Производство № 2-2798/2020

Дело № 67RS0003-01-2020-004441-41 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Смоленск 18 ноября 2020 года

Промышленный районный суд г. Смоленска

в составе:

председательствующего судьи Калинина А.В.,

при секретаре Гудковой С.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 об устранении препятствий в пользовании земельным участком,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском к ФИО2, в обоснование которого указал, что ему на праве собственности принадлежит земельный участок, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>. Собственником смежного земельного участка с кадастровым номером № является ответчик ФИО2 При этом, ответчик на принадлежащем ей земельном участке построила садовый дом, вблизи границы разделяющей ее земельный участок с земельным участком истца. В настоящее время истец планирует возвести на принадлежащем ему земельном участке баню, место расположения которой должно соответствовать всем градостроительным нормам и правилам, в том числе, противопожарному разрыву между строениями. Заключением ООО «Архитек» установлено, что расположить баню на земельном участке, принадлежащем истцу, как указано на схеме, не представляется возможным, поскольку на смежном земельном участке с кадастровым номером № расположен садовый дом с нарушением градостроительных норм и правил, а именно, отступ от границ земельного участка истца садового дома, принадлежащего ответчику составляет от 0,4 до 0,8 метров, вместо положенных 3-х метров. Ссылаясь на нарушение своих прав на пользование принадлежащим ему на праве собственности земельным участком, в связи с расположенным на смежном земельном участке самовольным строением, просит суд обязать ответчика на земельном участке с кадастровым номером №, отнести за свой счет садовый дом от границы земельного участка истца на расстояние, предусмотренное нормами градостроительного законодательства, взыскать с ответчика расходы по уплате госпошлины.

В судебном заседании истец ФИО1, представителя истца ФИО3, поддержали исковые требования по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснили, что изначально ответчиком был приобретен земельный участок с садовым домиком. При этом, в дальнейшем садовый домик был перестроен, расширен, что привело к нарушению градостроительных норм и правил в части не соблюдения отступа от границы земельного участка истца. Истец намерен построить на своем земельном участке баню, однако, в месте предполагаемого строительства ввиду реконструкции садового домика ответчиком, невозможно установить баню, поскольку не соблюдены требования пожарной безопасности, а именно, не соблюдено расстояние от бани до дома ФИО4 (6 метров). Просит суд удовлетворить требования в полном объеме. Поддержав уточнение требований, полагали строение ответчика самовольной постройкой. 

Ответчик ФИО2, представитель ответчика ФИО2 – ФИО5 требования не признали по основаниям, изложенным в письменном отзыве. Отметили, что ФИО2 земельный участок в 

<

адрес>», с расположенным на нем садовым домиком был приобретен в 2009 году, при этом, в дальнейшем, дом не перестраивался, второй этаж является мансардой, которая имелась и на момент приобретения дома. Указали, что нарушений прав истца не допускали, в связи с чем, просили в иске отказать за необоснованностью.

Выслушав позицию сторон, представителей сторон, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом.

Исходя из положений п. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, следует, что реализация прав и свобод человека и гражданина не должна нарушать права и свободы других лиц, защита права собственности и иных вещных прав должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота.

В соответствии со ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее-ГК РФ) защита гражданских прав осуществляется путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Согласно ст. 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 263 ГК РФ, собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка.

Согласно пп. 2 п. 1 ст. 40 Земельного кодекса РФ, собственник земельного участка имеет право возводить жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, строения и сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.

Согласно ст. 304 ГК РФ, собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Как разъяснено в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» применяя статью 304 ГК РФ, в силу которой собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения, судам необходимо учитывать следующее.

В силу статей 304, 305 ГК РФ, иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 является собственником земельного участка, категории земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для садоводства, площадью 600 кв.м, расположенного по адресу: 

<

адрес>, кадастровый № (л.д. 16-19).

ФИО2 на основании договора купли-продажи от 06.10.2009 является собственником земельного участка, категории земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для садоводства, площадь 648 кв.м, расположенного по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером № (л.д.25), являющегося смежным с земельным участком, принадлежащим ФИО1

На земельном участке, принадлежащем ФИО2 расположено жилое строение без права регистрации проживания, назначение нежилое, одноэтажное площадью 51,6 кв.м (л.д. 75-77).

