Дело № 2-303/2020

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 сентября 2020 года

Заднепровский районный суд города Смоленска

в лице председательствующего судьи Осипова А.А.,

при секретаре Бормаковой Е.Г.,

с участием: 

прокурора Оленевой Е.Е.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

представителей ответчика ФИО3 и ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Московский государственный университет технологий и управления имени К.Г. Разумовского (Первый казачий университет) (далее - ФГБОУ ВО «МГУТУ им. К.Г. Разумовского (ПКУ) о признании трудового договора заключенным на неопределенный срок, восстановлении на работе, взыскании зарплаты за время вынужденного прогула, а также о взыскании доплаты за ученую степень в размере 41960 руб. 50 коп., среднего заработка за период отпуска в размере 4756 руб. 40 коп., зарплаты за совмещение должностей в размере 32000 руб., зарплаты за отработанные часы в размере 942 руб. 58 коп., компенсации за неиспользованный отпуск в размере 11414 руб. 56 коп., компенсации морального вреда в размере 50000 руб., 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Институту пищевых технологий и бизнеса (филиалу) ФГБОУ ВО «МГУТУ им. К.Г. Разумовского (ПКУ) о восстановлении на работе 

<

данные изъяты>, взыскании зарплаты за время вынужденного прогула, надбавки за ученую степень кандидата педагогических наук за период с сентября по декабрь 2019 года, компенсации морального вреда, а также о понуждении ответчика к заключению трудового договора и к приему на работу специалистом по приему и движению контингента.

При этом истец сослалась на следующие обстоятельства.

Она работает в указанном учреждении с 2009 года, и каждый год с ней заключался трудовой договор сроком на 1 год. С 2017 года институт не ведет прием студентов для получения высшего образования, а принимает обучающихся только для оказания образовательных услуг по специальностям среднего профессионального образования. В системе среднего профессионального образования трудовой договор заключается на неопределенный срок. В 2019-2020 учебном году в нарушение закона с ней трудовой договор не был заключен, однако фактически со 2 сентября 2019 года она приступила к работе на полный учебный год. Позже руководителем института задним числом был издан приказ о приеме ее на работу, оформлен трудовой договор со сроком действия в три месяца, а затем ей объявили об окончании срока действия трудового договора 2 декабря 2019 года со ссылкой на то, что институт как филиал ликвидируется. Однако решение о его ликвидации не принято. Кроме того она дополнительно исполняла обязанности специалиста по приему и движению контингента. Зарплата ей начислялась без учета степени 

<

данные изъяты> (т.1 л.д.3-4).

Впоследствии истец неоднократно уточняла иск, в том числе дополняя его новыми исковыми требованиями.

Так, сначала она уточнила требование о взыскании доплаты за ученую степень, указав сумму в 12000 руб., а также дополнительно заявила требование о взыскании зарплаты в размере 36540 руб. за дополнительную работу специалиста по приему и движению контингента (т.1 л.д. 106-107).

Затем, поддерживая все вышеперечисленные исковые требования, истец уменьшила размер требования о взыскании зарплаты за дополнительную работу специалиста по приему и движению контингента до 32000 руб., указала размер компенсации морального вреда в 50000 руб. и, кроме того, дополнила свой иск требованиями о признании срочного трудового договора от 02.09.2019 заключенным на неопределенный срок, о взыскании недоплаченной за период с сентября по декабрь 2019 года зарплаты в размере 15312 руб., незаконно удержанной из зарплаты суммы 4556 руб. 83 коп. (т. 2 л.д. 246).

После этого ФИО1 заявила требования о взыскании доплаты за ученую степень 

<

данные изъяты> в размере 22420 руб. за период работы в 2018-2019 учебном году, этой же доплаты за период работы с сентября по декабрь 2019 года в размере 9000 руб., а также требования о взыскании 3519 руб. 86 коп. в погашение задолженности по оплате отпуска за 2018-2019 год, компенсации за неиспользованный отпуск за период работы с сентября по декабрь 2019 года в размере 10651 руб. 29 коп. Заявляя требования о взыскании «отпускных» и компенсации за неиспользованный отпуск, истец указала на то, что данные выплаты ей ответчиком произведены, но при их расчете не были учтены суммы зарплаты, которые она требует сейчас, в рамках настоящего иска (т. 3 л.д. 118-119).

