КОПИЯ

УИД 62RS0001-01-2021-004762-04

№ 2- 109/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 июля 2023 года г. Рязань

Железнодорожный районный суд г. Рязани в составе судьи Буторина А.Е., при секретаре Воротниковой М.А., с участием

представителя истца 

<

данные изъяты> А.А. - ФИО1, действующей на основании доверенности,

представителя ответчика 

<

данные изъяты> В.Л. – 

<

данные изъяты> Е.Ю., действующей на основании доверенности,

помощника прокурора Железнодорожного района г. Рязани 

<

данные изъяты>.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по иску 

<

данные изъяты> Алексея Алексеевича к 

<

данные изъяты> Владимиру Леонидовичу о возмещении морального вреда, причиненного ДТП,

УСТАНОВИЛ:

<

данные изъяты> А.А. обратился в суд с иском к 

<

данные изъяты> В.Л. о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, мотивируя требования тем, что ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес> произошел наезд на пешехода. 

ДТП произошло при следующих обстоятельствах: 

<

данные изъяты> В.Л., управляя автомобилем «ДЭУ Нексия», государственный регистрационный номер №, двигался по проезжей части автодороги 

<

адрес>, со стороны 

<

адрес>, в направлении 

<

адрес>. Продолжая движение, около 

<

адрес> 

<

данные изъяты> В.Л. совершил наезд на пешехода 

<

данные изъяты> В.О., которая вышла на дорогу из технологического разрыва металлического ограждения установленного вдоль дороги.

<

данные изъяты> В.Л., не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, допустил наезд на пешехода.

В результате ДТП 

<

данные изъяты> В.О. были причинены телесные повреждения повлекшие смерть в тот же день. 

С места ДТП с помощью автомобиля скорой медицинской помощи 

<

данные изъяты> В.О. доставлена в 

<

данные изъяты>». Из медицинской карты стационарного больного № ГБУ 

<

данные изъяты>»: «

<

данные изъяты> В.О. поступила в отделение № ДД.ММ.ГГГГ. в 11ч.52 мин. Смерть зафиксирована ДД.ММ.ГГГГ в 15 ч. 30 мин.

Согласно акта судебно- медицинского исследования № при исследовании трупа гражданки 

<

данные изъяты> В.О. были обнаружены следующие телесные повреждения: 

<

данные изъяты>

Погибшая 

<

данные изъяты> В.О. являлась матерью истца 

<

данные изъяты> А.А.

Гражданская ответственность 

<

данные изъяты> В.Л. на момент ДТП была застрахована в «СК «Астро-Волга», полис №.

Истец ДД.ММ.ГГГГ на основании п.6 ст. 12 ФЗ «Об ОСАГО» обратился в страховую компанию АО «СК «Астро-Волга», с заявлением в выплате страхового возмещения, как сын умершей 

<

данные изъяты> В.О.

Страховая компания ДД.ММ.ГГГГ произвела выплату страхового возмещения в сумме 475 000рублей.

Погибшая в результате происшествия 

<

данные изъяты> В.О. являлась матерью истца. Потеря матери повлекла для истца 

<

данные изъяты> А. А., безусловно, сильные нравственные страдания, поскольку сам по себе факт утраты родителя в любом возрасте является для детей психотравмирующим фактором и невосполнимой утратой. Истец поддерживал близкие отношения с матерью со дня своего рождения и до её гибели, в связи с чем особенно остро ощущает потерю матери до настоящего времени.

Преждевременная смерть матери, определенно, причиняет истцу тяжёлые моральные страдания. Гибель матери является для истца невосполнимой утратой, в связи с чем, истец испытывает нравственные страдания и нервные переживания, несомненно приводит к ухудшению его здоровья.

Вместе с тем, несмотря на длительное время (более полутора лет), со времени гибели в ДТП 

<

данные изъяты> В.О. виновник ДТП 

<

данные изъяты> В.Л. никаких мер возмещению компенсации морального вреда не принял и не стремится загладить причинённый моральный вред.

В связи с чем, истец, полагает, что размер компенсации морального вреда, связанного с утратой матери в результате ДТП, должен составить 2 000 000рублей.

