РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

г. Старый Оскол 30 марта 2017 года

ул. Комсомольская, 48 а

Судья Старооскольского городского суда Белгородской области 

Бурлака О.А., 

с участием:

представителя заявителя ФИО1, действующей на основании доверенности от 29.03.2017 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу генерального директора МУП «

<

данные изъяты>» ФИО2 

<

данные изъяты> на постановление заместителя руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы по Белгородской области №163 от 22.09.2016 года о привлечении должностного лица ФИО2 

<

данные изъяты> к административной ответственности по ч.1 ст. 14.32 Кодекса РФ об административных правонарушениях, 

УСТАНОВИЛ:

Постановлением заместителя руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы по Белгородской области №163 от 22.09.2016 года должностное лицо – генеральный директор МУП «

<

данные изъяты>» ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.14.32 КоАП РФ, с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Не согласившись с принятым решением, генеральный директор МУП «

<

данные изъяты>» ФИО2 обратился в суд с жалобой, в которой указал на незаконность постановления должностного лица УФАС. 

Сослался на то, что он не может являться субъектом правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.14.32 КоАП РФ, поскольку на момент заключения соглашения между МУП «

<

данные изъяты>», МУП «

<

данные изъяты>» и управляющими компаниями не являлся генеральным директором МУП «

<

данные изъяты>», был назначен на эту должность 20.10.2015 года, тогда как трёхсторонние договоры были заключены в декабре 2009 года, поэтому его вины в заключении хозяйствующим субъектом антимонопольного соглашения не имеется. На момент составления протокола об административном правонарушении – 15.09.2016 года, трёхсторонние антиконкурентные соглашения были расторгнуты (в тот же день 15.09.2016 года). Данное правонарушение, с учётом отсутствия его вины в заключении трёхсторонних соглашений и их последующего расторжения, может рассматриваться как малозначительное. Просит отменить постановление о привлечении его к административной ответственности.

В судебном заседании представитель заявителя ФИО1 жалобу поддержала. Дополнила, что 26.01.2017 года кассационной инстанцией - Арбитражным судом Центрального округа по делу №А08-8783/2015 утверждено мировое соглашение между МУП «

<

данные изъяты>», УФАС, МУП «

<

данные изъяты>» и Управляющими компаниями, в котором указано, что трехсторонние договоры между ними не являются нарушающими антимонопольное законодательство, в связи с чем событие административного правонарушения в действиях ФИО2 отсутствует. Кроме того, Арбитражным судом Белгородской области 03.03.2017 года вынесено решение об отмене постановления о привлечении МУП «

<

данные изъяты>» к административной ответственности по ч.1 ст.14.32 КоАП РФ, в котором указано об отсутствии в действиях данного юридического лица события административного правонарушения. Основанием для возбуждения дела об административном правонарушении в отношении МУП «

<

данные изъяты>» явилось решение комиссии УФАС от 25.09.2015 года, как и по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 Считает, что данное решение имеет преюдициальное значение для суда при рассмотрении жалобы ФИО2, просит постановление о привлечении его к административной ответственности отменить и прекратить производство по делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения. 

Представитель УФАС по Белгородской области в суд не явился. В суд представлено ходатайство руководителя Управления о рассмотрении жалобы в отсутствие представителя, в связи с чем, суд полагает возможным рассмотреть жалобу без их участия. 

Суд, изучив доводы жалобы, проверив материалы дела, выслушав позицию представителя заявителя, приходит к следующим выводам.

Согласно ч.3 ст. 30.6 КоАП РФ при рассмотрении жалобы судья не связан с доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме.

В соответствии с ч.1 ст.14.32 КоАП РФ, заключение хозяйствующим субъектом недопустимого в соответствии с антимонопольным законодательством РФ соглашения, а равно участие в нем или осуществление хозяйствующим субъектом недопустимых в соответствии с антимонопольным законодательством РФ согласованных действий - влечет наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати тысяч до пятидесяти тысяч рублей либо дисквалификацию на срок до трех лет. 

