УИД 71RS0001-01-2023-002600-89

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 июня 2024 года п.Заокский, Тульская область

ФИО1 межрайонный суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Семеновой Т.Ю.,

при секретаре Павловской И.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело №2-290/2024 по иску ФИО2, ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании договора дарения земельного участка недействительным, применении последствий недействительности сделки, исключении записей о государственной регистрации права собственности на земельный участок и жилой дом, признании права собственности на жилой дом,

установил:

ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО4, ФИО5 о признании договора дарения земельного участка недействительным, применении последствий недействительности сделки, исключении записей о государственной регистрации права собственности на земельный участок и жилой дом, признании права собственности на жилой дом.

В обоснование заявленных требований истцы ссылаются на то, что 29 октября 2010 года 

<

данные изъяты> П.В. на основании договора купли-продажи земельного участка без строения на нем 

<

данные изъяты> приобрела на праве собственности земельный участок, кадастровый 

<

данные изъяты>, категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: для индивидуальной жилой застройки, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты> уч.11. Оплата по договору купли-продажи земельного участка была произведена за счет денежных средств, принадлежащих ФИО2 и ФИО3 

ФИО3 (ранее ФИО6) является родной дочерью 

<

данные изъяты> П.В., что подтверждается свидетельством о рождении 

<

данные изъяты>. С 15 декабря 1990 года ФИО3 состоит в зарегистрированном браке с ФИО2, что подтверждается свидетельством о заключении брака 

<

данные изъяты>

По согласию и договоренности с собственником земельного участка - 

<

данные изъяты> П.В., на спорном земельном участке силами и за счет денежных средств ФИО2 и ФИО3 в 2010 году началось возведение жилого дома, который по договоренности между 

<

данные изъяты> П.В. и истцами в дальнейшем должен был перейти в собственность Истцов. В 2012 году строительство жилого дома общей площадью 244,9 кв.м, было окончено. 14 января 2019 года жилой дом был поставлен на кадастровый учет за № 

<

данные изъяты>). Между тем, право собственности на жилой дом не было зарегистрировано по причине введения ограничений на совершение регистрационных действий.

С 2010 года по настоящее время истцами понесены следующие расходы, связанные с недвижимым имуществом, находящемся на спорном земельном участке, а именно: затраты на строительные работы, которые включают в себя устройство фундамента жилого дома по адресу: 

<

данные изъяты>, д. 11, устройство фундамента под камин, устройство наружных и внутренних стен, включая штукатурку внутренних помещений, установку парадной лестницы, устройство чернового пола, облицовку фундамента (за исключением парадной лестницы), устройство кровли, утепленной в три слоя, устройство дымохода и вытяжки.

Указанные затраты подтверждаются договором строительного подряда 

<

данные изъяты> от 10 ноября 2010 года и актом приема-передачи денежных средств от 10 ноября 2010 года, актом приема-передачи денежных средств от 11 ноября 2010 года, актом приема-передачи денежных средств от 27 апреля 2011 года, актом приема-передачи денежных средств от 21 июня 2011 года, актом приема-передачи денежных средств от 13 июля 2011 года, актом приема-передачи денежных средств от 27 августа 2011 года, актом приема-передачи денежных средств от 04 октября 2011 года. Затраты на приобретение оконных изделий подтверждаются договором купли-продажи от 12 сентября 2011 года и платежным документом от 12 сентября 2011 года. Затраты на выполнение комплекса работ по монтажу индивидуальной котельной с учетом стоимости работ и оборудования подтверждаются договором № 27 на выполнение работ по монтажу индивидуальной котельной от 07 июня 2012 года и платежным документом от 08 июня 2012 года. Затраты на приобретение и доставку дверей подтверждаются платежными документами от 17 августа 2012 года. Затраты на приобретение, доставку и установку камина подтверждаются платежными документами от 24 мая 2012 года и 29 мая 2012 года. Затраты на выполнение технического запуска котельно-водогрейного оборудования подтверждаются договором № 414 на выполнение технического запуска котельно-водогрейного оборудования от 26 октября 2012 года и платежным документом от 26 октября 2012 года. Затраты на изготовление, доставку и установку забора, установку калитки, установку стяжки на ворота, установку ворот, установку откатных ворот, монтаж ленточного фундамента, монтаж кирпичного столба подтверждаются договором бытового подряда № 994 от 28 августа 2013 года и платежными документами от 28 августа 2013 года и 12 сентября 2013 года. Затраты на строительство бани, расположенной на земельном участке, подтверждаются сметой и платежными документами. Затраты на приобретение стабилизатора напряжения подтверждаются товарным чеком № 1813 от 11 февраля 2017 года и платежным документом от 11 февраля 2017 года. Затраты на приобретение насоса циркуляционного, что подтверждаются расходной накладной № 9910 от 25 декабря 2020 года и платежным документом от 25 декабря 2020 года. Затраты за оказание услуг по техническому обслуживанию газового оборудования подтверждаются квитанцией за июль 2021 г. и платежным документом от 13 декабря 2021 года (сформирован 11 февраля 2023 года). Затраты на оказание услуг по проведению кадастровых работ и изготовлению технических планов зданий подтверждаются чеком-ордером № 158 от 21 февраля 2014 года, чеком-ордером № 159 от 21 февраля 2014 года, чеком-ордером № 160 от 21 февраля 2014 года, чеком-ордером № 162 от 21 февраля 2014 года.

<

данные изъяты> года умерла 

<

данные изъяты> П.В. После смерти 

<

данные изъяты> П.В. осталось завещание, удостоверенное 21 августа 2019 года нотариусом города Москвы 

<

данные изъяты> С.А., согласно которому все имущество после смерти перешло к ФИО4 (дочери наследодателя), в том числе земельный участок кадастровым № 

<

данные изъяты>, право собственности на который 03 августа 2022 года (номер регистрации 

<

данные изъяты> было зарегистрировано за последней. 

