РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Петропавловск-Камчатский 16 июня 2021 года

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе председательствующего судьи Денщик Е.А., при секретаре Надеждиной Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о взыскании суммы материального ущерба, причиненного в рамках дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 предъявил в суде иск к ФИО3 о взыскании суммы материального ущерба, причиненного в рамках дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование заявленных требований указал на то, что 29 сентября 2019 года на 21 км + 70 м автодороги Морпорт-Аэропорт ответчик, управляя транспортным средством «Тойота Секвоя», государственный регистрационный знак №, принадлежащим на праве собственности ФИО4, совершила столкновение с автомобилем «Митсубиси Делика», государственный регистрационный знак №, под управлением его собственника ФИО2 Далее ее автомобиль столкнулся с его автомобилем «Митсубиси Паджеро», государственный регистрационный знак №, которого от удара отбросило на автомобиль «Митсубиси Делика». В результате указанного дорожно-транспортного происшествия его автомобилю были причинены механические повреждения. Его гражданская ответственность на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в АО «Согаз», гражданская ответственность виновника – не застрахована. Стоимость восстановительного ремонта транспортного средства составила 437 000 рублей. На основании изложенного просил взыскать в свою пользу с ответчика сумму материального ущерба в размере 437 000 рублей, убытки в виде расходов на оценку стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в размере 8 000 рублей, а также возместить за счет ответчика судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей.

ФИО2 предъявил в суде иски к ФИО3 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование заявленных требований указал на то, что 29 сентября 2019 года управлял автомобилем «Митсубиси Делика», государственный регистрационный знак № в районе 21 км + 70 м автодороги Морпорт-Аэропорт ответчик на автомобиле «Тойота Секвоя», государственный регистрационный знак №, выехал на его полосу движения, совершил с его автомобилем столкновение, повредив левую боковую часть кузова, от чего его автомобиль отбросило в сторону. Далее произошло столкновение автомобилей «Тойота Секвоя» и «Митсубиси Паджеро», государственный регистрационный знак № под управлением ФИО1, в результате чего автомобиль последнего отбросило на его автомобиль, удар пришелся в заднюю часть микроавтобуса. Его гражданская ответственность на момент дорожно-транспортного происшествия застрахована не застрахована. Ссылаясь на то, что ответчик в полном объеме возместил ему расходы на ремонт повреждений боковой части автомобиля, возникших в результате непосредственного взаимодействия их транспортных средств, просил взыскать с ответчика в свою пользу невозмещенную стоимость ущерба в виде ремонта задней части автомобиля в сумме 97 700 рублей, компенсировать за счет ответчика судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 20 000 рублей, проведение оценки ущерба – 8 900 рублей, по оплате почтовых услуг – 470 рублей 95 копеек, услуг нотариуса – 500 рублей, государственной пошлины. 

В ходе судебного разбирательства с учетом мнения сторон на основании ч. 4 ст. 151 ГПК РФ суд объединил в одно производство указанные гражданские дела для их совместного рассмотрения и разрешения.

В судебном заседании ФИО1 участия не принимал, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом. 

Его представитель ФИО5 исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. Указал на несостоятельность выводов судебных автотехнической экспертиз, в том числе в части наличия обоюдной вины ФИО1 и ФИО3 в столкновении их транспортных средств и в последующем столкновении с автомобилем «Митсубиси Делика», а также в части суммы ущерба. Полагал данные заключения недопустимыми доказательствами в силу допущенных судом процессуальных нарушений при их проведении в части исследования и направления экспертам фотографий, иных документов, отсутствия у экспертов необходимых навыков, познания, прекращения членства в МАК эксперта-техника ФИО6 Возражал против приобщенные к материалам дела фотографий с места дорожно-транспортного происшествия, представленных ответчиком, ставя под сомнение их подлинность в отсутствие на них даты и времени съемки. Настаивал на наличии достоверных доказательств вины только лишь ФИО3 в причинении ущерба истцам. 

В судебном заседании ФИО2 участия не принимал, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом. 

Его представитель ФИО7 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске. Согласилась с позицией ФИО1 и его представителя о том, что проведенная судом автотехническая экспертиза является недопустимым доказательством по делу. Указала на наличие вину в произошедшем дорожно-транспортном происшествии лишь со стороны ответчика. 

ФИО3 в судебном заседании участие не принимала, о времени и месте извещена надлежащим образом, заявлений и ходатайств не представила. 

Ее представитель Колба В.В., оспаривая наличие вины своего доверителя в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, в том числе в силу выводов судебной автотехнической экспертизы, полагал требования истцов не подлежащими удовлетворению. 

ФИО4 участие в судебном заседании не принимал, о времени и месте извещен надлежащим образом, заявлений и ходатайств не представил.

АО «Согаз» представителя для участия в судебном заседании не направило, о времени и месте извещено надлежащим образом, заявлений и ходатайств не представило.

Выслушав мнение лиц, участвующих в деле, изучив материалы гражданского дела, материалы дела №, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п.п. 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). 

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п.19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» под владельцем источника повышенной опасности следует понимать гражданина, который используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Как следует из материалов дела и установлено судом, 29 сентября 2019 года на 21 км + 70 м автодороги Морпорт-Аэропорт произошло столкновение автомобилей «Тойота Секвоя», государственный регистрационный знак № принадлежащего на праве собственности ФИО4, под управлением ФИО3, «Митсубиси Делика», государственный регистрационный знак № под управлением его собственника ФИО2 и «Митсубиси Паджеро», государственный регистрационный знак № под управлением его законного владельца (собственника) ФИО1

В результате спорного дорожно-транспортного происшествия все вышеуказанные автомобили получили механические повреждения.

На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность ФИО1 была застрахована в АО «Согаз», остальных участников – не застрахована. 

Согласно договору аренды транспортного средства от 15 августа 2019 года, на момент происшествия законным владельцем автомобиля «Тойота Секвоя» являлась ФИО3 В силу п. 2.3.5 данного договора, на арендатора возложена обязанность возместить ущерб и убытки в связи с причинением вреда здоровью и имуществу третьим лицам. Арендодатель освобожден от любых претензий со стороны третьих лиц по возмещению ущерба и убытков, причиненных по вине арендатора (л.д. 109-110 т. 2). 

Доказательств владения транспортными средством на праве собственности или другом законном основании на момент дорожно-транспортного происшествия иными лицами материалы дела не содержат и в судебное заседание представлено не было, как и доказательства того, что на момент спорного события гражданская ответственность ответчика при управлении его транспортным средством была застрахована. 

Согласно пояснениям ФИО3 сотрудникам полиции сразу после дорожно-транспортного происшествия, 29 сентября 2019 года в 19 часов 30 минут, находясь за рулем «Тойота Секвоя», она выезжала на автодорогу Морпорт-Аэропорт со стороны кафе «Юличка» по направлению в г. Петропавловск-Камчатский. Остановившись на перекрестке, убедившись в безопасности маневра – поворота налево, она начала движение, пересекла разделительную полосу проезжей части, после чего почувствовала удар в результате столкновения с автомобилем «Митсубиси Делика», который ехал по главной дороге со стороны г. Елизово по направлению в г. Петропавловск-Камчатский и по касательной совершил столкновение с ее автомобилем. Ее автомобиль остановился. После этого она почувствовала сильный удар в правую сторону от столкновения ее автомобиля с автомобилем «Митсубиси Паджеро» (материал № л.д. 9).

