Председательствующий Панфилова О.Д. Дело № 22-1281/2024

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

(мотивированный)

город Екатеринбург 15 августа 2024 года

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе: 

председательствующего Русановой И.Л.,

судей Забродина А.В., Усатовой С.Ю.,

при секретаре судебного заседания Тылипцевой Е.В.,

с участием: 

защитника осужденного ФИО1 – адвоката Симкина В.В., представившего удостоверение № 3844 и ордер № 054854 от 07 ноября 2023 года, 

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Митиной О.В., 

рассмотрела в открытом судебном заседании с применением системы видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционной жалобе и дополнениям к ней адвоката Симкина В.В. в защиту осужденного ФИО1, апелляционному представлению государственного обвинителя – помощника прокурора Октябрьского района г.Екатеринбурга Сидоренко П.В., поданными на приговор Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга от 23 октября 2023 года, которым

ФИО1, родившийся 

<

дата> в 

<

адрес>, не судимый,

осужден по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации к 08 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. 

Мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 оставлена без изменения.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок наказания ФИО1 время содержания под стражей с 03 марта 2022 года по 28 апреля 2022 года, с 28 ноября 2022 года до дня вступления приговора в законную силу, а так же время домашнего ареста с 29 апреля 2022 года по 20 ноября 2022 года, с 23 ноября 2022 года по 27 ноября 2022 года, на основании ч. 3.2 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Разрешена судьба вещественных доказательств: наркотическое средство постановлено уничтожить, сотовый телефон «Samsung S21» - конфискован и обращен в доход государства.

Заслушав доклад судьи Забродина А.В., выступление осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Симкина В.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы защитника, возражавших против удовлетворения апелляционного представления прокурора, мнение прокурора Митиной О.В., поддержавшей апелляционное представление, просившей об отмене приговора с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство по изложенным в нем доводам, возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы защитника, судебная коллегия,

установила:

приговором суда ФИО1 признан виновным в незаконном сбыте 03 марта 2023 года наркотического средства гашиш (анаша, смола каннабиса) массой не менее 2,85 грамма, в значительном размере. 

Согласно приговору, ФИО1 до 03 марта 2023 года при неустановленных обстоятельствах приобрел сверток с наркотическим средством гашиш (анаша, смола каннабиса) массой не менее 2,85 грамма для последующего сбыта. С 01 марта 2023 года до 15 часов 57 минут 03 марта 2023 года ФИО1 при помощи своего телефона «Samsung S21» посредством сети «Интернет» в приложении «...» в переписке с участвующим в оперативно-розыскном мероприятии «Проверочная закупка» приобретателем А. договорился о продаже последнему вышеуказанного наркотического средства за 7500 рублей, и 03 марта 2023 года на остановке общественного транспорта «...» по адресу: 

<

адрес>, передал участвующему в оперативно-розыскном мероприятии «Проверочная закупка» А. наркотическое средство гашиш (анаша, смола каннабиса) массой 2,85 грамма, получив от него 7500 рублей. 

03 марта 2023 года с 17 часов 06 минут до 17 часов 16 минут в отделе полиции № 1 УМВД России по г.Екатеринбургу по адресу: 

<

...>, А. добровольно выдал наркотическое средство гашиш (анаша, смола каннабиса) массой 2,85 грамма. 

Преступление совершено в Октябрьском районе г.Екатеринбурга при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда. 

В апелляционной жалобе адвокат Симкин В.В. в защиту осужденного просит приговор суда отменить и постановить в отношении ФИО1 оправдательный приговор. Автор жалобы просит учесть, что копия приговора сторонам в день его провозглашения не выдана, возможность ознакомления с протоколом и аудиопротоколом судебных заседаний длительное время не предоставлена. Автор жалобы выражает несогласие с выводами суда о виновности ФИО1 В обоснование доводов указывает, что в оперативно-розыскном мероприятии «проверочная закупка», то есть до возбуждения уголовного дела участвовал следователь Ц., который в дальнейшем расследовал данное уголовное дело, то есть являлся заинтересованным лицом, подлежащим отводу. Соответственно все доказательства, полученные по делу, являются недопустимыми. В обоснование недопустимости участия следователя Ц. в расследовании приводит Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2012 года №2417-О. Участие следователя Ц. в оперативно-розыскной деятельности выразилось в направлении на предварительное исследование вещества, изъятого в ходе оперативно-розыскного мероприятия, получении справок о предварительном исследовании № 955, 956 от 03 марта 2022 года, которые были представлены с постановлением о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности этому же следователю. В нарушение закона и действующих инструкций у следователя отсутствовало поручение на выполнение таких действий. Уголовное дело было принято к производству следователем Ц. 30 марта 2022 года, а в дальнейшем после определения территориальной подследственности - 21 апреля 2022 года, после чего все следственные действия по делу проведены этим следователем. В оправдание этому сотрудник полиции Л. пояснил, что оперативные сотрудники не имеют права направлять на исследование изъятые вещества, но законом это не подтверждено. В связи с недопустимостью всех доказательств по делу автор жалобы считает, что судебное разбирательство проведено необъективно и небеспристрастно, постановленный приговор является несправедливым. 

Адвокат полагает также, что отсутствовали основания для проведения в отношении ФИО1 оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка». В процессуальных документах – рапортах, справках такие необходимые основания не указаны. Заявление А. о привлечении к ответственности ФИО1 от 03 марта 2022 года, имеющееся в материалах дела, фактически для проверки в отдел полиции не поступало, не регистрировалось и, соответственно, по нему не могла быть проведена проверка. Без регистрации выяснить точную дату составления такого заявления не представляется возможным. В заявлении не содержится предупреждения заявителя об уголовной ответственности за заведомо ложный донос. В период судебного разбирательства показаниями свидетелей А., Л. установлено, что А. самостоятельно в отдел полиции не являлся, был доставлен в отдел полиции сотрудниками уголовного розыска, так как в отношении А. проводилась проверка, он привлекался к уголовной ответственности за тяжкие преступления, расследование по которым проводилось в том же отделе полиции. Полагает, что участие А. в оперативном мероприятии было вынужденным, он опасался заключения под стражу, осуждения к реальному лишению свободы. Документы об этом оперативно-розыскном мероприятии были составлены задним числом уже после его проведения. По мнению защитника, существенным является то, что суд не вызвал и не допросил свидетеля Ах., хотя, согласно представленным материалам «проверочной закупки» именно она оказала влияние на А. для, якобы, обращения в отдел полиции и участия в «проверочной закупке», о чем свидетельствуют показания А. Рапорты сотрудника полиции Л. КУСП №№3362, 3363 были зарегистрировано лишь 03 марта 2022 года в 18 часов 45 минут и 18 часов 47 минут, и 04 марта 2022 года было возбуждено уголовное дело 

<

№> по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. В истребовании сведений из журналов КУСП защите было отказано. По мнению защитника, отсутствие этих сведений порождает неустранимые противоречия, нарушает принцип презумпции невиновности, а обвинительный приговор суда не может быть основан на предположениях. Кроме заявления А. у оперативных сотрудников полиции не имелось оперативной информации о причастности ФИО1 к незаконной деятельности, что не позволяло проводить в отношении него оперативно-розыскные мероприятия. В обоснование своей позиции адвокат ссылается на п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2006 года №14, Определение Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 07 декабря 2010 года № 50-Д10-22, Кассационное определение Верховного Суда Российской Федерации от 10 мая 2012 года № 56-О12-23. 

Автор жалобы полагает, что оперативно-розыскное мероприятие «проверочная закупка» должно было регистрироваться в соответствующих журналах, но суд отказал ему в истребовании этой информации. Без сведений о регистрации, считает, что отсутствует возможность проверить законность проведения такого оперативного мероприятия. Кроме того, адвокат указывает, что в действиях сотрудников полиции в отношении ФИО1 усматриваются признаки провокации преступления, формирование ложного умысла. В связи с этим в действиях А.И.АБ. отсутствуют признаки преступления. В результате провокации со стороны сотрудников полиции А.И.АВ. был склонен к сбыту наркотических средств свидетелю А. Провокация выразилась в том, что А. как «закупщик» совершал активные и настойчивые действия, направленные на оказания давления на А.И.АБ. с целью склонения его к совершению преступления. Без вмешательства сотрудников полиции у ФИО1 не возник бы умысел на сбыт наркотического средства. Переписку с ФИО1 А. вел под контролем оперативных сотрудников, они сообщали ему, что необходимо написать. Автор жалобы обращает внимание, что ФИО1 настаивал, что помогал приобрести наркотическое средство А., который уговаривал его об этом, пояснил, что у него самого приобрести наркотическое средство не получается. Провокация, по мнению защитника, заключается в том, что свидетель А. и ФИО1 ранее были знакомы, дружили. А. ранее судим за сбыт наркотических средств, являлся потребителем наркотических средств. ФИО1 заявляет, что именно А. пристрастил его к употреблению наркотических средств, ранее они их совместно употребляли. В обоснование выводов о наличии провокации защитник ссылается на решение ЕСПЧ от 02 октября 2012 года по делу «...». Кроме того, защитник ссылается на выводы специалиста С. от 18 мая 2023 года, согласно которым коммуникативная инициатива в разговорах исходила от А.: он начинает разговоры, является инициатором обсуждения всех микротем. Действия, о которых идет речь, совершаются по запросу А. Защитник также обращает внимание, что рапорты сотрудника полиции Л..Р. от 03 марта 2022 года КУСП №№3362, 3363 содержат сведения о том, что в действиях ФИО1 усматриваются признаки административного правонарушения. 

Адвокат указывает, что материалы ОРМ сфальсифицированы и являются недопустимыми доказательствами. ОРМ санкционировано неуполномоченным должностным лицом, в нарушение требований Инструкции от 27 сентября 2013 года. Врио начальника отдела полиции Б. не являлся руководителем оперативного подразделения ГКОН. Кроме того, по мнению защитника, фальсификация материалов дела выразилась в том, что рапорт Л. от 03 марта 2022 содержит сведения о том, что 03 марта 2022 года в 16 часов 20 минут в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка» по адресу: 

<

адрес>, был задержан ФИО1, который сбыл А. вещество коричневого цвета растительного происхождения. Но адрес встречи А. и ФИО1 изменился в ходе ОРМ, и не мог быть известен сотрудникам полиции. Этот адрес не мог фигурировать и в постановлении о проведении «проверочной закупки». Само постановление о проведении «проверочной закупки» не содержит оснований для проведения такого ОРМ, в нем значатся два адреса проведения оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка»: 

<

адрес>, и 

<

адрес>. О последнем адресе оперативные сотрудники в момент составления постановления о проведении ОРМ не знали. Расстояние между указанными адресами составляет 1,06 км. Защитник приходит к выводу, что постановление было вынесено после задержания ФИО1 и А. Протокол личного досмотра в ходе ОРМ составлен по правилам Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. ОРМ оформлены 03 марта 2022 года, но события проходили с 01 по 03 марта 2022 года. Свидетель А. показал, что с 01 марта 2022 года его уже сопровождали сотрудники полиции в части переписки, указывали, что нужно писать. 