Как указывает истец, указанное жилое строение возведено с нарушением градостроительных норм и правил, в связи с чем, истец не имеет возможности возвести на своем земельном участке баню.

Так, из представленного заключения ООО «Архитек» о соответствии размещения садового дома на участке №, расположенном по адресу: 

<

адрес> требованиям СП 42.13330.2010 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений», следует, что по результатам визуального обследования установлено, что вышеназванный садовый дом, расположен с нарушением требований СП 42.13330.2010 «Градостроительство Планировка и застройка городских и сельских поселений» в части отступа от границ участка, а именно: отступ от границы с участком № составляет от 0.4 до 0.8 м, минимальный отступ в соответствии с СП 42.13330.2010 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений» от границы с участком № должен составлять 3 м, что нарушает согласно схемы планировочной организации земельного участка, интересы владельца этого участка и ущемляет его право по расположению бани на собственном участке в соответствии со всеми необходимыми градостроительными нормами и правилами (не возможно соблюсти расстояние между садовым домом и баней не менее 6м) (л.д. 9-13).

ФИО1 обратился к ФИО2 с претензией об устранении нарушений по использованию земельного участка, в которой просил снести садовый дом, расположенный на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, либо отнести его от границы земельного участка на расстояние не менее 3-х метров (л.д. 14).

Указанная претензия оставлена ответчиком без удовлетворения.

В обоснование своих возражений, ответчик ссылается на то обстоятельство, что спорный дом возведен на принадлежащем ей земельном участке правопредшественником до введения в действие санитарных правил и норм, регулирующих отступы от границ, размещаемых на земельном участке строений, на которые ссылается истец.

Сторонам неоднократно разъяснялось право ходатайствовать от назначении судебной экспертизы по делу, от чего они отказались, что не препятствует суду рассмотреть дело по имеющимся доказательствам.

Как следует из представленных в материалы дела документов, ФИО2 приобрела земельный участок с кадастровым номером №, расположенный в 

<

адрес> и расположенное на нем жилое строение без права регистрации проживания по договору купли-продажи от 06.10.2009.

Из кадастрового плана земельного участка следует, что таковой принадлежал ФИО7 на основании свидетельства о праве собственности на землю № 187 от 22.10.1992.

ФГБУ «ФКП Росреестра» по Смоленской области в своем сообщении от 28.07.2020 также указало, что в настоящее время ЕГРН содержит сведения о ранее учтенном земельном участке с кадастровым номером № (дата постановки на учет 16.11.2005), расположенном по адресу: 

<

адрес>, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование «Для садоводства».

На данном земельном участке привязан объект капитального строительства с кадастровым номером №.

Сведения о ранее учтенном объекте недвижимости с кадастровым номером №, расположенном по адресу: 

<

адрес>, были внесены в государственный кадастр недвижимости – 23.07.2013.

Государственный кадастровый учет объекта недвижимости № осуществлялся в соответствии с Федеральным законом от 11.07.2007 № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости» и сведения о нем были внесены в государственный кадастр недвижимости как о ранее учтенном объекте недвижимости.

При межевании земельного участка с кадастровым номером № со смежными землепользователями – ФИО8 (уч. №), ФИО9 (уч. №) согласовывались границы такового (л.д. 61).

При этом, из схемы границ земельного участка усматривается, что на земельном участка с кадастровым номером № в непосредственной близости к смежной границе с земельным участком № расположено здание. Размещение в данном месте объекта недвижимости также следует из плана границ земельного участка и плана объекта недвижимости (л.д. 63об). 

Согласно выписке № 9524П от 19.06.2007 из технического паспорта объекта капитального строительства с поэтажным планом следует, что садовый домик №

<

адрес> имеет площадь 51,6 кв.м, этажность 1/0, мансарда, год последнего обследования – 02.05.2007 (л.д. 49-50). 

В обоснование своей позиции истец ссылается на то обстоятельство, что ответчик самовольно произвел реконструкцию садового домика, в связи с чем, он стал располагаться вплотную к границе земельного участка, что является нарушением градостроительных норм и правил.