Как следует из объяснений ФИО2 сотрудникам полиции сразу после дорожно-транспортного происшествия, 29 сентября 2019 года в 19 часов 30 минут, управляя автомобилем «Митсубиси Делика», он двигался по автодороге Морпорт-Аэропорт в сторону г. Петропавловска-Камчатского. На перекрестке автодороги с прилегающей дорогой у кафе «Юличка» неожиданно со стороны кафе на полосу его движения выехал автомобиль «Тойота Секвоя». Он не успел затормозить, вывернув руль вправо, совершил столкновение с указанным автомобилем по касательной. Когда он попытался остановиться на обочине справа, в заднюю часть его автомобиля врезался автомобиль «Митсубиси Паджеро» (материал № л.д. 10).

В судебном заседании ФИО2 дал аналогичные пояснения суду.

В день дорожно-транспортного происшествия ФИО1 в своих объяснениях указал на то, что 29 сентября 2019 года в 19 часов 30 минут находясь за рулем автомобиля «Митсубиси Паджеро» ехал по автодороге Морпорт-Аэропорт в сторону г. Петропавловска-Камчатского. Подъезжая перекресток у кафе «Юличка», он увидел, как со стороны кафе выезжает автомобиль «Тойота Секвоя», этот автомобиль «цепляет» едущий перед ним автомобиль «Митсубиси Делика». Он не успел остановиться и совершил столкновение с автомобилем «Тойота Секвоя». От удара его автомобиль отбросило в еще движущийся автомобиль «Митсубиси Делика», при этом перед столкновением с этим автомобилем он успел нажать на педаль тормоза (материал № л.д. 11).

Аналогичные пояснения были даны истцом в судебном заседании. Кроме того, он пояснил, что после столкновения с автомобилем «Митсубиси Делика» автомобиль «Тойота Секвоя» продолжил движение по траектории и врезался в его автомобиль. Оба столкновения произошли практически одномоментно с интервалом менее 5 секунд.

Согласно объяснениям очевидца дорожно-транспортного происшествия ФИО11, данным сотрудникам полиции в день происшествия, 29 сентября 2019 года около 19 часов 30 минут на своем автомобиле он ехал по автодороге Морпорт-Аэропорт в сторону г. Петропавловска-Камчатского. Впереди в двух машинах от него в том же направлении двигались автомобили «Митсубиси Делика» и «Митсубиси Паджеро». В момент неожиданного выезда автомобиля «Тойота Секвоя» на центральную дорогу от кафе «Юличка» автомобиль «Митсубиси Делика» не успел уйти от столкновения с ним, произошло их столкновение, после чего автомобиль «Тойота Секвоя» продолжил движение и столкнулся с автомобилем «Митсубиси Паджеро» (материал № л.д. 12).

Будучи допрошенным в качестве свидетеля в судебном заседании ФИО11 дал аналогичные показания. Дополнил, указав на то, что по автодороге Морпорт-Аэропорт в сторону г. Петропавловска-Камчатского автомобили в момент дорожно-транспортного происшествия двигались колонной с примерно одинаковой скоростью, не более 80 км/ч. После столкновения автомобилей «Тойота Секвоя» и «Митсубиси Паджеро», последнего отбросила на автомобиль «Митсубиси Делика», удар пришелся в заднюю часть автомобиля (л.д. 136-138 т. 2). 

Согласно схеме дорожно-транспортного происшествия, место столкновения транспортных средств произошло на полосе движения автомобилей «Митсубиси Делика» и «Митсубиси Паджеро» по автодороге Морпорт-Аэропорт по направлению в сторону г. Петропавловска-Камчатского. На схеме происшествия зафиксировано одно единственное место столкновение автомобиля «Тойота Секвоя» с двумя остальными участниками происшествия (материал № л.д. 13).

Как следует из справки дорожно-транспортного происшествия, автомобиль «Тойота Секвоя» получил повреждения переднего бампера, капота, обоих передних крыльев, автомобиль «Митсубиси Делика» - переднего бампера, переднего левого крыла, обоих левых дверей, заднего левого крыла, заднего бампера и крышки багажника, автомобиль «Митсубиси Паджеро» множественные повреждения передней и левой части кузова (материал № л.д. 14-15).

Постановлением по делу об административном правонарушении от 30 сентября 2019 года ФИО3 была привлечена к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ за нарушение п. 13.9 Правил дорожного движения РФ, что выразилось в том, что она не уступила дорогу транспортным средствам, имевшим преимущественное право проезда перекрестка (материал № л.д. 6). 

Согласно показаниям ФИО12, допрошенной в качестве свидетеля судом, вечером 29 сентября 2019 года она с дочерью ФИО3 ехала домой с дачи на машине «Тойота Секвоя». При выезде на центральную дорогу через перекресток у кафе «Юличка» произошло столкновение с автомобилем «Митсубиси Делика», удар она не почувствовала, а только то, что их автомобиль остановился, продолжил стоять на месте, а через 7-8 секунд после этого произошло второе столкновение с автомобилем «Митсубиси Паджеро», удар был сильный (л.д. 125 т. 1).

Аналогичные пояснения были даны ФИО12 в рамках КУСП № от 20 февраля 2020 года по заявлению ФИО5 о дачи свидетелями в рамках данного гражданского дела заведомо ложных показаний (л.д. 193-197 т. 2)

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО13, суду пояснил, что вечером 29 сентября 2019 года с семьей заехал в кафе «Юличка», которое расположено по автодороге Морпорт-Аэропорт. Когда он курил на улице, услышал удар от столкновения автомашин и увидел как после этого автомобиль «Митсубиси Делика» остановился на обочине противоположной стороны дороги. Самого столкновения автомобилей «Митсубиси Делика» и «Тойота Секвоя» он не видел. Через секунд 5-7 после первого столкновения автомобиль «Митсубиси Паджеро» врезается в стоящий на дороге автомобиль «Тойота Секвоя» и потом в автомобиль «Митсубиси Делика» (л.д. 126 т. 1).

Согласно показаниями свидетеля ФИО14, вечером 29 сентября 2019 года она с мужем ФИО2 возвращалась на автомобиле «Митсубиси Делика» в г. Петропавловск-Камчатский по автодороге Морпорт-Аэропорт. На перекрестке у кафе «Юличка» со стороны кафе на их полосу движения неожиданно выехал автомобиль «Тойота Секвоя» под управлением ответчика. Пытаясь уйти от столкновения, муж вывернул руль вправо, однако не смог уйти от столкновения, удар автомобиля «Тойота Секвоя» пришелся в левую переднюю часть их автомобиля в район переднего левого колеса, далее были причинены повреждения вдоль всего левой стороны кузову по ходу движения автомобиля. После столкновения их автомобиль остановился на разгонной полосе справа и в него сзади врезается автомобиль «Митсубиси Паджеро». 