Сотрудники полиции имели неправомерный доступ к вещественному доказательству – сотовому телефону «Samsusng S21», вследствие чего была загружена и изменена информация, то есть доказательства сфальсифицированы. Согласно протоколу осмотра предметов от 04 марта 2022 года, составленным оперуполномоченным См. он составлен без понятых, с использованием фотофиксации. В этом протоколе не указано, что вскрывается ранее упакованный в бумажный конверт сотовый телефон, что предыдущая упаковка не повреждена и на конверте нет повреждений. Не приводятся сведения о том, что телефон обратно запакован. Фототаблица к протоколу направлена следователю уже после предоставления следствию результатов ОРД. На стадии предварительного следствия следователем Ц. производится осмотр телефона с составлением соответствующего протокола, из которого не ясно, как был упакован телефон, каким образом к нему производилось подключение, хотя из протокола следует, что подключение производилось и скрин-шоты были получены из телефона ФИО3 После вмешательства сотрудников полиции все сообщения получили пометку «звездочка», то есть были добавлены в «избранное». Осмотр телефона был произведен незаконно и все производные от этого доказательства также являются недопустимыми. Защитой заявлялись ходатайства об осмотре телефона в судебном заседании для выяснения всех противоречий, но в удовлетворении такого ходатайства было отказано. 

По мнению автора жалобы, суд занял сторону обвинения, проявив обвинительный уклон. При назначении судебной экспертизы суд не предоставил защите время для подготовки кандидата для производства экспертизы. Судом, кроме того, допущены процессуальные нарушения, так как по ходатайствам о возвращении уголовного дела прокурору, признанию доказательств недопустимыми, судом было отказано, после чего суд по своей инициативе перешел к стадии дополнений, заняв обвинительный уклон. Защитник полагает, что при рассмотрении уголовного дела были допущены нарушения уголовно-процессуального законодательства, которые не могу быть устранены судом апелляционной инстанции. Приговор в отношении ФИО1 должен быть отменен с вынесением оправдательного приговора. 

В дополнении к апелляционной жалобе адвокат Симкин В.В. указывает на несоответствие предъявленного обвинения и установленным судом фактическим обстоятельствам уголовного дела. Согласно обвинительному заключению ФИО1 обвинялся в совершении преступления с 01 ноября 2021 года до 15 часов 57 минут 03 марта 2022 года. В то время как суд первой инстанции пришел к выводу, что А.И.АВ. имел умысел на сбыт наркотических средств в период до 03 марта 2023 года без указания на начало формирования умысла. Такой вывод суда, по мнению защитника, не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, поскольку произошедшие события относятся к периоду с 01 по 03 марта 2022 года. 

Кроме того, суд первой инстанции установил, что ФИО1 ранее занимался сбытом наркотических средств, сотрудничал с интернет-магазином, сбывающим наркотические средства. Но такие обстоятельства не были установлены.

По заключению экспертизы, проведенной судом, эксперт не смог ответить на все поставленные вопросы, так как они выходят за пределы компетенции эксперта. Такая экспертиза не может быть допустимым доказательством. ФИО1 не подтвердил принадлежность ему многих видеофайлов, указанных в экспертизе. Время на телефоне, определенное экспертом, не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Эксперт в судебном заседании не допрашивался. 

Защитник обращает внимание, что показания свидетеля Л., См. в судебном заседании не соответствуют тем, которые указаны в приговоре. Суд не оценил, почему он берет за основу одни показания и отвергает другие. В частности, суд не дал должной оценки показаниями свидетеля А. В приговоре суд не дал оценки доводам защиты о провокации, фальсификации, необоснованно отверг заключение специалиста, предоставленное защитой, не разрешил по существу ходатайства о признании доказательств недопустимыми и не дал этому оценки в приговоре. При разрешении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору суд не удалялся в совещательную комнату. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель – помощник прокурора Октябрьского района г.Екатеринбурга СидоренкоП.В. просит приговор суда отменить, уголовное дело направить в тот же суд на новое рассмотрение в ином составе суда в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельства уголовного дела, нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона. 

Приговор не соответствует п. п. 18, 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», ст. 252 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Предъявленное обвинение, поддержанное государственным обвинителем, является предметом судебного разбирательства и определяет его пределы. Суд не может произвольно, без приведения мотивов, дополнять обвинение какими-либо юридически значимыми обстоятельствами. Согласно постановлению о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого и обвинительному заключению, преступный умысел на незаконное приобретение и хранение наркотических средств в целях последующего сбыта неопределенному кругу лиц из числа потребителей наркотических средств возник у ФИО1 в период времени с 01 ноября 2021 года до 15 часов 57 минут 03 марта 2022 года, когда последний, находясь в ... по адресу: 

<

адрес>, обнаружил на земле сверток с веществом и, полагая, что в указанном свертке содержится наркотическое средство, поднял его. Продолжая свои преступные действия, ФИО1 с 01 ноября 2021 года до 15 часов 57 минут 03 марта 2022 года, находясь в неустановленном месте на территории г.Екатеринбурга, в ходе переписки с А. договорился сбыть последнему наркотическое средство в значительном размере за денежные средства в сумме 7500 рублей.

Согласно показаниям ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого, оглашенным в судебном заседании, примерно в ноябре 2021 года он находился в ... и обнаружил сверток из изоленты черного цвета, а в нем комкообразное вещество темно-коричневого цвета. По запаху он понял, что вещество является наркотическим средством «гашиш», и забрал его себе. 02 марта 2022 около 13 часов 24 минут в приложении «...» по просьбе А. они договорились, что он продаст А. 03 грамма гашиша за 7500 рублей. О встрече они договорились 03 марта 2022 года, в этот день он встретился с А. и за денежное вознаграждение передал последнему наркотическое средство. 

Однако, суд в описательно-мотивировочной части приговора указал на приобретение ФИО1 наркотического средства в неустановленные время и месте, при неустановленных обстоятельствах у неустановленного лица, а в период с 01 марта 2023 года до 15 часов 57 минут 03 марта 2023 года договорился с А. о передаче наркотического средства в значительном размере за 7500 рублей при личной встрече. Вопреки требованиям ч. 2 ст. 252 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судом в приговоре период формирования и реализации умысла ФИО1 на сбыт наркотического средства взят шире, чем он указан в предъявленном ему обвинении.

Также судом при описании преступного деяния исключено указание на место, где ФИО1 находился, когда договаривался о сбыте А. наркотического средства в значительном размере, а также на обстоятельства приобретения наркотического средства ФИО1 Кроме того, при описании преступного деяния в приговоре судом указано, что действия ФИО1 по приобретению наркотического средства гашиш с целью последующего сбыта, являются приготовлением к сбыту наркотических средств, тогда как обвинен он в покушении на преступление. Кроме того, по делу установлено, что события преступления происходили в 2022 году, а в приговоре указано, что в 2023 году, что существенно ухудшает положение осужденного. Кроме того, в описательно-мотивировочной части приговора допущены неверные указания на фамилии ФИО1 и А. В апелляционном представлении прокурора указывается на ошибки (опечатки) в описательно-мотивировочной части приговора в части года происходивших событий, а также при изложении доказательств по делу, в частности, протокола осмотра телефона «Samsung S21», при изложении показаний ФИО1, свидетеля См.

Кроме того, ссылаясь на Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 июня 2023 года № 33-П, прокурор указывает, что суд неверно определил судьбу вещественного доказательства наркотического средства, в описательно-мотивировочной части приговора суд пришел к правильному выводу о необходимости его хранения до принятия решения по выделенному уголовному делу, а в резолютивной части - постановил его уничтожить. 

Кроме того, суд не верно произвел зачет в срок наказания А.И.АГ. время домашнего ареста с 29 апреля 2022 года по 20 ноября 2022 года, с 23 ноября 2022 года по 27 ноября 2022 года на основании ч. 3.2 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации, тогда как такой зачет должен быть произведен в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

В возражении на апелляционную жалобу защитника государственный обвинитель – помощник прокурора Октябрьского района г.Екатеринбурга СидоренкоП.В. считает доводы апелляционной жалобы не подлежащими удовлетворению. 

Изучив материалы дела, выслушав выступления участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, возражения на них, судебная коллегия считает постановленный по делу приговор подлежащим отмене.

В соответствии со ст. 297 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

В силу п.п. 1, 2, 3 ст. 389.15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации основанием отмены или изменения в апелляционном порядке судебного решения является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенное нарушение уголовно-процессуального закона, а также неправильное применение уголовного закона.

Согласно положениям ст. 389.16 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания. 

В силу ч. 1 ст. 389.17 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации основаниями изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного судебного решения. 

Судебная коллегия считает, что такие нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов были допущены судом при постановлении приговора в отношении ФИО1

В соответствии с п.п. 1, 2 ч. 1 ст. 307 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора среди прочего должна содержать: описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления; доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Согласно ст. 252 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, а изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

По мнению судебной коллегии, заслуживают внимания доводы апелляционного представления о том, что суд существенно и необоснованно изменил обвинение, сделал выводы о фактических обстоятельствах преступления, не основанные на материалах дела, а также допустил выводы, содержащие существенные противоречия.

Так, суд первой инстанции признал установленным, что А.И.АВ. с умыслом на незаконный сбыт в период до 03 марта 2023 года в неустановленное время, неустановленном месте, у неустановленного лица, при неустановленных обстоятельствах приобрел сверток с веществом, являющимся наркотическим средством – гашиш (анаша, смола каннабиса), массой не менее 2,85 грамма.

Вместе с этим, суд первой инстанции признал установленным, что договоренность ФИО1 и А. о сбыте последнему наркотического средства за 7500 рублей состоялась с использованием сотового телефона и сети «Интернет» в период с 01 марта 2023 года до 15 часов 57 минут 03 марта 2023 года, а непосредственно сбыт наркотического средства ФИО1 совершил 03 марта 2023 года в период с 15 часов 57 минут до 16 часов 20 минут на остановке общественного транспорта «...», расположенной по адресу: 

<

адрес>.

