Дело № 2-53/2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 августа 2019 года гор. Снежинск

Снежинский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего - судьи Кругловой Л.А.,

при секретаре Кореньковой А.С.,

с участием:

помощника прокурора ЗАТО г. Снежинск ФИО1,

истца ФИО2,

представителя истца ФИО3, действующей на основании доверенности от 22.10.2018 (том 1 л.д. 14), 

представителя ответчика ЦМСЧ № 15 ФМБА России ФИО4, действующего на основании доверенности от 17.01.2019 (том 1 л.д. 39),

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием средств аудиофиксации гражданское дело по иску ФИО2 к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Центральная медико-санитарная часть №15 Федерального медико-биологического агентства» о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба, штрафа в связи с ненадлежащим качеством оказанных услуг,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФГБУЗ ЦМСЧ № 15 ФМБА России о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба, в связи с ненадлежащим качеством оказанных услуг. 

В обоснование иска указал, что в период с 30.05.2018 по 02.07.2018 он находился на лечении в ФГБУЗ ЦМСЧ № 15 ФМБА России с жалобами на отечность левой ноги. Лечащим врачом ФИО5 истцу в указанный период был установлен диагноз острый тромбофлебит, тромбоз глубоких вен нижней конечности. Проводилось соответствующее диагнозу лечение. Истец был выписан 02.07.2018. 

Поскольку жалобы сохранялись, а результатов лечения не было достигнуто, истец обратился в ООО Европейский медицинский центр «УГМК-Здоровье», где в период с 26.07.2018 по 01.08.2018 истцу было проведено обследование, в результате которого установлен конгломерат слева от паха и поставлен диагноз – пигментная меланома, в связи с чем, истец был направлен в ГБУЗ «Челябинский областной клинический центр онкологии и ядерной медицины». 

Истец, полагая, что поскольку в период его госпитализации у ответчика с 30.05.2018 по 02.07.2018 объем исследований был выполнен не в полном объеме, неверно установлен диагноз, соответственно, проведено неверное лечение, что привело к удлинению сроков лечения, установлению более тяжкого диагноза, соответственно, имеется причинно-следственная связь между неправильно поставленным диагнозом и ухудшением здоровья истца, угрозой жизни последнего. 

Указанными действиями (бездействием) ответчика истцу причинены физические и нравственные страдания, в связи с чем, истец просит суд взыскать с ответчика в свою пользу 2 000 000,0 руб. в счет компенсации морального вреда, сумму материального ущерба, заключающуюся в несении расходов на обследование в ООО Европейский медицинский центр «УГМК-Здоровье» в сумме 5 985,0 руб. и штраф за неисполнение требований потребителя в добровольном порядке (т.1 л.д. 3-6).

В судебном заседании истец ФИО2 и его представитель ФИО3, действующая на основании доверенности от 22.10.2018 (т.1 л.д. 14-15) доводы и требования искового заявления поддержали. Полагали, что медицинская помощь была оказана ответчиком некачественно. Проведенная контролирующими органами проверка выявила дефекты оказания медицинской помощи: отсутствие осмотра сосудистого хирурга, дефект ведения медицинской документации. Проведенная по его обращению экспертиза качества медицинской помощи подтвердила наличие дефектов оказания медицинской помощи, т.е. нарушение прав потребителя медицинских услуг, что является достаточным для взыскания компенсации морального вреда и штрафа.Просили иск удовлетворить. 

ФИО2 также пояснил, что в период с 2014 по 2018 год не обращался к врачу онкологу, так как не было возможности записаться к нему на приём. При посещении врачей на вопрос о наличии жалоб отвечал, что их нет. 

Представитель ответчика ФГБУЗ ЦМСЧ № 15 ФМБА России ФИО4, действующий на основании доверенности от 17.01.2019 (т.1 л.д. 39) в судебном заседании исковые требования ФИО2 не признал и пояснил, что действительно, в период с 30.05.2018 по 02.07.2018 истец находился на лечении в хирургическом отделении ФГБУЗ ЦМСЧ № 15 ФМБА России. В указанный период истцу установлен диагноз «острый илеофеморальный флеботромбоз левой нижней конечности. Острая венозная недостаточность левой нижней конечности». 02.07.2018 истец выписан с улучшением для дальнейшего амбулаторного наблюдения. Полагает, что диагноз истцу установлен своевременно, лечение адекватно диагнозу, соответствующее Стандарту специализированной медицинской помощи при остром тромбозе в системе верхней и нижней полых вен, утвержденному приказом Министерства здравоохранения РФ от 09.11.2012 № 835н, госпитализация обоснована, негативных последствий ошибок в диагнозе не установлено, что также подтверждается экспертным заключением АО СК «СОГАЗ-Мед» от 01.10.2018. 

