Дело № 2-190/2018 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 июня 2018 года 

Алькеевский районный суд РТ в составе:

председательствующего судьи Гарифинова М.Р., 

при секретаре Минибаевой Г.Б., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, а так же встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1 о признании условий договора недействительным, 

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с вышеуказанным иском, указывая, что 9 апреля 2015 года в 23.35 час. ответчик, управляя автомобилем марки MAZDA-6, регистрационный номер №., принадлежащим ее брату ФИО3, на 37 км. автодороги Оренбург – Казань выехал на полосу встречного движения и совершил столкновение со встречным автомобилем марки Daewoo Nexia, регистрационный номер №. В результате ДТП автомобиль получил механические повреждения, а истец телесные повреждения, вследствие чего она была доставлена в травматологический центр РКБ РТ. По факту ДТП ОМВД России по Лаишевскому району РТ возбуждено уголовное дело в отношении ФИО2 

Согласно выписке из истории болезни 

<

данные изъяты>, ФИО1 находилась на стационарном лечении в нейрохирургическом отделении № № с 10.04.2015 г. по 30.04.2015 г., 17.04.2015 г. ей была сделана хирургическая операция. От полученных травм истец перенесла физические и моральные страдания, больше года она была нетрудоспособна.

9.07.2015 года между истцом и ответчиком был заключен договор о добровольном возмещении вреда причиненного вследствие дорожно-транспортного происшествия. Виновник ДТП ФИО2 обязался оплатить ей утраченный заработок в размере 15 000 рублей в месяц, за весь период нетрудоспособности начиная с 8.07.2015 года, а так же компенсировать стоимость поврежденного автомобиля в сумме 550 000 рублей, заключив договор купли-продажи. 

Однако ответчик свои обязательства по указанному договору не исполнил, в связи с чем, истец просила взыскать с ответчика утраченный заработок в размере 180 000 рублей, ущерб причиненный автомобилю в сумме 420 000 рублей, а так же расходы истца по оплате услуг представителя в сумме 30 000 рублей. 

В дальнейшем определением суда от 22 мая 2018 года в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями по данному делу был привлечен собственник автомобиля MAZDA-6, государственный регистрационный знак №, ФИО3.

Кроме того, определением суда от 7 июня 2018 года в порядке ст. 40 ГПК РФ в качестве соответчика по данному делу был привлечен ПАО СК Росгосстрах. 

Истец на судебное заседание не явилась, извещена.

Ее представитель в ходе судебного заседания исковые требования уточнил, просит взыскать с ответчика утраченный заработок истца за 2 месяца нетрудоспособности в сумме 30 000 рублей, материальный ущерб в виде стоимости поврежденного автомобиля в сумме 420 000 рублей, а так же расходы истца по оплате услуг представителя в сумме 30 000 рублей. 

Ответчик ФИО2 на судебное заседание не явился, извещен. Его представитель в ходе судебного заседания исковые требования не признала, представила в суд встречное исковое заявление, указав, что договор о добровольном возмещении вреда причиненного вследствие дорожно-транспортного происшествия, заключенный между сторонами является недействительным, поскольку имеет неоговоренные сторонами исправления, а именно : в серии государственного регистрационного знака спорного автомобиля, а так же в реквизитах паспортных данных ответчика. Кроме того, ответная сторона полагает, что оспариваемый договор заключен под влиянием заблуждения со стороны ФИО2 (ст. 178 ГК РФ), является кабальной (ст. 179 ГК РФ) и, в соответствии со ст. 167 ГК РФ просила признать его недействительным. 

Представитель истца по основным требованиям встречный иск не признал, заявил о применении срока исковой давности к нему по оспоримой сделке.

Ответчик по основным требованиям представитель ПАО Росгосстрах на судебное заседание не явился, ходатайствовал об оставлении искового заявления без рассмотрения.

Третье лицо с самостоятельными требованиями ФИО3 на судебное заседание не явился, будучи неоднократно надлежаще извещенным о времени и месте судебного заседания, свою позицию, как по основным, так и по встречным требованиям суду не представил. 

Определением суда от 21 июня 2018 года требования основного иска в части возмещения вреда здоровью истца оставлены без рассмотрения. 

Исследовав материалы дела, выслушав доводы сторон, суд приходит к следующему. 

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что 9.04.2015 года примерно в 23.40 час на 36 км автодороги Казань-Оренбург на территории Лаишевского района РТ произошло дорожно-транспортное происшествие – столкновение автомобилей MAZDA-6, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО2, Daewoo Nexia, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО4, МАЗ-650189, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО5, в результате которого водитель автомобиля Daewoo Nexia ФИО4 от полученных телесных повреждений скончался в лечебном учреждении, пассажир автомобиля MAZDA-6 ФИО1 получила телесные повреждения средней степени тяжести. Кроме того, автомобиль MAZDA-6, государственный регистрационный знак №, принадлежавший на момент дорожно-транспортного происшествия брату истца ФИО3, получил существенные технические повреждения. 

Дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя автомобиля MAZDA-6, государственный регистрационный знак №, ФИО2, в результате нарушения им п. 11.1, 11.2 Правил дорожного движения РФ. Изложенные обстоятельства объективно подтверждаются материалами дела и сторонами в ходе судебного заседания не оспаривались. 

