., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО1, ФИО2 о возмещении компенсации морального вреда в результате дорожно-транспортного происшествия,

Установил:

ФИО3, обратился в суд с иском к ФИО4, ФИО5, о взыскании в солидарном порядке компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 рублей.

В основание иска истец указал, что 06 августа 2015 года около 13 часов 45 минут на 60 км автодороги «Тверь-Бежецк-Весьегонск-Устюжна» в Рамешковском районе Тверской области на нерегулируемом перекрестке неравнозначных дорог произошло столкновение автомобилей «Субару Форестер» № под управлением ФИО6 и автомобилем «Chevralet Lanous» № под управлением ФИО7

В результате дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля«Chevralet Lanous» ФИО7 от полученных травм скончался на месте, а истцу-пассажиру указанного автомобиля причинен тяжкий вред здоровью.

13 марта 2017 года по данному делу было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, по которому истец был признан потерпевшим.

01 декабря 2017 года вышеуказанное уголовное дело было прекращено по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В результате вышеуказанного ДТП истцу были причинены телесные повреждения, которые судебно-медицинским экспертом оценены как тяжкий вред здоровью.

Истец не восстановился от полученных травм до настоящего времени.

Водители транспортных средств ФИО6 и ФИО7, должны нести солидарную ответственность по компенсации морального вреда, однако ФИО7, погиб в результате ДТП.

Наследство на имущество погибшего в результате ДТП ФИО7 приняли его отец ФИО4 и мать ФИО8,

02 октября 2018 года ФИО8 умерла, а наследство после ее смерти принял ФИО4

Поскольку должники по обязательствам ФИО7 и ФИО8 умерли, то отвечать по долгам наследодателей должен ФИО4 который принял наследство.

На основании вышеизложенного истец просит взыскать с ответчиков в солидарном порядке компенсацию морального вреда. 

В судебном заседании истец ФИО3, представитель истца Федичкин Ю.Д., поддержали заявленные исковые требования, по доводам и основаниям указанным в исковом заявлении в полном объеме, дополнительно пояснили, что истец долгое время проходил лечение, получил тяжелую черепно-мозговую травму сейчас стоит вопрос о назначении инвалидности.

Ответчики ФИО5, ФИО4, надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения дела, о чем в материалах дела имеется уведомление о вручении, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении рассмотрении дела не представили.

Выслушав истца, представителя истца, исследовав материалы дела, представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с п. 1 и п. 3 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

На основании пунктов 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

К третьим лицам применительно к положениям ч. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ следует относить всех, кто находится вне транспортного средства (пешеходы, велосипедисты, владелец транспортного средства, не являющийся участником дорожного движения и т.д.), лиц, связанных с владельцем транспортного средства гражданско-правовым или трудовым договором, а также лиц, в том числе членов семьи, которые находились в транспортном средстве. Указанные лица вправе предъявить требования о привлечении к солидарной гражданской ответственности владельцев транспортных средств вне зависимости от вины последних и степени таковой. В этом случае владельцы столкнувшихся транспортных средств несут гражданско-правовую ответственность перед третьими лицами в солидарном порядке независимо от того, по чьей вине произошло столкновение, что не противоречит положениям п. 1 ст. 1080 Гражданского кодекса РФ, устанавливающей, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Поскольку в силу статьи 1079 Гражданского кодекса РФ при столкновении двух и более источников повышенной опасности вследствие противоправных действий владельцев источников повышенной опасности вина презюмируется, для освобождения от ответственности необходимо доказать отсутствие вины.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду, что при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого.

В соответствии с абз. 2 ст. 1100 ГК РФ если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, отказ в возмещении морального вреда также не допускается.

Судом установлено, что 06 августа 2015 года на 60 км а/д Тверь-Бежецк-Весьегонск-Устюжна» в Рамешковском районе Тверской области произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автотранспортных средств Шевроле Ланос, №, под управлением ФИО7, и автотранспортного средства Субару Форест, №, под управлением ФИО5. в результате ДТП водитель Шевроле Ланос, № ФИО7, погиб на месте ДТП. 

Факт дорожно-транспортного происшествия подтвержден имеющимися в материалах дела доказательствами, в том числе постановлением о возбуждении уголовного дела №3000025 и принятии его к производств от 13 марта 2017 года, справкой о ДТП 69 ДТ №118831 от 06 августа 2015 года, постановлением о признании потерпевшим от 13 марта 2017 года.

Согласно карточкам учета транспортных средств автомобиль Субару Форестер № на момент ДТП принадлежал ФИО5, транспортное средство Шевроле Ланос № на момент ДТП принадлежало ФИО8

Постановлением старшего следователя по ОВД ССО УМВД России по Тверской области уголовное дело в отношении ФИО7 прекращено в соответствии с п.3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности.