В целях установления всех обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, причинения вреда автомобилям и их причин, по ходатайству стороны ответчика была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено ООО «НАТТЭ» (л.д. 156-160 т. 1).

Согласно ст. 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.

В силу ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Каждая из сторон и другие лица, участвующие в деле, вправе представить суду вопросы, подлежащие разрешению при проведении экспертизы. Окончательный круг вопросов, по которым требуется заключение эксперта, определяется судом. Отклонение предложенных вопросов суд обязан мотивировать.

Стороны, другие лица, участвующие в деле, имеют право просить суд назначить проведение экспертизы в конкретном судебно-экспертном учреждении или поручить ее конкретному эксперту, формулировать вопросы для эксперта, знакомиться с определением суда о назначении экспертизы и со сформулированными в нем вопросами, знакомиться с заключением эксперта, ходатайствовать перед судом о назначении повторной, дополнительной, комплексной или комиссионной экспертизы.

В силу ч. 1 ст. 80 ГПК РФ в определении о назначении экспертизы суд указывает наименование суда, дату назначения экспертизы и дату, не позднее которой заключение должно быть составлено и направлено экспертом в суд, назначивший экспертизу, наименования сторон по рассматриваемому делу, наименование экспертизы, факты, для подтверждения или опровержения которых назначается экспертиза, вопросы, поставленные перед экспертом, фамилию, имя и отчество эксперта либо наименование экспертного учреждения, которому поручается проведение экспертизы, представленные эксперту материалы и документы для сравнительного исследования, особые условия обращения с ними при исследовании, если они необходимы, наименование стороны, которая производит оплату экспертизы.

Как установлено ст. 85 ГПК РФ, эксперт обязан принять к производству порученную ему судом экспертизу и провести полное исследование представленных материалов и документов, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам и направить его в суд, назначивший экспертизу, явиться по вызову суда для личного участия в судебном заседании и ответить на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным им заключением.

Эксперт, поскольку это необходимо для дачи заключения, имеет право знакомиться с материалами дела, относящимися к предмету экспертизы, просить суд о предоставлении ему дополнительных материалов и документов для исследования, задавать в судебном заседании вопросы лицам, участвующим в деле, и свидетелям, ходатайствовать о привлечении к проведению экспертизы других экспертов.

Определением Петропавловск-Камчатского городского суда от 24 марта 2020 года по первоначальному гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО3 о возмещении материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, судьей Соковой Ю.В., в производстве которой ранее находилось данное гражданское дело, была назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено ООО «НАТЭ», производство по делу приостановлено на время проведения экспертизы (л.д. 156-160 т. 1).

27 июля 2020 года судом в адрес ООО «НАТТЭ» направлены материалы для проведения судебной экспертизы (копия определения о назначении судебной экспертизы, копия протоколов судебного заседания, административного дела, экспертного заключения АК «Сфинкс-оценка), которые получены экспертным учреждением 4 августа 2020 года (т. 1 л.д. 238-239).

11 августа 2020 года в адрес суда поступило ходатайство эксперта о предоставлении дополнительных материалов для проведения экспертизы, а именно фотографий поврежденных автомобилей участков дорожно-транспортного происшествия, фотографий с места дорожно-транспортного происшествия (л.д. 239 т. 1).

Не возобновляя производство по делу с целью разрешения ходатайства эксперта в установленном процессуальном порядке, 10 августа 2020 года судьей Соковой Ю.В. данное ходатайство было направлено лицам, участвующим в деле, для его исполнения (л.д. 241 т. 1).

При этом, материалы дела не содержат результатов данного распорядительного действия судьи и данных об исполнении его лицам, участвующим в деле, в том числе о предоставлении дополнительных фотоматериалов для проведения экспертизы, оглашении и исследовании их с выяснениям мнения лиц, участвующих в деле, о возможности их направления для проведения экспертизы, приобщения их к материалам дела. 

20 августа 2020 года судьей Соковой Ю.В. в адрес экспертного учреждения направлены дополнительные материалы для проведения назначенной по делу судебной автотехнической экспертизы в виде CD-диска (без раскрытия его содержания) (л.д. 242 т. 1).

13 октября 2020 года в Петропавловск-Камчатский городской суд поступило экспертное заключение ООО «НАТТЭ» № 258/20 от 7 октября 2020 года с материалами, направленными на экспертизу (л.д. 8-28 т. 3).

26 января 2021 года в ходе судебного разбирательства по объединенному гражданскому делу по иску ФИО1 и ФИО2 к ФИО3 о взыскании материального ущерба, возвращенный суду CD-диск стал предметом обозрения суда и лиц, участвующих в деле, после чего приобщен в установленном процессуальном порядке к материал дела. Представитель ответчика при этом пояснил, что данный CD-диск с фотографиями в электронном виде с места спорного дорожно-транспортного происшествия был предоставлен им в рамках выполнения запроса суда о предоставлении дополнительных материалов эксперту.

Вместе с тем, каких-либо данных об источнике получения указанных материалов в виде CD-диска с фотоматериалами материалы дела не содержат. В определении суда о назначении экспертизы данный диск также не указан. Вопрос о возможности использования данных фотоматериалов для проведения экспертизы поставлен на обсуждение сторон лишь после получения результатов судебной экспертизы в судебном заседании 26 января 2021 года. 

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что указанные дополнительные материалы при проведении первоначальной судебной экспертизы были получены экспертной организацией с нарушением действующего законодательства. Следует также отметить, что названные процессуальные действия судьи Соковой Ю.В. были совершены без возобновления производства по делу, то есть с нарушением принципов непосредственности судебного разбирательства и осуществления правосудия на основе состязательности и равноправия сторон, что также противоречит действующему процессуальному законодательству (ст. 12 ГПК РФ).

В силу ст. 87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам. 

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, свидетельствующие о том, что экспертное заключение ООО «НАТТЭ» по результатам проведения судебной автотехнической экспертизы было получено судом с нарушением норм действующего процессуального законодательства, в рамках объединенного гражданского дела по иску ФИО1 и ФИО2 к ФИО3 о взыскании материального ущерба судом была назначена повторная автотехническая экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту – ИП ФИО6

Согласно выводам данного эксперта, изложенным в заключении № 19/Т от 24 февраля 2021 года, механизм дорожно-транспортного происшествия заключается в том, что автомобили «Митсубиси Делика» и «Митсубиси Паджеро» двигались по автодороге Морпорт-Аэропорт по стороны г. Елизово по направлению в г. Петропавловск-Камчатский со скоростью около 80 км/ч. На нерегулированном перекрестке, на выезде от кафе «Юличка» водитель автомобиля «Тойота Секвоя» совершил выезд на полосу движения в направлении г. Петропавловска-Камчатского, не имея преимущества для движения, создав помеху для движения автомобилю «Митсубиси Делика», что привело к касательному их столкновению (своей передней правой частью автомобиля «Тойота Секвоя» взаимодействует с левой боковой частью автомобиля «Митсубиси Делика»). После этого автомобиль «Митсубиси Делика» перемещается вправо по ходу движения и останавливается. Далее автомобиль «Тойота Секвоя» находится без движения, через 5-8 секунд происходит взаимодействие передней правой части данного автомобиля с передней левой частью автомобиля «Митсубиси Паджеро». При контакте передняя часть автомобиля «Тойота Секвоя» совершает разворот в направлении движения автомобиля «Митсубиси Паджеро». Автомобиль «Митсубиси Паджеро» перемещается вперед и вправо, совершает столкновение с задней частью автомобиля «Митсубиси Делика». 

