Дело № 2-57 /17 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Троицкое 21 февраля 2017 года

Троицкий районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего: Фроловой О.С.,

при секретаре: Штановой Е.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 Р,Ю. к Министерству финансов РФ, МО МВД России «Троицкий», МВД России о компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, 

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд к ответчику с указанным иском. В обоснование требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ был задержан сотрудниками ОВД по Косихинскому району по подозрению в совершении преступлений по 

<

данные изъяты> РФ (

<

данные изъяты> эпизодов), по 

<

данные изъяты> УК РФ 

<

данные изъяты> эпизод). В этот же день ДД.ММ.ГГГГ по постановлению Косихинского ОВД был арестован и взят под стражу (содержался под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ СИЗО-2 г. Бийска, а во время досудебного и судебного следствия на основании ст.13 Федерального закона №103-ФЗ от 15.07.1995 года в ИВС ОВД по Косихинскому району). 

Во время досудебного следствия ему предъявлялось обвинение и вменялось в вину органами предварительного следствия ОВД по Косихинскому району, что он совершил кражу: 

- ДД.ММ.ГГГГ кража коня, принадлежавшего сельхозартели «1 мая»;

- ДД.ММ.ГГГГ кража коня, принадлежавшего гражданину Ш.

- ДД.ММ.ГГГГ кража коня, принадлежавшего гражданину Л.;

- ДД.ММ.ГГГГ года кража коня, принадлежавшего сельхозартели «1 мая»;

- ДД.ММ.ГГГГ кража коня и кобылы, принадлежащих сельхозартели «1 мая» и гражданину З.;

- ДД.ММ.ГГГГ кража коня, принадлежавшего гражданину Н.

- ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ кража коня, принадлежавшего гражданину К., после кражи коня, который был привязан к дереву на несколько дней в районе «малая роща» без воды и пищи, в результате отчего конь погиб;

- ДД.ММ.ГГГГ кража двух коней, принадлежавшие сельхозартели «1 мая» и гражданке З.Т..

Органами предварительного следствия по данным эпизодам краж и погибшего коня в районе «Малая роща» вмененные ему в вину, были квалифицированы по 

<

данные изъяты> УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительного сговору, неоднократно с применением значительного ущерба гражданину, по 

<

данные изъяты> УК РФ как жесткое обращение с животными, повлекшее его гибель, из корыстных побуждений. 

По предъявленному обвинению органов предварительного следствия вмененные ему в вину по совершению краж: коней и жестком обращении с животным, с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ, принадлежавшего гражданину К.; коня в ДД.ММ.ГГГГ года, принадлежавшего сельхозартели «1 мая»; коня ДД.ММ.ГГГГ, принадлежавшего сельхозартели «1 мая», не признал, в связи с непричастностью к данным преступлениям.

Приговором от ДД.ММ.ГГГГ Косихинский районный суд исключил из обвинения органов предварительного следствия вмененные ему в вину похищение в ДД.ММ.ГГГГ года коня с выпасов у озера Огурцово, принадлежавшего сельхозартели «1 мая»; похищение с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ коня, принадлежавшего гражданину К.; похищение ДД.ММ.ГГГГ лошади от гаража сельхозартели «1 мая» за недоказанностью.

Помимо этого суд оправдал его по ч.2 ст.245 УК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления, так как он не совершал кражу коня, принадлежащего гражданину К., не угонял коня в лес и не привязывал к дереву, оставив без воды и пищи.

Таким образом, следует, что органы предварительного следствия ОВД по Косихинскому району необоснованно подвергли его уголовному преследованию по ч.2 ст.245 УК РФ и в неоднократном совершении краж в июне 1999 года, хищения коня с выпасов у озера Огурцово; с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ хищение коня, принадлежавшего гражданину К.; ДД.ММ.ГГГГ хищение лошади от гаражей сельхозартели «1 мая».

В результате незаконного уголовного преследования были нарушены его личные права, гарантированные Конституцией РФ, которая защищает личность от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения прав и свобод. 

Поскольку органы предварительного следствия не только посягали на принадлежавшие ему права от рождения или в силу закона нематериального блага, но и ограничили в праве свободного передвижения (неприкосновенность личности), в связи с избранием ему меры пресечения в виде заключения под стражу.

В период содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ему приходилось находиться в ненадлежащих условиях содержания. Приходилось испытывать нравственные страдания, душевные переживания, что отражалось на его психическом состоянии, поскольку органы предварительного следствия обвиняли его в тяжких преступления, которых он не совершал. 

