№ 2-168/2020 

решение

 изготовлено 22.07.2020г.

76RS0016-01-2019-003994-64

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

30 июня 2020 года г. Ярославль

Дзержинский районный суд г. Ярославля в составе:

председательствующего судьи Симоненко Н.М., 

при секретаре Сорокиной С.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительной сделки, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договор дарения 2/3 доли жилого дома и земельного участка по адресу 

<

адрес>, заключенный между ФИО4 и ФИО2 20.07.2017 года, включении имущества в наследственную массу. Требования мотивированы тем, что ФИО1 и ФИО2 являются сыновьями ФИО4 26.07.2019 года ФИО4 умерла. Наследниками после её смерти первой очереди являются сыновья. На момент смерти наследодателю принадлежал жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>. В ходе оформления наследственных прав истцу стало известно о том, что 20.07.2017 года ФИО4 подарила 2/3 доли в праве собственности на принадлежавшие ей жилой дом и земельный участок ФИО2 На момент совершения указанной сделки ФИО4 страдала психическим заболеванием, в силу которого не могла понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем сделка дарения должна быть признана недействительной. 

1 июня 2020 года ФИО1 исковые требования уточнены в части основания заявленных требований, просил признать договор дарения притворной сделкой, фактически прикрывающей договор ренты – пожизненного содержания с иждивением, которая в свою очередь является ничтожной из-за несоблюдения нотариальной формы сделки.

В судебном заседании представитель ФИО1 по доверенности ФИО5 исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в уточненном исковом заявлении, дал пояснения согласно изложенному выше.

Представитель ответчика ФИО2 адвокат Гаврилова Ю.Е. в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что договор дарения является действительной сделкой, поскольку согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы на момент заключения договора ФИО4 могла понимать значение своих действий и руководить ими. Договор ренты между ФИО4 и ФИО2 не заключался, уход за престарелой матерью осуществлялся ответчиком добровольно, без каких-либо условий и встречных обязательств. В случае принятия решения об отказе в удовлетворении требований просила разрешить вопрос об отмене принятых судом мер по обеспечению иска.

Заслушав пояснения сторон, исследовав письменные материалы дела, материалы дела правоустанавливающих документов, суд приходит к следующему.

В силу ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В силу п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Пункт 3 ст. 574 предусматривает обязательную государственную регистрацию договора дарения недвижимого имущества.

В соответствии со ст. 583-584 ГК РФ по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме. По договору ренты допускается установление обязанности выплачивать ренту бессрочно (постоянная рента) или на срок жизни получателя ренты (пожизненная рента). Пожизненная рента может быть установлена на условиях пожизненного содержания гражданина с иждивением.

Договор ренты подлежит нотариальному удостоверению, а договор, предусматривающий отчуждение недвижимого имущества под выплату ренты, подлежит также государственной регистрации.

Пунктом 1 ст. 601, ст. 602 ГК РФ предусмотрено, что по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц).

Обязанность плательщика ренты по предоставлению содержания с иждивением может включать обеспечение потребностей в жилище, питании и одежде, а если этого требует состояние здоровья гражданина, также и уход за ним. Договором пожизненного содержания с иждивением может быть также предусмотрена оплата плательщиком ренты ритуальных услуг.

В договоре пожизненного содержания с иждивением должна быть определена стоимость всего объема содержания с иждивением. При этом стоимость общего объема содержания в месяц по договору пожизненного содержания с иждивением, предусматривающему отчуждение имущества бесплатно, не может быть менее двух установленных в соответствии с законом величин прожиточного минимума на душу населения в соответствующем субъекте Российской Федерации по месту нахождения имущества, являющегося предметом договора пожизненного содержания с иждивением, а при отсутствии в соответствующем субъекте Российской Федерации указанной величины не менее двух установленных в соответствии с законом величин прожиточного минимума на душу населения в целом по Российской Федерации.

Судом установлено, что ФИО1 и ФИО2 являются сыновьями ФИО4 26.07.2019 года ФИО4 умерла. Наследниками после её смерти первой очереди являются сыновья. На момент смерти наследодателю на праве собственности принадлежала 1/3 доля в праве собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>. 20.07.2017 года ФИО4 подарила 2/3 доли в праве собственности на принадлежавшие ей жилой дом и земельный участок ответчику ФИО2 Данные обстоятельства подтверждаются свидетельством о смерти ФИО4 II-гр № 653203 от 26.07.2019 года, выпиской из ЕГРН, договором дарения от 20.07.2017 года. 

