РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

12 мая 2017 года г. Новый Уренгой 

Новоуренгойский городской суд Ямало-Ненецкого АО в составе: 

председательствующего судьи Евстифеевой Е.Г.,

с участием пом.прокурора г.Новый Уренгой ФИО1,

при секретаре Маслюковой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2062/2017 по иску ФИО2 к ООО «Сибрегионгазстрой» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы с учетом денежной компенсации и инфляционных потерь, оплаты за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратился в Новоуренгойский городской суд с иском к ООО «Сибрегионгазстрой» о восстановлении на работе, оплате за время вынужденного прогула, взыскании заработной платы с учетом работы сверхурочно и в ночное время, компенсации морального вреда. Исковые требования мотивированы тем, что в период с 17.06.2016 года по 09.02.2017 года он работал у ответчика по трудовому договору от 16.06.2016 года №

<

данные изъяты> в должности водителя категории «Е» специального колесного тягача в Автотранспортной колонне, перечень автотранспорта, которым он был вправе управлять указан в п.2 должностной инструкции от 01.09.2016 года. Пунктом 8.1 трудового договора за исполнение трудовых обязанностей истцу выплачивалась часовая тарифная ставка в размере 49 руб., районный коэффициент 1,7, северная надбавка за стаж работы 60%, ежемесячная надбавка в размере 4%. В соответствии с п.5.1 Правил внутреннего трудового распорядка от 01.01.2017 года работа должна была осуществляться при шестидневной рабочей неделе с понедельника по пятницу с 8 час. до 17 час. с перерывом на обед с 12 час. до 14 час., в субботу с 08 час. до 13 час., выходной воскресенье. Фактически истец выходил на работу с 6 час., около 7 час. производилась заправка, после чего осуществлялась погрузка, которая могла занимать различное время, после чего он выезжал в рейс и осуществлял перевозку грузов, рабочий день длился столько времени, сколько было необходимо. Когда он работал на базе или когда выходило, что в рейсе он находился длительное время, закрывали по 7 и менее часов как будто он был на ремонте, хотя за весь период работы в 2016 году он на ремонте не был ни разу. С августа 2016 года отдыхать ему практически не давали, постоянно гоняли в рейсы. Так как работать в таком режиме он не мог, то попросил предоставить отпуск через шесть месяцев работы. Отпуск предоставлять ему не хотели, однако, впоследствии работодатель предоставил ему отпуск с 20.12.2016 года по 22.01.2017 года После выхода из отпуска истцу сказали ремонтировать колесный тракторный тягач и когда он его отремонтирует, то сможет управлять. Данный транспорт стоял на базе длительное время, был разукомплектован, ремонту фактически не подлежал. Истец предупредил, что по трудовому договору он принят на должность водителя категории «Е», а не на должность ремонтника, правом управления данной техникой не обладает. С каким-либо приказом о переводе ответчик его не знакомил, дополнительные соглашения к трудовому договору также не издавались. Таким образом, истец был поставлен работодателем в такое положение, что вынужден был написать заявление по собственному желанию 26.01.2017 года. 09.02.2017 года после отработки он был уволен с формулировкой по собственному желанию. Считает увольнение незаконным, так как работодатель вынудил его уволиться, поставив в невыгодное положение, предлагал сам уволиться и угрожал увольнением за прогул. С учетом работы сверхурочно и в ночное время полагает, что работодатель за период работы с 17.06.2016 года по 09.02.2017 года недоплатил ему заработную плату в размере 392627 руб. 69 коп. С учетом денежной компенсации, предусмотренной ст.236 ТК РФ 36562, 55 руб. и инфляционных потерь 5232,67 руб. сумма задолженности составит 434422 руб. 92 коп. Просит признать увольнение незаконным, восстановить его на работе в должности водителя с 09.02.2017 года, взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула из расчета 5040 руб. 95 коп. в день, невыплаченную на момент увольнения заработную плату с учетом компенсации в размере 434422 руб. 91 коп., компенсацию морального вреда в размере 5000 руб.