Как следует из п. 1 ст. 39 Федерального закона от 26.07.2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции», антимонопольный орган в пределах своих полномочий возбуждает и рассматривает дела о нарушении антимонопольного законодательства, принимает по результатам их рассмотрения решения и выдает предписания.

Исходя из ч. 5 ст. 39 Закона № 135-ФЗ, если в ходе рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства антимонопольный орган выявит обстоятельства, свидетельствующие о наличии административного правонарушения, антимонопольный орган возбуждает дело об административном правонарушении в порядке, установленном законодательством РФ об административных правонарушениях.

Согласно ч. 1.2 ст. 28.1 КоАП поводом к возбуждению дел об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 14.32 КоАП РФ, является принятие комиссией антимонопольного органа решения, которым установлен факт нарушения антимонопольного законодательства РФ.

Основанием для составления протокола об административном правонарушении №130 от 15.09.2016 года в отношении должностного лица – генерального директора МУП «

<

данные изъяты>» ФИО2 послужило решение комиссии УФАС №134-15-АЗ от 25.09.2015 года, которым установлен факт нарушения МУП «

<

данные изъяты>», МУП «

<

данные изъяты>», и управляющими компаниями части 4 статьи 11 Федерального Закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции», в части заключения и реализации письменных соглашений, ограничивающих конкуренцию и приводящих к навязыванию условий по договорам управления многоквартирным домом, невыгодных и не относящихся к предмету такого договора (или исключению из него существенных условий), в частности, создающих необоснованные требования МУП «

<

данные изъяты>» и МУП «

<

данные изъяты>» к собственникам жилых и нежилых помещений о передаче финансовых средств в счет платы за поставленный в адрес управляющей организации коммунальный ресурс, а так же услуги по вывозу ЖБО (п.3 резолютивной части Решения).

Согласно пункту 1 части 4 статьи 11 Закона о защите конкуренции запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами, если установлено, что такие соглашения приводят или могут привести к ограничению конкуренции. К таким соглашениям могут быть отнесены, в частности, соглашения о навязывании контрагенту условий договора, не выгодных для него или не относящихся к предмету договора (необоснованное требование о передаче финансовых средств, иного имущества, в том числе, имущественных прав, а также согласие заключить договор при условии внесения в него положений относительно товаров, в которых контрагент не заинтересован, и другие требования). 

Таким образом, указанной нормой Закона о защите конкуренции установлен запрет в отношении соглашений между хозяйствующими субъектами, действующими на разных товарных рынках (не между конкурентами), которым взаимовыгоден итог такого соглашения, также данная норма не указывает, в пользу кого может быть предъявлено необоснованное требование передачи контрагентом финансовых средств или иного имущества, и, наконец, такое требование должно противоречить закону или условиям заключенного договора с контрагентом. Ограничение же конкуренции происходит именно на том товарном рынке, на котором существуют гражданские отношения между одним из хозяйствующих субъектов, участвующим в соглашении, и его контрагентом (потребителем товара), которому должны впоследствии навязываться невыгодные условия договора. При этом реализация такого соглашения может производиться непосредственно как всеми участниками соглашения, так и одним из его участников, при бездействии остальных.

В соответствии с пунктом 17 статьи 4 данного Закона признаки ограничения конкуренции - сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации. 

В пункте 18 статьи 4 Закона № 135-ФЗ определено, что под соглашением понимается договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354 утверждены Правила предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов.

Учитывая положение действующего законодательства, коммунальные услуги по холодному водоснабжению и водоотведению могут быть оказаны исполнителями этих услуг, которыми могут быть как управляющая организация при наличии у нее соответствующего договора, заключенного с ресурсоснабжающей организацией, так и непосредственно ресурсоснабжающая организация при расторжении соответствующего договора с управляющей организацией, либо при выборе собственниками помещений многоквартирного дома такого способа управления многоквартирным домом как непосредственное управление, либо при принятии собственниками помещений многоквартирных домов на общем собрании решения о внесении платы за коммунальные услуги по холодному водоснабжению и водоотведению ресурсоснабжающей организации, либо при оказании коммунальных услуг холодного водоснабжения и водоотведения в жилой дом, который не является многоквартирным.