После смерти 

<

данные изъяты> П.В. жилой дом и постройки, расположенные на земельном участке в наследственную массу не вошли. При этом истцам стало известно, что собственник земельного участка - ФИО4 имеет намерения зарегистрировать право собственности на жилой дом и постройки за собой с целью распоряжаться всем имуществом, расположенным на земельном участке как своим собственным, несмотря на договоренности между 

<

данные изъяты> П.В. и Истцами.

Так как переход права собственности на жилой дом и постройки, находящиеся на земельном участке, приведет к неосновательному обогащению ФИО4 за счет Истцов и нарушит их права, в целях мирного урегулирования сложившейся ситуации истцами в адрес ФИО4 24 января 2023 года направлена досудебная претензия, в которой содержались требования о возмещении всех понесенных истцами расходов, связанных с недвижимым имуществом, находящемся на земельном участке, в течение 10 дней с момента получения требования, путем перечисления денежных средств в безналичном порядке по банковским реквизитам указанным в досудебной претензии или и/или путем передачи наличных денежных средств. Так же в досудебной претензии указано, что в случае неисполнения условий требования о возмещении понесенных затрат в установленный срок, Истцы будут вынуждены обратиться в судебные органы за защитой своих прав и интересов, при этом, сумма исковых требований будет увеличена до реальной рыночной стоимости жилого дома и построек, имеющихся на земельном участке, которая будет подтверждена независимой оценкой, что может привести к обращению взыскания на имущество Ответчика. Согласно отчету об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 

<

данные изъяты> досудебная претензия получена ФИО4 27 января 2023 года. Таким образом, последним днем исполнения требований в досудебном порядке является 06 февраля 2023 года.

Так как в указанный в досудебной претензии срок Ответчиком возмещение расходов не было произведено, так же, как и не было предоставлено письменного мотивированного отказа от исполнения требований, Истцы были вынуждены обратиться с исковым заявлением за защитой своих прав и интересов в 

<

данные изъяты> суд города Москвы. Исковое заявление истцов было принято судом и возбуждено производство по делу 

<

данные изъяты> В ходе судебного разбирательства, а именно 09 ноября 2023 года ФИО7 стало известно, что ФИО4 не является собственником земельного участка с кадастровым № 

<

данные изъяты> по причине его дарения 01 февраля 2023 года ФИО5 

При этом ФИО3, ФИО4 и ФИО5 являются родными сестрами.

Регистрация перехода права собственности от ФИО4 к ФИО5 на земельный участок подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от 07 февраля 2023 года. В п. 4 Договора дарения земельного участка указано, что передаваемый земельный участок никому не продан, не подарен, не обещан, в залоге, под арестом и иным запрещением не состоит, правами третьих лиц не обременен.

Таким образом, земельный участок был подарен в тот момент, когда между Истцами и ответчиком ФИО4 шел досудебный спор по взысканию понесенных Истцами расходов, связанных с недвижимым имуществом, находящемся на спорном земельном участке.

Учитывая родственные отношения между истцом и ответчиками, а также дату заключения договора дарения земельного участка между ответчиками, истцы предполагают, что ФИО5 в момент подписания договора дарения земельного участка не могла не знать о том, что между ФИО3 и ФИО4 имеется спор по недвижимому имуществу, расположенному на принятом ею в дар земельном участке.

Полагают, что ФИО5 не может быть признана добросовестным приобретателем земельного участка, поскольку, принимая в дар земельный участок по договору дарения земельного участка от 01 февраля 2023 года, без указания в данном договоре на объекты недвижимого имущества, находящиеся на нем, не проявила должной степени осмотрительности и не предприняла всех разумных мер для выяснения правомочий ФИО4 по отчуждению земельного участка с находящимися на нем объектами недвижимого имущества, возведенными силами и за счет средств Истцов.

Определением суда от 10 января 2024 года, в целях обеспечения иска был наложен запрет регистрационных действий на земельный участок с кадастровым 

<

данные изъяты>, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты> категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 

<

данные изъяты>. кв.м.

18 января 2024 года право собственности на объект недвижимости жилой дом, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>, д.11, кадастровый № 

<

данные изъяты> зарегистрировано за ФИО5 (номер государственной регистрации права 

<

данные изъяты>). 

При этом, фактическое владение, пользование и распоряжение земельным участком и жилым домом ответчик ФИО5, так же как до нее и ответчик ФИО4 не осуществляли.

Истцы просят суд, с учетом уточнений, признать договор дарения от 01 февраля 2023 года земельного участка, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>, заключенный между ФИО4 и ФИО5 недействительным в силу его ничтожности. Применить последствия недействительности ничтожной сделки, а именно обязать ФИО5 возвратить ФИО4 земельный участок, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>. Исключить запись из Единого государственного реестра недвижимости от 07 февраля 2023 года о государственной регистрации права собственности на земельный участок, расположенный по адресу: Тульская 

<

данные изъяты> за ФИО5 (номер государственной регистрации права 

<

данные изъяты>). Признать зарегистрированное право собственности ФИО5 на недвижимое имущество: жилой дом, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>, д. 11, кадастровый № 

<

данные изъяты>, отсутствующим. Исключить запись из Единого государственного реестра недвижимости от 18 января 2024 года о государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество - жилой дом, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты> за ФИО5 (номер государственной регистрации права 

<

данные изъяты>). Признать право собственности на недвижимое имущество - жилой дом, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты> за ФИО3 и ФИО2 в равных долях.

Истцы ФИО3, ФИО2 и их представители по доверенностям ФИО8, ФИО9 в судебном заседании поддержали заявленные требования, с учетом уточнения, по основаниям, изложенным в исках. Дополнительно указали, что в 2010 году между истцами и 

<

данные изъяты> П.В. был заключен договор аренды земельного участка с кадастровым № 

<

данные изъяты> расположенного по адресу: 

<

данные изъяты> в устной форме, по условиям которого истцам на безвозмездной основе передается в пользование земельный участок с правом возведения на нем построек в соответствии с назначением земельного участка - для индивидуального жилищного строительства, при этом истцы обязуются содержать земельный участок в надлежащем состоянии, осуществлять обязательные платежи и вести хозяйственную деятельность на нем, а также проживать в возведенном ими жилом доме на постоянной основе до полного перехода права собственности на земельный участок и строения на нем истцам. Договор аренды заключен сроком на 11 месяцев с последующей пролонгацией срока действия Договора аренды земельного участка, если ни одна из сторон договора не заявит за 30 календарных дней до даты окончания срока его действия о его прекращении (расторжении). По настоящее время договор аренды, является действующим, ни одна из сторон не заявила о его расторжении. Данный факт подтверждается свидетельскими показаниями 

<

данные изъяты> С.Н., 

<

данные изъяты> А.В., 

<

данные изъяты> М.Ю.