В судебном заседании истец ФИО2 участия не принимал, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом, будучи допрошенным ранее в судебном заседании на иске настаивал, пояснив, что в результате того, что он воспользовался очередным отпуском, на который имел право, со стороны начальника колонны Ш. и руководителя Я. на него оказывалось давление с целью увольнения по собственному желанию, что подтверждается аудиозаписью разговоров, вместо работы, предусмотренной трудовым договором, после выхода из отпуска ему сказали ремонтировать КЗКТ тягач, на который у него нет прав, данная техника ставится на учет не в ГИБДД, а в Ростехнадзоре, удостоверение на управление данным тягачом выдается Ростехнадзором, в связи с чем, он данную технику не ремонтировал. В данный период ему снизили заработную плату, он вынужден был уволиться. Все время он работал практически без выходных, в особенности сентябрь и октябрь месяц. На работу он приступал почти всегда с 5 часов и работал круглыми сутками. Медосмотр они не проходили, справки о прохождении медосмотра и путевые листы давались уже готовые, в которых он заполнял выезд и въезд на базу, карточкой для системы Глонасс не пользовался, так как в данном случае у него была бы большая переработка, руководство ему запретило использовать карту водителя.

Представитель истца по доверенности ФИО3 в судебном заседании на доводах иска настаивал, пояснив, что принуждение истца к увольнению подтверждается записью телефонных переговоров между истцом и начальником колонны Ш. и ген.директором Я., факт переработки подтверждается журналом регистрации автотранспорта и вывоза ТМЦ, из которого видно время выезда и заезда на территорию базы. 

Представитель ответчика по доверенности ФИО4 в судебном заседании иск не признала в полном объеме, приведя доводы, изложенные в возражениях на иск, пояснив, что увольнение было произведено на основании заявления истца от 26.01.2017 года, истец имел возможность отозвать данное заявление, однако, заявление истцом не отозвано. Давление со стороны работодателя на истца не оказывалось, отпуск на основании его заявления ему был представлен в октябре 2016 года без сохранения заработной платы с 10.10.2016 года по 15.10.2016 года, далее очередной отпуск в декабре 2016 года. Оплата труда была произведена истцу в полном объеме, в том числе оплачена переработка исходя из 10 часов рабочего времени. Доказательств того, что работа осуществлялась истцом в иные промежутки времени, чем это указано в табелях учета рабочего времени им не представлено. Копии путевых листов за декабрь 2016 года, приложенных к иску, не могут быть признаны надлежащим доказательством, так как не сданы работодателю, подпись механика В.С.И. на путевых листах отсутствует, сведения о начале и окончании работы в путевых листах проставлены истцом собственноручно. В силу п.2.1, раздела 2 должностной инструкции поручение непосредственного руководителя о произведении ремонта оборудования не является переводом, поскольку в должностные обязанности истца, который вправе был управлять колесным тракторным тягачом, входило не только управление автопоездом, но и обеспечение его ремонта. Транспортное средство, которым управлял истец оснащено тахографом, который представляет достоверные сведения о режиме работы и отдыха водителя. Согласно показаниям тахографа рабочее время истца составляет меньше, чем оплачено по табелю учета рабочего времени. Данное заявление Общество расценивает как попытку шантажа работодателя, попытку обратного устройства на работе и злоупотребления своими правами.

Выслушав пояснения участников процесса, свидетелей Ш.Ю.А.., заключение прокурора, полагавшего иск не подлежащим удовлетворению, исследовав и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

В силу статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

Расторжение трудового договора по собственному желанию (ст. 80 ТК РФ) является реализацией гарантированного работнику права на свободный выбор труда и не зависит от воли работодателя.

Таким образом, сама по себе правовая природа права работника на расторжение трудового договора по статье 80 Трудового кодекса Российской Федерации, предполагает отсутствие спора между работником и работодателем по поводу его увольнения, за исключением случаев отсутствия добровольного волеизъявления.

Обстоятельств, в силу которых работодатель вправе отказать работнику в расторжении трудового договора на основании статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации, действующее законодательство не предусматривает.

Согласно подпункту "а" пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части 1 статьи 77, статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Как установлено судом, 16.06.2016 года между ФИО2 и ООО «Сибрегионгазстрой» был заключен бессрочно трудовой договор №

<

данные изъяты>, в соответствии с п.1.1 которого истец был принят на должность водителя специального колесного тягача в Автотранспортную колонну (район Крайнего Севера и приравненные к нему местности) Общества. Прием на работу оформлен приказом №

<

данные изъяты> от 17.06.2016 года (л.д.28, 29-34).

26.01.2017 года ФИО2 было написано заявление об увольнении по собственному желанию с 30.01.2017 года (л.д.245). 