Также приходилось испытывать чувства тревоги и страха за свою жизнь и здоровье, связано это с его индивидуальными особенностями, так как он определенное время не мог продолжать активную общественную жизнь, потеря работы, что отражалось и на его семейном благополучии, оставаясь длительное время без средств к существованию, в связи с избранием мне меры пресечения в виде заключения под стражу.

Поэтому незаконным уголовным преследованием, содержанием под стражей длительное время, нарушением его прав, с учетом фактических обстоятельств, ему причинены нравственные страдания, душевные переживания, что вызывало чувство тревоги и страха за свое здоровье и жизнь, психическое состояние, претерпевание в нечеловеческих условиях содержания, неравноправия перед законом, что существенно свидетельствует о его лишении и страдании в более высокой степени, чем тот уровень страдания, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы.

Исковое заявление основывается на незаконном уголовном преследовании, содержанием под стражей, в результате которого были нарушены мои личные неимущественные права, принадлежавшие гражданину в силу закона нематериального блага. 

Конституция РФ закрепляет право каждого на возмещение государственного вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц (ст.53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, и компенсацию причиненного ущерба (ст.52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (ст.45 ч.1; ст.46).

В силу положений п.1 ст.8 и ст.13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от 30.03.1998 года №54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к нему», каждый имеет право на уважение его личной жизни и право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено людьми, действовавшими в официальном порядке.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. 

Помимо этого, в силу п.1 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны РФ в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии со ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в том числе и в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу. 

Таким образом, причинение гражданину морального вреда в случаях его незаконного уголовного преследования, привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения в виде подписки о невыезде, содержания под стражей, предлагается и доказыванию подлежит лишь размер компенсации этого вреда, так как в соответствии с п.2 ст.1101 ГК РФ характер физических и нравственных страданий оцениваются судом с учетом фактическим обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Определяя размер компенсации морального вреда, с учетом ст.150, 151, 1101 ГК РФ, учитывая характер нравственных страданий, душевных переживаний, чувство тревоги и страхи за свою жизнь и здоровье, связанный с моими индивидуальными особенностями, фактические обстоятельства, при которых были нарушены личные неимущественные права, в частности тяжесть преступлений, в совершении которых меня обвинили, относящиеся в соответствии со ст.15 УК РФ к категории тяжких и менее тяжких, ограничения свободы передвижения, потеря работы в связи с избранием мне меры пресечения в виде заключения под стражу, а также то, что я содержался под стражей длительное время, в ненадлежащих условиях, ранее был не судим.

Кроме того, учитывая, что его нахождение под стражей не могло не сказаться на состоянии здоровья, поскольку создало длительную психотравмирующую ситуацию в период всей продолжительности досудебного и судебного следствия. Также принимая во внимание, что мера пресечения в виде содержания под стражей была применена в отношении меня не только за совершение краж, по которым я в последствии был признан виновным, но и за совершение преступлений по п.б ч.2 ст.158 УК РФ и ч.2 ст.245 УК РФ, по которому был оправдан и исключением из обвинения за недоказанностью. 

Учитывая вышеизложенное, а также степень перенесенных им нравственных страданий и душевных переживаний на протяжении всего периода производство по уголовному делу, просил взыскать с Министерства финансов РФ за счет казны РФ в его пользу компенсацию морального вреда за необоснованное уголовное преследование в сумме 

<

данные изъяты> рублей, взыскать с МО МВД России «Троицкий» Троицкого района Алтайского края за счет казны РФ в его пользу компенсацию морального вреда за необоснованное уголовное преследование и как следствие незаконное содержание под стражей в сумме 

<

данные изъяты> рублей.

В судебном заседании ФИО1, участвующий посредством видеоконференцсвязи, исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Какие- либо дополнительные пояснения о перенесенных нравственных страданиях давать отказался, дополнительных доводов не представил.

Представитель ответчика МО МВД России «Троицкий» ФИО2 просила в удовлетворении требований отказать в полном объеме, т.к. в приговоре истца не указано право на реабилитацию. Право на компенсацию морального вреда возникает только в результате оправдания по всем преступлениям.

От УФК по Алтайскому краю поступил мотивированный отзыв на исковое заявление, в котором они просят отказать в иске в полном объеме (л.д. 73-76).