Между тем, органами предварительного следствия ФИО1 обвинялся в том, что в период времени с 01 ноября 2021 года до 15 часов 57 минут 03 марта 2022 года ФИО1, находясь в ..., по адресу: 

<

адрес>, обнаружил и поднял сверток с наркотическим средством - гашиш (анаша, смола каннабиса), массой не менее 2,85 грамма, в значительном размером, тем самым незаконно приобрел его и стал незаконно хранить при себе, а затем перенес во 

<

адрес>, где хранил его в электрощитке, в целях личного употребления и последующего сбыта.

Далее ФИО1 в период времени с 01 ноября 2021 года до 15 часов 57 минут 03 марта 2022 года при помощи своего сотового телефона, сети «Интернет», в программе обмена сообщениями «...» договорился незаконно сбыть наркотическое средство в значительном размере за 7500 рублей А., который действовал в рамках оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка», договорившись при этом с А. о передаче наркотика при личной встрече из рук в руки. 03 марта 2022 года в период с 15 часов 57 минут до 16 часов 20 минут на остановке общественного транспорта «...», расположенной у 

<

адрес>, А. предал ФИО1 деньги в сумме 7500 рублей, а последний передал из рук в руки, то есть, незаконно сбыл А. вещество, являющееся наркотическим средством - гашиш (анаша, смола каннабиса) массой 2,85 грамма, что составляет значительный размер.

Таким образом, суд первой инстанции изменил период времени приобретения ФИО1 наркотического средства, изменил период времени, в течение которого произошла договоренность ФИО1 и А. о сбыте наркотического средства, указав, что преступление было совершено в 2023 году. Существенно изменив предъявленное ФИО1 обвинение в части времени совершения преступления, суд допустил нарушение права на защиту обвиняемого, поскольку указанный в приговоре период времени как время совершения преступления органами предварительного расследования ФИО1 не вменялся. 

Изменив предъявленное ФИО1 обвинение, суд в приговоре свои выводы не мотивировал. 

Так, судом первой инстанции в основу приговора положены признательные показания ФИО1 на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого (т. 1 л.д. 230-233, 238-241). Оценивая показания ФИО1, данные после задержания, суд первой инстанции верно указал, что ФИО1 не высказывал замечаний к протоколам соответствующих следственных действий. Допросы проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Доводы ФИО1 о применении к нему недозволенных методов ведения следствия проверялись доследственным путем, своего подтверждения не нашли. 

При этом, в оценке показаний ФИО1 суд первой инстанции критически отнесся к его показаниям о месте и обстоятельствах приобретения наркотического средства, не указав мотивы такого решения. Кроме того, суд допустил вводы о сбыте осужденным наркотических средств до 03 марта 2022 года, хотя такое обвинение ему не предъявлялось. Также 

Между тем, по мнению судебной коллегии, ФИО1 после задержания давал подробные последовательные и признательные показания, которые ни в чем не противоречат материалам дела. В том числе, ФИО1 пояснял об обстоятельствах приобретения наркотических средств, и такие его показания ничем не опровергнуты. Судебная коллегия, также отмечает, что допросы, на которых ФИО1 давал признательные показания, проводились в присутствии защитника, которому жалоб и замечаний ФИО1 не высказывал. 

В соответствии со ст. 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при постановлении приговора суд в совещательной комнате, среди прочих, разрешает вопросы: виновен ли подсудимый в совершении этого преступления; подлежит ли подсудимый наказанию за совершенное им преступление.

Вместе с тем, в приговоре отсутствуют какие-либо выводы суда по поводу заявленных в судебном заседании доводов стороны защиты о том, что лицо, проводившее предварительное следствие подлежало отводу, а также о фальсификации материалов оперативно-розыскной деятельности.

Таким образом, при составлении приговора судом были нарушены требования ст. 307 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. 

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 389.18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации неправильным применением уголовного закона является применение не той статьи или не тех пункта и (или) части статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, которые подлежали применению.

Также заслуживают внимание доводы апелляционного представления о том, что судом неправильно разрешена судьба вещественного доказательства – наркотического средства, а также неверно проведен зачет времени нахождения ФИО1 под домашним арестом в срок отбытия наказания в виде лишения свободы.

Судом первой инстанции постановлено вещественные доказательства – наркотические средства – уничтожить.

Вместе с тем, согласно правовой позиции, высказанной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 19 июня 2023 года №33-П, суд, разрешая в судебной стадии производства по уголовному делу вопрос о судьбе вещественных доказательств, должен обеспечивать хранение предметов (образцов), являющихся вещественными доказательствами по двум или более уголовным делам, для их возможного непосредственного исследования по каждому из уголовных дел до вступления приговора суда в законную силу применительно к каждому из этих уголовных дел, если такое сохранение возможно исходя из свойств данных предметов (образцов).

Как усматривается из материалов дела, изъято и признано вещественным доказательством вещество, содержащее наркотическое средство гашиш (анаша, смола каннабиса) массами 2,73 грамма и 1,02 грамма, которое надлежит не уничтожить, а передать органу предварительного расследования, в производстве которого находится выделенное уголовное дело.

Относительно зачета в срок наказания ФИО1 времени нахождения под домашним арестом с 29 апреля 2022 года по 20 ноября 2022 года, с 23 ноября 2022 года по 27 ноября 2022 года, судом постановлено, что такой зачет необходимо произвести в соответствии с ч. 3.2 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вместе с тем, в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации, время нахождения лица под домашним арестом засчитывается в срок содержания лица под стражей до судебного разбирательства и в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания лица под стражей или лишения свободы.

Таким образом, выводы суда первой инстанции не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного, суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда, а приговор не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

В соответствии со ст. 389.23 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в случае, если допущенное судом нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор, определение, постановление суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

В силу ч. 4 ст. 389.13 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции обладает полномочиями по проверке доказательств, включающими исследование по правилам ст. ст. 87, 88 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. 

Судебная коллегия находит, что судом первой инстанции не были допущены какие-либо процессуальные нарушения при исследовании представленных доказательств, поэтому доказательства, непосредственно исследованные в судебном заседании суда первой инстанции, могут быть использованы и оценены для разрешения в суде апелляционной инстанции.

Доводы защиты о том, что лицо, проводившее предварительное следствие подлежало отводу, а также о фальсификации материалов оперативно-розыскной деятельности проверены судебной коллегией путем допроса сотрудников полиции Л., Ц., Б.

Нарушения, допущенные судом первой инстанции по делу, связаны с вопросом установления фактических обстоятельств дела и относятся в том числе к прерогативе суда апелляционной инстанции. 

С учетом характера и объема нарушений, допущенных при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости отмены приговора и вынесения нового апелляционного приговора.

Судебная коллегия приходит к выводу, что ФИО3 совершил незаконный сбыт наркотических средств в значительном размере, и считает установленным, что в период времени с 01 ноября 2021 года до 15 часов 57 минут 03 марта 2022 года ФИО1, находясь в ..., расположенном по адресу: 

<

адрес>, в нарушение Федерального закона от 08 января 1998 года № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах» нашел, поднял, тем самым незаконно приобрел сверток с веществом, являющимся наркотическим средством - гашиш (анаша, смола каннабиса), массой не менее 2,85 грамма, что является значительным размером, которое стал незаконно хранить сначала при себе, а затем в электрощитке 

<

адрес>, в целях личного употребления и последующего сбыта неопределенному кругу лиц.

Далее ФИО1 в период времени с 01 ноября 2021 года до 15 часов 57 минут 03 марта 2022 года, находясь в г. Екатеринбурге, осознавая, что незаконный оборот наркотических средств на территории Российской Федерации запрещен, действуя умышленно, с корыстной целью при помощи принадлежащего ему сотового телефона «Samsung S21», подключенного к сети «Интернет», в программе мгновенного обмена сообщениями «...», в ходе переписки с ранее ему знакомым А., действующим под контролем сотрудников ГКОН ОП № 1 УМВД России по г. Екатеринбургу в рамках оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка», договорился незаконно сбыть А. наркотическое средство в значительном размере за 7500 рублей, договорившись при этом с А. о личной встрече. После чего ФИО1 пришел во 

<

адрес>, где забрал из электрощитка вышеуказанные незаконно хранимые им наркотические средства и стал незаконно хранить их при себе в целях незаконного сбыта ранее ему знакомому А. путем продажи из рук в руки.

Продолжая осуществлять свой преступный умысел, 03 марта 2022 года в период с 15 часов 57 минут до 16 часов 20 минут ФИО1 пришел к месту встречи с А. на остановку общественного транспорта «...», расположенную у 

<

адрес>, где по ранее достигнутой договоренности встретился с действующим под контролем сотрудников ГКОН ОП № 1 УМВД России по г. Екатеринбургу в рамках оперативно - розыскного мероприятия «Проверочная закупка» А., где А. передал ФИО1 деньги в сумме 7500 рублей, а тот лично из рук в руки передал А. вещество, являющееся наркотическим средством - гашиш (анаша, смола каннабиса) массой 2,85 грамма, в значительном размере, тем самым незаконно сбыл его.

В этот же день 03 марта 2022 года в 16 часов 20 минут ФИО1 был задержан на месте совершения преступления и доставлен в ОП № 1 УМВД России по городу Екатеринбургу по адресу: 

<

адрес>, а вышеуказанное наркотическое средство было изъято сотрудниками полиции при следующих обстоятельствах.

03 марта 2022 года в период времени с 17 часов 06 минут до 17 часов 16 минут А., находясь в помещении служебного кабинета № 417 ОП № 1 УМВД России по г.Екатеринбургу, расположенного по адресу: 

<

...>, добровольно выдал сотрудникам ГКОН ОП № 1 УМВД России по г. Екатеринбургу, вещество, являющееся наркотическим средством - гашиш (анаша, смола каннабиса), массой 2,85 грамма, что является значительным размером, которое ему незаконно сбыл ФИО1 при вышеуказанных обстоятельствах. 

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах» от 08 января 1998 года, наркотические средства, подлежащие контролю в Российской Федерации, включаются в перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации и вносятся в «Список наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации (Список I)».

Основанием для отнесения к наркотическим средствам гашиша (анашы, смолы каннабиса) является «Список наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации (Список I. Наркотические средства)» «Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации», утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 1998 года № 681. 

Согласно постановлению Правительства Российской Федерации от 01 октября 2012 года № 1002 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей статей 228, 228.1 и 229.1 УК РФ» значительным размером наркотического средства гашиш (анаша, смола каннабиса) признается его масса свыше 2 граммов, но не свыше 25 граммов. Наркотическое средство гашиш (анаша, смола каннабиса), массой 2,85 грамма, образует значительный размер.

