Дело № 2-22/2024; Номер

Номер

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Резолютивная часть решения вынесена: 28.02.2024;

Мотивированное решение изготовлено: 05.03.2024; г. Искитим

Искитимский районный суд Новосибирской области в составе:

Председательствующего судьи Тупикиной А.А.,

С участием прокурора Вдовиченко И.С., 

При секретаре Фадеевой Н.А.,

Рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Современные горные технологии» о взыскании компенсации морального вреда, материального вреда, 

УСТАНОВИЛ :

Истец ФИО1 обратился в суд с иском о взыскании с ООО «Современные горные технологии» компенсации причиненного морального вреда в размере 1500000,00 руб., расходов на медикаменты в размере 75159,10 руб.

В обоснование требований указал, что с Дата истец был принят на работу в ООО «Современные горные технологии» в должности водителя автомобиля, занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе (г/п 90 т.). Дополнительным соглашением к договору подряда от Дата принят на должность водителя автомобиля, занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе ( г/п 236 т.).

Дата во время исполнения трудовых обязанностей на территории производственно-перегрузочного комплекса ОП ООО «Эльгауголь», произошел несчастный случай, при следующих обстоятельствах.

В 06-00 часов Дата истец прошел предрейсовый медицинский осмотр. 

Далее, вместе с механиком ОП ООО «Эльгауголь» ФИО2 осмотрел автомобиль Номер борт. Номер.

В 07-30 час. прибыл в помещение раскомандировки, где получил наряд у начальника автоколонны Номер ОП ООО «Эльгауголь» ФИО3 на транспортирование горной массы.

В 08-00 час. истец выехал с площадки пересменки на автосамосвале Номер борт. Номер в забой экскаватора Номер гар. Номер и приступил к перевозке горной массы с забоя на отвал «Восточный».

В 13-10 часов Дата во время исполнения трудовых обязанностей, выполняя задание от механика ОП ООО «Эльгауголь» ФИО2, истец произвел осмотр кузова самосвала Номер борт. Номер на предмет трещин, заглушил двигатель, установил стояночный тормоз, спустился вниз, установил под правое переднее колесо противооткатные упоры, подняв кузов, застопорив его. После чего вышел на смотровую площадку самосвала, взял скребок и через установку вентиляции тормозных резисторов стал спускаться на раму самосвала TEREX NTE 240 борт. № ПО. Потеряв равновесие, истец упал с самосвала Номер борт. Номер. В результате падения получил телесные повреждения в виде: **********.

Дата был доставлен в муниципальное бюджетное учреждение здравоохранения ГАУЗ 

<

Адрес> «Тындинская больница», где находился на амбулаторном лечении.

Дата истец был переведен на стационарное лечение в травматологическое отделение бюджетного учреждения здравоохранения 

<

Адрес> «Искитимская центральная городская больница» (ГБУЗ НСО «ИЦГБ»), где проходил стационарное лечение с Дата по Дата с диагнозом «**********».

Дата истец перенес оперативное лечение. Отломки обеих пяточных костей фиксированы ОМС.

С Дата по Дата истец находился на амбулаторном лечении.

С Дата по Дата был вновь госпитализирован в ГБУЗ НСО «Искитимская центральная городская больница» в травматологическое отделение.

Неоднократно был прооперирован, в связи ******, частичным расхождением, ***********.

С Дата по настоящее время находится на амбулаторном лечении, нуждается в проведении оперативных вмешательств в будущем.

Согласно медицинскому заключению Номер/у от Дата, выданной ГАУЗ 

<

Адрес> «Тындинская больница» поставлен диагноз: **********.

Дата по результатам расследования произошедшего составлен акт Номер о несчастном случае на производстве.

Согласно указанному акту, факт грубой неосторожности со стороны водителя ФИО1 не усматривается, как и степень вины пострадавшего не установлена.

На момент несчастного случая истцу было всего 40 лет. У него есть несовершеннолетние дети, супруга, родители. Из-за несчастного случая и тяжелых травм истец, еще молодой человек, лишен возможности работать там, где он все знает и умеет. Поэтому истец потерял заработок, который у него раньше был, и теперь ему запрещена разъездная работа, что давало ему хороший доход. Истец долго болел, его здоровье до сих пор не восстановилось полностью. Страховая выплата не обеспечивает достойного уровня жизни ему, детям, и супруге.