08.02.2017 года Обществом издан приказ №

<

данные изъяты> о расторжении трудового договора по инициативе работника и прекращении трудового договора 09.02.2017 года на основании личного заявления ФИО2 от 26.01.2017 года. Дополнительным соглашением №3 от 09.02.2017 года к трудовому договору сторонами было согласовано, что увольнение будет произведено по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ по собственному желанию, основной договор расторгается 09.02.2017 года, 09.02.2017 года является последним рабочим днем истца, копия данного соглашения получена истцом 09.02.2017 года (л.д. 246, 248).

Таким образом, дата прекращения трудового договора сторонами была согласована, заявление было написано истцом собственноручно, с заявлением об отзыве заявления об увольнении в период с 26.01.2017 года по день увольнения 09.02.2017 года ФИО2 не обращался, ознакомился с приказом о расторжении договора и собственноручно подписал дополнительное соглашение к трудовому договору 09.02.2017 года, на работу после издания приказа об увольнении не выходил, что не оспаривалось истцом в судебном заседании с указанием на то, что увольнение являлось вынужденным.

Вместе с тем, доводы истца о том, что все вышеуказанные действия им были совершены лишь по причине давления со стороны руководства опровергаются материалами дела.

Согласно п.4.1.2 трудового договора обязанности работника устанавливаются должностной инструкцией, внутренними документами Общества.

Разделом 2 должностной инструкции за рабочим местом водителя грузового автомобиля категории «Е» закреплено обслуживание основного и вспомогательного оборудования в соответствии с перечнем из 9 пунктов транспортных средств и оборудования, в том числе Ивеко АМТ 633910 колесный тягач КЗКТ.

При приеме на работу истцом было представлено водительское удостоверение серии 

<

данные изъяты>, выданное ГИБДД 1811 21.07.2011 года, которое дает истцу право на управление транспортными средствами А, В, С, D, ВЕ, СЕ, DЕ, в том числе грузовыми автомобилями с прицепом (более 750 тонн) и автобусами с прицепом, сочлененными автобусами. 

Пунктом 2.1. должностной инструкции водителя грузового автомобиля категории «Е», утвержденной генеральным директором Общества 01.09.2016 года, с которой истец ознакомлен 01.09.2016 года, основной задачей водителя грузового автомобиля категории «Е» является обеспечение надежной и бесперебойной работы автопоезда путем своевременного обслуживания и ремонта основного и вспомогательного оборудования, поддержания оптимального температурного режима на объектах, принятие своевременных мер к предотвращению аварийных и пожарных ситуаций и других неисправностей (л.д.37-41).

В своей текущей деятельности истец подчинялся непосредственно начальнику Автотранспортной колонны Ш.Ю.А. (п.1.2 должностной инструкции, п.2.4 трудового договора).

Согласно ст. 72 Трудового кодекса Российской Федерации изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

В силу положений ст. 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации перевод на другую работу - постоянное или временное изменение трудовой функции работника и(или) структурного подразделения, в котором работает работник (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре), при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем. Перевод на другую работу допускается только с письменного согласия работника, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 настоящего Кодекса.

Не требует согласия работника перемещение его у того же работодателя на другое рабочее место, в другое структурное подразделение, расположенное в той же местности, поручение ему работы на другом механизме или агрегате, если это не влечет за собой изменения определенных сторонами условий трудового договора.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьями 60 и 72.1 ТК РФ работодатель не вправе требовать от работника выполнения работы, не обусловленной трудовым договором, кроме случаев, предусмотренных Кодексом и иными федеральными законами, а также переводить работника на другую работу (постоянную или временную) без его письменного согласия, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 Кодекса.

Переводом на другую работу следует считать постоянное или временное изменение трудовой функции работника и (или) структурного подразделения, в котором работает работник (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре), при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем (часть первая статьи 72.1 ТК РФ).

Как следует из пояснений сторон, условий трудового договора, должностной инструкции водителя грузового автомобиля категории «Е» и приведённых выше положений Трудового кодекса Российской Федерации направление ФИО2 на ремонт тракторного тягача КЗКТ не является ни переводом на другую работу, ни перемещением, входит в его должностные обязанности, а, следовательно, не требует согласия работника и заключения с ним дополнительного письменного соглашения, поскольку не влечёт изменение трудовой функции работника, условий трудового договора и изменения системы оплаты труда, а потому требования работодателя о ее выполнении являлись законными и обоснованными.