На основании изложенного, с учетом уточнения, истец просит суд взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 2 000 000 рублей, а также судебные издержки в размере 25 000 рублей на оплату услуг представителя и 30 000 рублей на оплату судебной экспертизы.

В судебное заседание истец и ответчик, извещенные о времени и месте рассмотрения дела, надлежащим образом, в суд не явились, направив своих представителей.

В судебном заседании представитель истца 

<

данные изъяты>. исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. Полагала, что вины пешехода 

<

данные изъяты> В.О. в данном ДТП не усматривается, судебной экспертизой даны неверные выводы. Ответчик, пытаясь избежать наезда на пешехода, не принял меры, предписанные п. 10.1 ПДД РФ, а выехал на полосу встречного движения, что само по себе могло повлечь негативные последствия. Просила иск удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика возражала против удовлетворения иска в обозначенном размере, с учетом установленных по делу обстоятельств, необходимости учета наличия у погибшей помимо истца (сына) других близких родственников (дочери), которые также могут обратиться за компенсацией морального вреда. Также указала на необходимость учета наличия у ответчика двух несовершеннолетних детей. 

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, с учетом мнения представителей сторон и прокурора, дело рассмотрено в отсутствие истца и ответчика.

Суд, выслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению в сумме 200 000 рублей, приходит к следующему.

Как установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ около 11 часов 00 минут водитель 

<

данные изъяты> В.Л., управляя технически исправным автомобилем «ДЭУ Нексия», государственный регистрационный номер №, двигаясь по 23-му километру участка автомобильной дороги «

<

адрес> со стороны 

<

адрес>, в направлении 

<

адрес>, проходящей через 

<

адрес>, около 

<

адрес> совершил наезд на пешехода 

<

данные изъяты> В.О., которая переходила проезжую часть автомобильной дороги вне пешеходного перехода либо перекрестка справа налево по ходу движения автомобиля.

В результате ДТП 

<

данные изъяты> В.О. были причинены телесные повреждения, с места ДТП с помощью автомобиля «скорой медицинской помощи» 

<

данные изъяты> В.О. доставлена в ГБУ 

<

данные изъяты>». Из медицинской карты стационарного больного № 

<

данные изъяты>» следует, что 

<

данные изъяты> В.О. поступила в отделение № ДД.ММ.ГГГГ. в 11ч.52 мин. Смерть зафиксирована ДД.ММ.ГГГГ в 15 ч. 30 мин.

Согласно акта судебно- медицинского исследования № при исследовании трупа гражданки 

<

данные изъяты> В.О. были обнаружены следующие телесные повреждения: 

<

данные изъяты>

Данные обстоятельства следуют из материалов дела, в том числе полученных из материалов проверки СО ОМВД по 

<

адрес> № по факту ДТП, и сторонами не оспаривались.

Погибшая 

<

данные изъяты> В.О. являлась матерью истца 

<

данные изъяты> А.А., что следует из представленной копии свидетельства о рождении и стороной ответчика не оспаривалось.

Гражданская ответственность 

<

данные изъяты> В.Л. на момент ДТП была застрахована в «СК «Астро-Волга», полис №.

Истец ДД.ММ.ГГГГ на основании п.6 ст. 12 ФЗ «Об ОСАГО» обратился в страховую компанию АО «СК «Астро-Волга», с заявлением в выплате страхового возмещения, как сын умершей 

<

данные изъяты> В.О.

Страховая компания ДД.ММ.ГГГГ произвела выплату страхового возмещения в сумме 475 000 рублей.

В соответствии с п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» страховые выплаты, произведенные на основании Федерального закона от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в счет возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия, в силу подпункта «б» пункта 2 статьи 6 данного федерального закона, которым наступление гражданской ответственности вследствие причинения владельцем транспортного средства морального вреда не отнесено к страховому риску по обязательному страхованию, не учитываются при определении размера компенсации морального вреда, взыскиваемой в пользу потерпевшего с владельца источника повышенной опасности, участвовавшего в происшествии.

Свои требования истец основывает на том, что в результате ДТП погиб близкий ему человек, что причинило значительные нравственные страдания, компенсация которых в денежной форме должна быть возложена на ответчика.