Представитель Прокуратуры Алтайского края по доверенности ФИО3 полагала, что у ФИО1 имеется право на реабилитацию в связи с тем, что он был оправдан по ч.2 ст. 245 УК РФ, однако заявленная им сумма является завышенной.

Суд, изучив материалы гражданского дела, выслушав участвующих лиц, приходит к следующему.

Согласно п.35 ст.5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации реабилитированным является лицо, имеющее право на возмещение вреда, причиненного ему незаконным или необоснованным уголовным преследованием.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет, в частности, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор (п.п.1 ч.2 ст. 133 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу ч.1 ст. 133 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и., и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Статьей 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в частности, в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно приговору Косихинского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным по ст

<

данные изъяты> УК РФ и ему назначено наказание 

<

данные изъяты> года лишения свободы без штрафа. На основании ст. 73 УК РФ наказание считать условным с испытательным сроком 

<

данные изъяты> года. В силу п.6 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ «Об объявлении амнистии в связи с 55- летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» ФИО1 от наказания освобожден. По ст. 

<

данные изъяты> УК ФИО1 оправдан. Мера пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу изменена на подписку о невыезде, ФИО1 освободить в зале суда.

Согласно указанному приговору, ФИО1 вменялось в вину то, что он:

- ДД.ММ.ГГГГ совершил кражу рыжего мерина, принадлежащего сельхозартели «Первое Мая», которая была закреплена за Ш. в связи с трудовыми отношениями, чем последнему был причинен ущерба на сумму 

<

данные изъяты> руб.;

- ДД.ММ.ГГГГ совершил кражу мерина гнедой масти принадлежащего сельхозартели «Первое Мая», которая была закреплена за Л. в связи с трудовыми отношениями, чем последнему был причинен ущерба на сумму 

<

данные изъяты> руб.;

- ДД.ММ.ГГГГ года совершил кражу пасущегося без присмотра коня, принадлежащего сельхозартели «Первое Мая», стоимостью 

<

данные изъяты> руб. и кобылу, принадлежащую З., стоимостью 

<

данные изъяты> руб. В этот же день тайно похитил пасшегося без присмотра коня, принадлежащего ФИО4, стоимостью 

<

данные изъяты> руб.;

- принимал участие в краже коня, принадлежащего ФИО5, которого обвиняемые привязали к дереву в районе Малой речки и оставили на несколько суток без воды и пищи, в результате чего конь погиб;

-ДД.ММ.ГГГГ похитил коня стоимостью 

<

данные изъяты> руб., принадлежащего сельхозартели «Первое Мая», и лошадь, принадлежащую ФИО6, стоимостью 

<

данные изъяты> руб. 

При этом суд исключил из обвинения ФИО1 похищение коня с выпасов у озера Огурцово, принадлежащего сельхозартели «Первое Мая»; похищение коня, принадлежащего К.; похищение лошади от гаража сельхозартели «Первое Мая» за недоказанностью.

По ст. 

<

данные изъяты> УК РФ ФИО1 оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления, т.к. он не совершал кражу коня, принадлежащего К., не угонял коня в лес и не привязывал к дереву, оставив без воды и пищи.

Как следует из разъяснений, изложенных в п.п. 3 и 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 от 29 ноября 2011 года «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», исходя из положений Конституции Российской Федерации о праве каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, и п.4 ч.2 ст.133 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации право па реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным ч.2 ст.133 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения (например, при прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления, предусмотренного статьей 105 УК РФ, при обвинении в убийстве и краже).

Таким образом, ст. ст. 133, 134 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации не содержат положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, в отношении которого был вынесен частично оправдательный приговор, по той лишь причине, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении какого-либо другого преступления. Оправдание истца в части предъявленного обвинения является основанием для признания его права на реабилитацию, в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации (определения от 16 февраля 2006 года № 19-0, от 20 июня 2006 года № 270-0, от 18 июля 2006 года № 279-0, от 19 февраля 2009 года № 109-0-0) по смыслу закона суд, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и руководствуясь принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина, может принять решение о возмещении лицу вреда, если таковой был причинен в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Из материалов дела усматривается, что исключительные обстоятельства, которые оправдывали бы уголовное преследование ФИО1 по ч.2 ст. 245 УК РФ, лишая его права на компенсацию вреда, отсутствуют. В связи с чем суд признает за истцом право на реабилитацию.

