Дело № 2 - 2257/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 ноября 2018 года 

Московский районный суд г. Калининграда 

в составе председательствующего судьи Гуляевой И.В., 

при секретаре Ивашкиной Е.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску АО «Государственная страховая компания «ЮГОРИЯ» к ФИО1, ФИО2, третьи лица – ФИО3, ПАО СК «Росгосстрах», ООО «Зетта Страхование», о возмещении материального ущерба, причиненного в результате ДТП, в порядке суброгации, 

установил:

Истец АО «Государственная страховая компания «ЮГОРИЯ» (далее – АО «ГСК «ЮГОРИЯ») изначально обратился в суд с настоящим иском к ФИО1, указав, что 15 августа 2017 года в районе дома 5 на ул. 9 Апреля в г. Калининграде произошло ДТП по вине водителя ФИО1, управлявшего принадлежащим ФИО2 автомобилем 

<

данные изъяты>

ФИО1 не выполнил требования п.9.10 Правил дорожного движения РФ, предполагающие соблюдение такой дистанции до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения. В результате нарушения указанных требований ПДД РФ, ФИО1 совершил столкновение с автомобилем «

<

данные изъяты>, под управлением его собственника ФИО3, причинив данному транспортному средству механические повреждения. 

Автомобиль «

<

данные изъяты> ФИО3 застрахован у истца по договору добровольного страхования транспортных средств КАСКО № (7-2) №. Стоимость восстановительного ремонта застрахованного автомобиля после данного ДТП составила 

<

данные изъяты> руб. без учета износа. Указанная сумма выплачена страховщиком платежным поручением № от 12 января 2018 года в качестве страхового возмещения. 

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля «

<

данные изъяты> с учетом износа составляет 

<

данные изъяты> руб. Однако, в момент ДТП автогражданская ответственность ФИО1, как владельца автомобиля «

<

данные изъяты>, посредством которого причинен вред имуществу ФИО3, не была застрахована по договору ОСАГО. 

Истец просил взыскать в свою пользу с ФИО1 в порядке суброгации денежные средства в сумме 105 923 руб. в возмещение материального ущерба (разницу между фактическими затратами на ремонт 192 923 руб. и страховым возмещением в сумме 87 000 руб., полученным от страховщика по ОСАГО ПАО СК «Росгосстрах»- л.д.26). Также просит взыскать в возмещение затрат по оплате госпошлины 3 318 руб.. 

В ходе рассмотрения дела истец уточнил первоначально предъявленные исковые требования (л.д. 86-87). Окончательно просит взыскать в солидарном порядке с ФИО1 (водителя автомобиля «

<

данные изъяты> и собственника данного транспортного средства ФИО2 в порядке суброгации денежные средства в сумме 105 923 руб. в возмещение материального ущерба, причиненного в результате ДТП, а также возместить судебные расходы. 

В судебное заседание стороны и третьи лица не явились, судом извещены надлежащим образом. 

Заказная почтовая корреспонденция, адресованная каждому из соответчиков, возвращена суду органами Федеральной почтовой связи РФ в связи с истечением срока ее хранения, что судом расценивается как надлежащее уведомление стороны спора о времени и месте судебного разбирательства по делу в порядке ст. 117 Гражданского процессуального кодекса РФ. 

С учетом надлежащего извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, суд, в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, полагает возможным рассмотреть дело по представленным письменным доказательствам. 

Исследовав письменные материалы дела, обозрев материал по факт ДТП, оценив представленные по делу доказательства в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к следующему. 

Частью 1 ст. 927 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком). 

Согласно ч. 1 и ч. 2 ст. 929 Гражданского кодекса РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

По договору имущественного страхования могут быть, в частности, застрахованы следующие имущественные интересы: риск утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества (ст. 930 Гражданского кодекса РФ).

Как следует из материалов дела, ФИО3 является собственником автомобиля «

<

данные изъяты>, что подтверждено паспортом транспортного средства (л.д. 6). 

Между ФИО3 и АО «ГСК «ЮГОРИЯ» в отношении автомобиля «

<

данные изъяты> заключен договор добровольного страхования транспортных средств КАСКО № (7-2) № от 18 мая 2017 года со сроком его действия по 17 мая 2018 года (л.д. 7). 

В период действия данного договора страхования, 15 августа 2017 года на ул. 9 Апреля возле дома 5 в г. Калининграде произошло ДТП с участием автомобиля «

<

данные изъяты> под управлением его собственника ФИО3 и принадлежащего ФИО2 автомобиля «

<

данные изъяты> под управлением ФИО1. 

Из содержания письменных объяснений ФИО3, содержащихся в материале по факту ДТП, представленном на обозрение суда, следует, что 15 августа 2017 года в 14-15 часов он двигался на своем автомобиле «

<

данные изъяты> по ул. 9-ое апреля в направлении ул.Фрунзе в г.Калининграде. У дома 5 начал снижать скорость в пробке, в этот момент почувствовал удар в заднюю часть своего автомобиля. Полагает, что столкновение произошло по вине водителя ФИО1, который двигался на автомобиле «

<

данные изъяты>» в попутном направлении позади него. 