Порядок внесения платы за жилищно-коммунальные услуги определен в статье 155 ЖК РФ.

В силу пункта 3 части 3 статьи 162 ЖК РФ одним из существенных условий договора управления многоквартирным домом является порядок определения цены договора, размера платы за содержание и ремонт жилого помещения и размера платы за коммунальные услуги, а также порядок внесения такой платы.

В соответствии с частью 15 статьи 155 ЖК РФ управляющая организация вправе осуществлять расчеты с собственниками жилых помещений и взимать плату за жилое помещение и коммунальные услуги при участии платежных агентов, осуществляющих деятельность по приему платежей физических лиц, а также банковских платежных агентов, осуществляющих деятельность в соответствии с законодательством о банках и банковской деятельности.

Согласно статье 4 Федерального закона от 03.06.2009 № 103-ФЗ «О деятельности по приему платежей физических лиц, осуществляемой платежными агентами» (далее - Закон № 103-ФЗ) оператор по приему платежей для приема платежей должен заключить с поставщиком договор об осуществлении деятельности по приему платежей физических лиц, по условиям которого оператор по приему платежей вправе от своего имени или от имени поставщика и за счет поставщика осуществлять прием денежных средств от плательщиков в целях исполнения денежных обязательств физического лица перед поставщиком, а также обязан осуществлять последующие расчеты с поставщиком в установленном указанным договором порядке и в соответствии с законодательством Российской Федерации, включая требования о расходовании наличных денег, поступивших в кассу юридического лица или кассу индивидуального предпринимателя.

В соответствии с частью 14 статьи 4 Закона № 103-ФЗ платежный агент при приеме платежей обязан использовать специальный банковский счет (счета) для осуществления расчетов.

Частью 4 статьи 8 Закона № 103-ФЗ установлено, что прием платежей без зачисления принятых от физических лиц наличных денежных средств на специальный банковский счет, указанный в частях 14 и 15 статьи 4 настоящего Федерального закона, а также получение поставщиком денежных средств, принятых платежным агентом в качестве платежей, на банковские счета, не являющиеся специальными банковскими счетами, указанными в части 18 статьи 4 этого закона, не допускаются.

Таким образом, МУП «

<

данные изъяты>», МУП «

<

данные изъяты>» и управляющие компании, заключив трехсторонние соглашения, которыми были изменены порядок внесения платы за водоснабжение и водоотведение без решения на то собственников помещений многоквартирных домов, управление которыми осуществляют управляющие компании, ограничили конкуренцию на рынке платежей физических лиц Старооскольского городского округа.

Учитывая, что соглашения о порядке внесения платы от населения за коммунальные услуги по холодному водоснабжению и водоотведению непосредственно затрагивают права и интересы физических лиц, вносящих данную плату, антимонопольный орган обоснованно пришел к выводу о неправомерном навязывании данным соглашением указанной категории лиц невыгодных для них условий и не относящихся к предмету договора, что противоречит положениям пункта 1 части 4 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

Согласно части 1.2 статьи 28.1 КоАП РФ, поводом к возбуждению дел об административных правонарушениях, предусмотренных статьями 14.9, 14.31, 14.31.1 - 14.33 КоАП РФ, является вступление в силу решения комиссии антимонопольного органа, которым установлен факт нарушения антимонопольного законодательства Российской Федерации.

В силу ч.2 ст.49 Закона о защите конкуренции решение по делу о нарушении антимонопольного законодательства подлежит оглашению по окончании рассмотрения дела. Решение должно быть изготовлено в полном объёме в срок, не превышающий 10 рабочих дней со дня оглашения его резолютивной части. Дата изготовления решения в полном объёме считается датой его принятия. 

Статьёй 52 Закона о защите конкуренции предусмотрено, что в случае обжалования решения антимонопольного органа приостанавливается лишь исполнение предписания. При этом не указано, что обжалование решения откладывает его вступление в законную силу. С учётом этого, следует исходить из того, что с момента изготовления решения антимонопольного органа в полном объёме антимонопольный орган вправе возбудить дело об административном правонарушении в отношении ФИО2, независимо от того, обжаловано решение в судебном порядке или нет. 