В силу статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности и имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 ст. 1064 ГК РФ).

На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащее гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

Исходя из п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 г. № 33

«О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», переживания в связи с утратой родственников относятся к нравственным страданиям, соответственно, компенсация причиненного вследствие этого морального вреда может быть возложена на причинителя.

В силу ч. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

На основании ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. В силу ч. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п.п. 25-27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 1083 ГК РФ, вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (Определения от 19.05.2009 г. № 816-О-О, от 25.01.2012 г. № 128-О-О), закрепленное в абзаце втором пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абзаце втором статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда, является мерой защиты признаваемых в Российской Федерации прав и свобод человека, в частности, права на жизнь, (статья 20, часть 1 Конституции Российской Федерации), права на охрану здоровья (статья 41, часть 1 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Суд исходит из того, что смерть пешехода 

<

данные изъяты> В.О. наступила в результате использования водителем 

<

данные изъяты> В.Л. автомобиля, являющегося источником повышенной опасности, в связи с чем ответчик, как законный владелец источника повышенной опасности и причинитель вреда, отвечающий независимо от вины, обязан компенсировать моральный вред, причиненный истцу 

<

данные изъяты> А.А. смертью матери.

Гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи.

По смыслу ст.ст. 150, 151 ГК РФ состав семьи для целей применения норм о компенсации морального вреда должен представлять собой сочетание понятий «состав семьи», используемых в СК РФ и ЖК РФ. В него входят следующие лица, наличие страданий у которых в связи с нарушением семейных связей в случае смерти потерпевшего должно предполагаться, если не доказано обратное: супруги, родственники первой и второй степени родства, усыновители и усыновленные, фактические воспитатели и воспитанники, лица, находящиеся в фактических брачных отношениях, если они совместно проживали и вели общее хозяйство (сожители).

В этой связи истец, как сын 

<

данные изъяты> В.О., то есть родственник первой степени родства, безусловно имеет право на компенсацию морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из того, что, с одной стороны, вина ответчика в указанном ДТП не установлена, в его действиях отсутствуют нарушения ПДД РФ, в возбуждении уголовного дела в отношении 

<

данные изъяты> В.Л. отказано постановлением следователя МСО СУ СК РФ по Рязанской области по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии 

<

данные изъяты> В.Л. состава преступления.

Из материалов дела следует и не оспаривалось сторонами, что 

<

данные изъяты> В.Л. управлял технически исправным транспортным средством, неисправностей элементов рабочей тормозной системы, рулевого управления и колесных узлов, которые могли послужить причиной ДТП, установлено не было.

Также из материалов дела следует и не оспаривалось сторонами, что в момент ДТП 

<

данные изъяты> В.Л. был трезв, напитков или препаратов, влекущих состояние опьянения, либо при употреблении которых устанавливаются ограничения на управление транспортными средствами, не принимал.

Также из материалов дела не усматривается, что со стороны водителя 

<

данные изъяты> В.Л. имело место нарушение скоростного режима на данном участке дороги.

Из пояснений, данных ответчиком в ходе проверки по факту ДТП, а также данных суду в ходе рассмотрения настоящего дела в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, из документов материала проверки по факту ДТП, приобщенных в материалах настоящего дела, показаний свидетелей 

<

данные изъяты>., допрошенных судом в судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, следует, что 

<

данные изъяты> В.Л., управляя транспортным средством в светлое время суток на дороге с асфальтовым покрытием, имеющем по одной полосе движения в каждом направлении, в пределах населенного пункта без нарушения скоростного режима, неожиданно для себя увидел, что из технологического разрыва в металлическом отбойнике с правой стороны выбежала 

<

данные изъяты> В.О., которая стала пересекать проезжую часть справа налево перпендикулярно проезжей части.

В сложившейся дорожной ситуации водителем 

<

данные изъяты> В.Л. было применено в соответствии с требованиями п. 10.1 ПДД РФ торможение, однако он не имел технической возможности предотвратить наезд на пешехода путем применения торможения с остановкой автомобиля до линии движения пешехода.