ФИО1 в суде первой инстанции виновным себя не признал, показал, что в отношении него имела место провокация. А. участвовал в «Проверочной закупке» вынужденно, поскольку был доставлен в отдел полиции в связи с привлечением его самого к уголовной ответственности. С А. он был знаком около 5 лет, до знакомства наркотические средства не употреблял. По предложению А. стал употреблять гашиш. Впоследствии сам стал приобретать наркотик через Интернет и «закладки». В период с 01 по 03 марта 2022 года А. первый написал ему, стал просить его помочь приобрести наркотик, так как у А. не работал акаунт, говорил, что он сам не мог приобрести. Он не соглашался, «отнекивался». А. его уговаривал, сам говорил, сколько и что ему нужно, сколько денег, и он согласился. При этом А. его торопил, подгонял. До 01 марта 2022 он с А. не переписывался, полагает, что такая переписка появилась у него в телефоне после его изъятия сотрудниками полиции. Наркотик он не находил, с А. об этом не разговаривал. До обращения А. наркотика у него не было. Ранее он наркотики А. покупать не помогал. Наркотик по просьбе А. он заказал через интернет – 3 грамма гашиша, оплатил сам, получил адрес «закладки» в 

<

адрес>. Наркотик он сначала принес домой, потом связался с А. Передать наркотик они с А. договорились на базе, где тот работает. Но по дороге он сообщил А., что ждет его на остановке общественного транспорта. Первоначальные показания он не подтверждает, так как они были даны под физическим и психологическим давлением сотрудников полиции.

В суде апелляционной инстанции ФИО1 занял аналогичную позицию, настоял на том, что приобрел наркотик для А. по настойчивой просьбе последнего, переписка с А. до 01 марта 2022 года, появившаяся в его телефоне, сфальсифицирована сотрудниками полиции.

Вопреки позиции ФИО1, его вина в совершении преступления подтверждается имеющимися по делу доказательствами.

Так, в связи с существенными противоречиями между показаниями, данными ФИО1 в ходе предварительного расследования и в суде первой инстанции, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации оглашены его показания, данные на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого от 04 марта 2022 года, из которых следует, что в ноябре 2021 года в ... в г. Екатеринбурге он обнаружил сверток с наркотическим средством «гашиш», взял его себе, потом стал хранить в электрощитах подъезда своего дома по адресу: 

<

адрес>. Употреблял его сам путем курения. В одном из разговоров он рассказывал А., что нашел гашиш. 02 марта 2022 года в приложении «...» ему написал А., спросил, может ли он продать ему гашиш. Так как у него оставался гашиш, он согласился продать 3 грамма этого наркотика А. за 7500 рублей. О встрече они договорились 03 марта 2022 года. А. написал ему, что он нашел 7500 рублей. Они договорились встретиться возле торговой базы по адресу: 

<

адрес>. Он вышел из дома, забрал из электрощитка гашиш в двух комочках, один из которых он собирался продать А., а другой употребить сам. Подойдя к торговой базе, на остановке общественного транспорта «...» он написал А., что ждет его на этой остановке. Через некоторое время подошел А., передал ему деньги в сумме 7500 рублей, а он передал А. наркотическое средство гашиш, массой около 3 граммов. После этого их задержали сотрудники полиции, доставили в отдел полиции, где в ходе личного досмотра у него изъяли 7500 рублей, переданные А., сотовый телефон и гашиш, который он планировал употребить сам (т. 1 л.д. 230-233, 238-241).

Оглашенные показания ФИО1 не подтвердил, настоял на том, что дал их под давлением сотрудников полиции.

Анализируя показания осужденного ФИО1, которые он давал в ходе судебного заседания и в ходе предварительного следствия, судебная коллегия приходит к выводу, что показания, данные А.И.АД. 04 марта 2022 года после задержания, являются достоверными, согласуются с иными доказательствами, приведенными далее в приговоре, и составляют его основу.

Перед допросами на предварительном следствии ФИО1 разъяснялось закрепленное в ст. 51 Конституции Российской Федерации право не свидетельствовать против самого себя, а также последствия дачи показаний, предусмотренные п. 2 ч. 4 ст. 46, п. 3 ч. 4 ст. 47 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для самооговора со стороны ФИО1 судебная коллегия не находит. Показания осужденный давал в присутствии защитника, после допроса замечаний и жалоб не высказывал.

Версия осужденного и защитника о применении к ФИО1 недозволенных методов ведения следствия и нарушения его прав при задержании проверялась путем проведения соответствующей проверки в порядке ст. ст. 144-145 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, по результатам которой старшим следователем следственного отдела по Кировскому району г. Екатеринбурга СК РФ по Свердловской области И. принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела по сообщению ФИО1 о противоправных действиях сотрудников полиции Л., Ч., Ист., Абд. в связи с отсутствием в их действиях составов преступлений, предусмотренных ст. ст. 285, 286 Уголовного кодекса Российской Федерации (том 3, л.д.110-114).

Признавая показания ФИО1 на предварительном следствии 04 марта 2022 года достоверными, судебная коллегия отмечает, что они содержат сведения о таких деталях преступления, которые не были известны сотрудниками полиции, и могли быть известны лишь ФИО1, в том числе обстоятельства незаконного приобретения и хранения наркотических средств.

Дальнейшие показания ФИО1 как на предварительном следствии, так и в суде, опровергаются совокупностью доказательств по делу, и судебная коллегия оценивает их как избранную линию защиты с целью уменьшить степень своей ответственности.

Признательные показания ФИО1, которые судебная коллегия признала достоверными, подтверждаются показаниями свидетелей – сотрудников полиции, лица, участвующего в оперативно-розыскном мероприятии в качестве закупщика, и также совокупностью письменных материалов дел, а также показаниями понятых.

Свидетель А. в суде первой инстанции показал, что после 23 февраля 2022 года, точную дату он не помнит, его задержании и доставили в отдел полиции по подозрению в совершении кражи. Сотрудники полиции сказали, что у него тяжкая статья, и ему в любом случае «ехать в тюрьму». Зная, что он употребляет наркотики, ему предложили найти человека, у которого можно «закупиться». Он отказался сотрудничать, его отпустили, но через 1-2 дня снова задержали и доставили в ИВС в связи с кражами. В этот момент в отношении него уже было возбуждено уголовное дело. В этот раз ему показали заявление, которое написал ФИО1 в отношении него о том, что он продал наркотик. Кроме того, пообещали ему условный срок за сотрудничество. Он запаниковал и начал сотрудничать с полицией. Ему снова сказали найти человека, у которого можно приобрести наркотики. Сотрудники полиции брали его телефон и видели, что он переписывается с ФИО1 по поводу наркотиков. 01 марта 2022 года он был в отделе полиции на допросе. В этот день он написал ФИО1, попросил приобрести ему наркотик – 3 грамма гашиша. Написал ФИО1, так как они были знакомы с 2018 года и вместе употребляли гашиш. Потом он был в отделе полиции, сотрудники полиции подсказывали, что лучше писать. ФИО1 ответил, что у него нет наркотиков, чтобы помочь. Он уговаривал ФИО1, говорил, что у него день рождения у дочери, и 03 марта 2022 года ФИО1 ответил, чтобы он переводил деньги 7500 рублей за 3 грамма. У него не было безналичных денег. Насколько ему известно, ФИО1 нашел наркотик в 

<

адрес> 03 марта 2022 года он договорился с ФИО1 о передаче наркотика, сообщил об этом сотрудникам полиции, которые приехали к нему на работу, сказал, что ФИО1 согласился привезти ему гашиш. Сотрудники полиции не указывали место встречи, о месте передачи наркотика они договорились с ФИО1 у концерна «...». Он в этот день получил на работе аванс, при встрече передал ФИО1 свои 7500 рублей, тот передал ему наркотик, и их задержали сотрудники полиции, которые за ним следили и видели, как ФИО1 передал ему наркотик. В отделе полиции при понятых у него изъяли гашиш, который ему передал ФИО1 Заявление в отношении ФИО1 он написал в отделе полиции уже после задержания. О том, что идти в полицию ему сказала жена, предложили сказать сотрудники полиции. Но потом он рассказал ей об этом.

В связи с существенными противоречиями, по ходатайству государственного обвинителя с соблюдением требований ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в суде первой инстанции оглашены показания свидетеля А., данные на предварительном следствии, а также в судебном заседании.

Из показаний Ах. на предварительном следствии следует, что он употреблял гашиш, приобретая его у своего знакомого ФИО1 по цене 2500 рублей за один грамм. Под влиянием жены он обратился в правоохранительные органы с целью изобличения ФИО1, в незаконном обороте наркотических средств. 03 марта 2022 года в отделе полиции № 1 он написал заявление, после чего его досмотрели, ничего запрещенного не нашли, выдали ему денежные средства в сумме 7500 рублей, поскольку он договаривался о покупке гашиша массой 3 грамма. В приложении «...» он договорился с ФИО1 о встрече на территории продуктовой базы по адресу: 

<

адрес>. Около 16 часов в этот же день он встретился с ФИО1 напротив базы на остановке общественного транспорта, передал ему деньги в сумме 7500 рублей, а тот передал ему вещество коричневого цвета. Он подал сотрудникам полиции условный сигнал, и их с ФИО1 задержали. В отделе полиции он добровольно выдал наркотическое средство (том № 1 л.д. 193-194). 

Из показаний А. в судебном заседании суда первой инстанции следует, что он употреблял с ФИО1 наркотические средства. 03 марта 2022 года они «списались» с ФИО1 о приобрести у последнего наркотического средства - гашиш за 7500 рублей. Деньги ему привез знакомый на работу. С ФИО1 они договорились встретиться на остановке по 

<

адрес>. Когда он взял наркотик у подсудимого и отдал деньги, их обоих неожиданно задержали. Уже в отделе полиции ему предложили оформить заявление о желании изобличить ФИО1 и о выдаче денежных средств, чтобы он мог избежать уголовной ответственности за незаконный оборот наркотиков. Он согласился и оформил указанные документы «задним числом». Затем он выдал наркотическое средство. Он попал в отдел полиции только после задержания вместе с ФИО1 После предъявления детализации телефонных соединений А. показал, что, действительно, 03 марта 2022 года сначала обратился к сотрудникам полиции с заявлением по изобличению ФИО1, затем было организовано мероприятие по задержанию ФИО1 после покупки у него наркотического средства (гашиш) массой 3 грамма за 7500 рублей. При этом они уже имели договоренность о передаче наркотика 03 марта 2022 года, которую достигли 01 или 02 марта 2022 года. При этом А. подтвердил оглашенные показания, данные им на стадии предварительного расследования, а также содержание переписки с ФИО1 

При повторном допросе в судебном заседании суда первой инстанции А. сообщил, что 27 февраля или 01 марта 2022 года сотрудники полиции сказали ему найти человека, чтобы закупить наркотическое средство, обещали за это «поблажки» и меньший срок наказания по его уголовному делу. 03 марта 2022 года он приехал в отдел полиции, у него спросили, нашёл ли он кого-то, чтобы «закупиться». Супруге он рассказал, что сотрудники полиции предложили ему сотрудничать, и она сказала ему соглашаться. 01 марта 2022 года он написал соседу и ФИО1 с вопросом о приобретении наркотика. То, что писать ФИО1, ему диктовали сотрудники полиции по телефону. Данные ФИО2 он сообщил сотрудникам полиции 02 марта 2022 года. 01 марта 2022 года переписку вёл сам, а 02 марта 2023 года под наблюдением сотрудников. 03 марта 2022 года ему дали аванс 10000 рублей, из которых он передал деньги ФИО1, а 2500 рублей передал коллегам, чтобы перевели его супруге (т. 4 л.д. 19-27, 52-59). 