Причиной столкновения транспортных средств является выезд автомобиля «Тойота Секвоя» на полосу для движения автомобилей «Митсубиси Делика» и «Митсубиси Паджеро». 

При этом, действия водителя автомобиля «Тойота Секвоя» не соответствуют требованиям п. 13.9 Правил дорожного движения РФ и с технической точки зрения состоят в причинной связи с рассматриваемым дорожно-транспортным происшествиям. Так же действия водителя автомобиля «Митсубиси Паджеро» не соответствуют требованиям п. 10.1 Правил дорожного движения РФ и тоже состоят в причинной связи с рассматриваемым столкновениям, поскольку с технической точки зрения водитель автомобиля «Митсубиси Паджеро» мог избежать (предотвратить) столкновения с автомобилем «Тойота Секвоя». В данной дорожной ситуации время необходимое водителю автомобиля «Митсубиси Паджеро» для его полной остановки составило 4,5 секунд.

С технической точки зрения водитель автомобиля «Митсубиси Делика» не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем «Тойота Секвоя». 

Отвечая на вопрос о технической возможности водителя автомобиля «Митсубиси Паджеро» избежать столкновения с автомобилем «Митсубиси Делика», эксперт указал на то, что поскольку первоначальные действия водителя автомобиля «Митсубиси Паджеро», не соответствующие требованиям п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, привели к столкновению с автомобилем «Тойота Секвоя», дальнейшее столкновение его с автомобилем автомобиля «Митсубиси Делика» указывает на бездействие водителя автомобиля «Митсубиси Паджеро» в данной дорожной ситуации.

При этом, описывая дорожно-транспортного происшествия с учетом анализа все обстоятельств и представленных на исследование материалов дела, эксперт пришел к однозначному выводу о том, что после столкновения с автомобилем «Митсубиси Делика» автомобиль «Тойота Секвоя» прекратил свое движение, после чего через 5-8 секунд произошло его взаимодействие с автомобилем «Митсубиси Паджеро», который при скорости движения 80 км/ч имел техническую возможность избежать столкновения путем торможения до полной остановки.

Данное заключение эксперта является ясным, полным, экспертиза проведена и заключение составлено квалифицированным экспертом, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Вышеизложенные выводы эксперта носят категоричный характер. Экспертом были детально изучены представленные материалы дела, которым он дал полную и всестороннюю оценку. Сделанный им соответствующий анализ и выводы являются объективными, согласуются с иными доказательствами по делу. Данное экспертное заключение составлено в соответствии с требованиями Федерального закона N 73-ФЗ от 31 мая 2001 года «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а также в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ.

Оснований подвергать сомнению выводы эксперта у суда не имеется. Его выводы об обстоятельствах и механизме дорожно-транспортного происшествия, причинах столкновения транспортных средств, согласуются с иными доказательствами по делу, в том числе с показаниями свидетелей-очевидцев происшествия ФИО12, ФИО13, пояснениями участников происшествия, данными сотрудникам полиции сразу после аварии, в том числе ФИО1, который до предъявления иска в суд в своих объяснениях не упоминал о движении автомобиля «Тойота Секвоя» в момент столкновения с его автомобилем, а также самой схемой дорожно-транспортного происшествия, согласно которой столкновения автомобиля «Тойота Секвоя» с двумя другими автомобилями произошло в одном месте, что указывает на то, что после касательного столкновения с автомобилем «Митсубиси Делика» автомобиль «Тойота Секвоя» остановился, после чего произошло его взаимодействие с автомобилем «Митсубиси Паджеро».

При этом, показания свидетеля ФИО11 и пояснения ФИО1 о том, что после столкновения автомобиля «Митсубиси Делика» с автомобиле с «Тойота Секвоя» последний продолжил движение и совершил столкновение с его автомобилем «Митсубиси Паджеро» противоречат вышеприведенным материалам дела, показаниям иных свидетелей и заключению судебной экспертизы, а потому не могут быть приняты судом во внимание. 

Оснований не доверять показаниям свидетелей ФИО12, ФИО13 и их первоначальным пояснениям в рамках дела по факту дорожно-транспортного происшествия у суда не имеется, поскольку они логичны, последовательны и непротиворечивы, согласуются с материалами дела. Доказательств заинтересованности свидетелей в исходе рассматриваемого дела суду не представлено. Перед допросом в ходе судебного разбирательства они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. 

Следует отметить, что до обращения в суд с данным иском, оспариваемое обстоятельство ФИО1 в объяснениях сотрудникам полиции не упоминалось. Согласно показаниям в судебном заседании свидетеля ФИО11, в момент аварии он находился на достаточном удалении от места столкновения, не обладал полным обзором обстановки на дороге, поскольку пострадавший автомобиль «Митсубиси Паджеро» находился от него на расстоянии двух автомобилях (их разделяло два автомобиля), которые двигались с безопасным интервалом друг от друга, позволившим им уйти от последующего столкновения. 

Оспаривая выводы заключения эксперта о механизме дорожно-транспортного происшествия и наличии в бездействии водителя автомобиля «Митсубиси Паджеро» причинной связи с рассматриваемым столкновение, ФИО1 и его представитель указывают на практически одномоментное взаимодействие автомобилей «Митсубиси Делика» и «Митсубиси Паджеро» с автомобилем «Митсубиси Паджеро» (с интервалом менее 5 секунд). Данные доводы также противоречит показанием вышеуказанных свидетелей, а также пояснениям самого истца сотрудникам полиции после столкновения, согласно которым в сложившейся дорожной ситуации он имел возможность предвидеть и предотвратить столкновения с автомобилем «Тойота Секвоя». Как следует из его пояснений, подъезжая к перекрестку у кафе «Юличка», он увидел, как со стороны кафе выезжает автомобиль «Тойота Секвоя», после чего его столкновение с автомобилем «Митсубиси Делика», не успел остановиться и совершил столкновение с автомобилем «Тойота Секвоя» (материал № л.д. 11, 12, л.д. 136-138 т. 2).

Доводы представителя ФИО1 ФИО5 о том, что 27 декабря 2018 года решением межведомственной аттестационной комиссии в соответствие с п. 21 требований МАК была аннулирована аттестация ФИО6, как эксперта-техника, правового значения для оценки экспертного заключения, выполненного экспертом по поручению суда в рамках спора, вытекающего из деликатных правоотношений, не имеют. 