Кроме того, истец при обращении 30.05.2018 врачу-терапевту и врачу-хирургу жалобы на боли в паху не предъявлял, что подтверждается осмотрами последних, а также, проведенным исследованиями – допплерографией от 30.05.2018, от 07.06.2018, от 19.06.2018, уплотнения в паху не выявлены. 

В период с 07.07.2018 по 01.08.2018 истец ни к ответчику, ни в другое медицинское учреждение не обращался, что подтверждается его медицинской картой.

Представитель ответчика отметил, что в период с 2005 года истец наблюдается у врача-онколога с диагнозом «меланома кожи левой стопы», при диспансерном наблюдении – без признаков рецидива. Однако после посещения врача-онколога 13.03.2014 с рекомендацией явки через 3 месяца, на приеме у даного врача появился только 02.08.2018 с УЗДГ вен нижних конечностей с выявленными конгломератами узловых образований в левой паховой области.

Представители третьих лиц – ГБУЗ «Челябинский областной клинический центр онкологии и ядерной медицины», АО СК «Согаз-Мед», ООО Европейский медицинский центр «УГМК-Здоровье» в судебное заседание не явились, о дате слушания извещены надлежащим образом, представлен отзыв (т.2 л.д. 111, 104, 106, т.1 л.д.35, 80-82). 

Третье лицо ФИО5, извещался надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела (т.2 л.д. 108-109), в судебное заседание не явился. Участвуя в судебном заседании 24.01.2019, с исковыми требованиями ФИО2 не согласился, пояснив, что ФИО2 поступил в отделение ФГБУЗ ЦМСЧ №15 ФМБА России с диагнозом флеботромбоз левой нижней конечности по направлению врача-хирурга ФИО8. Он знал, что у ФИО2 в 2005 году была удалена меланома. Несмотря на то, что прошло значительное количество времени, пациенту проводился комплекс диагностических мероприятий для выявления причины возможного метостатического очага. Однако это не было подтверждено. Жалобы у пациента были в основном на отечность левой ноги, в связи с чем, пальпация была затруднена. При выписке состояние пациента улучшилось. Основным диагнозом в период лечения ФИО2 в отделении ФГБУЗ ЦМСЧ №15 ФМБА России являлся тромбоз левой конечности (протокол судебного заседания от 24.01.2019 т.1 л.д.99 оборот - 100 оборот). 

Заслушав стороны, показания свидетелей ФИО8, ФИО7, ФИО9, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего о частичном удовлетворении исковых требований ФИО2, суд полагает следующее. 

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).

Правовые, организационные и экономические основы охраны здоровья граждан определены Федеральным законом от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее Закон).

В соответствии со ст. ст. 10, 19, 22 данного Закона граждане имеют право на доступную и качественную медицинскую помощь. Пациент имеет право на диагностику, лечение в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям, получение консультаций врачей-специалистов, получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи.

Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21 ст. 2 Закона).

Как следует из ч. 2 ст. 98 данного Федерального закона, медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (ст. 98).

Некачественное оказание медицинской помощи - оказание медицинской помощи с нарушениями медицинских технологий и правильности их проведения.

Одним из видов оказания медицинской помощи ненадлежащего качества является невыполнение, несвоевременное или некачественное выполнение необходимых пациенту диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий (исследования, консультации, операции, процедуры, манипуляции, трансфузии, медикаментозные назначения и т.д.).

Для признания факта некачественного оказания медицинских услуг должны быть представлены доказательства, не только подтверждающие наличие дефектов в оказании медицинской помощи пациенту и причинение медицинскими работниками вреда в виде наступления негативных последствий, но и установление наличия прямой причинно-следственной связи между действиями работников медицинской организации по оказанию медицинской помощи пациенту и причинение вреда здоровью пациента (наступление смерти).