Согласно п.4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 (ред. от 02.04.2013) "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (например, осужденный при переквалификации содеянного со статьи 105 УК РФ на часть 4 статьи 111 УК РФ), а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого.

При этом суд не признает за ФИО1 право на реабилитацию в связи с исключением судом из обвинения следующих эпизодов: похищение коня с выпасов у озера Огурцово, принадлежащего сельхозартели «Первое Мая»; похищение коня, принадлежащего ФИО5; похищение лошади от гаража сельхозартели «Первое Мая» за недоказанностью, т.к. объем его обвинения уменьшен не был, квалификация его преступных действий в связи с этим не изменилась, следовательно, он не имеет право на реабилитацию, а, соответственно и на компенсацию морального вреда по данному основанию.

В обоснование заявленных требований о компенсации морального вреда истец ссылался на то, что органы предварительного следствия ОВД по Косихинскому району не только посягали на принадлежавшие ему права от рождения или в силу закона нематериального блага, но и ограничили в праве свободного передвижения (неприкосновенность личности), в связи с избранием ему меры пресечения в виде заключения под стражу. В период содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ему приходилось находиться в ненадлежащих условиях содержания. Приходилось испытывать нравственные страдания, душевные переживания, что отражалось на его психическом состоянии, поскольку органы предварительного следствия обвиняли его в тяжких преступления, которых он не совершал. 

Также ему приходилось испытывать чувства тревоги и страха за свою жизнь и здоровье, связано это с его индивидуальными особенностями, так как он определенное время не мог продолжать активную общественную жизнь, потеря работы, что отражалось и на его семейном благополучии, оставаясь длительное время без средств к существованию, в связи с избранием ему меры пресечения в виде заключения под стражу.

Поэтому незаконным уголовным преследованием, содержанием под стражей длительное время, нарушением его прав, с учетом фактических обстоятельств, ему причинены нравственные страдания, душевные переживания, что вызывало чувство тревоги и страха за свое здоровье и жизнь, психическое состояние, претерпевание в нечеловеческих условиях содержания, неравноправия перед законом, что существенно свидетельствует о его лишении и страдании в более высокой степени, чем тот уровень страдания, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы.

Доказательств, опровергающих доводы истца материалы дела не содержат.

Согласно п.2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как следует из разъяснений, изложенных в п.8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Согласно п. 21 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 (ред. от 02.04.2013) "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Разрешая требования истца, суд исходит из того, что незаконное уголовное преследование причинило истцу моральный вред в виде нравственных страданий, который подлежит компенсации. Истец обвинялся в совершении разных преступлений, каждое обвинение являлось самостоятельным, поэтому до прекращения уголовного преследования в соответствующей части истец претерпевал бремя наступления ответственности, в том числе и за оправданное преступление.

Вместе с тем, суд учитывает то обстоятельство, что преступление, предусмотренное 

<

данные изъяты> УК РФ, относится к категории небольшой тяжести, что в случае вынесения обвинительного приговора незначительно повиляло бы на вид и размер наказания.

Согласно ответу ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю, ФИО1 был арестован Косихинским РОВД ДД.ММ.ГГГГ. Из-под стражи был освобожден ДД.ММ.ГГГГ в зале суда, т.е. под стражей находился около 

<

данные изъяты> месяцев (в т.ч. по ст. 

<

данные изъяты> УК РФ, по которой он и был арестован).

Проанализировав все обстоятельства, с которыми истец связывает факт причинения нравственных страданий, в том числе необоснованное предъявление последнему обвинения в совершении преступления небольшой тяжести, при том, что имел место факт оправдания истца лишь по части предъявленного ему обвинения, оценив степень испытанных истцом нравственных страданий с учетом характера и объема причиненных ему душевных переживаний, личности ФИО1, который до этого два раза был осужден, в т.ч. к лишению свободы, длительность содержания его под стражей, принципов разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации, в размере 

<

данные изъяты> руб.

При этом довод истца на ненадлежащие условия содержания под стражей не может быть принят во внимание, т.к. решением Троицкого районного суда от ДД.ММ.ГГГГ за это ему уже была взыскана компенсация морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб.

При рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу, ответственность за который установлена ст. ст. 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени которой выступает Министерство финансов Российской Федерации, которое является надлежащим ответчиком по делу. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, - удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Троицкий районный суд.

Председательствующий О.С. Фролова