Алогичные пояснения ФИО3 давал в ходе рассмотрения настоящего дела судом, подтвердив, что после ДТП отремонтировал свой автомобиль в рамках договора КАСКО, заключенного с истцом. 

Из содержания письменных объяснений ФИО1, данных по факту ДТП, усматривается, что 15 августа 2017 года в 14-15 часов он двигался на автомобиле «

<

данные изъяты>», принадлежащем ФИО2. Следуя по ул. 9 Апреля в сторону ул. Фрунзе, допустил столкновение с автомобилем «

<

данные изъяты> Водительского удостоверения не имеет. Вину в совершенном ДТП признает полностью. 

Согласно справке о ДТП (л.д.10), в действиях водителя ФИО1 сотрудники ГИБДД усмотрели нарушения п.2.1.1., п.9.10 ПДД РФ, тогда как вина водителя второго автомобиля (ФИО3 ) в данном ДТП не установлена. Оба транспортные средства получили в ДТП механические повреждения, перечень которых отражен в справке.

Из справки следует, что у автомобиля «

<

данные изъяты>» повреждены передний бампер слева, левый передний указатель поворота, решетка бампера, левое переднее крыло. Возможны скрытые повреждения. 

У автомобиля «

<

данные изъяты> повреждены юбка заднего бампера, два задних парктроника, накладка крышки багажника, крышка багажника, бампер задний. 

Объем повреждений, полученных в ДТП машиной третьего лица ФИО3, механизм развития ДТП участниками аварии не оспаривались. 

В соответствии с п. 9.10 ПДД РФ водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Указанное нарушение требований ПДД РФ водителем автомобиля «

<

данные изъяты>» ФИО1 состоит в причинной связи с причинением механических повреждений автомобилю «Хонда». 

Таким образом, степень вины ФИО1 в данном ДТП соответствует 100%. 

Из содержания справки о ДТП следует, что автогражданская ответственность ФИО1, как владельца автомобиля «

<

данные изъяты> по состоянию на дату ДТП не была в установленном порядке застрахована по договору ОСАГО, в связи с чем в отношении ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении 15 августа 2017 года по ч.2 ст. 12.37 Кодекса об административных правонарушениях РФ. 

Авария с автомобилем «

<

данные изъяты>, произошла в период действия договора страхования КАСКО между АО «ГСК «ЮГОРИЯ» и ФИО3 № (7-2) № от 18 мая 2017 года. 

Страховщиком АО ГСК «ЮГОРИЯ» организован осмотр автомобиля «

<

данные изъяты> по внешним повреждениям с составлением акта осмотра от 23 августа 2017 года (л.д. 16-17). 

На основании направления АО «ГСК «ЮГОРИЯ» № от 24 августа 2017 года, на СТОА ИП ФИО4 выполнены работы по ремонту автомобиля. Их стоимость составила 

<

данные изъяты> руб., что подтверждается заказ – нарядом № 

<

данные изъяты> от 02 сентября 2017 года (л.д. 18-19, 20-23).

АО «ГСК «ЮГОРИЯ» оплатило ремонт машины ИП ФИО4, что подтверждено распоряжением на выплату от 09 января 2018 года (л.д. 24) и платежным поручением № от 12 января. 2018 года на сумму 

<

данные изъяты> руб. (л.д. 25).

В соответствии со ст. 965 Гражданского кодекса РФ к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.В рамках договора ОСАГО (страховой полис № (л.д.27, 67) платежным поручением № от 21 февраля 2018 года ПАО СК «Росгосстрах» в счет выплаты по суброгационному требованию № от 06 февраля 2018 года перечислило 

<

данные изъяты> руб. на счет АО ГСК «ЮГОРИЯ» (л.д.26), в возмещение затрат на восстановительный ремонт автомобиля 

<

данные изъяты> с учетом износа. 

26 февраля 2018 года истцом в адрес ФИО1 была направлена претензия о добровольном возмещении понесенных страховой компании убытков в течение 10 дней с даты получении претензии (л.д. 28). Однако, претензия оставлена без ответа и удовлетворения. 

Информацией, представленной по запросу суда МРЭО ГИБДД (л.д. 53-54) подтверждено, что с 28 октября 2014 года собственником автомобиля «

<

данные изъяты> является ФИО2. 

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный имуществу юридического лица либо гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Исходя из требований п. п. 1, 2 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ, обязанность возмещения вреда возлагается на гражданина, который владеет источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

В пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что если владельцем источника повышенной опасности будет доказано, что этот источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц (например, при угоне транспортного средства), то суд вправе возложить ответственность за вред на лиц, противоправно завладевших источником повышенной опасности, по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ.