Одновременно, суд учитывает, что со стороны пешехода 

<

данные изъяты> В.О. имела место грубая неосторожность. Так, пешеход 

<

данные изъяты> В.О. должна была руководствоваться положениями п.п. 1.3, 4.3, 4.4, 4.5, 4.6 ПДД РФ, согласно которым участники дорожного движения, к которым отнесены и пешеходы, обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами

Пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам, в том числе по подземным и надземным, а при их отсутствии - на перекрестках по линии тротуаров или обочин.

При отсутствии в зоне видимости перехода или перекрестка разрешается переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений там, где она хорошо просматривается в обе стороны.

При переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств.

Выйдя на проезжую часть (трамвайные пути), пешеходы не должны задерживаться или останавливаться, если это не связано с обеспечением безопасности движения. Пешеходы, не успевшие закончить переход, должны остановиться на островке безопасности или на линии, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений. Продолжать переход можно лишь убедившись в безопасности дальнейшего движения и с учетом сигнала светофора (регулировщика).

Пешеход 

<

данные изъяты> В.О. переходила проезжую часть вне пешеходного перехода либо перекрестка, при этом не убедилась в безопасности перехода, в отсутствии приближающихся транспортных средств, а также в том, что она не создает помех для движения транспортных средств.

Согласно разъяснению, данному в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», основанием для уменьшения размера возмещения вреда применительно к требованиям п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации являются только виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда.

По смыслу названной нормы права, понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействие, приведшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

Факт перехода 

<

данные изъяты> В.О. проезжей части дороги регионального значения «Рязань (

<

адрес>» в населенном пункте вне зоны пешеходного перехода либо перекрестка без оценки возможности создания помех движущимся транспортным средствам суд полагает её грубой неосторожностью, которая влечет уменьшение размера вреда. 

Данные выводы суд основывает на оценке материалов дела в их совокупности, в том числе, на выводах проведенной по делу судебной экспертизы.

Из заключения эксперта №, данного экспертом ООО «Рязанский Региональный Центр Независимой Экспертизы» 

<

данные изъяты> следует, что исходя из совокупности материалов дела, определен общий механизм ДТП, произошедший ДД.ММ.ГГГГ примерно в 11 часов 00 минут по адресу: 

<

адрес>, с участием автомобиля «Daewoo Nexia», государственный регистрационный номер ДД.ММ.ГГГГ, под управлением 

<

данные изъяты> В.Л., и пешехода 

<

данные изъяты>. Причинно-следственная связь с произошедшим событием усматривается в непосредственных действиях пешехода. 

В сложившейся дорожно-транспортной ситуации, действия водителя автомобиля «Daewoo Nexia», государственный регистрационный номер № 

<

данные изъяты> В.Л. и пешехода 

<

данные изъяты> В.О. регламентировались действующими ПДД РФ на момент события. С точки зрения надлежащего обеспечения безопасности дорожного движения, в действиях водителя автомобиля «Daewoo Nexia». государственный регистрационный номер № 

<

данные изъяты> В.Л. нарушений требований ПДД РФ не усматривается. В действиях пешехода 

<

данные изъяты> В.О. в сложившейся дорожно-транспортной ситуации с точки зрения надлежащего обеспечения безопасности дорожного движения, усматривается несоответствие требованиям следующих пунктов ПДД РФ: 1.3. 1.5. 4.3. 4.5

Начиная с момента возникновения опасности для движения, водитель автомобиля «Daewoo Nexia». государственный регистрационный номер № 

<

данные изъяты> В.Л., совершал действия, связанные с применением торможения, регламентированные п. 10.1 ПДД РФ. включая наличие предпринятого маневрирования - не противоречащего ПДД РФ - и не имел техническую возможность, для предотвращения наезда на пешехода 

<

данные изъяты> В.О.

Суд находит указанное экспертное заключение надлежащим доказательством, поскольку заключение отвечает требованиям Федерального закона № 73-ФЗ от 31.05.2001 г. «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», содержит подробное описание исследования, сделанные в результате выводы и ответы на поставленные вопросы, при обосновании сделанных выводов эксперт основывался на имеющейся в совокупности документации, а также на использованной при проведении исследования справочно-нормативной литературе. Оснований сомневаться в достоверности изложенных в нем выводов не имеется, равно как и не усматривается наличие какой-либо заинтересованности эксперта, который был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения.