В соответствии со ст. 12 ГК РФ компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает полное возмещение вреда, лицом, причинившим вред.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В соответствии с пунктом 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей. При этом бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на исполнителе медицинских услуг.

Согласно ст. 15 Закона РФ от 07.02.1992 №2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами РФ, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

С учетом приведенных положений юридически значимыми и подлежащими установлению является установление противоправности действий ответчика, его вины, наличие и размер (характер) причиненного вреда, причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившими последствиями.

В судебном заседании установлено и следует из представленных в материалы дела медицинских документов, ФИО2 является инвалидом первой группы со сроком до 01.01.2021 (т.1 л.д. 74).

В период времени с 30.05.2018 по 02.07.2018 ФИО2 по направлению врача-хирурга в связи с жалобами на отечность левой ноги был госпитализирован и находился на лечении в ФГБУЗ ЦМСЧ № 15 ФМБА России, где проводилось обследование, назначалось лечение по выставленному диагнозу: «

<

данные изъяты>» (т.1 л.д.222). 02.07.2018 ФИО2 был выписан с улучшением для дальнейшего амбулаторного наблюдения и лечения у врача-хирурга поликлиники по месту жительства, рекомендовано консервативное лечение, консультация ангиохирурга ЧОКБ в плановом порядке для решения вопроса необходимости операции – постановки кавафильтра.

05.07.2018 ФИО2 обратился к врачу – хирургу с жалобами на отек левой н/конечности. Оформлено направление в ЧОКБ к ангиохирургу. Последующая явка к врачу – хирургу 06.07.2018. На приеме пациент жалоб не предъявляет. В связи с высоким показателем МНО ФИО2 отменен препарат ФИО6, указано на необходимость пересдать кровь (т.2 л.д. 121 листок записи с 30.05.2018 по 06.07.2018).

Последующее обращение ФИО2 последовало 02.08.2018 на осмотр к врачу-онкологу с жалобами на уплотнение подвздошно-паховой области слева, отек левой голени и бедра. Со слов пациента указано, что в начале июля стал отмечать уплотнение в левой паховой области. При УЗДГ вен н/конечнростей 31.07.2018 – выявлены 

<

данные изъяты>. КТ органов брюшной полости, таза, грудной клетки 31.07.2018: 

<

данные изъяты>. Других отдельных изменений не выявлено. Признаки тромбоза левой подвздошной вены. Выставлен диагноз: 

<

данные изъяты>, состояние после комбинированного лечения в 2005 году. Рецидив в июле 2018 года (Deposit в подвздошно-паховые лимфоузлы слева) Сопутствующий диагноз: 

<

данные изъяты>. Направлен на консультацию в Челябинский Областной Центр Онкологии и Ядерной медицины (т.2. л.д. 122). 

Допрошенный в ходе судебного заседания 24.01.2019 свидетель ФИО8 пояснил, что является врачом-хирургом ФГБУЗ ЦМСЧ № 15 ФМБА России, стаж работы 9 лет. 30.05.2018 к нему на прием обратился ФИО2 с жалобами на отек левой ноги, нарушение оттока крови в районе бедра. После осмотра ему был выставлен диагноз – 

<

данные изъяты>, пациент направлен в хирургическое отделение для госпитализации. В период с 30.05.2018 по 02.07.2018 ФИО2 был выставлен диагноз – 

<

данные изъяты> (т.1 л.д.101-102 оборот).

Допрошенный в ходе судебного заседания 24.01.2019 свидетель ФИО7, пояснил, что является заведующим диагностического отделения ФГБУЗ ЦМСЧ № 15 ФМБА России, в период нахождения ФИО2 в стационаре проводил ему диагностику – УЗИ нижних конечностей. Пациент был направлен на обследование с диагнозом – 

<

данные изъяты>, обследование проводилось на оборудовании по диагностике заболеваний сосудов и сердца, указанный диагноз был подтвержден. На УЗИ не было видно 

<

данные изъяты>, признаков меланомы также замечено не было. Видеозапись УЗИ не ведется, отсутствует соответствующее оборудование (т.1. л.д. 102 оборот -104). 

