Дело № 2-49/2024

УИД22RS0010-01-2024-000008-09

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 апреля 2024 года с. Калманка 

Калманский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего Рудь Т.О.,

при секретаре Ульрих А.Н., 

с участием истца ФИО1, ответчиков ФИО2, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском к ответчикам, ссылаясь на то, что осуществляет трудовую деятельность в МБУДО «Калманская детская музыкальная школа» в должности уборщика помещений. В декабре 2023 года от сотрудницы данного учреждения К. (вахтера школы) ей стало известно о распространении ответчиком ФИО2 (и.о. директора МБУДО «Калманская детская музыкальная школа») сведений о том, что она в подвальном помещении школы занимается употреблением в пищу печенья, принадлежащего другим сотрудникам. О пропаже данного продукта ответчик ФИО2 спрашивала у нее, однако она ответила отказом. Немного позже в декабре 2023 года ответчик ФИО3 (бухгалтер организации) поинтересовалась у нее, подслушивала ли она ее разговор с другой сотрудницей, на что она ответила отрицательно. Позднее от сотрудницы К. ей стало известно, что ФИО3 обвинила ее в подслушивании и данную информацию сообщила ФИО2 Распространив сведения, не соответствующие действительности, порочащие ее честь и достоинство, ответчики нарушили принадлежащие ей личные неимущественные права.

При указанных обстоятельствах истец просит признать сведения о подслушивании разговоров и употребления в пищу чужих продуктов питания, распространенные ответчиками ФИО2 и ФИО3 в декабре 2023 года среди сотрудников организации, не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство; взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей по 7 500 рублей с каждого. 

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала изложенные исковые требования по основаниям указанным в нем, просила их удовлетворить. Пояснила, что факт распространения не соответствующих действительности сведений, может подтвердить К. (вахтер школы), ходатайствовала о ее допросе в судебном заседании в качестве свидетеля, данное ходатайство судом удовлетворено, однако явка свидетеля в суд истцом не обеспечена. Каких-либо ходатайств о предоставлении дополнительных доказательств истцом заявлено не было.

Ответчик ФИО2, ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признали, представили в дело письменные возражения.

Ответчик ФИО2 также дополнительно пояснила, что занимает должность и.о. директора МБУДО «Калманская детская музыкальная школа». В образовательном учреждении имелся факт пропажи печенья, находящегося в кабинете подвального помещения, принадлежащего молодым сотрудникам, приезжающим из 

<

адрес>. С целью выяснения причастности к данной пропаже она, как руководитель провела опрос работников, кто имел доступ к кабинету подвала, где находились продукты питания. Вопрос о пропаже печенья выяснялся с К., а также с истцом ФИО1, которые пояснили, что отношения к данному вопросу не имеют и не видели того, кто это мог сделать. Больше данный вопрос она не с кем не обсуждала, виновник в пропаже продуктов до настоящего времени не найден. При проведении опроса сотрудников какие-либо утверждения о том, кто конкретно причастен к пропаже печенья, она не высказывала. Свидетелем конфликта с ФИО3 относительно подслушивания разговоров она не являлась. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании пояснила, что работает в МБУДО «Калманская детская музыкальная школа» бухгалтером. В конце декабря 2023 года она пришла на работу и зашла в кабинет к заведующей учебной частью обсудить рабочие моменты. Дверь в кабинет была открыта и в зеркало она видела, что ФИО1 стоит около двери и слушает их разговор. После окончания беседы, выйдя из кабинета, она сделала ФИО1 замечание по поводу подслушивания, однако ФИО1 данный факт отрицала. Об указанном случае она никому не рассказывала.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела и оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности, находит заявленные требования не подлежащими удовлетворению в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством и ничто не может быть основанием для его умаления. В случае нарушения каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени (часть 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Абзац десятый статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда, причиненного гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце шестом пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», на ответчика, допустившего высказывание в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина, в том числе, путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным, и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В силу п. 1 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 9 названного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Кроме этого, в соответствии с п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 3 от 24.02.2005 года «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», судам в соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Основанием для удовлетворения требований о защите чести, достоинства и деловой репутации является совокупность трех условий – сведения должны носить порочащий характер, быть распространены и не соответствовать действительности.

Отсутствие хотя бы оного из указанных обстоятельств является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. 

На основании ст. 55 (ч. 1) Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец ФИО1 на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ состояла в трудовых отношения с МБУ ДО «Калманская детская музыкальная школа» в должности уборщика служебных помещений. На основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ней прекращен на основании п.3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (собственное желание) (л.д.46,47,48-49).

Ответчик ФИО2 на основании распоряжения заместителя главы администрации от ДД.ММ.ГГГГ назначена исполняющей обязанности директора МБУ ДО «Калманская детская музыкальная школа» (л.д.55). 

Ответчик ФИО3 работает в МБУ ДО «Калманская детская музыкальная школа» в должности главного бухгалтера, что подтверждается представленным в материалы дела приказом о приеме на работу от ДД.ММ.ГГГГ, трудовым договором (л.д. 50, 51-54).

Обращаясь с настоящими требованиями, истец указывает на то, что ответчики в декабре 2023 года распространили в отношении нее заведомо ложные сведения, порочащие ее честь и достоинство. Ответчик ФИО2 рассказала сотруднику К. о том, что она употребляла в пищу чужие продукты питания. Ответчик ФИО3 обвинила ее в подслушивании разговоров и данную информацию сообщила ФИО2, что стало ей известно от сотрудницы К.

В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО2 факт распространения ею сведений об употреблении истцом продуктов питания, принадлежащих другим сотрудникам, отрицала, указывая на то, что в организации имел место инцидент с пропажей печенья. Ею, как руководителем школы проводился опрос сотрудников с целью выявления лиц, причастных к исчезновению продуктов. Каких-либо утверждений о конкретном человеке, имеющем отношение к данному факту, она не высказывала, виновное лицо до настоящего времени не найдено. 

Ответчик ФИО3 пояснила, что являлась очевидцем подслушивания ФИО1 ее разговора с сотрудником школы, на что было сделано замечание, при этом данной информацией она ни с кем не делилась.

Таким образом, ответчики в ходе рассмотрения дела, обстоятельства распространения порочащих сведений в отношении ФИО1 оспаривали.

При этом истцом в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, достоверных и убедительных доказательств распространения ответчиками сведений, порочащих ее честь и достоинство не представлено.

Доводы истца о том, что не соответствующие действительности сведения К. стали известны от ответчиков являются голословными, соответствующими доказательствами не подтверждены.

При этом судом при принятии искового заявления и подготовки дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства неоднократно разъяснялось сторонам, в том числе истцу о том, какие факты имеют значение для дела и что на истце лежит обязанность доказывания факта распространения сведений лицами, к которым предъявлен иск.

Поскольку факт распространения ответчиками сведений, порочащих честь и достоинство истцом не доказан, у суда отсутствуют основания для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности, в соответствии со ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе, для возложения на них обязанности по возмещению компенсации морального вреда. 

Учитывая изложенное, исковые требования ФИО1 подлежат оставлению без удовлетворения в полном объеме.

По правилам статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при отказе истцу в иске понесенные им расходы по оплате государственной пошлины возмещению за счет ответчика не подлежат.

Руководствуясь ст. 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Алтайский краевой суд через Калманский районный суд Алтайского края в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

В окончательной форме решение принято 08 апреля 2024 года. 

Судья Т.О. Рудь