Обратили внимание, что согласно заключению ООО 

<

данные изъяты> от 29 мая 2024 года, по итогам проведения строительно-технической экспертизы установлено, что при строительстве жилого дома № 11 с кадастровым 

<

данные изъяты> и бани, расположенных на земельном участке с кадастровым 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

данные изъяты>, использованы строительные материалы, ограждающие конструкции и оборудование, указанные в договорах и документах, предоставленных истцами при подаче искового заявления. Кроме того, в заключении имеются сделанные посредством программы 

<

данные изъяты> спутниковые фотографии земельного участка с кадастровым № 

<

данные изъяты> за 2010 - 2014 гг, подтверждающие, что жилой дом № 11 с кадастровым № 

<

данные изъяты> и баня возводились на указанном участке в период с 2010 - 2012 гг.

Из заключения 

<

данные изъяты> от 29 мая 2024 года и отчета ООО «

<

данные изъяты>» № 

<

данные изъяты> от 16 февраля 2023 года следует, что жилой дом с кадастровым № 

<

данные изъяты>, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>, д. 11, соответствует установленным требованиям и не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Полагали, что истцы возвели жилой дом в период действия договора аренды земельного участка, при наличии выраженной воли собственника земельного участка на строительство данного объекта, следовательно, признание права собственности на жилой дом за Истцами является восстановлением их нарушенных действиями ответчиков прав и законных интересов.

Ранее, в судебном заседании истец ФИО3 пояснила, что в процессе покупки земельного участка с кадастровым № 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>, ФИО2 был уличен в супружеской неверности, в связи с чем, ею было принято решение зарегистрировать право собственности на участок за 

<

данные изъяты> П.В., с целью выведения имущества из состава совместной собственности супругов. Бремя расходов на возведение жилого дома, его ремонт и обустройство, прокладку коммуникаций, газификацию, электрификацию, а также на обустройство и облагораживание территории земельного участка, на установку забора по его периметру, возведение иных построек на земельном участке, содержание всего имущества, расположенного на земельном участке, на оплату коммунальных услуг, полностью понесено Истцами и до настоящего времени они, проживая в жилом доме № 11 

<

данные изъяты>, продолжают нести расходы по содержанию земельного участка и всего недвижимого имущества, находящегося на нем. В период строительства жилого дома они (истцы) руководители собственной компанией ООО «

<

данные изъяты>», имели высокий доход. 

<

данные изъяты> П.В. на тот момент являлась пенсионеркой и не имела дохода. 

Ответчик ФИО5, представители ответчиков ФИО5, ФИО4 по доверенностям ФИО10, ФИО11 в судебном заседании исковые требования не признали, представили письменные возражения по существу исковых требований ФИО3, ФИО2, на них настаивали. Указали, что иск о признании права, заявленный лицами, права и сделки которых в отношении спорного имущества никогда не были зарегистрированы, может быть удовлетворен в тех случаях, когда права на спорное имущество возникли до вступления в силу Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» и не регистрировались в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 6 данного Закона, либо возникли независимо от их регистрации в соответствии с п. 2 ст. 8 Гражданского кодекса РФ. 

Пояснили, что строительство загородного жилого дома осуществлялось 

<

данные изъяты> П.В. для проживания в нем всех членов семьи ФИО3, ФИО4 и ФИО5 Каждый занимался отделкой своей комнаты в доме за счет собственных средств. В содержании жилого дома так же участвовали все. Кто-то производил оплату, остальные переводили денежные средства за свою условную долю в жилом доме. 

<

данные изъяты> П.В. являлась учредителем ООО «

<

данные изъяты>», имела собственные денежные сбережения. АОЗТ «

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>» (молочный завод), ООО «

<

данные изъяты>» были открыты и развивались на денежные средства родителей ФИО3, ФИО4 и ФИО5, которые работали в указанных организациях и имели одинаковый стабильный доход. ФИО5 занимала должности менеджера по продажам и бухгалтера. Спорный жилой дом был возведен в 2012 году. Однако право собственности ФИО2 и ФИО3 на него в установленном порядке никогда не регистрировалось в реестре, заявлений о регистрации права собственности на него они не подавали.

При этом, 

<

данные изъяты> П.В., как собственник земельного участка, обращалась в Управление Росреестра по Тульской области с заявлением о государственном кадастровом учете недвижимого имущества и (или) государственной регистрации прав на недвижимое имущество на возведенный жилой дом, результатом чего стало присвоение дому кадастрового № 

<

данные изъяты>, и уведомление о приостановлении государственной регистрации права в связи с нахождением спорного объекта в границах территориальной зоны охраняемого ландшафта. Данный факт подтверждается ответом Управления Росреестра по Тульской области от 05 февраля 2019 года. Соответственно, 

<

данные изъяты> П.В. при жизни выразила волю на приобретение права собственности на спорный объект.

Обратили внимание на то, что до регистрации прав на постройку, последняя, в силу закона, не являлась объектом гражданских прав, то есть не являлась вещью, а представляла собой составную часть земельного участка. 

21 августа 2019 года 

<

данные изъяты> П.В. завещала все свое имущество ФИО4 Согласно ст. 1112 Гражданского кодекса РФ ФИО4 унаследовала, в том числе и составную часть земельного участка в виде незарегистрированного на тот момент, но поставленного на кадастровый учет, спорного жилого дома. 

Полагали, что отношения истцов с 

<

данные изъяты> П.В., умершей 

<

данные изъяты> года, можно квалифицировать как неосновательное обогащение (иск о взыскании неосновательного обогащения рассматривается 

<

данные изъяты> судом г.Москвы в деле № 

<

данные изъяты>). 

