Дело № 2-8815/2017 мотивированное 

решение

 

изготовлено 13.12.2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 декабря 2017 года г. Сургут 

Сургутский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе председательствующего судьи Савельевой Е.Н., 

при секретаре Липняговой Д.М., 

с участием:

помощника прокурора города Сургута Кузьминой Т.В.,

истца ФИО1,

представителей ответчика ФИО2, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к МКУ «Казна городского хозяйства» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка, компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к МКУ «Казна городского хозяйства» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка, компенсации морального вреда. В обоснование исковых требований указано, что с ДД.ММ.ГГГГ истец работала в должности ведущего юрисконсульта в МКУ «Казна городского хозяйства» на основании срочного трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ и приказа № от ДД.ММ.ГГГГ на время исполнения обязанностей отсутствующего работника ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ работодатель уведомил истца о прекращении трудового договора в связи с прерыванием основного работника отпуска по уходу за ребенком до 3-х лет и последующим выходом на работу с ДД.ММ.ГГГГ. Истец была уволена ДД.ММ.ГГГГ по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец отсутствовала в г. Сургуте. По возвращении в г. Сургут истцу стало известно о том, что ФИО7 на работу не вышла, продолжает находится в отпуске по уходу за ребенком. С ДД.ММ.ГГГГ на работу принят новый сотрудник. Истец полагает, что ее права нарушены незаконным увольнением, поскольку нарушена сама процедура увольнения. Незаконными действиями работодателя ей причине моральный вред, который истец оценивает в сумме 25 000 рублей. 

Истец, уточнив заявленные требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просит суд: признать увольнение незаконным и необоснованным; обязать ответчика восстановить в должности ведущего юрисконсульта; произвести расчет среднего заработка за вынужденные прогулы с ДД.ММ.ГГГГ; взыскать средний заработок с ДД.ММ.ГГГГ по день восстановления на работе; взыскать в счет компенсации морального вреда 25000 рублей.

Истец в судебном заседании доводы, изложенные в иске, поддержала, на уточненных требованиях настаивала. 

Представители ответчика в судебном заседании заявленные требования не признали, просили в удовлетворении иска отказать. Суду пояснили, что процедура увольнения не нарушена, истец была извещена о том, что с ней заключен срочный трудовой договор на время нахождения основного работника в отпуске по уходу за ребенком. Более того, истец была извещена о том, что выходит основной работник, в связи с чем, трудовой договор будет расторгнут. ФИО4 приступила к работе с ДД.ММ.ГГГГ и в тот же день ушла на основании заявления в отпуск по уходу за ребенком. Расчет с работником ФИО4 произведен за фактически отработанное время. В настоящее время, должность, на которую претендует истец, занята другим работником с ДД.ММ.ГГГГ. 

Изучив мнение сторон, исследовав материалы дела, показания свидетелей, заключение помощника прокурора, который указал, что оснований для восстановления на работе не имеется, поскольку процедура увольнения не нарушена, суд приходит к следующему. 

Согласно ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор заключается: на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, за которым в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором сохраняется место работы.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является: истечение срока трудового договора (статья 79 настоящего Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения.

Частями 1,3 ст. 79 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

Трудовой договор, заключенный на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, прекращается с выходом этого работника на работу.

Согласно ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Как следует из материалов дела и сторонами не оспаривается, что ДД.ММ.ГГГГ между МКУ «Казна городского хозяйства» (работодатель) и ФИО1 заключен трудовой договор (срочный) №, из пункта 1.1 которого следует, что работник принимается к работодателю в договорно-правовой отдел МКУ «КТХ» для выполнения работы, на должность – ведущий юрисконсульт. 

Из пункта 1.2 следует, что работник обязан приступить к работе с ДД.ММ.ГГГГ. 

Не оспаривается, что с Приказом №- к от ДД.ММ.ГГГГ о приеме на работу ФИО1 ознакомлена, о чем имеется ее подпись, из которого следует, что работник принимается на работу временно, на время исполнения обязанностей отсутствующего работника ФИО7 

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 на имя директора МКУ «Казна городского хозяйства» подано заявление о прерывании дополнительного отпуска по уходу за ребенком до 3-х лет, просила считать ее приступившей к должностным обязанностям с ДД.ММ.ГГГГ. 