Оглашенные показания А. не подтвердил, пояснил, что дал такие показания за обещания сотрудников полиции об условном сроке осуждения. А в итоге ему назначили три с половиной года лишения свободы с отбыванием в колонии особого режима. Признает, что вел переписку с ФИО1 до 01 марта 2022 года, в том числе в 2021 году, но она шла о приобретении различных вещей и не касалась наркотических средств.

Анализируя показания свидетеля А., которые он давал в судебном заседании и ходе предварительного следствия, судебная коллегия приходит к выводу, что показания, данные свидетелем в ходе предварительного следствия 04 марта 2022 года, являются достоверными, поскольку они логичны, непротиворечивы, подробны, согласуются не только между собой, но и с другими доказательствами по делу, в том числе и с показаниями ФИО1, признанными судебной коллегией достоверными.

Дальнейшие показания А., в том числе на очной ставке с ФИО1 от 22 апреля 2022 года (том 1 л.д.243-249) являются крайне противоречивыми. С каждым новым допросом свидетель выдвигал новую версию происходящих событий, от того, что их с ФИО1 задержание явилось для него неожиданностью, до участия в оперативно-розыскном мероприятии под давлением сотрудников полиции.

К показания А. после 04 марта 2022 года судебная коллегия относится критично, оценивает их как данными с целью помочь ФИО1 избежать уголовной ответственности за содеянное.

Показания ФИО1 и А., признанные судебной коллегией достоверными, согласуются между собой до деталей и подтверждаются как показаниями свидетелей, так и письменными материалами дела. 

Свидетель Л. в судебном заседании показал, что в 03 марта 2022 года от сотрудников уголовного розыска ему стало известно, что имеется информация о сбытчике наркотических средств ФИО1 и что есть лицо, которое готово быть «закупщиком», то есть приобрести наркотическое средство под контролем сотрудников полиции. Сотрудники уголовного розыска такой информацией не занимались и передали А. ему как старшему группы отдела полиции по контролю за оборотом наркотиков. А. ему передали сотрудники уголовного розыска. Ах. написал заявление, на основании которого было принято решение о проведении оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка». А. сообщил, что ранее неоднократно приобретал наркотические средства у ФИО1, и в совокупности с его заявлением - это явилось основанием для проведения указанного оперативно-розыскного мероприятия. 03 марта 2022 года А. вел переписку с ФИО1 в его присутствии, сообщил о количестве наркотика и о сумме, которую надо заплатить. А. был досмотрен, запрещенных веществ у него не нашли, выдали ему денежные средства, и тот договорился о встрече с ФИО1 на работе А. – на базе по 

<

адрес>. Потом ФИО1 сообщил А., что ждет его на остановке общественного транспорта. Он с другими сотрудниками полиции следил за А., который встретился с ФИО3 и подал условный сигнал. После этого А. и ФИО1 были задержаны. Последний при задержании оказал сопротивление, и к нему была применена физическая сила. В отделе полиции А. выдал наркотик, а у ФИО1 были изъяты денежные средства и сотовый телефон. С А. работали только один день 03 марта 2022 года. Давление на А. сотрудниками полиции не оказывалось, напротив, в начале 2023 года А. стал поднимать вопрос, что ему не хочется садиться в тюрьму, что если ему не помогут, то он перестанет сотрудничать и «сделает хуже». При направлении наркотического средства на исследование материал проверки следователю не передавался. Наркотики на исследование направили после «куспирования» материала, но фактически следствию материалы были переданы уже после получения ими справки об исследовании. 

Суду апелляционной инстанции свидетель Л. показал, что 03 марта 2022 года он, как оперуполномоченный отдела полиции №1 УМВД РФ по г. Екатеринбургу проводил оперативно-розыскное мероприятие «Проверочная закупка» в отношении ФИО1 Основанием для проведения такого мероприятия послужило заявление закупщика А. Такое заявление за время его работы в полиции никогда не регистрировалось в КУСП, но по нему должна быть проведена оперативная проверка, и она была проведена. Ах. добровольно изъявил желание участвовать в ОРМ «Проверочная закупка». Ему А. передали сотрудники уголовного розыска, пояснив, что у А. имеется интересная информация. На момент проведения ОРМ он не знал, что А. привлекается к уголовной ответственности. Перед проведением мероприятия он доложил об этом руководителю оперативного подразделения Б. Затем было составлено постановление о проведении ОРМ «Проверочная закупка». В постановлении не указано, в отношении какого лица проводится это мероприятие. Исходя из практики, поскольку зачастую неизвестны точные данные лица, в отношении которого проводится мероприятие, называть его могут по-разному, и чтобы не было путаницы, они перестали указывать в таких постановлениях известные им данные лица, в отношении которого проводится ОРМ. Была указана фамилия закупщика, а в заявлении последнего имелось указание на то, у кого проводится «Проверочная закупка». В постановлении о проведении оперативно-розыскного мероприятия указано два адреса, но фактически одно место. Закупщик работал на базе с адресом: 

<

адрес>, а напротив находится аналогичная оптовая база с адресом: 

<

адрес>. Окончательно не понимали, где будет окончание мероприятия, поэтому указали два адреса. В ходе проведения ОРМ место встречи закупщика и ФИО1, действительно, поменялось. Задержание происходило ближе к Октябрьскому административному району г. Екатеринбурга. После задержания ФИО1 и А. их доставили в отдел полиции, где последний добровольно выдал наркотическое средство, приобретенное у ФИО1 Что касается направления наркотического средства на исследование, то несколько лет назад оперативным сотрудникам запретили направлять наркотики самим на исследование, для этого нужно привлекать следователя из следственно-оперативной группы. При задержании стало понятно, что ФИО1 находится в состоянии опьянения. В ходе ОРМ они могут выявить и административное правонарушение, о чем составить отдельный рапорт. В протоколе личного досмотра А. среди прочего указано, что досмотр проводится в соответствии с КоАП РФ, но это по ошибке, взяли не тот бланк. По результатам ОРМ он составил рапорты, в которых ошибочно указал, что в действиях ФИО1 усматриваются признаки административного правонарушения. Номер статьи – 228.1 он указал верно, а ссылки на «КоАП РФ» и на «административное правонарушение» остались из рапорта о том, что в действиях ФИО1 усматриваются признаки административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.9 КоАП РФ, поскольку ФИО1 отказался от прохождения медицинского освидетельствования. По поводу данных опечаток он никаких исправлений не вносил, объяснений начальнику не писал.

Свидетель См. в суде первой инстанции показал, что является оперуполномоченным отдела полиции №1 УМВД России по г. Екатеринбургу, находится в подчинении заместителя начальника отдела полиции по оперативной работе. 03 марта 2022 года в отдел полиции обратился А., который сообщил, что у него есть знакомый, который занимается сбытом наркотиков, и у которого он ранее приобретал наркотические средства. А. написал соответствующее заявление. Сначала с А. общался Л. Было организовано проведение оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка». Информации, сообщенной А., было достаточно для проведения этого оперативного мероприятия, поскольку со слов А. у него уже была договоренность о приобретении наркотика, его массе и стоимости. Оперативно-розыскные мероприятия у них не регистрировались, это законом не предусмотрено. Дело оперативного учета в данном случае не заводится. А. досмотрели, выдали денежные средства в размере 7500 рублей. ФИО1 задержали после передачи наркотика по адресу: 

<

адрес>. ФИО1 и А. были доставлены в отдел полиции. ФИО1 при задержании оказал сопротивление, и к нему была применена физическая сила и спецсредства - наручники. В ходе их личного досмотра у ФИО1 были изъяты денежные средства, телефон, гашиш, а у А. - гашиш, который ему передал ФИО1 за 7500 рублей. Вещества, выданные закупщиком и изъятые у ФИО1, были направлены на исследование дежурным следователем. Кроме того, им проводился осмотр телефона ФИО1 Поскольку сразу не имелось возможности распечатать фототаблицу, она была распечатана и направлена позднее. 

Свидетель Абд. в суде первой инстанции показал, что его как сотрудника полиции привлекали для участия в оперативно-розыскном мероприятии «Проверочная закупка» в марте 2022 года. У его коллег из отдела полиции № 1 имелась информация о причастности ФИО1 к незаконному сбыту наркотических средств, и был человек, готов изобличить ФИО1 и участвовать в качестве закупщика наркотических средств. Закупщика досмотрели, выдали ему денежные средства, о чем составили протоколы. После этого направились к месту встречи закупщика и ФИО1 Последний передал закупщику вещество. Что конкретно передается, он не видел, но видел момент передачи. После этого ФИО1 и закупщика задержали, доставили в отдел полиции. У закупщика изъяли наркотик, а у ФИО1 изъяли вещество, и также обнаружили денежные средства. 

Свидетель Ист. в суде первой инстанции показал, что весной 2022 года являлся сотрудником отдела полиции №7 и про просьбе сотрудников отдела полиции №1 участвовал в проведении оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка». Он с группой сотрудников выезжал на место задержания. После того, как закупщик подал условный знак, задержали и доставили в отдел полиции ФИО1 и закупщика. Место встречи со сбытчиком сначала было назначено на торговой базе на 

<

адрес>, потом было перенесено на остановку общественного транспорта. В отделе полиции закупщик выдал полученное вещество, а у подсудимого были изъяты денежные средства с проверочной закупки. 

Свидетель Гр. в суде первой инстанции показал, что 03 марта 2022 года он по просьбе сотрудников полиции участвовал понятым в отделе полиции при личном досмотре ФИО1 и «закупщика». В досмотрах принимал участие и второй понятой. При досмотре закупщик выдал вещество. У ФИО1 изъяли денежные средства. По результатам досмотра составили протоколы, которые он прочитал и подписал. Протоколы соответствовали тем действиям, которые были произведены.