Действительно, из представленного в ходе рассмотрения дела стороной ответчика поэтажного плана дома на 29.10.2020, составленного кадастровым инженером ФИО10 усматривается, что на 29.10.2020 площадь садового дома, принадлежащего ответчику ФИО2, составляет 54,8 кв.м, что больше площади, указанной в поэтажном плане на 19.06.2007 г. на 3,2 кв.м. (л.д. 120).

Сопоставив указанные поэтажные планы, приходит к выводу, что увеличение площади дома произошло за счет увеличения помещения №6, являющегося верандой с 7,3 кв.м до 10,5 кв.м.

При этом, основное строение осталось в прежней площади, удлинилась вдоль границы, граничащей с земельным участком ответчика с кадастровым номером № только указанная веранда, увеличение длины составило 0, 71 м (2,28-1,57).

Данный вывод в полной мере подтверждается дополнительно представленными фотоматериалами, согласно которым отражены этапы реконструкции веранды, выполнением ее из блоков (л.д. 122-128), также из данных фотоматериалов следует, что дом снаружи был утеплен и обшит сайдингом.

Кроме того, сопоставив вышеназванные поэтажные планы дома с планом объекта недвижимости, содержащимся в материалах землеустроительного дела составленном в мае 2007 года (л.д. 115), установлено, что длина объекта составляла 6, 72 м, ширина 5, 06 м, что, в пределах погрешности измерений, полностью соответствует и вышеназванному поэтажному плану БТИ зафиксировавшему размеры, как 6, 73 м и 5, 03 м, соответственно. 

Истцом в материалы дела также представлена справка ОГБУ «Смоленское областное БТИ» от 02.11.2020, согласно которой по материалам архивного дела, год постройки строения истца 

<

адрес>» - 1980. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО11 суду пояснил, что работает вместе с ФИО1, с ответчиком не знаком. Когда ФИО1 собирался покупать участок, свидетель ездил с ним в 

<

адрес>», это было примерно в 2014 г.-2015г. Понравился ему участок, он решил его купить. Когда у свидетеля было свободное время, он помогал ему земельный участок чистить от травы. На земельном участке стоял домик. В период, когда свидетель с истцом очищали земельный участок у соседей делали крыльцо. Свидетель говорил, что у соседей дом стоит близко к забору, спрашивал, почему они так близко дом построили к забору, т.к. он будет мешать ставить теплицу. Ранее у соседей на земельном участке дом не был обшит, сейчас он обшит сайдингом, ранее был просто деревянный. Какой площади ранее был садовый домик, свидетелю не известно. Отметил, что первоначальном посещении участка веранду свидетель не видел, а потом ответчики стали строить ее, но когда точно это было, не смог пояснить.

Свидетель ФИО12 суду пояснила, что является знакомой ФИО2 Свидетель выросла в 

<

адрес>». Родители свидетеля получили земельный участок в СНТ «Весна», когда свидетелю было 5 лет. Родители свидетеля тоже построили дом в СТ. ФИО2 также приобрела земельный участок в СНТ «Весна» с уже имевшемся на нем садовым домиком. При этом, указала, что на момент приобретения земельного участка ее родителями, на земельном участке № уже имелся дом. Домик стоял примерно с 1971 года. Земельный участок свидетеля немного ближе, что участок ФИО2 Напротив участка ФИО2 находится земельный участок Т-вых, а земельный участок свидетеля следующий. С земельного участка свидетеля был виден дом. Примерно 1,5 года назад свидетель продала свой земельный участок. До 2006 года свидетель регулярно приезжала на дачу в 

<

адрес>». После приобретения земельного участка и домика ФИО2 была отремонтирована веранда, поскольку старая пришла в негодность и рухнула. При этом, сам дом не перестраивали. Старая веранда была вдоль всего дома. 