Лечение и восстановление сопровождалось не только физическими страданиями истца (постоянное головокружение, неприятные боли), но и душевными волнениями. Истец переживал, что не может содержать семью, что не сможет ходить.

На основании вышеизложенного считает, что вследствие травмы, полученной на производстве, ему был нанесен моральный ущерб со стороны ООО «Современные горные технологии», поскольку предприятие не обеспечило ему надлежащие условия и безопасность труда.

Кроме того, истцом были понесены дополнительные расходы, поскольку пришлось обращаться к специалистам на платной основе, я понес расходы на приобретение медицинских препаратов и услуг, рекомендованных мне врачами в размере 75 159,10 рублей ( копии чеков прилагаются).

Истец ФИО1 о дате, месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился. Ранее в судебном заседании пояснил, что Дата он приступил к выполнению работы. В 13 часов остановился на обед, пошел обслужить технику. Начал спускаться с автомобиля, в связи с усталостью его качнуло, он упал и получил травму. Его вина в несчастном случае отсутствует. Сразу его не госпитализировали, сутки он лежал в комнате. В больницу он попал только Дата, где ему была оказана медицинская помощь. Полагает, что в связи с несвоевременным оказанием медицинской помощи у него образовался ********. Был прооперирован Дата, ему были установлены ********. В сентябре Дата года у него развился *********, провели оперативное лечение, убрали *******, удалили ******. Дата вновь в связи с ********** была проведена операция, был удален ********. Находился на стационарном лечении до Дата. Полагает, что вина работодателя заключается в том, что заставляют осматривать технику в неустановленном месте. Кроме того был вынужден по назначению врача приобретать медицинские препараты, понесенные расходы желает взыскать с ответчика. В настоящее время он лишен возможности работать, не может обеспечить должным образом семью, поддержать детей. Лишен возможности самостоятельно передвигаться, в связи с чем изменился его привычный образ жизни, поскольку не может самостоятельно залезть в ванну; не может управлять транспортным средством; на улице его сопровождает жена.

Представитель истца адвокат Ламбаева С.В. считал исковые требования подлежащими удовлетворению в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что заявляет требования к ответчику исходя из того, что травма истцом получена при исполнении трудовых обязанностей. Все лекарственные препараты ФИО1 были рекомендованы лечащими врачами. После получения информации от лечащего врача относительно методов лечения *********, им было принято решение о приобретении за счет собственных средств комплекта *******, поскольку данный метод лечения был более эффективным. Размер компенсации морального вреда обоснован длительностью лечения – до настоящего времени проходит лечение, не восстановился. Перенес 8 операций, установлена ******. 

Представитель ответчика ФИО4, принимавший участие в судебном заседании с использованием связи ВКС, считал исковые требования не подлежащими удовлетворению в полном объеме по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление (л.д. 58-59 том 1), дополнительно пояснил, что несчастный случай с ФИО1 произошел в результате случайного проскальзывания и падения с автомобиля, вина работодателя отсутствует, что указано в Акте о несчастном случае на производстве. ФИО1 выполнял свои должностные обязанности, предусмотренные должностной инструкцией и обусловленные трудовым договором. Осмотр кузова производится водителем в любом месте его стоянки. Медицинская карточка ФИО1 не содержит назначения медицинских препаратов. Комплект ******* (пластин) ФИО1 был приобретен по своему усмотрению, в рамках ОМС мог получить лечение с использованием иных методов лечения – спиц Киршнера, при этом лечение и реабилитация достигаются в тот же срок. Кроме того полагает, что заявленная ко взысканию сумма компенсации причиненного морального вреда является чрезмерно завышенной с учетом обстоятельств получения травмы.

Выслушав пояснения участников процесса, заключение прокурора Вдовиченко И.С., полагавшей исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, оценив исследованные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 21 Трудового кодекса РФ (далее ТК РФ), работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда (ч. 1 ст. 219 ТК РФ).

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, ознакомление работников с требованиями охраны труда; разработку и утверждение правил и инструкций по охране труда для работников с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов (части 1, 2 ст. 212 ТК РФ).

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами (абз. 14 ч. 1 ст. 21 ТК РФ).

В силу ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

По смыслу ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Статьей 237 ТК РФ также предусмотрено возмещение работнику морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействиями работодателя.

Положениями указанной статьи установлено, что при возникновении спора размер компенсации морального вреда определяется судом.