Согласно Постановлению УФАС от 25.09.2015 года, трехсторонние договоры № 11-РАЦ, 10-РАЦ, 9-РАЦ, 8-РАЦ, 7-РАЦ, 6-РАЦ, 5-РАЦ, 4-РАЦ, 3-РАЦ, 2-РАЦ, 1-РАЦ от 01.12.2009 года и №158-РАЦ от 01.10.2010 года между МУП «

<

данные изъяты>», МУП «

<

данные изъяты>» и управляющими компаниями, признаны ограничивающими конкуренцию, нарушающими ч.4 ст. 11 Закона о защите конкуренции.

Таким образом, в связи с принятым комиссией УФАС решением от 25.09.2015 года, которым установлен факт нарушения МУП «

<

данные изъяты>» антимонопольного законодательства РФ, 15.09.2016 года лицом, уполномоченным возбуждать дела об административных правонарушениях – главным специалистом-экпертом отдела контроля рынков и рекламы УФАС по Белгородской области в отношении генерального директора МУП «

<

данные изъяты>» ФИО2 был составлен протокол об административном правонарушении №130, в котором зафиксирован факт совершения данным должностным лицом административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч.1 ст. 14.32 КоАП РФ.

В силу ч.1 ст. 14.32 КоАП РФ состав правонарушения образуется как при заключении хозяйствующим субъектом недопустимого в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации соглашения, так и при участии в нем. 

В соответствии с требованиями ст. 2.4 КоАП РФ должностное лицо подлежит административной ответственности в случае совершения им административного правонарушения в связи с неисполнением либо ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей. 

Поэтому ссылка заявителя в жалобе на то обстоятельство, что он не является субъектом правонарушения, поскольку не виновен в заключении антимонопольных трёхсторонних соглашений, так как на момент их заключения не являлся генеральным директором МУП «

<

данные изъяты>», основана на неверном толковании закона.

Должностное положение ФИО2 подтверждено нижеследующими документами: распоряжениями Главы администрации Старооскольского городского округа №476-рл от 20.10.2015 года, №579-рл от 23.12.2015 года и справкой МУП «

<

данные изъяты>» от 10.08.2016 года, согласно которым ФИО2 принят на должность генерального директора МУП «

<

данные изъяты>» на условиях срочного трудового договора с 20.10.2015 года по 19.10.2020 года. 

Таким образом, с 20.10.2015 года ФИО2 выполнял организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в должности генерального директора МУП «

<

данные изъяты>», то есть с указанного времени до момента расторжения трёхсторонних договоров (15.09.2016 года) способствовал участию МУП «

<

данные изъяты>» в антиконкурентных соглашениях. 

Заключение между МУП «

<

данные изъяты>», МУП «

<

данные изъяты>» и управляющими компаниями соглашений о расторжении антиконкурентных договоров после получения предписаний УФАС не свидетельствует в пользу доводов заявителя об отсутствии в его действиях состава админстративного правонарушения. 

Из представленных в судебном заседании документов усматривается следующее.

26.01.2017 года между МУП «

<

данные изъяты>», УФАС, МУП «

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>» заключено мировое соглашение, по условиям которого МУП «

<

данные изъяты>» отказывается от оспаривания решения Белгородского УФАС России от 25.09.2015 по делу № 134-15-A3 о нарушении антимонопольного законодательства и выданного предписания №119; Соглашения № 11-РАЦ, 10-РАЦ, 9-РАЦ, 8-РАЦ, 7-РАЦ, 6-РАЦ, 5-РАЦ, 4-РАЦ, 3-РАЦ, 2-РАЦ, 1-РАЦ от 01.12.2009 года и №158-РАЦ от 01.10.2010 года между МУП «

<

данные изъяты>», МУП «

<

данные изъяты>» и управляющими компаниями соответствуют требованиям части 4 ст.11 Закона о защите конкуренции и являются допустимыми с точки зрения указанного Закона; в течение 15 рабочих дней после утверждения мирового соглашения МУП «

<

данные изъяты>» обязуется внести изменения в условия Соглашений, исключив из них положения, предусматривающие осуществление МУП «

<

данные изъяты>» приема платежей населения за жилищно-коммунальные услуги исключительно от своего имени; обязуется указывать в платежных документах, представляемых к оплате потребителям, которым МУП «

<

данные изъяты>» оказывает коммунальные услуги по холодному водоснабжению и водоотведению, платежные реквизиты как МУП «

<

данные изъяты>», так и иных третьих лиц. 