Как следует из постановления прекращении уголовного дела старшего следователя по ОВД ССО УМВД России по Тверской области от 01 декабря 2017 года, а также заключения эксперта по уголовному делу от 06 октября 2017 года, в действиях водителя автомобиля Субару ФИО5, усматривается несоответствии требований п. 10.3 ПДД РФ (превышение предельно-допустимой скорости движения вне населённого пункта для данной категории транспортных средств), в момент возникновения опасности 9в виде выезжающего автомобиля Шевроле на его полосу движения со второстепенной дороги) водитель автомобиля Субару при фактической и допустимой скорости движения отсутствовала техническая возможность предотвратить столкновение. 

В действиях водителя автомобиля Субару несоответствий требованиям п. 10.1 ч. 2 ПДД РФ не усматриваются, поскольку как при скорости в 112 км/ч так и при допустимой скорости в 90 км/ч, избежать столкновение он не мог. Таким образом, превышении им допустимой скорости движения не состоит в причинно-следственной связи с фактом столкновения. 

В обстановке предшествовавшей происшествию, водитель автомобиля Шевроле должен был руководствоваться требованиями п. 1.3 (применительно к дорожному знаку 2.5), п. 13.9 и п. 1.5 ПДД РФ. Действия водителя автомобиля Шевроле, выехавшего на главную дорогу и не уступившего дорогу водителю автомобиля Субару, двигавшегося по главной дороге, с технической точки зрения не соответствовали требованиям п. 13.9 ПДД, и привели к созданию опасности движения для водителя автомобиля Субару.В результате указанного ДТП погиб водитель транспортного средства Шевроле Ланос ФИО7, истцу ФИО3 причинены телесные повреждения.

Согласно заключении эксперта №88 судебно-медицинской экспертизы, что у ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, имелась сочетанная травма тела: закрытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга тяжелой степени, диффузное аксональное повреждение головного мозга (ДАП); перелом 8-10 ребер справа без смещения, правосторонний пневмоторакс, множественные кровоподтеки, ссадины грудной клетки, живота, левой подвздошной области обеих голеней.

Все имеющиеся повреждения у ФИО3 образовались одномоментно или в короткий промежуток времени между собой в условиях дорожно-транспортного происшествия незадолго до момент госпитализации 06 августа 2015 года. Данные повреждения относятся к тяжкому вреду, причиненного здоровью человека по признаку опасности для жизни. 

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к убеждению о доказанности причинения вреда здоровью ФИО3 в результате взаимодействия двух источников повышенной опасности – Шевроле Ланос № под управлением ФИО7, и а/м «Субару Форестер» № по управлением собственника ФИО5 При таких обстоятельствах, и в соответствии с абз. первым п. 1 ст. 1079 ГК РФ и абз. первым п. 3 ст. 1079 ГК РФ, владельцы автомобилей Шевроле Ланос № и «Субару Форестер» № несут перед истцом ФИО3 солидарную ответственность за причиненный вред, поскольку эта ответственность наступает независимо от вины в силу специальной нормы закона. 

Согласно ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Перечень нематериальных благ приведен в ст. 150 ГК РФ, к ним законом отнесены, в том числе жизнь и здоровье, личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемые и непередаваемые иным способом.

Как следует из ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Законодателем не определены критерии оценки размера денежной компенсации морального вреда. Размер компенсации определяется судом.

В силу вышеприведенных норм закона, а также положений ст. 1101 ГК РФ при определении компенсации морального вреда в денежной сумме, судом учитываются конкретные обстоятельства дела, телесные повреждения, которые истец и несовершеннолетний истец получили в рассматриваемом ДТП и квалифицированные как вред здоровью легкой степени тяжести, период восстановительного лечения, особенности лечения. Суд принимает во внимание также личное отношение истца к происшедшему событию, его переживания, претерпевание боли и неудобств, индивидуальные особенности. Кроме того, суд учитывает наличие по делу доказательств того, что истец продолжает восстановительное лечение от полученных в дорожно-транспортном происшествии травм, а также длительностью лечения. 

На основании изложенного, учитывая отсутствие каких-либо норм, определяющих материальные критерии, эквивалентные физическим и нравственным страданиям, руководствуясь принципом соразмерности и справедливости, исходя из судейской убежденности, руководствуясь ст. ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ суд считает необходимым определить размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика ФИО5 в пользу истца ФИО3 в размере 350 000 рублей, при этом правовых оснований для взыскания солидарно с ответчика ФИО4 компенсации морального вреда не имеется в виду нижеследующего.