Обязанность работодателя компенсировать моральный вред при повреждении здоровья работника вследствие несчастного случая на производстве предусмотрена нормой абз. 2 ч. 3 ст. 8 Федерального закона от Дата N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", согласно которой возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда, при том, что в силу 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации именно работодатель обязан обеспечить безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возместить вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В Трудовом кодексе РФ не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и принципов определения размера компенсации морального вреда. Порядок возмещения компенсации причиненного морального вреда определяется нормами действующего ГК РФ.

Пунктом 2 ст. 2 ГК РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 – 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 с Дата состоял в трудовых правоотношениях с ООО «Современные горные технологии» по должности водителя автомобиля, занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе (г/п 90 т.) (л.д. 187-191 том 1). 

Приказом от Дата ФИО1 переведен на должность водителя автомобиля, занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе ( г/п 142 т.). Дополнительным соглашением к договору подряда от Дата переведен на должность водителя автомобиля, занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе ( г/п 236 т.) (л.д. 197-207 том 1).

Дата в 13-25 часов в 

<

Адрес>, участок «Дальний восток» обособленного подразделения Эльгауголь ООО «Современные горные технологии», забой экскаватора Komatsu Номер гар. №Номер, с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве: ФИО1 вышел на смотровую площадку самосвала Номер, гар. Номер, взял скребок и через установку вентиляции тормозных резисторов начал спускаться на раму самосвала Номер, гар. Номер. Оступившись, ФИО1 потерял равновесие и упал с самосвала Номер, гар. Номер на землю, при этом по касательной ударился о топливный бак.

После получения травмы истец был доставлен муниципальное бюджетное учреждение здравоохранения ГАУЗ 

<

Адрес> «Тындинская больница», откуда Дата истец был переведен на стационарное лечение в травматологическое отделение ГБУЗ НСО «Искитимская центральная городская больница» (ГБУЗ НСО «ИЦГБ»), где был установлен диагноз: ********.

По факту указанного несчастного случая на основании заключения государственного инспектора труда – государственного инспектора труда (по охране труда) ФИО5 от Дата, был составлен акт Номер. Данный акт утвержден генеральным директором ООО «Современные горные технологии» Дата (л.д. 15-21 том 1).

В акте о несчастном случае на производстве указано:

- несчастный случай произошел в результате случайного проскальзывания водителя ФИО1

Учитывая обстоятельства несчастного случая, виновные лица за допущенные нарушения требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, приведших к несчастному случаю – отсутствуют.

Указано о необходимости проведения мероприятий по устранению причин, способствующих наступлению несчастного случая: 

- Провести внеочередную проверку знаний безопасных методов и приемов работы, инструкции по охране труда водителю автомобиля, занятому на транспортировке горной массы в технологическом процессе (г/п 236 т) ОП Эльгауголь ООО «Современные горные технологии» ФИО1

- Усилить контроль за соблюдением требований трудового распорядка и дисциплины труда, охране труда при производстве работ персоналом ОП Эльгауголь ООО «Современные горные технологии».

Акт Номер о несчастном случае на производстве сторонами не оспаривался.

Как следует из медицинской документации (л.д. 181-184 том 1, 1-105, 117 том 2), период с Дата по Дата ФИО1, находился на лечении в травматологическом отделении ГБУЗ НСО «ИЦГБ», где Дата ему проведена операция: *********.

Период с Дата по Дата ФИО1, находился на лечении в травматологическом отделении ГБУЗ НСО «ИЦГБ» с диагнозом: ********* (Дата). *******, где Дата ему проведена операция: **********.

Период с Дата по Дата ФИО1, находился на лечении в травматологическом отделении ГБУЗ НСО «ИЦГБ» с диагнозом: *********, где ему проведена операция: *********.

Период с Дата по Дата ФИО1 в связи с лечением полученной травмы находился на стационарном лечении в отделении гнойной хирургии ГБУЗ НСО «ГНОКБ», Дата проведено оперативное вмешательство – ********.

Дата ФИО1 рекомендована повторная операция ****** в связи с установленным ему диагнозом – ******* (л.д. 120 том 2).

Период с Дата по Дата ФИО1 находился на стационарном лечении в отделении гнойной ортопедии ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр травматологии и ортопедии имени академика Г.А. Илизарова», где Дата ему была проведена операция: **********.

ФИО1 выдано направление на госпитализацию в ФГБУ «НМИЦТО им. Ак. ГА. Илизароваа», госпитализация запланирована на Дата.

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО1 до настоящего времени продолжает лечение в связи с полученной травмой в результате несчастного случая на производстве.