Допрошенный в ходе судебного заседания 05.02.2019 свидетель ФИО9 пояснил, что являлся врачом-онкологом ФГБУЗ ЦМСЧ № 15 ФМБА России. В настоящее время является врачом-хирургом. ФИО2 02.08.2018 привел на консультацию врач-хирург ФИО5. ФИО2 был поставлен диагноз – 

<

данные изъяты> после операции в 2005 году, в августе 2018 года выявлены метостазы подвздошной области. 

При поступлении ФИО2 в стационар, проведя все обследования, по диагностическим мероприятиям, объективно меланому не выявили, так как был отек. Позже после проведения МРТ 31.07.2018 были выявлены локальные изменения в малом тазе. К этому времени было проведено лечение тромбоза, отек уменьшился.

Лечение тромбоза проводится одинаково, независимо от того было или не было установлено у пациента наличие меланомы. В связи с выявлением у пациента тромбоза, первоначально необходимо провести его лечение, так как при тромбозе возникают его осложнения, только после этого возможно проводить лечение онкологического заболевания (т.1 л.д.226-227 оборот). 

Также в судебном заседании установлено, что ФИО2 обратился в АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» по вопросу организации и качества оказания ему диагностической и лечебной медицинской помощи в амбулаторных и стационарных условиях ФГБУЗ «ЦМСЧ №15» в мае-сентябре 2018 года, последнему был дан ответ, что по результатам организованной экспертизы качества медицинской помощи (далее ЭКМП) с привлечением врача-эксперта качества, включенного в Реестр экспертов качества Челябинской области, по профилю «хирургия» и «онкология» имеющего ученую степень доктора наук, который отметил:

по стационарному этапу оказания истцу медицинской помощи за период с 30.05.2018 по 02.07.2018: диагноз установлен своевременно; медикаментозное лечение проведено согласно рекомендациям; не проведена консультация сосудистого хирурга; госпитализация обоснована, при выписке даны рекомендации о проведении консультации сосудистого хирурга (т.1 л.д.8-10);

по амбулаторному этапу оказания медицинской помощи за период с 2005 года по сентябрь 2018 года: нет информации о динамическом наблюдении у онколога в период с 03.2014 по 08.2018. Указал на «дефекты оформления первичной медицинской документации в медицинской организации» по коду 4.2 Приложения 8 Приказа ФФОМС №230 «Отсутствие в первичной медицинской документации результатов обследований, осмотров, консультаций специалистов, дневниковых записей, позволяющих определить динамику состояния здоровья застрахованного лица, объем, характер, условия предоставления медицинской помощи и провести оценку качества оказанной медицинской помощи» (т.1 л.д. 9).

При этом в ответе на обращение истца АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» указало, что за период с 06.07.2018 по 01.08.2018 информации по случаям оказания ФИО2 первичной медико-санитарной помощи в Реестре счетов на оплату по обязательному медицинскому страхованию в страховую медицинскую организацию не представлено и отсутствует в медицинской документации (т.1 л.д. 9).

Таким образом, из ответа, данного после проведения проверки контроля качества и безопасности медицинской деятельности, соблюдения прав граждан в сфере охраны здоровья граждан при оказании медицинской помощи ФИО2 в ФГБУЗ «ЦМСЧ №15», следует, что по амбулаторному этапу оказания медицинской помощи выявлен дефект ведения медицинской документации – код 4.2 Приложения 8 Приказа ФФОМС №230 «Отсутствие результатов обследований, осмотров консультаций специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья застрахованного лица, объем, характер, условия предоставления медицинской помощи и провести оценку качества оказываемой медицинской помощи» (т.1 л.д. 8-10). Также указано на то, что по амбулаторному этапу оказания истцу медицинской помощи за период с 2005 г. по сентябрь 2018 года, эксперт отметил: нет информации о динамическом наблюдении у онколога за период с марта 2014 года по август 2018 года.

Указаний на то, что дефекты, допущенные при оказании медицинской услуги, были непосредственной причиной ухудшения состояния здоровья пациента и непосредственно создали условия для прогрессирования имеющегося заболевания или возникновения нового заболевания, ни ответ АО «Страховая компания «СОГАЗ-МЕД» застрахованному лицу ФИО2, ни акты экспертизы качества медицинской помощи и экспертные заключения к актам, не содержат (т.1 л.д.198-208).