Экспертом 

<

данные изъяты> в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ даны разъяснения по данному им заключению, которые не оставляют сомнений в его правильности и достоверности.

При этом суд не может согласиться с доводами стороны истца, что в качестве виновных действий ответчика надлежит расценивать то обстоятельство, что он, пытаясь избежать наезда на пешехода, не принял меры, предписанные п. 10.1 ПДД РФ, а выехал на полосу встречного движения.

Из материалов дела действительно следует, что помимо предписанного абз. 2 п. 10.1 ПДД РФ действия по принятию возможных меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, ответчик, предвидя неизбежность наезда на пешехода, предпринял маневр уклонения с выездом на полосу встречного движения.

Между тем, как указано выше, из материалов дела следует, что в сложившейся ситуации ответчик не имел технической возможности предотвратить ДТП, в его действиях несоответствий указанным требованиям ПДД РФ не усматривается, а предпринятый им маневр влево на сторону встречного движения не состоит в причинной связи с фактом ДТП. Данное обстоятельство следует как из экспертного заключения, в котором экспертом была смоделирована гипотетическая ситуация, когда автомобиль продолжал бы торможение по прямой траектории, так и из пояснений эксперта, что автомобиль неизбежно совершает наезд на пешехода с разницей стороны автомобиля. 

При изложенном, суд приходит к выводу, что причинение смерти пешеходу 

<

данные изъяты> В.О. имело место при управлении ответчиком 

<

данные изъяты> В.Л. транспортным средством, являющимся источником повышенной опасности, однако вины 

<

данные изъяты> В.Л. в данном ДТП не усматривается, напротив, со стороны пешехода 

<

данные изъяты> В.О. имела место грубая неосторожность, что подлежит учету при определении размера компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, причиненного смертью 

<

данные изъяты> В.О., суд исходит из установленных по делу фактических обстоятельств; степени нравственных и физических страданий истца в виде глубоких переживаний, чувства потери и горя, связанных с гибелью матери, и осознанием невосполнимости утраты; индивидуальные особенности истца и его взаимоотношения с погибшей.

Помимо изложенных обстоятельств суд учитывает материальное положение и семейное положение как истца, так и ответчика.

При учете материального и семейного положения сторон суд, в частности, принимает во внимание, что истец состоит в зарегистрированном браке, лиц на иждивении не имеет, работает в ООО «РегионЭнергоСнаб», имеет в собственности транспортное средство, а также недвижимое имущество в 

<

адрес>, в т.ч. унаследованные от 

<

данные изъяты> О.В. земельный участок и жилой дом. 

Ответчик в зарегистрированном браке не состоит, однако имеет на иждивении двоих малолетних детей 2016 и 2023 годов рождения, является трудоспособным, работает прорабом в ООО «Аквасервис» с ежемесячной заработной платой примерно 30 000 рублей, из объектов недвижимости имеет на праве собственности квартиру площадью 45,4 кв.м., расположенную по адресу 

<

адрес>. Иных объектов недвижимости, транспортных средств ответчик в собственности не имеет, что не оспаривается стороной истца. При этом, суд не может признать находящейся на иждивении истца совершеннолетнюю дочь 

<

данные изъяты> Д.В., обучающуюся по очной форме обучения в Николаевском государственном аграрном университете (Украина), поскольку на момент рассмотрения дела отсутствуют какие-либо доказательства оказания ей истцом материальной помощи, которая является для нее единственным или основным источником к существованию.

Из материалов дела следует, что у ответчика имеются кредитные обязательства перед Банком ВТБ (ПАО), однако, суд полагает, что данное обстоятельство не влияет на определение размера компенсации морального вреда, поскольку граждане свободны в установлении своих обязательств по договорам, данное обстоятельство не может влиять на обязанность по возмещению причиненного вреда. 