В июле 2023 ФИО1 впервые проведена медико-социальная экспертиза с целью установления группы инвалидности и степени утраты профессиональной трудоспособности по последствиям несчастного случая на производстве от Дата, по результатам которой Дата истец признана ********** сроком до Дата, причина инвалидность определена как "трудовое увечье", установлено 80% утраты профессиональной трудоспособности на период с Дата до Дата (л.д. 185, 211-217 том 1).

Как разъяснено в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от Дата Номер "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 этого же Постановления).

Согласно п. 28 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Как следует из разъяснений, данных в п. 29 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

В силу п. 30 указанного постановления закреплено, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Из материалов дела следует, что истец в достаточно молодом возрасте 40 лет) в результате несчастного случая на производстве получил травму, в результате которой он неоднократно находился на стационарном лечении, до настоящего времени лечение продолжается, перенес неоднократно оперативное вмешательство, последствием травмы стало установление истцу ********** (на год), а также утрата истцом профессиональной трудоспособности на 80%. Истец лишен возможности работать по своей профессии и утратил заработок, лишен возможности достойного содержания своей семьи (на иждивении находится двое несовершеннолетних детей). Также лишен возможности вести привычный образ жизни, поскольку многие бытовые вопросы он вынужден решать с посторонней помощью. Все это подтверждает глубокие физические страдания истца.

Таким образом истец имеет право на взыскание с ответчика в его пользу компенсации причиненного морального вреда.

Доводы представителя ответчика о том, что ООО «Современные горные технологии» не является причинителем вреда, поскольку нарушений требований охраны труда со стороны работодателя не допущено, а причиной несчастного случая явилась неосторожность самого истца (случайное проскальзывание) не являются основанием для отказа в иске, в связи со следующим.

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных ст. 2 ТК РФ, предусмотрен такой, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Согласно ст. 184 ТК РФ, при повреждении здоровья работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

В силу требований ст. 22 ТК РФ, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от Дата Номер «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Право на возмещение морального вреда работник имеет во всех случаях нарушения его трудовых прав, сопровождающихся нравственными или физическими страданиями, в том числе при получении вреда здоровью при исполнении трудовых обязанностей.

Поскольку вышеназванный несчастный случай произошел в рабочее время и при исполнении ФИО1 своих трудовых обязанностей, вследствие чего признан и оформлен как несчастный случай на производстве, то именно работодатель в таком случае является лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Доводы представителя ответчика о том, что в действиях работодателя отсутствует вина, не являются основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, так как в силу статей 22, 212 ТК РФ именно работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Поскольку грубая неосторожность и вина ФИО1 не установлена в акте о несчастном случае на производстве формы Н-1, то ответственность за несчастный случай на производстве должен нести работодатель, на котором лежит ответственность по соблюдению требований безопасности труда его работниками.

Суд приходит к выводу о том, что несчастный случай произошел с ФИО1 по вине работодателя, не обеспечившего безопасных условий труда, вина работника в нарушении требований охраны труда в форме грубой неосторожности не установлена, акт Номер о несчастном случае на производстве указания на вину ФИО1 в несчастном случае не содержит. Доказательств, свидетельствующих о грубой неосторожности истца не представлено.

Из материалов дела следует, что с истцом был проведен вводный инструктаж Дата, инструктаж на рабочем месте - Дата, ФИО1 прошел стажировку с Дата по Дата; обучение по охране труда по профессии, при выполнении которой произошел несчастный случай – с Дата по Дата; проведена проверка знаний требований охраны труда по профессии, при выполнении которой произошел несчастный случай – Дата. Однако, суд полагает, что указанные меры не могут быть признаны исчерпывающими, освобождающими ответчика от обязанности возмещения причиненного вреда истцу.

Из материалов дела следует, что после перевода ФИО1 на должность водителя автомобиля, занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе ( г/п 236 т.) (Дата), с ним не проводилось обучение по охране труда по профессии, при выполнении которой произошел несчастный случай.

При этом суд учитывает, что в приведенном акте Номер о несчастном случае на производстве в отношении ФИО1 в качестве мероприятий по устранению причин несчастного случая указано: усилить контроль за соблюдением требований трудового распорядка и дисциплины труда, охраны труда при производстве работ персоналом ОП Эльгауголь ООО «Современные горные технологии», что по мнению суда свидетельствует о признании работодателем своего бездействия в части обеспечения безопасности и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, в связи с не принятием должных мер к осуществлению контроля по соблюдению работниками общества требований охраны труда.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что бездействие работодателя послужило одной из причин наступления вредных последствий для ФИО1

Поскольку между сторонами возник спор относительно размера компенсации морального вреда, он подлежит разрешению судом.