На это же истец ссылалась впоследствии, увеличивая размер требований о взыскании «отпускных» до 4756 руб. 40 коп. и компенсации за неиспользованный отпуск до 11414 руб. 56 коп. Увеличила она в этот раз также и требования о взыскании доплаты за ученую степень 

<

данные изъяты> руб. за период работы в 2018-2019 учебном году до 30295 руб., этой же доплаты за период работы с сентября по 2 декабря 2019 года до 11665 руб. 50 коп. Кроме того истец заявила требование о взыскании заработной платы за отработанные часы в размере 942 руб. 58 коп. (т.3 л.д. 138-142).

Позже, в ходе судебного разбирательства истец отказалась от требований о понуждении ответчика к заключению трудового договора и принятии на работу на должность специалиста по приему и движению контингента, взыскании зарплаты за 2018-2019 учебный год в размере 15312 руб., в возврат удержанного из зарплаты 4556 руб. 83 коп., в связи с чем судом производство по делу в соответствующей части было прекращено (т.3 л.д. 239-240).

В остальной части истец и ее представитель ФИО2 иск поддержали, вышеприведенные доводы подтвердили.

Еще в ходе проведения подготовки к судебному разбирательству судом к участию в деле в качестве ответчика было привлечено ФГБОУ ВО «МГУТУ им. К.Г.Разумовского (ПКУ), поскольку именно это учреждение являлось работодателем в трудовых отношениях с истцом.

Представители ответчика ФИО3 и ФИО4 иск ФИО1 не признали. Не отрицая того, что 2 декабря 2019 года истец была уволена с работы в связи с истечением срока трудового договора, они пояснили, что с истцом 2 сентября 2019 года был заключен трудовой договор на три месяца по причине того, что на неопределенный срок трудовой договор не мог быть заключен с учетом характера предстоящей работы, условий ее выполнения. 

При этом представители ответчика сослались на то, что в указанное время проводились подготовительные мероприятия по ликвидации филиала - Института пищевых технологий и бизнеса, в котором истица работала. В настоящее время решение о ликвидации филиала учредителем принято.

Представители ответчика полагают, что, несмотря на то, что истец срочный трудовой договор не подписала, фактически приступила к исполнению трудовых обязанностей, а, следовательно, она согласилась на работу по срочному трудовому договору.

Также представители ответчика, подтвердив, что истец в порядке совмещения профессий выполняла дополнительную работу, заявили, что согласно соглашению сторон за эту работу в период с 2 сентября по 2 декабря 2019 года истцу ежемесячно доплачивали по 8000 руб. Они отрицают, что истец эту работу выполняла также и в период после 2 декабря 2019 года.

По мнению представителей ответчика, образовательное учреждение не обязано было выплачивать истцу надбавку за ученую степень, т.к. истец работала в филиале, реализующем образовательные программы среднего профессионального образования, а указанная надбавка предусмотрена для преподавателей высшего профессионального образования. Ранее (2018/2019 учебный год) указанная надбавка истцу выплачивалась в размере 10% оклада (758 руб.) в связи с принятием руководителем такого решения при наличии в то время достаточных денежных средств, что трудовому законодательству не противоречит.

Возражая против удовлетворения требования о взыскании заработной платы за отработанные часы в размере 942 руб. 58 коп., представители ответчика заявили, что основной частью заработной платы истца являлся оклад в размере ставки - месячной зарплаты, установленной при тарификации на начало учебного года. Истице в 2019/2020 учебном году была утверждена учебная нагрузка в размере не полной ставки, а в размере 0,89 ставки.

Заслушав объяснения истца и ее представителя, объяснения представителей ответчика исследовав письменные материалы дела, выслушав заключение прокурора о необходимости удовлетворения иска, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 2 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) одним из оснований прекращения трудового договора является истечение срока трудового договора (статья 79 настоящего Кодекса).

Согласно части первой статьи 79 ТК РФ срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия.

В силу пункта 2 части первой статьи 58 ТК РФ трудовые договоры могут заключаться на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно части второй статьи 58 ТК РФ срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 настоящего Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения.