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца в связи с утратой матери, суд также принимает во внимание наличие у погибшей 

<

данные изъяты> В.О. иного близкого родственника той же степени родства, что и истец: дочери 

<

данные изъяты>, имеющей право при соответствующих условиях на компенсацию морального вреда в связи со смертью 

<

данные изъяты>. Других лиц, имеющих аналогичное право (родственников, членов, семьи, иждивенцев), не установлено. 

На основании совокупности установленных выше обстоятельств, характера страданий, причиненных гибелью матери, наличия грубой неосторожности в действиях потерпевшей, наличие, помимо истца у погибшей одного близкого родственника, с учетом требований разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика 

<

данные изъяты> В.Л. в пользу истца 

<

данные изъяты> А.А. компенсацию морального вреда в сумме 200 000 рублей. 

В силу части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании статьи 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг представителей, а также другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.96 ГПК РФ. 

Как следует из разъяснений, данных в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ). Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы, связанные с легализацией иностранных официальных документов, обеспечением нотариусом до возбуждения дела в суде судебных доказательств (в частности, доказательств, подтверждающих размещение определенной информации в сети "Интернет"), расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.

Учитывая положения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» о том, что уменьшение судом размера компенсации морального вреда не является основанием к пропорциональному снижению судебных издержек, данные расходы подлежат взысканию в полном объеме.

Судом по делу была проведена судебная экспертиза, расходы по проведению которой возложены на истца. 

Экспертное заключение положено судом в основу решения, ненадлежащим доказательством оно не признано, факт несения расходов в сумме 30 000 рублей документально подтвержден квитанцией к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ.

При изложенных обстоятельствах суд полагает возможным возложить обязанность по возмещению понесенных истцом расходов на производство судебной экспертизы по делу на ответчика.

В силу части 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Интересы истца на основании доверенности представляли сотрудники ООО «Дебют», 

<

данные изъяты>., в связи с чем истцом заявлено о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей, факт несения которых в указанном размере подтверждается договором № об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, предметом которого является оказание ООО «Дебют» юридической помощи в Железнодорожном районном суде г. Рязани по делу по иску 

<

данные изъяты> А.А. к 

<

данные изъяты> В.Л о компенсации морального вреда. В подтверждение оплаты представлены чек ККМ от ДД.ММ.ГГГГ и квитанция к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 25 000 рублей.

Учитывая принцип разумности и справедливости, фактические обстоятельства спора, длительность нахождения дела в производстве суда, сложность рассматриваемого спора, объем права, получившего защиту и его значимость, объем участия в настоящем деле представителей истца, участие в судебных заседаниях, процессуальные действия, совершенные с участием представителей, суд находит разумным и справедливым взыскать с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей. 

Согласно разъяснениям п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе, расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Суд не усматривает размер понесенных истцом издержек на оплату услуг представителя явно чрезмерным и неразумным.

Согласно ст. 103 ГПК РФ, поскольку истец был освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска в суд, то государственная пошлина в сумме 300 рублей в доход местного бюджета подлежит взысканию с ответчика.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ 

РЕШИЛ:

Исковые требования 

<

данные изъяты> Алексея Алексеевича (паспорт №) к 

<

данные изъяты> Владимиру Леонидовичу (паспорт №) о возмещении морального вреда, причиненного ДТП – удовлетворить в части.

Взыскать с 

<

данные изъяты> Владимира Леонидовича в пользу 

<

данные изъяты> Алексея Алексеевича в счет компенсации морального вреда, причиненного ДТП, 200 000 (двести тысяч) рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей, а также расходы на производство судебной экспертизы в сумме 30 000 (тридцать тысяч) рублей.

Во взыскании компенсации морального вреда в большем размере – отказать.

Взыскать с 

<

данные изъяты> Владимира Леонидовича (паспорт №) в местный бюджет муниципального образования городской округ – город Рязань государственную пошлину в сумме 300 (триста) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятии решения суда в окончательной форме в судебную коллегию по гражданским делам Рязанского областного суда через Железнодорожный районный суд г. Рязани, то есть с 21 июля 2023 года.

Судья - подпись - 

Копия верна. Судья А.Е. Буторин