Согласно ст. 12.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при возникновении спора об осуществлении страхового возмещения по договору ОСАГО в целях установления обстоятельств причинения вреда транспортному средству, установления повреждений транспортного средства и их причин, технологии, методов и стоимости его восстановительного ремонта проводится независимая техническая экспертиза, которая подлежит проведению экспертом-техником или экспертной организацией, имеющей в штате не менее одного эксперта-техника.

Экспертом-техником признается физическое лицо, прошедшее профессиональную аттестацию и внесенное в государственный реестр экспертов-техников. Профессиональная аттестация экспертов-техников и ее аннулирование осуществляются межведомственной аттестационной комиссией, создаваемой федеральным органом исполнительной власти в области транспорта. 

Требования к экспертам-техникам, в том числе требования к их профессиональной аттестации, основания ее аннулирования, порядок ведения государственного реестра экспертов-техников, положение о межведомственной аттестационной комиссии устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии с приведенными положениями закона правительством Российской Федерации в постановлении № 1065 от 17 октября 2014 года «Об определении уполномоченных федеральных органов исполнительной власти, устанавливающих требования к экспертам-техникам, в том числе требования к их профессиональной аттестации, основания ее аннулирования, а также порядок ведения государственного реестра экспертов-техников, и о признании утратившими силу некоторых решений Правительства Российской Федерации» уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, устанавливающим требования к экспертам-техникам, в том числе требования к их профессиональной аттестации, основания ее аннулирования, определено Министерство транспорта Российской Федерации, а также Министерство юстиции Российской Федерации - уполномоченным органом, устанавливающим порядок ведения государственного реестра экспертов-техников.

Приказом Министерства транспорта Российской Федерации № 277 от 22 сентября 2016 года утверждены «Требования к экспертам-техникам, осуществляющим независимую техническую экспертизу транспортных средств, в том числе требования к их профессиональной аттестации, основания ее аннулирования».

Согласно п.п. 3, 4 указанных Требований, профессиональная аттестация экспертов-техников (далее - профессиональная аттестация) проводится в целях подтверждения необходимых знаний, умений кандидата в эксперты-техники (далее - кандидат) для осуществления независимой технической экспертизы транспортных средств и последующего включения сведений об эксперте-технике в государственный реестр экспертов-техников в соответствии с порядком, утвержденным приказом Минюста России от 11 сентября 2017 года № 160 «Об утверждении Порядка ведения государственного реестра экспертов-техников».

Профессиональная аттестация экспертов-техников осуществляется Межведомственной аттестационной комиссией (далее - МАК). Состав МАК утверждается Министром транспорта Российской Федерации.

Из приведенных норм материального права следует, что понятие эксперт-техник, его компетенция, требования к его деятельности, в том числе в части обязательного включения в реестр экспертов-техников и наличия профессиональную аттестации эксперта-техника в МАК, предусмотрено только лишь Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в целях установления обстоятельств причинения вреда транспортному средству, установления повреждений транспортного средства и их причин, технологии, методов и стоимости его восстановительного ремонта при возникновении спора об осуществлении страхового возмещения по договору ОСАГО.

Вместе с тем, спорные правоотношения не подпадают под правовое регулирование Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», а потому выполненное экспертом ФИО6 экспертиза по поручению суда в рамках его профессиональной квалификации и специализации в сфере транспортно-трасологических исследований обстоятельств дорожно-транспортных происшествий в полной мере отмечает требованиям Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а также положениям ст. 86 ГПК РФ. 

Доводы представителя ФИО1 ФИО5 на то, что для проведения судебной экспертизы на предмет транспортно-трасологического исследования обстоятельств дорожно-транспортных происшествий эксперту ФИО6 были представлены фотографии с места дорожно-транспортного происшествия на бумажном носителе и CD-диске, при этом CD-диск к материалам дела не приобщался, не соответствуют действительности и основаны лишь на субъективной оценки обстоятельств дела. 

Как следует из протокола судебного заседания, проходившего в период с 26 января по 4 февраля 2021 года, в ходе данного судебного разбирательства судом с участием всех участников процесса на персональном компьютере были обозрены фотографии, содержащиеся на CD-диске, возвращенном экспертом ООО «НАТТЭ» после проведения судебной экспертизы (л.д. 24 т. 3), а также аналогичные цветные фотографии на фотобумаге, представленные представителем ответчика в данном судебное заседание (л.д. 103-110, 211 т. 3). После этого судом всем участникам процесса была дана процессуальная возможность высказаться по поводу исследованных материалов и принято процессуальное распорядительное решение о приобщении фотографий к материалам дела. При этом, исходя из смысловой нагрузки фразы протокольного определения суда «приобщить фотографии к материалам дела», судом было принято решении о приобщении всех представленных на обозрение фотографий, как на бумажном носителе, так и в цифровом виде (CD-диске) (л.д. 122-139 т. 3). 

Согласно определению суда о назначении повторной судебной экспертизы и сопроводительному письму, для проведения экспертного исследования судом в адрес ИП ФИО6 были направлены фотографии с места дорожно-транспортного происшествия, копии материалов гражданского дела на бумажном и цифровом носителе (CD-диске) (л.д. 142-153 т. 3). 

Сам непосредственно CD-диск, возвращенный экспертом ООО «НАТТЭ» после проведения первоначальной судебной экспертизы, который был предметом обозрения в судебном заседании, для проведения повторной экспертизы судом не направлялся, оставался в материалах дела (л.д. 24 т. 3). Для эксперта судом были направлены приобщенные судом фотографии с места дорожно-транспортного происшествия, копии материалов дела на бумажном и цифровом носителе, которые были переведены в цифровой формат для удобства работы эксперта.

На основании изложенного суд не усматривает каких-либо процессуальных нарушений по предоставлению материалов эксперту для проведении экспертного исследования в рамках повторной судебной экспертизы.

Доводы представителя ФИО1 в судебном заседании о том, представленные стороной ответчика фотографии с места дорожно-транспортного происшествия на бумажном и цифровом носителях не имеют отношения к рассматриваемому дорожно-транспортному происшествию, поскольку не имеют данных о дате, времени съемки, на них не видно номеров машин, являются голословными. 

Указанные фотографии были представлены суду представителем ответчика, который пояснил о том, что они были сделаны непосредственно сразу после столкновения автомобилей при обстоятельствах спорного дорожно-транспортного происшествия. При непосредственном обозрении данных томографий ФИО1 опознал на них свой автомобиль. Запечатленные на фотографиях события в полной мере соотносятся со схемой дорожно-транспортного происшествия и пояснениями его участников об обстоятельствах и времени столкновения. 

Кроме того, иных фотоматериалов или других доказательств, опровергающих эти фотографии, суду не представлено. Истцы не были лишены возможности представить имеющиеся в них фотографии с места дорожно-транспортного происшествия. 

При таких обстоятельствах, принимая во внимание вышеизложенные доказательства, суд приходит к выводу о том, что причиной столкновения транспортных средств послужил выезд автомобиля «Тойота Секвоя» на полосу для движения автомобилей «Митсубиси Делика» и «Митсубиси Паджеро». Вместе с тем, в рассматриваемой дорожной ситуации с технической точки зрения водитель автомобиля «Митсубиси Паджеро» мог предотвратить столкновения его автомобилем с автомобилем «Тойота Секвоя» и последующее столкновение с автомобилем «Митсубиси Делика», путем полной остановки автомобиля посредством торможения. 