В суде апелляционной инстанции свидетель Ц. показал, что 03 марта 2022 года он находился на дежурстве в составе следственно-оперативной группы. В состав группы входит и оперуполномоченный. В оперативно-розыскных мероприятиях он не участвовал. О том, что в тот день проводилось оперативно-розыскное мероприятие в отношении ФИО1 он узнал только тогда, когда ФИО1 был задержан и доставлен в отдел полиции. В отделе полиции по указанию руководства изъятые наркотические средства на исследование направляются только следователем, а не оперативным сотрудником. В дежурные сутки в книге учета сообщений о преступлениях был зарегистрирован рапорт оперуполномоченного Л. КУСП-3363 о том, что в ходе оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка» задержан ФИО1, в ходе личного досмотра которого изъято вещество. Данное вещество нужно было направить на исследование, и он как участник следственно-оперативной группы выписал так называемое «отношение», в котором указал, что основанием для направления вещества на исследование является рапорт КУСП-3363. Также в его дежурные сутки был зарегистрирован рапорт оперуполномоченного Л. КУСП-3362 о том, что в ходе оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка» задержан ФИО1, который сбыл наркотическое средство А. Он также направил на исследование вещество, выданное А. В «отношении» указал, что вещество было выдано в рамках оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка», основанием для направления вещества на исследование указал рапорт КУСП-3362. Почему в одном «отношении» он указал про оперативно-розыскное мероприятие, а в другом – нет, пояснить затрудняется. Направляя наркотические средства на исследование, он не разбирался, закончены ли оперативно-розыскные мероприятия в отношении ФИО1, но тот уже был задержан и фактические мероприятия не проводились. Справки об исследовании он не получал, так как результаты исследований были готовы, скорее всего, когда его дежурство было окончено. Как получилось, что справки об исследовании были указаны в постановлении о предоставлении результатов ОРД, он не знает, но в оперативно-розыскных мероприятиях он не участвовал, направлял наркотики на исследование в рамках Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, так как имело место зарегистрированное сообщение о преступлении – КУСП-3362 и КУСП-3363. Более по данному делу никаких проверочных мероприятий он не проводил, уголовное дело не возбуждал, а принял его к своему производству уже позднее. До этого ни с ФИО1, ни с А. знаком не был. При производстве предварительного следствия он осматривал телефон ФИО1, составлял соответствующий протокол от 19 апреля 2022 года. При осмотре телефона он использовал ноутбук, который подключил к телефону с помощью кабеля. В протоколе он не указал об этом по ошибке. При осмотре телефона он сразу переместил в папку «избранное» всю переписку ФИО1 с А. для удобства. Поэтому напротив сообщений появились «звездочки», до этого их не было. Затем он при осмотре указанной переписки создавал скриншоты экрана на телефоне, которые по кабелю передавал на ноутбук, с которого потом и распечатывал фотографии. Ничего в переписку он не добавлял, полагает, что это технически невозможно.

В суде апелляционной инстанции свидетель Б. показал, что в марте 2022 года он находился в должности заместителя начальника отдела полиции №1 УМВД РФ по г. Екатеринбургу. В его функциональные обязанности входило руководство полицией, то есть в его подчинении находились оперативные сотрудники, в том числе оперуполномоченные, составляющие группу по борьбе с преступлениями, связанными с наркотиками. Таких оперуполномоченных было 3 человека. Среди них был старший, но кто именно, он сейчас не помнит. До 2023 года такие оперуполномоченные входили в штат отдела полиции, подчинялись непосредственно ему, потом их перевели в подчинение управления МВД г. Екатеринбурга. Сейчас решается вопрос о том, чтобы обратно подчинить их руководителям городских отделов полиции. В его должностные обязанности на период марта 2022 года входило санкционирование оперативно-розыскных мероприятий, а также он был уполномочен передавать органам следствия материалы оперативно-розыскной деятельности, подписывать соответствующие постановления. Кроме того, он на тот момент временно исполнял обязанности начальника отдела полиции №1 УМВД РФ по г. Екатеринбургу Бл. Сотрудники отдела могли написать рапорт на имя начальника Бл., но он поступал в работу ему, так как он временно исполнял его обязанности. По данному делу им было санкционировано проведение оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка» в отношении ФИО1 03 марта 2022 года им подписано соответствующее постановление после того, как оперуполномоченный доложил ему об обстановке и основаниях проведения такого мероприятия. В постановлении, действительно указано два адреса места, где планировалось проведение ОРМ: 

<

адрес> и 

<

адрес>. Сделано это было, поскольку это две рядом расположенные базы, то есть, фактически одно место через дорогу друг от друга. По какой причине в постановлении о проведении ОРМ «Проверочная закупка» не указано конкретное лицо, в отношении которого проводилось мероприятие, а также какие денежные средства выделены и кому, он пояснить не может. 

Оснований не доверять показаниям сотрудников полиции у судебной коллегии не имеется, поскольку они согласуются между собой и соответствуют письменным материалам дела.

Вопреки мнению защиты и осужденного, судебная коллегия не находит существенных нарушений при проведении в отношении ФИО1 оперативно-розыскных мероприятий, которые влекли бы признание доказательств недопустимыми.

В соответствии с постановлением от 03 марта 2022 года было решено провести оперативно-розыскное мероприятие «Проверочная закупка» по адресам: 

<

адрес> и 

<

адрес>, а при необходимости и за пределами Кировского административного района г. Екатеринбурга. Из постановления следует, что оперативно-розыскное мероприятие необходимо провести в связи с поступлением заявления А. в целях выявления лиц, причастных к незаконному обороту наркотических средств в соответствии со ст. 2 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (том 1, л.д. 25).

Из заявления А. от 03 марта 2022 года на имя начальника отдела полиции №1 Бл. следует, что он добровольно желает изобличить в незаконном обороте наркотиков своего знакомого ФИО1, который распространяет гашиш по цене 2500 рублей за один грамм (том 1, л.д. 24).

Несостоятельными являются доводы защиты о том, что поскольку заявление не зарегистрировано, нельзя сделать однозначный вывод, что заявление было написано А. 03 марта 2022 года.

По мнению судебной коллегии, заявление А. необходимо рассматривать в совокупности со всеми документами, составленными при проведении оперативно-розыскного мероприятия. Сопоставляя эти документы, судебная коллегия приходит к выводу, что А. обратился с указанным заявлением именно 03 марта 2022 года.

По мнению судебной коллегии, у сотрудников полиции имелись основания для проведения оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка в отношении ФИО1

Основаниями для проведения оперативно-розыскных мероприятий в силу п. 1 ч. 2 ст.7 Федерального закона Российской Федерации от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» являются ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Постановление от 03 марта 2022 года о проведении оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка» хоть и не содержит конкретного указания на лицо, в отношении которого проводится такое мероприятие, но содержит указание на заявление А., и в совокупности с таким заявлением у судебной коллегии не возникает сомнений что оперативное мероприятие планировалось именно в отношении ФИО1 Постановление составлено и утверждено уполномоченными лицами, соответствует требованиям, предъявляемым к процессуальным документам, вынесено в соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

По мнению судебной коллегии, ошибочны доводы защиты о том, что у сотрудников полиции не имелось оснований для проведения оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО1, и одно лишь заявления А., желающего выступить «закупщиком», для этого было недостаточно.

Как следует из материалов дела, основанием для проведения такого оперативно-розыскного мероприятия послужило не только заявление А., но и сообщенные им сведения о том, что он неоднократно приобретал наркотические средства у ФИО1

Такая информация была проверяемой, подтвердилась по результатам проведения оперативно-розыскного мероприятия, и судебная коллегия приходит к убеждению, что оперативное-розыскное мероприятие «Проверочная закупка» проводилось с целью изобличения ФИО1, документирования его преступной деятельности, а не в поисковых целях, и провокации в отношении ФИО1 не допущено.

Доводы защитника о том, заявление А. об участии в «Проверочной закупке» должно было регистрироваться в книге учета сообщений о преступлениях, равно как и необходимость регистрации самого оперативно-розыскного мероприятия, не основаны на законе, который таких требований не содержит. Регистрация как сообщения о преступлении заявления лица, желающего изобличить сбытчика наркотиков и участвовать в оперативно-розыскном мероприятии, противоречит самой сути оперативно-розыскной деятельности и делала бы ее невозможной.

Показания свидетеля Ах., которые судебная коллегия признала достоверными, о мотивах и обстоятельствах своего участия в оперативно-розыскном мероприятии «Проверочная закупка», его переписка с ФИО1, предшествующая 01 марта 2022 года, приводят судебную коллегию к убеждению, что участие свидетеля в указанном мероприятии не являлось вынужденным, и в отношении ФИО1 не допущено провокации. Умысел на незаконный сбыт наркотического средства у ФИО1 сформировался самостоятельно.

При таких обстоятельствах, несостоятельными являются доводы защиты, что для выяснения мотивов участия необходим допрос супруги А.

Ход и результаты оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка» отражены в письменных материалах, составленных 03 марта 2022 года, и подтверждаются:

- протоколами личного досмотра А. до и после добровольной выдачи им наркотического средства, приобретенного у ФИО4, в ходе которых у него запрещенных предметов и денежных средств обнаружено не было;

- протоколом осмотра и выдачи денежных средств для проведения «Проверочной закупки», согласно которому А. выданы четыре денежные купюры достоинством: 5000 рублей — 1 шт., 1000 рублей — 2 шт., 500 рублей — 1 шт.;

- протоколом добровольной выдачи предметов и веществ, свободная реализация которых запрещена, согласно которому в отделе полиции по адресу: 

<

...>, А. добровольно выдал комкообразное вещество коричневого цвета, который был изъят и упакован в бумажный конверт;

- протоколом личного досмотра ФИО1, согласно которому у ФИО1 изъяты денежные средства, совпадающие по номиналу, серии и номерам с теми, что были выданы ФИО1, а также сотовый телефон «Samsung» и комкообразное вещество коричневого цвета.

Доводы осужденного и защитника, а также показания А. о том, что материалы ОРМ были оформлены «задним числом» после задержания ФИО1 и А. опровергаются показания понятых.

Так, свидетели Л. и М. в судебном заседании суда первой инстанции показали, что в 2022 году они принимали участие понятыми при личном досмотре мужчины. Они поняли, что проводится мероприятие по проверочной закупке наркотических средств. При них досмотрели мужчину, у которого ничего запрещенного не нашли. Затем этому мужчине выдали денежные средства, которые откопировали. Досматриваемый мужчина никаких жалоб не высказывал. При этом составили протоколы, в которых все было верно отражено. В судебном заседании суда первой инстанции свидетелям представили протоколы личного досмотра и выдачи денежных средств в томе №1 на л.д.27-28, 29-30, и свидетели подтвердили содержание протоколов и принадлежность своих подписей. Свидетель Л. также пояснил, что указанные действия проводились в обеденное время и время, указанное в составленных протоколах соответствует действительности.