Как следует из пояснений свидетеля Ш.Ю.А.. в судебном заседании после выхода из отпуска 22.01.2017 года по его указанию истец был направлен для производства ремонта тракторного тягача КЗКТ, к ремонту ФИО2 не приступал, отказался от выполнения порученной ему работы, мотивируя тем, что это не входит в его должностные обязанности. Отказ в предоставлении ему для работы автомобиля Ивеко, которым истец управлял ранее, обусловлен тем, на период отпуска ФИО2 на данный автомобиль в связи с производственной необходимостью был принят другой работник, автомобили не закреплены за конкретным водителем, замена автомобиля либо направление на ремонт является прерогативой работодателя.

Таким образом, в период с 22.01.2017 года по 09.02.2017 года судом установлено, что истец фактически не работал, от проведения ремонта отказался, выражая несогласие по его мнению с незаконным переводом и требуя предоставить ему для работы транспортное средство Ивеко, которым он управлял ранее, что подтверждается ответом на заявление истца от 27.01.2017 года (л.д.241) и не оспаривалось им в судебном заседании. 

Следовательно, невыполнение порученной работы по ремонту тракторного тягача КЗКТ, что входило в его должностные обязанности, по указанию непосредственного руководителя Ш.Ю.А. могло повлечь для него неблагоприятные последствия в виде дисциплинарного взыскания в связи с невыполнением возложенной на него трудовой функции, что истцу было достоверно известно. В результате чего ФИО2 собственноручно было написано заявление об увольнении, которое он отвез лично в офис, минуя начальника автоколонны Ш.Ю.А.., что суд расценивает как попытку избежать дисциплинарной ответственности, а не как давление со стороны работодателя. 

Свобода трудовых отношений в ее конституционно-правовом смысле предполагает соблюдение принципов равенства и согласования воли сторон, стабильности данных правоотношений. Субъекты трудовых отношений свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий.

Несмотря на то, что у истца имелась возможность приступить к работе и своевременно отозвать заявление об увольнении, с момента написания заявления об увольнении 26.01.2017 года до окончания последнего дня работы 09.02.2017 года каких-либо действий, свидетельствующих о его желании сохранить трудовые отношения с ответчиком истец не совершал, что свидетельствует о восприятии трудовых отношений с ответчиком расторгнутыми по собственному желанию. 

Действия истца, предшествующие увольнению, согласно норм ст.10 ГК РФ свидетельствуют о злоупотреблении правом со стороны работника.

Представленные стороной истца в ходе судебного разбирательства в качестве доказательства аудиозаписи телефонных переговоров с генеральным директором Я.А.П.. и начальником автоколонны Ш.Ю.А. суд не может принять в качестве доказательства по делу, поскольку данные материалы не отвечают критериям относимости и допустимости доказательства, установленным статьями 59, 60 ГПК РФ, и не могут быть положены в основу доказательственной базы со стороны истца, поскольку из указанных записей невозможно достоверно установить дату, время, место, людей, между которыми происходит разговор.

Вместе с тем, свидетель Ш.Ю.А. в судебном заседании факт телефонных переговоров с истцом не отрицал, указав, что требовал от истца выполнения работы, предусмотренной трудовым договором и должностной инструкцией, а в случае нежелания работать уволиться, что не является понуждением к увольнению. 

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что факт давления либо принуждения со стороны руководства ООО «Сибрегионгазстрой» написать заявление об увольнении по инициативе работника не установлен, заявление об увольнении было написано истцом лично, что подтверждает добровольный характер действий истца. Волеизъявление ФИО2 уволиться также следует из последовательных действий, свидетельствующих о намерении расторгнуть трудовой договор именно по собственному желанию. 

Рассматривая требования истца о взыскании невыплаченной заработной платы за весь период работы с учетом работы сверхурочно суд исходит из следующего.

Согласно ст.99 ТК РФ к сверхурочной работе относится работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

В силу ст. ст. 152, 153 ТК РФ сверхурочная работа, работа в выходные и праздничные дни оплачивается в повышенном размере или подлежит компенсации в виде дополнительных дней отдыха.

В соответствии с п. 7 Положения об особенностях режима рабочего времени и времени отдыха водителей автомобилей, утвержденного Приказом Минтранса России от 20.08.2004 № 15, обязательного для исполнения всеми организациями независимо от организационно-правовых форм, осуществляющими перевозочную деятельность на территории Российской Федерации, нормальная продолжительность рабочего времени водителей не может превышать 40 часов в неделю. Для водителей, работающих по календарю пятидневной рабочей недели с двумя выходными днями, нормальная продолжительность ежедневной работы (смены) не может превышать 8 часов, а для работающих по календарю шестидневной рабочей недели с одним выходным днем - 7 часов.