При решении вопроса о размере компенсации морального вреда, суд принимает во внимание характер причиненных истцу физических и нравственных страданий.

Кроме того, суд учитывает требования разумности и справедливости, в связи с чем полагает необходимым требования истца о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично, в сумме 500 000 руб., а в удовлетворении остальной части иска о взыскании компенсации морального вреда отказать, признав размер заявленной ко взысканию компенсации завышенным.

По мнению суда, указанный размер денежной компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

При этом суд оценивает критически довод истца о том, что в связи с несвоевременным оказанием медицинской помощи у него образовался некроз, поскольку доказательств указанных обстоятельств не представлено суду. Представитель истца адвокат Ламбаева С.В. пояснила, что это позиция истца, не подтвержденная медицинскими документами, ходатайств о назначении судебной экспертизы для выяснения данного вопроса истцом заявлено не было.

Кроме того, истцом заявлены требование о взыскании в его пользу с ответчика расходов на приобретение лекарственных препаратов и имплантов.

Разрешая указанные требования суд исходит из следующего.

В силу п. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Как разъяснено в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от Дата N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода, и не имеет права на их бесплатное получение. Однако, если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Из представленных в материалы дела медицинских документов ФИО1 следует, что в связи с прохождением лечения в результате полученной травмы ему были назначены медицинские препараты - Прадакса (либо Ксарелто); обработка фликент. ********* раствором KMnО4 или бриллиантовой зелени (л.д. 181 том 1); Перевязки с гелем Prontosan, ходьба на костылях (л.д. 182 том 1); перевязки с антисептиками, ходьба на костылях (л.д. 183 том 1).

Согласно представленных истцом Товарных и кассовых чеков им приобретены Дата костыли стоимостью 1085,60 руб.; Дата - Ксарелто таблетки стоимостью 3935,50 руб.; Дата – салфетки стерильные (258,00 руб. + 405,00 руб. + 60,00 руб.), бинт стерильный (10 шт. на сумму 550,00 руб.), натрия хлорид стоимостью 58,50 руб.; Дата - гель Prontosan стоимостью 839,00 руб., Дата - гель Prontosan стоимостью 763,50 руб.; 16.09.2022бинт стерильный (315,00 руб. + 156,00 руб.), салфетки стер. (258,00 руб. + 30,00 руб.), бриллиант зеленый раствор 146,00 руб. (л.д. 22-223, 183 том 1). 

Расходы на приобретение ФИО6 лекарственных препаратов составили 9289,60 руб. и подлежат взысканию в его пользу с ответчика, поскольку материалами дела подтверждает нуждаемость истца в указанных медицинских препаратах, приобретенных по назначению врача в связи с полученной в результате несчастного случая на производстве травмой.

В остальной части истцом не представлены доказательства, подтверждающие назначение лечащим врачом лекарственных препаратов и нуждаемость в них (компливит кальция, кетанов, кеторол экспресс, витрум плюс, миг, вобэнзим, найз, ринонорм, ходунки), в связи с чем требования о взыскании расходов на их приобретение удовлетворению не подлежат. 

На основании договора купли-продажи от Дата, заключенного между ООО «Медлайф» (Продавец) и ФИО1 (Покупатель), последний приобрел комплект имплантов стоимостью 57000,00 руб. (л.д. 35-36, 183 том 1). 

Указанные импланты были необходимы для проведения ФИО1 оперативного лечения в связи с полученной травмой – ******. 

Дата оперативное лечение с использованием приобретенных ФИО1 ****** было произведено.

На дату проведения оперативного лечения ФИО1 в ГБУЗ НСО «ИЦГБ» указанные ******* с угловой стабильностью винтов отсутствовали. Больному был предложен остеосинтез спицами Киршнера. После предоставления больному информации о методах оперативного лечения с использованием различных металлоконструкций, пациент предпочел добровольно приобрести пластины с угловой стабильностью винтов (л.д. 154 том 2).