Как следует из раздела 2 «Медицинские услуги для лечения заболевания, состояния и контроля за лечением» «Стандарта специализированной медицинской помощи при остром тромбозе в системе верхних и нижних полых вен», утвержденного Приказом Министерства здравоохранения РФ от 09.11.2012 №84, услуга: ежедневный осмотр врачом-сердечно-сосудистым хирургом с наблюдением и уходом среднего и младшего медицинского персонала в отделении стационара установлен показатель 0,5 приема (осмотра, консультации) врача специалиста (т.1 л.д.86).

Вместе с тем необходимо учесть, что вероятность предоставления медицинских услуг или назначения лекарственных препаратов для медицинского применения (медицинских изделий), включенных в стандарт медицинской помощи, которая может принимать значения от 0 до 1, где 1 означает, что данное мероприятие проводится 100% пациентов, соответствующих данной модели, а цифры менее 1 - указанному в стандарте медицинской помощи проценту пациентов, имеющих соответствующие медицинские показания (т.1 л.д.91).

Довод истца о том, что в период нахождения в стационаре лечащим врачом-хирургом ФИО5 не было в полной мере проведено его дообследование, судом отклоняется, так как, анализируя вышеуказанные положения, следует учесть, что обязательными для применения являются не все медицинские мероприятия, медицинские услуги и лекарственные препараты, перечисленные в стандарте, а лишь те из них, которые имеют усредненный показатель частоты предоставления, равный единице (то есть применяются не по показаниям, а для 100% пациентов с заболеванием, оказанию помощи при котором посвящен стандарт). Следовательно, консультация сосудистого хирурга на которую указано в заключении по проведенной АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» проверки по вопросу организации и качества оказания ему диагностической и лечебной медицинской помощи в амбулаторных и стационарных условиях ФГБУЗ «ЦМСЧ №15» с показателем 0,5 не является обязательной для применения.

Проведение дополнительного обследования ФИО2 при остром илеофеморальном тромбозе левой нижней конечности, относительно имевшегося заболевания злокачественна опухоль – меланома кожи левой стопы, не требовалось, поскольку «Стандартом специализированной медицинской помощи при остром тромбозе в системе верхних и нижних полых вен», не предусмотрено. В этой части указаний на нарушение ответчиком стандарта, нет. С учетом изложенного, нет оснований полагать, что объем исследований был выполнен не в полном объеме.

В соответствии со ст. 87 Гражданского процессуального кодекса РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Определением Снежинского городского суда от 08.02.2019 по гражданскому делу назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГБУЗ «Челябинское областное бюро судебно-медицинской экспертизы». На исследование экспертам были поставлены вопросы:

Имелась ли у ответчика ФГБУЗ ЦМСЧ № 15 ФМБА России при проведении диагностики и лечения истца ФИО2 в период с 31.05.2018 по 02.07.2018 объективно обоснованная возможность диагностировать конгломерат плотных узловых образований в левой паховой области, установленный при УГДЗ 31.07.2018?

Соответствует ли проведенная диагностика и лечение (наличие дефектов, недостатков) в период с 31.05.2018 по 02.07.2018 ФИО2 в ФГБУЗ ЦМСЧ № 15 ФМБА России стандартам оказания медицинской помощи?

Имеется ли причинно-следственная связь (прямая, косвенная) между действиями (бездействием) медицинских работников ФГБУЗ ЦМСЧ № 15 ФМБА России и возникновением, течением, прогрессированием диагноза, установленного у истца ФИО2 С44.7 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, комплексное лечение в 2005 году. Прогрессирование в 2018 году. 

<

данные изъяты>, прогрессирование с 12.2018? (т.1 л.д.229-232). 

Согласно заключению ГБУЗ «ЧОБСМЭ» №190 от 21.06.2019 (т. 2 л.д. 46-70) у ФИО2 на момент его поступления в хирургическое отделение ФГБУЗ ЦМСЧ №15 ФМБА России г. Снежинск 30.05.2018 в 20:00 объективно подтверждено наличие 

<

данные изъяты>. Венозная недостаточность проявляется клинически увеличением окружности пораженной конечности и наличием венозного отека.