В тех случаях, когда по условиям производства (работы) не может быть соблюдена установленная нормальная ежедневная или еженедельная продолжительность рабочего времени, водителям устанавливается суммированный учет рабочего времени с продолжительностью учетного периода один месяц (п.8 указанного Положения).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. При этом, как предусмотрено ст. 60 ГПК РФ, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В соответствии с п.8.1 трудового договора за исполнение трудовых обязанностей работнику устанавливается часовая тарифная ставка в размере 49 руб., районный коэффициент 1,7, северная надбавка на день приема на работу 60%, ежемесячная доплата в размере 4% от тарифной ставки (оклада) за работу с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда.

Согласно п.5.1 Правил внутреннего трудового распорядка работников ООО «Сибрегионгазстрой», утв. Генеральным директором Общества 01.09.2017 года, графика работы на 2016 и 2017 гг. для работников (мужчин) ООО «Сиберегионгазстрой» установлена шестидневная рабочая неделя, начало работы 8 час, окончание работы 17 час., перерыв на обед с 12 до 14 час., суббота с 08 час. до 13 час., выходной день воскресенье, ежедневная продолжительность рабочей смены 7 час. (л.д.46-56, 69,70).

Продолжительность рабочего времени была определена работодателем на основании табеля учета рабочего времени, который в силу Постановления Госкомстата от 5 января 2004 года № 1 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты" применяется для учета времени, фактически отработанного и (или) не отработанного каждым работником организации, для контроля за соблюдением работниками установленного режима рабочего времени, для получения данных об отработанном времени, расчета оплаты труда, а также для составления статистической отчетности по труду.

Как следует из табелей учета рабочего времени, расчетных листов за период с июня 2016 по февраль 2017 года ФИО2 табелировался по 10 час. в день, день ремонта 7/5 час. выходной день воскресенье, исходя из чего истцу оплачивалась работа сверхурочно в полуторном и двойном размере (л.д.71-77). 

Так, в июне 2016 года отработано 99 час. (норма 80 час.) произведена оплата сверхурочных часов в количестве 19 час.; в июле – отработано 247 час. (норма 168 час.), оплачено 72 час. сверхурочных и 7 час. оплата как праздничных и выходных дней; в августе – отработано 251 час. (норма 184 час.), оплачено 67 час. сверхурочных; в сентябре – отработано 277 час. (норма 176 час.), оплачено 80 час. сверхурочно и 21 час. как оплата праздничных и выходных дней; октябрь – отработано 221 час. (норма 129 час.), оплачено 71 час. сверхурочно и 21 час. как оплата праздничных и выходных дней; ноябрь – отработано 265 час. (норма 167 час.), оплачено 77 час. сверхурочно и 21 час. как оплата праздничных и выходных дней, декабрь – отработано 148 час. (норма 97 час.), оплачено 44 час. сверхурочно и 7 час. как оплата праздных и выходных дней. В январе 2017 года оплачено за 50 час. ремонта, в феврале – за 54 час. ремонта (л.д. 1-6 т.2). 

В табелях учета рабочего времени за спорный период времени отсутствуют сведения об иной продолжительности рабочего времени нежели учтенной работодателем. 

Приказом Минтранса РФ от 18.09.2008 №152 «Об утверждении обязательных реквизитов и порядка заполнения путевых листов» к оформлению путевых листов установлен ряд требований, в том числе показания спидометра при выезде, возвращении автомобиля в гараж, время выезда и заезда в гараж, что необходимо для определения работы автомобиля, места выполнения работ и списания ГСМ, а не для учета рабочего времени водителя.

Как следует из показаний свидетеля Ш.Ю.А.. и материалов дела представленные путевые листы за период с июля 2016 года по ноябрь 2016 года содержат данные о выезде из гаража и заезде в гараж, которые указывались работодателем, за декабрь 2016 года путевые листы заполнены истцом и работодателю не сдавались. Показания спидометра использовались для списания ГСМ и в дни отсутствия рейсов на дальние расстояния показания спидометра свидетельствуют о движении автомобиля на небольшие расстояния. В случае если имелся продолжительный рейс, истцу предоставлялось время отдыха, а в табеле проставлялся 10 часовой рабочий день с оплатой, что не противоречит нормам ст.152 ТК РФ. 