Из предоставленной по запросу суда ГБУЗ НСО «ИЦГБ» информации следует, что при оперативном лечении перелома пяточной кости с использованием спиц Киршнера выполняется оперативный доступ до 3 см длиной, сопоставление отломков осуществляется при помощи манипуляторов с рентгенологическим контролем, отломки фиксируются 4-6 спицами (в зависимости от количества и состояния отломков), в ряде случаев приходится фиксировать отломки в правильном положении к соседней (таранной) кости, что исключает определенный объем движений до удаления спиц. В послеоперационном периоде осуществляется дополнительная внешняя фиксация (гипсовая повязка или лангета) до сращения перелома (8-10 недель). Необходим уход за спицами, концы которых остаются на коже – перевязки не реже 1 раза в 2-3 дня. Только по сращению перелома снимается гипс, удаляются фиксирующие спицы. При отсутствии осложнений со стороны раны, своевременном сращении перелома, отсутствии признаков асептического некроза отломков, лечение и реабилитация занимают 12-14 недель после операции. 

При оперативном лечении перелома пяточной кости с использованием пластин с угловой стабильностью выполняется широкий L-образный доступ длиной 10-12 см. С учетом особенностей кровоснабжения мягких тканей часто наблюдаются осложнения со стороны раны – краевой некроз мягких тканей. Сопоставление отломков производится манипуляторами под визуальным и R-логическим контролем. Фиксация отломков пластин более жесткая, пластина обеспечивает более стабильную фиксацию отломков, отсутствует необходимость фиксации таранной кости, поэтому в послеоперационном периоде гипсовая иммобилизация осуществляется в течении 3-4 недель, после чего начинается реабилитация (до сращения перелома) – разрешается лангету снимать, начать активные и пассивные движения в суставах стопы. Контроль сращения осуществляется через 8 недель после операции, при достаточных признаках консолидации разрешается постепенно увеличивающаяся нагрузка на оперированную конечность до полной нагрузки через 2-3 недели. Таким образом при отсутствии осложнений со стороны раны, своевременном сращении перелома, отсутствии признаков асептического некроза отломков лечение и реабилитация занимают с момента операции 10-11 недель. Сращение перелома наступает, как правило, в течении 8-10 недель при использовании как одного, так и другого метода лечения. При сравнении результатов лечения через 10-12 месяцев функциональные результаты в зависимости от выбранного метода лечения не отличаются.

Исходя из изложенного следует, что при использовании при оперативном лечении перелома пяточной кости пластин с угловой стабильностью позволяет произвести более жесткую и стабильную фиксацию отломков, без фиксации таранной кости, в связи с чем возможен более короткий период гипсовой иммобилизации и возможность начать реабилитацию раньше, в сравнении с использованием спиц Киршнера. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в подп. б п. 27 Постановления Пленума ВС РФ от Дата Номер "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Как следует из медицинской документации (медицинской карты, ответов ГБУЗ НСО «ИЦГБ») с учетом характера полученной травмы истец нуждался в использовании имплантов для остеосинтеза по медицинским показаниям, в программу ОМС указанные конструкции не входят.

При таких обстоятельствах, на основании вышеуказанных норм закона, принимая во внимание, что истец нуждался в соответствующем виде медицинской помощи, которая способствовала исключению наибольшего дискомфорта в послеоперационный период и его наилучшему восстановлению, последующему лечению и реабилитации, имплантаты рекомендованы и подобраны при предоперационном планировании, не могли быть предоставлены ему бесплатно, суд приходит к выводу о том, что истец имеет право на возмещение расходов на приобретение имплантатов для остеосинтеза.

Таким образом с ООО «Современные горные технологии» в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы, связанные с приобретением комплект имплантов в размере 57000,00 руб.

Общий размер расходов, связанных с приобретением лекарственных препаратов и имплантов, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца составляет 66289,60 руб. (57000,00 руб. + 9289,60 руб.).

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Решение состоялось в пользу истца ФИО1, который освобожден от уплаты государственной пошлины, в связи с чем, с ООО «Современные горные технологии» в доход местного бюджета подлежит взысканию в соответствии с положениями подп. 1 и 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ государственная пошлина в размере 2488,69 руб. (2188,69 руб. + 300,00 руб.).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Обществу с ограниченной ответственностью «Современные горные технологии» в пользу ФИО1 компенсацию причиненного морального вреда в размере 500000,00 рублей, расходы на лечение в размере 66289,60 рублей, всего 566289,60 рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с Обществу с ограниченной ответственностью «Современные горные технологии» в доход местного бюджета госпошлину в размере 2488,69 рублей.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд через Искитимский районный суд 

<

Адрес> в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий подпись А.А. Тупикина