При этом указанные правоотношения носят обязательственно-правовой характер и не предусматривают вещно-правового способа защиты права. Также, учитывая, что в 

<

данные изъяты> суде г.Москвы рассматривается дело о взыскании неосновательного обогащения, налицо конкуренция исков, что не допускается.

Ответчик ФИО4, представители третьих лиц Управление Росреестра по Тульской области, администрации МО Заокский район Тульской области в судебном заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом. От администрации поступило заявление о рассмотрении дела без участия ее представителя, принятии решения в соответствии с законом. 

В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц. 

Выслушав пояснения сторон, свидетелей, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В силу п. 2 ст. 1, ст. 9 Гражданского кодекса РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (п. 1).

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п. 2). 

На основании ст. 218 Гражданского кодекса РФ, право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом. 

В соответствии со ст. 219 Гражданского кодекса РФ право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации. Государственная регистрация права осуществляется на основании документов, подтверждающих создание объекта недвижимости.

В силу ч. 1 ст. 263 Гражданского кодекса РФ, собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о назначении земельного участка (п. 2 ст. 260). 

Согласно пункту 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» лицо, считающее себя собственником находящегося в его владении недвижимого имущества, право на которое зарегистрировано за иным субъектом, вправе обратиться в суд с иском о признании права собственности.

Если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права. Иск о признании права, заявленный лицами, права и сделки которых в отношении спорного имущества никогда не были зарегистрированы, могут быть удовлетворены в тех случаях, когда права на спорное имущество возникли до вступления в силу Закона о регистрации и не регистрировались в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 6 названного закона, либо возникли независимо от их регистрации в соответствии с пунктом 2 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 59 постановления N 10/22). 

Как разъяснено в пп. 4, 5 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 31 июля 1981 года № 4 «О судебной практике по разрешению споров, связанных с правом личной собственности на жилой дом» (которое согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 22 апреля 1992 года № 8 применяется в части, не противоречащей законодательству РФ), индивидуальное жилищное строительство осуществляется в целях обеспечения жилой площадью тех граждан и членов их семьи, которым в установленном порядке предоставлен в бессрочное пользование земельный участок для строительства дома. Поэтому участие посторонних для застройщика лиц в строительстве дома не может служить основанием для признания за ними права собственности на часть построенного дома. Эти лица вправе требовать возмещения собственником дома произведенных ими затрат. В отдельных случаях с учетом всех обстоятельств дела суды могут признать за указанными лицами право собственности на часть дома. При этом необходимо тщательно проверять действительные отношения сторон, устанавливать причины, по которым строительство дома производилось с участием лиц, претендующих на признание за ними права собственности на часть дома, имелась ли между сторонами договоренность о создании общей собственности на дом.

Сам по себе факт содействия застройщику со стороны членов его семьи или родственников в строительстве дома не может являться основанием для удовлетворения их претензий к застройщику о признании права собственности на часть дома. Такой иск может быть удовлетворен судом лишь в тех случаях, когда между этими лицами и застройщиком имелась договоренность о создании общей собственности на жилой дом и именно в этих целях они вкладывали свой труд и средства в строительство жилого дома. 

Таким образом, по смыслу приведенных выше положений основанием для возникновения общей долей собственности на вновь возведенный объект недвижимости, расположенный на земельном участке, принадлежащем на праве единоличной собственности только одному лицу, может быть заключенное между сторонами соглашение о создании такой собственности. 

Согласно п. 1 ст. 161 Гражданского кодекса РФ должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения, сделки граждан между собой на сумму, превышающую не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки. 

Несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства (п. 1 ст. 162 Гражданского кодекса РФ). 

Согласно ст. 421 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. 

Пунктом 2 ст. 423, ст. 425 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что безвозмездным признается договор, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления. Договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения. 

При этом п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса РФ устанавливает, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договора данного вида, а так же все те условия, относительно которых по заявлению одной их сторон должно быть достигнуто соглашение. 

В соответствии со ст. 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса. 

Положениями пунктов 2, 3 ст. 574 Гражданского кодекса РФ определены требования к форме договора дарения недвижимого имущества, который должен быть совершен в письменной форме и подлежит государственной регистрации. 

На основании ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. 

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. 

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. 

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли. 

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. 

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной. 

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях. 

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. 

Согласно ст. 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1). 

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2). 

В силу п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Согласно п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, что на основании договора купли-продажи земельного участка без строения на нем 

<

данные изъяты> от 29 октября 2010 года 

<

данные изъяты> П.В. являлась собственником земельного участка с кадастровым 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>, уч.11, о чем в Едином государственном реестре на недвижимое имущество и сделок с ним 16 декабря 2010 г. произведена запись регистрации 

<

данные изъяты>

Постановлением главы муниципального образования Страховское Заокского района 

<

данные изъяты> от 09 декабря 2011 года, присвоен почтовый адрес жилому дому, принадлежащему 

<

данные изъяты> П.В., расположенному по адресу: 

<

данные изъяты>, д.11.

В соответствии с техническим паспортом, подготовленным 

<

данные изъяты> «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ» по состоянию на 13 сентября 2012 года, жилой дом, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>, д.11, 2012 года постройки, имеет общую площадь 239,4 кв.м, жилую площадь – 163,1 кв.м. Разрешение на строительство не предъявлено. 

14 января 2019 года 

<

данные изъяты> П.В. обратилась с заявлением о государственной регистрации права на недвижимое имущество с декларацией об объекте. 

Жилой дом с кадастровым 

<

данные изъяты> площадью 244,9 кв.м по адресу: 

<

данные изъяты>, д.11, - поставлен на кадастровый учет 14 января 2019 года на основании технического плана от 17 января 2014 года, подготовленного кадастровым инженером 

<

данные изъяты> Е.Е. по заказу 

<

данные изъяты> П.В.