Для проверки доводов истца о том, могла ли на момент заключения сделки ФИО4 понимать значение своих действий и руководить ими судом назначена посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза. Согласно представленному в материалы дела заключению комиссии экспертов № 2/94 у ФИО4 на момент заключения оспариваемого договора дарения имело место психическое расстройство в виде органического расстройства личности вследствие сосудистого поражения головного мозга, которое не достигало той степени выраженности, чтобы лишать ФИО4 способности понимать значение своих действий и руководить ими и не могло препятствовать ее свободному волеизъявлению. По своему психическому состоянию ФИО4 могла понимать значение своих действий и руководить ими на момент подписания договора от 20.07.2017 года. Из содержания договора дарения от 20.07.2017 года следует, что по данному договору даритель ФИО4 передала в собственность одаряемому ФИО3 безвозмездно 2/3 доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>. Условия о наличии встречного обязательства договор дарения не содержит. Договор зарегистрирован в Управлении Росреестра по ЯО в установленном порядке. Требования истца о признании договора дарения мнимой сделкой, прикрывающей сделку ренты, основаны на показаниях допрошенных в судебном заседании 24 декабря 2019 года свидетелей ФИО6, ФИО7 и ФИО8 Так, свидетель ФИО6 пояснила, что является дочерью ответчика ФИО2, Бабушка ФИО4 проживала до самой смерти в своем доме. Уход за ней осуществляли родители с 2016 года по 2019 год. Из разговора с бабушкой ей известно, что большую долю в наследстве получит тот, кто будет за ней больше ухаживать. Истец отказался ухаживать за матерью после переезда, а отец свидетеля – ФИО2 согласился, и бабушка (ФИО4) переписала дарственную. ФИО4 до самой смерти вела активный образ жизни. Была главной по улице. Болела очень редко. Хронических заболеваний не было. В начале 2019 год серьезно заболела воспалением легких, в связи с чем для лечения была помещена в хоспис. После выписки вернулась домой. Также поясняла, что у ФИО4 с ФИО1 отношения были плохие, проживали они вместе до 2016 года. Истец съехал от нее в 2016 году, не предупредив. Свидетель ФИО7 поясняла, что знает К-вых давно, у ФИО4 было два сына. Она всегда говорила, кто больше будет за ней ухаживать, тот получит большую часть дома. Чувствовала она себя всегда хорошо. Болела очень редко. Один раз лежала в больнице. ФИО9 ухаживала за ней, ходила в больницу. После того как Нина Александровна заболела ФИО2 с семьей стали чаще к ней приезжать. С ФИО1 отношения после переезда испортились. Сергей к матери приезжал очень редко. О передаче дома она ни с кем не советовалась. После сделки сказала о договоре свидетелю, что ФИО2 отдала большую часть. Свидетель ФИО8 поясняла, что является соседкой ФИО4, часто ходила к ней в гости, мыться в баню. ФИО4 все по дому всегда делала сама. Проживала она с сыном Сергеем. Отношения у них были не очень хорошие, часто ругались. Когда Сергей с семьей переехал, в гости к ФИО4 стали ходить семья сына Александра. До самой смерти ФИО4 вела активный образ жизни, практически никогда не болела, в 2019 году у нее было воспаление легких. Семья ФИО2 часто навещала ее, после выписки забрали домой. ФИО4 до самой смерти проживала в доме. После отъезда семьи Сергея приходила к свидетелю за советом, как поступить с завещанием. Свидетель ей высказала свое мнение, что дала бы большую часть наследства тому, кто больше ухаживал. О том, что подарила часть дома и земли ФИО2 сказала только через две недели после заключения договора. В силу положений ст. 67, 68, 71 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. К таковым относятся, в т.ч. объяснения сторон и третьих лиц об известных им обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, подлежат проверке и оценке наряду с другими доказательствами и письменные доказательства, коими являются документы, содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Проанализировав представленные письменные доказательства, показания свидетелей, а также пояснения представителя ответчика, суд приходит к выводу о том, что каких-либо объективных данных, свидетельствующих о том, что между ФИО10 и ФИО2 фактически был заключен договор ренты - пожизненного содержания с иждивением, в материалах дела не имеется. В договоре дарения от 20.07.2017 года отсутствует условие о встречном обязательстве по содержании уходу за дарителем, доказательства существования какой-либо договоренности между ФИО10 и ФИО2 о наличии у него такой обязанности в обмен на долю в праве собственности на дом и земельный участок в материалах дела также отсутствуют и из показаний свидетелей такой вывод не следует. Факт того, что сын ФИО2 осуществлял уход за своей престарелой матерью ФИО4 не свидетельствует о том, что данный уход он осуществлял в рамках какого-либо договора. Кроме того, суд учитывает, что в силу ст. 602 ГК РФ существенным условием договора ренты является стоимость всего объема содержания с иждивением, которая должна быть указана в договоре. Доказательств того, что между ФИО10 и ФИО2 был определен размер помощи, который он должен оказать матери, в материалы дела не представлено. То обстоятельство, что ФИО4 до самой смерти пользовалась подаренным сыну ФИО2 имуществом – домом и земельным участком, также не свидетельствует о заключении договора ренты, поскольку предметом договора дарения являлась доля в праве собственности на жилой дом и земельный участок, после состоявшегося договора ФИО10 продолжала оставаться собственником 1/3 доли в праве собственности на данное имущество и имела право пользования им. В силу п. 1 ст. 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников. А выдел доли из состава имущества в натуре является правом участника долевой собственности. Из представленных доказательств суд приходит к выводу о том, что дарение части принадлежавшего наследодателю имущества ФИО2 – это осознанное решение наследодателя, которая, таким образом, распорядилась своим имуществом при жизни. Оставшуюся часть имущества ФИО10 завещала ФИО1, что подтверждается представленной в материалы дела копией завещания (л.д. 97). При указанных обстоятельствах оснований для удовлетворения заявленных исковых требований по доводам иска у суда не имеется.В силу ч. 1, 3 ст. 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда. В случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска.Поскольку судом принято решение об отказе в удовлетворении исковых требований, принятые на основании определения судьи Дзержинского районного суда г.Ярославля от 22 октября 2019 года меры по обеспечению иска в виде ареста земельного участка с кадастровым номером 76:23:0101017:10, расположенного по адресу: 

<

адрес>, жилого дома с кадастровым номером 76:23:010101:11233, расположенного по адресу: 

<

адрес> подлежат отмене.Руководствуясь ст. ст. 144, 194 -199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Меры по обеспечению иска, принятые на основании определения судьи Дзержинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в виде ареста земельного участка с кадастровым номером 76:23:0101017:10, расположенного по адресу: 

<

адрес>, жилого дома с кадастровым номером 76:23:010101:11233, расположенного по адресу: 

<

адрес>, отменить.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ярославский областной суд через Дзержинский районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Н.М. Симоненко