С учетом анализа причин возникновения аварийной ситуации, механизма дорожно-транспортного происшествия и поведения всех его участников, дорожно-транспортное происшествие в части столкновения автомобиля «Тойота Секвоя» и автомобиля «Митсубиси Делика» произошло по непосредственной вине водителя автомобиля «Тойота Секвоя» ФИО3, которая в нарушении п. 13.9 Правил дорожного движения РФ не уступив дорогу автомобилю «Митсубиси Делика», имевшему преимущественное право проезда перекрестка, выехала на его полосу движения. При этом, с технической точки зрения водитель автомобиля «Митсубиси Делика» не располагал технической возможностью предотвратить данное столкновение. 

В части последующего столкновения автомобилей «Тойота Секвоя» с «Митсубиси Паджеро», суд приходит к выводу о том, что происшествие произошло по обоюдной вине водителей указанных транспортных средств, нарушивших п. 13.9 Правил дорожного движения РФ (водителем «Тойота Секвоя») и п. 10.1 Правил дорожного движения РФ (водителем «Митсубиси Паджеро»). Действия (бездействия) обоих водителей в спорной ситуации состоят в причинной связи с их столкновением. 

Давая оценку механизму и причинам последующего взаимодействия транспортных средств «Митсубиси Делика» и «Митсубиси Паджеро», суд приходит к выводу о наличии обоюдной вины в этом водителей автомобилей «Тойота Секвоя» с «Митсубиси Паджеро» по вышеизложенным обстоятельствам. 

Как следует из заключения судебной экспертизы на предмет транспортно-трасологического исследования обстоятельств дорожно-транспортных происшествий в этой части событий, поскольку первоначальные действия водителя автомобиля «Митсубиси Паджеро», не соответствующие требованиям п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, привели к столкновению с автомобилем «Тойота Секвоя», дальнейшее столкновение его с автомобилем автомобиля «Митсубиси Делика» указывает на бездействие водителя «Митсубиси Паджеро» в данной дорожной ситуации.

Согласно ст. 1079 ГК РФ владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным п.1 настоящей статьи. Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ).

Солидарная обязанность, по смыслу указанной нормы, возникает при причинении вреда при взаимодействии источников повышенной опасности третьим лицам, которыми являются, например, пассажиры транспортного средства, пешеходы. 

В данном случае, поскольку предметом спора является ущерб в результате дорожно-транспортного происшествия причиненный владельцам транспортных средств, он подлежит возмещению в зависимости от степени вины каждого из участников происшествия.

На основании вышеизложенного и анализа представленных доказательств, суд приходит к выводу о равной степени вины водителей автомобилей «Тойота Секвоя» и «Митсубиси Паджеро» в причинении ущерба последнему, а также автомобилю «Митсубиси Делика» в результате взаимодействия с автомобилем «Митсубиси Паджеро» в части повреждения задней части автомобиля (в переделах заявленного по делу объема повреждений).

В иной части повреждений автомобиля «Митсубиси Делика» спора нет, расходы на ремонт иных повреждений возмещены истцу ответчиком в полном объеме.

Согласно заключению ООО АФК «Концепт» № 19711-А от 18 октября 2019 года, рыночная стоимость транспортного средства «Митсубиси Делика», государственный регистрационный знак № на момент дорожно-транспортного происшествия составляла 150 000 рублей, стоимость его восстановительного ремонта заднего части автомобиля, поврежденной от столкновения с автомобилем «Митсубиси Паджеро», – 97 700 рублей (л.д. 36-63 т. 2). 

Следует отметить, что отраженный в заключении объем повреждений и ремонтных воздействий от взаимодействия с автомобилем «Митсубиси Паджеро» сторонами по делу не оспаривается. 

Указанное заключение отражает действительное состояние автомобиля после аварии, наличие и характер технических повреждений, основан на системном анализе представленных на экспертизу материалов, цен и предложений на территории Камчатского края в общедоступных источниках, а также выполнено в соответствие с требованиями Федерального закона «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» лицом, являющимся членом одной из саморегулируемых организаций оценщиков и застрахованного в соответствии с требованиями указанного Федерального закона. 

Оснований не доверять выводам данного заключения у суда не имеется, доказательств, указывающих на недостоверность проведенной оценки, либо ставящих под сомнение ее выводы не представлено. Каких-либо доказательств, свидетельствующих о иной стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, ответчиком не представлено. 

Согласно заключению ИП ФИО8 (Автоэкспертная компания «Сфинкс-оценка) № 00337 от 18 октября 2019 года, представленному ФИО1 при обращении с иском в суд, восстановление его транспортное средство «Митсубиси Паджеро», государственный регистрационный знак № является экономически нецелесообразным (с учетом износа 309 800 рублей, без учета износа 729 000 рублей), поскольку его стоимость превышает рыночную стоимость автомобиля на момент дорожно-транспортного происшествия в размере 526 200 рублей. Разница между стоимостью транспортного средства и стоимостью годных остатков составляет 437 000 рублей (л.д. 22-38 т. 1).

Как следует из заключения ИП ФИО9 № 05/2020-11 от 22 ноября 2020 года, выполненного во исполнение судебного определения о назначении судебной оценочной экспертизы, с учетом дополнительного заключения к нему от 22 апреля 2021 года, рыночная стоимость транспортного средства «Митсубиси Паджеро» на момент дорожно-транспортного происшествия составила 592 800 рублей, стоимость восстановительного ремонта – 292 230 рублей (л.д. 30-40, 189-194 т. 3)

Не согласившись с выводами вышеуказанных экспертиз о размере причиненного ФИО1 ущерба, ответчиком в лице представителя было представлено заключение ООО АФК «Концепт» № 23195-А от 10 июня 2021 года, согласно которому рыночная стоимость транспортного средства на момент дорожно-транспортного происшествия составила 550 000 рублей, при этом, размер восстановительного ремонта автомобиля без учета износа – 703 000 рублей, с учетом износа – 287 700 рублей (л.д. 93-142 т.4).

Давая оценку всем вышеприведенным заключениям о размере ущерба, причиненного ФИО1 в результате повреждения его транспортного средства «Митсубиси Паджеро», суд приходит следующему. 

В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 29 июля 1998 года № 135 «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», данный закон определяет правовые основы регулирования оценочной деятельности в отношении объектов оценки, принадлежащих РФ, субъектам РФ или муниципальным образованиям, физическим лицам и юридическим лицам, для целей совершения сделок с объектами оценки, а также иных целей.

В соответствии со ст. 4 данного Федерального закона, субъектами оценочной деятельности признаются физические лица, являющиеся членами одной из саморегулируемых организаций оценщиков и застраховавшие свою ответственность в соответствии с требованиями настоящего Федерального закона. Оценщик может осуществлять оценочную деятельность самостоятельно, занимаясь частной практикой, а также на основании трудового договора между оценщиком и юридическим лицом, которое соответствует условиям, установленным ст. 15.1 данного Федерального закона. Оценщик может осуществлять оценочную деятельность по направлениям, указанным в квалификационном аттестате.