05 февраля 2019 года Управление Росреестра по Тульской области уведомило 

<

данные изъяты> П.В. о приостановлении государственной регистрации права на жилое строение, поскольку земельный участок с кадастровым № 

<

данные изъяты> расположен в границах территории объекта культурного наследия федерального значения – достопримечательное место «Поленово». Согласно Приказу Минкультуры России от 30 сентября 2016 года № 2221 «Об утверждении границ, требований к осуществлению деятельности и градостроительным регламентам в границах территории объекта культурного наследия федерального значения – достопримечательное место «Поленово» данный земельный участок имел на момент регистрации режим ограниченного использования «Р6».

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами регистрационных дел на объекты недвижимости, выписками из ЕРГН по состоянию на 14 января 2019 года.

Так же суд признал установленным, что соглашения в письменной форме между истцами и 

<

данные изъяты> П.В. о создании общей собственности на жилой дом и иных построек на земельном участке, расположенном по адресу: 

<

данные изъяты>, д.11, принадлежащем последней на праве собственности, не заключалось.

21 августа 2019 года 

<

данные изъяты> П.В. было составлено завещание, удостоверенное нотариусом г.Москвы 

<

данные изъяты> С.А., которым она завещала все свое имущество, какое на момент ее смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно не находилось, своей дочери ФИО4

<

данные изъяты> года 

<

данные изъяты> П.В. умерла, что подтверждается свидетельством о смерти.

Из материалов наследственного дела к имуществу 

<

данные изъяты> П.В. следует, что 12 апреля 2022 года ФИО4 обратилась к нотариусу за принятием наследства. 

26 апреля 2022 года ФИО5, 26 мая 2022 года ФИО3 обратились к нотариусу с заявлениями, в которых сообщили о том, что с содержанием завещания своей матери 

<

данные изъяты> П.В., удостоверенного нотариусом г.Москвы 21 августа 2019 года, ознакомлены, положения ст.ст. 1149, 1157, 1158 Гражданского кодекса РФ, ст. 35 Семейного кодекса РФ, им разъяснены и понятны. Претендовать на обязательную долю в наследстве после умершей 

<

данные изъяты> П.В. они не будут. 

02 августа 2022 года ФИО4 выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию, в том числе на земельный участок с кадастровым 

<

данные изъяты>, общей площадью 2507 кв.м, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>, уч.11.

01 февраля 2023 года между ФИО4 и ФИО5 был заключен договор дарения земельного участка с кадастровым 

<

данные изъяты>, общей площадью 2507 кв.м, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты> уч.11.

Из текста договора следует, что участок принадлежит дарителю на праве собственности, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 02 декабря 2022 года (запись регистрации № 

<

данные изъяты> от 03 августа 2022 года). Передаваемый участок никому не продан, не подарен, не обещан, в залоге, под арестом и иным запрещением не состоит, правами третьих лиц не обременен. 

07 февраля 2023 года указанный договор дарения и переход права собственности на земельный участок с кадастровым 

<

данные изъяты> зарегистрированы Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии за 

<

данные изъяты>, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 26 декабря 2023 года. 

Согласно выписке из ЕГРН от 18 января 2024 года, собственником жилого дома с кадастровым 

<

данные изъяты> площадью 244,9 кв.м, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты> д.11, является ФИО5, о чем в Едином государственном реестре на недвижимое имущество и сделок с ним 18 января 2024 года произведена запись регистрации 

<

данные изъяты>

Основанием для государственной регистрации права явились договор дарения земельного участка от 01 февраля 2023 года, технический паспорт от 13 сентября 2012 года.

Из материалов регистрационного дела на жилой дом с кадастровым 

<

данные изъяты> следует, что ранее ФИО5 обращалась в Управление Росреестра по Тульской области с заявлениями о государственной регистрации права на объект недвижимости. 20 апреля 2023 года, 18 октября 2023 года была уведомлена Управлением о приостановлении государственной регистрации права на жилое строение, поскольку земельный участок с кадастровым № 

<

данные изъяты> расположен в границах зоны охраняемого ландшафта, на территории которой, в соответствии с решением Исполнительного комитета Тульского областного Совета народных депутатов от 14.06.1991 №235 «Об утверждении зон охраны Государственного мемориального историко-художественного и природного музея-заповедника ФИО12, правил застройки, благоустройства, содержания и режима их использования» не допускается строительство капитальных хозяйственных, промышленных сооружений, административных и жилых объектов.

В соответствии с Федеральным законом от 25 июня 2002 г. № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» Приказом Министерства культуры Российской Федерации от 20.06.2023 № 1793 «Об утверждении границ территории объекта культурного наследия федерального значения - достопримечательное место «Поленово», расположенного по адресу: Тульская область, Заокский район и Калужская область Тарусский район, а также требований к осуществлению деятельности и градостроительному регламенту в границах территории указанного объекта культурного наследия федерального значения» утверждены границы территории объекта культурного наследия федерального значения - достопримечательное место «Поленово», и требования к осуществлению деятельности и градостроительному регламенту в границах территории объекта культурного наследия федерального значения - достопримечательное место «Поленово», расположенного по адресу: Тульская область Заокский район.

Из материалов дела следует, что земельный участок с кадастровым 

<

данные изъяты>, включен в границы территории достопримечательного места и на него распространен режим Р4, в котором разрешается, в том числе: ремонт, строительство и реконструкция объектов капитального строительства; строительство объектов инженерной инфраструктуры, необходимых для функционирования существующей застройки и объектов нового строительства. Установлены предельные параметры разрешенного строительства объектов жилого назначения: высота не более 8 м (1-2 этажа), некапитальные строения, сооружения (хозяйственные постройки) высота не более 4,5 м; протяженность уличного фасада всех объектов не более 15 м; процент застройки от общей площади земельного участка не более 25%; процент озеленения от общей площади земельного участка не менее 7%. 

В связи с принятием Постановления Правительства Тульской области от 09.11.2023 №686 нормативно-правовой документ, на основании которого спорная территория была отнесена к зоне охраняемого природного ландшафта, утратил силу.