Свидетель ФИО13, суду пояснила, что стороны являются ее соседями по даче. Когда свидетелю было 14 – 15 лет она стала ездить на дачу, потом внук свидетеля ездил на земельный участок. Вначале раздали земельные участники, вбили колышки, потом началось строительство, оно примерно у всех одинаково с 60-х до 80-х гг. Кто-то строил 1-но этажные, а кто-то строил 2-х этажные дачи. Строение на земельном участке, принадлежащем ФИО2 уже было примерно в 80-х годах. В доме была мансарда с остеклением. Под мансардой была веранда. В настоящее время свидетель также бывает на даче. Пояснила, что дом не изменялся в размерах, а только был облагорожен. 

Проанализировав вышеприведенные доказательства и показания свидетелей, не доверять которым у суда оснований не имеется, суд приходит к выводу, что строение ответчика в основной своей части с мансардой возведено не позднее 1980 года, и расположено в том месте в котором оно находится, за исключением реконструированной ввиду ветхости веранды с ее удлинением на 0,71 м.

Ссылки истца на положения ст. 222 ГК РФ, в части того, что спорный садовый дом является самовольной постройкой и подлежит сносу, судом также отклоняется как несостоятельные.

Отмечая, что сведения о строении и правах на него в установленном порядке внесены в ЕГРН, суд также исходит из следующего. 

Так, в соответствии со ст. 222 ГК РФ, самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

При этом, в силу п. 17 ст. 51 ГрК РФ, выдача разрешения на строительство не требуется в случае строительства, реконструкции на садовом земельном участке жилого дома, садового дома, хозяйственных построек, определенных в соответствии с законодательством в сфере садоводства и огородничества.

Как указано выше строение ответчика расположено на земельном участке, вид разрешенного использования «для садоводства», при этом, разрешение на строительство и реконструкцию такового не требуется, нарушений градостроительных норм и правил при возвещении указанного строения не установлено, объект недвижимости поставлен на кадастровый учет, является ранее учтенным, оснований для признания такового самовольной постройкой по смыслу положений ст. 222 ГК РФ не имеется. 

В части признака самовольной постройки – создания ее с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил, рассматривая дела по искам, связанным с самовольными постройками, следует применять градостроительные и строительные нормы и правила в редакции, действовавшей во время возведения самовольной постройки.

Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом (например, в соответствии со ст. 9 Федерального закона от 29.12.2004 № 191-ФЗ «О введении в действие Градостроительного кодекса Российской Федерации» положения ч. 17 ст. 51 ГрК РФ, определяющей случаи, когда для возведения строения или его реконструкции не требуется выдача разрешения на строительство, применяются также в отношении указанных в ней объектов, которые были построены, реконструированы или изменены до введения в действие ГрК РФ).

Истец указывает, что расположение спорного садового дома нарушает требования СНиП 30.02-97* «Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения».

Вместе с тем, суд не может согласиться с приведенными доводами истца, в силу следующего. 

Приказом Министерства регионального развития Российской Федерации от 30.12.2010 № 849 утвержден свод правил «СНиП 30-02-97 «Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения» (далее также - СНиП 30-02-97).

Указанный СНиП 30-02-97 распространяется на проектирование застройки территорий садоводческих, дачных некоммерческих объединений граждан, находящихся на них зданий и сооружений, а также служит основой разработки территориальных строительных норм субъектов Российской Федерации (пункт 1.1 СНиП 30-02-97).

Согласно п. 6.7 указанных СНиП минимальное расстояние от жилого строения (или дома) до границы соседнего участка по санитарно-бытовым условиям должны быть 3 метра.

Вместе с тем, распределение земель в 

<

адрес>» производилось на основании постановления Мэра г. Смоленска от 03.07.1992 (л.д. 100), а само строение, как указано выше, возникло до 1980 года.

Таким образом, к моменту издания указанного Приказа застройка территории 

<

адрес>» была произведена, в том числе, был возведен спорный садовый домик, что подтверждается представленными в материалы дела вышеприведенными доказательствами.

При таких обстоятельствах, учитывая давность застройки территории 

<

адрес> СНиП 30-02-97, как документ, изданный в целях проектирования будущей застройки, не может быть применен к ранее сложившимся правоотношениям и застройке существующей.