В соответствии со ст.20 Федерального закона от 10.12.1995 N 196-ФЗ (ред. от 03.07.2016) "О безопасности дорожного движения" автомобиль истца был оснащен тахографом, который является контрольным устройством для непрерывной регистрации пройденного пути и скорости движения, времени работы и отдыха водителя.

Вставляя карту водителя, ФИО2 обязан был в ручном режиме вводить периоды и виды деятельности, в том числе время отдыха. В случае если карта не вставляется, то тахограф работает в автоматическом режиме и определяет рабочее время с момента включения двигателя и до его выключения, регистрирует непосредственно время в движении. 

Истец в нарушение требований карту водителя в тахограф не вставлял. 

Несмотря на это, представленные показания тахографа за период с сентября 2016 года по декабрь 2016 года свидетельствуют о том, что основное рабочее время автомобиля истца составлял не режим движения, а режим ожидания. Сведений о том, какую работу в данное время, не управляя автомобилем, выполнял водитель ФИО2 не представлено.

Соответствие показателей тахографов и путевых листов данным учета рабочего времени водителей также подтверждено в ходе проверки ООО «Сибрегионгазстрой» Федеральной службой по надзору в сфере транспорта Территориальный отдел государственного автодорожного надзора по ЯНАО, что следует из акта и Приложения к акту проверки №21-ТС от 11.04.2017 года. 

Таким образом, доводы истца о наличии переработки основываются только на данных выезда и заезда из гаража, подтвержденных журналом регистрации автотранспорта и вывоза ТМЦ ООО «Сибрегионгазстрой», путевых листах, которые сами по себе не могут являться документами, подтверждающими рабочее время истца и не свидетельствуют, что в спорный период времени истец имел переработку рабочего времени в 2016 году помимо учтенного ответчиком рабочего времени.

Кроме того, путевые листы за декабрь 2016 года, представленные истцом, заполнены им собственноручно, работодателю не сдавались, а, следовательно, являются недопустимым доказательством по делу.

Таким образом, при отсутствии допустимых доказательств выполнения работы сверхурочно, в выходные и праздничные дни сверх учтенных работодателем данных о переработке, правовых оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании заработной платы за работу сверхурочно и выходные, праздничные дни с учетом предусмотренной ст.236 ТК РФ денежной компенсации и инфляционных потерь у суда не имеется.

Доводы истца о том, что он был поставлен в невыгодное положение по сравнению с другими работниками также не могут быть приняты судом во внимание, поскольку на основании личного заявления приказом №

<

данные изъяты> от 19.12.2016 года ФИО2 был предоставлен очередной оплачиваемый отпуск в количестве 26 календарных дней с 20.12.2017 года по 22.01.2017 года, с 10.10.2016 года по 15.10.2016 года по заявлению истца был предоставлен отпуск без сохранения заработной платы, тем самым требования работника о предоставлении дней отдыха были удовлетворены в полном объеме (л.д.65). 

Согласно расчетных листов, выписки из приказов №

<

данные изъяты> от 30.06.2016 года, №

<

данные изъяты> от 31.07.2016 года, №

<

данные изъяты> от 31.08.2016 года, №

<

данные изъяты> от 30.09.2016 года, №

<

данные изъяты> от 31.10.2016 года, №

<

данные изъяты> от 30.11.2016 года, оплата истцу производилась в полном объеме и ежемесячно выплачивалась премия за выполнение производственных показателей по итогам работы за месяц. Несмотря на то, что фактически ремонт истцом в период с 22.01.2017 года по 09.02.2017 года не выполнялся, оплата работодателем произведена в январе за 50 час. работы, в феврале за 54 час. работы.

Данные обстоятельства опровергают доводы истца о необоснованном снижении размера заработной платы с целью понуждения его к увольнению и дискриминации в сфере труда.

Оценивая представленные по делу доказательства с позиции их относимости, допустимости и достоверности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в совокупности, суд приходит к выводу, что нарушений трудовых прав истца работодателем ООО «Сибрегионгазстрой» допущено не было, увольнение истца является законным и обоснованным, оплата труда произведена в полном объеме, в связи с чем, в удовлетворении требований истца надлежит отказать.

Руководствуясь ст.ст.194–198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО2 в иске к ООО «Сибрегионгазстрой» о восстановлении на работе, взыскании оплаты за время вынужденного прогула, заработной платы с учетом денежной компенсации и инфляционных потерь, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Новоуренгойский городской суд.

Судья Е.Г.Евстифеева