Из заключения ООО «

<

данные изъяты> от 29 мая 2024 года и отчета ООО «

<

данные изъяты> от 16 февраля 2023 года следует, что жилой дом с кадастровым 

<

данные изъяты> расположенный по адресу: 

<

данные изъяты> д. 11, соответствует установленным требованиям и не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Заявляя требования о ничтожности сделки, ФИО3, ФИО2 ссылаются на то, что на момент заключения договора дарения на земельном участке было расположено жилое строение с кадастровым № 

<

данные изъяты>, возведенное ими в период с 2010 - 2012 гг за счет собственных денежных средств, в связи с чем договор дарения является ничтожным, как нарушающий требования действующего законодательства - абз. 3 подп. 3 п. 4 ст. 35 Земельного кодекса РФ. 

В подтверждение своих доводов истцы ссылались на выписку из ЕГРН, согласно которой строительство индивидуального жилого дома с кадастровым 

<

данные изъяты> площадью 244,9 кв.м, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>, д.11, завершено в 2012 году; технический паспорт жилого дома, подготовленный ФГУП «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ» 13 сентября 2012 года; договор строительного подряда № 10-СП-01/11 от 10 ноября 2010 года, акты приема-передачи денежных средств от 10 ноября 2010 года, 11 ноября 2010 года, 27 апреля 2011 года, 21 июня 2011 года, 13 июля 2011 года, 27 августа 2011 года, 04 октября 2011 года; договор купли-продажи оконных изделий от 12 сентября 2011 года; договор № 27 на выполнение работ по монтажу индивидуальной котельной от 07 июня 2012 года; платежные документы на приобретение и доставку дверей от 17 августа 2012 года, доставку и установку камина от 24 мая 2012 года и 29 мая 2012 года, доставку и установку забора, калитки, откатных ворот, на монтаж ленточного фундамента, кирпичного столба от 28 августа 2013 года и 12 сентября 2013 года; договор № 414 на выполнение технического запуска котельно-водогрейного оборудования от 26 октября 2012 года; договор бытового подряда № 994 от 28 августа 2013 года; товарную накладную № 9910 от 25 декабря 2020 года на приобретение насоса циркуляционного; чек-ордер № 158 от 21 февраля 2014 года, чек-ордер № 159 от 21 февраля 2014 года, чек-ордер № 160 от 21 февраля 2014 года, чек-ордер № 162 от 21 февраля 2014 года (оплату кадастровых работ и изготовлению технических планов зданий); заключение специалистов ООО «

<

данные изъяты> от 29 мая 2024 года; а так же пояснения свидетелей 

<

данные изъяты> С.Н., 

<

данные изъяты> А.В., 

<

данные изъяты> М.Ю. 

Так, свидетель 

<

данные изъяты> С.Н. в судебном заседании пояснил, что в период с 1995 – 1997 гг работал водителем у 

<

данные изъяты> В.А. (отца ФИО3, ФИО4 и ФИО5), который занимал должность первого заместителя директора фирмы 

<

данные изъяты> имел в собственности квартиру в г.Москве и дачу в Московской области. С этого времени он состоит в дружеских отношениях с истцами. В период 2010 – 2011 гг ФИО14 приобрели земельный участок и начали строительство жилого дома. Он, на собственном опыте, помогал им советами, консультациями, оказывал содействие в приобретении строительных и отделочных материалов по сниженным ценам (со скидкой). При нем за товар (плитку, лес) расплачивался ФИО2 наличными денежными средствами. На тот момент у З-вых была своя фирма. Он не видел, как 

<

данные изъяты> П.В., ФИО4, ФИО5 принимали участия в строительстве жилого дома. Они приезжали только по выходным, праздникам, оставались погостить в жилом доме. 

<

данные изъяты> П.В. была пенсионеркой и проживала в г. Москве. 

Свидетель 

<

данные изъяты> А.В. в судебном заседании пояснил, что является троюродным племянником сторон. В 2012 году к нему обратился ФИО2 с просьбой оказать помощь в отделке жилого дома, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>. Поскольку он (свидетель) имеет определенные навыки в этой сфере, занимался с июня по декабрь 2012 года подводкой коммуникаций, а именно: электропроводкой, водоснабжением, отоплением и отделочными работами. Закупку необходимых материалов осуществлял ФИО2 За работу с ним также расплачивался ФИО2 

<

данные изъяты> П.В., на тот момент была пенсионеркой. Полагает, что та не обладала необходимыми средствами для строительства дома. На строительном объекте ФИО4 и ФИО5 он видел несколько раз, приезжали по праздникам. В строительстве жилого дома они участия не принимали. Все это ему известно со слов ФИО2 При этом, жилой дом был построен для всей семьи Н-ных, З-вых, Ф-вых, в качестве загородного дома. Для каждой семьи в доме есть отдельная комната. Каждый член семьи мог приехать и жить в нем. 

Свидетель 

<

данные изъяты> М.Ю. в судебном заседании пояснила, что является риэлтором, с 1998 года все сделки с недвижимостью, а также бизнес-проекты этой семьи «проходили» через нее. Она знакомилась с проектом договора купли-продажи земельного участка, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>. Изначально в договоре покупателем был указан ФИО2 Из-за возникших разногласий в семье З-вых, она посоветовала ФИО3 оформить земельный участок на мать - 

<

данные изъяты> П.В., а за тем оформить дарственную. Благосостояние их семьи было хорошее, ФИО3 руководила фирмой, имела доход. ФИО4 работала бухгалтером в этой фирме. Какую должность занимала ФИО5 ей не известно. 