02.07.2018 пациент был выписан из стационара в связи с улучшением состояния и значительным уменьшением отека мягких тканей левой нижней конечности.

В анамнезе у пациента имелась 

<

данные изъяты>. После консервативного лечения проведенного в 2005 году, наблюдалась ремиссия данной опухоли. С 2014 года до рассматриваемого события в 2018 году данных об обращении пациента к онкологу в медицинской документации не имеется. 

31.07.2018 пациент был осмотрен хирургом амбулаторно (пальпаторно установлено наличие конгломерата в области паховой складки и левой подвздошной области), проведено МСКТ-исследование (подтверждено наличие 

<

данные изъяты>) после чего у пациента было подтверждено прогрессирование имевшей место ранее опухоли.

Объективных данных, указывающих на наличие описанного 

<

данные изъяты> во время нахождения пациента в стационаре не имелось. В случае его наличия в рассматриваемый период времени, пальпаторно (на ощупь) диагностировать данный конгломерат было невозможно, из-за выраженности явлений острой венозной недостаточности у пациента. 

Дефектов оказания медицинской помощи ФИО2 в хирургическом отделении ФГБУЗ ЦМСЧ№15 ФМБА России г. Снежинск с 30.05.2018 по 02.07.2018 в рамках экспертизы не установлено.

Прогрессирование, имевшее место у пациента с 2005 года злокачественного новообразования, произошедшее в 2018 году, полностью обусловлено самим фактом наличия данного заболевания и его течением.

Оценив заключение судебно-медицинской экспертизы в совокупности с иными представленными в материалы дела доказательствами в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь ст. ст. 1064, 1068, 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 98 Федерального закона Российской Федерации от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», суд пришел к выводу об отклонении доводов истца о развитии у него заболевания в результате несвоевременного и некачественного оказания ответчиком медицинской помощи.

Суд считает, что судебное заключение ГБУЗ «ЧОБСМЭ» соответствует вопросам, поставленным перед экспертами, содержит полные и обоснованные выводы, эксперты имеют соответствующую квалификацию. Судебная экспертиза проведена с соблюдением требований статей 84 - 86 ГПК РФ, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. У суда отсутствуют основания сомневаться в достоверности указанного судебного заключения, выполненного ГБУЗ «ЧОБСМЭ». 

Истцом и его представителем приводится субъективная оценка выводов судебного заключения.

В судебном заседании представителем истца ФИО3 заявлено ходатайство о проведении по делу повторной комплексной судебно-медицинской экспертизы, поскольку экспертом, привлеченным для производства экспертизы по делу ФИО10 был составлен акт экспертизы качества медицинской помощи по поручению АО СК «СОГАЗ-Мед», в связи с жалобами ФИО2. Поскольку в данных заключениях экспертом ФИО10 не был заявлен самоотвод, сделаны противоречивые выводы, поскольку в заключении экспертов отсутствует ссылка на Стандарт оказания медицинской помощи при указанных заболеваниях, что является нарушением ст. 8 ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», в ходе которой следует разрешить вопросы, поставленные судом при назначении первоначальной экспертизы, нет ссылки на медицинскую литературу, экспертиза не подписана всеми экспертами. 

Определением суда от 06.08.2019 в удовлетворении ходатайства о проведении по делу повторной комплексной судебно-медицинской экспертизы оказано. Отказывая в удовлетворении заявленного ходатайства, суд посчитал, что оснований сомневаться в правильности заключения экспертов не имеется, поскольку заключение в достаточной степени мотивировано, подготовлено по результатам соответствующих исследований, проведенных профессиональными экспертами, которым были разъяснены права и обязанности, предусмотренные статьей 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и которые были в установленном порядке предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. При подготовке заключения приняты во внимание имеющиеся в материалах дела документы, медицинские документы и биологические материалы истца, даны ответы на все поставленные судом вопросы, выводы эксперта неясностей и разночтений не содержат. Экспертиза подписана всеми экспертами (т.2 л.д.69-70). 