Таким образом, владелец источника повышенной опасности может быть освобожден от ответственности лишь при доказанности того, что источник выбыл из его владения в результате противоправных действий других лиц, поскольку именно риск повышенной опасности для окружающих обусловливает специальный состав в качестве основания возникновения обязательства по возмещению вреда.

Между тем, ответчиками, в порядке ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, не представлено, а судом не добыто в ходе судебного разбирательства по делу доказательств, подтверждающих тот факт, что автомобиль «

<

данные изъяты> как источник повышенной опасности, по состоянию на дату ДТП выбыл из обладания его собственника ФИО2 в результате противоправных действий других лиц (в частности, ФИО1). Суду не представлено доказательств обращения в правоохранительные органы с заявлением о хищении данного транспортного средства, а также о факте возбуждения уголовного дела по заявлению о хищении или угоне. 

Доказательств тому, что принадлежащее ФИО2 данное транспортное средство по состоянию на дату ДТП поступило в собственность либо аренду ФИО1, суду также представлено не было.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что ФИО2, не осуществил надлежащего контроля за принадлежащим ему источником повышенной опасности, что привело к причинению посредством данного источника повышенной опасности вреда имуществу второго участника ДТП ФИО3.

Следовательно, именно ФИО2, будучи по состоянию на дату ДТП законным владельцем источника повышенной опасности, должен нести гражданско-правовую ответственность за причиненный материальный ущерб в ходе аварии, совершенной посредством этого источника повышенной опасности. 

Оснований, предусмотренных п. 2 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ, для освобождения данного ответчика от возмещения вреда судом не установлено.

В соответствии со ст. 1082 Гражданского кодекса РФ требования о возмещении вреда могут быть удовлетворены в натуре или путем возмещения причиненных убытков по правилам ч. 2 ст. 15 Гражданского кодекса РФ. 

Под убытками в силу ст. 15 Гражданского кодекса РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

При этом восстановлением нарушенного права будет являться восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось перед повреждением. 

В силу ст. 387 Гражданского кодекса РФ при суброгации к страховщику переходят права кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая.

При этом при суброгации не возникает нового обязательства, а происходит замена кредитора (потерпевшего) в уже существующем обязательстве. Право требования, перешедшее к новому кредитору в порядке суброгации, осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки (п. 2 ст. 965 Гражданского кодекса РФ).

При определении размера вреда, подлежащего возмещению истцу ответчиком, подлежит учету износ автомобиля для предоставления истцу возможности восстановить свое нарушенное право в полном объеме путем приведения имущества в прежнее состояние, исключая неосновательное обогащение с его стороны.

Следовательно, у истца возникло законное право требования возмещения в порядке суброгации суммы непогашенного убытка страховщика в виде стоимости восстановительного ремонта автомобиля в размере 

<

данные изъяты> руб. за минусом выплаченной ПАО СК «Росгосстрах» истцу суммы в размере 

<

данные изъяты> руб. в счет возмещения затрат на восстановительный ремонт автомобиля с учетом износа в рамках договора ОСАГО.

Таким образом, сумма в размере 

<

данные изъяты> подлежит взысканию в пользу истца с ответчика ФИО2, как собственника источника повышенной опасности, посредством которого ФИО1, будучи виновным в ДТП, причинил вред имуществу ФИО3 в виде автомобиля «

<

данные изъяты>, застрахованного по договору добровольного страхования у истца АО «ГСК «ЮГОРИЯ». 

При разрешении вопроса о возмещении понесенных по делу расходов суд принимает во внимание положения ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ о том, что судебные расходы состоят, в том числе, из государственной пошлины. 

В соответствии с п. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны понесенные по делу судебные расходы, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. 

Истцом при подаче иска оплачена госпошлина в сумме 

<

данные изъяты> руб., исчисленной в соответствии с п.п. 1) ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ от цены иска 

<

данные изъяты> что подтверждается платежным поручением № от 16 июля 2018 года (л.д. 5). 

Указанная сумма в соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ подлежит взысканию с ответчика ФИО2 в пользу АО «ГСК «ЮГОРИЯ» в возмещение судебных расходов.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

Иск АО «Государственная страховая компания «ЮГОРИЯ» к ФИО1, ФИО2, третьи лица – ФИО3, ПАО СК «Росгосстрах», ООО «Зетта Страхование», о возмещении материального ущерба, причиненного в результате ДТП, в порядке суброгации, - удовлетворить в части. 

Взыскать с ФИО2 в пользу АО «Государственная страховая компания «ЮГОРИЯ» в возмещение материального ущерба, причиненного в результате ДТП, в порядке суброгации 105 923 руб., в возмещение расходов по оплате государственной пошлины 3 318,46 руб.

В остальной части иск оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Московский районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме. 

Мотивированное решение составлено 03 декабря 2018 года. 

Судья Гуляева И. В.