Недостатки протокола осмотра и выдачи денежных средств, в котором не указанные данные понятых Л. и М., при том, что свидетели подтвердили свое участие в данном мероприятии, а также содержания протоколов и свои подписи, по мнению коллегии являются несущественными.

Недостатки протоколов личного досмотра ФИО1 и А., в которых среди оснований для их проведения указаны нормы Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, также, по мнению судебной коллегии, не влекут их незаконность, поскольку никто не оспаривает, что указанные действия проводились в рамках оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка», и в них также имеется ссылка на ст. 6 Федеральный закон от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Результаты оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка» отражены в соответствующей справке от 04 марта 2022 года, согласно которой, в ГКОН отдела полиции № 1 УМВД РФ по г. Екатеринбургу имеется оперативная информация о причастности ФИО1 к незаконному обороту наркотических средств. В ходе оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка» 03 марта 2022 года в 16 часов 20 минут по адресу: 

<

адрес> ФИО1 был задержан и доставлен в отдел полиции № 1 УМВД России по г. Екатеринбургу, где в ходе личного досмотра у него были обнаружены и изъяты денежные средства в сумме 7500 рублей, которые использовались при проведении оперативно - розыскного мероприятия «Проверочная закупка», а также сотовый телефон «Samsung», комкообразное веществом темно-коричневого цвета. А., который участвовал в оперативно-розыскной мероприятии «Проверочная закупка» в качестве «закупщика» добровольно выдал комкообразное вещество темно-коричневого цвета, которое ему передал ФИО1 за 7500 рублей (том 1, л.д. 26).

Результаты оперативно – розыскного мероприятия «Проверочная закупка» в отношении ФИО1, с участием А., проведенного 03 марта 2022 года, оформлены и предоставлены органу следствия в соответствии с требованиями закона постановлением от 04 марта 2022 года о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности.

Вопреки доводам осужденного и защитника, судебная коллегия не усматривает существенных нарушений Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд, утвержденной Приказом МВД России №776.

Несостоятельными являются доводы защитника и осужденного о том, что решение о проведении оперативно-розыскного мероприятия и предоставление следствию его результатов произведено ненадлежащим должностным лицом.

В соответствии с п.п. 13 п. 9 Типового положения об отделе (отделении, пункте) полиции территориального органа Министерства внутренних дел Российской Федерации на районном уровне, утвержденного Приказом МВД России от 01 сентября 2017 года № 690, отдел (отделение, пункт) полиции, реализуя на территории обслуживания задачи и полномочия органов внутренних дел, в том числе, участвует в пределах компетенции в осуществлении контроля за оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров и осуществляет меры по противодействию их незаконному обороту.

Таким образом, в задачи и полномочия отдела полиции № 1 УМВД РФ по г. Екатеринбургу входит вопрос контроля за оборотом наркотических средств.

Судебной коллегией допрошен Б., который на период 03-04 марта 2022 года являлся заместителем начальника отдела полиции №1 УМВД РФ по г. Екатеринбугру, в должностные полномочия которого входили вопросы криминальной полиции, и в непосредственном подчинении которого находилась группа по контролю за оборотом наркотиков, старшим в которой был оперуполномоченный Л.

Именно Б. был уполномочен санкционировать проведение оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка» и предоставить следствию результаты оперативно-розыскной деятельности.

Указанным постановлением о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности следствию представлен также протокол осмотра предметов, а именно сотового телефона «Samsung», изъятого у ФИО1

Как указано в протоколе, смотр проведен оперуполномоченным См. в соответствии с нормами Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (том 1, л.д.53-60).

Вместе с тем, поручений о производстве указанного действия в рамках Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации оперуполномоченный См. не имел, осмотр проводился в рамках оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка», представлен следствию со всеми материалами ОРД, и судебная коллегия приходит к выводу, что оперуполномоченным См. фактически проведено «Исследование предметов» в рамках Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», и признает указанный протокол осмотра сотового телефона допустимым доказательством.

То обстоятельство, что фототаблица к протоколу осмотра телефона (том 1, л.д. 61-103) была направлена позднее, а именно 05 марта 2022 года, объяснено свидетелем Б. в суде апелляционной инстанции отсутствием для этого на период 03 марта 2022 года технической возможности, и судебная коллегия признает такую причину уважительной.

Из указанного протокола осмотра сотового телефона ФИО1 следует, что осмотрена переписка между ФИО1 и А., которая велась в период с 01 марта 2022 года до момента задержания 03 марта 2022 года в приложении «...», из которой следует, что еще 01 марта 2022 года на вопрос А., будут ли у него «варианты» на третье число, ответил, что «будет, скорее всего», и ответ ФИО1 точно даст 02 или 03 марта 2022 года. Далее А. и ФИО1 обсуждают условия передачи наркотического средства.

Результаты оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка» подтверждены доказательствами, полученными уже процессуальным путем в ходе предварительного следствия: протоколом осмотра предметов от 22 апреля 2022 года, согласно которому осмотрены конверты, в которые были упакованы наркотические средства, целостность упаковки не нарушена (том 1 л.д. 128-130); протоколом осмотра предметов от 20 апреля 2022 года, согласно которому осмотрены денежные средства, изъятые у ФИО1 в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка» (том 1, л.д. 181-186).

Данные осмотра сотового телефона ФИО1, полученные в период проведения оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка» проверены и подтверждены в период предварительного следствия, а потом и в суде первой инстанции.

Так, согласно протоколу осмотра предметов от 19 апреля 2022 года, осмотрен сотовый телефон «Samsung», изъятый у ФИО1, в котором в приложении «...» имеется переписка между ФИО1 (

<

№>) и А. (

<

№>) за период с 30 сентября 2021 года по 03 марта 2022 года, в течение которого абоненты общаются, в том числе, по вопросам приобретения А. наркотического средства; из переписки следует, что до 01 марта 2022 года А. обращался к ФИО1 по вопросам приобретения наркотического средства 30 декабря 2021 года, 03 января 2022 года, всякий раз достигалась договоренность о приобретении наркотического средства; в папке «Галерея» имеются фотографии участков местности, отредактированные в приложении «...», с точками указывающими на определенное место на фотографии, с указанием географических координат (том 1, л.д. 134-177).

Из заключения эксперта от 25 августа 2023 года № 5259, полученного в суде первой инстанции, следует, что в сотовом телефоне ФИО1 «Samsung» имеется переписка в приложении «...» между ФИО1 (

<

№>) и А. (

<

№>), период и содержание которой соответствуют данным протокола осмотра предметов от 19 апреля 2022 года (том 5, л.д. 159-250, том 6 л.д. 1- 63).

Несмотря на то, что из заключения эксперта следует, что дата на телефоне ФИО1 не соответствовала текущей, при осмотре телефона следователем Ц. время, отражаемое телефоном, соответствовало времени проведения следственного действия.

Вопреки доводам защитника, судебная коллегия не усматривает нарушений при назначении судом первой инстанции компьютерно-технической экспертизы.

Анализируя доказательства, касающиеся осмотра сотового телефона, изъятого при личном досмотре ФИО1, судебная коллегия приходит к убеждению, что осмотренная переписка между А. и ФИО1 имелась в телефоне на момент его изъятия у ФИО1, и по делу не допущено фальсификации.

Содержание перечисленных протоколов осмотра телефона не оставляют сомнений, что телефон осужденного надлежащим образом упаковывался. Доводы защитника о том, что сотрудники полиции получили незаконный доступ к телефону ФИО1, являются необоснованными.

Несмотря на заявления осужденного о том, что до 01 марта 2022 года в приложении «...» у него не имелось переписки с А., последний не отрицал ее существование даже в судебном заседании, заявлял лишь, что она не касалась наркотических средств.

Сопоставляя данные осмотров сотового телефона с показаниями А. и ФИО1, которые судебная коллегия признала достоверными, судебная коллегия приходит к выводу, что до 01 марта 2022 года между указанными лицами велась переписка как бытового характера, так и касающаяся вопросов приобретения наркотических средств А. у ФИО1 

При всех исследованиях в телефоне ФИО1 была обнаружена одна и та же переписка. Пометка сообщений «звездочкой», означающей добавление сообщений в папку «Избранное» объяснено свидетелем Ц., который подробно объяснил процедуру осмотра им телефона ФИО1, что именно он для удобства и сохранности переместил всю переписку ФИО1 и А. в папку «Избранное», откуда уже делал скриншоты к фототаблице.

Анализ переписки А. и ФИО1 приводит также судебную коллегию к выводу, что до 01 марта 2022 года А. неоднократно обращался к ФИО1 по вопросам приобретения наркотического средства гашиш за 2500 рублей за 1 грамм, в том числе, 30 декабря 2021 года, 03 января 2022 года. Всякий раз между ними достигалась договоренность о приобретении А. наркотического средства. Общение по вопросу приобретения наркотического средства происходило однотипно. А. спрашивал о наличии наркотика, ФИО1 сообщал о том, сколько есть, А. просил оставить определенное количество и говорил когда заберет.

Такая переписка, во-первых, подтверждает объективно показания свидетеля А., которые судебная коллегия признала достоверными, во-вторых, подтверждает наличие у полиции оснований для проведения в отношении ФИО1 оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка», и, в-третьих, приводит судебную коллегию к убеждению, что диалог между А. и ФИО1 01-03 марта 2022 года носил обыденный характер, и ФИО1 был готов сбыть А. наркотическое средство.

Кроме того, характер и содержание переписки ФИО1 и А. опровергает позицию осужденного о том, что он оказывал помощь в приобретении наркотического средства. Переписка осужденного с А., обстоятельства задержания ФИО1, изъятие у него самого аналогичного наркотика приводит к выводу, что ФИО1 действовал с целью сбыта по ранее имевшейся схеме, в которой фигурировали определенный наркотик, его масса и цена – гашиш, два или три грамма, по цене 2500 рублей за один грамм.

Обнаружение наркотика у ФИО1 опровергает его версию о том, что он лишь приобретал наркотик для ФИО1 массой 3 грамма.

Отношения А. и ФИО1, переписка характер их общения опровергают доводы осужденного и защитника о том, что А. давил на ФИО1, уговаривал и провоцировал его на продажу наркотика под воздействием сотрудников полиции.

Вопреки доводам защиты, по мнению судебной коллегии, заключение специалиста от 18 мая 2023 года № 4/97и-23, представленное защитником не опровергает выводов судебной коллегии о виновности ФИО1, напротив, подтверждает их. Так специалист С. пришла к выводу, что А. и ФИО1 осуждают аккаунт на «...», обсуждают приобретение А. «...» у ФИО1, при этом пытаются скрыть от третьих лиц предмет их речи, пользуются сокращениями, не очевидными для стороннего читателя.