Уведомлением от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 была извещена о прекращении срока действия срочного трудового договора с ДД.ММ.ГГГГ (последний рабочий день, пятница). 

С Приказом о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) №-к от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что трудовые отношения между сторонами прекращаются ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (в связи с истечением срока трудового договора). 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выдана трудовая книжка, произведен расчет по заработной плате. 

С Приказом №-О от ДД.ММ.ГГГГ о выходе на работу с ДД.ММ.ГГГГ работник ФИО7 была ознакомлена. 

Факт выхода ФИО7 на работу подтвержден:

показаниями самой ФИО7, которая суду пояснила, что с утра ДД.ММ.ГГГГ находилась на рабочем месте, зашла в отдел кадров, проходила инструктаж, а потом находилась в кабинете у заместителя директора ФИО8, 

показаниями допрошенного свидетеля ФИО9, которая суду пояснила, что утром ДД.ММ.ГГГГ с 08:50 видела ФИО10 на работе; 

табелем учета рабочего времени за октябрь 2017 года, из которого следует, что ФИО7 приступила к работе ДД.ММ.ГГГГ, отработав 2 часа; 

счетом № от ДД.ММ.ГГГГ о перечислении работодателем денежных средств (заработной платы) ФИО7 за фактически отработанное время. 

Оценивая показания допрошенных свидетелей, суд находит их допустимыми и достоверными, поскольку они согласуются с иными собранными по делу доказательствами. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что у работодателя имелись законные основания для прекращения срочного трудового договора с ФИО1, принятой на работу на период нахождения основного работника ФИО7 в отпуске по уходу за ребенком. 

Довод истца о том, что нарушена процедура увольнения, поскольку она была уволена ДД.ММ.ГГГГ, в то время как основной работник должен был приступить к работе с ДД.ММ.ГГГГ, то есть увольнение работника ФИО1 и выход основного работника ФИО7 должен был быть произведен одним днем, суд находит несостоятельным, исходя из того, что последним днем ФИО1 являлась дата ДД.ММ.ГГГГ (пятница) при пятидневной рабочей неделе, а с ДД.ММ.ГГГГ (понедельник) приступила к исполнению должностных обязанностей ФИО7 также по пятидневной рабочей неделе. 

Следовательно, процедура увольнения не нарушена, поскольку трудовым законодательством не предусмотрено увольнение работника по срочному трудовому договору и прерывание отпуска основного работника одним рабочим днем. 

Довод истца о том, что ФИО7 не приступила фактически к исполнению трудовых обязанностей, поскольку не создала ни одного документа по работе, более того, ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 вновь предоставлен дополнительный отпуск по уходу за ребенком до достижения им 3-х лет, суд находит несостоятельным, поскольку правового значения для рассмотрения спора не имеет. В данном случае, как следует из совокупности представленных доказательств, ФИО7 вышла на работу ДД.ММ.ГГГГ, факт нахождения на рабочем месте не оспаривается работодателем, подтвержден выплатой заработной платы за фактически отработанное время. 

Довод истца о том, что заработная плата ФИО7 за октябрь 2017 года выплачена со значительной задержкой, а именно ДД.ММ.ГГГГ, в то время, как должна была быть выплачена не позднее ДД.ММ.ГГГГ, суд находит несостоятельным, поскольку также правого значения для рассмотрения спора не имеет. В данном случае несвоевременная выплата заработной платы другому работнику прав ФИО1 не нарушает. 

Довод истца о том, что ее увольнение носило фиктивный характер, ничем не подтвержден. 

На основании изложенного, исходя из того, что процедура увольнения ФИО1 по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации не нарушена, увольнение истца является законным и обоснованным, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка и компенсации морального вреда в полном объеме, поскольку нарушенных прав ФИО1 действиями работодателя не установлено. 

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к МКУ «Казна городского хозяйства» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка, компенсации морального вреда - отказать.

Решение в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры путем подачи апелляционной жалобы через Сургутский городской суд. 

Председательствующий Е.Н. Савельева