9.07.2015 года между сторонами заключен договор о добровольном возмещении вреда причиненного вследствие дорожно-транспортного происшествия, в соответствии с которым ответчик обязался возместить истице утраченный заработок в размере 15 000 рублей ежемесячно за весь период нетрудоспособности, начиная с 8.07.2015 года. Кроме того, условиями данного договора предусмотрено возмещение ответчиком материального ущерба истице, которая заключалось в компенсации стоимости поврежденного автомобиля MAZDA-6, государственный регистрационный знак №, путем его покупки у истца за 550 000 рублей до 6.09.2015 года. В дальнейшем ответчик изложенные условия договора не исполнил, ущерб причиненный истце не был возмещен ни в части вреда здоровью, ни в части материального ущерба. В последующем, согласно пояснениям представителя истца, указанный автомобиль был реализован третьим лицам за 130 000 рублей. При этом договор купли-продажи истцовой стороной не был представлен, обстоятельства данной сделки суду не известны. С учетом изложенного истец просила взыскать с ответчика в свою пользу материальный ущерб – разницу между стоимостью автомобиля, определенной сторонами в оспариваемом договоре и суммы, вырученной от ее реализации. 

С указанными требованиями иска суд не может согласиться.

Изложенные основания иска, заявленные истцовой стороной в соответствии с Главой 21 ГК РФ, по мнению суда, противоречат общим нормам о возмещении вреда (статьи 1064, 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации), из которых следует, что деликтное обязательство возникает в момент причинения вреда.

В данном случае обязанность ответчика по возмещению материального ущерба возникла не в связи с неисполнением гражданско-правового договора (о добровольном возмещении вреда), а вследствие и на момент причинения вреда (деликта).

Следовательно, эти обязательства не регулируются общими положениями об обязательствах. Иными словами, несмотря на наличие между сторонами договора о добровольном возмещении вреда причиненного вследствие дорожно-транспортного происшествия, наступившие последствия в виде повреждения имущества являются следствием причинения вреда. При этом правила ст. 1064 ГК РФ применяются к деликтным (внедоговорным) обязательствам, то есть при причинении личности или имуществу потерпевшего вреда, не связанного с неисполнением или ненадлежащим исполнением лицом обязанностей по договору с потерпевшей стороной (кроме случаев причинения вреда жизни или здоровью гражданина - ст. 1084 ГК РФ).

При таких данных, по мнению суда, заключенный между сторонами договор не является надлежащим доказательством возникновения обязательств ответчика по возмещению материального ущерба непосредственно перед истцом, а так же его объемов. 

С основаниями иска, заявленными истцовой стороной дополнительно в ходе судебного заседания о том, что право требования от ответчика возмещения материального ущерба в пользу истца возникает в порядке регресса, судом так же не могут быть приняты во внимание. 

В соответствии со ст. 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

В обоснование изложенных оснований иска истцовой стороной была представлена расписка от 12.03.2018 года, выданная ФИО3 сестре ФИО1 о получении денежных средств в сумме 550 000 рублей, в счет возмещения ущерба, причиненного транспортному средству MAZDA-6, государственный регистрационный знак №, в результате дорожно-транспортного происшествия от 9.04.2015 года. Данная расписка выполнена машинописным текстом, где имеется лишь малоинформативная роспись, исполненная от руки, расшифровка которой так же выполнена печатным текстом. С учетом изложенных обстоятельств, принимая во внимание, что расписка фактически составлена между двумя близкими родственниками, при этом один из них, выдавший расписку, никоим образом не подтвердил факт исполнение перед ним обязательств, суд полагает, что данный документ не является бесспорным доказательством возникновения регрессных требований у истцовой стороны. 

Более того, указанная расписка, как и основания иска о взыскании суммы ущерба в порядке регресса, истцовой стороной фактически были заявлены лишь после привлечения судом собственника спорного автомобиля ФИО3 по данному делу в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями. При этом последний, как уже было отмечено судом, несмотря на неоднократные вызовы, на судебное заседание не явился, свое мнение ни по заявленным исковым требованиям, ни по указанной расписке не заявил. Иных оснований для взыскания с ответчика материального ущерба истцом не заявлены. 

При таких данных, суд приходит к выводу, что обязательства ответчика по возмещению материального ущерба возникли в результате причинения вреда, соответственно, являются деликтными обязательствами, возникли перед собственником поврежденного автомобиля и, в отсутствие волеизъявления последнего, истец не имеет право обратного требования у ответчика, поскольку не доказал возникновение таких прав. 

С учетом изложенных обстоятельств у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения исковых требований.

Иные требования истца, производные от основного иска, так же подлежат оставлению без удовлетворения.

Вместе с тем, у суда отсутствуют так же основания и для удовлетворения встречных исковых требований.

Вопреки заявленным требованиям представитель истца по встречным требованиям не оспаривала факт заключения оспариваемого договора ее доверителем, а так же предмет договора – возмещение стоимости именно автомобиля MAZDA-6, государственный регистрационный знак №, принадлежавшего ФИО3 При этом остальные доводы встречного иска о кабальности сделки, совершение ее под влиянием заблуждения со стороны истца по встречным требованиям основываются лишь на предположениях его представителя и какими-либо доказательствами не подтверждены. Кроме того, суд полагает, что истцовой стороной пропущен срок исковой давности, о котором заявила ответная сторона по встречным требованиям, что так же является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении встречных исковых требований. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, а так же встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1 о признании условий договора недействительным отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан через Алькеевский районный суд РТ в течение месяца с момента вынесения мотивированного решения. 

Мотивированное решение суда изготовлено 26 июня 2018 года. 

Председательствующий: подпись

Копия верна. Судья Гариифнов М.Р.

Решение вступило в законную силу « » 20 г.

Судья Гарифинов М.Р.

Подлинник решения находится в гражданском деле № 2-190/2018 года

Секретарь судебного заседания Минибаева Г.Б.