При этом определение кассационной инстанции – Арбитражного суда Центрального округа от 26.01.2017 года об утверждении мирового соглашения не содержит сведений об утрате юридической силы Решения комиссии антимонопольного органа от 25.09.2015 года. Содержащийся в мировом соглашении пункт о том, что трехсторонние договоры соотвестствуют антимонопольному законодательству следует рассматривать во взаимосвязи с пунктами в нём, по которым МУП «

<

данные изъяты>» обязуется внести изменения в условия Соглашений, которые ограничивали права граждан при перечислении денежных средств. 

Таким образом, на момент проведения проверки в отношении заявителя и вынесения постановления антимонопольным органом, равно как и на момент заключения мирового соглашения, событие и состав административного правонарушения по ч. 1 ст. 14.32 КоАП РФ имели место.

Факт совершения административного правонарушения и виновность должностного лица ФИО2 подтверждены совокупностью доказательств, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывают.

В связи с изложенным, вывод руководителя УФАС по Белгородской области о наличии в действиях должностного лица ФИО2 состава административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 14.32 КоАП РФ, является правильным.

Вменяемый заявителю состав административного правонарушения по ч.1 ст. 14.32 КоАП РФ имеет независимый характер по отношению к нарушению антимонопольного законодательства.

Доводы заявителя об отсутствии события административного правонарушения в действиях ФИО2 ввиду преюдициального значения решения Арбитражного суда Белгородской области от 03.03.2017 года, не могут быть приняты судом и не являются основанием для отмены постановления. 

Поскольку ФИО2 в силу занимаемого должностного положения должен был знать о недопустимости совершения подобных действий, имел возможность при исполнении своих службеных обязанностей не допустить указанное нарушение антимонопольного законодательства и должен был предвидеть возможность наступления вредных последствий, в этой ситуации в его действиях имеется состав административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.14.32 КоАП РФ.

Оспариваемое постановление вынесено в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ст. 4.5 КоАП РФ.

При назначении административного наказания должностным лицом УФАС учтены характер и обстоятельства совершенного административного правонарушения, наказание назначено в минимальных пределах санкции ч. 1 ст. 14.32 КоАП РФ.

Суд не может согласиться с доводом заявителя о признании правонарушения малозначительным и освобождении от ответственности на основании ст.2.9 КоАП РФ.

Малозначительным административным правонарушением можно признать действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений.

В данном случае, с учетом признаков объективной стороны правонарушения, оно не может быть признано малозначительным, поскольку существенно нарушает охраняемые общественные отношения.

Суд также не находит оснований для освобождения заявителя от административной ответственности на основании примечания к ст. 14.32 КоАП РФ, поскольку условия предусмотренные положениями указанного примечания генеральным директором МУП «

<

данные изъяты>» не выполнены. Он не является лицом, добровольно заявившим в УФАС о заключении недопустимых в соответствии с антимонопольным законодательством РФ соглашений. Трёхсторонние договоры были расторгнуты после получения Предписаний УФАС об устранении нарушений антимонопольного законодательства. 

Нарушений норм процессуального закона при производстве по делу об административном правонарушении не установлено. 

Руководствуясь ст.ст.30.6, 30.7 Кодекса об административных правонарушениях РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление заместителя руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы по Белгородской области №163 от 22.09.2016 года о привлечении должностного лица – генерального директора МУП «

<

данные изъяты>» ФИО2 

<

данные изъяты> к административной ответственности по ч.1 ст. 14.32 Кодекса РФ об административных правонарушениях оставить без изменения.

В удовлетворении жалобы ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд через Старооскольский городской суд Белгородской области в течение десяти суток со дня получения копии решения. 

Судья О.А.Бурлака