Так, в соответствии с частью первой статьи 59 ТК РФ срочный трудовой договор заключается:

на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, за которым в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором сохраняется место работы;

на время выполнения временных (до двух месяцев) работ;

для выполнения сезонных работ, когда в силу природных условий работа может производиться только в течение определенного периода (сезона);

с лицами, направляемыми на работу за границу;

для проведения работ, выходящих за рамки обычной деятельности работодателя (реконструкция, монтажные, пусконаладочные и другие работы), а также работ, связанных с заведомо временным (до одного года) расширением производства или объема оказываемых услуг;

с лицами, поступающими на работу в организации, созданные на заведомо определенный период или для выполнения заведомо определенной работы;

с лицами, принимаемыми для выполнения заведомо определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой;

для выполнения работ, непосредственно связанных с практикой, профессиональным обучением или дополнительным профессиональным образованием в форме стажировки;

в случаях избрания на определенный срок в состав выборного органа или на выборную должность на оплачиваемую работу, а также поступления на работу, связанную с непосредственным обеспечением деятельности членов избираемых органов или должностных лиц в органах государственной власти и органах местного самоуправления, в политических партиях и других общественных объединениях;

с лицами, направленными органами службы занятости населения на работы временного характера и общественные работы;

с гражданами, направленными для прохождения альтернативной гражданской службы;

в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Согласно части второй статьи 59 ТК РФ срочный трудовой договор по соглашению сторон, т.е. без учета характера предстоящей работы или условий ее выполнения, может заключаться:

с лицами, поступающими на работу к работодателям - субъектам малого предпринимательства (включая индивидуальных предпринимателей), численность работников которых не превышает 35 человек (в сфере розничной торговли и бытового обслуживания - 20 человек);

с поступающими на работу пенсионерами по возрасту, а также с лицами, которым по состоянию здоровья в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, разрешена работа исключительно временного характера;

с лицами, поступающими на работу в организации, расположенные в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, если это связано с переездом к месту работы;

для проведения неотложных работ по предотвращению катастроф, аварий, несчастных случаев, эпидемий, эпизоотий, а также для устранения последствий указанных и других чрезвычайных обстоятельств;

с лицами, избранными по конкурсу на замещение соответствующей должности, проведенному в порядке, установленном трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права;

с творческими работниками средств массовой информации, организаций кинематографии, театров, театральных и концертных организаций, цирков и иными лицами, участвующими в создании и (или) исполнении (экспонировании) произведений, в соответствии с перечнями работ, профессий, должностей этих работников, утверждаемыми Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений;

с руководителями, заместителями руководителей и главными бухгалтерами организаций, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности;

с лицами, получающими образование по очной форме обучения;

с членами экипажей морских судов, судов внутреннего плавания и судов смешанного (река - море) плавания, зарегистрированных в Российском международном реестре судов;

с лицами, поступающими на работу по совместительству;

в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Согласно части третьей статьи 58 ТК РФ, если в трудовом договоре не оговорен срок его действия, то договор считается заключенным на неопределенный срок.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФГБОУ ВО «МГУТУ им. К.Г. Разумовского (ПКУ) зарегистрировано в качестве юридического лица с основным видом деятельности «образование высшее» и одним из дополнительных видов деятельности «образование профессиональное среднее». Данное образовательное учреждение среди филиалов имело в своем составе расположенный в г. Смоленске Институт пищевых технологий и бизнеса (т.1 л.д. 25-27, 30, 33; т.2 л.д. 19-35).

Истец работала 

<

данные изъяты> в указанном Институте пищевых технологий и бизнеса (филиале): с 1 сентября 2017 года по 30 июня 2018 года, с 1 сентября 2018 года по 30 июня 2019 года, а также с 2 сентября по 2 декабря 2019 года. Приказом от 25.11.2019 уволена с работы в связи с истечением срока действия трудового договора

Причем в первых двух случаях стороны заключали срочные трудовые договоры, о расторжении которых издавались приказы от 27.06.2018 и от 24.06.2019. О работе с 2 сентября по 2 декабря 2019 года трудовой договор сторонами не заключался, но истец 30 августа 2019 года подавала заявление о приеме на работу, 2 сентября 2019 года ректором образовательного учреждения был издан приказ №283/1-к о приеме ее на работу 

<

данные изъяты> сроком до 2 декабря 2019 года.

Данные обстоятельства, помимо объяснений обеих сторон, подтверждаются копиями заявления истиц, трудовых договоров, приказов о приеме на работу, о расторжении трудовых договоров, трудовой книжки (т.1 л.д. 152-159, 162-163, 170; т.2 л.д. 40).

В силу части 1 статьи 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности сторон.

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 56 ГПК РФ).

Представители ответчика не представили никаких доказательств наличия какого-либо из вышеприведенных, предусмотренных трудовым законодательством обстоятельств, служащих основанием для заключения с истцом трудового договора на определенный срок, не привели убедительных доводов в пользу того, что характер работы преподавателя или условия выполнения этой работы не позволяли заключить с ней трудовой договор на неопределенный срок.