Суд также на нашел оснований для отвода эксперта ФИО10. Выводы эксперта ФИО10, содержащиеся в оспариваемой экспертизе, не противоречат его выводам, содержащимся в актах экспертизы качества медицинской помощи при проведении экспертизы АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» в связи с обращением ФИО2 по вопросу организации и качества оказания ему диагностической и лечебной медицинской помощи в амбулаторных и стационарных условиях ФГБУЗ «ЦМСЧ №15». Акты экспертизы качества медицинской помощи при проведении экспертизы АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» в связи с обращением ФИО2 по вопросу организации и качества оказания ему диагностической и лечебной медицинской помощи в амбулаторных и стационарных условиях ФГБУЗ «ЦМСЧ №15» содержат указание на дефекты оформления первичной медицинской документации в медицинской организации в виде «отсутствия в первичной медицинской документации результатов осмотров, обследований, консультация специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья застрахованного лица, объем, характер, условия предоставления медицинской помощи и провести оценку качества оказанной медицинской помощи (уменьшения оплаты медицинской помощи), являющегося приложением № 8 к Приказу ФФОМС от 01.12.2010 № 230 «Об утверждении порядка организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию». Экспертом указано об отсутствии консультации сосудистого хирурга, обоснования назначения анальгина. Сделан вывод, что сбор информации в достаточном объеме, диагноз установлен своевременно, лечение согласно рекомендациям, госпитализация обоснованна, рекомендована консультация сосудистого хирурга в ЧОКБ. 

Таким образом, нарушений в части некачественного оказания медицинской помощи ФИО2, в результате чего наступило прогрессирование меланомы, при проверке качества оказания медицинской помощи не установлено. 

По указанным выше основаниям довод представителя истца о том, что ответчиком ФГБУЗ «ЦМСЧ № 15» не была направлена претензия по экспертизе качества медицинской помощи ФИО2, составленной АО СК «Согаз-Мед», не влияет на выводы суда по данному спору. 

Довод ФИО2 о том, что он, находясь в стационаре, высказывал врачу-хирургу ФИО5 жалобы на сохранение отечности ноги и боль в левой паховой области, судом отклоняется по следующим основаниям.

Проведя ретроспективный анализ медицинской документации ФИО2, нельзя не обратить внимание на то, что при наличии у последнего с 2005 года диагноза «меланома кожи левой стопы», по амбулаторному этапу оказания ему медицинской помощи за период с 2005 года по сентябрь 2018 года, нет информации о динамическом наблюдении у онколога за период с марта 2014 года по август 2018 года. При обращении 30.05.2018 к врачу-терапевту и врачу-хирургу жалобы на боли в паху ФИО2 не предъявлял, что подтверждается осмотрами последних, а также, проведенным исследованиями – допплерографией от 30.05.2018, от 07.06.2018, от 19.06.2018, уплотнения в паху не выявлены. С 07.07.2018 по 01.08.2018 истец ни к ответчику, ни в другое медицинское учреждение не обращался. 

Сам ФИО2 в судебном заседании пояснил, что на приеме врачей на вопрос на что имеются жалобы, отвечал, что «жалоб нет», что соответствует содержанию медицинских документов. Его довод о том, что с 2014 по 2018 год не было возможности записаться на прием к врачу-онкологу, судом отклоняется, поскольку каких-либо доказательств, подтверждающих указанные обстоятельства, суду истцом не представлено. Объективных оснований, свидетельствующих о том, что в указанный истцом период времени не велся прием врачом-онкологом, нет. Согласно данным амбулаторной карты истца, 02.08.2018 на осмотре у врача-онколога последний высказал жалобы на уплотнение подвздошно-паховой области слева, отек левой голени и бедра. Врачом со слов пациента указано, что в начале июля он стал отмечать уплотнение в левой паховой области, то есть после того как был выписан из стационара 02.07.2018.

Разрешая спор, суд с учетом заключения судебно-медицинской экспертизы от 21.06.2019 исходит из того, что дефекты оказания медицинской помощи истцу со стороны ответчика отсутствуют, права истца, как потребителя ответчиком нарушены не были, в связи с чем, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется. 

Также суд приходит к выводу о том, что сведения о наличии дефектов оказания медицинской помощи ФИО2, содержащиеся в актах проверки АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» опровергаются выводами судебно-медицинской экспертизы.