В силу ст. 15 Федерального закона «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», оценщик обязан быть членом одной из саморегулируемых организаций оценщиков.

Таким образом, осуществлять оценочную деятельность, в том числе в целях определения стоимости материального ущерба, причиненного транспортному средству, может лишь лицо, являющийся членом одной из саморегулируемых организаций оценщиков.

Вместе с тем, заключения вышеуказанных экспертиз ИП ФИО8 и ИП ФИО9 о размере причиненного ущерба в результате повреждения транспортного средства «Митсубиси Паджеро» не соответствует требованиям Федерального закона «Об оценочной деятельности в Российской Федерации».

Согласно общедоступным сведениям из официального сайта единого реестра членов саморегулируемой организации, ИП ФИО8 и ИП ФИО9, последнему из которых было поручено проведение судебной экспертизы, не являются членами саморегулируемых организаций оценщиков. Доказательств обратного суду к заключениям экспертиз не представлено. Как следует из содержания самих экспертных заключений, они выполнены экспертами-техниками не в рамках оценочной деятельности, а в рамках специального правового регулирования правоотношений, вытекающих их обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

При этом, до окончания срока проведения судебной экспертизы от ИП ФИО9 в соответствие со ст. 85 ГПК РФ не поступило мотивированного сообщения в письменной форме о невозможности дать заключение в силу того, что поставленные вопросы выходят за пределы специальных знаний эксперта и его полномочий.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что представленные в материалы дела заключения экспертиз ИП ФИО8 и ИП ФИО9 не соответствует требованиям законодательства об оценочной деятельности, поэтому не могут быть принят в качестве достоверного доказательства, подтверждающего спорного размер ущерба истца. 

Давая оценку заключению ООО АФК «Концепт» № 23195-А от 10 июня 2021 года, о размере причиненного ущерба в результате повреждения транспортного средства «Митсубиси Паджеро», суд полает возможных согласится с выводами данного заключения, поскольку оно отражает действительное состояние автомобиля после аварии, наличие и характер технических повреждений, его выводы основаны на системном анализе представленных на экспертизу материалов, цен и предложений на территории Камчатского края в общедоступных источниках. Заключение выполнено в соответствие с требованиями Федерального закона «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» лицом, являющимся членом одной из саморегулируемых организаций оценщиков, застраховавшим свою ответственность в соответствии с требованиями указанного Федерального закона. 

Оснований не доверять выводам данного заключения у суда не имеется, доказательств, указывающих на недостоверность проведенной оценки, либо ставящих под сомнение ее выводы не представлено. Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что восстановительный ремонт транспортного средства ФИО1 будет экономически целесообразен, а равно доказательств иной стоимости транспортного средства и его восстановительного ремонта ответчиком не представлено.

Как следует из правовой позиции, изложенной в п.п. 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из анализа приведенных норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что защита права потерпевшего посредством полного возмещения вреда должна обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего, но не приводить к неосновательному обогащению последнего. Возмещение потерпевшему реального ущерба не может осуществляться путем взыскания денежных сумм, превышающих стоимость поврежденного имущества, стоимость работ по приведению этого имущества в состояние, существовавшее на момент причинения вреда.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, высказанной в его постановлении № 6-П от 10 марта 2017 года в силу вытекающих из Конституции Российской Федерации принципов справедливости и пропорциональности (соразмерности) и недопустимости при осуществлении прав и свобод человека и гражданина нарушений прав и свобод других лиц, регулирование подобного рода отношений требует обеспечения баланса интересов потерпевшего, намеренного максимально быстро, в полном объеме и с учетом требований безопасности восстановить поврежденное транспортное средство, и лица, причинившего вред, интерес которого состоит в том, чтобы возместить потерпевшему лишь те расходы, необходимость осуществления которых непосредственно находится в причинно-следственной связи с его противоправными действиями.

Поскольку доказательств возможности восстановления поврежденного имущества без использования новых материалов и деталей, равно как и доказательств того, что сумма восстановительного ремонта автомобиля без учета износа завышена и приведет к неосновательному обогащению истца не представлено, суд приходит к выводу о том, что при определении размера ущерба ФИО1 подлежит учету соотношение рыночная стоимость транспортного средства на момент дорожно-транспортного происшествия в сумме 550 000 рублей и восстановительного ремонта автомобиля без учета износа в сумме 703 000 рублей.

При таком положении вещей, поскольку возмещение потерпевшему реального ущерба не может осуществляться путем взыскания денежных сумм, превышающих стоимость поврежденного имущества, размер причиненного ущерба ФИО1 в результате спорного дорожно-транспортного происшествия составляет 550 000 рублей.

Учитывая установленные по делу обстоятельства обоюдной формы вины водителей автомобилей «Тойота Секвоя» и «Митсубиси Паджеро» при их взаимодействии, с учетом равной степени их вины, с ответчика по делу в пределах объема заявленных требований в пользу ФИО1 подлежит взысканию сумма ущерба в размере 275 000 рублей (550 000 рублей : 2).

Подобным образом подлежат разрешению и требования истца ФИО2 к ФИО3, поскольку, как было указано выше, последующее взаимодействие транспортных средств «Митсубиси Делика» и «Митсубиси Паджеро», произошло в результате обоюдных виновных действий водителей автомобилей «Тойота Секвоя» и «Митсубиси Паджеро», нарушивших п. 13.9 Правил дорожного движения РФ (водитель «Тойота Секвоя») и п. 10.1 Правил дорожного движения РФ (водитель «Митсубиси Паджеро»). 

Таким образом, в рамках заявленного спора с ФИО3 в пользу ФИО2 подлежит взысканию ущерб в размере 48 850 рублей (97 700 рублей : 2).

В остальной части ФИО2 не лишен возможности возмещения ущерба за счет обоюдного виновника в причинении ему ущерба ФИО1 путем обращения с самостоятельным иском в суд. 

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», изложенным в п. 10, лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемом в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек. 

Как следует из п.п. 2, 20 вышеприведенного Пленума Верховного Суда Российской Федерации, перечень судебных издержек, предусмотренный ГПК РФ, не является исчерпывающим. Расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости, в том числе расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность. 

При неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, подлежат возмещению другой стороной, расходы по оплате услуг представителя в разумных пределах.

Согласно п.п. 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ). При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (ст. ст. 98, 100 ГПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

По результатам рассмотрения спора исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению в общей сумме 275 000 рублей, что в процентном отношении составляет 62,92 %.

Учитывая, что расходы истца при обращении в суд на оплату оценке ущерба в сумме 8 000 рублей были обусловлены допущенным ответчиком нарушением его прав, законных интересов и защитой их в судебном порядке, данные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований – в сумме 5 032 рублей (т. 1 л.д. 40-41).