<

данные изъяты> П.В. на тот момент была пенсионеркой и домохозяйкой. Кто вел строительство жилого дома ей не известно. На стройплощадке она не присутствовала. В период 2010-2013 гг она предлагала ФИО3 поучаствовать в бизнес-проектах, на что та отказалась, ссылаясь на то, что все денежные средства они сейчас вкладывают в строительство жилого дома. В 1999 году она продала квартиру в г.Москве, принадлежащую ФИО7. Денежные средства от продажи квартиры были вложены ими в покупку ангара, который в 2015 году был продан приблизительно за 

<

данные изъяты> руб., из них 

<

данные изъяты> руб. было передано ФИО3, оставшаяся часть - ФИО4 Так же, в 2015 году З-вы продали еще одну свою квартиру в г.Москве и на денежные средства, полученные от двух сделок, купили две квартиры в г.Москве. Приблизительно в 2017 году была продана квартира в г.Москве, принадлежащая ФИО4 В 2020 году она помогала ФИО5 оформить покупку квартиры в г.Москве. После продажи квартиры З-вы стали проживать в жилом доме в Тульской области, занимались его ремонтом, облагораживали территорию участка. У ФИО13 была четырехкомнатная квартира в г.Москве и дача в СНТ Московской области, но, в основном, она проживала в спорном жилом доме с З-выми. ФИО4, ФИО5 приезжали в дом по праздникам. Она (свидетель) воспринимала жилой дом, как собственность ФИО15, потому что они занимались его содержанием. У ФИО3 было доверие к своим близким родственникам, поэтому она не спешила переоформлять на себя земельный участок и жилой дом. Ей известно, что 

<

данные изъяты> П.В. должна была подарить земельный участок и жилой дом ФИО3, а квартиру в г. Москве завещать ФИО4 

Из заключения специалистов ООО «

<

данные изъяты> от 29 мая 2024 года следует, что при строительстве жилого дома и бани, расположенных по адресу: 

<

данные изъяты> д.11, применялись строительные материалы, ограждающие конструкции, инженерное оборудование и приспособления, предъявленные ФИО3 в виде товарных чеков, договоров подряда на работы, договоров-поставки, договоров бытового подряда, паспортов на изделия и оборудование, наряд-заказов.

Однако указанные выше доказательства не могут с достоверностью свидетельствовать о принадлежности жилого дома как объекта недвижимости ФИО3, ФИО2

В соответствии с подп. 5 п. 1 ст. 1 Земельного кодекса РФ одним из основных принципов земельного законодательства является принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами. 

Согласно абз. 3 подп. 3 п. 4 ст. 35 Земельного кодекса РФ не допускается отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, строения, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу. 

В соответствии с п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно абз. 1 п. 3 ст. 166 Гражданского кодекса РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования п. 1 ст. 1, п. 3 ст. 166 и п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. 

В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. 

Анализируя исследованные в судебном заседании доказательства, с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, в их совокупности, в судебном заседании установлено, что спорный жилой дом возведен на земельном участке, не принадлежащем на праве собственности ФИО3, ФИО2 Истцами, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, не представлено бесспорных доказательств того, что между ними и 

<

данные изъяты> П.В. было заключено какое-либо соглашение о строительстве дома на земельном участке, как и не представлено доказательств, бесспорно подтверждающих тот факт, что в приобретение строительных материалов вкладывались исключительно денежные средства ФИО15

Доводы стороны истца о том, что земельный участок под строительство жилого дома был приобретен за счет их денежных средств, однако, был зарегистрирован на 

<

данные изъяты> П.В., с целью исключения данного имущества из состава имущества, подлежащего разделу между ФИО3 и ФИО2 в случае расторжения брака, суд находит несостоятельными. 

Версия истцов о заключении с 

<

данные изъяты> П.В. устного договора аренды земельного участка с кадастровым 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>, уч.11, с последующей пролонгацией, не нашла своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Вместе с тем, 

<

данные изъяты> П.В. при жизни предпринимались попытки по регистрации единоличного права собственности на спорный жилой дом в установленном законом порядке, однако по независящим от нее обстоятельствам указанные документы ею получены не были. Факт того, что 

<

данные изъяты> П.В. не имела намерения распорядиться указанным имуществом в пользу ФИО3, ФИО2, подтверждается и тем, что 21 августа 2019 года она составила завещание, которым все свое имущество завещала ФИО4

Кроме того, при жизни 

<

данные изъяты> П.В. ее право собственности на земельный участок истцами не оспаривалось, каких-либо соглашений, подтверждающих право собственности истцов на него, с 

<

данные изъяты> П.В. не заключалось, объективных доказательств того, что 

<

данные изъяты> П.В. признавала за истцами право собственности на спорное имущество и имела волеизъявление надлежащим образом оформить права истцов на жилой дом и земельный участок, в материалах дела не имеется. 

Само по себе наличие родственных отношений между ФИО3 и 

<

данные изъяты> П.В. не свидетельствует о достижении между ними соглашения, предусматривающего строительство спорного жилого дома на земельном участке, собственником которого являлась 

<

данные изъяты> П.В. 

Финансовое участие личными денежными средствами в приобретении отдельных строительных материалов, самостоятельно, в отсутствие указанного соглашения с собственником, также не создает условий приобретения права собственности ФИО3, ФИО2 на возведенный объект недвижимости. Данное обстоятельство, как указал Верховный Суд РФ в постановлении от 31.07.1981 г. № 4 «О судебной практике по разрешению споров, связанных с правом личной собственности на жилой дом», может являться основанием для взыскания компенсации приведенных затрат.

Право собственности у ФИО3, ФИО2 по основаниям, предусмотренным ст. 218 - 219, п. 3 ст. 222 Гражданского кодекса РФ, также не может возникнуть, поскольку они не являются собственниками земельного участка. 

Принимая во внимание указанные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что по заявленным истцами основаниям оспариваемый договор дарения является оспоримым, а не ничтожным, поскольку, как следует из указанных выше правовых норм, для признания сделки ничтожной, помимо несоответствия ее закону необходимо, чтобы такая сделка посягала на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Доказательств того, что заключенный ответчиками договор дарения земельного участка посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, не представлено. Положения абз. 3 подп. 3 п. 4 ст. 35 Земельного кодекса РФ не содержат прямого указания на то, что сделки, заключенные с нарушением требований данной нормы являются ничтожными. 

Судом установлено, что договор дарения совершен в надлежащей форме, содержит все существенные условия, предусмотренные ст. 572 Гражданского кодекса РФ, выражает волю дарителя на дарение конкретного недвижимого имущества, и согласие одаряемого на принятие дара. После заключения договора дарения ответчики обратились в Управление Росреестра с заявлениями о государственной регистрации договора дарения, а также перехода права собственности, что свидетельствует о передаче недвижимого имущества ФИО4 и принятии дара ФИО5

На момент государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок права собственности ФИО4 на какие-либо объекты недвижимости на земельном участке зарегистрированы не были.