В частности, по делу не установлено, что истец работала в организации, созданной на заведомо определенный период или для выполнения заведомо определенной работы либо была принята на работу для выполнения заведомо определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой. Об этом никак не может свидетельствовать факт планирующейся ликвидации указанного филиала образовательного учреждения, решение о ликвидации которого было принято лишь в сентябре 2020 года (приказ Минобрнауки России от 09.09.2020 №1178 - т.3 л.д. 232-237).

Нельзя не учесть также, что не указано какого-либо обстоятельства, служащего основанием для заключения с истицей срочного трудового договора в самом тексте договора, хотя Закон (абзац третий части второй статьи 57 ТК РФ) предписывает в обязательном порядке указывать в срочном трудовом договоре обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения именно срочного трудового договора в соответствии с трудовым законодательством.

В соответствии с частью первой статьи 332 ТК РФ трудовые договоры на замещение должностей педагогических работников, относящихся к профессорско-преподавательскому составу, в организации, осуществляющей образовательную деятельность по реализации образовательных программ высшего образования и дополнительных профессиональных программ, могут заключаться как на неопределенный срок, так и на срок, определенный сторонами трудового договора.

При этом, однако, необходимо иметь в виду, что, как следует из объяснений сторон, копии соответствующей лицензии (т.2 л.д. 189-190), работа истца, как 

<

данные изъяты>, была связана с реализацией Институтом пищевых технологий и бизнеса программ среднего профессионального образования, но не высшего профессионального образования.

К тому же по делу установлено, что истец не заключала с ответчиком трудовой договор на определенный срок, на 3 месяца. Так, в заявлении о приеме на работу отсутствуют указания относительно срочности работы, на которую истец просит ее принять (т.2 л.д. 40). Срочный трудовой договор от 02.09.2019 она не подписывала (т.1 л.д. 193-197). С содержащим сведения о работе в период с 2 сентября по 2 декабря 2019 года приказом о приеме на работу истец ознакомлена не была (т.1 л.д. 163). 

Ее объяснения о том, что срочный трудовой договор о работе с 2 сентября по 2 декабря 2019 года ей был представлен на подпись лишь в конце ноября 2019 года, согласуются с другими доказательствами по делу. Так, 21 ноября 2019 года был составлен и подписан комиссионный акт о том, что истец отказалась знакомиться и подписывать срочный трудовой договор от 02.09.2019, приказ о приеме на работу от 02.09.2019, уведомление о прекращении трудового договора (т.1 л.д. 191). 

Таким образом, поскольку имеются основания считать трудовой договор в данном случае заключенным на неопределенный срок, его расторжение в связи с истечением срока по пункту 2 статьи 77 ТК РФ нельзя признать законным, т.е. исковые требования ФИО1 о признании трудового договора заключенным на неопределенный срок, о восстановлении на работе подлежат удовлетворению.

Принятие в сентябре 2020 года Минобрнауки России решения о ликвидации Института пищевых технологий и бизнеса само по себе не свидетельствует о наличии законных оснований для заключения с истицей годом ранее трудового договора на определенный срок - на три месяца. 

Согласно части второй статьи 394 ТК РФ ввиду незаконности увольнения ответчик также должен выплатить истцу средний заработок за время вынужденного прогула, т.е. за 195 рабочих дней периода с 3 декабря 2019 года по 16 сентября 2020 года. 

Из имеющихся в деле расчетных листков, справки бухгалтерии следует, что ее заработок за весь расчетный период (сентябрь-ноябрь 2019 года) при 64 рабочих днях составил 97158 руб. (т.1 л.д. 202-204; т.3 л.д. 99), т.е. средний дневной заработок составляет 1518 руб. 09 коп. (97158:64). 

Следовательно, средний заработок за 195 рабочих дней вынужденного прогула составляет 296027 руб. 55 коп. (1518,09х195).

На основании части девятой статьи 394 ТК РФ следует удовлетворить кроме того требование истца о взыскании компенсации морального вреда, поскольку установлен факт незаконного увольнения ее с работы.

При определении размера такой компенсации принимаются во внимание характер допущенного ответчиком нарушения, степень его вины, степень нравственных страданий и переживаний истца по этому поводу, а также учитываются требования разумности и справедливости.

С учетом изложенного суд определяет размер компенсации морального вреда, причиненного ответчиком ФИО1, в 10000 руб.