Оснований для назначения по делу экспертизы с целью установления соответствия расположения садового дома, принадлежащего на праве собственности ФИО2, расположенного на земельном участке по адресу: 

<

адрес> требованиям пожарной безопасности, градостроительным, строительно-техническим требованиям, не имеется, поскольку, как указывалось ранее, указанный дом возведен до введения в действие санитарных норм и правил, регламентирующих размещение жилых строений от иных построек и соседних земельных участков в садоводческих товариществах. 

Кроме того, в данном случае проверка иных критериев надежности строения, не предполагается по доводам истца, поскольку нарушения его субъективных прав, как собственника соседнего участка в данной части не усматривается. 

Учитывая представленные доказательства касательно конфигурации и размещения спорного дома до его приобретения ответчиком, пояснения свидетелей ФИО12 и ФИО13 в части, что садовый дом на уч. № 

<

адрес>» изначально был построен с мансардой и в дальнейшем не изменил площади застройки в части основного строения, суд также не находит оснований и для назначения экспертизы с целью определения проводились ли к основному зданию садового домика пристройки, и их соответствие указанным нормам и правилам.

Таким образом, помимо императивной ссылки на п. 6.7 СНиП 30.02.-97* никаких доказательств того, что спорный садовый дом нарушает право истца не представлено. 

При этом, согласно ч. 8 ст. 36 ГрК РФ, объекты капитального строительства, виды разрешенного использования, предельные (минимальные и (или) максимальные) размеры и предельные параметры которых не соответствуют градостроительному регламенту, могут использоваться без установления срока приведения их в соответствие с градостроительным регламентом, за исключением случаев, если использование таких земельных участков и объектов капитального строительства опасно для жизни или здоровья человека, для окружающей среды, объектов культурного наследия.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что расположение садового домика на расстоянии 0,4-0,8 м от смежной границы с земельным участком с кадастровым номером №, с учетом сложившейся застройки не нарушает прав Истца, поскольку невозможность установки бани в выбранном месте не свидетельствует о нарушении прав истца по использованию принадлежащего ему на праве собственности земельного участка, в связи с чем, оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

Таким образом, несоответствие местоположения спорного садового дома требованиям СП 30.02.-97* в части соблюдения расстояния до границы смежного земельного участка, не может служить основанием для сноса спорной постройки как самовольной, поскольку на время ее возведения названные нормативные акты не были приняты и, соответственно, застройщик не мог их нарушить.

В той части, в которой при реконструкции веранды ее длина увеличилась на 0, 71 м, суд также не находит оснований для удовлетворения заявленных требований. Ссылаясь на вышеуказанный СНиП 30.02.-97* сторона истца указывает, что не может соблюсти нормативное расстояние для возведения бани. Однако, применительно к избранному месту ее расположения обозначенному на представленной схеме планировочной организации земельного участка (л.д. 10) названное малозначительное увеличение длины веранды не влияет на возможность размещения бани в этом месте в целом, применительно к сложившемуся землепользованию, размерам и расположению строения относительно которого необходимое расстояние все равно не будет соблюдено. 

Отмечая, что по смыслу ст. 222 ГК РФ, снос самовольной постройки является исключительной мерой, направленной на защиту нарушенных или нарушаемых прав заявителя, а также на исключение угрозы жизни и здоровью граждан, учитывая по обстоятельствам дела, что ранее истец не указывал на несогласие на реконструкции веранды, напротив, в непосредственной близости от таковой также с явным нарушением испрашиваемых расстояний на участке истца был расположен садовый дом, зафиксированной на фотографии (л.д. 119) в настоящее время снесенный истцом, требование о переносе веранды на оставшиеся 0, 71 м в данном случае является формальным и подлежит оценке, как направленное на причинение вреда ответчику, что по правилам ст. 10 ГК РФ исключает судебную защиту права в данной части. 

Иного существенного нарушения прав истца строением ответчика в иске не приводится и по делу не установлено.

Таким образом, анализируя исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства в совокупности с вышеприведенными нормами права, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 об устранении препятствий в пользовании земельным участком, возложении обязанностей отказать полностью.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г. Смоленска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья А.В. Калинин

мотивированное решение изготовлено 25.11.2020