Следует также отметить, что применительно к п. 2 вышеприведенного Пленума Верховного Суда Российской Федерации сумма расходов на оценку ущерба не является убытками истца, поскольку представляет собой судебные издержки, понесенные истцом в связи со сбором доказательств. 

Согласно договору об оказании услуг по правовому обслуживанию от 30 октября 2019 года, ФИО5 обязался за плату в сумме 25 000 рублей оказать ФИО1 услуги по взысканию в судебном порядке с ФИО3 материального ущерба, причиненного в результате вышеуказанного дорожно-транспортного происшествия, в виде проведения консультаций, подготовки соответствующих материалов по определенной заказчиком тематике и отдельным вопросам, подготовки документов процессуального характера, в том числе искового заявления и приложений к нему, копирование документов по числу лиц, участвующих в деле, представительства в суде первой инстанции, направления искового заявления. 

В тот же день ФИО1 оплатил услуги представителя по вышеуказанному договору в полном объеме, что следует из указания представителя в самом договоре(л.д. т. 1 л.д. 47).

Решая вопрос о размере оплаты услуг представителя, оценив представленные доказательства в совокупности, в соответствии с указанной нормой гражданско-процессуального законодательства, учитывая фактический объем оказанных истцу представителем юридических услуг, в том числе в виде проведения консультаций, составления и направления искового заявления, представления интересов в суде первой инстанции, категорию сложности гражданского дела, количества проведенных по делу судебных заседаний с участием представителя истца в рамках вышеуказанного договора, фактически понесенные истцом судебные расходы в виде оплаты услуг, а также баланс интересов сторон, исходя из принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о разумности понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя в заявленном размере.

При этом, суд полагает необходимым отметить, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, по правилам процессуального законодательства исключительно в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг. 

Поскольку судом принято решение о частичном удовлетворении имущественных требований ФИО1, судебные расходы на оплату услуг представителя подлежат взысканию с ответчика в пользу ФИО1 также пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований в размере 15 730 рублей.

Поскольку при обращении в суд с иском ФИО1 судом была предоставлена отсрочка оплаты государственной пошлины, при разрешении спора по существу она подлежит взысканию с ответчика в соответствующий бюджет на основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, в размере 4 763 рублей 04 копеек.

В рамках данного спора ФИО2 понесены судебные расходы на оценку стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в размере 8 900 рублей, почтовые расходы – 470 рублей 95 копеек, оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей, оплату нотариальных услуг по заверению копий документов в размере 500 рублей, оплату государственной пошлины в размере 3 131 рубля.

По результатам рассмотрения спора исковые требования ФИО2 подлежат удовлетворению в общей сумме 48 850 рублей, что в процентном отношении составляет 50%.

Учитывая, что данные расходы ФИО2 были обусловлены допущенным ответчиком нарушением прав истца, его законных интересов и защитой их в судебном порядке, данные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу ФИО2 пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (т. 2 л.д. 6, 34-35, 29, 23-30).

Согласно договору об оказании юридических услуг от 11 декабря 2019 года, ИП ФИО10 своими силами, а также с привлечением ФИО7, обязалась за плату в сумме 20 000 рублей оказать ФИО2 юридические услуги по данному гражданскому делу в виде юридической консультации, составления искового заявления, направления иска с необходимыми документами лицам, участвующим в деле, подачи в суд исковое заявление, оплаты государственной пошлины, представительства интересов доверителя в суде первой инстанции (т. 2 л.д. 33). 

В этот же день ФИО2 оплатил услуги представителя по вышеуказанному договору в полном объеме (т. 2 л.д. 32).

Решая вопрос о размере оплаты услуг представителя, оценив представленные доказательства в совокупности, в соответствии с указанной нормой гражданско-процессуального законодательства, учитывая фактический объем оказанных истцу представителем юридических услуг, в том числе в виде консультаций, составления искового заявления, количество судебных заседания, в которых принимал участие представитель истца, фактически понесенные истцом судебные расходы в виде оплаты его услуг, а также баланс интересов сторон, исходя из принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о разумности понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя в заявленном размере.

При этом, суд полагает необходимым отметить, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, по правилам процессуального законодательства исключительно в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг.

Поскольку судом принято решение о частичном удовлетворении имущественных требований ФИО2, судебные расходы на оплату услуг представителя подлежат взысканию с ответчика в пользу ФИО2 также пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований в сумме 10 000 рублей.

В силу абз. 2 ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате экспертам.

В соответствии со ст. 85 ч. 2 ГПК РФ эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений ст.ст. 96, 98 ГК РФ.

Исходя из приведенных норм процессуального законодательства, расходы, связанные с производством судебной экспертизы, относятся к судебным издержкам, право требования которых имеет экспертное учреждение в случае отказа от предварительной оплаты подобных расходов стороной, на которую была возложена оплата экспертизы.

Вместе с результатами судебной экспертизы от ИП ФИО9 поступило ходатайство о возмещении ему расходов, связанные с производством судебной экспертизы, в сумме 14 000 рублей (л.д. 42 т. 3).

Вместе с тем, согласно представленному стороной ответчика квитанции (чеку по операции ПАО «Сбербанк») от 4 февраля 2021 года, данные расходы возмещены эсперту в полной объеме (л.д. 145 т.4). 

В силу ст. 98 ГПК РФ в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения спора по существу от стороны ответчика не поступило заявления о взыскании судебных расходов, в целях их компенсации пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Однако, это обстоятельство не лишает ответчика возможности их компенсации путем обращения в суд с заявлением по вопросу о судебных издержках после принятия судом решения по существу спора. 

Из правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в п. 28 постановления Пленума ВС РФ от 21 января 2016 года № 1 следует, что после принятия итогового судебного акта по делу лицо, участвующее в деле, вправе обратиться в суд с заявлением по вопросу о судебных издержках, понесенных в связи с рассмотрением дела, о возмещении которых не было заявлено при его рассмотрении. Такой вопрос разрешается судом в судебном заседании по правилам, предусмотренным ст. 166 ГПК РФ. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 -199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о взыскании суммы материального ущерба, причиненного в рамках дорожно-транспортного происшествия удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 сумму материального ущерба, причиненного в рамках дорожно-транспортного происшествия, в размере 275 000 рублей, судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований на оплату услуг представителя в размере 15 730 рублей, на оценку стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в размере 5 032 рублей.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 сумму материального ущерба, причиненного в рамках дорожно-транспортного происшествия, в размере 48 850 рублей, судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей, на оценку стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в размере 4 450 рублей, почтовых услуг в размере 235 рублей 47 копеек, нотариальных услуг по заверению копий документов в размере 250 рублей, на оплату государственной пошлины в размере 1 565 рублей 50 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, ФИО2 к ФИО3 и компенсации судебных расходов отказать.

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета Петропавловск-Камчатского городского округа Камчатского края государственную пошлину в размере 4 763 рублей 04 копеек.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья Петропавловск-

Камчатского городского суда подпись 

Копия верна

Судья Петропавловск-

Камчатского городского суда Е.А. Денщик

Мотивированное решение составлено со дня окончания судебного разбирательства 29 июня 2021 года.