Требования ФИО1 о взыскании доплаты за ученую степень в размере 41960 руб. 50 коп., среднего заработка за период отпуска в размере 4756 руб. 40 коп., зарплаты за совмещение должностей в размере 32000 руб., зарплаты за отработанные часы в размере 942 руб. 58 коп., компенсации за неиспользованный отпуск в размере 11414 руб. 56 коп. суд находит не подлежащими удовлетворению по следующим причинам.

Согласно части первой статьи 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть вторая статьи 135 ТК РФ).

Согласно части первой статьи 144 ТК РФ системы оплаты труда (в том числе тарифные системы оплаты труда) работников государственных учреждений устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Пунктом 4.1. Приложения №2 к приказу Минобрнауки России от 22.12.2014 №1601 установлено, что преподавателям организаций, осуществляющих образовательную деятельность по образовательным программам среднего профессионального образования, норма часов учебной (преподавательской) работы за ставку заработной платы которых составляет 720 часов в год, определяется объем годовой учебной нагрузки из расчета на 10 учебных месяцев, т.е. среднемесячная норма учебной нагрузки составляет 72 часа.

Как следует из объяснений сторон, в соответствии с тарификационными списками преподавателей и других работников на 2019-2020 учебный год истцу на 4 месяца была утверждена педагогическая нагрузка в 258 часов, т.е. на 0,89 ставки (258:288).

Истец же, заявляя требование о взыскании 942 руб. 48 коп. за так называемые отработанные часы, исходит из расчета оплаты труда за один час в 380 руб. 56 коп. и общего объема учебной нагрузки в период с 02.09.2019 по 02.12.2019 в 258 часов, а также полной ставки 

<

данные изъяты> (т.3 л.д. 229), что, с учетом вышеприведенного обстоятельства, нельзя признать правильным, т.е. суд не усматривает достаточных оснований для присуждения истцу 942 руб. 48 коп.

В соответствии с частью первой статьи 60.2. ТК РФ с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату.

Поручаемая работнику дополнительная работа по другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий (должностей). Поручаемая работнику дополнительная работа по такой же профессии (должности) может осуществляться путем расширения зон обслуживания, увеличения объема работ. Для исполнения обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику может быть поручена дополнительная работа как по другой, так и по такой же профессии, должности (часть вторая статьи 60.2. ТК РФ).

Согласно части первой статьи 151 ТК РФ при совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата.

В силу части второй статьи 151 ТК РФ размер доплаты устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы.

Приказом от 02.09.2019 №285/3-к истец была назначена ответственным лицом за ведение и учет контингента обучающихся лиц, с ее согласия на нее были возложены дополнительные трудовые обязанности, за выполнение которых была установлена доплата в размере 8000 руб. ежемесячно (т.1 л.д. 164, 199-200).

Данная надбавка ей начислялась и выплачивалась до дня ее увольнения, что следует из копий расчетных листков (т.1 л.д. 202-205). Доказательства, в достаточной степени подтверждающие факт выполнения указанной работы с ведома или по поручению уполномоченного должностного лица после 2 сентября 2019 года, по делу отсутствуют.

Судом проверялись и признаны несостоятельными доводы истца о том, что выплачиваемые ей ежемесячно 8000 руб. являлись надбавкой за качество работы. По делу не установлено, что ректор образовательного учреждения в порядке, предусмотренном Положением о порядке установления стимулирующих выплат (т. 2 л.д. 132-135), по представлению руководителя структурного подразделения принимал решение об установлении истцу такой надбавки стимулирующего характера или делегировал право принятия такого решения другим должностным лицам. 

По сообщению начальника отдела по ведению учета и отчетности в региональных институтах, в расчетных листках некорректно данная сумма указана как надбавка за качество выполнения работ (т.2 л.д. 39).

Согласно части 11 статьи 108 Федерального закона от 29 декабря 2012 года №273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» со дня вступления в силу настоящего Федерального закона (01.09.2013) в оклады (должностные оклады) по должностям научно-педагогических работников образовательных организаций высшего образования включаются размеры надбавок за ученые степени и по должностям, которые действовали до дня вступления в силу настоящего Федерального закона с учетом требуемых по соответствующим должностям ученых степеней.

До 1 сентября 2013 года в Российской Федерации действовал Федеральный закон от 22 августа 1996 года №125-ФЗ «О высшем и послевузовском профессиональном образовании», согласно пункту 5 статьи 30 которого научно-педагогическим работникам высших учебных заведений за ученую степень кандидата наук устанавливалась надбавка к должностным окладам (ставкам) в размере 3000 рублей за ученую степень кандидата наук.