То обстоятельство, что А. выступал инициатором всех микротем разговоров, в совокупности с другими доказательствами по делу, не позволяет сделать вывод, что А. склоняет ФИО1 с продаже наркотика. Анализируя все доказательства по делу в их совокупности, судебная коллегия приходит к выводу, что общение ФИО1 и А. носило обыденный характер, не отличалось существенно от ранее состоявшихся диалогов.

Доводы защиты об активном участии сотрудников полиции в переписке А. опровергаются и детализацией телефонных соединений абонентского номера А. (

<

№>), согласно которой, в период с 01 по 03 марта 2022 года его соединения регистрировались различными базовыми станциями г. Екатеринбурга, в том числе, не по месту нахождения отдела полиции № 1 УМВД России по г.Екатеринбургу (том 4, л.д. 257-261).

При таких обстоятельствах, по мнению судебной коллегии, мотивы участия А. в «Проверочной закупке» значения не имеют, как и то обстоятельство, что он привлекался к уголовной ответственности в том же отделе полиции. Привлечение А. самого к уголовной ответственности не порочит его участие в оперативно-розыскном мероприятии «Проверочная закупка»

Относительно доводов защиты о неправомерности участия в оперативно-розыскном мероприятии, а потом и при расследовании уголовного дела следователя Ц., судебная коллегия приходит к следующему.

Закон, действительно, признает недопустимым участие одного и того же должностного лица как в проведении предварительного расследования по уголовному делу, так и в осуществлении по нему оперативно-розыскной деятельности (ч. 2 ст. 41 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, Определения Конституционного Суда РФ от 22 апреля 2005 года № 207-О, от 28 января 2016 года № 22-О). 

Вместе с тем, анализируя доказательства по делу в их совокупности, судебная коллегия приходит к выводу, что следователь Ц. не участвовал в оперативно-розыскных мероприятиях в отношении ФИО1

Из взаимосвязанных показаний сотрудников полиции Л. и Ц., оснований не доверять которым у судебной коллегии не имеется, следует, что 03 марта 2022 года следователь Ц. входил в состав следственно-оперативной группы, по сложившейся практике направлял изъятое наркотическое средство на исследование только дежурный следователь, который мог действовать только по зарегистрированному сообщению о преступлении. Уже после проведения непосредственно «Проверочной закупки», после задержания и доставления в отдел полиции ФИО1 и А. для проведения исследования веществ, изъятых у них, оперуполномоченным Л. составлены рапорты, зарегистрированные в КУСП-3362 и КУСП-3363 (том 1 л.д., 23, 40). В первом рапорте отражены сведения о сбыте ФИО1 вещества растительного происхождения А., а во втором – сведения об изъятии комкообразного вещества у самого ФИО1

Ошибки, допущенные при составлении указанных рапортов, в том числе, ссылки на Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях, судебная коллегия признает техническими ошибками, не влияющими на суть процессуальных документов, не искажающими их смысл.

Отсутствие в одном «Отношении», подписанном следователем Ц., сведений о проведении оперативно-розыскного мероприятия, не создает неопределенности, не ставит под сомнение вопрос законности направления изъятых веществ на исследование.

Получив сведения о регистрации сообщений о преступлениях КУСП-3362 и КУСП-3363, об изъятии веществ, следователь Ц. направил их на исследование соответствующими «Отношениями», в которых сослался на указанные номера КУСП.

Из показаний Ц., а также Л. также следует, что следователь не получал соответствующие справки об исследовании. Они были переданы следствию соответствующим постановлением о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности от 04 марта 2022 года.

При таких обстоятельствах, по мнению судебной коллегии, следователь Ц. мог приступить к расследованию уголовного дела в отношении ФИО1

Согласно справке о предварительном исследовании от 03 марта 2022 года № 955, комкообразное вещество коричневого цвета, приобретенное А. у ФИО1 в ходе «Проверочной закупки» является наркотическим средством – гашиш (анаша, смола каннабиса), массой 2,85 грамма, что образует значительный размер (том 1, л.д. 36).

Сведения справки об исследовании подтверждены заключением эксперта от 08 апреля 2022 года № 2540 (том 1, л.д. 110-113).

Согласно справке о предварительном исследовании от 03 марта 2022 года № 956, комкообразное вещество коричневого цвета, изъятое у ФИО1 в ходе личного досмотра, также является наркотическим средством – гашиш (анаша, смола каннабиса), массой 1,09 грамма, что не образует значительного размера (том 1 л.д. 42).

Органами предварительного следствия ФИО1 обвинялся в совершении преступления с квалифицирующим признаком - «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»).

Вместе с тем, обстоятельства дела таковы, что ФИО1 и А, договорились о передаче наркотика из рук в руки, приобрел наркотическое средство ФИО1 также без использования Интернета и мобильного телефона, и, по мнению судебной коллегии, ФИО1 не выполнял объективную сторону преступления с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), указанный квалифицирующий признак подлежит исключению из обвинения.

Действия ФИО1 судебная коллегия квалифицирует по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации как незаконный сбыт наркотических средств, совершенный в значительном размере.

Оснований для проведения в отношении ФИО1 судебной психиатрической экспертизы судебная коллегия не находит, поскольку из материалов дела следует, что на учете нарколога и психиатра он не состоит, в ходе судебного разбирательства сомнений в психическом состоянии ФИО1 у судебной коллегии не возникло, тот активно участвовал в рассмотрении дела, задавал вопросы участникам, в соответствии с избранной им позицией защиты отвечал на вопросы суда первой инстанции и судебной коллегии. 

Обсуждая вопрос об избрании вида и размера наказания, судебная коллегия в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43 и 60 Уголовного кодекса Российской Федерации учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, конкретные обстоятельства совершения преступлений, а также личность ФИО1, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи. 

ФИО1 совершил особо тяжкое, оконченное преступление против здоровья населения в сфере незаконного оборота наркотических средств.

В качестве данных о личности подсудимого судебная коллегия принимает во внимание, что ФИО1 не судим, имеет постоянное место жительства, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, характеризуется положительно, оказывает помощь родственникам, проходил военную службу в Вооруженных Силах РФ.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств судебная коллегия учитывает: в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации активное способствование раскрытию и расследованию преступления, что выразилось в даче признательных показаний об обстоятельствах совершенного преступления, в написании явки с повинной после задержания, в которых он сообщил о совершенном преступлении, а также в сообщении пароля от телефона, что позволило его осмотреть.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации судебная коллегия признает в качестве смягчающих наказание обстоятельств состояние здоровья осужденного и его родственников, оказание им помощи.

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств не установлено, и при назначении наказания судебная коллегия применяет правила ч.1 ст.62 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание тяжесть и конкретные обстоятельства совершения преступления, с учетом всех приведенных обстоятельства, судебная коллегия приходит к выводу, что ФИО1 невозможно применить более мягкое наказание, чем лишения свободы, которое является безальтернативным за совершенное преступление.

Оснований для назначения дополнительных видов наказаний в виде штрафа и ограничения свободы судебная коллегия не усматривает.

Судебная коллегия не усматривает также каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью ФИО1, его поведением во время или после совершения преступления, а также иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, дающих основание для применения положений ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Кроме того, с учетом фактических обстоятельств дела и данных о личности осужденного судебная коллегия не усматривает оснований для изменения категории совершенного преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации, не усматривает оснований для применения ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Определяя вид исправительного учреждения, судебная коллегия руководствуется требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации. Наказание ФИО1 в виде лишения свободы надлежит отбывать в исправительной колонии строгого режима.

ФИО1 фактически задержан 03 марта 2022 года, 06 марта 2022 года в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, которая действовала по 28 апреля 2022 года. 28 апреля 2022 года мера пресечения ФИО1 изменена на домашний арест, который действовал по 20 ноября 2022 года, а также с 23 по 27 ноября 2022 года. 28 ноября 2022 ФИО1 приговором суда был взят под стражу, после чего мера пресечения в отношении него не изменялась.

Период нахождения ФИО1 под стражей подлежит зачету в срок лишения свободы в соответствии с ч. 3.2 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации, а период его нахождения под домашним арестом – в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации вещественными доказательствами по делу следует распорядиться следующим образом: 

- вещество, содержащее наркотическое средство гашиш (анаша, смола каннабиса), массой 2,73 грамма и 1,02 грамма, хранящееся камере хранения УМВД России по г. Екатеринбургу (квитанция №567), хранить до принятия решения по выделенному уголовному делу в отношении неустановленного соучастника,

- конверт с денежными средствами в размере 7500 рублей переданный на ответственное хранение свидетелю Л. – передать по принадлежности,

- сотовый телефон сотовый телефон «Samsung S21» в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 104.1 Уголовного кодекса Российской Федерации подлежит конфискации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.16, 389.18, п.3 ч.1 ст.389.20, ст.ст.389.23, 389.28 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

П Р И Г О В О Р И Л А:

приговор Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга от 23 октября 2023 года в отношении ФИО1 отменить, вынести по делу новый апелляционный приговор. 

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок ВОСЕМЬ лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть на основании ч. 3.2 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации в срок наказания ФИО1 время его содержания под стражей с 03 марта 2022 года по 28 апреля 2022 года, с 28 ноября 2022 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, а так же время домашнего ареста с 29 апреля 2022 года по 20 ноября 2022 года, с 23 ноября 2022 года по 27 ноября 2022 года, на основании ч. 3.4 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Вещественными доказательствами распорядиться следующим образом:

- вещество, содержащее наркотическое средство гашиш (анаша, смола каннабиса), массой 2,73 грамма и 1,02 грамма, хранящееся камере хранения УМВД России по г. Екатеринбургу (квитанция №567), - хранить до принятия решения по выделенному уголовному делу в отношении лица, сбывшего наркотическое средство ФИО1; 

- конверт с денежными средствами в размере 7 500 рублей переданный на ответственное хранение свидетелю Л. – передать по принадлежности;

- сотовый телефон «Samsung S21» - конфисковать и обратить в доход государства.

Апелляционную жалобу и дополнениям к ней адвоката СимкинаВ.В. в защиту осужденного ФИО1, – оставить без удовлетворения, апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора Октябрьского района г.Екатеринбурга Сидоренко П.В., - удовлетворить частично.

Апелляционный приговор вступает в законную силу со дня провозглашения, может быть обжалован в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня получения копии апелляционного приговора, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в г. Челябинске. В случае подачи кассационных жалобы, представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий И.Л. Русанова 

Судьи: А.В. Забродин

С.Ю. Усатова