Как следует из материалов дела, обращаясь с иском о защите прав потребителя и ссылаясь на причинение ему морального вреда, ФИО2 указывал на то, что его обследование в период нахождения в хирургическом отделении ФГБУЗ ЦМСЧ №15 ФМБА России г. Снежинск с 30.05.2018 по 02.07.2018 выполнено некачественно, что привело несвоевременному выявлению рецидива меланомы кожи левой стопы выявленного в 2005 году, последующему лечению, физическим и нравственным страданиям в связи с этим.

В ходе рассмотрения дела в суде указанные доводы не нашли своего подтверждения, поскольку в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы не установлено причинно-следственной связи между проведенными истцу в период нахождения в хирургическом отделении ФГБУЗ ЦМСЧ №15 ФМБА России г. Снежинск с 30.05.2018 по 02.07.2018 диагностикой и лечением «острого илеофеморального флеботромбоза левой нижней конечности, острой венозной недостаточности левой нижней конечности» и установленным впоследствии конгломератом слева от паха и поставленным диагнозом – пигментная меланома.

Учитывая результаты проведенного исследования, суд пришел к выводу, что вред здоровью ФИО2 причинен не был, имеет место ухудшение состояния его здоровья, вызванного различными факторами: характером и тяжестью заболевания, с которым он находился на стационарном лечении у ответчика, сопутствующей патологией в виде имеющегося у истца заболевания, которое не может рассматриваться как причинение вреда здоровью.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

Качество медицинской помощи определяется совокупностью признаков медицинских технологий, правильностью их выполнения и результатами их проведения.

Под некачественным оказанием медицинской помощи понимается оказание медицинской помощи с нарушениями медицинских технологий и правильности их проведения.

Между тем, из заключения экспертов следует, что дефектов оказания медицинской помощи ФИО2 в хирургическом отделении ФГБУЗ ЦМСЧ №15 ФМБА России г. Снежинск с 30.05.2018 по 02.07.2018 в рамках экспертизы не установлено.

Поскольку причинно-следственная связь между оказанием истцу медицинских услуг ФГБУЗ ЦМСЧ №15 ФМБА России г. Снежинск и тем вредом для здоровья, на который ссылался истец, не установлена, у суда нет оснований для удовлетворения заявленных истцом требований.

При этом суд учитывает, что сведения о наличии дефектов оказания медицинской помощи ФИО2, содержащиеся в актах проверки АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед»: в виде отсутствия осмотра врачаом - сосудистым хирургом и дефект ведения медицинской документации, не повлияли на течение и исход основного заболевания, в связи с которым истец находился на лечении, и не могли отразиться на впоследствии возникшем у истца заболевании. Данные обстоятельства соответствуют выводами судебно-медицинской экспертизы.

Доводы истца и его представителя о том, что медицинские услуги истцу были оказаны с недостатками, под которыми Закон о защите прав потребителей подразумевает несоответствие услуги обязательным требованиям, предусмотренным законом, в соответствии с п. 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», согласно которому, при решении вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является факт нарушения прав потребителя, не являются безусловным основанием для удовлетворения исковых требований, поскольку указанное положение не может рассматриваться без учета положений Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ», в соответствии с которым некачественным оказанием медицинской помощи является оказание медицинской помощи с нарушениями медицинских технологий и правильности их проведения.

При этом под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, при этом к медицинской услуге относится медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Также следует отметить, что в соответствии с п. 25 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 №194н, как причинение вреда здоровью рассматривается ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи. Ухудшение состояния здоровья, вызванное характером и тяжестью заболевания, возрастом пациента, не рассматривается как причинение вреда здоровью (п. 24).

Кроме того, как следует из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя (п.п. 1, 3).

Таких доказательств истцом суду не представлено, не добыто таких доказательств и в ходе рассмотрения дела.

Оценив все представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе ФИО2 в удовлетворении исковых требований о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, материального ущерба, штрафа в связи с ненадлежащим качеством оказанных услуг, поскольку вред здоровью ФИО2 со стороны ответчика причинен не был, данные расходы не были обусловлены действием или бездействием ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Центральная медико-санитарная часть №15 Федерального медико-биологического агентства» о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба, штрафа в связи с ненадлежащим качеством оказанных услуг, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца в Челябинский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Снежинский городской суд.

Председательствующий Л.А. Круглова