Истец имеет ученую степень 

<

данные изъяты> (т.1 л.д. 16), однако, как выше указано, работа истца была связана с реализацией Институтом пищевых технологий и бизнеса программ не высшего, а среднего профессионального образования, в связи с чем нельзя согласиться с утверждением о наличии у нее права (и соответственно - обязанности ответчика) на включение в оклад вышеуказанной надбавки за ученую степень.

С учетом вышеизложенного не является юридически значимым то обстоятельство, что по решению руководителя образовательного учреждения в предыдущий период времени истцу за ученую степень ежемесячно выплачивалось по 758 руб.

Согласно статье 114 ТК РФ работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка.

При увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска (часть первая статьи 127 ТК РФ).

Письменные материалы дела (записки-расчеты, расчетный листок) свидетельствуют о том, что ФИО1 за работу в период с 01.09.2018 по 30.06.2019 был предоставлен отпуск продолжительностью 47 дней с сохранением среднего заработка. При увольнении 2 декабря 2019 года ей была начислена и выплачена денежная компенсация за 14 календарных дней неиспользованного отпуска (т.1 л.д. 205; т.3 л.д. 157-159, 163-167).

Данные обстоятельства усматриваются также из объяснений представителей ответчика, подтверждаются самим истцом, из объяснений которой следует, что спор относительно оплаты отпуска, выплаты компенсации за неиспользованный отпуск возник лишь в связи с невключением ответчиком в расчетную сумму заработной платы при расчете среднего заработка в целях начисления «отпускных» других сумм, спор о которых разрешается в рамках данного иска (доплаты за ученую степень, зарплаты за совмещение должностей, зарплаты за отработанные часы в размере 942 руб. 58 коп.).

Таким образом, поскольку суд не признал обоснованными требования истца о взыскании доплаты за ученую степень, зарплаты за совмещение должностей, зарплаты за отработанные часы в размере 942 руб. 58 коп., не подлежат удовлетворению, помимо прочего, и требования о взыскании с ответчика среднего заработка за период отпуска в размере 4756 руб. 40 коп. и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 11414 руб. 56 коп.

Поскольку при подаче иска в суд истец в силу закона от уплаты госпошлины была освобождена, а требования ее удовлетворяются, суд в силу части 1 статьи 103 ГПК РФ присуждает госпошлину с ответчика в доход бюджета. Общий размер госпошлины - 6460 руб. 28 коп., в том числе 6160 руб. 28 коп. - по требованию имущественного характера о взыскании зарплаты (96027,55:100+5200) и 300 руб. - по остальным требованиям неимущественного характера, включая требование о взыскании компенсации морального вреда.

Решение в части, касающейся восстановления истца на работе и взыскания в ее пользу зарплаты за три месяца (63 рабочих дня) в размере 95639 руб. 67 коп., подлежит немедленному исполнению (абзацы третий и четвертый статьи 211 ГПК РФ).

Принимая во внимание вышеизложенное и руководствуясь ст. ст. 194, 195, 197, 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично:

- признать трудовой договор ФИО1 и ФГБОУ ВО «МГУТУ им. К.Г.Разумовского (ПКУ) от 02.09.2019 заключенным на неопределенный срок;

- восстановить ФИО1 на работе преподавателем в Институт пищевых технологий и бизнеса (филиал) ФГБОУ ВО «МГУТУ им. К.Г.Разумовского (ПКУ) с 2 декабря 2019 года;

- взыскать с ФГБОУ ВО «МГУТУ им. К.Г.Разумовского (ПКУ) зарплату за время вынужденного прогула в размере 296027 руб. 55 коп., компенсацию морального вреда в размере 10000 руб. 

Отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФГБОУ ВО «МГУТУ им. К.Г.Разумовского (ПКУ) о взыскании доплаты за ученую степень в размере 41960 руб. 50 коп., среднего заработка за период отпуска в размере 4756 руб. 40 коп., зарплаты за совмещение должностей в размере 32000 руб., зарплаты за отработанные часы в размере 942 руб. 58 коп., компенсации за неиспользованный отпуск в размере 11414 руб. 56 коп.

Взыскать с ФГБОУ ВО «МГУТУ им. К.Г.Разумовского (ПКУ) в доход бюджета госпошлину в размере 6460 руб. 28 коп.

Решение в части, касающейся восстановления ФИО1 на работе и взыскания в ее пользу зарплаты в размере 95639 руб. 67 коп., подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке, а прокурором на него может быть принесено апелляционное представление в Смоленский областной суд через районный суд в течение месяца.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