Таким образом, запрет, установленный абз. 3 подп. 3 п. 4 ст. 35 Земельного кодекса РФ, при совершении оспариваемой сделки не нарушен.

Обращаясь в суд с первоначальным иском, ФИО15 также ссылались на то, что договор дарения земельного участка от 01 февраля 2023 года имеет признаки мнимой сделки, поскольку был заключен с целью уклонения ФИО4 от выплаты денежной компенсации или сокрытия имущества, в связи с подачей ФИО15 в 

<

данные изъяты> суд г.Москвы иска о взыскании компенсации и расходов на содержание жилого дома и земельного участка. 

В соответствии с п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Исходя из смысла п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ мнимость сделки обусловлена тем, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая такую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. 

В соответствии с пунктом 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ. 

Таким образом, достаточным для квалификации сделки как мнимой является установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение гражданских прав и обязанностей. 

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ). 

Обосновывая требование о недействительности договора дарения по мотиву его мнимости, истцы ссылаются на то, что сделка была совершена сразу после предъявления ФИО15 досудебной претензии к ФИО4 о выплате компенсации и расходов по содержанию жилого дома и последующего предъявления иска, а именно досудебная претензия направлена 24 января 2023 года и получена ФИО4 27 января 2023 года, в то время как договор дарения заключен 01 февраля 2023 года. 

Однако, данные доводы истцов суд находит необоснованными и сами по себе они не свидетельствуют о мнимости сделки. 

На момент заключения договора дарения земельный участок под арестом не находился, каких-либо судебных решений, исполнительных производств о взыскании с ФИО4 в пользу истцов денежных средств не имелось. 

Иных доказательств того, что стороны договора дарения не имели намерения совершить указанную сделку в действительности истцами не представлено. Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о намерении сторон договора совершить сделку исключительно для вида, без ее реального исполнения, судом не установлено. Напротив, спорный договор дарения был исполнен сторонами, переход права собственности на земельный участок зарегистрирован в установленном законом порядке. 

Из пояснений представителя ответчиков также следует, что недвижимое имущество по сделке передано в собственность ФИО5, предпринимались попытки к устранению препятствий в его использовании посредством обращения с заявлением в полицию, что подтверждается заявлением ФИО11, действующего в интересах ФИО5 на основании доверенности, зарегистрированным в ОМВД России 

<

данные изъяты> 13 мая 2024 года за 

<

данные изъяты>

Оценивая действия ответчиков как добросовестные или недобросовестные, суд исходит из поведения сторон договора, свидетельствующего о реальном исполнении договора дарения земельного участка, и отсутствии доказательств нарушения прав и законных интересов истцов, являющихся основанием для вывода о мнимости сделки. 

Абзацами 4 и 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 56 ГПК РФ). Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса РФ). 

Учитывая руководящие разъяснения и установленные обстоятельства совершения сделки, суд на основании оценки представленных сторонами доказательств не усматривает оснований для вывода об очевидном отклонении ответной стороны от добросовестного поведения. 

В силу указанных обстоятельств, представленных доказательств и вышеперечисленных норм права, суд не усматривает правовых оснований к удовлетворению заявленных ФИО15 исковых требований о признании договора дарения земельного участка недействительным и применении последствий недействительности ничтожной сделки в полном объеме. 

При таком положении, исходя из оснований и предмета иска, установленных обстоятельств, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания за ФИО3, ФИО2 права собственности на жилой дом в равных долях.

Суд полагает, что заявленным истцами способом защиты права истцов не могут быть восстановлены.

В силу требований ст.144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению ответчика либо по инициативе судьи или суда.

В случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. 

Из содержания ч.3 ст.144 ГПК РФ следует, что вопрос об отмене обеспечительных мер может быть разрешен как при вынесении решения, так и после его вынесения, что свидетельствует о том, что вопрос об отмене обеспечительных мер разрешается судом, в производстве которого находится дело и постановлено решение.

Определением судьи 

<

данные изъяты> от 10 января 2024 года приняты меры по обеспечению иска ФИО3, ФИО2 в виде наложения запрета регистрационных действий на земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>

Принимая во внимание, что по делу, в обеспечение которого принимались обеспечительные меры, принято решение суда об отказе в удовлетворении исковых требований, то суд, в силу ст.144 ГПК РФ считает необходимым отменить принятые меры в целях обеспечения иска.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО2, ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании договора дарения от 01 февраля 2023 года земельного участка с кадастровым № 

<

данные изъяты> расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>, заключенного между ФИО4 и ФИО5, недействительным в силу его ничтожности; применении последствий недействительности сделки, путем обязания ФИО5 возвратить ФИО4 земельный участок с кадастровым 

<

данные изъяты>, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>; об исключении записи из Единого государственного реестра недвижимости от 07 февраля 2023 года о государственной регистрации права собственности на земельный участок с кадастровым 

<

данные изъяты> за ФИО5; о признании зарегистрированного права собственности ФИО5 на жилой дом с кадастровым 

<

данные изъяты>, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты> д.11, отсутствующим; об исключении записи из Единого государственного реестра недвижимости от 18 января 2024 года о государственной регистрации права собственности на жилой дом с кадастровым 

<

данные изъяты> за ФИО5; признании права собственности ФИО2, ФИО3 на жилой дом с кадастровым 

<

данные изъяты>, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>, д.11, в равных долях, - отказать. 

По вступлению решения в законную силу, снять, наложенный в целях обеспечения иска, на основании определения судьи 

<

данные изъяты> от 10 января 2024 года, запрет регистрационных действий на земельный участок с кадастровым 

<

данные изъяты>

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда, путем подачи апелляционной жалобы в ФИО1 межрайонный суд Тульской области в течение одного месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Мотивированный текст решения изготовлен 20 июня 2024 года. 

Председательствующий судья: /подпись/

Копия верна. Судья Т.Ю.Семенова