В соответствии со ст. 1110 ГК РФ при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил данного Кодекса не следует иное. Наследование, таким образом относиться к числу производных, т.е. основанных на правопреемстве, способов приобретения прав и обязанностей. В соответствии с действующим законодательством, правопреемство исключается в случаях, когда недопустимо преемство в материальном праве, требование неразрывно связано с личностью истца или ответчика, а также когда преемство противоречит закону или договору (ст. 383, ч. 2 ст. 1112 ГК РФ). 

Согласно п. 1 ст. 418 ГК РФ, обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

В соответствии с п.1 ст. 1175 ГК РФ наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (ст. 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

По смыслу вышеперечисленных норм права под долгами наследодателя по которым отвечают наследники, понимаются все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника, независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.

Определяя состав наследственного имущества, ст. 1112 ГК РФ предусматривает, что в него входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. При этом согласно абз. 2 данной статьи в состав наследства не входят права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается данным Кодексом или другими законами.

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании» указал, что в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (ст. 128 ГК РФ); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам имущества (п. 1 ст. 1175 ГК РФ) (п. 14).

В п. 15 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ разъяснено также, что имущественные права и обязанности не входят в состав наследства, если они неразрывно связаны с личностью наследодателя, а также если их переход в порядке наследования не допускается Гражданским кодексом РФ или другими федеральными законами. В частности, в состав наследства не входят: право на алименты и алиментные обязательства (раздел V Семейного кодекса РФ), права и обязанности, возникшее из договоров безвозмездного пользования (ст. 701 ГК РФ), поручение (п. 1 ст. 977 ГК РФ), комиссии (ч. 1 ст. 1002 ГК РФ), агентского договора (ст. 1010 ГК РФ) (п. 15).

Из содержания приведенных законоположений, находящихся в системной взаимосвязи с иными нормами Гражданского кодекса РФ следует, что возможность перехода к правопреемникам прав и обязанностей, неразрывно связанных с личностью наследодателя, исключается.

Такие обязанности не могут признаваться долгами наследодателя, приходящимся на наследников. Если обязанность должника перед кредитором носит имущественный характер и не обусловлена его личным исполнением, то оснований полагать, что она неразрывна связана с его личностью, не имеется, и в том случае соответствующее правоотношение допускает правопреемство.

В силу взаимосвязанных положений п. 1 ст. 150 ГК РФ и ст. 1112 ГК РФ, обязанность компенсировать моральный вред, связанная с личностью причинителя вреда, не входит в состав наследственного имущества и не может переходить по наследству. Правопреемство в данном случае не предусмотрено.

В состав наследства может входить сумма компенсации морального вреда только в том случае, если она была присуждена, а должник умер и не успел ее выплатить, поскольку задолженность, образовавшаяся на момент смерти должника, не относится к обязанностям, неразрывно связанным с личностью наследодателя, а также к обязанностям, переход которых в порядке наследования не допускается нормами Гражданского кодекса РФ и другими законами, является имущественным обязательством и подлежит взысканию в порядке гражданского законодательства (ст. 323 ГК РФ).

Как следует из определения Московского районного суда от 24 июля 2019 года вступившего в законную силу 09 августа 2019 года, и не оспаривалось сторонами, а также карточки учета транспортного средства, собственником транспортного средства Шевроле Ланос №, на момент ДТП являлась ФИО1.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 умерла, о чем составлена запись акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ, правопреемником признан ФИО1 – ответчик по настоящему иску.

Как следует из искового заявления требования истца к ФИО4 направлены на получении компенсации вреда здоровью, причиненного источником повышенной опасности, собственником которого являлась ФИО8

При жизни у ФИО8 обязанности по выплате ФИО3 денежной компенсации морального вреда не было установлено.

Поскольку на день смерти ФИО8 денежная компенсация в виде компенсации морального вреда, еще не была присуждена ко взысканию ФИО3, то требования о взыскание компенсации морального вреда не могут быть удовлетворены.

На основании вышеизложенного исковые требования ФИО3, к ФИО4 удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ госпошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

Поскольку при подаче иска истец в силу закона был освобожден от уплаты госпошлины, последняя подлежит взысканию с ответчика ФИО5 на основании ст. 103 ГПК РФ и ст. 333.19 НК РФ в размере 300 рублей в доход бюджета муниципального образования Тверской области – городской округ город Тверь. 

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО3 к ФИО1, ФИО2 о возмещении компенсации морального вреда в результате дорожно-транспортного происшествия удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в польз ФИО3 денежные средств в счет компенсации морального вреда причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 350 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3 к ФИО1, ФИО2 отказать.

Взыскать с ФИО2 государственную пошлину по делу в бюджет муниципального образования г.Тверь в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Московский районный суд г.Твери в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий Е.Н. Сметанникова

Решение в окончательной форме изготовлено 20 января 2020 года.

Судья Е.Н. Сметанникова